УЗ­НИ­КИ ФОР­ТА № 9

Как Ту­ха­чев­ский и де Голль ока­за­лись в од­ной ка­ме­ре

Sovershenno Sekretno - - РАССЛЕДОВАНИЯ [ СУДЬБЫ] - Сер­гей Не­ЧА­ев

Ча­сто история вы­да­ет нам си­ту­а­ции, слов­но спе­ци­аль­но по­до­бран­ные для се­рии «На­роч­но не при­ду­ма­ешь». Ну в са­мом де­ле, по­рой ка­жет­ся, что та­ко­го про­сто не мог­ло быть, что это плод чьей-то больной фан­та­зии. А мо­жет быть, это мы са­ми так достали на­ше про­шлое, что оно за се­бя уже не ру­ча­ет­ся…

Бу­ду­щий Пре­зи­дент Фран­ции Шарль де Голль по­явил­ся на свет в 1890 го­ду в Лил­ле, в се­мье обед­нев­ше­го дво­ря­ни­на, пре­по­да­вав­ше­го фран­цуз­ский язык и ли­те­ра­ту­ру в па­риж­ском кол­ле­дже иезу­и­тов. В этой се­мье бы­ло пять де­тей, и все они вос­пи­ты­ва­лись в ду­хе пат­ри­о­тиз­ма и ка­то­ли­циз­ма. А в 1893 го­ду на дру­гом кон­це Ев­ро­пы, в име­нии Алек­сан­дров­ское До­ро­го­буж­ско­го уез­да Смо­лен­ской гу­бер­нии, ро­дил­ся дру­гой маль­чик – Ми­ша Ту­ха­чев­ский. Его отец то­же был обед­нев­шим дво­ря­ни­ном, а се­мья бы­ла еще бо­лее мно­го­дет­ной (че­ты­ре сы­на и пять до­че­рей). Шарль де Голль ра­но пе­ре­брал­ся в Па­риж, а Ми­ша Ту­ха­чев­ский – в Моск­ву. И оба они с дет­ства меч­та­ли о во­ен­ной ка­рье­ре. В ре­зуль­та­те де Голль в 1909 го­ду по­сту­пил в Сен-Сир­ское во­ен­ное учи­ли­ще близ Вер­са­ля, ос­но­ван­ное еще На­по­лео­ном, Ту­ха­чев­ский же пря­мо из гим­на­зии в 1911 го­ду пе­ре­шел в 1-й Мос­ков­ский ка­дет­ский кор­пус, а в 1912–1914 гг. учил­ся в Алек­сан­дров­ском во­ен­ном учи­ли­ще.

Мо­ло­дые офи­це­ры и Пер­вая Ми­ро­вая вой­на

Де Голль от­ли­чал­ся неза­ви­си­мым ха­рак­те­ром и вы­да­ю­щи­ми­ся спо­соб­но­стя­ми. Он был очень вы­со­ким (1,90 м) и в пря­мом смыс­ле это­го сло­ва смот­рел на окру­жа­ю­щих свы­со­ка. У Ту­ха­чев­ско­го ха­рак­тер то­же был не са­хар, а спо­соб­но­сти – весь­ма неза­у­ряд­ны­ми. Плюс он пре­крас­но вла­дел фран­цуз­ским язы­ком. По­сле окон­ча­ния во­ен­но­го учи­ли­ща в 1912 го­ду де Голль в зва­нии млад­ше­го лей­те­нан­та от­пра­вил­ся в Ар­рас, где слу­жил два го­да в пе­хот­ных вой­сках. Ту­ха­чев­ский же ле­том 1914 го­да был про­из­ве­ден в под­по­ру­чи­ки и на­чал служ­бу в 7-й ро­те лейб-гвар­дии Се­мё­нов­ско­го пол­ка. Вы­пуск у него был про­из­ве­ден на три неде­ли рань­ше сро­ка из-за объ­яв­ле­ния мо­би­ли­за­ции, ибо на­ча­лась Пер­вая ми­ро­вая вой­на. Есте­ствен­но, офи­це­ры Фран­ции и Рос­сии ушли на фронт. И вот Ту­ха­чев­ский со сво­им пол­ком в ав­гу­сте 1914 го­да ока­зал­ся на пе­ре­до­вой, в рай­оне Вар­ша­вы. Мо­ло­до­го под­по­ру­чи­ка на­зна­чи­ли млад­шим офи­це­ром 7-й ро­ты 2-го ба­та­льо­на. А ро­той у него ко­ман­до­вал опыт­ный ка­пи­тан Ве­села­го, доб­ро­воль­цем участ­во­вав­ший еще в Рус­ско­я­пон­ской войне. Вско­ре полк пе­ре­бро­си­ли в рай­он Люб­ли­на – про­тив ав­ст­ро-вен­гер­ских войск. 2 сен­тяб­ря 1914 го­да ро­та Ве­села­го с бо­ем фор­си­ро­ва­ла ре­ку Сан, а по­том бла­го­по­луч­но вер­ну­лась на свой бе­рег, за­хва­тив несколь­ко плен­ных. За это ко­ман­дир ро­ты по­лу­чил ор­ден Свя­то­го Геор­гия IV сте­пе­ни, а Ту­ха­чев­ский – ор­ден Свя­то­го Вла­ди­ми­ра IV сте­пе­ни. По­том по­сле­до­ва­ли дру­гие бои с ав­стрий­ца­ми и при­шед­ши­ми им на помощь нем­ца­ми. Во­е­вал Ту­ха­чев­ский храб­ро и весь­ма уме­ло. Не об­хо­ди­ли его и на­гра­ды: за пол­го- да бо­е­вой служ­бы он был на­граж­ден еще пя­тью ор­де­на­ми – Свя­той Ан­ны II, III и IV сте­пе­ней (по­след­ний с над­пи­сью «За храб­рость») и Свя­то­го Ста­ни­сла­ва II и III сте­пе­ней. Ма­ло кто из рус­ских офи­це­ров мог по­хва­стать­ся та­ким ко­ли­че­ством от­ли­чий к 22 го­дам: су­дя по ар­хив­ным ма­те­ри­а­лам, ор­де­на Ту­ха­чев­ский по­лу­чал в сред­нем раз в три неде­ли! Но он меч­тал за­слу­жить Геор­ги­ев­ский крест. 5 но­яб­ря 1914 го­да Ту­ха­чев­ский был ра­нен и от­прав­лен в гос­пи­таль в Моск­ву. Со сво­ей сто­ро­ны, де Голль то­же в пер­вые дни вой­ны ока­зал­ся на пе­ре­до­вой. И он то­же храб­ро сра­жал­ся, а 15 ав­гу­ста 1914 го­да по­лу­чил в Нор­ман­дии ра­не­ние в но­гу. За­тем он ле­чил­ся в Ли­оне. В ян­ва­ре 1915 го­да де Голль вер­нул­ся в строй. И вновь пу­ле­вое ра­не­ние: 10 мар­та в сражении на ре­ке Сом­ме – те­перь в ле­вую ру­ку. Лей­те­нант дол­го ле­чил­ся и вер­нул­ся в свой 33-й пе­хот­ный полк в но­яб­ре уже в чине ка­пи­та­на. А в мар­те 1916 го­да он ока­зал­ся в де­ре­вуш­ке Ду­о­мон, в са­мом цен­тре раз­во­ра­чи­ва­ю­ще­го­ся Вер­ден­ско­го сра­же­ния. Позд­нее, в июле 1919 го­да, он по­лу­чит за му­же­ство под Ду­о­мо­ном ор­ден По­чёт­но­го ле­ги­о­на.

Ту­ха­чев­ский в Плену

К это­му вре­ме­ни Ту­ха­чев­ский уже на­хо­дил­ся в немец­ком плену. Опра­вив­шись по­сле ра­не­ния, он вновь вер­нул­ся на фронт, но его взя­ли во вре­мя боя под Лом­жей (на тер­ри­то­рии Поль­ши) 19 фев­ра­ля 1915 го­да. Ко­ман­дир лейб-гвар­дии Се­мё­нов­ско­го пол­ка ге­не­рал-май­ор И. С. Эт­тер так опи­сы­вал это сра­же­ние: «С 8 ча­сов утра непри­я­тель стал бук­валь­но осы­пать сна­ря­да­ми тя­же­лой и лег­кой ар­тил­ле­рии, по­ра­жая глав­ным об­ра­зом во­сточ­ную часть ле­са и рай­он, что к се­ве­ру от ле­са <…> В 11 ча­сов утра на во­сточ­ную часть ле­са на­ча­лась непри­я­тель­ская ата­ка <…> Ура­ган­ный огонь, пе­ре­не­сен­ный непри­я­те­лем вглубь по ре­зер­вам, от­сут­ствие хо­дов со­об­ще­ния за­мед­ли­ли дви­же­ние под­держ­ки <…> 6-я и 7-я ро­ты не от­сту­пи­ли, при­ня­ли удар, про­изо­шла ру­ко­паш­ная схват­ка, и по­чти ни­кто из них не вер­нул­ся». А 27 фев­ра­ля в га­зе­те «Рус­ский ин­ва­лид» по­яви­лось оши­боч­ное со­об­ще­ние о ги­бе­ли Ту­ха­чев­ско­го, и его мать Мав­ра Пет­ров­на ед­ва пе­ре­нес­ла этот удар. От­ме­тим, что об­сто­я­тель­ства, при ко­то­рых Ту­ха­чев­ский по­пал в плен, ста­ли пред­ме­том оже­сто­чен­ных спо­ров в бе­ло­эми­грант­ской сре­де: быв­шие офи­це­ры объ­яс­ня­ли его пле­не­ние кто неуме­ло­стью, а кто и тру­со­стью. Од­на­ко и то и дру­гое не вы­дер­жи­ва­ет кри­ти­ки. В ста­лин­ской же ис­то­рио­гра­фии эта по­дроб­ность био­гра­фии крас­но­го мар­ша­ла во­об­ще скры­ва­лась, ибо офи­ци­аль­ная идео­ло­гия то­го вре­ме­ни при­рав­ни­ва­ла плен к пре­да­тель­ству. Из­вест­ны же сле­ду­ю­щие де­та­ли. Офи­цер Се­мё­нов­ско­го пол­ка Г. Бе­нуа в сво­их «Вос­по­ми­на­ни­ях» от­ме­тил, что в фев­ра­ле 1915 го­да под Лом­жей но­чью опу­стил­ся гу­стой ту­ман, и, поль­зу­ясь им как ды­мо­вой за­ве­сой, нем­цы на­па­ли на рус­скую пе­ре­до­вую ро­ту. Силы бы­ли яв­но нерав­ны. Рот­ный ко­ман­дир по­гиб, мно­гие сол­да­ты бы­ли уби­ты, и толь­ко че­ло­век со­рок су­ме­ли отой­ти к сво­им. При­мер­но че­ло­век трид­цать по­па­ли в плен, и вме­сте с ни­ми «по­лу­чив­ший удар при­кла­дом по го­ло­ве под­по­ру­чик Ту­ха­чев­ский, ко­то­ро­го по­до­бра­ли в бес­со­зна­тель­ном со­сто­я­нии». А вот ис­то­рик В. А. Лес­ков счи­та­ет, что об­сто­я­тель­ства пле­не­ния Ту­ха­чев­ско­го весь­ма ту­ман­ны. Он пи­шет: «Ту­ха­чев­ский по­шел на фронт не во­е­вать за Рос­сию, как мно­гие дру­гие, а, по его соб­ствен­ным сло­вам, про­сто де­лать ка­рье­ру, бле­стя­щую ка­рье­ру. Он твер­до на­ме­ре­вал­ся вый­ти в ге­не­ра­лы – уже в 30 лет! И вот та­кая неза­да­ча, ко­нец всем че­сто­лю­би­вым меч­там! По­сколь­ку в на­сто­я­щей от­ча­ян­ной си­ту­а­ции «све­ти­ли» не ге­не­раль­ские по­го­ны или хо­тя бы ор­ден, а немец­кий штык или пу­ля, он ре­шил про­явить бла­го­ра­зу­мие, уте­шая се­бя вполне по­нят­ной мыс­лью: «Из пле­на еще мож­но, брат, сбе­жать, а с то­го све­та уже не удаст­ся». За то, что Ту­ха­чев­ский сдал­ся сам, без се­рьез­но­го боя, го­во­рят два фак­та, со­вер­шен­но неоспо­ри­мых: 1. Он не по­лу­чил ни од­ной ра­ны, ни од­ной ца­ра­пи­ны; 2. А вот его на­чаль­ник, ко­ман­дир ро­ты Ве­села­го, участ­ник Рус­ско-японской вой­ны, имев­ший за храб­рость Геор­ги­ев­ский крест, тот дей­стви­тель­но ярост­но сра­жал­ся до кон­ца. Его за­ко­ло­ли шты­ка­ми че­ты­ре немец­ких гре­на­де­ра. На те­ле доб­лест­но­го ка­пи­та­на поз­же на­счи­та­ли бо­лее 20 (!) пу­ле­вых и шты­ко­вых ран». Мне­ние, на­до ска­зать, весь­ма спорное и прак­ти­че­ски ни­чем не под­твер­жда­е­мое. А от­сут­ствие ра­не­ния – не до­ка­за­тель­ство.

де Голль То­же в Плену

Непро­сто бы­ло под Ду­о­мо­ном и де Гол­лю. Утром 2 мар­та 1916 го­да там на­чал­ся мас­си­ро­ван­ный об­стрел немец­кой тя­же­лой ар­тил­ле­рии. За­тем пу­сти­ли газ, и на­ча­лась ру­ко­паш­ная схват­ка. Ба­та­льон де Гол­ля был по­чти пол­но­стью уни­что­жен. Сам он по­лу­чил удар шты­ком в бед­ро и по­те­рял со­зна­ние. Его со­чли мерт­вым. А че­рез два ме­ся­ца в при­ка­зе по ар­мии от­ме­ти­ли: «Ка­пи­тан де Голль, за­ре­ко­мен­до­вав­ший се­бя ду­хов­но и мо­раль­но в са­мой вы­со­кой сте­пе­ни, при страш­ной бом­бар­ди­ров­ке нем­цев, ко­то­рая по­чти вы­ко­си­ла его сол­дат, под­нял остав­ших­ся в жи­вых на ярост­ную ата­ку, по­счи­тав та­кое ре­ше­ние един­ствен­ным до­стой­ным во­ин­ской че­сти. Он пал в бою при непо­сред­ствен­ном со­при­кос­но­ве­нии с про­тив­ни­ком». Де Голль был ра­нен в ле­вую но­гу, взят в плен, и его то­же объ­яви­ли по­гиб­шим.

кон­не­табль и Ту­ка

Итак, два мо­ло­дых офи­це­ра, неза­ви­си­мо друг от дру­га, по­па­ли в немец­кий плен. И то­го, и дру­го­го пе­ре­во­зи­ли из ла­ге­ря в ла­герь. На­при­мер, Ту­ха­чев­ский по­том, ко­гда вер­нул­ся в Рос­сию, так опи­сал свои ски­та­ния. Сна­ча­ла его при­вез­ли в Штраль­зунд, в ла­герь Ден­гольм. От­ту­да он бе­жал, но неудач­но. По­том – кре­пость Кюстрин, ла­ге­ря Гу­бен, Бес­ков, Гал­ле, Бад-Шту­ер. Из по­след­не­го Ту­ха­чев­ский опять бе­жал, его вновь пой­ма­ли и опре­де­ли­ли в Бек­с­тен-Ми­струп. Сно­ва неудач­ный по­бег и воз­вра­ще­ние в Бад-Шту­ер. И вот на­ко­нец в сен­тяб­ре 1916 го­да его под кон­во­ем при­вез­ли в Ба­ва­рию. Там он ока­зал­ся в пе­чаль­но зна­ме­ни­том ин­тер­на­ци­о­наль­ном ла­ге­ре в фор­те № 9 кре­по­сти Ин­голь­штадт, ку­да сво­зи­ли со всей Гер­ма­нии са­мых неис­пра­ви­мых бег­ле­цов. Там бы­ли рус­ские, фран­цу­зы, ан­гли­чане, ита­льян­цы… Де Голль про­шел по­чти та­кой же путь. Толь­ко на­зва­ния го­ро­дов бы­ли иные. Сна­ча­ла его от­пра­ви­ли в вест­фаль­ский Осна­брюк, по­том в го­ро­док Нейс­се в Во­сточ­ной Гер­ма­нии. От­ту­да его по­вез­ли в го­род Щу­чин в ок­ку­пи­ро­ван­ной нем­ца­ми За­пад­ной Бе­ло­рус­сии. По­том, в ок­тяб­ре 1916 го­да, опре­де­ли­ли в ба­вар­ский Ин­голь­штадт. И то­же в форт № 9. Там-то и про­изо­шла пер­вая встре­ча бу­ду­щих зна­ме­ни­тых во­ен­ных и по­ли­ти­че­ских де­я­те­лей. По сло­вам са­мо­го де Гол­ля, он «дол­го жил в од­ной ком­на­те с Ту­ха­чев­ским». Из раз­ных ис­точ­ни­ков из­вест­но, что в фор­те № 9 ока­за­лись еще два бу­ду­щих ге­не­ра­ла Фран­ции – Жорж Кат­ру и Луи де Ме­зей­рак. Был там и бу­ду­щий жур­на­лист Ре­ми Рур. Этот по­след­ний в 1928 го­ду вы­пу­стил в Па­ри­же кни­гу Le chef de l’Armée Rouge: Mikail Toukatchevski («Ко­ман­дир Крас­ной Ар­мии Ми­ха­ил Ту­ха­чев­ский»). Вы­шла она под псев­до­ни­мом Пьер Фер­вак. В сво­ей кни­ге он так опи­сал мо­ло­до­го

Ту­ха­чев­ско­го: «Это был юно­ша уг­ло­ва­тый, худой, но очень эле­гант­ный да­же в сво­ей разо­рван­ной во­ен­ной фор­ме. Блед­ным ли­цом, ла­тин­ски­ми чер­та­ми ли­ца, чер­ны­ми при­гла­жен­ны­ми во­ло­са­ми он так на­по­ми­нал Бо­на­пар­та пе­ри­о­да Ита­льян­ской кам­па­нии». От­ме­тим, что Ре­ми Рур мно­го бе­се­до­вал с Ту­ха­чев­ским, чув­ствуя к нему глу­бо­кую сим­па­тию. Они ча­сто спо­ри­ли. Фран­цуз сви­де­тель­ство­вал позд­нее: «Спо­ри­ли о хри­сти­ан­стве и Бо­ге, ис­кус­стве и ли­те­ра­ту­ре, о Бет­хо­вене, о Рос­сии и «рус­ской ду­ше», о рус­ской ин­тел­ли­ген­ции. Мо­ло­дой рус­ский офи­цер ока­зал­ся за­яд­лым спор­щи­ком». Фран­цу­зы да­же пе­ре­де­ла­ли в шут­ку его фа­ми­лию на Ту­ша­тус­ско­го: от touche-а-tous, что пе­ре­во­дит­ся с фран­цуз­ско­го как «ка­са­ет­ся всех», что долж­но бы­ло под­черк­нуть об­шир­ную эру­ди­цию Ту­ха­чев­ско­го. Ту­ха­чев­ский го­во­рил Ре­ми Ру­ру: «Чув­ство ме­ры, яв­ля­ю­ще­е­ся для За­па­да обя­за­тель­ным ка­че­ством, у нас в Рос­сии – круп­ней­ший недо­ста­ток. Нам нуж­ны от­ча­ян­ная бо­га­тыр­ская си­ла, во­сточ­ная хит­рость и вар­вар­ское ды­ха­ние Пет­ра Ве­ли­ко­го. По­это­му к нам боль­ше все­го под­хо­дит оде­я­ние дик­та­ту­ры. Ла­тин­ская и гре­че­ская куль­ту­ра – это не для нас! Я счи­таю Ре­нес­санс на­равне с хри­сти­ан­ством од­ним из несча­стий че­ло­ве­че­ства <…> Гар­мо­нию и ме­ру – вот что нуж­но уни­что­жить преж­де все­го!» В сво­ей кни­ге Ре­ми Рур ни­че­го не ска­зал о де Гол­ле, хо­тя пе­ре­чис­лил ряд дру­гих фа­ми­лий, на­при­мер то­го же Луи де Ме­зей­ра­ка. Ско­рее все­го, ав­тор не по­счи­тал нуж­ным пи­сать о де Гол­ле, по­то­му что он в 1928 го­ду не был еще из­вест­ной лич­но­стью. А вот в 1964 го­ду, в ин­тер­вью био­гра­фу де Гол­ля Жа­ну Ла­кутю­ру, он на­ри­со­вал сле­ду­ю­щий порт­рет пре­зи­ден­та в плену: «Очень ча­сто он си­дел один и без уста­ли чи­тал немец­кие га­зе­ты. Он де­лал свои за­мет­ки и упря­мо пы­тал­ся най­ти в бюл­ле­те­нях о по­бе­дах непри­я­те­ля хоть ка­кие-ни­будь ед­ва при­мет­ные чер­точ­ки его по­ра­же­ний. Он кро­пот­ли­во изу­чал ха­рак­те­ры во­ен­ных и граж­дан­ских пред­ста­ви­те­лей Гер­ма­нии, про­щу­пы­вая их сла­бые ме­ста». Де Гол­ля в Ин­голь­штад­те ча­ще все­го на­зы­ва­ли Кон­не­табль (как в Сен-Сир­ском учи­ли­ще), а Ту­ха­чев­ско­го – про­сто Ми­ша или Ту­ка. Что бы­ло де­лать плен­ным? Рус­ские, на­при­мер, иг­ра­ли в шах­ма­ты, фран­цу­зы – в бридж. А Ту­ха­чев­ский ку­пил се­бе скрип­ку и все вре­мя что-то на ней на­иг­ры­вал.

По­бег Ту­ха­чев­ско­го

Ко­неч­но, мно­гие пленники меч­та­ли о по­бе­ге. В их чис­ло вхо­дил и де Голль. Он пер­вым пред­при­нял по­пыт­ку по­бе­га из Ин­голь­штад­та, но его очень быст­ро пой­ма­ли. Ту­ха­чев­ский, ко­неч­но, то­же меч­тал по­ки­нуть кре­пость. По­мо­гал он в этом и дру­гим. На­при­мер, од­на­ж­ды, вес­ной 1917 го­да, он от­ве­тил на пе­ре­клич­ке за лет­чи­ка Луи де Ме­зей­ра­ка, и тот смог удач­но бежать. А в ав­гу­сте 1917 го­да Ту­ха­чев­ский и сам вы­рвал­ся из фор­та № 9. Он сбе­жал во вре­мя про­гул­ки и вско­ре пе­ре­шел швей­цар­ско-гер­ман­скую гра­ни­цу. Об­сто­я­тель­ства это­го по­бе­га то­же вы­зы­ва­ют ряд во­про­сов. На­при­мер, из­вест­но, что плен­ным раз­ре­ши­ли про­гул­ки в го­ро­де, но при усло­вии, что они да­дут пись­мен­ное обя­за­тель­ство не пы­тать­ся бежать. Ту­ха­чев­ский яко­бы то­же под­пи­сал та­кое обя­за­тель­ство, но, не морг­нув гла­зом, на­ру­шил сло­во офи­це­ра. По­том на бе­ре­гу Же­нев­ско­го озе­ра был об­на­ру­жен труп рус­ско­го, умер­ше­го, по всей ви­ди­мо­сти, от ис­то­ще­ния. И все по­че­му-то ре­ши­ли, что это Ту­ха­чев­ский. Так его «по­хо­ро­ни­ли» во вто­рой раз. А он меж­ду тем дер­жал путь в Па­риж, от­ту­да – в Лон­дон, а да­лее – мо­рем до Сток­голь­ма и по­ез­дом – до Пет­ро­гра­да. Офи­ци­аль­ная (хру­щёв­ская) био­гра­фия Ту­ха­чев­ско­го утвер­жда­ет, что он бе­жал из немец­ко­го пле­на пять раз. На са­мом де­ле пять раз это сде­лать бы­ло прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Но он все же ре­аль­но бе­жал во вре­мя про­гул­ки? Да, и это сви­де­тель­ству­ет о том, что он был че­ло­ве­ком «без со­ци­аль­ных пред­рас­суд­ков» и пе­ре­сту­пить че­рез та­кой «ана­хро­низм», как офи­цер­ская честь, мог без осо­бых про­блем. Но вот по­ду­мал ли он о том, что ста­нет по­сле его по­бе­га с осталь­ны­ми? И как ему по­том уда­лось без до­ку­мен­тов пе­рей­ти швей­цар­ско-гер­ман­скую гра­ни­цу? А да­лее? Как он без до­ку­мен­тов мог по­ехать в Па­риж? И на ка­кие день­ги? Уди­ви­тель­но и то, что он на­пра­вил­ся к рус­ско­му во­ен­но­му аген­ту в Па­ри­же (по се­го­дняш­ней тер­ми­но­ло­гии – во­ен­но­му ат­та­ше) гра­фу А. А. Иг­на­тье­ву, то­му са­мо­му, что по­том пе­рей­дет на служ­бу к боль­ше­ви­кам. К нему он явил­ся 29 сен­тяб­ря (12 ок­тяб­ря) 1917 го­да, и в тот же день Иг­на­тьев на­пи­сал в Лон­дон во­ен­но­му аген­ту ге­не­ра­лу Н. С. Ермолову: «По прось­бе бе­жав­ше­го из гер­ман­ско­го пле­на гвар­дии Се­мё­нов­ско­го пол­ка под­по­ру­чи­ка Ту­ха­чев­ско­го мною бы­ло приказано вы­дать ему день­ги в раз­ме­ре, необ­хо­ди­мом для по­езд­ки до Лон­до­на. Про­шу так­же не от­ка­зать по­мочь ему в даль­ней­шем сле­до­ва­нии». В ре­зуль­та­те уже в се­ре­дине ок­тяб­ря 1917 го­да Ту­ха­чев­ский ока­зал­ся в Пет­ро­гра­де, а за­тем от­пра­вил­ся до­мой для по­прав­ле­ния здо­ро­вья. Там его и за­ста­ла Ок­тябрь­ская ре­во­лю­ция.

взлет и Па­де­ние крас­но­го мар­ша­ла

Уди­ви­тель­но и дру­гое: по­пав в Рос­сию, Ту­ха­чев­ский вско­ре по­сле при­хо­да к вла­сти боль­ше­ви­ков, то есть уже вес­ной 1918 го­да, встре­тил­ся со Сверд­ло­вым и Куй­бы­ше­вым, а за­тем – с Ле­ни­ным и Троц­ким. И чем, ин­те­рес­но, объ­яс­ня­ет­ся та­кая по­пу­ляр­ность про­сто­го под­по­ру­чи­ка в выс­ших боль­ше­вист­ских кру­гах? А по­том на­ча­лась его су­ма­сшед­шая во­ен­ная ка­рье­ра. В том же мар­те 1918 го­да Ту­ха­чев­ский всту­пил в Крас­ную Ар­мию и РКП (б). С июня 1918 го­да он уже ко­ман­до­вал 1-й ар­ми­ей Во­сточ­но­го фрон­та. В ян­ва­ре – мар­те 1919 го­да он – ко­ман­ду­ю­щий 8-й ар­ми­ей Юж­но­го фрон­та. Он гро­мил вой­ска Де­ни­ки­на, Кол­ча­ка и Вран­ге­ля. Он ру­ко­во­дил дей­стви­я­ми це­ло­го фрон­та во вре­мя Со­вет­ско-поль­ской вой­ны. То­гда он за­явил: «До­ро­га к ми­ро­во­му по­жа­ру про­хо­дит че­рез труп Поль­ши!» В мар­те 1921 го­да он участ­во­вал в же­сто­чай­шем по­дав­ле­нии Крон­штадт­ско­го вос­ста­ния, а уже в мае был на­прав­лен на раз­гон кре­стьян­ско­го вос­ста­ния в Там­бов­ской гу­бер­нии. Ви­ди­мо, там то­же про­хо­ди­ла до­ро­га к ми­ро­во­му по­жа­ру, и там Ту­ха- чев­ский при­ме­нял мас­со­вые рас­стре­лы и отрав­ля­ю­щие га­зы. С мая 1928 го­да Ту­ха­чев­ский был ко­ман­ду­ю­щим вой­ска­ми Ле­нин­град­ско­го во­ен­но­го окру­га. С июня 1931 го­да – за­ме­сти­те­лем нар­ко­ма по во­ен­ным и мор­ским де­лам и пред­се­да­те­ля Ревво­ен­со­ве­та СССР. В но­яб­ре 1935 го­да (в 42 го­да) ему бы­ло при­сво­е­но выс­шее во­ин­ское зва­ние – Мар­шал Со­вет­ско­го Со­ю­за. В 1936 го­ду он – пер­вый за­ме­сти­тель нар­ко­ма обо­ро­ны СССР то­ва­ри­ща Во­ро­ши­ло­ва. А в июне 1937 го­да… его рас­стре­ля­ли как гер­ман­ско­го шпи­о­на и участ­ни­ка троц­кист­ско­го за­го­во­ра в РККА.

во­ен­ная ка­рье­ра шар­ля де гол­ля

Что ка­са­ет­ся де Гол­ля, то он дол­го мо­тал­ся по немец­кой зем­ле. По­сле неудач­но­го по­бе­га из Ин­голь­штад­та его пе­ре­вез­ли в Ро­зен­берг. От­ту­да он опять два ра­за пы­тал­ся бежать, но его каж­дый раз ло­ви­ли и от­прав­ля­ли в во­ен­ную тюрь­му в Пас­сау. По­том – вновь Ин­голь­штадт, за­тем – Вюрц­бург, еще две неудач­ные по­пыт­ки по­бе­га. На­ко­нец де Голль ока­зал­ся в Маг­де­бур­ге, и там 11 но­яб­ря 1918 го­да он узнал, что под­пи­са­но дол­го­ждан­ное пе­ре­ми­рие. По­сле пле­на ка­пи­тан де Голль дол­гое вре­мя пре­бы­вал в по­дав­лен­ном на­стро­е­нии. Тем не ме­нее он твер­до ре­шил про­дол­жить служ­бу в ар­мии. В на­ча­ле 1919 го­да он про­шел пе­ре­под­го­тов­ку в од­ной из во­ен­ных школ Фран­ции, а в ап­ре­ле от­пра­вил­ся в Поль­шу, где бы­ла ор­га­ни­зо­ва­на во­ен­ная мис­сия, в ко­то­рой фран­цуз­ские офи­це­ры слу­жи­ли ин­струк­то­ра­ми поль­ской ар­мии. Там, кста­ти, он и узнал о сво­ем на­граж­де­нии ор­де­ном По­чёт­но­го ле­ги­о­на. Лишь в 1927 го­ду де Голль по­лу­чил чин май­о­ра. По­хо­же, его неза­ви­си­мый ха­рак­тер и прин­ци­пи­аль­ность очень ме­ша­ли его вос­хож­де­нию по слу­жеб­ной лест­ни­це. Чин под­пол­ков­ни­ка он по­лу­чил толь­ко в де­каб­ре 1933 го­да, а пол­ков­ни­ка – 25 де­каб­ря 1937 го­да, ко­гда крас­но­го мар­ша­ла Ту­ха­чев­ско­го уже не бы­ло в жи­вых. Кста­ти, в 1920 го­ду де Голль участ­во­вал в Со­вет­ско-поль­ской войне, за что был на­граж­ден поль­ским ор­де­ном «Вир­ту­ти ми­ли­та­ри». А с 1921 го­да он слу­жил в шта­бе мар­ша­ла Пе­те­на и да­же на­звал в его честь сво­е­го сы­на Фи­лип­пом. 25 мая 1940 го­да де Голль был про­из­ве­ден в бри­гад­ные ге­не­ра­лы.

но­вая встре­ча в Па­риж­ском ре­сто­ране

Знал ли он о пе­чаль­ной судь­бе сво­е­го быв­ше­го со­ка­мер­ни­ка? Не мог не знать. А как он это вос­при­нял? К со­жа­ле­нию, ни­ка­ких сви­де­тельств об этом не со­хра­ни­лось. А по­том де Гол­ля узнал весь мир. И в 1944 го­ду он в ка­че­стве пред­се­да­те­ля Вре­мен­но­го пра­ви­тель­ства Фран­ции при­ез­жал в Моск­ву. Там он встре­тил­ся с И. В. Ста­ли­ным, но о Ту­ха­чев­ском то­гда не бы­ло ска­за­но ни сло­ва. В 1960 го­ду де Голль, уже став­ший Пре­зи­ден­том Фран­ции, при­ни­мал в Па­ри­же Н. С. Хру­щё­ва. То­гда крас­ный мар­шал уже был ре­а­би­ли­ти­ро­ван, од­на­ко речь о нем опять не за­хо­ди­ла. Счи­та­ет­ся, что в 1966 го­ду, ко­гда де Голль при­е­хал в Моск­ву с от­вет­ным ви­зи­том, он хо­тел уви­деть­ся с род­ствен­ни­ка­ми Ту­ха­чев­ско­го, но что-то не сло­жи­лось… И все же они ви­де­лись один раз, уже по­сле окон­ча­ния Пер­вой ми­ро­вой вой­ны. Про­изо­шло это в фев­ра­ле 1936 го­да, ко­гда Ту­ха­чев­ский на­хо­дил­ся в ко­ман­ди­ров­ке во Фран­ции. В Па­ри­же он дол­жен был, по­ми­мо уча­стия в офи­ци­аль­ных це­ре­мо­ни­ях, встре­тить­ся с фран­цуз­ски­ми во­ен­ны­ми и об­су­дить с ни­ми про­бле­мы во­ору­же­ния. Но до это­го он был в Бер­лине, и фран­цу­зы зна­ли об этом, а по­се­му они от­но­си­лись к нему весь­ма по­до­зри­тель­но. Ес­ли ве­рить су­ще­ству­ю­щим пуб­ли­ка­ци­ям, во вре­мя этой ко­ман­ди­ров­ки и со­сто­я­лась вто­рая встре­ча Ту­ха­чев­ско­го и де Гол­ля. Она про­хо­ди­ла в од­ном из па­риж­ских ре­сто­ра­нов, где со­бра­лось два де­сят­ка быв­ших уз­ни­ков кре­по­сти Ин­голь­штадт. Об этом пи­сал жив­ший в Па­ри­же рус­ский эми­грант В. М. Алек­сан­дров: его кни­га «Де­ло Ту­ха­чев­ско­го» вы­шла на рус­ском язы­ке в 1990 го­ду. От­ме­чал это и фран­цуз­ский во­ен­ный жур­на­лист Жан Пу­же: его кни­га Un certain capitaine de Gaulle («Некий ка­пи­тан де Голль») бы­ла опуб­ли­ко­ва­на в Па­ри­же в 1973 го­ду. Но, за­ме­тим, оба ав­то­ра не бы­ли оче­вид­ца­ми встре­чи, и они пи­са­ли о ней с чу­жих слов. И точ­ная да­та встре­чи не бы­ла на­зва­на. Как бы то ни бы­ло, утвер­жда­ет­ся, что Ту­ха­чев­ский по­явил­ся в со­про­вож­де­нии двух со­вет­ских ге­не­ра­лов. Он был в кра­си­вой мар­шаль­ской уни­фор­ме и с ор­де­ном Ле­ни­на на гру­ди. Уви­дев под­пол­ков­ни­ка де Гол­ля, он яко­бы вос­клик­нул: «Кон­не­табль! Вы не из­ме­ни­лись. Кста­ти, я про­чи­тал ва­шу кни­гу о про­фес­си­о­наль­ной ар­мии. Я ве­лел ее пе­ре­ве­сти на рус­ский язык. Я одоб­ряю ва­ши идеи». Оче­вид­но, он имел в ви­ду кни­гу де Гол­ля «К про­фес­си­о­наль­ной ар­мии» (Vers l’armée de métier), из­дан­ную в Па­ри­же в 1934 го­ду. Она бы­ла пе­ре­ве­де­на и вы­шла под на­зва­ни­ем «Про­фес­си­о­наль­ная армия» в Го­сво­е­н­из­да­те в 1935 го­ду. Как из­вест­но, Ту­ха­чев­ский меч­тал о ре­ор­га­ни­за­ции Крас­ной Ар­мии, и то­ва­рищ Ста­лин ре­ор­га­ни­зо­вал ее… рас­стре­ляв пе­ред вой­ной ее луч­ших ко­ман­ди­ров.

МИ­ХА­ИЛ ТУ­ХА­ЧЕВ­СКИЙ

ШАРЛЬ ДЕ ГОЛЛЬ

кре­пость ин­голь­штадт. со­вре­мен­ный вид

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.