Тай­на двойников На­по­лео­на

СКОЛЬ­КО БЫ­ЛО ПОД­ДЕЛЬ­НЫХ ИМПЕРАТОРОВ

Sovershenno Sekretno. Informatsiya k Razmyshleniyu - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Сер­гей НЕЧАЕВ Пуб­ли­ка­ция 2014 го­да

В по­след­нее вре­мя в СМИ ста­ло по­яв­лять­ся все боль­ше со­об­ще­ний о том, что яко­бы Муа­мар Кад­да­фи (го­су­дар­ствен­ный де­я­тель, вер­хов­ный глав­но­ко­ман­ду­ю­щий Во­ору­жен­ны­ми си­ла­ми Ли­вии и ли­дер Со­ци­а­ли­сти­че­ской На­род­ной Ли­вий­ской Араб­ской Джа­ма­хи­рии) не был убит 20 ок­тяб­ря 2011 го­да. Но кто же то­гда, бу­дучи ра­не­ным, был схва­чен по­встан­ца­ми при по­пыт­ке вы­рвать­ся из оса­жден­но­го го­ро­да Сир­та? Ко­го с за­ли­тым кро­вью ли­цом по­ка­зы­ва­ли по всем те­ле­ка­на­лам ми­ра? Ко­го так долго пы­та­ли и кто в по­след­ние ми­ну­ты сво­ей жиз­ни при­зы­вал му­чи­те­лей оду­мать­ся? И чье те­ло по­том бы­ло вы­став­ле­но на все­об­щее обо­зре­ние в про­мыш­лен­ном хо­ло­диль­ни­ке для ово­щей в тор­го­вом цен­тре в Ми­су­ра­те?

Ко­неч­но же, это был Муа­мар Кад­да­фи. Но раз­ве неза­ви­си­мые спе­ци­а­ли­сты про­во­ди­ли экс­пер­ти­зу его ДНК? Нет, не про­во­ди­ли. Бо­лее то­го, уби­то­го тай­но за­хо­ро­ни­ли где-то в пу­стыне… По­это­му и воз­ник­ло пред­по­ло­же­ние, что все­му ми­ру по­ка­зы­ва­ли двой­ни­ка пол­ков­ни­ка, то есть че­ло­ве­ка, очень по­хо­же­го на гла­ву Ли­вий­ско­го го­су­дар­ства. А их (двойников) у него яко­бы бы­ло очень мно­го – це­лое под­раз­де­ле­ние служ­бы без­опас­но­сти. Неко­то­рые ана­ли­ти­ки да­же уве­ря­ют те­перь, что Кад­да­фи жив-здо­ров, на­хо­дит­ся в од­ной из аф­ри­кан­ских стран и ждет сво­е­го ча­са. Мож­но как угод­но от­но­сить­ся к по­доб­но­го ро­да утвер­жде­ни­ям, но в це­лом факт оста­ет­ся фак­том – прак­ти­ка ис­поль­зо­ва­ния цар­ству­ю­щи­ми осо­ба­ми двойников из­вест­на с неза­па­мят­ных вре­мен. Счи­та­ет­ся, что двой­ни­ки бы­ли и у Ста­ли­на, и у Гит­ле­ра, и у Ким Ир Се­на, и у Сад­да­ма Ху­сей­на… Да и в бо­лее от­да­лен­ной ис­то­рии есть при­ме­ры, ко­гда об­сто­я­тель­ства смер­ти дик­та­то­ра так и оста­ют­ся невы­яс­нен­ны­ми. На про­тя­же­нии сто­ле­тий. На­при­мер, над за­гад­кой смер­ти им­пе­ра­то­ра На­по­лео­на I че­ло­ве­че­ство бьет­ся уже по­чти две­сти лет.

Фе­ликс, отец Ил­ла­ри­он и дру­гие

Есть как ми­ни­мум три ле­ген­ды, гла­ся­щих, что На­по­ле­он бе­жал с ост­ро­ва Свя­той Еле­ны и за­кон­чил свои дни в Ев­ро­пе. Од­но из пре­да­ний рас­ска­зы­ва­ет, что 7 ав­гу­ста 1815 го­да, ко­гда ко­рабль, уво­зив­ший На­по­лео­на к ме­сту ссыл­ки, дол­жен был пе­ре­се­кать эк­ва­тор, в од­ной из де­ре­ву­шек Фран­цуз­ских Альп по­явил­ся весь­ма стран­ный че­ло­век. Жи­те­ли де­рев­ни, ви­дев­шие На­по­лео­на в го­ды его сла­вы, при­зна­ли в нем сво­е­го им­пе­ра­то­ра, од­на­ко он пред­ста­вил­ся Фе­лик­сом. Ко­ро­лев­ские жан­дар­мы сра­зу бро­си­лись по его сле­дам, аре­сто­ва­ли и по­ме­сти­ли в тюрь­му Вьенн-ан-До­финэ. На этом сле­ды На­по­лео­на-Фе­лик­са те­ря­ют­ся, так как ни­ка­ких до­ку­мен­тов, свя­зан­ных с аре­стом, най­де­но не бы­ло… Дру­гое пре­да­ние ос­но­ва­но на по­ка­за­ни­ях, дан­ных в 1822 го­ду Ар­ма­ном Мар­кизэ, сек­ре­та­рем пре­фек­ту­ры го­ро­да Манд. Он рас­ска­зы­вал, что узнал о про­жи­ва­нии в окрест­но­стях го­ро­да неко­е­го свя­щен­ни­ка, ко­то­ро­го зва­ли отец Ил­ла­ри­он. На­се­ле­ние окру­жа­ю­щих де­ре­вень по­че­му-то пре­кло­ня­лось пе­ред этим свя­щен­ни­ком и про­из­но­си­ло его имя с ве­ли­чай­шим стра­хом. За­ин­три­го­ван­ный Мар­кизэ на­чал на­во­дить справ­ки и вско­ре узнал, что та­ин­ствен­ный свя­щен­ник по­явил­ся неиз­вест­но от­ку­да и ку­пил се­бе по­лу­раз­ру­шен­ный за­мок неда­ле­ко от го­ро­да. Жи­те­ли де­ре­вень шеп­та­лись о том, что свя­щен­ник – это их быв­ший им­пе­ра­тор. Мар­кизэ в со­про­вож­де­нии пре­фек­та и ка­пи­та­на жан­дар­ме­рии от­пра­вил­ся убе­дить­ся или разу­ве­рить­ся в этом лич­но. Отец Ил­ла­ри­он встре­тил их на до­ро­ге во гла­ве кон­но­го эс­кор­та лю­дей в та­ких же, как и у него, мо­на­ше­ских су­та­нах. Все они на удив­ле­ние хо­ро­шо дер­жа­лись в сед­ле. Но еще боль­ше Мар­кизэ был изум­лен по­тря­са­ю­щим внеш­ним сход­ством отца Ил­ла­ри­о­на с На­по­лео­ном… Тре­тье пре­да­ние гла­сит, что 5 мая 1821 го­да на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны умер не На­по­ле­он, а ка­прал на­по­лео­нов­ской ар­мии Ро­бо, уди­ви­тель­но по­хо­жий на На­по­лео­на. Сам же им­пе­ра­тор оста­ток жиз­ни яко­бы про­вел в Ита­лии.

«Мы все гля­дим в На­по­лео­ны...»

До­сто­вер­но из­вест­но, что с са­мо­го на­ча­ла сво­е­го прав­ле­ния На­по­ле­он от­дал при­каз ис­кать сво­их двойников по всей Ев­ро­пе. В ре­зуль­та­те разыс­ка­ли чет­ве­рых. Впо­след­ствии их судь­ба сло­жи­лась по-раз­но­му: с од­ним вско­ре при­клю­чи­лось несча­стье, он упал с ло­ша­ди и стал ни на что не год­ным ка­ле­кой, вто­рой ока­зал­ся сла­бо­ум­ным, тре­тий дол­гое вре­мя тай­но со­про­вож­дал им­пе­ра­то­ра, но был убит при невы­яс­нен­ных об­сто­я­тель­ствах. Судь­ба чет­вер­то­го двой­ни­ка им­пе­ра­то­ра – Фран­с­уа-Эже­на Ро­бо (FrançoisEugène Robeaud) – наи­бо­лее ин­те­рес­на и за­га­доч­на. В ря­де ис­точ­ни­ков утвер­жда­ет­ся, что этот че­ло­век ро­дил­ся в 1775 го­ду в неболь­шом го­род­ке Ба­лей­кур, что в де­пар­та­мен­те Мёз, в ше­сти ки­ло­мет­рах от Вер­де­на. В 1793 го­ду он за­пи­сал­ся доб­ро­воль­цем в 1-й ба­та­льон еге­рей сво­е­го де­пар­та­мен­та и ушел на вой­ну. Он был млад­ше На­по­лео­на на шесть лет, но неве­ро­ят­но по­хож на него. В кон­це кон­цов на это об­ра­ти­ли вни­ма­ние, и его пол­ков­ник пред­ста­вил ка­пра­ла Ро­бо сво­е­му на­чаль­ству, ко­то­рое, в свою оче­редь, от­пра­ви­ло его к ми­ни­стру по­ли­ции Фу­ше, ве­дав­ше­му по­доб­ны­ми во­про­са­ми… Боль­ше о Ро­бо дол­гое вре­мя ни­кто ни­че­го не слы­шал. Как из­вест­но, по­сле по­ра­же­ния при Ва­тер­лоо На­по­ле­он от­рек­ся от пре­сто­ла и был со­слан на да­ле­кий ост­ров Свя­той Еле­ны. А став­ший ни­ко­му не нуж­ным его двой­ник вер­нул­ся в свой дом в Ба­лей­ку­ре. Ти­хая про­вин­ци­аль­ная жизнь тек­ла вя­ло и од­но­об­раз­но. Но вдруг (это бы­ло в 1818 го­ду) в Ба­лей­ку­ре про­изо­шло нечто весь­ма необыч­ное: к де­ре­вен­ско­му до­му Ро­бо подъ­е­ха­ла рос­кош­ная ка­ре­та – из тех, что неча­сто слу­ча­лось уви­деть в тех кра­ях. Имен­но по­это­му она и за­пом­ни­лась мно­гим. Кто на­хо­дил­ся в этой ка­ре­те за за­дер­ну­той за­на­вес­кой ок­ном – неиз­вест­но. Во вся­ком слу­чае, ка­ре­та про­сто­я­ла у до­ма не мень­ше двух ча­сов. Хо­зя­ин до­ма по­том рас­ска­зы­вал со­се­дям, что при­ез­жав­ший к нему че­ло­век сна­ча­ла хо­тел ку­пить у него кро­ли­ков, по­том долго уго­ва­ри­вал его по­охо­тить­ся вме­сте, но он, яко­бы, не со­гла­сил­ся. А че­рез несколь­ко дней Фран­с­уа-Эжен Ро­бо ис­чез из го­род­ка вме­сте со сво­ей сест­рой. Позд­нее вла­сти спо­хва­ти­лись и при­ня­лись разыс­ки­вать быв­ше­го двой­ни­ка им­пе­ра­то­ра. В ито­ге они на­шли лишь его сест­ру, ко­то­рая жи­ла в Нан­те, при­чем в не­по­нят­но от­ку­да взяв­шей­ся рос­ко­ши. Она за­яви­ла, буд­то день­ги дал ей брат, ко­то­рый от­пра­вил­ся в да­ле­кую по­езд­ку, а ку­да имен­но, она не зна­ет: «На­нял­ся в мат­ро­сы и ушел в мо­ре, пла­ва­ет где-то...»

Стран­ный «ком­мер­сант»

Вско­ре по­сле ис­чез­но­ве­ния Фран­с­у­аЭ­же­на Ро­бо в ита­льян­ской Ве­роне бы­ло за­ме­че­но по­яв­ле­ние неко­е­го фран­цу­за Ре­ва­ра, от­крыв­ше­го вме­сте со сво­им ком­па­ньо­ном не­боль­шой ма­га­зин. Имен­но бла­го­да­ря это­му ком­па­ньо­ну, куп­цу Пет­руч­чи, ме­сье Ре­вар в па­мя­ти по­том­ков оста­вил до­воль­но за­мет­ный след. А тем вре­ме­нем зна­ме­ни­тый плен­ник на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны вдруг стал очень за­быв­чив и на­чал пу­тать в рас­ска­зах оче­вид­ные фак­ты из сво­ей преж­ней жиз­ни. И его по­черк не-

ожи­дан­но силь­но из­ме­нил­ся, а сам он сде­лал­ся весь­ма туч­ным и неук­лю­жим. Офи­ци­аль­ные вла­сти при­пи­са­ли это воз­дей­ствию не слиш­ком ком­форт­ных усло­вий за­клю­че­ния на бо­гом за­бы­том ост­ро­ве. По­ве­де­ние при­ез­же­го фран­цу­за Ре­ва­ра в Ве­роне та­к­же бы­ло весь­ма стран­ным: он ред­ко по­ка­зы­вал­ся в сво­ем ма­га­зине, а на ули­цу во­об­ще по­чти не вы­хо­дил. При этом все со­се­ди за­ме­ти­ли, что он был очень по­хож на порт­ре­ты На­по­лео­на, и да­ли ему про­зви­ще «Им­пе­ра­тор». Сам Ре­вар от­зы­вал­ся на та­кое об­ра­ще­ние лишь сдер­жан­ной улыб­кой. Что ка­са­ет­ся ком­мер­ции, то, по сло­вам Пет­руч­чи, его ком­па­ньон не имел к ней ни ма­лей­ше­го та­лан­та. Ко­гда ока­зы­ва­лось, что оче­ред­ное на­чи­на­ние при­но­сит ему лишь убы­ток, это его ни­сколь­ко не огор­ча­ло. К день­гам он был, по­хо­же, без­раз­ли­чен, и оста­ва­лось га­дать, по­че­му он вы­брал имен­но этот род занятий. Так про­дол­жа­лось несколь­ко лет.

Трид­цать лет мол­ча­ния

5 мая 1821 го­да на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны, со­глас­но офи­ци­аль­ной вер­сии, скон­чал­ся На­по­ле­он Бонапарт. А 23 ав­гу­ста 1823 го­да по­хо­жий на него как две кап­ли во­ды вла­де­лец ма­га­зи­на Ре­вар бро­сил де­ла и на­все­гда по­ки­нул Ве­ро­ну. Про­изо­шло это при весь­ма стран­ных об­сто­я­тель­ствах. В пол­день в дверь ма­га­зи­на, где оба ком­па­ньо­на на­хо­ди­лись в тот час, по­сту­чал по­сыль­ный. Убе­див­шись, что пе­ред ним имен­но гос­по­дин Ре­вар, по­сыль­ный вру­чил ему скреп­лен­ное сур­гуч­ной пе­ча­тью пись­мо. Про­чтя его, Ре­вар взвол­но­ван­но со­об­щил Пе- труч­чи, что неот­лож­ные об­сто­я­тель­ства вы­нуж­да­ют его уехать, и от­пра­вил­ся до­мой со­би­рать­ся в до­ро­гу. Ча­са че­рез два он вер­нул­ся на­лег­ке, без ба­га­жа. Ка­ре­та, в ко­то­рой при­был по­сыль­ный, все еще жда­ла его у крыль­ца. Про­ща­ясь, Ре­вар оста­вил сво­е­му ком­па­ньо­ну кон­верт: ес­ли че­рез три месяца он по­че­му-ли­бо не вер­нет­ся, Пет­руч­чи дол­жен был до­ста­вить пись­мо по на­зна­че­нию. Ко­гда стук ко­лес ка­ре­ты по ка­мен­ной мо­сто­вой за­тих, Пет­руч­чи взгля­нул на кон­верт. На нем бы­ло на­чер­та­но: «Его Ве­ли­че­ству Ко­ро­лю Фран­ции». Ни три месяца спу­стя, ни во­об­ще ко­гда-ли­бо Ре­вар в Ве­ро­ну не воз­вра­тил­ся. Сле­дуя дан­но­му обе­ща­нию, Пет­руч­чи от­пра­вил­ся в Па­риж и пе­ре­дал пись­мо ко­ро­лю Фран­ции. За хло­по­ты свои он был воз­на­граж­ден, при­чем необъ­яс­ни­мо щед­ро. Что ка­са­ет­ся пре­бы­ва­ния при фран­цуз­ском дво­ре, то Пет­руч­чи о нем пред­по­чел умол­чать. И мол­чал по­чти трид­цать лет. Спу­стя мно­го лет он неожи­дан­но явил­ся к долж­ност­ным ли­цам Ве­ро­ны и сде­лал чрез­вы­чай­но важ­ное за­яв­ле­ние, под­твер­жден­ное клят­вой. Каж­дое сло­во его бы­ло за­фик­си­ро­ва­но пи­са­рем, и под до­ку­мен­том, как и по­ло­же­но, рас­пи­са­лись сам Пет­руч­чи, долж­ност­ные ли­ца и сви­де­те­ли. По­след­ней фра­зой в до­ку­мен­те бы­ло утвер­жде­ние, что ком­па­ньо­ном Пет­руч­чи в те­че­ние пя­ти лет был не кто иной, как На­по­ле­он Бонапарт.

Смерть под за­бо­ром

Что ста­ло с Ре­ва­ром-На­по­лео­ном по­сле то­го, как он по­ки­нул Ве­ро­ну, с до­сто­вер- но­стью ска­зать невоз­мож­но. А вот неко­то­рые био­гра­фы им­пе­ра­то­ра утвер­жда­ют, что На­по­ле­он за­кон­чил свои дни в при­го­ро­де Ве­ны, в ночь на 4 сен­тяб­ря все то­го же 1823 го­да. В ту осень в Шён­брунн­ском зам­ке близ Ве­ны уми­рал от скар­ла­ти­ны за­кон­ный сын На­по­лео­на. В зло­по­луч­ную ночь ча­со­вой, охра­няв­ший за­мок, за­стре­лил ка­ко­го-то незна­ком­ца, пы­тав­ше­го­ся пе­ре­лезть че­рез ка­мен­ную двор­цо­вую огра­ду. Ко­гда пред­ста­ви­те­ли вла­стей осмот­ре­ли уби­то­го, при ко­то­ром не бы­ло об­на­ру­же­но ни­ка­ких до­ку­мен­тов, по­ли­ция немед­лен­но оце­пи­ла за­мок. За­чем? Ни­ка­ких объ­яс­не­ний не по­сле­до­ва­ло. По на­сто­я­тель­ной прось­бе быв­шей им­пе­ра­три­цы Ма­рии-Лу­и­зы те­ло уби­то­го незна­ком­ца по­хо­ро­ни­ли на тер­ри­то­рии зам­ка ря­дом с тем ме­стом, ко­то­рое бы­ло пред­на­зна­че­но для по­гре­бе­ния же­ны и сы­на На­по­лео­на. Этот ин­три­гу­ю­щий рас­сказ с неко­то­ры­ми ва­ри­а­ци­я­ми был не раз ис­поль­зо­ван в ли­те­ра­ту­ре. Ес­ли это дей­стви­тель­но был На­по­ле­он, то его двой­ни­ку, Фран­с­уа-Эже­ну Ро­бо, по­вез­ло боль­ше: его смерть, по­хо­же, не бы­ла на­силь­ствен­ной. По вер­сии про­жи­вав­ше­го в Лон­доне жур­на­ли­ста-ис­то­ри­ка Алек­сандра Гор­бов­ско­го, в цер­ков­ной кни­ге род­но­го го­род­ка двой­ни­ка со­хра­ни­лась за­пись: «Фран­с­уа-Эжен Ро­бо ро­дил­ся здесь… Умер на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны…» Да­та смер­ти, од­на­ко, бы­ла стер­та. Един­ствен­ной при­чи­ной, по­че­му кто-то счел нуж­ным сде­лать это, мо­жет быть сов­па­де­ние этой да­ты с днем смер­ти На­по­лео­на, счи­та­ет ис­то­рик.

Та­ин­ствен­ный па­рус­ник

По­нят­но, что у всех этих кра­си­вых ле­генд нет и не мо­жет быть ни­ка­ких офи­ци­аль­ных под­твер­жде­ний. Есть толь­ко кос­вен­ные фак­ты, ко­то­рые мы и по­пы­та­ем­ся про­ана­ли­зи­ро­вать. Ес­ли ни­че­го это­го не бы­ло и в 1821 го­ду на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны умер на­сто­я­щий На­по­ле­он Бонапарт, то как то­гда мож­но объ­яс­нить тот факт, что в 1817–1818 го­дах ост­ров под раз­ны­ми пред­ло­га­ми по­ки­ну­ли мно­гие бли­жай­шие ли­ца из окру­же­ния им­пе­ра­то­ра: сек­ре­тарь Эм­ма­ну­эль де Лас Каз, ге­не­рал Гас­пар Гур­го, по­том сра­зу ше­сте­ро слуг, а та­к­же слу­ги при­бли­жен­ных На­по­лео­на? Из­вест­но, что к се­ре­дине 1819 го­да на ост­ро­ве оста­лась толь­ко по­ло­ви­на из жив­ших там ра­нее фран­цу­зов. Кро­ме то­го, неко­то­рые био­гра­фы На­по­лео­на ци­ти­ру­ют пись­мо же­ны ге­не­ра­ла Ан­ри-Гра­сье­на Бер­тра­на, ко­то­рый был од­ним из спо­движ­ни­ков им­пе­ра­то­ра и вме­сте с женой со­про­вож­дал его в из­гна­нии. Да­ти­ру­ет­ся это пись­мо 25 ав­гу­ста 1818 го­да, и в нем есть стран­ная фра­за: «По­бе­да, по­бе­да! На­по­ле­он по­ки­нул ост­ров». И все. Ни ком­мен­та­ри­ев, ни по­яс­не­ний. Тот, ко­му бы­ло ад­ре­со­ва­но пись­мо, в по­яс­не­ни­ях, ви­ди­мо, не нуж­дал­ся. А не­за­дол­го до то­го, как это стран­ное пись­мо бы­ло на­пи­са­но, вбли­зи ост­ро­ва по­явил­ся и стал на рейд быст­ро­ход­ный аме­ри­кан­ский па­рус­ник, что вы­зва­ло боль­шую тре­во­гу у ан­гли­чан. Де­ло не толь­ко в том, что са­мо по­ве­де­ние па­рус­ни­ка вы­зва­ло их по­до­зре­ние, но и в том, что в слу­чае ка­ких-то ослож­не­ний ни один из быв­ших по­бли­зо­сти ан­глий­ских ко­раб­лей не смог бы угнать­ся за «аме­ри­кан­цем». Вполне ве­ро­ят­но, что на этом ко­раб­ле на ост­ров при­был двой­ник Ро­бо и уехал сам На­по­ле­он. Но двой­ник (та­ко­во уж его пред­на­зна­че­ние) дол­жен был уме­реть. Это бы­ло важ­но как для са­мой «на­по­лео­нов­ской ле­ген­ды», так и для спа­се­ния участ­ни­ков по­бе­га от пре­сле­до­ва­ний. Это мо­жет по­ка­зать­ся уди­ви­тель­ным, но дво­ю­род­ный дя­дя На­по­лео­на кар­ди­нал Жо­зеф Феш и мать им­пе­ра­то­ра Ле­ти­ция в 1818–1819 го­дах дей­стви­тель­но бы­ли уве­ре­ны, что уз­ник ост­ро­ва Свя­той Еле­ны су­мел спа­стись бег­ством. Имен­но по­это­му они от­верг­ли воз­мож­ность на­пра­вить к На­по­лео­ну пер­во­класс­ных ме­ди­ков, что бы­ло свя­за­но с нема­лы­ми рас­хо­да­ми, и по­сла­ли вза­мен лишь мо­ло­до­го док­то­ра Фран­че­ско Ант­ом­мар­ки. Ма­дам Ле­ти­ция, ни­че­го не жа­лев­шая для сво­их де­тей, ко­неч­но же, не хо­те­ла тра­тить­ся на ле­че­ние ка­ко­го-то двой­ни­ка, под­ме­нив­ше­го ее ве­ли­ко­го сы­на. По­слу­ша­ем те­перь дру­гие до­во­ды сто­рон­ни­ков этой тео­рии, на­при­мер То­ма­са Уил­ле­ра, ав­то­ра кни­ги «Кто по­ко­ит­ся здесь. Но­вое ис­сле­до­ва­ние о по­след­них го­дах На­по­лео­на» (НьюЙорк, 1974). Ав­тор кни­ги под­чер­ки­ва­ет, что у На­по­лео­на уже имел­ся опыт неза­мет­но­го ис­чез­но­ве­ния с ост­ро­ва – по­бег в 1815 го­ду с Эль­бы. Подготовка к это­му бег­ству вклю­ча­ла ис­поль­зо­ва­ние при­е­мов, поз­во­лив­ших об­ма­нуть вра­же­ских ла­зут­чи­ков, ко­то­рых под­сы­лал к На­по­лео­ну бри­тан­ский ко­мис­сар на Эль­бе Кэм­п­белл. То же са­мое де­лал и гу­бер­на­тор ост­ро­ва Свя­той Еле­ны ге­не­рал Хад­сон Лоу, про­сто по­ме­шан­ный на шпи­о­на­же. По­сколь­ку секреты приготовления к бег­ству с Эль­бы так и не бы­ли рас­кры­ты, их по­вто­ри­ли на Свя­той Елене. Труд­но по­ве­рить, что та­кой че­ло­век, как На­по­ле­он, был го­тов сми­рить­ся со сво­ей уча­стью. Он ре­шил по­ки­нуть ост­ров, но так, что­бы тю­рем­щи­ки и по­сле его бег­ства не за­по­до­зри­ли это­го. На­по­ле­он со­вер­шен­но со­зна­тель­но обострял от­но­ше­ния с ан­глий­ским гу­бер­на­то­ром и его чи­нов­ни­ка­ми, разыг­ры­вая сце­ны гне­ва, с тем, что­бы дер­жать сво­их страж­ни­ков по­даль­ше от Лонг­ву­да… Бо­на­пар­ти­сты не раз де­ла­ли по­пыт­ки ор­га­ни­зо­вать бег­ство На­по­лео­на. Од­ну из них, в част­но­сти, пред­при­ня­ла его быв­шая лю­бов­ни­ца По­ли­на Фу­рес, для ко­то­рой по­сле раз­ры­ва На­по­ле­он на­шел

Уче­ные мо­гут до бес­ко­неч­но­сти спо­рить о при­чи­нах смер­ти На­по­лео­на, ана­ли­зи­руя про­цент­ное со­дер­жа­ние мы­шья­ка в его во­ло­сах, но все это не бу­дет иметь ни­ка­ко­го смыс­ла до тех пор, по­ка не бу­дет точ­но уста­нов­ле­но, ка­кой из ло­ко­нов был сре­зан в 1821 го­ду у На­по­лео­на и был ли этот умер­ший на са­мом де­ле На­по­лео­ном?

но­во­го бо­га­то­го му­жа – от­став­но­го офи­це­ра Ан­ри де Ран­шу, тут же сде­лан­но­го кон­су­лом в ис­пан­ском Сан­та­де­ре, а за­тем в Шве­ции. Гра­фи­ня де Ран­шу (как ста­ла име­но­вать се­бя По­ли­на) в 1816 го­ду при­е­ха­ла в Рио-де-Жа­ней­ро со сво­им лю­бов­ни­ком Жа­ном-Ог­ю­стом Бел­ла­ром и ку­пи­ла там ко­рабль, пред­на­зна­чав­ший­ся для спа­се­ния На­по­лео­на. Несмот­ря на неуда­чу этой по­пыт­ки, По­ли­на еще дол­гое вре­мя про­дол­жа­ла дей­ство­вать вме­сте с дру­ги­ми бо­на­пар­ти­ста­ми в Бра­зи­лии и умер­ла 18 мар­та 1869 го­да, пе­ре­жив На­по­лео­на по­чти на пол­ве­ка. На­по­ле­он по­лу­чал от сво­их сто­рон­ни­ков еще несколь­ко пред­ло­же­ний о по­бе­ге (ши­ро­ко из­ве­стен, на­при­мер, пред­ла­гав­ший­ся ва­ри­ант спа­се­ния на под­вод­ной лод­ке изоб­ре­та­те­ля Ро­бер­та Фул­то­на). Но он неиз­мен­но от­вер­гал их. Не по­то­му ли, что имел в за­па­се дру­гой, бо­лее на­деж­ный ва­ри­ант?

По­че­сти не по ад­ре­су

К со­жа­ле­нию, вер­сия о под­мене На­по­лео­на на Фран­с­уа-Эже­на Ро­бо не под­твер­жде­на ни­ка­ки­ми до­ка­за­тель­ства­ми. Все до­ку­мен­таль­ные сви­де­тель­ства, ко­то­рые при­во­ди­лись ее при­вер­жен­ца­ми (на­при­мер, за­пись в ар­хи­ве Ба­лей­ку­ра о том, что тот умер на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны), при про­вер­ке ока­за­лась вы­мыс­лом. Стра­да­ет вер­сия и яв­ны­ми про­ти­во­ре­чи­я­ми. Ро­бо, в част­но­сти, уехал из Ба­лей­ку­ра в кон­це 1818 го­да, меж­ду тем бо­лезнь, ко­то­рая све­ла в могилу На­по­лео­на, об­на­ру­жи­лась еще за год до это­го, в ок­тяб­ре 1817 го­да. Да и бу­ма­ги, ко­то­рые пи­сал и дик­то­вал На­по­ле­он в по­след­ние го­ды, и да­же ме­ся­цы, жиз­ни, сви­де­тель­ство­ва­ли о зна­нии со­тен ве­щей, мно­же­стве подробностей, де­та­лей, ко­то­рые мог­ли быть известны толь­ко им­пе­ра­то­ру, а ни­как не его двой­ни­ку. Что же ка­са­ет­ся че­ло­ве­ка, уби­то­го в Шён­брунн­ском зам­ке, то в 1823 го­ду На­по­ле­он до­стиг бы 54-лет­не­го воз­рас­та, и вряд ли этот туч­ный и не от­ли­чав­ший­ся ат­ле­ти­че­ски­ми дан­ны­ми че­ло­век мог бы пе­ре­ле­зать но­чью че­рез вы­со­кий ка­мен­ный за­бор, окру­жав­ший за­мок. Но все же глав­ным ар­гу­мен­том, под­твер­жда­ю­щим вер­сию о том, что в 1821 го­ду на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны был за­хо­ро­нен не На­по­ле­он, а кто-то дру­гой, яв­ля­ет­ся ги­по­те­за фран­цуз­ско­го ис­то­ри­ка Жор­жа Ре­тиф де ла Бре­тон­на, раз­ви­тая в по­след­ние го­ды ис­сле­до­ва­те­лем на­по­лео­нов­ской эпо­хи Брю­но Руа-Ан­ри. Суть этой ги­по­те­зы, сде­лан­ной Ре­тиф де ла Бре­тон­ном в 1969 го­ду в кни­ге «Ан­гли­чане, вер­ни­те нам На­по­лео­на», со­сто­ит в том, что ан­гли­чане яко­бы под­ме­ни­ли те­ло умер­ше­го На­по­лео­на или то­го, кто вы­да­вал се­бя за На­по­лео­на, тру­пом быв­ше­го до­мо­пра­ви­те­ля им­пе­ра­то­ра Фран­че­ско Ки­при­а­ни. В 1818 го­ду этот кор­си­ка­нец был ули­чен в шпи­о­на­же в поль­зу ан­гли­чан и ис­чез при та­ин­ствен­ных об­сто­я­тель­ствах. Во вся­ком слу­чае, его мо­ги­ла на ост­ро­ве так и не бы­ла об­на­ру­же­на. По мне­нию фран­цуз­ско­го ис­то­ри­ка, в 1840 го­ду в Па­риж бы­ли тор­же­ствен­но пе­ре­не­се­ны имен­но остан­ки это­го са­мо­го Ки­при­а­ни, а не На­по­лео­на (от се­бя до­ба­вим: или то­го, кто вы­да­вал се­бя за На­по­лео­на). В под­твер­жде­ние сво­ей ги­по­те­зы Ре­тиф де ла Бре­тонн при­во­дит несколь­ко до­во­дов, важ­ней­шим из ко­то­рых яв­ля­ют­ся от­сут­ствие в 1840 го­ду неко­то­рых эле­мен­тов уни­фор­мы и на­град по­кой­но­го по срав­не­нию с тем, что у него бы­ло в 1821 го­ду. В част­но­сти, ука­зы­ва­ет­ся на от­сут­ствие од­но­го из ор­де­нов, пе­ре­чис­ляв­ших­ся ка­мер­ди­не­ром Мар­ша­ном, и шпор, ко­то­рых не уви­дел ни один из участ­ни­ков экс­гу­ма­ции в 1840 го­ду, хо­тя в 1821 го­ду они бы­ли. В «Ме­му­а­рах» Мар­ша­на чет­ко ска­за­но, что на им­пе­ра­то­ре бы­ла «зе­ле­ная уни­фор­ма с крас­ной от­дел­кой гвар­дей­ских еге­рей, укра­шен­ная ор­де­на­ми По­чет­но­го Ле­ги­о­на, ор­де­ном Же­лез­ной Ко­ро­ны, ор­де­ном Вос­со­еди­не­ния, зна­ком Боль­шо­го Ор­ла и лен­той По­чет­но­го Ле­ги­о­на». В 1840 го­ду ор­де­на Вос­со­еди­не­ния на мун­ди­ре по­кой­но­го не бы­ло. Тот же Мар­шан от­ме­ча­ет, что на На­по­леоне бы­ли «са­по­ги для вер­хо­вой ез­ды», то есть со шпо­ра­ми. Та­к­же на на­ли­чие шпор ука­зы­ва­ет и ге­не­рал Бер­тран. В 1840 го­ду са­по­ги бы­ли уже без шпор. Кро­ме то­го, по­ло­же­ние вы­ше­опи­сан­ных зна­ков от­ли­чия, опи­сан­ных все­гда точ­ным ге­не­ра­лом Бер­тра­ном, бы­ло су­ще­ствен­но на­ру­ше­но. Руа-Ан­ри, про­дол­жа­ю­щий де­ло Ре­ти­фа де ла Бре­тон­на, та­к­же уве­рен, что в До­ме ин­ва­ли­дов в цен­тре Па­ри­жа тор­же­ствен­но по­ко­ит­ся от­нюдь не На­по­ле­он. До­ка­за­тель­ствам это­го пол­но­стью по­свя­ще­на его кни­га «Тай­на экс­гу­ма­ции 1840 го­да», вы­шед­шая в Па­ри­же в 2000 го­ду. До­во­дом Руа-Ан­ри, до­пол­ня­ю­щим вы­ше­пе­ре­чис­лен­ные до­во­ды, яв­ля­ет­ся ана­лиз по­ло­же­ния ко­ле­ней им­пе­ра­то­ра при экс­гу­ма­ции. Они бы­ли чуть со­гну­ты, яко­бы для то­го, что­бы по­ме­стить те­ло в уз­кий гроб. Но гроб имел дли­ну 1,78 м, а рост На­по­лео­на со­став­лял 1,69 м, то есть ни­ка­кой необ­хо­ди­мо­сти сги­бать ко­ле­ни не бы­ло! Оста­вав­ши­е­ся 10 см, да­же ес­ли оста­вить 4 см на вы­со­ту каб­лу­ков, вполне поз­во­ля­ли те­лу им­пе­ра­то­ра ле­жать, вы­тя­нув­шись во весь рост. И он ле­жал во весь рост в 1821 го­ду, ни­кто из сви­де­те­лей за­хо­ро­не­ния ни ра­зу не от­ме­чал по­доб­ной про­бле­мы. До­вод о том, что ко­ле­ни по­кой­но­го мог­ли со­гнуть­ся са­ми при неосто­рож­ной пе­ре­нос­ке гро­ба ан­глий­ски­ми гре­на­де­ра­ми, не вы­дер­жи­ва­ет кри­ти­ки: им­пе­ра­тор умер 5 мая, а гроб пе­ре­но­си­ли для по­гре­бе­ния 9 мая, то есть че­рез че­ты­ре дня. Еще один важ­ный мо­мент: по сви­де­тель­ствам док­то­ра Фран­че­ско Ант­ом­мар­ки и гу­бер­на­то­ра ост­ро­ва Хад­со­на Лоу, се­реб­ря­ные со­су­ды, со­дер­жа­щие серд­це и же­лу­док им­пе­ра­то­ра, в 1821 го­ду бы­ли по­ме­ще­ны по кра­ям гро­ба (сво­бод­ное ме­сто поз­во­ля­ло сде­лать это), а в 1840 го­ду при экс­гу­ма­ции они бы­ли об­на­ру­же­ны под со­гну­ты­ми ко­ле­ня­ми по­кой­но­го, ко­то­рый при этом ока­зал­ся немно­го вы­ше ро­стом. Та­к­же в 1840 го­ду не бы­ло об­на­ру­же­но шел­ко­вых чу­лок на но­гах по­кой­но­го, ко­то­рые, по сви­де­тель­ству то­го же Мар­ша­на, бы­ли на­де­ты на но­ги им­пе­ра­то­ра под са­по­ги. Не мог­ли же они ис­чез­нуть са­ми по се­бе? И, на­ко­нец, им­пе­ра­тор­ская по­смерт­ная гип­со­вая маска, сде­лан­ная док­то­ром Ант­ом­мар­ки, чья же она на са­мом де­ле? Руа-Ан­ри утвер­жда­ет, что она фаль­ши­вая, ибо со­дер­жит тем­ные во­лос­ки от при­мер­но трех­днев­ной ще­ти­ны (3–5 мм), в то вре­мя как На­по­ле­он был тща­тель­но вы­брит. В Му­зее Ло­зан­ны (Швей­ца­рия) вы­став­ле­ны на все­об­щее обо­зре­ние по­смерт­ная маска На­по­лео­на и ло­кон его во­лос. Маска в 1848 го­ду бы­ла пе­ре­да­на му­зею Жа­ном-Аб­ра­ха­мом Но­вер­ра, од­ним из слуг им­пе­ра­то­ра на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны, ко­то­ро­го тот на­зы­вал «сво­им швей­цар­ским мед­ве­дем» и ко­то­ро­му пе­ред смер­тью от­дал на хра­не­ние пред­ме­ты сво­е­го оби­хо­да. Ло­кон во­лос яко­бы был со­стри­жен по­сле кон­чи­ны На­по­лео­на и, как и маска, то­же по­пал в ру­ки Но­вер­ра, ко­то­рый, в свою оче­редь, пе­ре­дал его ло­занн­ско­му юве­ли­ру Мар­ку Же­ли (ко­гда­то он ра­бо­тал в Па­ри­же в юве­лир­ной ма­стер­ской На­по­лео­на, и имен­но этим объ­яс­ня­ет­ся столь ве­ли­ко­душ­ный жест со сто­ро­ны быв­ше­го слу­ги). В му­зей ло­кон по­пал в 1901 го­ду от род­ствен­ни­ка Же­ли. Жур­на­ли­сты швей­цар­ской га­зе­ты Matin Dimanche, про­ве­дя соб­ствен­ное рас­сле­до­ва­ние, вы­яс­ни­ли, что су­ще-

ству­ет еще од­на прядь, до недав­не­го вре­ме­ни хра­нив­ша­я­ся за се­мью пе­ча­тя­ми у жи­те­ля Ло­зан­ны Эд­га­ра Но­вер­ра, по­том­ка Жа­на-Аб­ра­ха­ма Но­вер­ра. Ре­зуль­та­ты срав­не­ния во­лос бы­ли оше­лом­ля­ю­щи­ми. Ло­ко­ны ока­за­лись со­вер­шен­но раз­ны­ми: пер­вый был свет­ло-ру­сый, тон­кий и шел­ко­ви­стый, как у ре­бен­ка, вто­рой – чер­ный и гу­стой. И ка­кой из них на­сто­я­щий? Уче­ные мо­гут до бес­ко­неч­но­сти спо­рить о при­чи­нах смер­ти На­по­лео­на, ана­ли­зи­руя про­цент­ное со­дер­жа­ние мы­шья­ка в его во­ло­сах, но все это не бу­дет иметь ни­ка­ко­го смыс­ла до тех пор, по­ка не бу­дет точ­но уста­нов­ле­но, ка­кой из ло­ко­нов был сре­зан в 1821 го­ду у На­по­лео­на и был ли этот умер­ший на са­мом де­ле На­по­лео­ном? От­но­си­тель­но по­смерт­ной мас­ки Ру­аАн­ри, на­при­мер, уве­рен, что она при­над­ле­жит не им­пе­ра­то­ру, а, воз­мож­но, Фран­че­ско Ки­при­а­ни, та­к­же кор­си­кан­цу, очень по­хо­же­му на На­по­лео­на Бо­на­пар­та вре­мен Ита­льян­ской кам­па­нии и экс­пе­ди­ции в Еги­пет.

Посмерт­ные мас­ки... Но чьи?

Оста­но­вим­ся на этом по­дроб­нее. Как из­вест­но, су­ще­ству­ет мно­же­ство так на­зы­ва­е­мых по­смерт­ных гип­со­вых ма­сок На­по­лео­на. Но дей­стви­тель­но по­смерт­ной бы­ла толь­ко од­на, сде­лан­ная док­то­ром Ант­ом­мар­ки непо­сред­ствен­но на ост­ро­ве Свя­той Еле­ны. Сле­пок го­ло­вы им­пе­ра­то­ра был им вы­пол­нен 7 мая 1821 го­да в че­ты­ре ча­са ве­че­ра в при­сут­ствии бри­тан­ско­го во­ен­но­го ме­ди­ка Фр­эн­си­са Бар­то­на из гли­ны пло­хо­го ка­че­ства, най­ден­ной на ост­ро­ве. Гип­со­вый от­пе­ча­ток со­сто­ял из трех ча­стей: пер­вая часть вклю­ча­ла в се­бя непо­сред­ствен­но ли­цо, вто­рая – под­бо­ро­док и шею, тре­тья – верх­нюю часть лба, а та­к­же верх­нюю и зад­нюю ча­сти че­ре­па. 8 мая вы­яс­ни­лось, что пер­вая часть мас­ки ку­да-то про­па­ла. Есть пред­по­ло­же­ние, что она бы­ла по­хи­ще­на ма­дам Бер­тран, женой ге­не­ра­ла Бер­тра­на, а за­тем пе­ре­да­на док­то­ру Ант­ом­мар­ки. Бар­тон же по­ки­нул ост­ров лишь с дву­мя остав­ши­ми­ся ча­стя­ми мас­ки. Остав­ший­ся на ост­ро­ве Ант­ом­мар­ки по­про­бо­вал на ба­зе имев­шей­ся у него ча­сти вос­ста­но­вить мас­ку пол­но­стью, ис­поль­зуя для это­го пред­смерт­ные ри­сун­ки, сде­лан­ные ан­глий­ским ху­дож­ни­ком Ру­би­джем. Имен­но эта маска и при­зна­на сей­час наи­бо­лее до­сто­вер­ной, так как все осталь­ные яв­ля­ют­ся ли­бо ее ко­пи­я­ми, ли­бо са­мо­де­я­тель­ны­ми ре­кон­струк­ци­я­ми. Имен­но она и вы­став­ле­на в Па­ри­же в му­зее До­ма ин­ва­ли­дов. Но в этой ис­то­рии есть мно­го непо­нят­но­го. Во-пер­вых, как утвер­жда­ет Руа-Ан­ри, док­тор Ант­ом­мар­ки су­ще­ствен­но при­укра­сил ли­це­вую часть мас­ки, про­да­вая ее ко­пии на­ле­во и на­пра­во. Во-вто­рых: а кто, соб­ствен­но, до­ка­зал, что эта, пусть да­же при­укра­шен­ная, маска яв­ля­ет­ся мас­кой са­мо­го На­по­лео­на? Из­вест­но, что все при­сут­ство­вав­шие при кон­чине им­пе­ра­то­ра от­ме­ча­ли, что в пер­вые ча­сы по­сле смер­ти тот вы­г­ля- дел по­мо­ло­дев­шим. Тот же Бер­тран, в част­но­сти, пи­сал: «В во­семь ча­сов ста­ли го­то­вить­ся де­лать гип­со­вую мас­ку им­пе­ра­то­ра, но под ру­ка­ми не ока­за­лось все­го необ­хо­ди­мо­го. Им­пе­ра­тор ка­зал­ся мо­ло­же, чем он был на са­мом де­ле: ка­за­лось, что ему не бо­лее со­ро­ка лет. К че­ты­рем ча­сам ве­че­ра он уже вы­гля­дел стар­ше сво­их лет». Опи­сан­ное Бер­тра­ном от­но­сит­ся к ве­че­ру 6 мая. А ров­но че­рез сут­ки Бер­тран кон­ста­ти­ро­вал: «В че­ты­ре ча­са ве­че­ра бы­ла сде­ла­на гип­со­вая маска им­пе­ра­то­ра, ко­то­рый уже был пол­но­стью обез­об­ра­жен и из­да­вал непри­ят­ный за­пах». Как в та­ких об­сто­я­тель­ствах мож­но утвер­ждать, что до­шед­шая до на­ших дней маска яв­ля­ет­ся мас­кой имен­но На­по­лео­на, ведь она пред­став­ля­ет со­бой ли­цо от­но­си­тель­но мо­ло­до­го че­ло­ве­ка, а не ше­сти­де­ся­ти­лет­не­го боль­но­го ста­ри­ка? В-тре­тьих, со­глас­но док­то­ру Ант­ом­мар­ки, раз­мер го­ло­вы На­по­лео­на со­став­лял 56,20 см. Но, по дан­ным Кон­ста­на, слу­ги На­по­лео­на, ра­бо­тав­ше­го у него 14 лет и от­ве­чав­ше­го за по­шив шляп, раз­мер го­ло­вы им­пе­ра­то­ра со­став­лял 59,65 см! Ко­ро­че го­во­ря, мы, воз­мож­но, так ни­ко­гда и не узна­ем, чья же маска вы­став­ля­ет­ся в му­зе­ях как маска им­пе­ра­то­ра (Ро­бо, Ки­при­а­ни или ко­го-то дру­го­го), но то, что она не яв­ля­ет­ся мас­кой им­пе­ра­то­ра, по­хо­же, яв­ля­ет­ся фак­том. Точ­но так же мы, по­хо­же, ни­ко­гда не узна­ем, кто по­ко­ит­ся в До­ме ин­ва­ли­дов в Па­ри­же – На­по­ле­он или кто-то из его двойников. Мож­но, ко­неч­но, про­ве­сти оче­ред­ную экс­гу­ма­цию те­ла и осу­ще­ствить ана­лиз ДНК по­кой­но­го, со­по­ста­вив его с ана­ли­за­ми ДНК пря­мых по­том­ков На­по­лео­на. Но по­ка офи­ци­аль­ные вла­сти да­же не поз­во­ля­ют ду­мать на эту те­му.

Бер­тран, в част­но­сти, пи­сал: «В во­семь ча­сов ста­ли го­то­вить­ся де­лать гип­со­вую мас­ку им­пе­ра­то­ра, но под ру­ка­ми не ока­за­лось все­го необ­хо­ди­мо­го. Им­пе­ра­тор ка­зал­ся мо­ло­же, чем он был на са­мом де­ле: ка­за­лось, что ему не бо­лее со­ро­ка лет. К че­ты­рем ча­сам ве­че­ра он уже вы­гля­дел стар­ше сво­их лет».

Экс­гу­ма­ция те­ла На­по­лео­на в 1840 го­ду

Од­на из по­смерт­ных ма­сок На­но­лео­на, хра­ня­ща­я­ся в му­зее Аяч­чо (Кор­си­ка)

Маска На­по­лео­на, 1821

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.