Ка­ко­во бу­ду­щее неф­тя­ной эко­но­ми­ки Рос­сии

RBC - - БИЗНЕС - Сер­гей Ва­ку­лен­ко,

РБК про­дол­жа­ет пуб­ли­ка­цию сов­мест­ных ма­те­ри­а­лов с про­ек­том «Рос­сия бу­ду­ще­го: 2017–2035». Цель про­ек­та, ко­то­рый ре­а­ли­зу­ет­ся Цен­тром стра­те­ги­че­ских раз­ра­бо­ток (ЦСР) сов­мест­но с Ми­ни­стер­ством эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия, — очер­тить вы­зо­вы бу­ду­ще­го и по­нять, го­то­ва ли Рос­сия на них от­ве­тить. Струк­ту­ра ми­ро­вой энер­ге­ти­ки ме­ня­ет­ся, но спрос на нефть и газ про­дол­жа­ет рас­ти. На­чи­ная с XIX ве­ка че­ло­ве­че­ство каж­дый год ис­поль­зу­ет боль­ше топ­ли­ва каж­до­го ви­да, чем го­дом рань­ше.

Нель­зя го­во­рить о бу­ду­щем Рос­сии че­рез 20 лет и об­хо­дить те­му энер­ге­ти­ки. Нефть и газ — это око­ло 80% рос­сий­ско­го экс­пор­та, око­ло по­ло­ви­ны до­хо­дов бюд­же­та и око­ло чет­вер­ти ВНП. А ведь к это­му сто­ит при­ба­вить, на­при­мер, про­из­вод­ство азот­ных удоб­ре­ний и дру­гие энер­го­ем­кие про­из­вод­ства, экс­пор­ти­ру­ю­щие фак­ти­че­ски те же нефть и газ, про­сто в немно­го пе­ре­ра­бо­тан­ной фор­ме и с от­но­си­тель­но ма­лой до­бав­лен­ной сто­и­мо­стью.

В по­след­ние го­ды мно­го го­во­рит­ся о ре­во­лю­ции в энер­ге­ти­ке, ко­то­рая спо­соб­на рез­ко по­до­рвать и по­зи­ции рос­сий­ско­го энер­го­экс­пор­та в ми­ре, и до­хо­ды стра­ны. Как в та­ких слу­ча­ях бы­ва­ет, на­ря­ду с ис­тин­ной ин­фор­ма­ци­ей и ра­зум­ны­ми ин­тер­пре­та­ци­я­ми в но­вост­ное и ана­ли­ти­че­ское по­ля по­па­да­ет мно­же­ство ми­фов.

На энер­ге­ти­че­ском рын­ке сей­час на­блю­да­ет­ся несколь­ко трен­дов, клю­че­вые из них че­ты­ре:

– рост до­бы­чи уг­ле­во­до­ро­дов из низ­ко­про­ни­ца­е­мых по­род;

– по­яв­ле­ние на ми­ро­вом рын­ке боль­шо­го ко­ли­че­ства сжи­жен­но­го при­род­но­го га­за (СПГ);

– быст­рое раз­ви­тие вет­ро­вой и сол­неч­ной энер­ге­ти­ки, оза­бо­чен­ность из­ме­не­ни­ем кли­ма­та; – элек­три­фи­ка­ция транс­пор­та. Это да­ле­ко не пер­вый по­доб­ный эпи­зод в ис­то­рии ми­ро­во­го энер­го­рын­ка. В 1970–1980-е го­ды тех­но­ло­гия мор­ской до­бы­чи со­зда­ла два круп­ных ре­ги­о­на-кон­ку­рен­та ближ­не­во­сточ­ной неф­ти — Мек­си­кан­ский за­лив и Се­вер­ное мо­ре. То­гда же в элек­тро­энер­ге­ти­ке ма­зут для топ­ки за­ме­ни­ли при­род­ным га­зом, про­изо­шла мо­дер­ни­за­ция ав­то­транс­пор­та, рез­ко сни­зив­шая сред­ний рас­ход топ­ли­ва, в от­дель­ную от­расль сфор­ми­ро­ва­лись энер­го­сбе­ре­га­ю­щие тех­но­ло­гии в про­из­вод­стве и стро­и­тель­стве. При этом ре­во­лю­ция в энер­ге­ти­ке ока­за­лась пло­дом тех­ни­че­ско­го про­грес­са на мно­гих дру­гих фрон­тах.

Эти про­цес­сы ча­стич­но бы­ли от­ве­том на рез­кий ска­чок цен на нефть в на­ча­ле 1970-х го­дов, ко­то­рый был вы­зван сна­ча­ла утвер­жде­ни­ем мно­ги­ми неф­те­до­бы­ва­ю­щи­ми стра­на­ми су­ве­ре­ни­те­та над сво­и­ми ре­сур­са­ми и об­ре­те­ни­ем ры­ноч­ной мо­щи (это поз­во­ли­ло дик­то­вать це­ну), а по­том по­ли­ти­че­ской неста­биль­но­стью во мно­гих неф­те­до­бы­ва­ю­щих стра­нах и вой­на­ми.

Об­вал цен про­изо­шел в 1986 го­ду, ко­гда неф­тя­ной от­рас­ли вне Пер­сид­ско­го за­ли­ва пред­ре­ка­ли без­ра­дост­ные пер­спек­ти­вы на мно­гие де­ся­ти­ле­тия. Исто­рия по­ка­за­ла, что жизнь бо­га­че — дей­стви­тель­но, сверх­до­хо­ды ушли из от­рас­ли, что­бы вер­нуть­ся 15 лет спу­стя, в на­ча­ле 2000-х го­дов. С тех пор спрос вы­рос еще в пол­то­ра ра­за, а неф­тя­ные ком­па­нии ушли с верх­них стро­чек рей­тин­га Forbes лишь в по­след­ние пять лет, усту­пив их ин­тер­нет-ги­ган­там.

Об­щая за­ко­но­мер­ность в по­треб­ле­нии энер­гии та­ко­ва: на­чи­ная с XIX ве­ка каж­дый год че­ло­ве­че­ство ис­поль­зу­ет боль­ше топ­ли­ва каж­до­го ви­да, чем го­дом рань­ше. Уголь мог утра­тить свое зна­че­ние в поль­зу неф­ти, а нефть — в поль­зу га­за, но толь­ко в про­цент­ном от­но­ше­нии, при­рост спро­са ни­ве­ли­ро­вал всю ме­жтоп­лив­ную кон­ку­рен­цию.

Слан­це­вый вы­зов

Тех­но­ло­гии слан­це­вой до­бы­чи на­ча­ли раз­ви­вать­ся при­мер­но за 20 лет до то­го, как ста­ли мейн­стри­мом. Трех­знач­ные це­ны на нефть обес­пе­чи­ли вы­со­кий спрос на услу­ги неф­те­сер­вис­ных ком­па­ний, а так­же быст­рый рост пар­ка бу­ро­вых и обо­ру­до­ва­ния для гид­ро­раз­ры­ва в США. И те­перь бла­го­да­ря это­му пар­ку аме­ри­кан­ские ком­па­нии раз­ра­ба­ты­ва­ют огром­ные за­па­сы неф­ти, ко­то­рые бы­ли дав­но из­вест­ны, но не счи­та­лись ком­мер­че­ски вы­год­ны­ми. В ре­зуль­та­те США рез­ко вос­ста­нав­ли­ва­ют свою до­лю на рын­ке, раз­вер­нув мно­го­лет­ний тренд на спад до­бы­чи. Нас­коль­ко да­ле­ко мо­жет пой­ти рост слан­це­вой до­бы­чи в США — во­прос по­ка от­кры­тый. Боль­шин­ство ана­ли­ти­ков схо­дят­ся в том, что воз­мож­но при­ба­вить еще 2–3 млн барр. в день к ны­неш­ним де­ся­ти с лиш­ним мил­ли­о­нам, но по­том этот уро­вень ста­нет удер­жи­вать до­воль­но труд­но — слан­це­вые сква­жи­ны быст­ро ис­то­ща­ют­ся, со­от­вет­ствен­но, все боль­ше но­вых сква­жин бу­дет ид­ти на под­дер­жа­ние, а не при­рост до­бы­чи. Тем вре­ме­нем гло­баль­ный спрос про­дол­жа­ет рас­ти: сей­час он вплот­ную по­до­шел к от­мет­ке 100 млн барр. неф­ти в день и толь­ко за по­след­ний год вы­рос на 1,63 млн барр. с пред­по­ла­га­е­мым при­мер­но та­ким же ро­стом в 2018 го­ду.

Па­ра­док­саль­но, но в этом от­но­ше­нии ис­то­рии раз­ви­тия аме­ри­кан­ской и рос­сий­ской неф­тя­ной от­рас­ли очень по­хо­жи — в на­шей стране до­бы­ча па­да­ла с 1988 по 2001 год, со­кра­тив­шись по­чти вдвое. Про­гно­зы тех лет пред­по­ла­га­ли, что этот спад уже не об­ра­тить. Од­на­ко се­го­дня Рос­сия до­бы­ва­ет столь­ко же, сколь­ко на пи­ке 30-лет­ней дав­но­сти. Впе­чат­ля­ю­щий рост до­бы­чи в по­след­ние семь-во­семь лет свя­зан с мас­штаб­ным внед­ре­ни­ем сква­жин с длин­ны­ми го­ри­зон­таль­ны­ми ство­ла­ми (до 1500 м) и мно­го­ста­дий­ным гид­ро­раз­ры­вом (до 25 ста­дий). Это аме­ри­кан­ский уро­вень при­мер­но пя­ти­лет­ней дав­но­сти. Эти тех­но­ло­гии поз­во­ли­ли вве­сти в раз­ра­бот­ку те участ­ки и го­ри­зон­ты ме- сто­рож­де­ний в За­пад­ной Си­би­ри, ко­то­рые нель­зя бы­ло рен­та­бель­но раз­ра­ба­ты­вать ста­ры­ми спо­со­ба­ми. От­ме­чу, что Рос­сия прак­ти­че­ски не до­бы­ва­ет из слан­це­вых за­ле­жей, по­то­му что ухо­дить на сла­нец, по­ка не вы­ра­бо­та­ны бо­лее про­стые в раз­ра­бот­ке за­па­сы, нет смыс­ла. Од­на­ко Рос­сия сей­час об­ла­да­ет вто­рым по­сле США пар­ком тя­же­лых бу­ро­вых стан­ков и фло­том уста­но­вок гид­ро­раз­ры­ва.

Но­вый ры­нок га­за

Вто­рым ас­пек­том энер­ге­ти­че­ской ре­во­лю­ции ока­за­лось бур­ное раз­ви­тие рын­ка СПГ. Дол­гое вре­мя рын­ка как та­ко­во­го не бы­ло — су­ще­ство­ва­ли жест­кие связ­ки меж­ду до­бы­ва­ю­щим про­ек­том, за­во­дом СПГ и тер­ми­на­лом, на ко­то­ром пред­по­ла­га­лось при­ни­мать этот газ. Фак­ти­че­ски это был ана­лог тру­бы, толь­ко кон­тракт­ный. И за­вод СПГ, и тер­ми­нал, и тан­ке­ры бы­ли слиш­ком до­ро­ги­ми, что­бы стро­ить их спе­ку­ля­тив­но, в рас­че­те на спо­то­вые про­да­жи и по­куп­ки, — ин­ве­сто­рам нуж­ны бы­ли га­ран­тии оку­па­е­мо­сти. Со вре­ме­нем по­яви­лось до­ста­точ­но мощ­но­стей в це­поч­ке, что­бы эти опа­се­ния ста­ли сни­жать­ся. Клю­че­вым со­бы­ти­ем ста­нет по­яв­ле­ние на рын­ке боль­шо­го ко­ли­че­ства СПГ из США в 2019–2022 го­дах. На ми­ро­вой ры­нок мо­жет вый­ти до 100 млрд куб. м га­за, что со­по­ста­ви­мо с объ­е­ма­ми рос­сий­ско­го экс­пор­та в Ев­ро­пу.

В 2016 го­ду Ев­ро­па им­пор­ти­ро­ва­ла 50 млрд куб. м СПГ в пе­ре­во­де на тру­бо­про­вод­ный газ, а им­порт­ных мощ­но­стей есть на 160 млрд. Прав­да, эти мощ­но­сти рас­пре­де­ле­ны нерав­но­мер­но и скон­цен­три­ро­ва­ны в ос­нов­ном на край­нем за­па­де кон­ти­нен­та — тру­бо­про­во­дов от­ту­да в Гер­ма­нию и Цен­траль­ную Ев­ро­пу, по ко­то­рым этот газ мож­но бы­ло бы до­ста­вить, про­сто нет. И да­же с уче­том прак­ти­че­ски бес­плат­но­го сжи­же­ния аме­ри­кан­ский СПГ ока­зы­ва­ет­ся до­ро­же, чем рос­сий­ский газ. Есте­ствен­ным рын­ком для аме­ри­кан­ско­го СПГ ока­зы­ва­ет­ся Азия с ее рас­ту­щим спро­сом и бо­лее вы­со­ки­ми це­на­ми. По­яв­ле­ние СПГ ме­ня­ет су­ще­ство­вав­шую дол­гое вре­мя кон­цеп­цию рын­ка га­за как без­аль­тер­на­тив­ной си­сте­мы, ко­гда ре­ше­ние о за­куп­ке у то­го или ино­го по­став­щи­ка со­зда­ва­ло от­но­ше­ния силь­ной вза­им­ной за­ви­си­мо­сти и рис­ка. СПГ не мо­жет кон­ку­ри­ро­вать в Ев­ро­пе по цене с рос­сий­ским га­зом, но со­зда­ет ему все­гда до­ступ­ную аль­тер­на­ти­ву. Это рез­ко со­кра­ща­ет воз­мож­но­сти Рос­сии дик­то­вать це­ну. Но это да­ет и силь­ный пе­ре­го­вор­ный ры­чаг — все­гда мож­но ска­зать, что ры­нок кон­ку­рен­тен, а Рос­сия — от­нюдь не мо­но­поль­ный по­став­щик и не опре­де­ля­ет це­ну. В ны­неш­них на­пря­жен­ных по­ли­ти­че­ских об­сто­я­тель­ствах это да­ет по­тен­ци­аль­ным по­ку­па­те­лям опре­де­лен­ный ком­форт — ре­ше­ние о по­куп­ке га­за ста­но­вит­ся эко­но­ми­че­ским, а не из сфе­ры по­ли­ти­ки и без­опас­но­сти.

Впро­чем, сей­час ос­нов­ное вни­ма­ние ав­то­ров энер­ге­ти­че­ских про­гно­зов при­ко­ва­но не к неф­ти и га­зу, а к воз­об­нов­ля­е­мой энер­ге­ти­ке. На пер­вый взгляд про­гресс в этой от­рас­ли спо­со­бен рез­ко сни­зить, ес­ли не све­сти к ну­лю, спрос на газ и уголь, а с пе­ре­хо­дом транс­пор­та на элек­три­че­ство — и на нефть. Так ли это, рас­смот­рим в сле­ду­ю­щей ста­тье.

Точ­ка зре­ния ав­то­ров, ста­тьи ко­то­рых пуб­ли­ку­ют­ся в раз­де­ле «Мне­ния», мо­жет не сов­па­дать с мне­ни­ем ре­дак­ции.

«СПГ не мо­жет кон­ку­ри­ро­вать в Ев­ро­пе по цене с рос­сий­ским га­зом, но со­зда­ет ему все­гда до­ступ­ную аль­тер­на­ти­ву. Это рез­ко со­кра­ща­ет воз­мож­но­сти Рос­сии дик­то­вать це­ну. Но это да­ет и силь­ный пе­ре­го­вор­ный ры­чаг — все­гда мож­но ска­зать, что ры­нок кон­ку­рен­тен, а Рос­сия — от­нюдь не мо­но­поль­ный по­став­щик и не опре­де­ля­ет це­ну»

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.