«КРЕБС ОТ­ВЕ­ТИЛ, ЧТО ГИТЛЕР ЗА­СТРЕ­ЛИЛ­СЯ В БЕР­ЛИНЕ, А ТРУП СО­ЖЖЕН СО­ГЛАС­НО ЗА­ВЕ­ЩА­НИЯ...»

Sovershenno Sekretno - - РАССЕКРЕЧЕНО: ПОСЛЕДНИЕ ДНИ ВОЙНЫ - Ма­те­ри­а­лы раз­де­ла под­го­то­вил Вла­ди­мир ВО­РО­НОВ

Со­вет­ское ко­ман­до­ва­ние узна­ло о смер­ти Адоль­фа Гит­ле­ра в че­ты­ре ча­са утра 1 мая 1945 го­да. Вот как это вы­гля­дит со­глас­но до­ку­мен­ту шта­ба 1-го Бе­ло­рус­ско­го фрон­та, на­прав­лен­но­го ко­ман­ду­ю­щим фрон­том Жу­ко­вым по за­кры­той ВЧ­свя­зи Ста­ли­ну: «Се­год­ня 1 мая в 4 ча­са на уча­сток 8 Гв. ар­мии явил­ся на­чаль­ник Ген­шта­ба су­хо­пут­ных войск немец­кой ар­мии ге­не­рал ин­фан­те­рии КРЕБС, ко­то­рый пе­ре­дал ЧУЙ­КО­ВУ для пе­ре­да­чи Вер­хов­но­му Со­вет­ско­му ко­ман­до­ва­нию пись­мен­но­го за­яв­ле­ния за под­пи­сью ГЕБ­БЕЛЬ­СА и БОР­МА­НА сле­ду­ю­ще­го со­дер­жа­ния: «Бер­лин 30 ап­ре­ля 1945 г. Им­пер­ская кан­це­ля­рия. Со­об­ще­ние Мы упол­но­ма­чи­ва­ем (так в ори­ги­на­ле. – Ред.) на­чаль­ни­ка Ге­не­раль­но­го шта­ба су­хо­пут­ной ар­мии ге­не­ра­ла пе­хо­ты Ган­са КРЕБСА, для пе­ре­да­чи сле­ду­ю­ще­го со­об­ще­ния: Я со­об­щаю во­ждю Со­вет­ских на­ро­дов, как пер­во­му из не нем­цев, что се­год­ня 30 ап­ре­ля 1945 г. в 15.50 вождь немец­ко­го на­ро­да Адольф ГИТЛЕР по­кон­чил жизнь са­мо­убий­ством».

Да­лее Им­пер­ская кан­це­ля­рия ин­фор­ми­ру­ет со­вет­ское ко­ман­до­ва­ние, что в сво­ем за­ве­ща­нии Гитлер «пе­ре­дал свою власть и от­вет­ствен­ность гросс-ад­ми­ра­лу ДЁНИЦУ, как пре­зи­ден­ту Им­пе­рии и ми­ни­стру док­то­ру ГЕБ­БЕЛЬ­СУ, как Им­пер­ско­му канц­ле­ру, а так­же на­зна­чил ис­пол­ни­те­лем сво­е­го за­ве­ща­ния сво­е­го сек­ре­та­ря Рейхс­ляй­те­ра Мар­ти­на БОР­МА­НА». В свя­зи с чем до со­вет­ско­го ко­ман­до­ва­ния до­ве­де­но, что ге­не­рал Кребс упол­но­мо­чен Геб­бель­сом и Бор­ма­ном «уста­но­вить непо­сред­ствен­ный кон­такт с во­ждем со­вет­ских на­ро­дов» с це­лью «вы­яс­нить, в ка­кой ме­ре су­ще­ству­ет воз­мож­ность уста­но­вить ос­но­вы для ми­ра меж­ду немец­ким на­ро­дом и Со­вет­ским Со­ю­зом, ко­то­рые бу­дут слу­жить для бла­га и бу­ду­ще­го обо­их на­ро­дов, по­нес­ших наи­боль­шие по­те­ри в войне». В при­ме­ча­нии к пе­ре­дан­но­му со­вет­ско­му ко­ман­до­ва­нию до­ку­мен­ту так­же бы­ло сфор­му­ли­ро­ва­но, что «при­чи­ны смер­ти Адоль­фа ГИТ­ЛЕ­РА – по­ра­же­ние в войне, на­деж­да осво­бо­дить для немец­ко­го на­ро­да до­ро­гу для но­во­го бу­ду­ще­го, для ко­то­ро­го он сам бо­лее не мо­жет со­здать до­ста­точ­ные пред­по­сыл­ки». Да­лее был пе­ре­чис­лен со­став «един­ствен­но­го ле­галь­но­го пра­ви­тель­ства в Гер­ма­нии, на­зна­чен­но­го фю­ре­ром»: имперский пре­зи­дент – гросс-ад­ми­рал Дё­ниц (он же оста­вал­ся и глав­но­ко­ман­ду­ю­щим во­ен­но-мор­ски­ми си­ла­ми Гер­ма­нии), имперский канцлер – Геб­бельс, ми­нистр ино­стран­ных дел – Зейс-Ин­кварт, ми­нистр по де­лам пар­тии – Мар­тин Борман, глав­но­ко­ман­ду­ю­щий су­хо­пут­ной ар­ми­ей – ге­не­рал-фельд­мар­шал Шер­нер, глав­но­ко­ман­ду­ю­щий ВВС – ге­не­рал-фельд­мар­шал фон Грейм, ми­нистр внут­рен­них дел – гау­ляй­тер Гислер, ко­ман­ду­ю­щий вой­ска­ми СС и на­чаль­ник немец­кой по­ли­ции – гау­ляй­тер Хан­ке. В ка­че­стве глав­но­го пе­ре­го­вор­щи­ка ге­не­ра­ла Кребса рейхс­кан­це­ля­рия вы­бра­ла не слу­чай­но: ге­не­ра­ла хо­ро­шо зна­ли в Москве, а сам он к то­му же сво­бод­но го­во­рил по-русски и лич­но знал мно­гих со­вет­ских во­е­на­чаль­ни­ков. Как на­пи­сал в сво­их ме­му­а­рах «От Ста­лин­гра­да до Бер­ли­на» Чуй­ков, «ге­не­рал Кребс, несо­мнен­но, круп­ный раз­вед­чик и опыт­ный ди­пло­мат». На тот мо­мент Ганс Кребс за­ни­мал долж­ность на­чаль­ни­ка Ге­не­раль­но­го шта­ба Су­хо­пут­ных войск Гер­ма­нии в зва­нии ге­не­ра­ла пе­хо­ты (ге­не­рал от ин­фан­те­рии). В гер­ман­скую им­пе­ра­тор­скую ар­мию гим­на­зист и сын школь­но­го учи­те­ля Кребс всту­пил доб­ро­воль­цем в ав­гу­сте 1914 го­да. Во­е­вал на За­пад­ном фрон­те в пе­хот­ных ча­стях, был ра­нен, в 1915 го­ду про­из­ве­ден в лей­те­нан­ты, в этом зва­нии вой­ну и за­кон­чил. За Первую ми­ро­вую вой­ну на­град у Кребса це­лая ку­ча: Же­лез­ный крест 1-го и 2-го клас­сов, знак за ра­не­ние, Ры­цар­ский крест ор­де­на До­ма Го­ген­цол­лер­нов, Бра­ун­швейг­ский Крест во­ен­ных за­слуг 1-го и 2-го клас­сов, Во­ен­ный Крест Фри­дри­ха Ав­гу­ста гер­цог­ства Оль­ден­бург 1-го клас­са… По­сле за­вер­ше­ния вой­ны остал­ся в рейхс­ве­ре, в 1925 го­ду по­лу­чил зва­ние обер-лей­те­нан­та, в 1930 го­ду – гауп­т­ма­на, то­гда же пе­ре­ве­ден на служ­бу в Во­ен­ное ми­ни­стер­ство, изу­чил рус­ский язык, за­тем ра­бо­тал в Москве – по­мощ­ни­ком во­ен­но­го ат­та­ше. Вот толь­ко раз­ные ис­точ­ни­ки со­вер­шен­но по­раз­но­му да­ти­ру­ют вре­мя его пре­бы­ва­ния в СССР: од­ни – 1933–1934 гг., дру­гие – 1936–1939 гг., тре­тьи – 1933–1939 гг. Так или ина­че, он сво­бод­но го­во­рил по-русски и счи­тал­ся спе­ци­а­ли­стом по Крас­ной Ар­мии. В 1939 го­ду Кребс про­из­ве­ден в под­пол­ков­ни­ки и в ка­че­стве на­чаль­ни­ка шта­ба VII ар­мей­ско­го кор­пу­са участ­во­вал в кам­па­нии 1940 го­да в Бель­гии, Люк­сем­бур­ге и во Фран­ции. За ве­ли­ко­леп­ную штаб­ную ра­бо­ту по ор­га­ни­за­ции про­ры­ва кор­пу­сом ли­нии Ма­жи­но на­граж­ден пряж­ка­ми к уже име­ю­щим­ся Же­лез­ным кре­стам 1-го и 2-го клас­сов за Первую ми­ро­вую вой­ну. В ок­тяб­ре 1940 го­да Кребс про­из­ве­ден в пол­ков­ни­ки и вновь по­лу­чил на­зна­че­ние в Моск­ву – пер­вым за­ме­сти­те­лем во­ен­но­го ат­та­ше, про­ра­бо­тав в этом ка­че­стве до мая 1941 го­да. «Зна­чит, это вы в Москве на­учи­лись рус­ско­му язы­ку и с ва­шей по­мо­щью Гитлер по­лу­чал ин­фор­ма­цию о со­вет­ских во­ору­жен­ных си­лах?» – во­про­сил утром 1 мая 1945 го­да сво­е­го парт­не­ра по пе­ре­го­во­рам Чуй­ков. Как сви­де­тель­ству­ют до­ку­мен­ты шта­ба 1-го Бе­ло­рус­ско­го фрон­та, по­лу­чив со­об­ще­ние Кребса, ко­ман­ду­ю­щий фрон­том Мар­шал Со­вет­ско­го Со­ю­за Геор­гий Жу­ков неза­мед­ли­тель­но до­ло­жил об этом по пря­мо­му про­во­ду Ста­ли­ну. Соб­ствен­но «пе­ре­го­вор­ный процесс» до­воль­но жи­во и в де­та­лях опи­сан в ме­му­а­рах Ва­си­лия Чуй­ко­ва – то­гда ге­не­рал-пол­ков­ни­ка и ко­ман­ду­ю­ще­го 8-й гвар­дей­ской ар­ми­ей. Хо­тя, ко­неч­но, за пол­ную до­сто­вер­ность это­го опи­са­ния по­ру­чить­ся слож­но: вос­по­ми­на­ния пи­са­лись уже в бреж­нев­ские вре­ме­на, не лич­но во­е­на­чаль­ни­ком, а груп­пой спе­ци­аль­но обу­чен­ных и при­став­лен­ных то­ва­ри­щей-«по­мощ­ни­ков» от Глав­но­го по­лит­управ­ле­ния Со­вет­ской Ар­мии, а за­тем про­шли стро­гую про­вер­ку (чи­тай, цен­зу­ру) в том же Глав­пу­ре, так что ни­ка­ких от­кло­не­ний от ге­не­раль­ной ли­нии пар­тии и пра­ви­тель­ства там не мог­ло со­дер­жать­ся в прин­ци­пе. Чуй­ков опи­сал, как немед­лен­но до­ло­жил мар­ша­лу Жу­ко­ву, что к нему при­был ге­не­рал Кребс, со­об­щив­ший, что Гит­ле­ра боль­ше нет в жи­вых, а Геб­бельс и Борман пред­ла­га­ют на­чать пе­ре­го­во­ры о пе­ре­ми­рии. В от­вет «Г.К. Жу­ков ска­зал, что немед­лен­но до­ло­жит в Моск­ву. Я же дол­жен ждать у те­ле­фо­на: воз­мож­но, бу­дут во­про­сы и по­тре­бу­ют­ся разъ­яс­не­ния». Так оно и вы­шло: чуть не каж­дые пять ми­нут Жу­ков зво­нил Чуй­ко­ву, вы­спра­ши­вая че­рез него у Кребса все но­вые и но­вые по­дроб­но­сти по­след­них ча­сов и ми­нут жиз­ни Гит­ле­ра. Со­вер­шен­но бы­ло оче­вид­но, что по­дроб­но­сти тре­бо­ва­лись для до­кла­да Ста­ли­ну. В ме­му­а­рах Жу­ко­ва этот мо­мент опи­сан так: «Тут же со­еди­нив­шись с Моск­вой, я по­зво­нил И. В. Ста­ли­ну. Он был на да­че. К те­ле­фо­ну по­до­шел на­чаль­ник управ­ле­ния охра­ны ге­не­рал Вла­сик, ко­то­рый ска­зал: – То­ва­рищ Ста­лин толь­ко что лег спать. – Про­шу раз­бу­дить его. Де­ло сроч­ное и до утра ждать не мо­жет. Очень ско­ро И. В. Ста­лин по­до­шел к те­ле­фо­ну. Я до­ло­жил о са­мо­убий­стве Гит­ле­ра, о по­яв­ле­нии Кребса…» Со­глас­но трак­тов­ке Жу­ко­ва, Ста­лин то­гда ска­зал «До­иг­рал­ся под­лец! Жаль, что не уда­лось взять его жи­вым» и спро­сил, где труп Гит­ле­ра. На во­прос со­вет­ских ге­не­ра­лов: «Где за­стре­лил­ся Гитлер и где на­хо­дит­ся сей­час его труп?» Кребс от­ве­тил: «Гитлер за­стре­лил­ся в Бер­лине, а труп со­жжен со­глас­но за­ве­ща­ния 30.04.45 г.». Итак, со­вет­ское ко­ман­до­ва­ние из­на­чаль­но зна­ло, что Гитлер по­кон­чил жизнь са­мо­убий­ством, за­стре­лив­шись из пи­сто­ле­та. Но по­сколь­ку тов. Ста­лин со­вер­шен­но не же­лал ин­фор­ми­ро­вать со­вет­ский на­род и «ми­ро­вую об­ще­ствен­ность», что «под­лец до­иг­рал­ся», его не уда­лось взять жи­вым и он ушел из жиз­ни, так ска­зать, по-сол­дат­ски, то по ука­за­нию во­ждя на­ро­дов со­вет­ская про­па­ган­дист­ская ма­ши­на во­всю ста­ла рас­пи­сы­вать, как фю­рер яко­бы трус­ли­во грыз ам­пу­лу с кры­си­ным ядом, да­вясь оскол­ка­ми стек­ла… Су­дя по до­ку­мен­там и ме­му­а­рам, со­вет­ские во­е­на­чаль­ни­ки всю ночь до­пра­ши­ва­ли Кребса ед­ва ли не на од­ну толь­ко эту те­му: как имен­но Гитлер по­кон­чил с со­бой и ку­да де­ли его труп. По край­ней ме­ре, это сле­ду­ет из сви­де­тель­ства то­го же Чуй­ко­ва: «Мы це­лую ночь ве­дем пе­ре­го­во­ры, а поль­зы – ноль. Москва при­ка­за­ла ждать от­ве­та, то и де­ло за­пра­ши­ва­ет о раз­ных де­та­лях… Зво­нок из шта­ба фрон­та… Ко­ман­ду­ю­щий по­про­сил уточ­нить дан­ные о Гимм­ле­ре, узнать, где Риб­бен­троп, кто сей­час на­чаль­ни­ком Ге­не­раль­но­го шта­ба, где труп Гит­ле­ра. И еще во­про­сы, во­про­сы…» Лишь вы­пы­тав все де­та­ли о смер­ти фю­ре­ра, Ста­лин на­ко­нец при­ка­зал предъ­явить Креб­су тре­бо­ва­ние о без­ого­во­роч­ной ка­пи­ту­ля­ции. Но, как го­во­рит­ся в до­ку­мен­те, Кребс «за­явил, что он не упол­но­мо­чен сам ре­шать этот во­прос и в 9.00 убыл для до­кла­да ГЕБ­БЕЛЬ­СУ. В 18.00 1.5.45 г. че­рез пар­ла­мен­те­ра был по­лу­чен от­вет, под­пи­сан­ный Геб­бель­сом и Бор­ма­ном, от­кло­ня­ю­щий на­ше пред­ло­же­ние о без­ого­во­роч­ной ка­пи­ту­ля­ции Бер­лин­ско­го гар­ни­зо­на». Как вспо­ми­нал Чуй­ков, Кребс по­ки­дал его штаб с яв­ной неохо­той, вы­ис­ки­вая лю­бой пред­лог, что­бы за­дер­жать­ся: два­жды воз­вра­щал­ся, яко­бы за­быв то пер­чат­ки, то по­ле­вую сум­ку. «По его гла­зам и по­ве­де­нию бы­ло вид­но – ге­не­рал ко­ле­бал­ся: ид­ти ему об­рат­но в пек­ло или пер­во­му сдать­ся на ми­лость по­бе­ди­те­ля? Воз­мож­но, ждал, что мы объ­явим его плен­ни­ком, с чем он, на­вер­ное, охот­но со­гла­сил­ся бы». Но, как на­пи­сал Чуй­ков, «за­чем нам та­кой плен­ный? Це­ле­со­об­раз­нее бы­ло, что­бы он воз­вра­тил­ся на­зад, так как мог повли­ять на пре­кра­ще­ние кро­во­про­ли­тия». Ве­че­ром то­го же дня Кребс по­кон­чил с со­бой в бун­ке­ре рейхс­кан­це­ля­рии, вы­стре­лив се­бе в серд­це из пи­сто­ле­та.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.