Они стре­ля­лись ЗА РО­ДИ­НУ

Sovershenno Sekretno. Informatsiya k Razmyshleniyu - - СЕКРЕТЫ ИСТОРИИ - Дмит­рий ЖУ­КОВ, Иван КО­ВТУН

В хо­де контр­на­ступ­ле­ния со­вет­ских войск под Моск­вой в де­каб­ре 1941 – ян­ва­ре 1942 г. вой­ска на­цист­ской Гер­ма­нии бы­ли вы­нуж­де­ны от­сту­пить от сто­ли­цы. Но про­тив­ник был от­бро­шен не так да­ле­ко, как хо­те­лось бы во­ен­но-по­ли­ти­че­ско­му ру­ко­вод­ству СССР. Си­лам вер­мах­та уда­лось со­здать мощ­ный – до 160 км в глу­би­ну и до 200 км по фрон­ту – Ржев­ско-Вя­зем­ский вы­ступ, ко­то­рый рас­смат­ри­вал­ся немец­ким ко­ман­до­ва­ни­ем как плац­дарм для но­во­го на­ступ­ле­ния на со­вет­скую сто­ли­цу. На­ли­чие круп­ной немец­кой груп­пи­ров­ки на под­сту­пах к Москве за­став­ля­ло вой­ска Ка­ли­нин­ско­го и За­пад­но­го фрон­тов в те­че­ние 15 ме­ся­цев про­во­дить опе­ра­цию за опе­ра­ци­ей, что­бы лик­ви­ди­ро­вать се­рьез­ную опас­ность. До­ста­точ­но ска­зать, что в же­сто­кой схват­ке в про­стран­стве Вязь­ма – Гжатск – Ржев – Бе­лый про­тив Крас­ной Ар­мии бы­ло со­сре­до­то­че­но до двух тре­тей войск груп­пы ар­мий «Центр». В на­ча­ле ян­ва­ря 1942 г. со­вет­ское ко­ман­до­ва­ние при­ня­ло ре­ше­ние о про­ве­де­нии Ржев­ско-Вя­зем­ской на­сту­па­тель­ной опе­ра­ции. Фак­ти­че­ски это бы­ла пер­вая мас­штаб­ная по­пыт­ка Крас­ной Ар­мии окру­жить груп­пи­ров­ку про­тив­ни­ка на мос­ков­ском на­прав­ле­нии. К со­жа­ле­нию, она окон­чи­лась неуда­чей, в том чис­ле и по­то­му, что 33-я армия ге­не­рал-лей­те­нан­та Ми­ха­и­ла Еф­ре­мо­ва са­ма ока­за­лась в кот­ле и не вы­шла из него. Оп­по­нен­том со­вет­ско­го пол­ко­вод­ца здесь вы­сту­пил ко­ман­ду­ю­щий 9-й по­ле­вой ар­ми­ей, ге­не­рал тан­ко­вых войск Валь­тер Мо­дель – при­знан­ный ма­стер по ве­де­нию обо­ро­ни­тель­ных сра­же­ний. Еф­ре­мов и Мо­дель бы­ли в рав­ной сте­пе­ни храб­ры­ми, стой­ки­ми и де­я­тель­ны­ми ко­ман­ди­ра­ми. Они бы­ли в из­вест­ной ме­ре по­хо­жи – вер­ные сол­да­ты сво­их во­ждей, твер­дые но­си­те­ли гос­под­ство­вав­ших идео­ло­гий, спе­ци­а­ли­сты во­ен­но­го де­ла. Да­же смерть они при­ня­ли оди­на­ко­вым об­ра­зом…

Ми­ха­ил Гри­го­рье­вич Еф­ре­мов ро­дил­ся 27 фев­ра­ля 1897 г. в го­ро­де Та­ру­се Ка­луж­ской гу­бер­нии, в се­мье бед­ных ме­щан. С дет­ства он по­мо­гал от­цу в хо­зяй­стве, по­ка его не при­ме­тил ку­пец Ря­бов, по­лу­чив­ший со­гла­сие ро­ди­те­лей за­брать маль­чи­ка к се­бе на ма­ну­фак­тур­ную фаб­ри­ку в Москве. Фаб­ри­ка рас­по­ла­га­лась в Боль­шом Воскре­сен­ском пе­ре­ул­ке, где Ми­ха­ил по­на­ча­лу ра­бо­тал под­ма­сте­рьем. Вско­ре он по­сту­пил на уче­бу в гра­вер­ную ма­стер­скую. Эта ра­бо­та ему очень нра­ви­лась, за­ра­бо­ток был на­деж­ным, что поз­во­ли­ло под­рост­ку пе­ре­се­лить­ся из ноч­леж­но­го до­ма в квар­ти­ру. Че­рез неко­то­рое вре­мя маль­чик по­сту­пил на ше­сти­лет­ние Пре­чи­стен­ские ра­бо­чие кур­сы, ко­то­рые успеш­но за­кон­чил. По­сле на­ча­ла Пер­вой ми­ро­вой вой­ны Ми­ха­и­ла при­зва­ли в ар­мию. В сен­тяб­ре 1915 г. он по­пал в 55-й за­пас­ной полк. По­сколь­ку он имел ше­сти­лет­нее об­ра­зо­ва­ние, его от­ко­ман­ди­ро­ва­ли в Гру­зию, в го­род Те­ла­ви, в шко­лу пра­пор­щи­ков. Вес­ной 1916 г., сме­нив юн­кер­ские по­го­ны на по­го­ны млад­ше­го офи­це­ра, Еф­ре­мов был на­прав­лен на Юго-За­пад­ный фронт. Здесь он был за­чис­лен в тя­же­лый ар­тил­ле­рий­ский ди­ви­зи­он и в его со­ста­ве при­ни­мал уча­стие в зна­ме­ни­том Бру­си­лов­ском про­ры­ве в Га­ли­ции. Во­ен­ная служ­ба Еф­ре­мо­ву нра­ви­лась. Про­стые сол­да­ты его лю­би­ли за то, что в бою он все­гда был ря­дом, не чу­рал­ся за­ме­нить хоть на­вод­чи­ка, хоть зам­ко­во­го, хоть под­нос­чи­ка сна­ря­дов, ко­гда кто-ли­бо из ору­дий­ной при­слу­ги вы­бы­вал. В 1917 г. на фрон­те воз­ник­ли вол­не­ния. В вой­сках пле­бей­ско-сол­дат­ские мас­сы ве­ша­ли, рас­стре­ли­ва­ли, то­пи­ли сво­их офи­це­ров, бра­та­лись с про­тив­ни­ком. Со­вер­шая пре­да­тель­ство, сол­да­ты – под воз­дей­стви­ем вра­же­ской про­па­ган­ды – по­ки­да­ли по­зи­ции и де­зер­ти­ро­ва­ли в тыл. Еф­ре­мов до опре­де­лен­но­го мо­мен­та со­про­тив­лял­ся этим бес­по­ряд­кам, но вско­ре стихия ха­о­са за­хва­ти­ла и его. Он вер­нул­ся в Моск­ву, где в но­яб­ре 1917 г. при­нял уча­стие в по­дав­ле­нии вос­ста­ния юн­ке­ров. Во вре­мя Граж­дан­ской вой­ны Еф­ре­мов во­е­вал на Юж­ном и Кав­каз­ском фрон­тах, про­шел путь от ко­ман­ди­ра ро­ты до ко­ман­ди­ра кор­пу­са. Он успеш­но ко­ман­до­вал от­ря­дом из че­ты­рех бро­не­по­ез­дов 11-й ар­мии в Ба­кин­ской опе­ра­ции, за что был на­граж­ден ор­де­ном Крас­но­го Зна­ме­ни и ор­де­ном Крас­но­го Зна­ме­ни Азер­бай­джан­ской ССР № 1. В 1920 г. Ми­ха­ил Гри­го­рье­вич окон­чил Выс­шие во­ен­но-ака­де­ми­че­ские кур­сы, ко­ман­до­вал 33-й от­дель­ной стрел­ко­вой ди­ви­зи­ей, ко­то­рая спо­соб­ство­ва­ла боль­ше­вист­ско­му вос­ста­нию в Гру­зии. В 1921 г. со­еди­не­ние Еф­ре­мо­ва под ру­ко­вод­ством М. Ту­ха­чев­ско­го по­дав­ля­ло Там­бов­ское вос­ста­ние, ко­то­рое боль­ше­ви­ки окре­сти­ли Ан­то­нов­ским мя­те­жом. В от­но­ше­нии вос­став­ше­го на­ро­да ча­сти Ра­бо­че-кре­стьян­ской Крас­ной Ар­мии (РККА) при­ме­ня­ли все сред­ства, в том чис­ле и хи­ми­че­ское ору­жие. До сих пор в ис­то­ри­че­ских кру­гах идут спо­ры о том, ка­ко­ва бы­ла роль Еф­ре­мо­ва в этих тра­ги­че­ских со­бы­ти­ях. По од­ной из вер­сий, он не раз­де­лял по­зи­цию Ту­ха­чев­ско­го, тре­бо­вав­ше­го же­сто­кой рас­пра­вы над по­встан­ца­ми. Тем не ме­нее даль­ней­шая во­ен­ная ка­рье­ра М. Г. Еф­ре­мо­ва сло­жи­лась весь­ма удач­но, и это да­ет ос­но­ва­ние утвер­ждать, что бу­ду­щий ко­ман­ду­ю­щий 33-й ар­ми­ей был при­ча­стен к пре­ступ­ле­ни­ям, со­вер­шен­ным в 1921 г. на Там­бов­щине. По­сле Граж­дан­ской вой­ны Еф­ре­мов про­хо­дил служ­бу на ко­манд­ных долж­но­стях. В 1927 г. в ка­че­стве во­ен­но­го со­вет­ни­ка на­хо­дил­ся в Ки­тае. Спу­стя год он ко­ман­до­вал 18-й Яро­слав­ской стрел­ко­вой ди­ви­зи­ей, а за­тем по­сту­пил на Кур­сы выс­ше­го на­чаль­ству­ю­ще­го со­ста­ва РККА. В 1929 г. Еф­ре­мов про­шел обу­че­ние на фа­куль­те­те еди­но­на­чаль­ни­ков в Во­ен­но-по­ли­ти­че­ской ака­де­мии им. Н. Г. Тол­ма­чё­ва в Ле­нин­гра­де. В 1930 г. он по­сту­пил в Осо­бую груп­пу Во­ен­ной ака­де­мии им. М. В. Фрун­зе. В 1933 г. Ми­ха­ил Гри­го­рье­вич за­кон­чил обу­че- ние и по­лу­чил сле­ду­ю­щую ат­те­ста­цию: «Здо­ро­вый, энер­гич­ный, вы­нос­ли­вый стро­е­вой ко­ман­дир… Ака­де­ми­че­ский курс усво­ил хо­ро­шо, зна­чи­тель­но вы­рос в об­ла­сти так­ти­че­ско­го раз­ви­тия и опе­ра­тив­но­го ис­кус­ства. По­пол­нил по­ли­ти­че­ские зна­ния, зна­чи­тель­но по­вы­сил гра­мот­ность, изу­чил до­пол­ни­тель­но ан­глий­ский язык». В 1937–1940 гг. Еф­ре­мов ко­ман­до­вал вой­ска­ми За­бай­каль­ско­го, Ор­лов­ско­го, Се­ве­ро-Кав­каз­ско­го и За­кав­каз­ско­го во­ен­ных окру­гов. Наи­бо­лее труд­ным для Ми­ха­и­ла Гри­го­рье­ви­ча ока­зал­ся 1938 г., ко­гда в СССР раз­вер­ну­лась мас­штаб­ная чист­ка ко­манд­ных кад­ров РККА. Еф­ре­мо­ва вы­зва­ли в Моск­ву, по­се­ли­ли в го­сти­ни­це «Москва» и взя­ли под домашний арест. НКВД по­до­зре­ва­ло его в свя­зях с «вра­гом на­ро­да» Ту­ха­чев­ским. До­про­сы дли­лись два с по­ло­ви­ной ме­ся­ца. Еф­ре­мов на­пра­вил несколь­ко пи­сем на имя ста­рых дру­зей – К. Е. Во­ро­ши­ло­ва и А. И. Ми­ко­я­на – с прось­бой о по­мо­щи. В ито­ге де­ло за­кон­чи­лось до­про­сом в при­сут­ствии Ста­ли­на, по­сле че­го во­е­на­чаль­ни­ка осво­бо­ди­ли. Вой­ну Еф­ре­мов встре­тил в зва­нии ге­не­рал-лей­те­нан­та и на долж­но­сти ко­ман­ду­ю­ще­го 21-й ар­ми­ей. Армия во­е­ва­ла в со­ста­ве За­пад­но­го фрон­та, ве­ла бои на мо­ги­лёв­ском на­прав­ле­нии. 7 ав­гу­ста 1941 г. Ми­ха­и­ла Гри­го­рье­ви­ча на­зна­чи­ли ко­ман­ду­ю­щим вой­ска­ми Цен­траль­но­го фрон­та. В по­сле­ду­ю­щем он стал за­ме­сти­те­лем ко­ман­ду­ю­ще­го Брян­ским фрон­том, ко­ман­до­вал 10-й ар­ми­ей. В ок­тяб­ре 1941 г. его утвер­ди­ли на долж­но­сти ко­ман­ду­ю­ще­го 33-й ар­ми­ей, с ко­то­рой и был свя­зан по­след­ний этап его во­ен­ной ка­рье­ры и жиз­ни.

Фа­на­тик мо­дер­ни­за­ции

Валь­тер Мо­дель ро­дил­ся в де­ре­вуш­ке Гент­хайм воз­ле Маг­де­бур­га 24 ян­ва­ря 1891 г. (зем­ля Сак­со­ния-Ан­гальт). Его ро­ди­те­ли бы­ли лю­те­ра­на­ми и при кре­ще­нии да­ли мла­ден­цу имя От­то Мо­риц Валь­тер. Как и Еф­ре­мов, Мо­дель про­ис­хо­дил из сре­ды, в ко­то­рой офи­цер­ская служ­ба ка­за­лась де­лом не то что­бы неже­ла-

МИ­ХА­ИЛ ЕФ­РЕ­МОВ И ВАЛЬ­ТЕР МО­ДЕЛЬ: КРАС­НЫЙ ПОЛ­КО­ВО­ДЕЦ ПРО­ТИВ ПОЖАРНИКА ФЮ­РЕ­РА

тель­ным, но ма­ло­ве­ро­ят­ным. Его отец, От­то, был пас­то­ром, стар­шим пре­по­да­ва­те­лем в се­ми­на­рии, а позд­нее – ди­ри­же­ром цер­ков­но­го хо­ра. Ма­туш­ка Мо­де­ля про­ис­хо­ди­ла из обык­но­вен­ной кре­стьян­ской се­мьи, в ее ро­ду бы­ли тор­гов­цы ло­шадь­ми и ка­бат­чи­ки. Впро­чем, дя­дя Валь­те­ра, Мар­тин, чис­лил­ся офи­це­ром ре­зер­ва в 52-м пол­ку. По утвер­жде­нию неко­то­рых ев­ро­пей­ских ис­сле­до­ва­те­лей, бу­ду­щий гит­ле­ров­ский ге­не­рал на­хо­дил­ся в даль­нем род­стве с во­ждем ми­ро­во­го про­ле­та­ри­а­та Вла­ди­ми­ром Улья­но­вы­мЛе­ни­ным, ко­то­рый, несмот­ря на мно­го­на­ци­о­наль­ность его ге­не­а­ло­ги­че­ско­го дре­ва, как из­вест­но, не при­над­ле­жал к ка­кой-ли­бо рус­ской или ев­ро­пей­ской ари­сто­кра­ти­че­ской фа­ми­лии. Эти ис­то­ри­ки (прав­да, до сих пор не­по­нят­но, на ос­но­ва­нии ка­ких ис­точ­ни­ков) счи­та­ют, что Ле­нин был род­ствен­ни­ком Мо­де­ля по ли­нии ма­те­ри. По­до­зре­вал ли о та­ком род­стве сам фельд­мар­шал – история умал­чи­ва­ет. Этот курьезный факт его био­гра­фии и се­год­ня вы­зы­ва­ет мно­же­ство во­про­сов в се­рьез­ных на­уч­ных кру­гах. Об­ра­зо­ва­ние Мо­дель по­лу­чал в гим­на­зии Эр­фур­та, при­чем его школь­ным то­ва­ри­щем был Ганс-Ва­лен­тин Ху­бе, в даль­ней­шем став­ший из­вест­ным ге­не­рал-пол­ков­ни­ком вер­мах­та и ка­ва­ле­ром Ры­цар­ско­го кре­ста Же­лез­но­го кре­ста с ду­бо­вы­ми ли­стья­ми, ме­ча­ми и брил­ли­ан­та­ми. Что ка­са­ет­ся Валь­те­ра, то в ту по­ру это был бо­лез­нен­ный маль­чик, уже с ма­лых лет удив­ляв­ший учи­те­лей сво­им нестан­дарт­ным мыш­ле­ни­ем. Он обожал гре­че­ский язык и ла­тынь и жи­во ин­те­ре­со­вал­ся ис­то­ри­ей. В 1906 г. юный Мо­дель уви­дел уче­ния егер­ско­го ба­та­льо­на, рас­квар­ти­ро­ван- но­го воз­ле На­ум­бур­га. С то­го вре­ме­ни Валь­тер стал гре­зить ар­ми­ей. Спу­стя два го­да Мо­дель упро­сил сво­е­го дя­дю – офи­це­ра ис­поль­зо­вать свое вли­я­ние, что­бы пле­мян­ни­ка при­ня­ли в во­ен­ное учи­ли­ще в го­ро­де Ней­се в ка­че­стве кан­ди­да­та в офи­це­ры 52-го бранденбургского пе­хот­но­го пол­ка. Вер­ный друг Ху­бе так­же по­сле­до­вал его при­ме­ру. Несмот­ря на про­бле­мы со здо­ро­вьем, пе­ри­о­ди­че­ски воз­ни­кав­шие у Мо­де­ля во вре­мя обу­че­ния, 22 ав­гу­ста 1910 г. ему все же при­сво­и­ли зва­ние лей­те­нан­та и на­пра­ви­ли млад­шим офи­це­ром в 11-ю ро­ту 52-го пол­ка. Ко­гда на­ча­лась Пер­вая ми­ро­вая вой­на, Мо­дель был от­прав­лен на За­пад­ный фронт. Он во­е­вал в пе­хо­те, был несколь­ко раз ра­нен и на­граж­ден за храб­рость Же­лез­ным кре­стом I клас­са. Так­же он был удо­сто­ен очень ред­кой и по­чет­ной на­гра­ды – Ры­цар­ско­го кре­ста ко­ро­лев­ско­го до­маш­не­го ор­де­на Го­ген­цол­лер­нов с ме­ча­ми. В кон­це вой­ны по­да­ю­ще­го на­деж­ды офи­це­ра пе­ре­ве­ли в Ге­не­раль­ный штаб в Бер­лине, при­чем без прохождения необ­хо­ди­мо­го для это­го обу­че­ния в во­ен­ной ака­де­мии. Вско­ре Мо­дель за­во­е­вал из­вест­ность, бла­го­да­ря сво­ей кни­ге о фельд­мар­ша­ле фон Гней­зе­нау (1760–1831). В пе­ри­од меж­ду дву­мя ми­ро­вы­ми вой­на­ми Мо­дель стал во­ен­ным спе­ци­а­ли­стом в тех­ни­че­ских во­про­сах. Он со­вер­шил ше­сти­не­дель­ную по­езд­ку по се­крет­ным учеб­ным ла­ге­рям рейхс­ве­ра в Со­вет­ском Со­ю­зе. Мо­дель при­был в СССР вме­сте с груп­пой офи­це­ров, в ко­то­рую вхо­ди­ли Валь­тер фон Бра­ухич (в 1938–1941 гг. глав­ком Су­хо­пут­ных сил рей­ха), Виль­гельм Кей­тель (в 1939–1945 гг. на­чаль­ник шта­ба ОКВ) и Эрих Кё­стринг (с 1944 г. на­чаль­ник доб­ро­воль­че­ских со­еди­не­ний). Де­ле­га­ция по­се­ти­ла несколь­ко ча­стей РККА. В ре­зуль­та­те это­го ви­зи­та мо­ло­дой май­ор ген­шта­ба под­го­то­вил тех­ни­че­ский об­зор со­сто­я­ния во­ору­же­ний Крас­ной

7 ап­ре­ля в рай­он окру­же­ния при­зем­лил­ся са­мо­лет, что­бы за­брать ко­ман­ду­ю­ще­го 33-й ар­ми­ей. Еф­ре­мов ле­теть от­ка­зал­ся. Он при­ка­зал по­гру­зить зна­ме­на ча­стей и ска­зал лет­чи­ку: «С сол­да­та­ми сю­да при­шел, с сол­да­та­ми и вы­хо­дить бу­ду».

Ар­мии. Кро­ме то­го, по сви­де­тель­ству зна­ко­мых Мо­де­ля, ви­зит в Стра­ну Со­ве­тов сфор­ми­ро­вал у него «стой­кую непри­язнь ко все­му, что свя­за­но с ком­му­низ­мом». В 1930 г. Мо­дель за­нял долж­ность на­чаль­ни­ка 4-го от­де­ла Управ­ле­ния лич­но­го со­ста­ва рейхс­ве­ра, а за­тем стал на­чаль­ни­ком тех­ни­че­ско­го от­де­ла ар­мии. С при­хо­дом к вла­сти Гит­ле­ра Мо­дель пре­вра­тил­ся в сто­рон­ни­ка на­ци­стов и их фа­на­тич­но­го при­вер­жен­ца. Он по­зна­ко­мил­ся с Геб­бель­сом, на ко­то­ро­го про­из­вел очень бла­го­при­ят­ное впе­чат­ле­ние, а тот, в свою оче­редь, пред­ста­вил его фю­ре­ру, мне­ние ко­то­ро­го ока­за­лось не ме­нее бла­го­при­ят­ным. Мо­дель лич­но за­ни­мал­ся де­таль­ным изу­че­ни­ем опы­та ис­поль­зо­ва­ния тан­ков и са­мо­ле­тов в Ис­па­нии. Зи­мой 1937–1938 гг. он со­вер­шил по­езд­ку по гра­ни­це с Че­хо­сло­ва­ки­ей, что­бы про­ве­рить пер­спек­ти­вы ис­поль­зо­ва­ния осад­ных ору­дий про­тив ли­нии чеш­ских укреп­ле­ний. За эн­ту­зи­азм в от­но­ше­нии во­ен­ных ин­но­ва­ций Мо­де­ля про­зва­ли «фа­на­ти­ком мо­дер­ни­за­ции». В мар­те 1938 г. его про­из­ве­ли в ге­не­рал-май­о­ры, а че­рез 8 ме­ся­цев на­зна­чи­ли на­чаль­ни­ком шта­ба IV ар­мей­ско­го кор­пу­са в Дрез­дене. Во вре­мя за­хва­та Поль­ши в сен­тяб­ре 1939 г. Мо­дель про­явил се­бя как та­лант­ли­вый на­чаль­ник шта­ба. Вско­ре, од­на­ко, на его пле­чи лег­ли не толь­ко опе­ра­тив­ные за­да­чи, но и функ­ции по под­дер­жа­нию без­опас­но­сти в ты­лу сво­е­го объ­еди­не­ния. Он был вы­нуж­ден за­ни­мать­ся ор­га­ни­за­ци­ей транс­порт­ных ко­лонн, охра­ной плен­ных. Ему при­шлось при­ме­нять «ан­ти­пар­ти­зан­ские ме­ры», ко­то­рые ча­сто сво­ди­лись к уни­что­же­нию нело­яль­но­го на­се­ле- ния. Жур­нал бо­е­вых дей­ствий IV кор­пу­са за этот пе­ри­од со­хра­нил от­че­ты о ка­ра­тель­ных рей­дах, со­жжен­ных де­рев­нях и каз­нях. Под це­лым ря­дом та­ких до­ку­мен­тов сто­ит под­пись Мо­де­ля. Неслу­чай­но по­сле вой­ны его объ­яви­ли во­ен­ным пре­ступ­ни­ком. Мо­дель хо­ро­шо про­явил се­бя во Фран­цуз­ской кам­па­нии, ру­ко­во­дя шта­бом 16-й ар­мии. Но по-на­сто­я­ще­му та­лант Мо­де­ля рас­крыл­ся во вре­мя вой­ны про­тив Со­вет­ско­го Со­ю­за. Ко­ман­дуя 3-й тан­ко­вой ди­ви­зи­ей, вхо­див­шей в со­став 2-й тан­ко­вой груп­пы Гу­де­ри­а­на, он фор­си­ро­вал Буг, за­тем Бе­ре­зи­ну и Дне­пр, взял Боб­руйск, при­ни­мал уча­стие в сра­же­ни­ях при Бе­ло­сто­ке, у Мин­ска и Смо­лен­ска. Имен­но Мо­дель шел на острие тан­ко­вых ар­мад Гу­де­ри­а­на, за­мкнув­ших пе­чаль­но из­вест­ный ко­тел под Ки­е­вом. В ок­тяб­ре 1941 г. он участ­во­вал в на­ступ­ле­нии на Моск­ву, в хо­де ко­то­ро­го его про­из­ве­ли в ге­не­ра­лы тан­ко­вых войск. На­ко­нец 12 ян­ва­ря 1942 г. Мо­де­ля на­зна­чи­ли ко­ман­ду­ю­щим 9-й ар­мии. Гитлер счел, что Мо­дель вы­пол­нит лю­бой его при­каз и ста­би­ли­зи­ру­ет по­ло­же­ние под Рже­вом и Вязь­мой

Ржев­ско-вя­зем­ская бой­ня

По­пыт­ку лик­ви­ди­ро­вать немец­кую груп­пи­ров­ку войск на цен­траль­ном стра­те­ги­че­ском на­прав­ле­нии со­вет­ское ко­ман­до­ва­ние пред­при­ня­ло сра­зу, как толь­ко вер­махт был от­бро­шен от Моск­вы. Бы­ло ре­ше­но про­ве­сти Ржев­скоВя­зем­скую на­сту­па­тель­ную опе­ра­цию в на­ча­ле 1942 г. Цель опе­ра­ции сво­ди­лась к то­му, что­бы за­вер­шить раз­гром груп­пы ар­мий «Центр». В ди­рек­ти­ве Став­ки Вер­хов­но­го глав­но­ко­ман­ду­ю­ще­го от 7 ян­ва­ря 1942 г. пла­ни­ро­ва­лось «окру­жить, а за­тем пле­нить или уни­что­жить всю мо­жай­ско-гжат­ско-вя­зем­скую груп­пи­ров­ку про­тив­ни­ка». На­ступ­ле­ние осу­ществ­ля­лось вой­ска­ми За­пад­но­го (ге­не­рал ар­мии Г. К. Жу­ков) и Ка­ли­нин­ско­го (ге­не­рал-пол­ков- ник И. С. Ко­нев) фрон­тов. В со­ста­ве двух фрон­тов в опе­ра­ции при­ни­ма­ли уча­стие вой­ска 14 ар­мий, трех ка­ва­ле­рий­ских и од­но­го воз­душ­но-де­сант­но­го кор­пу­сов, фрон­то­вые ВВС с при­вле­че­ни­ем до­пол­ни­тель­ных воз­душ­ных сил. В со­став груп­пы ар­мий «Центр» (ге­не­рал-фельд­мар­шал Г. Клю­ге) вхо­ди­ли в то вре­мя две по­ле­вые и две тан­ко­вые ар­мии. В ко­ли­че­ствен­ном вы­ра­же­нии со­вет­ские вой­ска на этом участ­ке фрон­та на­счи­ты­ва­ли бо­лее 688 000 чел., 10 900 ору­дий и ми­но­ме­тов, 474 тан­ка, вер­махт – око­ло 625 000 чел., око­ло 11 000 ору­дий и ми­но­ме­тов, 354 тан­ка. Вой­ска За­пад­но­го фрон­та всту­пи­ли в опе­ра­цию 9–10 ян­ва­ря. Глав­ный удар на­но­сил­ся на вя­зем­ском на­прав­ле­нии ар­ми­я­ми ле­во­го кры­ла фрон­та. В хо­де оже­сто­чен­ных бо­ев юх­нов­ская груп­пи­ров­ка нем­цев бы­ла охва­че­на с трех сто­рон. Ча­сти 50-й ар­мии (ге­не­рал-лей­те­нант И. В. Болдин) и 1-й гвар­дей­ский ка­ва­ле­рий­ский кор­пус (ге­не­рал-май­ор П. А. Бе­лов) обо­шли Юх­нов с юга и юго­во­сто­ка, а с се­ве­ра и се­ве­ро-во­сто­ка его обо­шли вой­ска 43-й (ге­не­рал-май­ор К. Д. Го­лу­бев) и 49-й ар­мии (ге­не­рал-лей­те­нант И. Г. За­хар­кин). Удар­ная груп­па Бе­ло­ва долж­на бы­ла, вза­и­мо­дей­ствуя со ржев­ской груп­пи­ров­кой, сыг­рать глав­ную роль в окру­же­нии 4-й и 9-й ар­мий вер­мах­та. В се­ре­дине ян­ва­ря со­еди­не­ния Бе­ло­ва на­ча­ли бои в рай­оне Вар­шав­ско­го шос­се. 27 ян­ва­ря пять ка­ва­ле­рий­ских ди­ви­зий про­рва­лись че­рез него в тыл про­тив­ни­ка. Насту­пав­шие ча­сти 33-й ар­мии ге­не­ра­ла Еф­ре­мо­ва 19 ян­ва­ря овла­де­ли го­ро­дом Ве­рея, про­рва­ли обо­ро­ну вра­га. 30 ян­ва­ря при­ка­зом ко­ман­ду­ю­ще­го фрон­том удар­ной груп­пе ар­мии пред­пи- сы­ва­лось «в те­че­ние 1–1,5 су­ток пре­одо­леть рас­сто­я­ние от 25 до 90 км и в даль­ней­шем во вза­и­мо­дей­ствии с груп­пой ген. Бе­ло­ва овла­деть Вязь­мой». При­каз был вы­пол­нен, и 1 фев­ра­ля ди­ви­зии 33-й ар­мии на­ча­ли бои в 7–8 км юж­нее и юго­во­сточ­нее Вязь­мы. По раз­ным оцен­кам, в про­рвав­ших­ся со­еди­не­ни­ях и дру­гих ча­стях бы­ло до 16 ты­сяч че­ло­век. Вязь­му нем­цам сда­вать бы­ло нель­зя, так как это был клю­че­вой пункт обо­ро­ны, где ко все­му про­че­му на­хо­ди­лись шта­бы трех ар­мий: 9-й по­ле­вой – Валь­те­ра Мо­де­ля, 4-й по­ле­вой – ге­не­рал­лей­те­нан­та Готт­хар­да Хейн­ри­ци и 4-й тан­ко­вой – ге­не­рал-лей­те­нан­та Ри­хар­да Ру­оф­фа. Мо­дель быст­ро по­нял, что воз­ник­ла угро­за ги­бе­ли не толь­ко его ар­мии, но и всей груп­пе ар­мий «Центр». Он неод­но­крат­но вы­ез­жал на пе­ре­до­вую, что­бы лич­но озна­ко­мить­ся с об­ста­нов­кой. Мо­дель спас 9-ю ар­мию в ре­зуль­та­те контр­уда­ра со сто­ро­ны Рже­ва и у Оле­ни­на. Бла­го­да­ря это­му уда­ру он окру­жил со­еди­не­ния 39-й и 29-й ар­мий. Прав­да, в кон­це фев­ра­ля 1942 г. ча­сти двух ар­мий, неся боль­шие по­те­ри, все-та­ки вы­рва­лись из коль­ца. Ра­зу­ме­ет­ся, до пол­ной ста­би­ли­за­ции фрон­та бы­ло еще да­ле­ко. Зна­чи­тель­но по­ре­дев­шие силы Мо­де­ля под­вер­га­лись по­сто­ян­ным ата­кам со сто­ро­ны 22-й, 31-й, 30-й и 1-й удар­ной ар­мий. Ата­куя немец­кие по­зи­ции, со­вет­ские во­е­на­чаль­ни­ки не за­труд­ня­ли се­бя так­ти­че­ски­ми изыс­ка­ми, а про­сто из­ну­ря­ли и се­бя, и про­тив­ни­ка ши­ро­ко­мас­штаб­ны­ми ло­бо­вы­ми ата­ка­ми, вол­на за вол­ной, в жут­кие мо­ро­зы. За­пад­ная груп­пи­ров­ка 33-й ар­мии дей­ство­ва­ла на сты­ке 4-й и 9-й по­ле­вых ар­мий. Ча­сти Еф­ре­мо­ва оса­ди­ли Вязь­му, пе­ре­ре­за­ли же­лез­ную до­ро­гу Вязь­ма – Брянск и в пер­вых чис­лах фев­ра­ля 1942 г. ве­ли непре­рыв­ные ата­ки. Но овла­деть го­ро­дом так и не смог­ли. По­сле 3 фев­ра­ля вой­скам Мо­де­ля и Хейн­ри­ци уда­лось лик­ви­ди­ро­вать про­ры­вы се- вер­нее и юж­нее Юх­но­ва. В ре­зуль­та­те ди­ви­зии Еф­ре­мо­ва, ча­сти 1-го гвар­дей­ско­го кав­кор­пу­са Бе­ло­ва и 8-й воз­душ­но-десантной бри­га­ды За­пад­но­го фрон­та ока­за­лись в окру­же­нии. Жу­ков пы­тал­ся по­мочь сво­им от­ре­зан­ным вой­скам. Ко­ман­ду­ю­щий фрон­том вна­ча­ле по­тре­бо­вал от ко­ман­до­ва­ния 43-й ар­мии вос­ста­но­вить по­ло­же­ние под Юх­но­вом. По­том бы­ли под­клю­че­ны вой­ска 49-й и 50-й ар­мий. Ак­тив­ные бои ве­ли окру­жен­ные ди­ви­зии. Жу­ков обе­щал Еф­ре­мо­ву и Бе­ло­ву, что к ним при­дет помощь. Но ко­ман­до­ва­ние груп­пы ар­мий «Центр» уси­ли­ло обо­ро­ну сво­их войск под Юх­но­вом, и все по­пыт­ки про­рвать ее извне про­ва­ли­лись. Для окру­жен­ной За­пад­ной груп­пи­ров­ки 33-й ар­мии на­чал­ся пе­ри­од вы­жи­ва­ния. Ата­ки на Вязь­му бы­ли пре­кра­ще­ны. И по при­чине бес­пер­спек­тив­но­сти, и по при­чине то­го, что ата­ко­вать бы­ло уже некем и нечем. По­чти весь фев­раль Еф­ре­мов удер­жи­вал свои ди­ви­зии на преж­них ру­бе­жах. В этот пе­ри­од в шта­бы ди­ви­зий ухо­ди­ли жест­кие и краткие при­ка­зы, суть ко­то­рых сво­ди­лась к од­но­му: дер­жать­ся до по­след­не­го. Тем вре­ме­нем Во­сточ­ная груп­пи­ров­ка 33-й ар­мии про­дол­жа­ла по­пыт­ки про­ры­ва. 19 фев­ра­ля в упор­ном бою, в хо­де ко­то­ро­го обе сто­ро­ны по­нес­ли боль­шие по­те­ри, в том чис­ле и в тан­ках, ба­та­льо­ны 266-го и 129-го пол­ков 93-й стрел­ко­вой ди­ви­зии во­рва­лись на окра­и­ны Пи­на­ши­на. Но удер­жать­ся там не смог­ли. В на­ча­ле мар­та бы­ла пред­при­ня­та оче­ред­ная по­пыт­ка окру­жен­ных ча­стей 33-й ар­мии из­нут­ри и удар­ной груп­пы 43-й ар­мии извне про­рвать ко­тел. Немец­кое ко­ман­до­ва­ние пе­ре­бро­си­ло сю­да до­пол­ни­тель­ные силы. Рас­сто­я­ние меж­ду со­вет­ски­ми вой­ска­ми со­кра­ти­лось до 2 км, но пре­одо­леть их не уда­лось. С это­го вре­ме­ни по­ло­же­ние 33-й ар­мии ста­ло ухуд­шать­ся с каж­дым днем. На 11 мар­та в окру­жен­ных ча­стях и со­еди­не­ни­ях ар­мии Еф­ре­мо­ва на­счи­ты­ва­лось 12 789 че­ло­век. В груп­пе Бе­ло­ва к кон­цу мар­та бы­ло при­бли­зи­тель­но 17 ты­сяч че­ло­век (в первую оче­редь бла­го­да­ря мест­ным пар­ти­зан­ским от­ря­дам, влив­шим­ся в со­став его кор­пу­са). В спец­со­об­ще­нии на­чаль­ни­ка осо­бо­го от­де­ла НКВД За­пад­но­го фрон­та от 8 ап­ре­ля 1942 г. го­во­ри­лось о тя­же­лом по­ло­же­нии со снаб­же­ни­ем бо­е­при­па­са­ми и про­до­воль­стви­ем в 33-й ар­мии: «Зна­чи­тель­ная часть ар­тил­ле­рии за­кон­сер­ви­ро­ва­на из-за от­сут­ствия го­рю­че­го и бо­е­при­па­сов… По­те­ри с 1.02 по 13.03.1942 г. со­став­ля­ют уби­ты­ми – 1290 че­ло­век, ра­не­ны­ми – 2531 че­ло­век… По­пол­не­ние лич­ным со­ста­вом не про­из­во­дит­ся… Пи­та­ние со­сто­ит из неболь­шо­го ко­ли­че­ства раз­ва­рен­ной ржи и ко­ни­ны. Со­ли, жи­ров и са­ха­ра со­вер­шен­но нет. На поч­ве недо­еда­ния уча­сти­лись слу­чаи за­бо­ле­ва­ния бой­цов… В ночь на 15 мар­та умер­ли от ис­то­ще­ния два бой­ца». Про­тив ди­ви­зий ге­не­ра­ла Еф­ре­мо­ва Мо­дель и Хейн­ри­ци бро­си­ли ча­сти се­ми ди­ви­зий. Коль­цо окру­же­ния сузи­лось до раз­ме­ров 10 на 25 км. В ап­ре­ле Еф­ре­мо­ву и Бе­ло­ву бы­ло да­но раз­ре­ше­ние на вы­ход из кот­ла. Ко­ман­до­ва­нию 33-й ар­мии, в част­но­сти, бы­ло ука­за­но вы­хо­дить ле­са­ми че­рез пар­ти­зан­ские рай­о­ны в на­прав­ле­нии на Ки­ров, где 10-й ар­ми­ей го­то­вил­ся про­рыв обо­ро­ны про­тив­ни­ка. Но по­лу­го­лод­ные лю­ди, сре­ди ко­то­рых бы­ло мно­го ра­не­ных и боль­ных, в усло­ви­ях ве­сен­ней рас­пу­ти­цы пре­одо­леть 150–180 км вряд ли смог­ли бы. Еф­ре­мо­ву при­шлось ис­кать дру­гой марш­рут и од­но­вре­мен­но ве­сти тя­же­лые бои. 3 ап­ре­ля 1942 г. самолеты Люфтваф­фе раз­бро­са­ли над кот­лом ли­стов­ки с уль­ти­ма­ту­мом, в ко­то­ром в том чис­ле го­во­ри­лось: «Гер­ман­ский сол­дат и гер­ман­ское ру­ко­вод­ство пи­та­ют ува­же­ние к му­же­ству окру­жен­ной 33-й Крас­ной Ар­мии и под­чи­нен­ным ей 113-й, 160-й и 338-й стрел­ко­вым ди­ви­зи­ям. Эта армия храб­ро сра­жа­ет­ся. Она бы­ла окру­же­на с на­ча­ла фев­ра­ля бла­го­да­ря то­му, что со­вет­ское пра­ви­тель­ство не су­ме­ло оце­нить зна­че­ние гер­ман­ской во­ен­ной мо­щи. Все по­пыт­ки ва­шей ар­мии про­рвать об­ра­зо­вав­ше­е­ся во­круг нее коль­цо ока­за­лись без­ре­зуль­тат­ны­ми. Они толь­ко вы­зва­ли огром­ные жерт­вы. Так­же и в бу­ду­щем этим трем храб­рым ди-

ви­зи­ям не удаст­ся про­рвать гер­ман­ские ли­нии». Но да­же в тя­же­лой си­ту­а­ции Еф­ре­мов не па­дал ду­хом и на­стра­и­вал сво­их ко­ман­ди­ров и лич­ный со­став на про­рыв. 7 ап­ре­ля в рай­он окру­же­ния при­зем­лил­ся са­мо­лет, что­бы за­брать ко­ман­ду­ю­ще­го 33-й ар­ми­ей. Ко­ман­дарм ле­теть от­ка­зал­ся. Он при­ка­зал по­гру­зить зна­ме­на ча­стей и ска­зал лет­чи­ку, ко­гда тот еще раз на­пом­нил Еф­ре­мо­ву о при­ка­зе Ста­ли­на: «С сол­да­та­ми сю­да при­шел, с сол­да­та­ми и вы­хо­дить бу­ду». В се­ре­дине ап­ре­ля бы­ла пред­при­ня­та по­след­няя по­пыт­ка остат­ков 33-й ар­мии вый­ти из кот­ла. Но и она успе­ха не име­ла. Вме­сте с Еф­ре­мо­вым про­ры­ва­лась груп­па око­ло 2 ты­сяч че­ло­век. В од­ном из бо­ев ко­ман­дарм был тя­же­ло ра­нен и уже не мог фи­зи­че­ски ру­ко­во­дить бо­е­вы­ми дей­стви­я­ми. Его нес­ли на но­сил­ках, ко­гда ав­то­мат­чи­ки, по­след­ние сол­да­ты из его шта­ба, от­би­ва­ли ата­ки немец­кой пе­хо­ты. Еф­ре­мов по­ни­мал, что это ко­нец. Он бо­ял­ся, что ока­жет­ся в со­сто­я­нии немо­щи и уже не смо­жет вла­деть со­бой. 18 ап­ре­ля 1942 г. Ми­ха­ил Гри­го­рье­вич, на­хо­див­ший­ся с неболь­шой груп­пой неда­ле­ко от де­рев­ни Жа­ры, до­стал пи­сто­лет и пу­стил се­бе пу­лю в ви­сок… Тем вре­ме­нем оже­сто­чен­ные бои про­дол­жа­лись. Сол­да­ты и ко­ман­ди­ры, со­про­вож­дав­шие ко­ман­дар­ма, бы­ли в ос­нов­ном уби­ты, а тех, кто был ра­нен, до­би­ли по­ис­ко­вые ко­ман­ды 4-й по­ле­вой ар­мии, про­че­сы­вав­шие рай­он. Вы­рвать­ся из кот­ла уда­лось немно­гим. При­мер­но 230 че­ло­век пе­ре­бра­лись че­рез ли­нию фрон­та и вы­шли в рас­по­ло­же­ние 43-й ар­мии. Еще 670 че­ло­век оста­лись на ок­ку­пи­ро­ван­ной тер­ри­то­рии и вли­лись в пар­ти­зан­ские от­ря­ды. Но боль­шая часть 33-й ар­мии – око­ло 10 600 че­ло­век – бы­ла уни­что­же­на. Те­ло ге­не­рал-лей­те­нан­та Еф­ре­мо­ва по­па­ло в ру­ки вра­га. Од­на­ко нем­цы по­хо­ро­ни­ли его с от­да­ни­ем всех во­ин­ских по­че­стей. Со­глас­но од­ной вер­сии, рас­по­ря­же­ние о тор­же­ствен­ных по­хо­ро­нах от­дал сам Мо­дель. Он яко­бы при­сут­ство­вал при по­гре­бе­нии Еф­ре­мо­ва в се­ле Сло­бод­ка и про­из­нес ко­рот­кую речь, об­ра­щен­ную к немец­ким сол­да­там: «Вы долж­ны сра­жать­ся за Гер­ма­нию так же храб­ро и му­же­ствен­но, как этот ге­не­рал за свою Рос­сию!»

Слу­ги во­ждей, от­цы сол­да­там

Ржев­ско-Вя­зем­ская опе­ра­ция 1942 г. счи­та­ет­ся од­ной из са­мых кро­во­про­лит­ных опе­ра­ций Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны. Офи­ци­аль­но За­пад- ный и Ка­ли­нин­ский фрон­ты по­те­ря­ли 776 889 че­ло­век, по дан­ным неза­ви­си­мых ис­сле­до­ва­те­лей – бо­лее 950 ты­сяч сол­дат и офи­це­ров. Часть спе­ци­а­ли­стов счи­та­ет ви­нов­ни­ком ги­бе­ли 33-й ар­мии лич­но ко­ман­ду­ю­ще­го За­пад­ным фрон­том (поз­же – глав­ко­ма За­пад­но­го на­прав­ле­ния) Г. К. Жу­ко­ва. Имен­но его ошиб­ки, по их мне­нию, при­ве­ли к тра­ги­че­ско­му фи­на­лу. Сле­ду­ет до­ба­вить, что в глу­бо­кий тыл про­тив­ни­ка, кро­ме 33-й ар­мии, бы­ли бро­ше­ны 1-й гвар­дей­ский и 11-й ка­ва­ле­рий­ский кор­пу­са, 39-я и 29-я ар­мии Ка­ли­нин­ско­го фрон­та. При от­сут­ствии вто­рых и по­сле­ду­ю­щих эше­ло­нов это лег­ко мог­ло при­ве­сти к окру­же­нию про­рвав­ших­ся сил, что и про­изо­шло. В ка­че­стве при­чин неуда­чи в бо­ях под Рже­вом и Вязь­мой на­зы­ва­ет­ся не­до­оцен­ка За­пад­но­го на­прав­ле­ния, сил воз­мож­но­го со­про­тив­ле­ния про­тив­ни­ка и его спо­соб­но­сти быст­ро ма­нев­ри­ро­вать ре­зер­ва­ми. От­вет­ствен­ность за тра­ге­дию ав­то­ма­ти­че­ски ло­жит­ся не толь­ко на Жу­ко­ва, но и на выс­шее во­ен­ное ру­ко­вод­ство, ко­то­рое по­ста­ви­ло пе­ред вой­ска­ми За­пад­но­го на­прав­ле­ния непо­силь­ные за­да­чи. Ко­неч­но, в хо­де Ржев­ско-Вя­зем­ской опе­ра­ции со­вет­ски­ми вой­ска­ми бы­ли пол­но­стью осво­бож­де­ны Мос­ков­ская, Туль­ская, часть Ка­ли­нин­ской (ныне Твер­ской) об­ла­сти, но ее глав­ная цель – уни­что­же­ние груп­пы ар­мий «Центр» – не бы­ла до­стиг­ну­та. Несо­мнен­но, в том, что Ржев­ско-Вя­зем­ская опе­ра­ция по­тер­пе­ла крах, огром­ная за­слу­га Мо­де­ля. Имен­но он спас груп­пу ар­мий «Центр» от раз­гро­ма. За свою по­бе­ду Мо­дель по­лу­чил зва­ние ге­не­рал-пол­ков­ни­ка. Гитлер лич­но вру­чил ему ду­бо­вые ли­стья к Ры­цар­ско­му кре­сту (Ры­цар­ским кре­стом ге­не­рал был на­граж­ден еще в июле 1941 г. за взя­тие Боб­руй­ска). Немец­кие вой­ска за­кре­пи­лись на ржев­ско-вя­зем­ском плац­дар­ме, что со­зда­ва­ло по­сто­ян­ную угро­зу но­во­го на­ступ­ле­ния на Моск­ву. Как и Ми­ха­ил Еф­ре­мов, Валь­тер Мо­дель был пре­дан во­ждю сво­е­го го­су- дар­ства – Адоль­фу Гит­ле­ру. По при­ка­зу фю­ре­ра он от­прав­лял­ся ту­да, где скла­ды­ва­лась кри­ти­че­ская си­ту­а­ция для вер­мах­та. И со­всем не слу­чай­но ге­не­рал по­лу­чил про­зви­ща По­жар­ник Гит­ле­ра и Лев Обо­ро­ны. Имен­но он в те­че­ние все­го 1942 г. удер­жи­вал ржев­ский вы­ступ, устро­ив для Крас­ной Ар­мии на­сто­я­щую кро­ва­вую ба­ню, так что и се­год­ня ис­сле­до­ва­те­ли при­во­дят раз­ные дан­ные о по­гиб­ших бой­цах и ко­ман­ди­рах РККА. По оцен­кам мар­ша­ла В. Г. Ку­ли­ко­ва, об­щие по­те­ри со­вет­ских войск на ржев­ско-вя­зем­ском на­прав­ле­нии в 1942–1943 гг. со­ста­ви­ли око­ло 2,5 млн че­ло­век. Мо­де­ля по пра­ву счи­та­ют «ма­сте­ром от­ступ­ле­ний». По­ми­мо то­го что гер­ман­ский ге­не­рал вто­рой раз на­нес по­ра­же­ние Г. К. Жу­ко­ву, – чья опе­ра­ция под ко­до­вым на­име­но­ва­ни­ем «Марс» про- ва­ли­лась, – он су­мел, в рам­ках опе­ра­ции «Буй­вол», от­ве­сти немец­кие вой­ска на но­вые ру­бе­жи в мар­те 1943 го­да. За успеш­ное про­ве­де­ние этой опе­ра­ции Мо­де­ля на­гра­ди­ли ме­ча­ми к Ры­цар­ско­му кре­сту. Впро­чем, от­вод немец­ких войск со­про­вож­дал­ся мно­го­чис­лен­ны­ми во­ен­ны­ми пре­ступ­ле­ни­я­ми. Мо­дель лич­но при­ка­зал эва­ку­и­ро­вать все муж­ское на­се­ле­ние при­зыв­но­го воз­рас­та, кон­фис­ко­вать все за­па­сы про­до­воль­ствия, отра­вить ко­лод­цы и сжечь до­тла мно­гие де­рев­ни. Имен­но эти при­ка­зы, а так­же же­сто­кий ха­рак­тер ан­ти­пар­ти­зан­ских дей­ствий при­ве­ли к то­му, что Со­вет­ский Со­юз объ­явил Валь­те­ра Мо­де­ля во­ен­ным пре­ступ­ни­ком. Как и Еф­ре­мов, Мо­дель боль­шое вни­ма­ние уде­лял под­го­тов­ке и обес­пе­че­нию сол­дат. Он слыл жест­ким и тре­бо­ва­тель­ным ко­ман­ду­ю­щим, ко­то­рый не при­вык си­деть в шта­бе, а пред­по­чи­тал лич­но кон­тро­ли­ро­вать об­ста­нов­ку во вве­рен­ных ему бо­е­вых со­еди­не­ни­ях, ча­сто по­яв­ля­ясь на пе­ре­до­вой. «Его твер­дое ли­цо с боль­шим мо­нок­лем и крат­кая ма­не­ра раз­го­ва­ри­вать, – вспо­ми­нал один офи­цер, – дей­ство­ва­ли на тех, кто его не знал, непри­ят­но. Он ка­зал­ся нелю­без­ным. Его по­се­ще­ние все­гда бы­ло очень ко­рот­ким». Да­же Гу­де­ри­ан, под на­ча­лом ко­то­ро­го Мо­дель всту­пил в вой­ну про­тив Со­вет­ско­го Со­ю­за, от­ме­чал, что «храб­рый и неуто­ми­мый» Мо­дель ока­зы­вал­ся «нехо­рош для ле­ни­вых и неспо­соб­ных под­чи­нен­ных, по­то­му что он ре­ши­тель­но до­би­вал­ся сво­е­го». Впро­чем, Мо­дель умел рас­по­ло­жить к се­бе и ко­ман­ди­ров, и сол­дат, по­это­му лю­ди, ко­то­рые его хо­ро­шо зна­ли, от­зы­ва­лись о нем весь­ма доб­ро­же­ла­тель­но. В част­но­сти, ко­ман­дир 6-й пе­хот­ной ди­ви­зии 9-й ар­мии ге­не­рал Хорст Гросс­ман от­ме­чал в сво­их ме­му­а­рах: «Он про­из­во­дил впе­чат­ле­ние неболь­шо­го, но силь­но­го че­ло­ве­ка. Его го­ло­ву об­рам­ля­ли гу­стые чер­ные с про­се­дью во­ло­сы. По его яс­ным, несмот­ря на тол­стое стек­ло мо­нок­ля, от­кры­тым и доб­рым се­ро-го­лу­бым гла­зам мож­но бы­ло су­дить о доб­ро­те его серд­ца». Мо­де­лю не все­гда со­пут­ство­ва­ла уда­ча. В пе­ри­од бит­вы на Кур­ской ду­ге 9-я армия по­ка­за­ла се­бя не са­мым луч­шим об­ра­зом. На­ступ­ле­ние на участ­ке фрон­та, ко­то­рым ру­ко­во­дил Лев Обо­ро­ны, пло­хо на­ча­лось, а раз­ви­ва­лось еще ху­же. В ито­ге на­ме­чен­ные пла­ном «Ци­та­дель» ру­бе­жи так и не бы­ли до­стиг­ну­ты. Од­на­ко ве­ру Гит­ле­ра в Мо­де­ля по­ра­же­ние под Кур­ском прак­ти­че­ски не по­шат­ну­ло. В кон­це ян­ва­ря 1944 г. Мо­дель стал ко­ман­ду­ю­щим груп­пы ар­мий «Се­вер». Ему при­шлось не столь­ко про­ти­во­сто­ять на­сту­па­ю­щим со­вет­ским вой­скам, сколь­ко по воз­мож­но­сти за­дер­жи­вать их про­дви­же­ние и от­во­дить свои силы. Мо­де­лю уда­лось отой­ти от ли­нии «Пан­те­ра», за­няв ру­беж от Нар­вы по за­пад­но­му бе­ре­гу Чуд­ско­го озе­ра и ре­ки Ве­ли­кой до рас­по­ло­же­ния 3-й тан­ко­вой ар­мии Рейн­гард­та, и удер­жать­ся там, оста­но­вив со­вет­ское на­ступ­ле­ние. За этот от­вод войск он по­лу­чил 1 мар­та 1944 г. зва­ние ге­не­рал-фельд­мар­ша­ла. Вско­ре Гитлер от­пра­вил его на Укра­и­ну, где он сме­нил Ман­штей­на на по­сту ко­ман­ду­ю­ще­го груп­пы ар­мий «Северная Укра­и­на». В хо­де со­вет­ской на­сту­па­тель­ной опе­ра­ции «Ба­гра­ти­он» груп­па ар­мий «Центр» ока­за­лась в от­ча­ян­ном по­ло­же­нии. Мо­дель был сроч­но на­прав­лен в Бе­ло­рус­сию, со­хра­нив за со­бой преж­нюю долж­ность. Фак­ти­че­ски он ко­ман­до­вал боль­шей ча­стью немец­ких войск на Во­сточ­ном фрон­те. Ко­гда в ав­гу­сте 1944 г. Крас­ная Армия оста­но­ви­лась на

Мо­дель лич­но при­ка­зал эва­ку­и­ро­вать все муж­ское на­се­ле­ние при­зыв­но­го воз­рас­та, кон­фис­ко­вать все за­па­сы про­до­воль­ствия, отра­вить ко­лод­цы и сжечь до­тла мно­гие де­рев­ни.

под­сту­пах к Вар­ша­ве, Гитлер про­воз­гла­сил Мо­де­ля «спа­си­те­лем Во­сточ­но­го фрон­та» и на­гра­дил его брил­ли­ан­та­ми к Ры­цар­ско­му кре­сту. В ав­гу­сте 1944 г. Мо­дель стал глав­но­ко­ман­ду­ю­щим на За­па­де. По­на­ча­лу ему уда­ва­лось сдер­жи­вать на­тиск англо-аме­ри­кан­ских войск, но по­том его со­еди­не­ния бы­ли раз­гром­ле­ны си­ла­ми со­юз­ни­ков в Ар­ден­нах (де­кабрь 1944 г. – ян­варь 1945 г.) и в хо­де Ма­ас-Рейн­ской опе­ра­ции (фев­раль–март 1945 г.). В на­ча­ле ап­ре­ля 1945 г. Мо­дель по­пал в окру­же­ние во вре­мя Рур­ской опе­ра­ции. Он ис­кал брешь в аме­ри­кан­ских ли­ни­ях, что­бы про­скольз­нуть в нее, но все бы­ло тщет­но. В плен фельд­мар­шал сда­вать­ся не со­би­рал­ся. Он го­во­рил офи­це­рам сво­е­го шта­ба: «Рус­ские объ­яви­ли ме­ня во­ен­ным пре­ступ­ни­ком, и аме­ри­кан­цы на­вер­ня­ка от­да­дут ме­ня им – для ви­се­ли­цы. Мой час на­стал». 21 ап­ре­ля 1945 г. вбли­зи де­рев­ни Ве­дау Валь­тер Мо­дель до­стал свой та­бель­ный пи­сто­лет из ко­бу­ры и, так же как и Еф­ре­мов, за­стре­лил­ся.

Ко­ман­ду­ю­щий 9-й по­ле­вой ар­ми­ей ге­не­рал-пол­ков­ник Валь­тер МО­ДЕЛЬ

Ко­ман­ду­ю­щий 33-й ар­ми­ей ге­не­рал-лей­те­нант М.Г. ЕФ­РЕ­МОВ

За­пад­ный фронт. Ге­рои ржев­ско­го ле­са. Сле­ва на­пра­во: май­ор И.Т. Се­лен­ко­вич и ба­та­льон­ный ко­мис­сар И.В. Ле­бе­дев, но­ябрь 1942 г. Пуб­ли­ку­ет­ся впер­вые

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.