До­ро­гое УДОволь­сmвие

Sovershenno Sekretno. Informatsiya k Razmyshleniyu - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Еле­на СВЕТ­ЛО­ВА

Сред­няя maKca 3a год сво­бо­ды по услов­но - де­ниHо­му осво­бож­де­нию-100тыс.руб­лей

По офи­ци­аль­ной ста­ти­сти­ке, в на­шей стране несколь­ко сот ты­сяч за­клю­чен­ных. Но эту циф­ру на­до уве­ли­чить вчет­ве­ро или впя­те­ро, то­гда по­лу­чит­ся об­щее чис­ло лю­дей, по чьей судь­бе тя­же­лым кат­ком про­еха­лась тюрь­ма. По­то­му что при­дет­ся по­счи­тать и на­ших род­ствен­ни­ков, «от­бы­ва­ю­щих» срок вме­сте с на­ми. При этом, вый­дя из за­клю­че­ния, окон­ча­тель­но осво­бо­дить­ся от него невоз­мож­но. Страх по­вто­ре­ния пе­ре­жи­то­го кош­ма­ра оста­ет­ся тя­же­лей­шим ком­плек­сом на всю, по­хо­же, остав­шу­ю­ся жизнь. И пре­жде все­го да­же не у «си­дель­ца», а у то­го, кто пе­ре­жи­вал за него по эту сто­ро­ну ре­шет­ки, опла­чи­вал ад­во­ка­та и вы­ста­и­вал длин­ные оче­ре­ди к ок­ну пе­ре­дач. Сте­ны до­мов око­ло при­ем­ных всех след­ствен­ных изо­ля­то­ров Моск­вы в несколь­ко сло­ев об­кле­е­ны пред­ло­же­ни­я­ми ад­во­кат­ских услуг. Это как раз тот слу­чай, ко­гда ми­ни­маль­ные ре­клам­ные рас­хо­ды да­ют са­мый боль­шой эф­фект. Род­ствен­ни­ки аре­сто­ван­но­го, оглу­шен­ные тя­же­стью сва­лив­шей­ся на них ка­та­стро­фы, как пра­ви­ло, не чи­та­ют в де­ло­вых га­зе­тах рас­суж­де­ния о том, что ре­кла­ми­ру­е­мый ад­во­кат – пло­хой ад­во­кат. По­то­му что хо­ро­ший ад­во­кат в ре­кла­ме не нуж­да­ет­ся, и кли­ен­ты к нему при­хо­дят по ре­ко­мен­да­ции. Прав­да, в от­но­ше­нии ад­во­ка­тов по уго­лов­ным де­лам это пра­ви­ло не дей­ству­ет, посколь­ку за по­мо­щью к ним при­хо­дят не кли­ен­ты, а их род­ствен­ни­ки или зна­ко­мые. А кли­ен­ты обыч­но уже си­дят в тюрь­ме. По ре­ко­мен­да­ции мож­но най­ти хо­ро­ше­го «хо­зяй­ствен­ни­ка», но в СИЗО он бу­дет при­хо­дить раз­ве что к аре­стан­там ран­га ру­ко­во­ди­те­лей из­вест­ной неф­тя­ной ком­па­нии. А для осталь­ной «ше­лу­по­ни», по­пав­шей в тюрь­му по соб­ствен­ной вине или недо­мыс­лию, а то и по пла­ну пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов, сой­дет и от­ре­ко­мен­до­ван­ный на за­бо­ре Иван Пет­ро­вич Ива­нов. За него род­ствен­ни­ки об­ви­ня­е­мо­го го­то­вы ухва­тить­ся как за един­ствен­ную спа­си­тель­ную со­ло­мин­ку, посколь­ку про­сто не зна­ют, от­ку­да еще мож­но взять столь необ­хо­ди­мо­го, как им пред­став­ля­ет­ся, за­щит­ни­ка для близ­ко­го че­ло­ве­ка. Этот «за­бор­ный» ва­ри­ант мно­гим ка­жет­ся са­мым объ­ек­тив­ным и неза­ви­си­мым. Ведь та­кой ад­во­кат не на­вя­зан след­стви­ем как бес­плат­ный «го­су­дар­ствен­ный» за­щит­ник, а ста­ло быть, он за­ин­те­ре­со­ван в том, что­бы ра­ди сво­ей ре­пу­та­ции до­стой­но от­ра­бо­тать го­но­рар. По край­ней ме­ре, так пред­став­ля­ет­ся род­ствен­ни­кам и зна­ко­мым аре­стан­та. Увы, про­фес­сия ад­во­ка­та ме­нее все­го пред­по­ла­га­ет та­кую вот неза­ви­си­мость, объ­ек­тив­ность, а за­ча­стую и сле­до­ва­ние мо­раль­ным прин­ци­пам. За­бав­но, что ад­во­ка­ты – это, по­жа­луй, пред­ста­ви­те­ли един­ствен­ной про­фес­сии, кро­ме вра­чей и жур­на­ли­стов, ко­то­рые со­чли необ­хо­ди­мым при­ня­тие спе­ци­аль­но­го Ко­дек­са про­фес­си­о­наль­ной эти­ки ад­во­ка­та. Кто-ни­будь слы­шал о спе­ци­аль­ном ко­дек­се эти­ки, ска­жем, раз­вед­чи­ков, ху­дож­ни­ков-ка­ри­ка­ту­ри­стов или по­жар­ных? Со­зда­ние та­ко­го ко­дек­са бо­лее сви­де­тель­ству­ет не о при­зна­нии фак­та ка­кой-то осо­бой эти­ки, су­ще­ству­ю­щей у ад­во­ка­тов, а ско­рее, на­обо­рот, о се­рьез­ных про­бле­мах с оной. И мне, увы, при­шлось убе­дить­ся в этом на соб­ствен­ном опы­те. Что та­кое ад­во­кат с пре­сло­ву­той тю­рем­ной сте­ны? Это, как пра­ви­ло, не- боль­шое, рас­по­ло­жен­ное где-ни­будь по­бли­зо­сти бю­ро с од­ним-дву­мя парт­не­ра­ми, прак­ти­кан­том из юри­ди­че­ско­го ву­за и сек­ре­тар­шей, бо­лее оза­бо­чен­ной кра­со­той сво­их ног­тей, чем ак­ку­рат­ным под­ши­ва­ни­ем до­ку­мен­тов в пап­ку. Ес­ли объ­яв­ле­ние это­го бю­ро нетро­ну­тым ви­сит на стен­ке изо­ля­то­ра с неде­лю, то мо­же­те быть уве­ре­ны: это в об­мен на мас­су услуг, ока­зы­ва­е­мых ад­во­ка­том ру­ко­вод­ству СИЗО. Бы­ва­ет да­же, он по­мо­га­ет в «раз­ра­бот­ке» за­клю­чен­но­го. «Раз­ра­ба­ты­вать» си­дель­ца могут с раз­ны­ми це­ля­ми: что­бы до­ка­зать его при­част­ность к от­ри­ца­е­мо­му им де­я­нию, узнать, ку­да он дел со­кро­ви­ща уби­ен­ной те­щи, или во­об­ще – для «пред­про­даж­ной» под­го­тов­ки. То есть до­ве­де­ния до «чи­сто­сер­деч­но­го при­зна­ния» и «де­я­тель­но­го рас­ка­я­ния» в су­де, при­ят­но улуч­ша­ю­ще­го по­ка­за­те­ли ра­бо­ты след­ствия. Эти­ми по­ка­за­те­ля­ми сле­до­ва­тель, ко­неч­но, де­лит­ся с опе­ра­тив­ни­ка­ми СИЗО. «Па­лоч­ную» си­сте­му, от ко­то­рой за­ви­сят и пре­мия, и над­бав­ки, и вы­слу­га лет, ни­кто не от­ме­нял.

Кру­ги чи­сти­ли­ща

«Осуж­ден­ка» – это ка­ме­ра, ку­да пе­ре­во­дят из «под­сле­да» (ка­ме­ры под­след­ствен­ных) по­сле вы­не­се­ния при­го­во­ра, или же ту­да по­па­да­ют по­сле взя­тия под стражу в за­ле су­да по­сле то­го же при­го­во­ра. «Осуж­ден­ка» – это по­след­ний круг тю­рем­но­го чи­сти­ли­ща перед отъ- ез­дом на зо­ну и по­след­ний этап кру­ше­ния всех ил­лю­зий на те­му как пра­во­су­дия, так и ро­ли в нем и ком­пе­тент­но­сти ад­во­ка­та. Эти кру­ги мож­но раз­де­лить до­ста­точ­но чет­ко. Пер­вый, шо­ко­вый, по­сле аре­ста, – это или ту­пая го­лов­ная боль от непо­ни­ма­ния, как все про­изо­шло, или на­вяз­чи­вое же­ла­ние со­труд­ни­чать со след­стви­ем, что­бы по­мочь ему разо­брать­ся, до­ка­зать, на­ри­со­вать пра­виль­ную кар­ти­ну и про­ста­вить все точ­ки. Но след­ствие не со­би­ра­ет­ся раз­де­лять это ваше го­ря­чее же­ла­ние и на­зой­ли­вые об­ра­ще­ния рас­це­ни­ва­ет как по­ме­ху в ра­бо­те. По­ни­ма­ние то­го, что в пра­во­охра­ни­тель­ной си­сте­ме тор­мо­за не преду­смот­ре­ны кон­струк­ци­ей, при­хо­дит к вам толь­ко на по­сле­ду­ю­щих ста­ди­ях. На­при­мер, при воз­вра­ще­нии с пер­вой «про­длен­ки» – вы­ез­да на суд для ре­ше­ния о про­дле­нии сро­ка со­дер­жа­ния под стра­жей на вре­мя след­ствия. По мо­им на­блю­де­ни­ям, ма­ло кто из ад­во­ка­тов удер­жи­ва­ет­ся от со­блаз­на на­мек­нуть сво­е­му под­за­щит­но­му, что при опре­де­лен­ных усло­ви­ях (фи­нан­со­вых или иных) ме­ра пре­се­че­ния ему мо­жет быть из­ме­не­на на под­пис­ку о невы­ез­де. Мне об этом так­же «до­ве­ри­тель­но» со­об­ща­ли те ад­во­ка­ты, у ко­то­рых в мо­ем уго­лов­ном де­ле бы­ла осо­бая за­да­ча. (За­бе­гая впе­ред, от­ме­чу, что к за­щи­те мо­их ин­те­ре­сов эта за­да­ча от­но­ше­ния не име­ла.) При этом, пре­крас­но по­ни­мая, как слад­ка та­кая на­деж­да для за­клю­чен­но­го, ад­во­ка­ты осо­зна­ют, что это аб­со­лют­но нере­аль­но. Я не ви­де­ла ни од­но­го, ко­го бы дей­стви­тель­но от­пу­сти­ли «на про­длен­ке». Сказ­ки об этом, ко­то­рые рас­ска­зы­ва­ют вся­кие по­мощ­ни­ки пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов, в том чис­ле и те, ко­то­рых при­сы­ла­ли мне «для кон­так­та» уже по­сле мо­е­го вы­хо­да на сво­бо­ду, не в счет. Сле­ду­ю­щий шок – это чте­ние об­ви­ни­тель­но­го за­клю­че­ния, под­го­тов­лен­но­го про­ку­ра­ту­рой. В этот мо­мент хо­ро­шо по­ни­ма­ешь всю сме­хо­твор­ность сво­е­го об­ще­ния со след­стви­ем в по­пыт­ках что-то до­ка­зать. На­при­мер, в мо­ем слу­чае: сле­до­ва­тель СЧ ГСУ при ГУВД г. Моск­вы Ро­ман Булы­сов ми­ло про­игно­ри­ро­вал все мои по­пыт­ки (до­воль­но сдер­жан­ные на ста­дии след­ствия) про­ти­во­по­ста­вить свои до­во­ды на­зна­чен­но­му мне об­ви­не­нию. Ни од­но­го из сви­де­те­лей за­щи­ты он не вы­звал и не до­про­сил. По­том этих сви­де­те­лей так же непри­нуж­ден­но «не за­ме­ти­ла» су­дья Твер­ско­го су­да, что впо­след­ствии ста­ло при­чи­ной от­ме­ны пер­во­го вы­не­сен­но­го мне при­го­во­ра. Так, скла­ды­ва­ет­ся впе­чат­ле­ние, что на эта­пе су­деб­но­го след­ствия суд ви­дит свою ос­нов­ную за­да­чу в том, что­бы от­ме­сти все до­ка­за­тель­ства за­щи­ты и оста­вить в си­ле все, да­же са­мые неве­ро­ят­ные, до­ка­за­тель­ства вины. Об­ви­ни­тель­ное за­клю­че­ние, про­чи­тан­ное и вы­учен­ное уже на­изусть, по­вто­ря­ет­ся в при­го­во­ре иной раз сло­во в сло­во.

Да­же ста­но­вит­ся жал­ко про­ку­ро­ра и су­дью, ко­то­рые за­тра­ти­ли столь­ко про­цес­су­аль­ных уси­лий, что­бы пе­ре­не­сти текст из од­но­го ком­пью­те­ра (про­ку­рор­ско­го) в дру­гой (су­деб­но­го сек­ре­та­ря), по­рой да­же не ис­пра­вив опе­чат­ки. И вот тут-то в дей­стве, ко­то­рое име­ну­ет­ся су­деб­ным про­цес­сом, де­ко­ра­тив­ная роль ад­во­ка­та ста­но­вит­ся так же оче­вид­на, как на­го­та ко­ро­ля в из­вест­ной сказ­ке. «Что де­лать? – пе­ре­спро­сил ад­во­кат под­за­щит­ную, ко­гда за тор­гов­лю нар­ко­ти­ка­ми ей опре­де­ли­ли пять лет ре­аль­но­го сро­ка. До про­цес­са она хо­ди­ла под под­пис­кой о невы­ез­де, и во вре­мя след­ствия за­щит­ник уве­рял, что она от­де­ла­ет­ся услов­ным на­ка­за­ни­ем. – Что де­лать? Бе­ги!» Как вы по­ни­ма­е­те, ис­то­рию эту мне до­ве­лось услы­шать все в той же «осуж­ден­ке».

лже­за­щит­ни­ки

Ад­во­ка­тов, пре­да­ю­щих ин­те­ре­сы сво­их кли­ен­тов, по мо­им на­блю­де­ни­ям, мож­но услов­но раз­де­лить на три ос­нов­ные ка­те­го­рии: ад­во­ка­ты-«по­фи­ги­сты», ад­во­ка­ты-«дель­цы» и ад­во­ка­ты«ма­ни­пу­ля­то­ры». Бы­ва­ют еще ад­во­ка­ты-вы­мо­га­те­ли, но они при­мы­ка­ют к од­ной из вы­ше­пе­ре­чис­лен­ных групп. С горь­кой гор­до­стью мо­гу ска­зать, что в мо­ем уго­лов­ном де­ле от­ме­ти­лись все три ка­те­го­рии. Сре­ди них са­мая мно­го­чис­лен­ная – пер­вая. Уго­лов­ное пра­во, как утвер­жда­ют юри­сты, не са­мый боль­шой раз­дел во всей юрис­пру­ден­ции. Но этим ад­во­ка­там тя­нет по­рой по­да­рить эк­зем­пляр УК и УПК с ком­мен­та­ри­я­ми. Та­кое же­ла­ние воз­ни­ка­ет, ко­гда ви­дишь, на­при­мер, по­дан­ную по­сле всех сро­ков кас­са­ци­он­ную жа­ло­бу, в ко­то­рой ад­во­кат пред­ла­га­ет вос­ста­но­вить про­пу­щен­ный срок, мо­ти­ви­руя тем, что жи­вет в дру­гом го­ро­де и до Моск­вы ему бы­ло неко­гда до­брать­ся. По­ла­гаю, что су­дьям кас­са­ци­он­ной ин­стан­ции, чи­тав­шим это, бы­ло да­же не смеш­но. Или дру­гой ва­ри­ант «кас­сат­ки», в ко­то­ром ад­во­кат, опи­сы­вая неви­нов­ность сво­ей под­за­щит­ной, не при­во­дит в под­твер­жде­ние ни од­ной ста­тьи Уго­лов­но­го или Уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го ко­дек­са. И во­об­ще ни од­на ста­тья УК или УПК в этом до­ку­мен­те не упо­ми­на­ет­ся. Или текст кас­са­ци­он­ной жа­ло­бы, в ко­то­рой ад­во­кат бук­валь­но при­зна­ет, что да, де­скать, моя под­за­щит­ная ви­но­ва­та (при этом са­ма она ви­но­ва­той себя не при­зна­ет), но вы уж, гос­по­да судьи, не на­ка­зы­вай­те ее, посколь­ку че­ло­век она хо­ро­ший. Тут мож­но вспом­нить, что тот же Ко­декс про­фес­си­о­наль­ной эти­ки ад­во­ка­та, да и дру­гие за­ко­ны, ре­гу­ли­ру­ю­щие де­я­тель­ность ад­во­ка­та, пря­мо пред­пи­сы­ва­ют ему все­гда за­ни­мать по­зи­цию под­за­щит­но­го, за ис­клю­че­ни­ем тех слу­ча­ев, ко­гда име­ет ме­сто са­мо­ого­вор. Свою за­да­чу «по­фи­гист» ви­дит ис­клю­чи­тель­но в по­лу­че­нии де­нег в об­мен на предо­став­ле­ние ми­ни­му­ма услуг. Коль ско­ро роль ад­во­ка­та ри­ту­аль­но-де­ко­ра­тив­ная и от него ма­ло что за­ви­сит, че­го уж тут су­е­тить­ся? У ме­ня та­ким «по­фи­ги­стом» вы­сту­пил ад­во­кат Мос­ков­ской го­род­ской кол­ле­гии ад­во­ка­тов Ни­ко­лай Илюш­ко, кста­ти, при­слан­ный мне са­мой «по­тер­пев­шей». По­лу­чив от мо­ей ма­мы зна­чи­тель­ную сум­му за ра­зо­вое по­яв­ле­ние ря­дом со мной в пер­вые 48 ча­сов по­сле за­дер­жа­ния, по­кра­со­вав­шись перед жур­на­ли­ста­ми, опи­сы­вав­ши­ми мой арест, он счел свою за­да­чу вы­пол­нен­ной и про­пал по­чти на два ме­ся­ца, несмот­ря на мои от­ча­ян­ные при­зы­вы по­явить­ся. Но «по­фи­ги­сты» не так опас­ны, как осталь­ные две ка­те­го­рии ад­во­ка­тов: поль­зы от них, прав­да, ма­ло, но и осо­знан­но­го вре­да то­же. Ху­же с «дель­ца­ми». К ним мож­но от­не­сти тех, для ко­го под­за­щит­ный и его уго­лов­ное де­ло слу­жат толь­ко од­ной це­ли – из­вле­че­нию до­хо­дов в лю­бом ви­де. Как пра­ви­ло, это вы­со­ко­опла­чи­ва­е­мые ад­во­ка­ты, как, к при­ме­ру, пред­ста­ви­те­ли той фир­мы, где слу­жат два дру­гих мо­их за­щит­ни­ка, на­ня­тых не мною, а кем-то, кто хо­тел быть в кур­се след­ствия и су­да. Ру­ко­вод­ство фир­мы еще лет пять на­зад оце­ни­ва­ло их ра­бо­ту по за­пад­ным стан­дар­там – 200 дол­ла­ров в час, да­же ес­ли этот час они за­ни­ма­лись пе­ре­ли­сты­ва­ни­ем Уго­лов­но­го ко­дек­са. (Впро­чем, за та­кие день­ги мож­но бы­ло бы вы­учить его на­изусть.) До­ход «дель­цам» мо­же­те обес­пе­чить и вы са­ми, ес­ли ва­ши за­ра­бот­ки на во­ле бы­ли зна­чи­тель­ны­ми. Ес­ли нет, то будь­те го­то­вы к то­му, что «дель­цы» с удо­воль­стви­ем возь­мут­ся ра­бо­тать на то­го, кто за­пла­тит им боль­ше. Мои до­хо­ды не поз­во­ля­ли опла­тить ра­бо­ту но­вых ад­во­ка­тов, и по­это­му по­яв­ле­ние их ме­ня очень уди­ви­ло. Ведь до­го­во­ра с ни­ми ни я, ни мои род­ствен­ни­ки не за­клю­ча­ли. Но в усло­ви­ях СИЗО, ко­гда аре­сто­ван­ный, как я уже пи­са­ла, пре­вра­ща­ет­ся в лег­кий объ­ект для ма­ни­пу­ля­ций, не по­ве­рить в их дру­же­ские чув­ства ко мне бы­ло за­труд­ни­тель­но. Од­на­ко да­же эта ве­ра бы­ла вско­ре по­ко­леб­ле­на их при­зы­ва- ми к со­вер­ше­нию неко­то­рых дей­ствий, при­чи­ну и смысл ко­то­рых они объяснять от­ка­зы­ва­лись. Кста­ти, та­кое все­гда бы­ва­ет пер­вым при­зна­ком то­го, что ад­во­кат ра­бо­та­ет не на вас. Остат­ков здра­во­го смыс­ла мне хва­ти­ло, что­бы удалить «дель­цов» из де­ла на пер­вом же су­деб­ном за­се­да­нии, вы­ра­зив опа­се­ние, что они дей­ству­ют на сто­роне об­ви­не­ния. По­том уже, по­сле вы­хо­да на во­лю, мне не со­ста­ви­ло тру­да узнать, ка­кая из фи­нан­со­вых струк­тур опла­ти­ла их уча­стие в мо­ем де­ле. И, глав­ное, с ка­кой це­лью. По­ла­гаю, что со­чи­няв­ший мое де­ло в ГСУ сле­до­ва­тель то­же зна­ет, ко­му он обя­зан сво­им но­вым ра­бо­чим ме­стом на юри­ди­че­ской служ­бе в од­ной из струк­тур круп­ней­шей оте­че­ствен­ной гос­мо­но­по­лии. Но, по­жа­луй, са­мые опас­ные сре­ди ад­во­ка­тов – это «ма­ни­пу­ля­то­ры». Их роль ча­сто сты­ку­ет­ся с ра­бо­той «дель­цов». Но те без хо­ро­ше­го за­ра­бот­ка и ше­ве­лить­ся не ста­нут, а эти могут ввя­зать­ся в ин­три­ги ес­ли не из чи­стой люб­ви к ис­кус­ству, то за су­щие ко­пей­ки. Та­кой спо­соб са­мо­ре­а­ли­за­ции опи­сан во мно­гих учеб­ни­ках пси­хо­ло­гии. Са­ми «ма­ни­пу­ля­то­ры», за­иг­рав­шись во вся­кие «вой­нуш­ки», ча­сто ста­но­вят­ся, в свою оче­редь, пред­ме­том ма­ни­пу­ля­ции в ру­ках бо­лее се­рьез­ных сил. Ес­ли та­ко­вые в вас за­ин­те­ре­со­ва­ны. А за­чем еще, ска­жи­те, упе­кать вас в тюрь­му по за­каз­но­му де­лу, ес­ли вы ни для ко­го се­рьез­ной опас­но­сти не пред­став­ля­е­те? Ведь это сколь­ко на­до тру­дов – най­ти по­тер­пев­ше­го, под­го­то­вить сви­де­те­лей, до­го­во­рить­ся со след­стви­ем и про­ку­ра­ту­рой… Да ма­ло ли что еще. Вы же, по­нят­но, то­же си­деть мол­ча не бу­де­те. Опыт­ных «ма­ни­пу­ля­то­ров» рас­по­знать труд­нее все­го. Хо­тя бы по­то­му, что они ред­ко иг­ра­ют про­тив вас в оди­ноч­ку. Не сек­рет, что до­го­во­рен­но­сти меж­ду ад­во­ка­та­ми раз­ных сто­рон о пер­спек­ти­вах сда­чи или ми­ни­маль­но­го вы­иг­ры­ша (что­бы толь­ко за­ткнуть вас) – яв­ле­ние столь рас­про­стра­нен­ное, что из ад­во­ка­тов об­ра­зу­ют­ся це­лые твор­че­ские кол­лек­ти­вы, сла­жен­но иг­ра­ю­щие в «про­цес­су­аль­ных про­тив­ни­ков». В эти кол­лек­ти­вы могут вхо­дить, кро­ме ад­во­ка­тов, еще и про­ку­ро­ры с су­дья­ми. Це­лью ма­ни­пу­ля­ций мо­жет быть не толь­ко по­лу­че­ние от вас ка­ких-то ма­те­ри­аль­ных выгод, но и уста­нов­ле­ние бар­тер­ных от­но­ше­ний меж­ду след­стви­ем и су­дом – ко­гда в об­мен на сда­чу од­но­го де­ла поз­во­ля­ет­ся под­ве­сти к нуж­но­му зна­ме­на­те­лю дру­гое, бо­лее вы­год­ное, или про­сто «твор­че­ски» вы­пол­нить ад­ми­ни­стра­тив­ный за­каз. Та­ко­го «ма­ни­пу­ля­то­ра» в мо­ем де­ле я не смог­ла раз­гля­деть до са­мо­го кон­ца, как оно и тре­бо­ва­лось. Толь­ко аудио- и ви­део­за­пи­си, а так­же дру­гие неопро­вер­жи­мые до­ка­за­тель­ства его ма­ни­пу­ля­ций за­ста­ви­ли ме­ня сми­рить­ся с еще од­ной гнус­ной и бо­лез­нен­ной ис­ти­ной: ад­во­кат Александр Т., ко­то­ро­му я до­ве­ря­лась с от­ча­ян­но­стью за­гнан­ной в угол, пре­да­вал ме­ня, не морг­нув гла­зом и не ис­пы­ты­вая осо­бых угрызений

За­бав­но, что ад­во­ка­ты – это, по­жа­луй, пред­ста­ви­те­ли един­ствен­ной про­фес­сии, кро­ме вра­чей и жур­на­ли­стов, ко­то­рые со­чли необ­хо­ди­мым при­ня­тие спе­ци­аль­но­го Ко­дек­са про­фес­си­о­наль­ной эти­ки.

со­ве­сти. По­том вы­яс­ни­лось, что ему от­во­ди­лась лишь роль ис­пол­ни­те­ля, гра­мот­ны­ми «раз­вод­ка­ми» тол­кав­ше­го ме­ня на со­вер­ше­ние опре­де­лен­ных дей­ствий. Сво­ей ад­во­кат­ской «по­мо­щью» Т. ед­ва не обес­пе­чил ме­ня еще па­роч­кой уго­лов­ных дел в до­пол­не­ние к уже имев­шей­ся ста­тье. Но тут, во­пре­ки за­ко­нам жан­ра, мне неожи­дан­но по­вез­ло: со­вест­ли­вый сле­до­ва­тель За­пад­ной про­ку­ра­ту­ры Оль­га Под­гор­ная не ста­ла по­вы­шать себе про­цент рас­кры­ва­е­мо­сти за счет мо­ей сле­по­ты. Сре­ди за­каз­чи­ков этих ма­ни­пу­ля­ций про­смат­ри­ва­лись как та са­мая фи­нан­со­вая струк­ту­ра (на этот раз поль­зо­вав­ша­я­ся «услу­га­ми» ад­во­ка­та бес­плат­но), так и хо­ро­шо зна­ко­мые мне фи­гу­ры из чис­ла «обо­рот­ней в погонах». Впро­чем, уча­стие «ма­ни­пу­ля­то­ров» в де­ле мо­жет по­лу­чить­ся очень до­ро­гим, ес­ли ад­во­кат за­ин­те­ре­со­ван в до­сту­пе к ва­шим ак­ти­вам. Он мо­жет стать ва­шим парт­не­ром по биз­не­су ли­бо до воз­буж­де­ния уго­лов­но­го де­ла (что ред- ко), ли­бо в хо­де него. Та­кие слу­чаи я знаю. А что? Не на ма­ло­лет­не­го же пле­мян­ни­ка вам пе­ре­пи­сы­вать спор­ный свеч­ной за­во­дик. Луч­ше на опыт­но­го, до­ве­рен­но­го со­вет­чи­ка, зна­ю­ще­го все хо­ды и вы­хо­ды не толь­ко в уго­лов­ном, но и в ар­бит­раж­ном про­цес­се. Те­перь мне по­нят­но, по­че­му в рам­ках про­цес­су­аль­ных дей­ствий у ад­во­ка­тов то­же ино­гда про­во­дят­ся обыс­ки и вы­ем­ки до­ку­мен­тов, арест иму­ще­ства и про­чие дей­ствия, на­ру­ша­ю­щие их про­фес­си­о­наль­ные пра­ва. И есть еще от­дель­ная ка­те­го­рия ад­во­ка­тов, ко­то­рых все се­рьез­ные про­фес­си­о­на­лы да­же за кол­лег при­зна­вать от­ка­зы­ва­ют­ся. Это так на­зы­ва­е­мые хо­до­ки, в чьи за­да­чи вхо­дит толь­ко по­сред­ни­че­ство при пе­ре­да­че взят­ки ко­му на­до. У них, как утвер­жда­ют, су­ще­ству­ет да­же нечто вро­де мощ­но­го проф­со­ю­за, ру­ко­вод­ство ко­то­ро­го хо­ро­шо зна­ет по­ря­док вы­плат и спо­со­бы рас­че­та при «ре­ше­нии» то­го или ино­го де­ла и цен­тра­ли­зо­ван­но рас­пре­де­ля­ет де­неж­ные по­то­ки. По­пасть в этот «проф­со­юз» со сто­ро­ны весь­ма за­труд­ни­тель­но. Аре­сто­ван­ный за взят­ку зам­про­ку­ро­ра Пе­ров­ской меж­рай­он­ной про­ку­ра­ту­ры Руслан Фе­д­осен­ко в си­лу сво­ей про­фес­сии яв­но непло­хо зна­ком с пра­ви­ла­ми этой иг­ры. Его отец, один из быв­ших ру­ко­во­ди­те­лей ма­га­дан­ской ми­ли­ции, на­шел для него опыт­но­го ад­во­ка­та. Но Фе­д­осен­ко от­ка­зал­ся от этих услуг: «Мне все рав­но си­деть, а бе­ре­мен­ной жене день­ги по­на­до­бят­ся».

Де­мо­кра­тия или ду­бин­ка?

Не мо­гу удер­жать­ся от упо­ми­на­ния о кни­ге Ю.П. Гар­ма­е­ва «Неза­кон­ная де­я­тель­ность ад­во­ка­тов в уго­лов­ном су­до­про­из­вод­стве». Это из­да­ние, несмот­ря на свою, ка­за­лось бы, уз­кую спе­ци­а­ли­за­цию, уже ста­ло бест­сел­ле­ром. Что са­мо по себе на­во­дит на опре­де­лен­ные умо­за­клю­че­ния. Так вот, ав­тор ее счи­та­ет, что по­лу­че­ние де­нег за услу­ги без на­ме­ре­ний их ока­зы­вать со­от­вет­ству­ет со­ста­ву ста­тьи 159 Уго­лов­но­го ко­дек­са (мо­шен­ни­че­ство). Этот очень рас­про­стра­нен­ный слу­чай неза­кон­ной де­я­тель­но­сти ад­во­ка­тов. «Так, мно­гие недоб­ро­со­вест­ные ад­во­ка­ты из чис­ла «во­вле­чен­ных», «скан­даль­ных», низ­ко­ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных, а так­же неко­то­рые из тех, кто име­ет спе­ци­фи­че­ский пред­ше­ству­ю­щий опыт ра­бо­ты, внут­ренне бы­ва­ют недо­воль­ны тем, на­сколь­ко, по их мне­нию, огра­ни­че­ны и неэф­фек­тив­ны про­цес­су­аль­ные сред­ства и ме­то­ды за­щи­ты. Ча­сто они про­сто не спо­соб­ны на­учить­ся за­щи­щать за­кон­ны­ми спо­со­ба­ми, а по­то­му их так и тя­нет по­пол­нить свой ар­се­нал наи­бо­лее амо­раль­ны­ми пре­ступ­ны­ми ме­то­да­ми, ко­то­рые прак­ти­ку­ют их про­цес­су­аль­ные про­тив­ни­ки. Так, быв­шие сле­до­ва­те­ли и упол­но­мо­чен­ные, и по преж­не­му ме­сту ра­бо­ты не гну­шав­ши­е­ся неза­кон­ны­ми ме­то­да­ми рас­сле­до­ва­ния и опе­ра­тив­но-разыск­ной де­я­тель­но­сти, став ад­во­ка­та­ми, ис­поль­зу­ют близ­кий их мо­раль­но­му и про­фес­си­о­наль­но­му об­ли­ку шан­таж, вы­мо­га­тель­ство, сбор и ис­поль­зо­ва­ние компрометирующих ма­те­ри­а­лов и т.д.». В этих сло­вах за­бав­но вот что. Ав­тор кни­ги, со всей яро­стью про­ку­рор­ско­го ра­бот­ни­ка на­па­да­ю­щий на чуж­дых ему за­щит­ни­ков, со­зна­тель­но или нет под­во­дит чи­та­те­ля к мыс­ли, что план­ку этой неза­кон­ной ра­бо­ты за­да­ют са­ми ра­бот­ни­ки пра­во­охра­ни­тель­ных струк­тур. Став ад­во­ка­та­ми, они при­вно­сят в эту де­я­тель­ность весь свой спе­ци­фи­че­ский опыт. Так мы под­хо­дим к объ­яс­не­нию неко­то­рых при­чин чу­до­вищ­ной

ис­ко­ре­жен­но­сти всей на­шей су­деб­но­пра­во­охра­ни­тель­ной ма­ши­ны, ко­то­рая, за­хва­тив ко­го-то в свои жер­но­ва, вы­пус­ка­ет, толь­ко пол­но­стью пе­ре­мо­лов. По мне­нию мо­е­го дру­га, из­вест­но­го ад­во­ка­та Кон­стан­ти­на Рив­ки­на, при­чи­на всех этих, мяг­ко го­во­ря, пе­ре­ко­сов ле­жит в су­деб­ной ос­но­ве пра­во­охра­ни­тель­ной си­сте­мы. По утвер­жде­нию Рив­ки­на, в цар­ской России до­ля оправ­да­тель­ных при­го­во­ров по от­дель­ным ви­дам пре­ступ­ле­ний, вплоть до убийств, до­хо­ди­ла до со­ро­ка про­цен­тов. В из­вест­ное су­деб­ной сви­ре­по­стью ста­лин­ское вре­мя оправ­ды­ва­ли де­сять про­цен­тов, да­же по де­лам о го­су­дар­ствен­ной из­мене. «Со­глас­но ста­ти­сти­ке, – рас­ска­зы­ва­ет Рив­кин, – озву­чен­ной пред­се­да­те­лем Мос­ков­ско­го го­род­ско­го су­да гос­по­жой Его­ро­вой, оправ­да­тель­ных при­го­во­ров в су­дах об­щей юрис­дик­ции – 0,35 про­цен­та. Это жут­кая циф­ра». Трид­цать пять со­тых про­цен­та – это ни­ка­кое не сви­де­тель­ство ка­че­ства ра­бо­ты след­ствия и про­ку­ра­ту­ры. Это при­чи­на то­го, что вся­кая ма­ку­ла­ту­ра, на­зван­ная уго­лов­ным де­лом и на­прав­лен­ная в суд с об­ви­ни­тель­ным за­клю­че­ни­ем, бу­дет од­но­знач­но ле­га­ли­зо­ва­на об­ви­ни­тель­ным при­го­во­ром. Судьи вы­ис­ки­ва­ют лю­бые до­ка­за­тель­ства ви­нов­но­сти то­го, кто по­пал под ка­ток пра­во­су­дия. В част­ных бе­се­дах они оправ­ды­ва­ют свою кро­во­жад­ность так: да­же ес­ли до­ка­за­тель­ства са­мые бре­до­вые и неза­кон­ные, это все же луч­ше, чем быть за­по­до­зрен­ным в по­лу­че­нии взят­ки за оправ­да­тель­ный при­го­вор. «Рос­сий­ская Фе­де­ра­ция, – сме­ял­ся в раз­го­во­ре со мной Рив­кин, – по­за­ба­ви­ла все ми­ро­вое со­об­ще­ство, на­звав себя в од­ной из ста­тей Кон­сти­ту­ции пра­во­вым го­су­дар­ством. На са­мом де­ле и сей­час, и в со­вет­ские вре­ме­на ад­во­кат был но­ми­наль­ной фи­гу­рой, ко­то­рая слу­жит неко­то­рым де­ко­ра­тив­ным при­кры­ти­ем лже­де­мо­кра­ти­че­ско­го су­деб­но­го про­цес­са». По сло­вам Рив­ки­на, се­го­дня в су­де мож­но на­блю­дать тро­га­тель­ное един- ство го­су­дар­ствен­но­го об­ви­не­ния и су­дей, посколь­ку и те и дру­гие счи­та­ют себя пред­ста­ви­те­ля­ми го­су­дар­ства. Коль оно пла­тит им зар­пла­ту, они от име­ни это­го го­су­дар­ства сто­ят на стра­же борьбы с пре­ступ­но­стью. Ад­во­кат же – это так, част­ная ла­воч­ка, слу­жа­щая лич­ным или уз­ко­кор­по­ра­тив­ным ин­те­ре­сам. Вре­ме­на по­стро­е­ния ком­му­низ­ма и раз­ви­то­го со­ци­а­лиз­ма про­шли, а клас­со­вый юри­ди­че­ский под­ход не из­ме­нил­ся. Чем мож­но пе­ре­ло­мить этот «со­вок»? Сла­вя­щий­ся сво­им ра­ди­ка­лиз­мом быв- ший пре­зи­дент Гру­зии Са­а­ка­шви­ли, в свое вре­мя, по неко­то­рым дан­ным, по­го­лов­но уво­лил всех кор­рум­пи­ро­ван­ных га­иш­ни­ков, за­ме­нив их на неис­пор­чен­ных кур­сан­тов си­ло­вых ву­зов. Рив­кин же пред­ла­га­ет за­ме­нить всех су­дей на за­ру­беж­ных спе­ци­а­ли­стов с хо­ро­шей зар­пла­той, ру­ки ко­то­рых не бу­дут свя­за­ны ни кор­по­ра­тив­ны­ми ин­те­ре­са­ми, ни ку­мов­ством, ни ком­про­ма­том. По­сле на­вяз­чи­во-углуб­лен­но­го зна­ком­ства с осо­бен­но­стя­ми на­шей пра­во­охра­ни­тель­ной си­сте­мы са­мым уди­ви­тель­ным для ме­ня бы­ло то, что на­силь­ни­ки и убий­цы все-та­ки не все­гда по­па­да­ют за ре­шет­ку. А что, ес­ли пред­ло­жить за­ко­но­да­те­лям вве­сти жест­кую кво­ту на оправ­да­тель­ные при­го­во­ры? Ска­жем, де­сять про­цен­тов от чис­ла всех вы­но­си­мых. То­гда лю­бой су­дья го­раз­до се­рьез­нее рас­смат­ри­вал бы за­кон­ность, до­пу­сти­мость или от­но­си­тель­ность до­ка­за­тельств об­ви­не­ния. То есть де­лал бы то, что ему и пред­пи­сы­ва­ет наш, как утвер­жда­ют, один из са­мых про­грес­сив­ных в ми­ре Уго­лов­но-про­цес­су­аль­ных ко­дек­сов. Из­вест­но, что же­сто­кость рос­сий­ских за­ко­нов ком­пен­си­ру­ет­ся лишь осо­бен­но­стя­ми их ис­пол­не­ния. Де­мо­кра­тия, ко­то­рая пред­по­ла­га­ет ад­во­кат­ский вы­иг­рыш про­цес­са, ска­жем, толь­ко на ос­но­ве про­цес­су­аль­ных на­ру­ше­ний при сбо­ре до­ка­за­тельств, – это слиш­ком неж­ное и теп­лич­ное расте­ние для вы­жи­ва­ния в на­ших су­ро­вых усло­ви­ях. Риск­ну утвер­ждать, что ес­ли от­пу­стить вож­жи пра­во­охра­ни­тель­ной си­сте­мы и вве­сти кво­ты на оправ­да­тель­ные при­го­во­ры, то боль­шую их часть в той же Москве по­про­сту пе­ре­ку­пят те, кто име­ет на это до­ста­точ­но средств. Уга­дай­те, кто это бу­дет.

Кон­стан­тин Рив­кин – один из тех ад­во­ка­тов, ко­то­рые ско­рее не возь­мут­ся за де­ло кли­ен­та, чем пре­да­дут его ин­те­ре­сы

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.