Секс-ар­се­нал Ка­тю­ши Мас­ло­вой

Sovershenno Sekretno. Informatsiya k Razmyshleniyu - - СЕКРЕТЫ ЖИЗНИ - Ан­дрей КО­ЛО­БА­ЕВ

джу­льет­та Ма­зИ­на: «Я всю жИзнь Меч­та­ла сыг­рать Катюшу Мас­ло­ву, но, увИ­дев ее в Ис­пол­не­нИИ та­Ма­ры сё­МИ­ной, по­нЯ­ла – таК Мне не сыг­рать нИ­Ко­гда»

Как стать ак­три­сой

– Та­ма­ра Пет­ров­на, ка­кие во­про­сы вы не лю­би­те и обя­за­тель­но про­игно­ри­ру­е­те? – А мне скры­вать нече­го! – То­гда рас­ска­жи­те: как про­вин­ци­аль­ная де­воч­ка из шко­лы ра­бо­чей мо­ло­де­жи – ва­шим учи­те­лем ли­те­ра­ту­ры был опаль­ный, вы­слан­ный в Ка­лу­гу Бу­лат Окуд­жа­ва! – про­из­ве­ла та­кой фу­рор во ВГИКе? – С ума сой­ти! По­друж­ка – со­вер­шен­но слу­чай­но, за ком­па­нию – при­ве­ла в драм­кру­жок, я что-то про­чи­та­ла. Пре­по­да­ва­тель вдруг и го­во­рит: «Де­воч­ка, те­бе бы учить­ся!» Не­дол­го ду­мая, за­би­раю до­ку­мен­ты из пед­ин­сти­ту­та, за­ни­маю сто руб­лей у со­сед­ки, пи­шу за­пис­ку ма­ме – мол, не ищи... И в Моск­ву! А го­то­ви­лась как! Бас­ню я зна­ла, но нуж­но бы­ло еще вы­учить один­на­дцать стро­чек про­зы... За­кры­ла гла­за, тк­ну­ла паль­цем в книж­ную пол­ку и – ка­кой ужас – «Мо­ло­дая гвар­дия»! Мне бы на­до про лю­бовь, кин­жал, страсть. А даль­ше на­ча­лось оче­вид­ное-неве­ро­ят­ное. В Москве се­ла в пер­вый по­пав­ший­ся трол­лей­бус и при­е­ха­ла к... ВГИКу, по­то­му что за­сну­ла в трол­лей­бу­се, а это ко­неч­ная оста­нов­ка. У ме­ня не взя­ли до­ку­мен­ты – был пе­ре­бор, и при­ем за­кон­чил­ся. Иду по ко­ри­до­ру груст­ная, мя­тая, лох­ма­тая и ду­маю: за­вер­бу­юсь-ка на Даль­ний Во­сток, ры­бу ло­вить. А на­встре­чу Ким Ар­та­ше­со­вич Та­ври­зян – де­кан ак­тер­ско­го фа­куль­те­та. Спро­сил, в чем де­ло, про­вел об­рат­но в при­ем­ную ко­мис­сию: возь­ми­те у этой несчаст­ной до­ку­мен­ты, на нее ж без слез смот­реть невоз­мож­но. И взя­ли... Пер­вое вре­мя в об­ще­жи­тии без мат­ра­са в угол­ке на по­лу спа­ла. Кайф! Со­сед­ки­ных де­нег по­чти не оста­лось. Я по­ку­па­ла боль­шой ба­тон, раз­ре­за­ла на то­ню­сень­кие лом­ти­ки – лом­тик на день и мно­го во­ды. И все вре­мя ис­ка­ла объ­яв­ле­ния – за­вер­бо­вать­ся, что­бы де­нег за­ра­бо­тать. Ну ду­ра пол­ная! А всту­пи­тель­ный эк­за­мен – это пес­ня. Го­ло­сок у ме­ня был то­нень­кий-то­нень­кий, писк­ля­вый-пре­писк­ля­вый. По­это­му «Осел и со­ло­вей» и те один­на­дцать стро­чек, про­чи­тан­ные к то­му же ско­ро­го­вор­кой, так рас­сме­ши­ли ко­мис­сию, что ме­ня... при­ня­ли. – И на пер­вом же кур­се раз­ре­ши­ли снять­ся в «Двух Фё­до­рах» с Шук­ши­ным, а три го­да спу­стя в «Вос­кре­се­нии» у Швей­це­ра. Как он вас на­шел? – Имен­но раз­ре­ши­ли, по­то­му что съем­ки бы­ли под по­лу­за­пре­том... А «от­ко­па­ла» ме­ня его же­на. Со­фья Аб­ра­мов­на, по­тря­са­ю­щий, ге­ни­аль­ный ху­дож­ник, что-то во мне угля­де­ла и ска­за­ла Швей­це­ру: «На­до ее по­про­бо­вать!» А пе­ре­про­бо­ва­лись то­гда все на­ши звезды, по­ло­ви­на МХАТа. По­том оста­лось нас трое – уже гре­мев­шие на весь мир Зи­на­и­да Ки­ри­ен­ко, Та­тья­на Са­мой­ло­ва и я. Утвер­ди­ли ме­ня. – Это прав­да, что по­сле «Воскре­се­ния» не бы­ло от­боя от пред­ло­же­ний на ро­ли пад­ших жен­щин? – О да! Ме­ня за­сы­па­ли сце­на­ри­я­ми, где я долж­на бы­ла иг­рать толь­ко пьянь и рвань. От­кры­ваю, на­при­мер, сце­на­рий «Дон­ской по­ве­сти» и чи­таю: «В са­рае ле­жа­ла кра­си­вая пья­ная жен­щи­на. По­дол ее пла­тья был за­дран...» Швей­це­ры по­со­ве­то­ва­ли: «Те­бе сей­час на­до сыг­рать роль сво­ей со­вре­мен­ни­цы». И я по­еха­ла в Ле­нин­град иг­рать Ари­ну в филь­ме Вен­ге­ро­ва «По­рож­ний рейс» с Юма­то­вым, Па­па­но­вым и Де­мья­нен­ко.

Од­но­люб­ка со ста­жем

– Рас­ска­жи­те о ва­шей пер­вой люб­ви. – О, лю­бовь! Чет­вер­тый класс. В ме­ня безум­но влю­бил­ся один маль­чик, у ко­то­ро­го был ве­ло­си­пед – по тем вре­ме­нам огром­ная ред­кость, а я безум­но лю­би­ла дру­го­го. А по­том уже по жиз­ни так слу­чи­лось, что в ме­ня все влюб­ля­лись. Я учи­лась и ра­бо­та­ла. На ро­ма­ны про­сто вре­ме­ни не бы­ло. И ни­че­го­шень­ки во­круг не за­ме­ча­ла... А лет пять на­зад в До­ме ки­но... Сто­ит Бу­лат Шал­во­вич Окуд­жа­ва и То­до­ров­ский Пётр Ефи­мо­вич. И Окуд­жа­ва го­во­рит: «Петь, как же я был в нее влюб­лен! Она моя уче­ни­ца, и я – ста­рый ко­зел...» Пётр Ефи­мо­вич то­же го­во­рит: «Да кто ж в нее не был влюб­лен?! И я...» – Один из слу­хов о вас: у Сё­ми­ной ты­ся­ча и один бур­ный ро­ман, сто и один муж, не счи­тая ми­мо­лет­ных лю­бов­ни­ков... – Мо­жет, и боль­ше, не счи­та­ла. Но это толь­ко в ки­но, в спек­так­лях. На са­мом де­ле вот уже со­рок два го­да я люб­лю од­но­го муж­чи­ну – мо­е­го един­ствен­но­го му­жа Во­ло­дю Про­ко­фье­ва, с ко­то­рым мы вме­сте учи­лись во ВГИКе и же­на­ты со вто­ро­го кур­са. Кста­ти, на­счет слу­хов. Во вре­мя съе­мок «Воскре­се­ния» про ме­ня кто-то из ак­трис ска­зал: «Ду­ма­е­те, по­че­му имен­но она иг­ра­ет? Она со Швей­це­ром жи­вет!» И вот Швей­цер в кад­ре как обыч­но под­хо­дит ко мне: «Так-так-так, дет­ка. Это одер­ни – руч­ки ху­день­кие вы­ле­за­ют... То­моч­ка, спо­кой­ни­чек...» По­прав­ля­ет куд­ря­шеч­ку – это та­кая ре­пе­ти­ция у нас. А я ему: «Ми­ха­ил Аб­ра­мыч, что вы со мной сю­сю­ка­е­те, ей-Бо­гу!» Со­фья Аб­ра­мов­на под­хо­дит: «Де­точ­ка, что с то­бой?» Я при всей съе­моч­ной груп­пе: «Что вы за­ла­ди­ли: «де­точ­ка, де­точ­ка»! Я жи­ву с Ми­ха­и­лом Аб­ра­мо­ви­чем, все об этом зна­ют, и толь­ко вы все за де­точ­ку дер­жи­те...» Она так сме­я­лась! И боль­ше ни­ка­ких спле­тен я не слы­ша­ла... – Та­ма­ра Пет­ров­на, как на ду­ху... Во­круг вас все­гда бы­ли та­кие ро­ко­вые кра­сав­цы. Не­уже­ли ни­ко­гда не влюб­ля­лись на съе­моч­ной пло­щад­ке? – На­обо­рот, в ме­ня все парт­не­ры влюб­ля­лись! Шук­шин да­же де­лал пред­ло­же­ние. По­сле съе­мок «Двух Фё­до­ров» ни с то­го ни с се­го вдруг за­явил: «Да брось ты это­го ин­тел­ли­ген­та! Вы­хо­ди за ме­ня». Смеш­но. Так ска­зал ти­па: «Том, хо­чешь ар­бу­зи­ка?» А дру­гой (не бу­ду на­зы­вать кто) все удив­лял­ся: «Та­мар, ни чер­та не по­ни­маю. Все мои ге­ро­и­ни в ме­ня бы­ли влюб­ле­ны без па­мя­ти, что с то­бой?» По­том про ме­ня го­во­ри­ли: «С Том­кой? Дох­лый но­мер!» – Труд­но со­рок два го­да лю­бить од­но­го че­ло­ве­ка? – А как ина­че, ес­ли он – неотъ­ем­ле­мая часть те­бя.

Пьян­ству – бой!

– Прав­да, что был пе­ри­од, ко­гда вы силь­но пи­ли? – Я да­же знаю, кто рас­пу­стил этот слух, – его уже нет в жи­вых. На са­мом де­ле лет два­дцать я во­об­ще не бе­ру в рот спирт­но­го. А на­пи­лась-то все­го один раз. Семь­де­сят вось­мой год. На­ва­ли­лись непри­ят­но­сти. Коз­ни, пал­ки в ко­ле­са. В оче­ред­ной раз ска­за­ли, что «Го­су­дар­ствен­ную пре­мию ей не на­до, у нее хо­ро­ший ха­рак­тер – она не оби­дит­ся». Зво­нят из Го­с­ки­но: «Та­ма­роч­ка, вот на этот раз точ­но – на «на­род­но­го СССР» про­хо­дят Ро­лан Бы­ков и вы». Ро­лан про­хо­дит, я нет. И так драз­ни­ли, из­де­ва­лись из го­да в год. Обид­но – я та­кие ро­ли иг­ра­ла, а на­граж­да­ют весь се­ред­няк, да­же на тех, ко­го я «по­ро­ди­ла», сра­зу зва­ния по­сы­па­лись, пре­мии, хо­тя они про­сто фо­то­гра­фи­ру­ют­ся на экране, а ак­те­ром там и не пах­ло. Вадь­ка Спи­ри­до­нов го­во­рит: «Да по­шли их к е... ма­те­ри!» Я так и сде­ла­ла, по­зво­ни­ла и от­кры­тым тек­стом... А по­том взя­ла бу­тыл­ку вод­ки и... жут­ко на­пи­лась. Мне бы­ло так пло­хо, я так жа­ле­ла: ра­ди че­го, се­бе же ху­же сде­ла­ла. С то­го дня кап­ли в рот не бе­ру... То­гда, кста­ти, у нас так очень мно­гие по­сту­па­ли, и мно­гие, к со­жа­ле­нию, уже не мог­ли оста­но­вить­ся. Изоль­да Из­виц­кая, Юр­ка Бо­га­ты­рев, Вась­ка Шук­шин, Ма­рис Ли­е­па... А вот Жор­ка Бурков, ко­то­ро­го по его ро­лям счи­та­ли бес­про­свет­ным про­пой­цей, на­обо­рот. Ко­гда Вась­ка умер, Бурков так

пе­ре­пу­гал­ся – и пить, и ку­рить пе­ре­стал. В по­след­ней кар­тине, где мы с ним сни­ма­лись, все го­во­рил: «Том, ну что ты все ку­ришь! Ты та­кая кра­си­вая, ка­ко­го хре­на те­бе это на­до, брось. Я два го­да уже не ку­рю». «Вот, – от­шу­чи­ва­лась, – здо­ро­вень­ким и по­мрешь!» По­шу­ти­ли. А он вско­ре и умер. Что-то до­ста­вал с ан­тре­со­ли и упал, сло­мал кре­стец. как мне по­том хи­рург объ­яс­нил: Жор­кин слу­чай ред­чай­ший – один на несколь­ко ты­сяч та­ких пе­ре­ло­мов. Не­ле­пей­шая смерть... или Ва­дик Спи­ри­до­нов, ко­то­ро­го я без ума лю­би­ла в «Веч­ном зо­ве». В жиз­ни мы дру­жи­ли се­мья­ми. Тра­ге­дия Ва­ди­ма в том, что ему мно­го обе­ща­ли и ча­сто об­ма­ны­ва­ли. А у нас как та­лант, так дра­ма­ти­че­ско-тра­ге­дий­ная судьба! Все кол­ле­ги по­ют ди­фи­рам­бы, но – за­меть­те – с ка­ким удо­воль­стви­ем их хо­ро­нят. ко­гда Ва­ди­ма хо­ро­ни­ли, ка­кие го­во­ри­ли сло­ва: ушел ге­ни­аль­ный ар­тист и так да­лее. А умер­то он от­че­го? он не вы­дер­жал ожи­да­ния. Про­бо­вал­ся на глав­ную роль в ка­ком-то бе­ло­рус­ском филь­ме. Ре­жис­сер про­бы при­вез к нему до­мой, что­бы его же­на Ва­ля и ма­ма зи­на­и­да Афа­на­сьев­на по­смот­ре­ли. Валь­ка мне то­гда ска­за­ла: «То­моч­ка, я зна­ла, что Вадь­ка по­тря­са­ю­щий ар­тист, но что­бы до та­кой сте­пе­ни... Это бу­дет от­кры­ти­ем в ки­не­ма­то­гра­фе, та­кой бу­дет взрыв неве­ро­ят­ный!» Ва­дим ждал, ко­гда его утвер­дят на роль, с ав­гу­ста по де­кабрь. Нер­вы на пре­де­ле. и он в кон­це кон­цов ска­зал: «Да по­шли вы все!..» ко­гда че­рез три дня при­ш­ла телеграмма с вы­зо­вом на съем­ки, Ва­дим про­бе­жал ее гла­за­ми и... серд­це не вы­дер­жа­ло. А ми­ха­ил куз­не­цов, ко­то­рый умер от то­го, что на­род­но­го СССР не да­ли, а да­ли но­мен­кла­ту­ре – Пу­гов­ки­ну. Срав­ни­ли: два при­то­па, три при­хлопа – и Ар­тист! Сдох­нуть мож­но... – Го­во­ри­ли, Спи­ри­до­нов то­же... – По­че­му ни­кто не го­во­рит, что Стай­гер – ал­ко­го­лик, Эли­за­бет Тей­лор – пья­ни­ца и нар­ко­ман­ка! Го­во­рят толь­ко о на­ших. А срав­ни­те уро­вень жиз­ни, го­но­ра­ры. А ша­ля­пин не пил? ме­ня раз­дра­жа­ют эти раз­го­во­ры – пил – не пил... Вот я – не пью, а обо мне го­во­рят, что не про­сы­хаю. – Та­ма­ра Пет­ров­на, ка­кая вы до­ма? – Раз­ная. и мол­ча­ли­вая, и ве­се­лая. Тру­дя­га. То сти­раю, то пы­ле­со­сю. Ни­че­го не люб­лю де­лать, но на­до. Нена­ви­жу со­вер­шен­но эту про­до­воль­ствен­ную кор­зин­ку на­пол­нять, но то­же на­до. – как и на что жи­вет на­род­ная ар­тист­ка Рос­сии? – У ме­ня пен­сия 421 рубль. как я го­во­рю се­бе: «А ка­ко­го ей рож­на еще на­до!» – А зо­ло­то, брил­ли­ан­ты, фе­ше­не­бель­ные квар­ти­ра, да­ча... – Где вы жи­ве­те!!! У ме­ня ни­ко­гда не бы­ло ни жаж­ды на­ко­пи­тель­ства, ни жаж­ды ши­кар­ной бо­га­той жиз­ни. Жи­ву скром­нень­ко, но в но­гу со вре­ме­нем...

Меж­ду­со­бой­чик

– Ко­гда пред­се­да­те­лем Со­ю­за ки­не­ма­то­гра­фи­стов из­бра­ли Ни­ки­ту Ми­хал­ко­ва, мно­гие ожи­да­ли по­зи­тив­ных пе­ре­мен... – ми­хал­ков – по­тря­са­ю­щий ху­дож­ник, ода­рен­ный че­ло­век. он все­гда зна­ет, че­го хо­чет, про что сни­ма­ет, ко­го лю­бит, ко­го нет, от че­го хо­тел бы из­ба­вить­ся. По срав­не­нию с преж­ним пред­се­да­те­лем Со­ю­за Сер­ге­ем Со­ло­вьё­вым он боль­ше на ме­сте для та­ко­го мас­шта­ба ад­ской ра­бо­ты. А по­тя­нет или нет – уви­дим... – Что вы и ва­ши кол­ле­ги го­во­рят по по­во­ду оче­ред­но­го ММКФ? – ко­гда ме­ня спра­ши­ва­ют: «как вам ки­но­фе­сти­валь?» – от­ве­чаю: «ка­кой та­кой ки­но­фе­сти­валь?» – «Два­дцать пер­вый, в москве!» – «В ка­кой та­кой москве?!» А ес­ли се­рьез­но, то все плю­ют­ся. оче­ред­ной меж­ду­со­бой­чик! А филь­мы – про­сто оскорб­ле­ние! По­че­му рос­сий­ские зри­те­ли, ко­то­рые ве­ли­ко­леп­но раз­би­ра­ют­ся в ки­но, долж­ны смот­реть ЭТо?! Что непри­ят­но по­ра­зи­ло: прак­ти­че­ски ни­ко­го из на­ших ве­ли­ких ар­ти­стов да­же не при­гла­си­ли. Ге­ни­аль­ной инне ма­ка­ро­вой пред­ло­жи­ли бал­кон, два­дцать ше­стой ряд. Ну лад­но, Ален Де­лон – по­чет­ный гость, а где наш олег Стри­же­нов?

«До­ча, ду­ра!»

– В юно­сти у ме­ня бы­ла меч­та – снять­ся во всех рес­пуб­ли­ках СССР по од­ной кар­ти­ноч­ке. – ?! – Про­сто так. По­то­му что я жи­ву на этом ку­соч­ке зем­ли и всех люб­лю. Но так и не по­лу­чи­лось... Вме­сто это­го мне пред­ла­га­ли сни­мать­ся где угод­но – в ита­лии, Ар­ген­тине, да­же в егип­те! Пред­став­ля­е­те, с мо­ей мор­дой-то... Толь­ко нем­цам при­шлось от­ка­зать два ра­за, по­то­му что как раз в это вре­мя швей­цер на­чал сни­мать в кер­чи кар­ти­ну «Вре­мя, впе­ред!» по ка­та­е­ву. «Де­фа» го­то­ва бы­ла при­сы­лать за мной са­мо­лет в керчь. Но я на­столь­ко безум­но бы­ла бла­го­дар­на ми­ха­и­лу Аб­ра­мо­ви­чу за то, что он так по-круп­но­му ме­ня ро­дил на экране в «Вос­кре­се­нии», что ни­ко­гда бы ему не из­ме­ни­ла... кста­ти, Ни­ко­лай Афа­на­сье­вич крюч­ков по­сле мо­е­го вто­ро­го от­ка­за от­ру­гал: «До­ча, ду­ра! По­еха­ла бы, за­ра­бо­та­ла де­нег, люст­ру бы се­бе ку­пи­ла!» А ко­гда при­гла­ша­ли на съем­ки в кап­стра­ны, я да­же рта не успе­ва­ла от­крыть – все­гда ря­дом со мной вдруг вы­рас­тал че­ло­ве­чек в штат­ском и го­во­рил: «она сни­мать­ся не мо­жет, так как страш­но за­ня­та на Ро­дине».

«Чер­ный спи­сок»

– Ва­си­лий ли­ва­нов, с ко­то­рым мы зна­ко­мы еще с юно­сти – вме­сте сни­ма­лись в «кол­ле­гах», все­гда го­во­рил: «Ты со­вер­шен­но нерас­кры­тая ак­три­са...» Я и са­ма знаю, что и до­ли то­го, что умею, не сыг­ра­ла. и да­же знаю по­че­му. кое-ко­му не уго­ди­ла. кое-ко­му очень неж­но и мяг­ко, но от­ка­за­ла. – Пред­ло­же­ние бы­ло, ра­зу­ме­ет­ся... – ...ба­наль­ным – пе­ре­спать! Но у ме­ня дру­гая про­фес­сия... На мой от­каз мне обыч­но го­во­ри­ли: «Не бо­ишь­ся, что ты не бу­дешь иг­рать ни в ки­но, ни в те­ат­ре?! Про­сто ти­хо ис­чез­нешь, и те­бя за­бу­дут...» Я рас­суж­да­ла так: я че­ло­век ма­лень­кий, ко­му на­до из-за ме­ня за­те­вать воз­ню мас­шта­ба Го­с­ки­но и Со­ю­за те­ат­раль­ных де­я­те­лей? ока­за­лось, на­до. По­сле во­семь­де­сят пер­во­го го­да я ста­ла ощу­щать, что дей­стви­тель­но мстят. При­гла­ша­ют на глав­ную роль в ки­ев, неде­ля­ми уго­ва­ри­ва­ют: «Толь­ко при­ез­жай, бу­дешь жить как ко­ро­ле­ва...» Со­гла­ша­юсь. и вдруг они ис­че­за­ют, а че­рез ме­сяц узнаю, что вме­сто ме­ня уже иг­ра­ет дру­гая ак­три­са. и все по­вто­ря­ет­ся – раз, два, три, че­ты­ре... и я по­ни­маю, что все это неспро­ста. Поз­же я узна­ла, что су­ще­ству­ет не­глас­ный чер­ный спи­сок, и до­воль­но боль­шой. Я же не од­на та­кая – от­каз­ни­ца... – Ка­ко­го уров­ня лю­ди ре­ша­ют судь­бу все­на­род­но лю­би­мых ак­те­ров – ре­жис­се­ры, чи­нов­ни­ки Го­с­ки­но?.. – ку­да вы­ше. Ре­жис­сер, чи­нов­ник – лишь ис­пол­ни­те­ли. Несколь­ко лет на­зад мне на­до­е­ла эта трав­ля, я по­зво­ни­ла од­но­му... мне го­во­рят: умер. По­зво­ни­ла еще дво­им – то­же сдох­ли. Ду­маю, как же мощ­на ма­ши­на, ес­ли их уже нет, а по инер­ции ни­че­го не ме­ня­ет­ся... Са­мое обид­ное во всей этой ис­то­рии, что слиш­ком быст­ро бе­гут го­ды. как го­во­рит мой муж: «лег, встал – с Но­вым го­дом!» и пол­на сил и, как го­во­рит­ся, юно­ше­ско­го за­до­ра, го­то­ва ра­бо­тать два­дцать че­ты­ре ча­са в сут­ки, но-но-но... Толь­ко у крыш­ки гро­ба услы­шишь: «ой, кто же от нас ушел! ко­го мы по­те­ря­ли!!!» ка­ко­го хре­на не да­ва­ли при жиз­ни?! кто ме­шал иг­рать и быть звез­дой ми­ро­во­го мас­шта­ба майе Бул­га­ко­вой? кто? Я при­ш­ла на па­ни­хи­ду в бе­лом за­ле До­ма ки­но, по­ти­хо­неч­ку к май­ке по­до­шла и го­во­рю: «май, при­го­товь­ся! Сей­час бу­дет са­мый луч­ший твой твор­че­ский ве­чер. Умо­ляю, не рас­смей­ся!» ла­ри­са ше­пить­ко ее воз­нес­ла, един­ствен­ный ре­жис­сер, ко­то­рый дал ей глав­ную роль в филь­ме «кры­лья». А как она сыг­ра­ла!!! Во­об­ще все ее зна­ли как уди­ви­тель­ную ак­три­су. Но и она по­сы­ла­ла всех будь здо­ров. как она пе­ла, ка­кая там, к чер­ту, Эдит Пиаф. ес­ли бы ей да­ли за­петь с экра­на, Пиаф на ро­дине на­зы­ва­ли бы фран­цуз­ской май­ей Бул­га­ко­вой. Та­ко­го дра­ма­тиз­ма, та­ко­го тра­гиз­ма ак­три­са – глы­би­на. А что она де­ла­ла у нас в ки­не­ма­то­гра­фе? Веч­но пла­чу­щая, ску­ля­щая тет­ка или юро­ди­вая. и так из кар­ти­ны в кар­ти­ну. она го­во­ри­ла: «Да хрен с ни­ми! А жить-то как-то на­до...» – Не­дав­но – к се­ми­де­ся­ти­ле­тию Ва­си­лия Ма­ка­ро­ви­ча – его дочь Ма­ша сде­ла­ла сен­са­ци­он­ное при­зна­ние: ее от­ца уби­ли. Что она име­ла в ви­ду? – По­ня­тия не имею. Несколь­ко лет на­зад са­ма лид­ка фе­до­се­е­ва – не фе­до­се­е­ва-шук­ши­на, а имен­но фе­до­се­е­ва – на­мек­ну­ла с экра­на те­ле­ви­зо­ра: не все в его смер­ти про­сто, как ка­жет­ся, это, мол, и экс­тра­сен­сы с яс­но­ви­дя­щи­ми под­твер­жда­ют. Ну про­сто бред пол­ный! Не знаю, мо­жет, оправ­да­ния для очи­ще­ния сво­ей ду­ши ищет. она ведь безум­но ви­но­ва­та пе­ред ним. Бро­сить боль­но­го че­ло­ве­ка!.. – Вам по­вез­ло – у вас бы­ли по­тря­са­ю­щие парт­не­ры. – По­чти все! Ху­дож­ни­ки от Бо­га. и мас­саль­ский, и Ба­та­лов, и Жже­нов, и Джигарханян, и Со­ло­мин, и Пав­лов, юр­ский, лео­нов, ли­ва­нов, филиппов... Жо­ра юма­тов – та­лан­ти­ще, кра­са­вец, тру­дя­га, Са­ша Де­мья­нен­ко, про­сто ан­гел, пре­лесть, Валь­ка зуб­ков в «Дне сча­стья». мож­но дол­го пе­ре­чис­лять. из жен­щин – Геор­ги­ев­ская... А ли­зоч­ка Ни­ки­щи­хи­на, ли­зун­чик – вечная ей память. Я зна­ла толь­ко двух ар­ти­стов, на ко­то­рых взгля­нешь – и мож­но упасть от сме­ха, – это ев­ге­ний лео­нов и Сер­гей филиппов. лю­ди чрез­вы­чай­но ода­рен­ные и доб­рые. и им хо­те­лось, что­бы и на съе­моч­ной пло­щад­ке всем бы­ло ве­се­ло и хо­ро­шо. С ев­ге­ни­ем Пав­ло­ви­чем мы ра­бо­та­ли в кар­тине «еще люб­лю, еще на­де­юсь». ка­кой был ан­самбль! лео­нов, ев­стиг­не­ев, Бо­рис Но­ви­ков, Невин­ный... Слав­ка Невин­ный иг­рал мо­е­го му­жа, а ев­стиг­не­ев – лю­бов­ни­ка. Се­рьез­ный фильм, позд­няя лю­бовь. А мы все вре­мя от сме­ха сто­я­ли на ушах. Вся съе­моч­ная груп­па про­сто ва­ля­ет­ся, опе­ра­то­ры не мо­гут ра­бо­тать – дер­жат­ся за жи­во­ты. Бе­до­ла­га ре­жис­сер лыр­чи­ков го­во­рил: «Ну да­вай­те сни­мем хоть что-ни­будь». и снимали. В кадр вхо­ди­ли и тут же ры­да­ли. Нор­ма­лек. Са­мое смеш­ное бы­ло то, что Но­ви­ков иг­рал пья­ни­цу, а ев­стиг­не­ев – че­ло­ве­ка со­вер­шен­но непью­ще­го. Хо­тя в жиз­ни все бы­ло на­обо­рот. Но­ви­ков был жут­кий трез­вен­ник, а ев­стиг­не­ев, не про­пу­стив рю­маш­ку-дру­гую, на съе­моч­ную пло­щад­ку не вы­хо­дил...

Та­ма­рин «род­дом»

– Вы ча­сто со­вер­ша­е­те су­ма­сшед­шие по­ступ­ки? – как-то не за­ду­мы­ва­лась. Это по­том го­во­рят: ты что, ненор­маль­ная? Я, на­при­мер, от­ка­зы­ва­лась от та­ких ро­лей, что у мо­их кол­лег во­ло­сы ды­бом вста­ва­ли: ак­три­сы меч­та­ют о них всю жизнь, а Сёмина ни в ка­кую. В свое вре­мя я от­ка­зы­ва­лась от «крепостной ак­три­сы», толь­ко че­рез два ме­ся­ца со­гла­си­лась. от­ка­за­лась от трех­ком­нат­ной квар­ти­ры, взя­ла двух­ком­нат­ную. По­счи­та­ла, что трех­ком­нат­ная ко­му-то важ­ней, чем нам вдво­ем с Во­ло­дей. То­же го­во­ри­ли: с ума со­шла... По­мо­га­ла лю­дям, вы­тас­ки­ва­ла на экра­ны, про­си­ла ре­жис­се­ров: «Пусть вме­сто ме­ня сыг­ра­ет эта ар­тист­ка! ей так пло­хо, ее ни­кто не сни­ма­ет...» Ни од­на по­том не ска­за­ла «спа­си­бо». мно­гих я про­сто «по­ро­ди­ла». На­при­мер, люд­ми­лу Чур­си­ну. Я от­ка­за­лась от «Дон­ской по­ве­сти», «Жу­ра­вуш­ки», «Угрюм-ре­ки». А по­том на «мос­филь­ме» мне пе­ре­да­ли ее сло­ва: «Сёмина опять, ко­неч­но, от­ка­за­лась, зна­чит, сни­мать­ся бу­ду я!» ино­гда встре­ча­ем­ся на фе­сти­ва­лях, рас­кла­ни­ва­ем­ся, не бо­лее...

Сюр­приз для сор­ти­ра

– Что озна­ча­ло в со­вет­ские вре­ме­на по­лу­чить приз за луч­шую роль? – А ни­че­го! По­чет­ная гра­мо­та. Неко­то­рые ак­те­ры по­том го­во­ри­ли: туа­лет, что ли, ими об­кле­ить... А в де­неж­ном эк­ви­ва­лен­те – ноль. Толь­ко спу­стя мно­го лет я, на­при­мер, узна­ла, за пер­вый приз на лю­бом меж­ду­на­род­ном ки­но­фе­сти­ва­ле каж­до­му ак­те­ру вы­пла­чи­ва­лось воз­на­граж­де­ние – круг­лень­кая сум­ма в ва­лю­те. По­ня­тия не имею, ку­да ухо­ди­ли на­ши день­ги. Но тут еще дру­гое: ни один из на­ших ак­те­ров, уез­жая в те го­ды за гра­ни­цу, ни­ко­гда да­же и не ду­мал о ка­ком-то де­неж­ном воз­на­граж­де­нии. Все бы­ли без­мер­но счаст­ли­вы, что они пред­став­ля­ют свою стра­ну сво­и­ми луч­ши­ми кар­ти­на­ми... А филь­мы ше­сти­де­ся­тых бы­ли дей­стви­тель­но хо­ро­шие – доб­рые, че­ло­веч­ные, про­стые. – Рас­ска­зы­ва­ют, что на меж­ду­на­род­ном ки­но­фе­сти­ва­ле в Ар­ген­тине вас но­си­ли на ру­ках, за­бра­сы­ва­ли цве­та­ми... – и не толь­ко в Ар­ген­тине. и в ита­лии, и в Бра­зи­лии, и в егип­те, и в ГДР... мы не зна­ли язы­ка, но мы по­ни­ма­ли друг дру­га. как? Это не объ­яс­нишь. Пом­ню, в Бра­зи­лии, ку­да мы ез­ди­ли вме­сте с Ба­та­ло­вым, же­на пре­зи­ден­та спро­си­ла у лё­ши: «Па­че­му у рус­ких та­кая ти­хая лу­бов?» А Ба­та­лов, ко­то­рый ез­дил ту­да с «Да­мой с со­бач­кой», от­ве­ча­ет: «Вы по­смот­ри­те на Та­ма­ру, ка­кая у ее ка­тю­ши лю­бовь! Все ва­ши кар­ме­ны ей да­же в под­мет­ки не го­дят­ся...» В ита­лии я по­зна­ко­ми­лась с фе­де­ри­ко фел­ли­ни, чуть поз­же и с Джу­льет­той ма­зи­ной. она мне по­да­ри­ла свою фо­то­гра­фию с над­пи­сью, пол­ной бур­ных вос­тор­гов по по­во­ду встре­чи «с та­кой ак­три­сой». и ска­за­ла: «Я всю жизнь меч­та­ла снять­ся в ро­ли ка­тю­ши мас­ло­вой, но, уви­дев вас, да­же не мечтаю. По­то­му что все рав­но луч­ше не сыг­раю...»

Мо­гу по­слать...

– Вы жен­щи­на резкая. На­вер­ное, у вас мно­го вра­гов? – На­вер­ное, и это очень хо­ро­шо. мо­гу по­слать за­про­сто. Прав­да, де­лаю это ин­тел­ли­гент­но, мяг­ко. од­на­ж­ды при­шлось от­пра­вить ку­да по­даль­ше це­лую при­ем­ную ко­мис­сию рай­ко­ма пар­тии. как из­вест­но, в те го­ды, что­бы по­ехать за гра­ни­цу, вы долж­ны бы­ли прой­ти со­бе­се­до­ва­ние. Во­про­сы – ка­ра­ул! «ка­кие там по­лез­ные ис­ко­па­е­мые?» «ка­кие ре­ки про­те­ка­ют?» «кто у вла­сти?» ощу­ще­ние, что пе­ред то­бой груп­па су­ма­сшед­ших. Ну, од­на­ж­ды не вы­дер­жа­ла – со­рва­лась... – Вы­пу­сти­ли? – То­гда, как ни стран­но, да. Невы­езд­ной я ста­ла чуть поз­же, ко­гда в од­ной из по­ез­док от­ка­за­лась пе­ре­спать с каг­эб­эш­ни­ком, ко­то­рый был к нам при­став­лен, а тот насту­чал ку­да сле­ду­ет: Сёмина ве­ла се­бя не как долж­но по­слан­ни­ку стра­ны по­бе­див­ше­го со­ци­а­лиз­ма – вос­тор­га­лась

«Без­от­цов­щи­на». С Лео­ни­дом Ку­рав­лё­вым

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.