Чем фран­цуз­ская «ре­во­лю­ция» 1968-го важ­на для Рос­сии

RBC - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Вла­ди­слав Ино­зем­цев, ди­рек­тор Цен­тра ис­сле­до­ва­ний пост­ин­ду­стри­аль­но­го об­ще­ства

Со­бы­тия 1968 го­да по­ка­за­ли, что да­же эко­но­ми­че­ский рост и улуч­ше­ние усло­вий жиз­ни не по­ме­ша­ют граж­да­нам, осо­бен­но мо­ло­дым, вый­ти на ули­цы, ес­ли они чув­ству­ют от­сут­ствие лич­ных сво­бод и за­стой в раз­ви­тии об­ще­ства.

Пол­ве­ка то­му на­зад, в май­ские дни 1968 го­да, на ули­цах Па­ри­жа и дру­гих ев­ро­пей­ских го­ро­дов раз­во­ра­чи­ва­лись со­бы­тия, под­лин­ное ис­то­ри­че­ское зна­че­ние ко­то­рых ста­ло яс­но да­ле­ко не сра­зу. Я не бу­ду вда­вать­ся в по­дроб­но­сти все­го то­гда про­ис­хо­див­ше­го, од­на­ко хо­тел бы от­ме­тить несколь­ко мо­мен­тов, ко­то­рые мож­но счи­тать сво­е­го ро­да уро­ка­ми «па­риж­ской вес­ны» — в том чис­ле и для нас.

Про­шлое не ра­бо­та­ет

Пер­вый и са­мый оче­вид­ный ка­са­ет­ся то­го, в ка­кой ме­ре в со­вре­мен­ном об­ще­стве бы­тие опре­де­ля­ет со­зна­ние. В Рос­сии при­ня­то счи­тать, что на­род до сих пор с ужа­сом вспо­ми­на­ет 1990-е и го­тов про­щать все, что угод­но, ли­де­ру, ко­то­рый обес­пе­чил «рос­сий­ское эко­но­ми­че­ское чу­до». Од­на­ко тем, кто в этом убеж­ден, нуж­но вспом­нить фран­цуз­скую (и не толь­ко) ис­то­рию то­го вре­ме­ни. К 1968 го­ду со вре­ме­ни пер­вых по­сле­во­ен­ных лет с их раз­ру­хой и недо­еда­ни­ем про­шло немно­гим боль­ше 20 лет — прак­ти­че­ски столь­ко же от­де­ля­ет нас се­го­дня от са­мых труд­ных мо­мен­тов пер­во­го пост­со­вет­ско­го де­ся­ти­ле­тия. При этом непо­сред­ствен­но пе­ред сту­ден­че­ски­ми вы­ступ­ле­ни­я­ми в эко­но­ми­ке не бы­ло ни­ка­ко­го кри­зи­са: на­про­тив, сред­ние тем­пы ро­ста ВВП с 1954 по 1967 год со­став­ля­ли во Фран­ции 5,36%, а в то­же пе­ре­жив­шей вол­не­ния ФРГ — 6,17% (для срав­не­ния: в Рос­сии в 2004–2017 го­дах они ед­ва до­сти­га­ли 2,9%). Фран­цуз­ская эко­но­ми­ка удво­и­лась все­го за 14 лет, за­пад­но­гер­ман­ская — за 11. Сей­час это ка­жет­ся нере­аль­ным, но без­ра­бо­ти­ца в 1966 го­ду опу­сти­лась в Гер­ма­нии до 0,4% тру­до­спо­соб­но­го на­се­ле­ния, а во Фран­ции — до 1,3%.

Од­на­ко эти успе­хи до­сти­га­лись в первую оче­редь за счет экс­пан­сии мас­со­во­го ин­ду­стри­аль­но­го про­из­вод­ства, что вполне со­че­та­лось с апо­ло­ги­ей со­ци­аль­но­го кон­сер­ва­тиз­ма. Во Фран­ции в кон­це 1960-х го­дов еще не бы­ли ле­га­ли­зо­ва­ны абор­ты, в шко­лах прак­ти­ко­ва­лись те­лес­ные на­ка­за­ния, слу­чаи до­маш­не­го на­си­лия прак­ти­че­ски не рас­сле­до­ва­лись. Со­бы­тия 1968 го­да ста­ли на этом фоне хре­сто­ма­тий­ным при­ме­ром то­го, что быст­рый эко­но- ми­че­ский рост, стре­ми­тель­ное улуч­ше­ние усло­вий жиз­ни и да­же уве­рен­ное раз­ви­тие со­ци­аль­но­го го­су­дар­ства не ком­пен­си­ру­ют от­сут­ствия лич­ных сво­бод в усло­ви­ях, ко­гда граж­дане, осо­бен­но мо­ло­дые, чув­ству­ют, что об­ще­ство не ме­ня­ет­ся в со­от­вет­ствии с их ожи­да­ни­я­ми. В Рос­сии в по­след­ние го­ды мы так­же всту­пи­ли в пе­ри­од, ко­гда ре­сурс от­сы­ла к преж­ним про­блем­ным вре­ме­нам уже ис­чер­пан, а сво­бо­ды ста­но­вит­ся не боль­ше, а ско­рее мень­ше.

Не­веч­ный ли­дер

Вто­рой мо­мент, ра­зу­ме­ет­ся, ка­са­ет­ся и лич­но­сти ли­де­ра. Во Фран­ции еще в се­ре­дине 1960-х немно­гие от­но­си­лись к пре­зи­ден­ту де Гол­лю без то­го пи­е­те­та, ко­то­рый вы­зы­ва­ли исто­рия его борь­бы в «Сво­бод­ной Фран­ции», эко­но­ми­че­ские ре­фор­мы пер­вых по­сле­во­ен­ных ме­ся­цев, об­нов­ле­ние всей фран­цуз­ской по­ли­ти­че­ской си­сте­мы при со­зда­нии Пя­той Pес­пуб­ли­ки и да­же тя­же­лое ре­ше­ние пре­кра­тить вой­ну в Ал­жи­ре и дать этой ко­ло­нии неза­ви­си­мость. Де Голль был в той же сте­пе­ни твор­цом су­ще­ство­вав­ше­го во вто­рой по­ло­вине 1960-х фран­цуз­ско­го го­су­дар­ства, в ка­кой Вла­ди­мир Пу­тин яв­ля­ет­ся со­зда­те­лем со­вре­мен­ной рос­сий­ской по­ли­ти­че­ской иден­тич­но­сти. В де­каб­ре 1965 го­да, за два го­да до на­ча­ла сту­ден­че­ской ре­во­лю­ции, он пе­ре­из­брал­ся на вто­рой се­ми­лет­ний срок, ко­то­рый сам и уста­но­вил для се­бя в 1958-м — и прак­ти­че­ски ни­че­го не сви­де­тель­ство­ва­ло о том, что на­род раз­лю­бил ста­биль­ность.

Од­на­ко к маю 1968-го де Голль на­хо­дил­ся у вла­сти с пе­ре­ры­ва­ми и в раз­ных по­зи­ци­ях по­чти 13 лет, а в выс­шем эше­лоне фран­цуз­ской по­ли­ти­ки — бо­лее 20; его спо­соб­ность к вос­при­я­тию пе­ре­мен рас­це­ни­ва­лась как крайне низ­кая. Пер­спек­ти­ва оче­ред­но­го дол­го­го прав­ле­ния во мно­гом ста­ла ка­та­ли­за­то­ром улич­ной по­ли­ти­ки, ло­зун­гом ко­то­рой ока­за­лись сло­ва: «Будь­те ре­а­ли­ста­ми — тре­буй­те невоз­мож­но­го». Сво­бо­да са­мо­вы­ра­же­ния, стрем­ле­ние от­торг­нуть го­су­дар­ствен­ную ре­гла­мен­та­цию и от­жив­шие свое со­ци­аль­ные ин­сти­ту­ты ока­за­лись силь­нее опа­се­ний ха­о­са и да­же граж­дан­ской вой­ны — и в сле­ду­ю­щем 1969-м, ко­гда пре­ста­ре­лый пре­зи­дент вы­дви­нул из­ме­нив­ше­му­ся об­ще­ству уль­ти­ма­тум в ви­де об­ще­на­ци­о­наль­но­го ре­фе­рен­ду­ма о ре­фор­ме вла­сти, он уже не мог рас­счи­ты­вать на под­держ­ку. Так ре­во­лю­ция 1968-го по­ка­за­ла, что ста­биль­ность — это про­дукт, име­ю­щий свой срок год­но­сти, и она не мо­жет быть при­вле­ка­тель­ной веч­но.

Дух пе­ре­мен

Тре­тий мо­мент, ми­мо ко­то­ро­го то­же труд­но прой­ти, — это обу­слов­лен­ность од­них со­ци­аль­ных пе­ре­мен дру­ги­ми и их син­хро­ни­за­ция в гло­баль­ном мас­шта­бе. 1960-е го­ды ста­ли пе­ри­о­дом мас­со­вых со­ци­аль­ных дви­же­ний, це­лью ко­то­рых во всем ми­ре вы­сту­па­ли сво­бо­да и ра­вен­ство. Под ло­зун­гом пер­вой про­шла де­ко­ло­ни­за­ция, утвер­див­шая пра­во быв­ших за­ви­си­мых на­ро­дов на су­ве­ре­ни­тет и рав­но­пра­вие с преж­ни­ми мет­ро­по­ли­я­ми. Под зна­ком вто­ро­го раз­вер­ну­лась борь­ба за граж­дан­ские пра­ва в Со­еди­нен­ных Шта­тах, ко­то­рая уве­рен­но раз­дви­га­ла «гра­ни­цы воз­мож­но­го» не толь­ко в от­но­ше­нии ра­со­вых мень­шинств, но так­же жен­щин и мо­ло­де­жи. Тра­ди­ци­он­ная «куль­ту­ра» рас­па­лась на эле­мен­ты, на суб­куль­ту­ры, в рам­ках ко­то­рых по­яви­лись свои пра­ви­ла и нор­мы. На все это на­ло­жи­лась «сек­су­аль­ная ре­во­лю­ция», уско­рен­ная но­вы­ми воз­мож­но­стя­ми кон­тра­цеп­ции, но по­рож­ден­ная без­услов­ным от­тор­же­ни­ем преж­них куль­тур­ных ко­дов. И это про­ис­хо­ди­ло то­гда, ко­гда масс-медиа оста­ва­лись кон­тро­ли­ру­е­мы­ми го­су­дар­ства­ми (как фран­цуз­ские те­ле­ка­на­лы, жест­ко цен­зу­ри­ро­вав­ши­е­ся пра­ви­тель­ством), а мас­со­вые кон­так­ты меж­ду граж­да­на­ми раз­ных стран толь­ко еще на­чи­на­лись.

Се­го­дня, в усло­ви­ях пол­ной ин­фор­ма­ци­он­ной вза­и­мо­свя­зан­но­сти, упо­вать на «ду­хов­ные скре­пы» в ми­ре, от­ри­ца­ю­щем вся­кие преж­ние услов­но­сти, мо­гут толь­ко пре­дель­но недаль­но­вид­ные по­ли­ти­ки. Власть мо­жет кон­тро­ли­ро­вать по­ли­ти­че­ские и ино­гда так­же эко­но­ми­че­ские ры­ча­ги, но со­бы­тия 1968 го­да по­ка­за­ли, что пред­став­ле­ния о спо­соб­но­сти под­дер­жи­вать ста­рый «нрав­ствен­ный по­ря­док» — са­мый боль­шой са­мо­об­ман, в пле­ну ко­то­ро­го толь­ко мо­гут на­хо­дить­ся по­ли­ти­ки. В эпо­ху ин­тер­не­та, пол­ной лич­ной сво­бо­ды, го­мо­сек­су­аль­ных бра­ков и все­об­ще­го ни­ги­лиз­ма та­кая по­ли­ти­ка бес­пер­спек­тив­на.

Пе­ре­за­груз­ка си­сте­мы

На­ко­нец, сто­ит ска­зать несколь­ко слов и о том, ка­кие по­след­ствия име­ли со­бы­тия 1968 го­да. Са­ми по се­бе они ста­ли три­ум­фом «ан­ти­си­стем­но­сти»: мо­ло­дежь вы­сту­па­ла про­тив ста­рой мо­ра­ли и пра­вил, ра­бо­чие ини­ци­и­ро­ва­ли стач­ки во­пре­ки по­зи­ции проф­со­ю­зов; все вме­сте они вы­но­си­ли во­тум недо­ве­рия вла­стям и су­ще­ству­ю­щей эко­но­ми­че­ской мо­де­ли. Од­на­ко дви­же­ние, ка­зав­ше­е­ся ан­ти­ка­пи­та­ли­сти­че­ским, на де­ле при­ве­ло ско­рее к фор­ми­ро­ва­нию бо­лее раз­ви­той ры­ноч­ной си­сте­мы, чем к стар­ту ка­ко­го-то со­ци­а­ли- сти­че­ско­го экс­пе­ри­мен­та. Вы­бор 1968 го­да — это вы­бор меж­ду ра­вен­ством и сво­бо­дой, и ка­ки­ми бы сло­ва­ми и ло­зун­га­ми он ни при­кры­вал­ся, он был сде­лан в поль­зу сво­бо­ды, а не ра­вен­ства.

Эта сво­бо­да в сле­ду­ю­щие де­ся­ти­ле­тия обу­сло­ви­ла по­яв­ле­ние но­вой эко­но­ми­че­ской мо­де­ли, ос­но­ван­ной на ин­фор­ма­ци­он­ной ре­во­лю­ции и но­вой «по­ли­ти­че­ской ре­ли­гии», в ос­но­ве ко­то­рой ока­за­лась док­три­на прав че­ло­ве­ка. Имен­но с это­го вре­ме­ни пу­ти За­па­да и Во­сто­ка, в ХХ сто­ле­тии мно­го­крат­но пе­ре­се­кав­ши­е­ся, раз­де­ли­лись: в пер­вом вско­ре воз­об­ла­да­ли прин­ци­пы нео­кон­сер­ва­тиз­ма, а во вто­ром об­ще­ства сва­ли­лись в за­стой-кó­му. В этом от­но­ше­нии со­бы­тия 1968 го­да пред­опре­де­ли­ли бу­ду­щую по­бе­ду За­па­да в гло­баль­ном про­ти­во­сто­я­нии с Во­сто­ком. И это озна­ча­ет толь­ко од­но: об­ще­ства, ко­то­рые иг­но­ри­ру­ют сиг­на­лы, сви­де­тель­ству­ю­щие о фор­ми­ро­ва­нии но­вых со­ци­аль­ных прак­тик, об­ре­че­ны.

Воз­мож­ный урок

Соб­ствен­но, ска­зан­но­го вполне до­ста­точ­но для то­го, что­бы про­ве­сти оче­вид­ные па­рал­ле­ли с про­ис­хо­дя­щим в Рос­сии. Се­го­дня на­пра­ши­ва­ют­ся срав­не­ния не с Со­вет­ским Со­ю­зом 1984 го­да, ка­ко­вые срав­не­ния без­осно­ва­тель­но про­из­во­дят мно­гие аме­ри­кан­ские крем­ле­но­ло­ги, а с Фран­ци­ей 1966го. Так же как и там в те го­ды, в Рос­сии оче­вид­но ис­чер­пы­ва­ет­ся мо­би­ли­зу­ю­щая си­ла вос­по­ми­на­ний о ко­гда-то пе­ре­жи­тых тя­же­лых го­дах и ощу­ще­ний дра­ма­ти­че­ски воз­рос­ше­го бла­го­со­сто­я­ния. При­бли­зи­тель­но так же, ес­ли не силь­нее, на со­зна­ние граж­дан да­вит пер­спек­ти­ва ше­сти лет «без пра­ва на пе­ре­ме­ны». Про­тест так же со­сре­до­та­чи­ва­ет­ся в мо­ло­дом по­ко­ле­нии, ко­то­рое не ви­де­ло в сво­ей жиз­ни Рос­сии без Пу­ти­на и ин­стинк­тив­но хо­чет та­ко­вую уви­деть — при­чем, мо­жет, и не из-за глу­бо­ко­го несо­гла­сия с по­ли­ти­кой пре­зи­ден­та, а про­сто по­то­му, что не встре­чать пе­ре­мен в окру­жа­ю­щем об­ще­стве по ме­ре соб­ствен­но­го взрос­ле­ния про­тив­но че­ло­ве­че­ской при­ро­де.

Ко­неч­но, ни­ка­кие ис­то­ри­че­ские ана­ло­гии не мо­гут вы­сту­пать до­ка­за­тель­ством пра­виль­но­сти тех или иных ги­по­тез — и по­это­му не сто­ит ждать ско­ро­го по­вто­ре­ния в Рос­сии «па­риж­ской вес­ны»; од­на­ко неко­то­рые чер­ты сход­ства со­ци­аль­ных ожи­да­ний то­гда и се­го­дня на­столь­ко ра­зи­тель­ны, что не за­ме­чать их бы­ло бы по край­ней ме­ре неосмот­ри­тель­но.

Точ­ка зре­ния ав­то­ров, ста­тьи ко­то­рых пуб­ли­ку­ют­ся в раз­де­ле «Мнения», мо­жет не сов­па­дать с мне­ни­ем ре­дак­ции.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.