Ви­зит­ка: Юко Ха­се­га­ва, ку­ра­тор Мос­ков­ской би­ен­на­ле со­вре­мен­но­го ис­кус­ства

SNC - - Содержание - Юко Ха­се­га­ва

Япон­ка – ку­ра­тор 7- й Мос­ков­ской меж­ду­на­род­ной би­ен­на­ле со­вре­мен­но­го ис­кус­ства и про­фес­сор То­кий­ско­го уни­вер­си­те­та ис­кусств. Она бы­ла глав­ным ку­ра­то­ром, ос­но­ва­те­лем и ху­до­же­ствен­ным ру­ко­во­ди­те­лем му­зея со­вре­мен­но­го ис­кус­ства The 21st Century Museum of Contemporary Art (Ка­над­за­ва), а та­к­же глав­ным ку­ра­то­ром Му­зея со­вре­мен­но­го ис­кус­ства То­кио. Про­во­ди­ла мно­гие би­ен­на­ле в Се­уле, Шан­хае, Стам­бу­ле, Сан-па­у­лу.

Ка­кие цве­та – ва­ши лю­би­мые?

Ко­гда мне бы­ло пять лет, ма­ма ска­за­ла: «Вы­би­рай и но­си цве­та, ко­то­рые бу­дут ра­до­вать лю­дей, не те­бя са­му». И я вы­бра­ла оран­же­вый и ро­зо­вый: оран­же­вый – что­бы по­нра­вить­ся муж­чи­нам, а ро­зо­вый – жен­щи­нам.

Ка­кую роль иг­ра­ет в ва­шей жиз­ни ду­хов­ность?

Бу­дучи буд­дист­кой, я ве­рю, что да­же нежи­вое име­ет дух. Мы, буд­ди­сты, в по­сто­ян­ном по­ис­ке все­го. Это зна­чит, что мы ни­ко­гда не чув­ству­ем се­бя оди­но­ко и мо­жем по­го­во­рить бук­валь­но с каж­дым пред­ме­том. Ду­хов­ность за­став­ля­ет за­ду­мать­ся, по­че­му я здесь, по­че­му я жи­ва. Она для ме­ня имен­но в этих во­про­сах.

Вы мно­го пу­те­ше­ству­е­те и ра­бо­та­е­те за гра­ни­цей, но име­е­те силь­ные япон­ские корни: как уда­ет­ся со­че­тать в се­бе и то и дру­гое?

Япон­цы очень бе­реж­но от­но­сят­ся к сво­ей окру­жа­ю­щей сре­де и окру­же­нию в це­лом, но бы­ва­ют до­воль­но кон­сер­ва­тив­ны­ми и не го­то­вы­ми про­явить и вы­ра­зить се­бя. Это во мне есть. Но пу­те­ше­ствуя, я узнаю дру­гие стра­ны и куль­ту­ры, сле­дуя буд­дий­ской ве­ре, ко­то­рая гла­сит: все вза­и­мо­свя­за­но. Моя цель – быть свя­зу­ю­щим зве­ном меж­ду людь­ми, со­би­рая энер­гию, иде­а­лы, ин­тел­лект, муд­рость и пе­ре­да­вая их.

Да­вай­те по­го­во­рим о би­ен­на­ле в Москве, ко­то­рую вы ку­ри­ру­е­те. Это де­мо­кра­тич­ный про­ект, свое­об­раз­ный мо­стик меж­ду экс­пер­та­ми и обыч­ны­ми це­ни­те­ля­ми соври­с­ка, вер­но?

Да, Мос­ков­ская би­ен­на­ле – не про­сто вы­став­ка в му­зее, а фе­сти­валь, в ко­то­ром при­ни­ма­ют уча­стие меж­ду­на­род­ные и мест­ные ху­дож­ни­ки. Ос­нов­ная за­да­ча – за­пу­стить диа­лог меж­ду фи­гу­ра­ми со­вре­мен­но­го ис­кус­ства и ши­ро­кой пуб­ли­кой.

Что об­ще­го меж­ду мос­ков­ской вы­став­кой и дру­ги­ми би­ен­на­ле, в ко­то­рых вы при­ни­ма­ли уча­стие?

В Москве необы­чай­но во­вле­чен­ная ауди­то­рия, ко­то­рая лю­бит му­зеи. Здесь очень хо­ро­шая энер­гия, для ме­ня это важ­ный опыт.

Име­ют­ся ли от­ли­чия?

Од­но большое – Москва толь­ко на­ча­ла от­кры­вать для се­бя со­вре­мен­ное искус­ство и по­ни­мать, что та­кое гло­ба­ли­за­ция. Ко­гда вы де­ла­е­те вы­став­ку в араб­ской стране или в го­ро­де Стам­бу­ле – па­рал­лель­но ей идут несколь­ко об­ще­ствен­ных проектов, ко­то­рые при­вле­ка­ют вни­ма­ние к выставке. На Мос­ков­ской би­ен­на­ле все вни­ма­ние на­прав­ле­но на од­ну пло­щад­ку: на про­тя­же­нии че­ты­рех ме­ся­цев цен­тром вы­став­ки яв­ля­ет­ся Но­вая Тре­тья­ков­ка. Я уве­ре­на, что би­ен­на­ле в Москве оли­це­тво­ря­ет сле­ду­ю­щий шаг к гло­баль­но­му ста­нов­ле­нию го­ро­да и его ху­дож­ни­ков.

Ва­ша би­ен­на­ле пре­тен­ду­ет на зва­ние про­ек­та для всех в том смыс­ле, что всем нам нуж­но искус­ство. А за­чем, кста­ти, нуж­но?

Я хо­те­ла бы от­ве­тить так: искус­ство ни­ко­гда не предо­став­ля­ет от­ве­тов. Оно, на­обо­рот, за­да­ет все боль­ше во­про­сов, а та­к­же да­ет ма­лень­кий клю­чик в мир фан­та­зий. Во­об­ра­же­ние – неотъ­ем­ле­мая часть жиз­ни.

Да, со­гла­сен. А что нас­чет свя­зи во­об­ра­же­ния и твор­че­ства?

Ху­дож­ни­ки ис­поль­зу­ют кре­а­тив­ность, что­бы со­здать про­из­ве­де­ние ис­кус­ства, про­дукт, в то вре­мя как пуб­ли­ка ин­тер­пре­ти­ру­ет ре­зуль­тат его твор­че­ства, ис­поль­зуя во­об­ра­же­ние. Для то­го что­бы про­из­ве­де­ние ис­кус­ства ожи­ло, нуж­на фан­та­зия не толь­ко ху­дож­ни­ка, но и зри­те­ля.

Про­из­ве­де­ние ис­кус­ства за­кон­че­но лишь то­гда, ко­гда его уви­дел свет…

Да, имен­но пуб­ли­ка при­да­ет про­из­ве­де­нию ис­кус­ства фи­наль­ное зна­че­ние. Искус­ство не мо­жет вы­жить или су­ще­ство­вать, ес­ли нет ауди­то­рии и вза­им­ной энер­гии.

Скуль­птор То­ни Крэгг од­на­ж­ды ска­зал, что ху­дож­ник дви­га­ет го­ри­зон­ты су­ще­ству­ю­щих ве­щей – искус­ство со­сто­ит и в по­сто­ян­ном вклю­че­нии но­вых форм и фи­гур в ре­аль­ность. Вы со­глас­ны?

Это очень кра­си­вая ме­та­фо­ра. Я пол­но­стью со­глас­на. Ино­гда искус­ство рож­да­ет­ся, ко­гда су­ще­ству­ю­щая ре­аль­ность угне­та­ет нас. И при­хо­дит­ся фан­та­зи­ро­вать, соб­ствен­но, «дви­гая го­ри­зон­ты».

Как вам ра­бо­та­лось с Юли­ей Му­зы­кант­ской, пре­зи­ден­том Мос­ков­ской би­ен­на­ле?

Юлия – неве­ро­ят­ная дама, за­га­доч­ная и мо­ло­дая для та­кой боль­шой ра­бо­ты, но в то же вре­мя силь­ная лич­ность. Дви­жи­мая ре­ши­мо­стью и стра­стью, она со­бра­ла все необ­хо­ди­мые ре­сур­сы и про­ра­бо­та­ла все де­та­ли вы­став­ки. Мне нра­вит­ся в ней со­че­та­ние про­фес­си­о­наль­ных на­вы­ков и силь­но­го от­но­ше­ния.

Бук­валь­но па­ру слов о глав­ном про­ек­те би­ен­на­ле и его на­зва­нии – «За­об­лач­ные ле­са». Как вам при­шла в го­ло­ву та­кая кон­цеп­ция?

По­ко­ле­ние лю­дей, ро­див­ших­ся по­сле 1999 го­да, рос­ло в ин­тер­нет- сре­де, в об­ла­ках. То, как они ви­дят мир, как зна­ко­мят­ся с людь­ми в се­ти, очень спе­ци­фич­но. У них со­вер­шен­но дру­гой мен­та­ли­тет, взгляд на ве­щи. Я по­ду­ма­ла, что это за­ни­ма­тель­но.

А ле­са?

Лес оли­це­тво­ря­ет окру­жа­ю­щую сре­ду стар­ше­го по­ко­ле­ния. Но­вое и ста­рое по­ко­ле­ния да­ле­ки друг от дру­га, меж­ду ни­ми нет диа­ло­га. По­это­му важ­но по­нять, как со­здать эти вза­и­мо­от­но­ше­ния. За­об­лач­ные ле­са ста­но­вят­ся но­вой эко­си­сте­мой.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.