ШАТУН

Sovershenno Sekretno - Ukraina - - БИБЛИОТЕКА -

– Ро­ди­те­ли умер­ли, – по­ка­чал го­ло­вой Инг­вар, по­ду­мал, мож­но ли счи­тать фрау Цин­цель из за­ла ино­стран­ной ли­те­ра­ту­ры да­мой серд­ца, и ре­шил, что нель­зя. – Ни­ко­го нет.

– Я дам на­прав­ле­ние…

– Вы ска­за­ли «ча­ще все­го»? – встре­пе­нул­ся Инг­вар. – По­лу­ча­ет­ся, что не все схо­дят с ума, ес­ли не вы­па­ли в спяч­ку?

– Тео­ре­ти­че­ски – да. Прак­ти­че­ски же… Спяч­ка, диа­па­у­за – важ­ней­ший эво­лю­ци­он­ный ме­ха­низм. Это не про­сто сон, ка­ким за­сы­па­ют каж­дую ночь, это се­рьёз­ная пе­ре­строй­ка все­го об­ме­на ве­ществ. Боль­шой от­дых, герр Хан­сен. Вес­ной мы про­сто не до­счи­ты­ва­ем­ся неко­то­рых дис­со­мни­ков, или, про­сти­те, ша­ту­нов. У нас тут гу­стые ле­са с ди­ки­ми зве­ря­ми, очень хо­лод­но, а ку­да мо­жет за­не­сти че­ло­ве­ка, неадек­ват­но вос­при­ни­ма­ю­ще­го окру­жа­ю­щую дей­стви­тель­ность? Са­ми по­ни­ма­е­те, герр Хан­сен.

– То есть шанс у ме­ня есть? – спро­сил Инг­вар.

– Со­вре­мен­ная ме­ди­ци­на счи­та­ет, что в лю­бом слу­чае важ­но со­хра­не­ние жиз­ни, – от­ве­тил врач, со­би­рая бу­ма­ги в кар­тон­ную пап­ку с те­сём­ка­ми. – Вот ва­ше на­прав­ле­ние. Ез­жай­те пря­мо сей­час. Кли­ни­ка Свя­то­го Яко­ба. Это на 28-й ули­це, воз­ле Мед­ве­жье­го мо­ста. Оты­ще­те? Оты­ще­те. Спро­си­те адъ­юнк­та Аб­са­ло­на, он… – врач по­мор­щил­ся. – Пап­ку не по­те­ряй­те. Её бы с ку­рье­ром по­слать, но ку­рьер уже то­го.

– Этот адъ­юнкт… Он мне по­мо­жет? – спро­сил Инг­вар.

– Он даст вам шанс до­жить до вес­ны, – от­ве­тил врач, из­бе­гая смот­реть в гла­за.

Инг­вар вдруг за­ме­тил, что крес­ла в ка­би­не­те за­тя­ну­ты чех­ла­ми, а вме­сто эс­там­пов и груп­по­вых фо­то­гра­фий, ко­то­рые он ви­дел в про­шлые встре­чи, на сте­нах тем­не­ют пря­мо­уголь­ни­ки с ды­роч­ка­ми от гвоз­дей. Ве­че­ром при­дёт мед­ли­тель­ный сан­тех­ник и со­льёт с ба­та­рей во­ду. Врач вер­нёт­ся до­мой, вы­пьет хвой­ную на­стой­ку, по­лез­ную для же­луд­ка, пых­тя вле­зет в утя­ги­ва­ю­щее бе­льё, что­бы по­том не му­чить­ся с про­леж­ня­ми, за­прёт­ся в спальне и вы­па­дет до вес­ны.

До­жить до вес­ны. А за­чем до­жи­вать до вес­ны?

– Фу, Рип­пи! Фу! – крик­нул ста­рик со­ба­ке, и та, по­перх­нув­шись ла­ем, ис­то­во за­ви­ля­ла хво­стом. – Что ты здесь де­ла­ешь? Драз­нишь мо­их те­рье­ров?

– Мне ну­жен адъ­юнкт Аб­са­лон, – от­ве­тил Инг­вар, и взгляд ста­ри­ка упёр­ся в кар­тон­ную пап­ку, ко­то­рую Хан­сен при­жи­мал к гру­ди.

– За­хо­ди, – ска­зал он, от­пи­рая ка­лит­ку клю­чом.

Не го­во­ря бо­лее ни сло­ва, ста­рик дви­нул­ся в глубь дво­ра. С его спи­ны сви­сал огром­ный пу­стой рюк­зак. Инг­ва­ру ни­че­го не оста­ва­лось, как по­сле­до­вать за ним. Те­рьер пры­гал у ста­ри­ка в но­гах, ви­ляя от вос­хи­ще­ния за­дом. Обо­ра­чи­ва­ясь на Инг­ва­ра, пёс ска­лил зу­бы. «При­дур­ко­ва­тый са­ни­тар из мор­га, – с омер­зе­ни­ем по­ду­мал Инг­вар. – Или ис­топ­ник. Или ещё невесть кто».

Они обо­шли зда­ние, ми­но­ва­ли кры­тые че­ре­пи­цей служ­бы и ока­за­лись во внут­рен­нем дво­ри­ке, с трёх сто­рон окру­жён­ном сте­на­ми кли­ни­ки. Ста­рик вы­тя­нул из кар­ма­на клю­чи и скло­нил­ся пе­ред ни­зень­кой двер­цей с над­пи­сью «Толь­ко для пер­со­на­ла». Раз­но­маст­ные те­рье­ры, ле­жав­шие по зем­ле, бро­си­лись к ста­ри­ку, раз­дал­ся ску­лёж и лай.

– Ну-ну! Ти­хо, шер­стя­ные ублюд­ки, – ска­зал ста­рик.

Дверь от­кры­лась, за ней ока­за­лась кру­тая лест­ни­ца в под­вал. Ста­рик по­вер­нул­ся к Инг­ва­ру и про­тя­нул длин­ную ру­ку: – Ис­то­рию бо­лез­ни при­нёс?

– Да. Как мне уви­деть адъ­юнк­та Аб­са­ло­на?

– Сей­час он те­бя при­мет, – от­ве­тил ста­рик.

Инг­вар про­тя­нул ему пап­ку, ста­рик во­шёл в дверь и щёлк­нул за­со­вом. Инг­вар усел­ся на ла­воч­ку, при­сло­нён­ную к стене. Те­рье­ры мол­ча раз­бе­жа­лись по дво­ру, кро­ме ярост­но­го Рип­пи – он сел на­про­тив Инг­ва­ра и при­сталь­но сле­дил за ним из-под кос­ма­тых бро­вей. За­мо­ро­си­ло. Инг­вар, за­крыв гла­за, по­ста­рал­ся со­вер­шить мен­таль­ное уси­лие, сдви­нуть игол­ку сво­ей лич­но­сти в дру­гую, па­рал­лель­ную бо­розд­ку жиз­ни, где всё хо­ро­шо, где он вы­пал, как обыч­но, в на­ча­ле ок­тяб­ря, где он осты­ва­ет вме­сте с ми­ром, а не как сей­час.

На ли­цо Инг­ва­ра упа­ла тень, он от­крыл гла­за. Ни­ку­да игол­ка не пе­ре­ско­чи­ла. Ста­рик сто­ял пе­ред ним, сжи­мая в ру­ках кар­тон­ную пап­ку. Он вы­ря­дил­ся в бе­лый ха­лат с чер­ниль­ным пят­ном на кла­пане кар­ма­на.

– Адъ­юнкт Аб­са­лон ме­ня при­мет? – спро­сил Инг­вар.

– При­мет, – от­ве­тил ста­рик. – Адъ­юнкт Аб­са­лон – это я.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.