Унаб пиойл­су­сттва­нок е

Sovershenno Sekretno. Informatsiya k Razmyshleniyu - - СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО - Ми­ньон ЭБЕРХАРТ

Яуслы­шал эту неве­ро­ят­ную ис­то­рию от Джо­на­та­на Гол­дфин­ге­ра, с ко­то­рым учил­ся в од­ной груп­пе в Прин­стон­ском уни­вер­си­те­те. Это про­изо­шло во вре­мя на­ше­го сов­мест­но­го пу­те­ше­ствия по цен­траль­ным шта­там Аме­ри­ки. Ко­гда наш по­езд про­ез­жал Спринг­филд, по­лу­ста­нок в Не­брас­ке, мы си­де­ли на от­кры­той плат­фор­ме и мол­ча смот­ре­ли на блед­но-жел­тый диск Лу­ны. Хо­те­лось по­фи­ло­соф­ство­вать и по­го­во­рить о ро­ман­ти­ке, но без­мол­вие но­чи, пол­ное без­лю­дье и уны­лый пей­заж на­стра­и­ва­ли на бо­лее при­зем­лен­ные и мрач­ные мыс­ли. Неуди­ви­тель­но, что в та­кой об­ста­нов­ке на­ши мыс­ли об­ра­ти­лись к нерас­кры­то­му убий­ству стан­ци­он­но­го смот­ри­те­ля в Спринг­фил­де, ко­то­рое про­изо­шло про­шлой зи­мой и ко­то­рое до сих пор ожив­лен­но об­суж­да­ли в этих кра­ях. Джо­на­тан Гол­дфин­гер был близ­ким дру­гом уби­то­го и, по слу­хам, знал об убий­стве боль­ше всех, но все по­пыт­ки раз­го­во­рить его на эту те­му за­кан­чи­ва­лись неуда­чей. При­знать по­ра­же­ние вы­нуж­де­ны бы­ли все, кто брал­ся за это де­ло. Это ока­за­лось непо­силь­ной за­да­чей да­же для са­мо­го до­тош­но­го ре­пор­те­ра из «Бо­стон ге­ральд», для ко­то­ро­го, как пи­са­ли аме­ри­кан­ские га­зе­ты, не су­ще­ство­ва­ло за­кры­тых две­рей и нерас­кры­тых тайн. Про­ехав ра­ди встре­чи с Гол­дфин­ге­ром пол­кон­ти­нен­та, Стив Мил­лер был вы­нуж­ден впер­вые в жиз­ни вер­нуть­ся в ре­дак­цию с пу­сты­ми ру­ка­ми. Он был по­тря­сен, дол­го не мог прий­ти в се­бя и да­же взял дли­тель­ный от­пуск. Ко­гда стан­ци­он­ный до­мик ис­чез из ви­ду, я на­брал­ся сме­ло­сти и наг­ло­сти и на­пря­мик спро­сил Гол­дфин­ге­ра, что ему из­вест­но об убий­стве Ни­ко­ла­са Ма­ка­ли­сте­ра. – Все, – от­ве­тил он по­сле про­дол­жи­тель­ной па­у­зы, по­пы­хи­вая ве­рес­ко­вой труб­кой. – Ко­неч­но, я мо­гу рас­ска­зать те­бе эту ис­то­рию, но сна­ча­ла хо­чу спро­сить, ве­ришь ли ты в су­ще­ство­ва­ние за­гроб­но­го мира и не по­бе­жишь ли по­сле на­ше­го раз­го­во­ра в бли­жай­шее от­де­ле­ние «Об­ще­ства фи­зи­че­ских и па­ра­нор­маль­ных ис­сле­до­ва­ний»? Это не моя блажь. У ме­ня уже был по­доб­ный опыт. Я рас­ска­зал эту ис­то­рию на­чаль­ни­ку участ­ка на­шей до­ро­ги. Он несколь­ко ми­нут при­сталь­но смот­рел на ме­ня, по­том осве­до­мил­ся, не зло­упо­треб­ляю ли я спирт­ным. В кон­це он су­хо за­ме­тил, что бо­га­тое во­об­ра­же­ние – бес­по­лез­ное ка­че­ство для ра­бот­ни­ка же­лез­ной до­ро­ги. Гол­дфин­гер несколь­ко ми­нут раз­гля­ды­вал клубы ды­ма, по­том с тя­же­лым вздо­хом при­сту­пил к рас­ска­зу: – Утром 31 де­каб­ря у ме­ня бы­ло мно­го ра­бо­ты. Нуж­но бы­ло осво­бо­дить­ся к ше­сти ча­сам, что­бы успеть на празд­нич­ный бал, ко­то­рый да­вал гу­бер­на­тор в сво­ем особ­ня­ке. Я при­е­хал на ра­бо­ту, за­шел в ка­би­нет и ед­ва успел раз­деть­ся, как за­сту­чал те­ле­граф­ный ап­па­рат. Это был Ни­ко­лас Ма­ка­ли­стер из Спринг­фил­да. Он со­об­щил, что приедет в Лин­кольн на де­вя­ти­ча­со­вом по­ез­де, и по­про­сил ме­ня уго­во­рить мисс Фло­ренс раз­ре­шить ему со­про­вож­дать ее на бал. Ник не до­го­во­рил­ся с ней за­ра­нее, по­то­му что до са­мо­го по­след­не­го дня не был уве­рен, что су­ме­ет при­е­хать. Мисс Фло­ренс, на­до ска­зать, поль­зо­ва­лась по­пу­ляр­но­стью. Ма­ка­ли­стер был да­ле­ко не един­ствен­ным же­ла­ю­щим стать ее ка­ва­ле­ром на но­во­год­нем ба­лу. С та­кой же прось­бой к ней уже об­ра­щал­ся Сток­бридж, и она уже бы­ло со­гла­си­лась, но, узнав о пред­ло­же­нии Ни­ко­ла­са, тут же ре­ши­ла за­ме­нить ка­ва­ле­ра. Око­ло по­лу­дня на стан­цию за­гля­нул сам Джон Сток­бридж. По­ка он от нече­го де­лать сло­нял­ся из уг­ла в угол, из Спринг­фил­да вновь те­ле­гра­фи­ро­вал Ни­ко­лас Ма­ка­ли­стер. Ока­за­лось, что он ку­пил огром­ный бу­кет цве­тов и от­пра­вил его с пя­ти­ча­со­вым пас­са­жир­ским по­ез­дом из То­пе­ки с прось­бой по­слать их тут же мисс Фло­ренс. Еще Ник по­про­сил успо­ко­ить ее, ес­ли ве­чер­ний по­езд бу­дет опаз­ды­вать и он за­дер­жит­ся. Джон Сток­бридж улыб­нул­ся сво­ей непри­ят­ной улыб­кой. «Спа­си­бо, – по­бла­го­да­рил он. – Это как раз то, что мне нуж­но бы­ло узнать». С эти­ми сло­ва­ми он по­ки­нул мой ка­би­нет и осто­рож­но за­крыл за со­бой дверь. От­но­ше­ния меж­ду Сток­бри­джем и Ма­ка­ли­сте­ром остав­ля­ли же­лать луч­ше­го. Во-пер­вых, Ник за­нял ме­сто Сток­бри­джа в ком­па­нии. Джо­на уво­ли­ли, пой­мав на ка­ких-то небла­го­вид­ных де­лах. Ка­жет­ся, де­ло ка­са­лось об­ще­ствен­ных де­нег, но точ­но утвер­ждать я не мо­гу. Во-вто­рых, они бы­ли со­пер­ни­ка­ми и оба уха­жи­ва­ли за Джен­ни­фер Фло­ренс. Она яв­но от­да­ва­ла пред­по­чте­ние Ма­ка­ли­сте­ру, но, что­бы его по­злить, бы­ла го­то­ва немно­го по­флир­то­вать со Сток­бри­джем. Сток­бридж по­сле уволь­не­ния ку­пил ма­лень­кое ран­чо в по­лу­то­ра де­сят­ках миль от Лин­коль­на и те­перь с утра и до ве­че­ра про­во­дил вре­мя в на­ших клу­бах за кар­та­ми. Он страст­но лю­бил кар­ты, и они пла­ти­ли ему за лю­бовь ве­зе­ни­ем. Джон от­но­сил­ся к тем ред­ким лю­дям, ко­му вез­ло в кар­ты. За неде­лю до тра­ге­дии Ни­ко­лас при­е­хал в Лин­кольн, что­бы встре­тить­ся с тро­ю­род­ным бра­том, жур­на­ли­стом по про­фес­сии, ко­то­рый за­дер­жал­ся на день по пу­ти в Сан-Фран­цис­ко. Ве­че­ром мы си­де­ли в луч­шем кар­точ­ном клу­бе го­ро­да. Я хо­ро­шо пом­ню, как уди­вил­ся Бернс, ко­гда в клуб во­шел Сток­бридж. На сле­ду­ю­щий день Ник при­гла­сил ме­ня к се­бе в Спринг­филд на вы­ход­ные. Он ска­зал, что у него есть важ­ная ин­фор­ма­ция. Его брат несколь­ко лет на­зад пи­сал о гром­ком скан­да­ле в Лон­доне. Ока­за­лось, что в нем был за­ме­шан Сток­бридж. При­чем то­гда у него бы­ла дру­гая фа­ми­лия. Скла­ды­ва­лось впе­чат­ле­ние, что Джон Сток­бридж был нечист на ру­ку и что про­ис­ше­ствие в Лин­кольне бы­ло не един­ствен­ным в его био­гра­фии. Мы с Ни­ко­ла­сом до­го­во­ри­лись пре­ду­пре­дить мисс Фло­ренс, что она встре­ча­ет­ся с мо­шен­ни­ком и него­дя­ем. Ма­ка­ли­стер ре­шил сде­лать это на ба­лу лич­но… День про­шел в тру­дах и за­бо­тах и про­ле­тел быст­ро. На­сту­пил ве­чер. Ско­ро дол­жен был на­чать­ся бал. Я от­пра­вил­ся на стан­цию встре­чать Ни­ко­ла­са Ма­ка­ли­сте­ра. Ров­но в де­вять ча­сов я вы­шел на пер­рон, но, к мо­е­му удив­ле­нию, Ни­ко­лас с по­ез­да не со­шел. Кон­дук­тор ска­зал, что не ви­дел Ма­ка­ли­сте­ра. Он то­же был удив­лен. Стан­ция в Спринг­фил­де бы­ла от­кры­та, но его не бы­ло. Стран­но, пом­нит­ся, то­гда по­ду­мал я. Я вер­нул­ся в ка­би­нет и по­пы­тал­ся свя­зать­ся со Спринг­фил­дом, но все мои по­пыт­ки бы­ли на­прас­ны. Ни­ко­лас Ма­ка­ли­стер мол­чал. Я не знал, что и по­ду­мать. Посколь­ку вре­мя при­бли­жа­лось к де­ся­ти ча­сам, вре­ме­ни на­ча­ла ба­ла, я от­пра­вил­ся к мисс Фло­ренс, что­бы от­вез­ти ее в особ­няк гу­бер­на­то­ра на бал. Ма­ка­ли­стер на ба­лу так и не по­явил­ся. Джон Сток­бридж при­е­хал око­ло по­лу­но­чи и при­нял­ся уха­жи­вать за Джен­ни­фер. Не я один об­ра­тил вни­ма­ние на его вол­не­ние. Его гла­за свер­ка­ли, с губ не схо­ди­ла на­пря­жен­ная улыб­ка. Ча­ры мисс Фло­ренс, де­вуш­ки, несо­мнен­но, очень кра­си­вой, бы­ли ни при чем. Он был яв­но взвол­но­ван чем-то дру­гим. На­деж­ды на при­езд Ни­ко­ла­са умень­ша­лись с каж­дой ми­ну­той. Ча­са в два но­чи ста­ло оче­вид­но, что Ни­ко­лас Ма­ка­ли­стер не приедет. Рас­стро­ен­ная Джен­ни­фер по­про­си­ла ме­ня от­вез­ти ее до­мой. Всю до­ро­гу она про­мол­ча­ла. Я еще ни­ко­гда не ви­дел ее та­кой по­дав­лен­ной… От­ве­зя Джен­ни­фер Фло­ренс до­мой, я по­ехал не до­мой, а на стан­цию. Бы­ло по­чти три ча­са но­чи. Я вер­нул­ся на ра­бо­ту, что­бы разыс­кать Ма­ка­ли­сте­ра и вы­яс­нить, что по­ме­ша­ло ему при­е­хать на бал. Я свя­зал­ся со Спринг­фил­дом, но ме­ня опе­ре­ди­ли. Смот­ри­тель из Бол­линг­бро­ка ин­те­ре­со­вал­ся, не знаю ли я, где Ма­ка­ли­стер. Вре­мя под­жи­ма­ло, а он ни­как не мог его разыс­кать и пе­ре­дать ин­струк­ции по 316-му по­ез­ду. Я еще несколь­ко раз пы­тал­ся свя­зать­ся с Ни­ко­ла­сом, но ни­че­го не по­лу­ча­лось. Ча­са в три дня я по­про­сил по­мощ­ни­ка за­ме­нить ме­ня, сел на про­хо­дя­щий по­езд и от­пра­вил­ся в Спринг­филд. Это был за­бы­тый бо­гом по­лу­ста­нок. Страш­ная глушь, пол­ное от­сут­ствие ци­ви­ли­за­ции. Ко­гда я со­шел с по­ез­да в Спринг­фил­де, мне по­ка­за­лось, буд­то я очу­тил­ся на необи­та­е­мом ост­ро­ве. На стан­ции ца­ри­ла гро­бо­вая ти­ши­на, во­круг не бы­ло ни ду­ши. Дверь двух­этаж­но­го до­ма бы­ла от­кры­та. На пер­вом эта­же ца­рил об­раз­цо­вый по­ря­док. Оче­вид­но, пе­ред тем как со­би­рать­ся на бал, Ни­ко­лас за­кон­чил все де­ла. По­след­ним, ес­ли су­дить по до­ку­мен­там, он от­пра­вил ва­гон с хлоп­ком. Из это­го сле­до­ва­ло, что в семь ча­сов он еще был в Спринг­фил­де. Имен­но в это вре­мя че­рез стан­цию про­шел грузовой со­став № 153, к ко­то­ро­му и при­це­пи­ли ва­гон с хлоп­ком. Нуж­но бы­ло от­прав­лять­ся на по­ис­ки Ни­ко­ла­са Ма­ка­ли­сте­ра. Ва­ри­ан­тов бы­ло немно­го. Вер­нее, все­го один. Я от­пра­вил­ся к стре­лоч­ни­ку, ко­то­рый жил в несколь­ких сот­нях мет­ров от стан­ции. Он ви­дел Ма­ка­ли­сте­ра в по­след­ний раз в по­ло­вине ше­сто­го. Для него его ис­чез­но­ве­ние ока­за­лось боль­шой неожи­дан­но­стью. Он пре­бы­вал в уве­рен­но­сти, что Ник уе­хал вче­ра ве­че­ром в Лин­кольн и ре­шил там за­дер­жать­ся. По­сле ви­зи­та к стре­лоч­ни­ку я за­гля­нул в дом, где Ни­ко­лас сни­мал ком­на­ту. Хо­зяй­ка то­же ду­ма­ла, что он уе­хал в Лин­кольн. Она рас­ска­за­ла, что он по­ужи­нал рань­ше обыч­но­го, в пять ча­сов, что­бы успеть одеть­ся к ба­лу. С тех пор она его не ви­де­ла и то­же бы­ла уве­ре­на, что он еще не вер­нул­ся из Лин­коль­на. Здесь я узнал кое-какие ин­те­рес­ные детали. Ока­за­лось, что на ужин Ни­ка WWW.SOVSEKRETNO.RU зва­ла не хо­зяй­ка, а ее дочь. Я по­го­во­рил с де­воч­кой. Ока­за­лось, что Ма­ка­ли­стер был на стан­ции не один. Ко­гда она при­шла за ним око­ло пяти, в его ка­би­не­те на­хо­дил­ся еще один муж­чи­на. Она ви­де­ла его пер­вый раз, но об­ра­ти­ла вни­ма­ние на его очень крас­ные гу­бы. Мне не со­ста­ви­ло тру­да узнать в ее опи­са­нии Джо­на Сток­бри­джа, «ви­зит­ной кар­точ­кой» ко­то­ро­го был неесте­ствен­но крас­ный рот. Де­воч­ка не зна­ла, о чем они го­во­ри­ли, по­то­му что они за­мол­ча­ли, ко­гда она во­шла. Од­на­ко у нее сло­жи­лось впе­чат­ле­ние, что они ссо­ри­лись. Я по­нял, что от ме­ня Сток­бридж по­ехал в Спринг­филд, что­бы устро­ить скан­дал. Ско­рее все­го, он уе­хал по­ез­дом в 17:30 или де­вя­ти­ча­со­вым и по­про­сил кон­дук­то­ра при­тор­мо­зить око­ло ран­чо и вы­са­дить его. Это объ­яс­ня­ло его позд­нее по­яв­ле­ние на ба­лу. Я сде­лал все, что мог. Сей­час оста­ва­лось толь­ко ждать се­ми­ча­со­вой грузовой со­став, что­бы пе­ре­го­во­рить с кон­дук­то­ром, ко­то­рый вче­ра при­це­пил к нему ва­гон с хлоп­ком и дол­жен был ви­деть Ма­ка­ли­сте­ра. Ожи­да­ние по­ез­да в пол­ном оди­но­че­стве бы­ло скуч­ным и уто­ми­тель­ным. По­это­му я очень об­ра­до­вал­ся па­ро­воз­но­му свист­ку, воз­ве­стив­ше­му о при­бы­тии 153-го со­ста­ва. Од­на­ко раз­го­вор с кон­дук­то­ром не толь­ко не про­яс­нил тай­ну, но еще боль­ше все за­пу­тал. Ока­за­лось, что кон­дук­тор не ви­дел Ма­ка­ли­сте­ра преды­ду­щим ве­че­ром. Все до­ку­мен­ты на ва­гон бы­ли го­то­вы и ле­жа­ли на сто­ле, по­это­му он ре­шил, что Ни­ко­лас уе­хал в Лин­кольн в 17:30. Стран­но, ду­мал я, аб­со­лют­но все бы­ли уве­ре­ны, что Ма­ка­ли­стер уе­хал в Лин­кольн. Воз­мож­но, так оно и бы­ло, но в го­род он тем не ме­нее не при­е­хал. Я тут же те­ле­гра­фи­ро­вал в Лин­кольн и, к сча­стью, успел за­стать клер­ка, ко­то­рый уже со­би­рал­ся до­мой. Он вче­ра ехал на де­вя­ти­ча­со­вом по­ез­де. Он был уве­рен, что Ни­ко­лас в Спринг­фил­де точ­но не са­дил­ся, а вот Сток­бри­джа он ви­дел. Как я и ду­мал, по­езд за­мед­лил ход око­ло его ран­чо, и он спрыг­нул на хо­ду. Де­ло при­ни­ма­ло тре­вож­ный обо­рот. По край­ней ме­ре, на серд­це у ме­ня с каж­дой ми­ну­той ста­но­ви­лось все тре­вож­нее. По­сле раз­го­во­ра с клер­ком из Лин­коль­на я са­мым тща­тель­ным об­ра­зом осмот­рел все по­строй­ки на стан­ции, но ни­ка­ких сле­дов Ни­ко­ла­са Ма­ка­ли­сте­ра не на­шел. По­сле это­го я вер­нул­ся в до­мик и, взяв лам­пу, под­нял­ся на­верх, в ком­на­ту, где Ник от­ды­хал во вре­мя де­журств. Ко­стюм, в ко­то­ром он обыч­но ра­бо­тал, как все­гда ви­сел на стене. На сту­ле ви­сел чер­ный шел­ко­вый шарф, ко­то­рый он на­вер­ня­ка хо­тел на­деть на бал. На ко­мо­де сто­ял бюст ка­ко­го-то рим­ско­го им­пе­ра­то­ра. На нем кра­со­вал­ся ци­линдр Ни­ка. Те­перь я не со­мне­вал­ся, что на бал Ма­ка­ли­стер не по­ехал. Это бы­ло ис­клю­че­но: без шар­фа и, са­мое глав­ное, ци­лин­дра он бы не от­пра­вил­ся ту­да. С дру­гой сто­ро­ны, па­рад­но­го ко­стю­ма ни­где не бы­ло вид­но. Это да­ло мне ос­но­ва­ния пред­по­ло­жить, что Ни­ко­лас одел­ся к ба­лу, но по­че­му-то на него не по­ехал. Паль­то ле­жа­ло на ко­мо­де, у кро­ва­ти сто­я­ли до­маш­ние та­поч­ки и туфли. Вся осталь­ная обувь, ко­то­рую я у него ви­дел, на­хо­ди­лась в це­ло­сти и со­хран­но­сти в шка­фу. Да­же зная об его стра­сти к ре­бя­че­ству, труд­но бы­ло пред­ста­вить, что он от­пра­вит­ся в та­кую хо­лод­ную по­го­ду без паль-

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.