ТЕ­ПЕРЬ ЯС­НО, ЧТО ТВОРИЛОСЬ ПО­СЛЕ ОКТЯБРЯ 1917 ГО­ДА

Си­ло­вик из Ро­сто­ва-на-до­ну рас­ска­зал, как со­сед­ство с «Но­во­рос­си­ей» пре­вра­ти­ло об­ласть в один из са­мых кри­ми­наль­ных ре­ги­о­нов РФ

Sovershenno Sekretno - Ukraina - - ОРДЛО - Па­вел КАНЫГИН

Рос­сий­ская «во­ен­ная ко­мен­да­ту­ра» осу­ществ­ля­ет сбор лич­ных дан­ных во­ен­но­слу­жа­щих, ко­то­рые са­мо­воль­но по­ки­ну­ли служ­бу на тер­ро­ри­стов на Дон­бас­се.

Со вре­ме­ни об­ра­зо­ва­ния «ДНР» и «ЛНР» про­шло 4 го­да. К ав­гу­сту 2014-го пред­ста­ви­те­ли «рес­пуб­лик», про­воз­гла­шен­ных той же вес­ной в по­ме­ще­ни­ях об­лад­ми­ни­стра­ций До­нец­ка и Лу­ган­ска, за­кре­пи­лись в ос­нов­ных про­мыш­лен­ных цен­трах двух об­ла­стей, но по-преж­не­му не пред­став­ля­ли ре­аль­ной вла­сти и пра­ви­ли лишь в те­ле­ви­зи­он­ном эфи­ре. Ру­тин­ные де­ла по инер­ции осу­ществ­ля­ли укра­ин­ские об­ласт­ные ад­ми­ни­стра­ции и му­ни­ци­па­ли­те­ты. На­при­мер, в ав­гу­сте 2014-го под ар­тил­ле­рий­ские ка­но­на­ды мэ­рия До­нец­ка тор­же­ствен­но от­кры­ва­ла ве­ло­до­рож­ки, обе­щан­ные еще к фут­боль­но­му куб­ку Ев­ро-2012.

Пе­ре­ме­ны на­ча­лись по­сле Ило­вай­ской бит­вы, в ко­то­рой на сто­роне се­па­ра­ти­стов во­е­ва­ли рос­сий­ские во­ен­ные. (Са­мый кро­ва­вый эпи­зод рос­сий­ско-укра­ин­ско­го кон­флик­та унес жиз­ни, по свод­ным дан­ным обе­их сто­рон, око­ло 700 че­ло­век.) На за­ня­тых тер­ри­то­ри­ях на­чи­на­лось уско­рен­ное со­зда­ние соб­ствен­ных струк­тур вла­сти, впро­чем, на де­ле это при­ни­ма­ло фор­му за­хва­тов дей­ству­ю­щих укра­ин­ских учре­жде­ний. Боль­шин­ство со­труд­ни­ков та­ких учре­жде­ний, вклю­чая СБУ, МЧС и МВД, оста­ва­лись на сво­их ме­стах, ме­няя лишь фла­ги и порт­ре­ты в ка­би­не­тах.

В ста­нов­ле­нии «мо­ло­дых рес­пуб­лик» при­ни­ма­ла ак­тив­ное уча­стие их бли­жай­шая со­сед­ка – Ро­стов­ская об­ласть, ко­то­рая все по­след­ние го­ды бы­ла ты­лом и ба­зой обес­пе­че­ния мя­теж­ни­ков Дон­бас­са. Че­рез ее тер­ри­то­рию в До­нецк и Лу­ганск на­прав­ля­лись во­ен­ные, тех­ни­ка, про­ви­зия. Обрат­но в Ро­стов­скую об­ласть еха­ли от­дох­нуть и под­ле­чить­ся по­во­е­вав­шие и ра­не­ные. Мно­гие оста­ва­лись в Рос­сии, за­хва­тив с со­бой и ору­жие. Очень быст­ро ста­ло яс­но, ка­кие про­бле­мы несет для ре­ги­о­на со­сед­ство с «мо­ло­ды­ми рес­пуб­ли­ка­ми». На­чи­ная с 2014 го­да в Ро­стов­ской об­ла­сти неуклон­но рас­тет пре­ступ­ность. Ес­ли в 2013 го­ду об­ласть за­ни­ма­ла 14-е ме­сто по уров­ню пре­ступ­но­сти в стране, то в 2014 и 2015 го­дах под­ня­лась уже на 9-е ме­сто, в 2016 го­ду – на 8-е ме­сто и, на­ко­нец, в 2017 го­ду ока­за­лась на 6-м. За пер­вое по­лу­го­дие 2017 го­да чис­ло осо­бо тяж­ких пре­ступ­ле­ний вы­рос­ло в об­ла­сти на 66,2%.

Об осо­бен­но­стях со­сед­ства с «ДНР» и «ЛНР» рас­ска­зал один из вы­со­ко­по­став­лен­ных си­ло­ви­ков ре­ги­о­на, вы­шед­ший недав­но в от­став­ку. По его прось­бе ре­дак­ция опус­ка­ет имя ис­точ­ни­ка.

«СИ­ТУ­А­ЦИЮ РАЗРЕШИЛИ ПО ЗАКОНАМ ВО­ЕН­НО­ГО ВРЕ­МЕ­НИ ЧЕ­РЕЗ РАССТРЕЛ»

Ко­гда толь­ко на­чи­на­лось со­зда­ние «рес­пуб­лик», мно­гие вос­при­ня­ли этот про­цесс с во­оду­шев­ле­ни­ем. Но по­чти сра­зу ста­ло по­нят­но, что всех нас, кто гра­ни­чит с Укра­и­ной, ждет ве­се­лень­кая жизнь. В ро­стов­ской по­ли­ции это по­ня­ли сра­зу, как толь­ко у нас обо­рва­лась связь с на­ши­ми кол­ле­га­ми из лу­ган­ских и до­нец­ких го­ро­дов. Связь эта бы­ла ис­то­ри­че­ской, мы дру­жи­ли че­рез гра­ни­цу, по­верх фе­де­раль­ных на­чаль­ни­ков – эта прак­ти­ка сло­жи­лась еще в со­вет­ское вре­мя. На­при­мер, на­чаль­ник ро­стов­ско­го глав­ка обя­за­тель­но ез­дил в До­нецк на День ми­ли­ции, по­здрав­лять кол­лег с празд­ни­ком. А на­чаль­ник до­нец­ко­го глав­ка при­ез­жал к нам на День ра­бот­ни­ка по­ли­ции. При­чем это не част­ные ви­зи­ты бы­ли, на­род вы­ез­жал друг к дру­гу на ав­то­бу­сах, еха­ли офи­цер­ские ор­кест­ры, хо­ры, вез­ли го­стин­цы. И в буд­ни у нас все­гда бы­ла связь друг с дру­гом, зво­ни­ли, вза­и­мо­дей­ство­ва­ли на го­ри­зон­таль­ном уровне, ко­гда вста­ва­ли ра­бо­чие во­про­сы. От­ло­вить пре­ступ­ни­ков, укры­ва­ю­щих­ся на той сто­роне гра­ни­цы, или, на­обо­рот, пе­ре­вез­ти их, разыс­кать ко­го-то, на­ве­сти справ­ки и про­чее вза­и­мо­дей­ствие – все бы­ло на­ла­же­но. Но с на­ча­лом бро­же­ний в До­нец­ке и Лу­ган­ске очень быст­ро вся связь бы­ла уте­ря­на. Та­мош­нее ми­ли­цей­ское ру­ко­вод­ство стре­ми­тель­но ку­да-то по­де­ва­лось, по­яви­лось но­вое. Это был 2014 год.

Мы ре­ши­ли по­зна­ко­мить­ся – вро­де нор­маль­ные пар­ни, мен­ты, но толь­ко ни­че­го не мо­гут и ни на что не вли­я­ют да­же в сфе­ре сво­ей от­вет­ствен­но­сти. По­то­му что кру­гом во­ору­жен­ные лю­ди, ца­рит пра­во силь­но­го. Ну, мы об­ме­ня­лись кон­так­та­ми, встре­ти­лись с ни­ми, ре­бя­та ста­ли жа­ло­вать­ся на бес­пре­дел мест­ных во­ору­жен­ных груп­пи­ро­вок. Вот они рас­ска­зы­ва­ют: вы­зов на квар­ти­ру в До­нец­ке, ограб­ле­ние, вы­ез­жа­ет на­ряд, а на ме­сте уже бой­цы так на­зы­ва­е­мо­го ба­та­льо­на «Оп­лот». На по­лу рас­стре­лян­ные ими по­до­зре­ва­е­мые, ва­ля­ют­ся ве­щи.

«Опол­чен­цы» за­би­ра­ют «в поль­зу рес­пуб­ли­ки» из квар­ти­ры все цен­ное и бро­са­ют ми­ли­ции: «Си­ту­а­цию разрешили по законам во­ен­но­го вре­ме­ни. Ну а вы тут при­бе­ри­тесь, офор­ми­те».

И непо­нят­но, кто здесь пре­ступ­ник, ко­гда про­изо­шло ограб­ле­ние. Что ка­са­ет­ся за­яв­ле­ний об уго­нах ма­шин, то эти слу­чаи в по­ли­ции «ДНР» да­же ни­кто не ре­ги­стри­ро­вал. В 2014 и 2015 го­дах все эти уго­ны ока­зы­ва­лись «кон­фис­ка­ци­ей» на нуж­ды рес­пуб­лик. Ко­гда они нам это пе­ре­ска­зы­ва­ли, ста­но­ви­лось яс­но, что творилось в стране по­сле октября 1917 го­да.

«ВСЛЕД ЗА ВОРАМИ ИЗ ДО­НЕЦ­КА В РОСТОВ ПОБЕЖАЛИ ПРОСТИТУТКИ»

Ин­те­рес­но, что по воз­вра­ще­нии со встре­чи с по­ли­цей­ски­ми «ДНР» на­ших офи­це­ров вы­зва­ли на бе­се­ду в ФСБ и рас­ка­та­ли – ма­ма не го­рюй. При­ка­за­ли не лезть боль­ше ту­да и за­быть во­об­ще до­ро­гу. По­езд­ка бы­ла по­ня­та так, буд­то по­ли­ция вле­за­ет в их зо­ну от­вет­ствен­но­сти и ин­те­ре­сов. Есте­ствен­но, фей­сы (со­труд­ни­ки ФСБ) же­ла­ли по­лу­чить мак­си­маль­ные вы­го­ды от си­ту­а­ции в ре­ги­оне. При том, что сам по се­бе про­ект по со­зда­нию «ДНР» и «ЛНР» как был, так и оста­ет­ся эко­но­ми­че­ски очень на­клад­ным для рос­сий­ско­го го­су­дар­ства. Все ком­мер­че­ские свя­зи ре­ги­о­на с Укра­и­ной бы­ли разо­рва­ны, а с на­ми ни­как не на­ла­жи­ва­ют­ся, рос­сий­ско­му рын­ку ни­ка­кие их то­ва­ры не нуж­ны.

Ни ме­тал­лы, ни уголь – его яко­бы по­ку­па­ет Рос­сия для се­бя, а на са­мом де­ле пе­ре­про­да­ет той же Укра­ине. Толь­ко це­поч­ка ста­ла длин­нее и кры­шу­ет­ся фей­са­ми.

Лю­бой транс­гра­нич­ный биз­нес про­хо­дит че­рез них. Мно­гие ро­стов­ские ком­мер­сан­ты пы­та­лись зай­ти в Дон­басс, кто­то вез свой то­вар, кто-то хо­тел от­крыть биз­нес, но по­лу­ча­лось у еди­ниц, ко­то­рые со­гла­ша­лись от­да­вать до­лю.

А мы на­блю­да­ли за про­ис­хо­дя­щим и раз­гре­ба­ли по­след­ствия. На­при­мер, как толь­ко там на­ча­лись во­ен­ные дей­ствия, то мо­мен­таль­но от­ту­да к нам по­шел по­ток кри­ми­на­ла и мест­ных про­сти­ту­ток.

Преж­них во­ров тес­ни­ли но­вые, по­шел пе­ре­дел, и ни­кто со ста­рой гвар­ди­ей не це­ре­мо­нил­ся: мо­шен­ни­ки, нар­ко­тор­гов­цы, во­ры спа­са­лись, ри­нув­шись в Ро­стов­скую об­ласть.

Проститутки бе­жа­ли сле­дом – но чи­сто по эко­но­ми­че­ским при­чи­нам: там, где во­ю­ют, обыч­но за удо­воль­ствия не рас­пла­чи­ва­ют­ся. В ито­ге в на­ших го­ро­дах на­ча­лось неви­дан­ное. Та­ган­рог­ские, ро­стов­ские де­воч­ки взвы­ли от кон­ку­рен­ции и умо­ля­ли оста­но­вить дем­пинг укра­и­нок. Же­ны по­ли­цей­ских об­ры­ва­ли му­жьям труб­ки во вре­мя де­журств и не от­пус­ка­ли ни на ка­кие ры­бал­ки. Па­ру ме­ся­цев тво­рил­ся пол­ный бар­дак, хо­тя бы­ло яс­но, что это вре­мен­но – на­ша об­ласть рас­смат­ри­ва­лась сре­ди та­ких «бе­жен­цев» толь­ко как пе­ре­ва­лоч­ный пункт. А ко­гда ста­ло яс­но, что кон­фликт на Дон­бас­се на­дол­го, и де­воч­ки, и во­ры дви­ну­лись даль­ше, в Центр Рос­сии. Яну­ко­вич, го­во­рят, то­же боль­ше не жи­вет у нас, пе­ре­брал­ся в Моск­ву.

Вот вам то­же слу­чай – в Мат­ве­е­вом Кур­гане при по­пыт­ке уго­на ино­мар­ки аре­сто­ва­ли двух 20-лет­них па­ца­нов с укра­ин­ски­ми пас­пор­та­ми. Ве­зут в от­де­ле­ние, до­прос: вы от­ку­да та­кие? Отве­ча­ют: с Дон­бас­са мы. «А че при­е­ха­ли?» – «Да до­ма ра­бо­ты нету, ну, мы сна­ча­ла во­е­ва­ли, ма­ши­ны от­жи­ма­ли, а сей­час все уж от­жа­то и вой­ны нет». – «А сей­час ку­да?» – «Да в Моск­ву, на за­ра­бот­ки».

«ИДЕТ УСТА­НОВ­КА – ОСЛОЖНИТЬ АК­ТИВ­НЫМ УЧАСТНИКАМ СО­БЫ­ТИЙ ВОЗВРАЩЕНИЕ В РОС­СИЮ»

При­лич­ной ра­бо­ты в обе­их «рес­пуб­ли­ках» нет, ес­ли не счи­тать служ­бы в их ар- ми­ях. До 2016 го­да мно­гие рос­си­яне са­ми еха­ли ту­да по­во­е­вать и за­ра­бо­тать, но по­том по­шла об­рат­ная вол­на. И рос­си­яне, и мест­ные едут на за­ра­бот­ки к нам. По­чти нет та­ко­го, что­бы, как рань­ше, на­род ехал на Дон­басс из ро­ман­ти­че­ских со­об­ра­же­ний. С ро­ман­ти­ка­ми во­об­ще ин­те­рес­но вы­шло. В по­след­ние па­ру лет свер­ху идет уста­нов­ка, что­бы осложнить ак­тив­ным участникам со­бы­тий возвращение в Рос­сию. А по­след­ний год, пе­ред фут­боль­ным чем­пи­о­на­том, это ста­ло осо­бен­но за­мет­но. Мно­гих идей­ных, за­мет­ных граж­дан, и осо­бен­но тех, у ко­го бы­ли ко­гда-ли­бо про­бле­мы с го­су­дар­ством, фей­сы про­сто раз­во­ра­чи­ва­ли обрат­но в «ДНР» и «ЛНР».

Лю­дям го­во­ри­ли про уго­лов­ное на­ка­за­ние за на­ем­ни­че­ство и на­сто­я­тель­но убеж­да­ли не воз­вра­щать­ся в Рос­сию. Тем не ме­нее бы­ло та­кое, что лю­ди с бо­ем про­ры­ва­лись до­мой.

Был слу­чай, ко­гда ка­за­ки на угнан­ной ма­шине пе­ре­еха­ли че­рез гра­ни­цу и про­та­ра­ни­ли шлаг­баум на рос­сий­ском КПП. По­гран­цы пре­сле­до­ва­ли их сколь­ко-то ки­ло­мет­ров, по­ка не оста­но­ви­ли, от­крыв огонь на по­ра­же­ние. По­хо­жих эпи­зо­дов про­ис­хо­дит мас­са. При­чем осо­бен­но уди­ви­тель­но, что рос­си­ян ще­мят и в са­мих «ДНР» с «ЛНР». За­во­дят уго­лов­ные де­ла, са­жа­ют, осо­бо непо­нят­ли­вым устра­и­ва­ют под­ста­вы.

На­при­мер, в про­шлом го­ду у нас в од­ном из рай­он­ных су­дов [Ро­стов­ской об­ла­сти] с тре­тье­го ра­за осу­ди­ли од­но­го ве­те­ра­на по фа­ми­лии Дры­г­валь. Он в 2014 го­ду как иде­а­лист по­ехал во­е­вать и стро­ить на Дон­бас­се но­вое рус­ское го­су­дар­ство. Но, ви­дя от­кро­вен­ный бес­пре­дел и то, ка­кая там со­зда­на кри­ми­наль­ная иерар­хия, с каж­дым днем все боль­ше пе­ча­лил­ся. На­чал вы­го­ва­ри­вать, вы­ра­жать не- до­воль­ство ре­жи­мом, шу­меть на мест­ных на­чаль­ни­ков. На­ко­нец, те не вы­дер­жа­ли, на­де­ли ему ме­шок на го­ло­ву и с ве­ща­ми по­вез­ли на гра­ни­цу, при­ка­за­ли под ду­лом ав­то­ма­тов пе­ре­хо­дить на рос­сий­ский КПП. Здесь его встре­ти­ли на­ши по­гра­нич­ни­ки, на­ча­ли до­смотр и на­шли в сум­ке гра­на­ту.

Му­жик объ­яс­ня­ет си­ту­а­цию: мол, под­ки­ну­ли про­кля­тые контр­ре­во­лю­ци­о­не­ры, не де­бил же я со­всем! И вро­де как все яс­но. Но ору­жие есть ору­жие, воз­буж­да­ет­ся де­ло, до­хо­дит до су­да. Су­дья вы­но­сит оправ­да­тель­ный при­го­вор, что неча­сто бы­ва­ет. Но Ростов от­ме­ня­ет ре­ше­ние и на­прав­ля­ет на но­вое рас­смот­ре­ние. Де­ло бе­рет вто­рой су­дья, но то­же раз­во­дит ру­ка­ми – не мо­гу, мол, осу­дить неви­нов­но­го, нет мо­ти­ва! Вы­но­сит оправ­да­тель­ный, а Ростов сно­ва от­ме­ня­ет! Тре­тий суд, на­ко­нец, все по­нял – да­ет Дры­г­ва­лю об­ви­ни­тель­ный и от­пус­ка­ет на сво­бо­ду, по­сколь­ку он уже свое от­си­дел в СИЗО. Вывод на­пра­ши­ва­ет­ся про­стой: ни­ка­кие бун­та­ри-иде­а­ли­сты, ни свои, ни чу­жие, го­су­дар­ству не нуж­ны.

То, что лю­дям там на­до по­мо­гать, с этим у нас все со­глас­ны. Но в на­шей си­ту­а­ции мы, на­обо­рот, ви­дим, что ре­ги­он со­ци­аль­но и эко­но­ми­че­ски уни­что­жа­ет­ся. В по­след­ние па­ру лет ста­ло по­спо­кой­нее, по­ря­док вро­де на­ве­ли, но лю­ди бе­гут от­ту­да, жа­лу­ясь на ни­ще­ту, бес­пер­спек­тив­ность, что все обес­це­ни­лось. На на­ших граж­да­нах это то­же от­ра­жа­ет­ся, при­чем до­воль­но за­бав­но. На­при­мер, мно­гие ро­стов­чане по­на­ча­лу клю­ну­ли на де­ше­виз­ну иму­ще­ства у со­се­дей. Рва­ну­ли в До­нец­ке ску­пать за бес­це­нок квар­ти­ры в на­деж­де за­ра­бо­тать в бу­ду­щем, ко­гда вой­на кон­чит­ся. Ска­жем, в 2015 го­ду 3-ком­нат­ную квар­ти­ру в цен­тре с ре­мон­том мож­но бы­ло ку­пить за 20–25 ты­сяч дол­ла­ров. А сей­час, ес­ли по­ве­зет, ее мож­но про­дать толь­ко за 10. По ма­те­ри­а­лам «Но­вой га­зе­ты»

рос­сий­ская «во­ен­ная ко­мен­да­ту­ра» Осу­ществ­ля­ет сбор лич­ных дан­ных во­ен­но­слу­жа­щих, ко­то­рые са­мо­воль­но по­ки­ну­ли служ­бу на тер­ро­ри­стов на дон­бас­се

в укра­ин­ском до­нец­ке вы­бра­ли «мисс днр»

но­вый ру­ко­во­ди­тель гб «днр» петр зи­ма

ата­ман бой­ков

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.