«Ста­ха­но­вец» Ай­ва­зов­ский

Ху­дож­ник, кар­ти­ны ко­то­ро­го по­хи­ща­ют­ся ча­ще все­го, ис­поль­зо­вал труд жи­во­пис­цев-«негров»

Sovershenno Sekretno - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Сер­гей Не­чА­еВ

Счи­та­ет­ся, что ки­сти зна­ме­ни­то­го ху­дож­ни­ка при­над­ле­жит бо­лее 6000 по­ло­тен. А при­пи­сы­ва­ют ему и то­го боль­ше – око­ло 20 000 кар­тин. На­пи­сать столь­ко прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Се­го­дня все ча­ще зву­чит мне­ние, что ху­дож­ник ис­поль­зо­вал труд жи­во­пис­цев-«негров».

Счи­та­ет­ся, что ки­сти Ай­ва­зов­ско­го при­над­ле­жит бо­лее 6000 по­ло­тен. А при­пи­сы­ва­ют ему и то­го боль­ше – око­ло 20 000 кар­тин. На­пи­сать столь­ко прак­ти­че­ски невоз­мож­но. И сре­ди эс­тет­ству­ю­щей пуб­ли­ки укре­пи­лось мне­ние, что Ай­ва­зов­ский – это сво­е­го ро­да по­пса. Мно­гие кар­ти­ны Ай­ва­зов­ско­го по­хо­жи друг на дру­га как две кап­ли во­ды. Шир­по­треб… Дарья Дон­цо­ва от жи­во­пи­си… Тем не ме­нее ра­бо­ты Ай­ва­зов­ско­го очень по­пу­ляр­ны, и без них, как пра­ви­ло, не об­хо­дит­ся ни один зна­ме­ни­тый аук­ци­он. И це­ны на них уже до­шли до $4– 5 млн. А раз так – зна­чит, и раз­лич­ных кри­ми­наль­ных сю­же­тов во­круг них раз­во­ра­чи­ва­ет­ся нема­ло. Во вся­ком слу­чае, Ай­ва­зов­ский по сей день оста­ет­ся са­мым «по­хи­ща­е­мым» рус­ским ху­дож­ни­ком.

Вна­ча­ле июня 2015 го­да в Лон­доне имел ме­сто скан­дал, свя­зан­ный с кар­ти­ной Ай­ва­зов­ско­го «Ве­чер в Ка­и­ре»: она бы­ла сня­та с тор­гов в аук­ци­он­ном до­ме Sotheby's. Сня­та по тре­бо­ва­нию Ин­тер­по­ла. Сня­та по­то­му, что кар­ти­на, пред­по­ло­жи­тель­но, бы­ла укра­де­на в 1997 го­ду у се­мьи ми­ни­стра су­до­стро­и­тель­ной про­мыш­лен­но­сти СССР и кан­ди­да­та в чле­ны ЦК КПСС И. И. Но­сен­ко. Кар­ти­на бы­ла оце­не­на в £1,5–2,0 млн но мог­ла быть про­да­на на­мно­го до­ро­же. Ведь, на­при­мер, кар­ти­ну «Вид Кон­стан­ти­но­по­ля и Бос­фо­ра» в 2012 го­ду тот же Sotheby's оце­нил в £1,2–1,8 млн, а про­дал за £3,2 млн что со­став­ля­ет при­мер­но $5,3 млн. Та работа ста­ла са­мым до­ро­гим про­из­ве­де­ни­ем ху­дож­ни­ка. Преды­ду­щим же ре­корд­сме­ном был «Ко­рабль у скал Гибрал­та­ра», ко­то­рый в 2007 го­ду был куп­лен за $4,5 млн. При удач­ном рас­кла­де «Ве­чер в Ка­и­ре» мог бы по­бить эти ре­кор­ды. Сей­час си­ту­а­ция та­ко­ва: ес­ли эта кар­ти­на дей­стви­тель­но бы­ла укра­де­на, то она вер­нет­ся в Рос­сию и уже не по­ки­нет стра­ну (со­глас­но рос­сий­ским за­ко­нам, про­из­ве­де­ния ис­кус­ства стар­ше 100 лет за­пре­ще­ны к вы­во­зу); ес­ли же ны­неш­ней вла­де­ли­це «Ве­че­ра в Ка­и­ре» удаст­ся до­ка­зать, что это дру­гая работа Ай­ва­зов­ско­го, без кри­ми­наль­но­го про­шло­го, то кар­ти­на оста­нет­ся у нее. До­ка­зать что-ли­бо бу­дет крайне слож­но, ибо кар­тин, к ко­то­рым при­ло­жил ру­ку Ай­ва­зов­ский, на рын­ке мно­го. Да­же очень мно­го.

Ова­нес Гай­ва­зян, Он же Гай­ва­зов­ский...

Что мы во­об­ще зна­ем про Ива­на Кон­стан­ти­но­ви­ча Ай­ва­зов­ско­го? Что это ве­ли­кий рус­ский ху­дож­ник-ма­ри­нист, от­ра­жав­ший в сво­ем твор­че­стве кра­со­ту и мощь мор­ской сти­хии. Так или при­мер­но так от­ве­тит де­вя­но­сто де­вять че­ло­век из ста. Кто-то, мо­жет быть, еще вспом­нит, что тво­рил он в XIX ве­ке в Фе­одо­сии, где сей­час на­хо­дит­ся му­зей с круп­ным со­бра­ни­ем его кар­тин. А ка­кая кар­ти­на Ай­ва­зов­ско­го пер­вой при­хо­дит на ум? Ко­неч­но же, это зна­ме­ни­тый «Де­вя­тый вал» – кар­ти­на, с ко­то­рой неиз­мен­но ас­со­ци­и­ру­ет­ся фа­ми­лия ху­дож­ни­ка и ко­то­рую хо­тя бы в ре­про­дук­ции ви­дел, на­вер­ное, каж­дый. Но вот что ока­зы­ва­ет­ся при бли­жай­шем рас­смот­ре­нии: во-пер­вых, ни­ка­кой он не Иван и не Ай­ва­зов­ский, во-вто­рых, вро­де бы как и не рус­ский во­все. Да и не толь­ко ма­ри­нист, и тво­рил не толь­ко в Фе­одо­сии. Оста­ет­ся толь­ко опре­де­ле­ние «ве­ли­кий», но и тут за­гвозд­ка: че­ло­век «на­штам­по­вал» та­кое мно­же­ство по­хо­жих друг на дру­га кар­тин, что да­же удо­сто­ил­ся упре­ков в ре­мес­лен­ни­че- стве и экс­плу­а­та­ции до со­вер­шен­ства от­ра­бо­тан­но­го тех­ни­че­ско­го при­е­ма… Так что же за че­ло­век был Иван Кон­стан­ти­но­вич Ай­ва­зов­ский? Ро­дил­ся он 17 (29) июля 1817 го­да в Фе­одо­сии, в се­мье ар­мян­ско­го куп­ца Ге­вор­га Гай­ва­зов­ско­го. Стро­го го­во­ря, его от­ца зва­ли Кай­тан Га­ваз (или Ай­ваз). Его пред­ки в XVIII ве­ке пе­ре­се­ли­лись из За­пад­ной Ар­ме­нии на юг Поль­ши. В на­ча­ле XIX ве­ка Кай­тан Гай­ваз пе­ре­брал­ся в Рос­сию, где при­сво­ил себе имя Кон­стан­тин-Ге­ворг, а фа­ми­лию счел нуж­ным пе­ре­ина­чить сна­ча­ла на Гай­ва­зян, а за­тем на Гай­ва­зов­ский. Как бы то ни бы­ло, в кни­гу ре­ги­стра­ции рож­де­ний и кре­ще­ний фе­о­до­сий­ской ар­мян­ской церк­ви бы­ла вне­се­на за­пись о том, что «ро­дил­ся Ова­нес, сын Ге­вор­га». Имя Ова­нес в пе­ре­во­де с ар­мян­ско­го на рус­ский – Иван. Жить в России с та­ким име­нем го­раз­до про­ще, а фа­ми­лия Гай­ва­зов­ский на­чи­ная с 1841 го­да бы­ла за­ме­не­на на Ай­ва­зов­ский. В офи­ци­аль­ных до­ку­мен­тах и в сре­де русских Ова­нес Гай­ва­зян стал звать­ся и под­пи­сы­вать­ся Ива­ном Кон­стан­ти­но­ви­чем Ай­ва­зов­ским. От­цу маль­чи­ка, на по­пе­че­нии ко­то­ро­го бы­ли же­на, две до­че­ри и три сы­на, жи­лось тя­же­ло, а его се­мья ед­ва сво­ди­ла кон­цы с кон­ца­ми.

Да­ро­ви­тый маль­чик

С ран­не­го дет­ства ма­лень­кий Ова­нес на­чал про­яв­лять ис­клю­чи­тель­ные спо­соб­но­сти к ри­со­ва­нию. На­чаль­ное об­ра­зо­ва­ние он по­лу­чил в ар­мян­ской при­ход­ской шко­ле, а за­тем окон­чил гим­на­зию в Сим­фе­ро­по­ле. В 1833 го­ду, при со­дей­ствии фе­о­до­сий­ско­го гра­до­на­чаль­ни­ка А. И. Казна­че­е­ва, он от­пра­вил­ся в Петербург по­сту­пать в Ака­де­мию ху­до­жеств. В од­ном из ре­ко­мен­да­тель­ных пи­сем, что он при­вез с со­бой, бы­ло на­пи­са­но: «При­ми­те его под свое по­кро­ви­тель­ство. Он по­хож на Ра­фа­э­ля и с его же пре­крас­ным вы­ра­же­ни­ем в ли­це. Как знать, мо­жет быть, он сде­ла­ет честь России». Ра­зу­ме­ет­ся, «да­ро­ви­тый маль­чик Гай­ва­зов­ский» в про­вин­ци­аль­ном крым­ском го­род­ке не имел воз­мож­но­сти по­лу­чить спе­ци­аль­но­го об­ра­зо­ва­ния, до­ста­точ­но­го для то­го, что­бы на об­щих ос­но­ва­ни­ях по­сту­пить в Ака­де­мию ху­до­жеств. Еще бы, аби­ту­ри­ен­ты долж­ны бы­ли уметь изоб­ра­жать с на­ту­ры об­на­жен­ную че­ло­ве­че­скую фи­гу­ру и чер­тить ар­хи­тек­тур­ные ор­де­на, а этот ар­мян­ский маль­чик ри­со­вал в ос­нов­ном мо­ре, ко­раб­ли и сра­же­ния… По­мог­ли ре­ко­мен­да­ции, и в кон­це кон­цов сам рос­сий­ский им­пе­ра­тор «вы­со­чай­ше по­ве­леть из­во­лил: сы­на ар­мя­ни­на из Фе­одо­сии Ива­на Гай­ва­зов­ско­го при­нять в Ака­де­мию ху­до­жеств пен­си­о­не­ром Его Ве­ли­че­ства». Это зна­чи­ло, что бу­ду­ще­го ху­дож­ни­ка при­ня­ли в Ака­де­мию без эк­за­ме­нов и на ка­зен­ный счет. В Пе­тер­бур­ге он учил­ся у из­вест­но­го пей­за­жи­ста М. Н. Во­ро­бьё­ва, в ба­таль­ном клас­се у А. И. За­у­ер­вей­да, а так­же недол­гое вре­мя у при­гла­шен­но­го из Фран­ции ху­дож­ни­ка-ма­ри­ни­ста Фи­лип­па Тан­не­ра. Во вто­рой по­ло­вине 1830-х го­дов бур­но про­грес­си­ро­вав­ший в про­фес­си­о­наль­ном плане Гай­ва­зов­ский сбли­зил­ся с ря­дом за­ме­ча­тель­ных де­я­те­лей рус­ской куль­ту­ры, в част­но­сти с К. П. Брюл­ло­вым, М. И. Глинкой, В. А. Жу­ков­ским и И. А. Кры­ло­вым. Чуть поз­же он по­зна­ко­мит­ся с Н. В. Го­го­лем и ху­дож­ни­ком А. А. Ива­но­вым. В 1837 го­ду на ака­де­ми­че­ской выставке он пред­ста­вил 6 сво­их кар­тин, по­лу­чив­ших вы­со­кую оцен­ку об­ще­ствен­но­сти и Со­ве­та Ака­де­мии ху­до­жеств, ко­то­рый по­ста­но­вил: «Как ака­де­мист, Гай­ва­зов­ский удо­сто­ен к по­лу­че­нию за пре­вос­ход­ные успе­хи в жи­во­пи­си мор­ских ви­дов зо­ло­той ме­да­ли пер­вой сте­пе­ни, с ко­то­рою со­пря­же­но пра­во пу­те­ше­ствия в чу­жие края для усо­вер­шен­ство­ва­ния».

за­гра­нич­ные Га­стро­ли

Усо­вер­шен­ство­вал­ся «пен­си­о­нер» Ака­де­мии ху­до­жеств Гай­ва­зов­ский два го­да в Кры­му, а в 1840 го­ду уехал в Ита­лию с фор­му­ли­ров­кой «для про­дол­же­ния об­ра­зо­ва­ния и усо­вер­шен­ство­ва­ния в пей­заж­ной жи­во­пи­си». В Ита­лии Гай­ва­зов­ский ра­бо­тал без уста­ли и с огром­ным во­оду­шев­ле­ни­ем. Здесь он со­здал око­ло 50 круп­ных кар­тин. Они вы­став­ля­лись в Ри­ме и Неа­по­ле, вы­зва­ли на-

сто­я­щий ажи­о­таж и про­сла­ви­ли мо­ло­до­го жи­во­пис­ца. А од­на из кар­тин удо­сто­и­лась че­сти вой­ти в по­сто­ян­ную экс­по­зи­цию Ва­ти­кан­ско­го му­зея, и па­па Гри­го­рий XVI на­гра­дил Гай­ва­зов­ско­го спе­ци­аль­ной зо­ло­той ме­да­лью. Не мень­ший успех ожи­дал Гай­ва­зов­ско­го в Па­ри­же, Лон­доне и Ам­стер­да­ме. В ка­че­стве един­ствен­но­го пред­ста­ви­те­ля рус­ско­го ис­кус­ства он в 1943 го­ду участ­во­вал в меж­ду­на­род­ной выставке, ор­га­ни­зо­ван­ной в зна­ме­ни­том Лув­ре. Кста­ти ска­зать, де­сять лет спу­стя он пер­вым из ино­стран­ных ху­дож­ни­ков стал ка­ва­ле­ром ор­де­на По­чет­но­го ле­ги­о­на. По­сле это­го он по­се­тил Гер­ма­нию, Швей­ца­рию, Ис­па­нию, Пор­ту­га­лию, Гре­цию, Еги­пет и ряд дру­гих стран. За ко­рот­кое вре­мя те­перь уже рус­ский ху­дож­ник Иван Ай­ва­зов­ский стал од­ним из са­мых зна­ме­ни­тых ху­дож­ни­ков в Ев­ро­пе.

Ака­де­мик пя­ти Ака­де­мий

В 1844 го­ду Ай­ва­зов­ский вер­нул­ся на ро­ди­ну. К это­му вре­ме­ни он уже был из­вест­ным ма­сте­ром, ака­де­ми­ком Рим­ской, Па­риж­ской и Ам­стер­дам­ской ака­де­мий ху­до­жеств. По воз­вра­ще­нии в Рос­сию он был воз­ве­ден в зва­ние ака­де­ми­ка Пе­тер­бург­ской ака­де­мии ху­до­жеств и вслед за этим был при­чис­лен им­пе­ра­тор­ским ука­зом к Глав­но­му мор­ско­му шта­бу со зва­ни­ем жи­во­пис­ца и пра­вом но­ше­ния мун­ди­ра мор­ско­го ми­ни­стер­ства. Чуть поз­же он был про­воз­гла­шен ака­де­ми­ком еще двух ев­ро­пей­ских ака­де­мий ху­до­жеств – Штут­гарт­ской и Фло­рен­тий­ской. Став ака­де­ми­ком пя­ти ев­ро­пей­ских ака­де­мий, Ай­ва­зов­ский мог бы по­се­лить­ся в лю­бом угол­ке ми­ра, од­на­ко же для по­сто­ян­но­го ме­ста жи­тель­ства он из­брал ми­лую серд­цу Фе­одо­сию. Бу­дучи жи­во­пис­цем Глав­но­го мор­ско­го шта­ба, ху­дож­ник при­ни­мал уча­стие в ря­де во­ен­ных кам­па­ний, в том чис­ле в Крым­ской войне 1853–1856 гг. Всю эту вой­ну он про­вел в Се­ва­сто­по­ле, со­зда­вая на­тур­ные за­ри­сов­ки сра­же­ний на мо­ре и во­круг го­ро­да. Там ему пред­ста­вил­ся слу­чай по­бы­вать на ко­раб­лях Чер­но­мор­ско­го фло­та, там же он сдру­жил­ся с из­вест­ны­ми ад­ми­ра­ла­ми М. П. Ла­за­ре­вым, В. А. Кор­ни­ло­вым и П. С. На­хи­мо­вым.

де­ла се­мей­ные

В 1848 го­ду Ай­ва­зов­ский же­нил­ся на Юлии Гревс, по про­ис­хож­де­нию ан­гли­чан­ке, до­че­ри вра­ча Якоба Грев­са. По­зна­ко­ми­лись они в Пе­тер­бур­ге, в од­ном бо­га­том до­ме, ку­да ху­дож­ник был при­гла­шен на ве­чер и где Юлия слу­жи­ла гу­вер­нант­кой. Де­вуш­ка бы­ла кра­си­ва, об­ра­зо­ван­на и весь­ма тон­ко чув­ство­ва­ла искус­ство. Вен­ча­лись они в ар­мян­ской церк­ви с усло­ви­ем, что их де­ти так­же бу­дут кре­ще­ны по ар­мян­ским тра­ди­ци­ям. Они вы­рас­ти­ли чет­ве­рых до­че­рей, но за­тем их брак неудер­жи­мо по­ка­тил­ся под от­кос. Де­ло в том, что Юлия Гревс, осо­ба лю­те­ран­ско­го ве­ро­ис­по­ве­да­ния, прак­ти­че­ски сра­зу ста­ла от­кры­то вы­ра­жать неува­же­ние к род­ным му­жа и их куль­тур­но-ре­ли­ги­оз­ным тра­ди­ци­ям. Ай­ва­зов­ский по­пы­тал­ся с ней раз­ве­стись, но быст­ро сде­лать это не по­лу­чи­лось, и его су­пру­га сде­ла­ла все, что­бы ото­рвать де­тей от от­ца. Вто­рой раз Ай­ва­зов­ский смог же­нить­ся лишь в 1882 го­ду – на вдо­ве Анне Ни­ки­тичне Сар­ки­зо­вой (урож­ден­ной Бур­на­зян). В это вре­мя ху­дож­ни­ку бы­ло 65 лет, а раз­ни­ца в воз­расте су­пру­гов со­став­ля­ла три де­сят­ка лет. Де­тей у них не бы­ло.

Ра­бо­то­спо­соб­ный, успеш­ный, бо­га­тый...

Ра­бо­тал Ай­ва­зов­ский лег­ко. Его ху­до­же­ствен­ная про­дук­ция, осо­бен­но мор­ские пей­за­жи, все­гда хо­ро­шо про­да­ва­лась, и неуди­ви­тель­но, что ху­дож­ни­ка ста­ли упре­кать в ре­мес­лен­ни­че­стве. Вско­ре сре­ди эс­тет­ству­ю­щей пуб­ли­ки укре­пи­лось мне­ние, что Ай­ва­зов­ский – это сво­е­го ро­да по­пса. Тем не ме­нее, бу­дучи успеш­ным и хо­ро­шо про­да­ва­е­мым ав­то­ром, Ай­ва­зов­ский на­ко­пил огром­ное со­сто­я­ние и стал про­яв­лять себя как щед­рый бла­го­тво­ри­тель: в род­ной Фе­одо­сии на его сред­ства бы­ли вы­стро­е­ны зда­ния картинной га­ле­реи, ар­хео­ло­ги­че­ско­го му­зея, про­ве­де­ны боль­шие ра­бо­ты по бла­го­устрой­ству го­ро­да, по­строй­ке тор­го­во­го пор­та и же­лез­ной до­ро­ги. Умер Ай­ва­зов­ский 19 ап­ре­ля (2 мая) 1900 го­да. Умер в ки­пу­чей де­я­тель­но­сти, в воз­расте 83 лет. «Та­ких пыш­ных по­хо­рон не зна­ла не толь­ко Фе­одо­сия, но и весь Крым», – на­пи­са­ла то­гда од­на из га­зет. Пол­нее все­го твор­че­ство Ай­ва­зов­ско­го сей­час пред­став­ле­но в ос­но­ван­ной им Фе­о­до­сий­ской картинной га­ле­рее, ныне но­ся­щей его имя. В 1900 го­ду по­сле смер­ти ху­дож­ни­ка эта га­ле­рея ста­ла соб­ствен­но­стью го­ро­да. В ду­хов­ном за­ве­ща­нии жи­во­пис­ца бы­ло за­пи­са­но: «Мое искрен­нее же­ла­ние, что­бы зда­ние мо­ей картинной га­ле­реи в го­ро­де Фе­одо­сии со все­ми в ней кар­ти­на­ми, ста­ту­я­ми и дру­ги­ми про­из­ве­де­ни­я­ми ис­кус­ства, на­хо­дя­щи­ми­ся в этой га­ле­рее, со­став­ля­ли пол­ную соб­ствен­ность го­ро­да Фе­одо­сии, и в па­мять обо мне, Ай­ва­зов­ском, за­ве­щаю га­ле­рею го­ро­ду Фе­одо­сии, мо­е­му род­но­му го­ро­ду». Со­глас­но во­ле ху­дож­ни­ка, в дар го­ро­ду, по­ми­мо са­мой га­ле­реи, пе­ре­шли и 49 его кар­тин. В ос­нов­ном это бы­ли ра­бо­ты, вы­пол­нен­ные в по­след­ние го­ды жиз­ни, по­это­му они не да­ва­ли пол­но­го пред­став­ле­ния о мно­го­гран­ном да­ро­ва­нии жи­во­пис­ца. В на­сто­я­щее вре­мя кол­лек­ция га­ле­реи Ай­ва­зов­ско­го на­счи­ты­ва­ет бо­лее 400 ра­бот. Она со­став­ле­на так, что мож­но про­сле­дить всю эво­лю­цию твор­че­ства ма­сте­ра.

искус­ство или «сред­ство при­бы­ли»?

Все­го же ки­сти Ай­ва­зов­ско­го, по оцен­кам спе­ци­а­ли­стов, при­над­ле­жит бо­лее 6000 по­ло­тен. При этом в раз­лич­ных ху­до­же­ствен­ных ка­та­ло­гах их фи­гу­ри­ру­ет го­раз­до боль­ше (око­ло 20 000), что мо­жет быть свя­за­но с рас­кру­чен­но­стью брен­да «Ай­ва­зов­ский» и же­ла­ни­ем мно­гих на этом под­за­ра­бо­тать. Но да­же ес­ли их бы­ло «все­го» 6000… Ма­ло ка­кой ху­дож­ник мо­жет по­хва­стать­ся та­кой про­дук­тив­но­стью. Это за сколь­ко лет ре­аль­но на­пи­сать, ес­ли в го­ду лишь 365 дней? Это, из­ви­ни­те, бо­лее 16 лет еже­днев­но­го тру­да, ес­ли пи­сать по од­ной кар­тине в день, а та­кое прак­ти­че­ски невоз­мож­но. На са­мом де­ле под­счи­та­но – Ай­ва­зов­ский ак­тив­но ра­бо­тал 65 лет. То есть он вы­да­вал по 92 кар­ти­ны в год. А это зна­чит, что он в сред­нем де­лал од­ну кар­ти­ну ме­нее чем за че­ты­ре дня. Или от об­рат­но­го: а сколь­ко кар­тин на­пи­сал за всю свою жизнь, на­при­мер, И. Е. Ре­пин? Ока­зы­ва­ет­ся, бо­лее 500 кар­тин, ри­сун­ков и эс­ки­зов. Или Вин­сент Ван Гог, ко­то­рый счи­тал­ся необы­чай­но пло­до­ви­тым? Ока­зы­ва­ет­ся, око­ло 800 кар­тин. Или И. И. Ле­ви­тан? Ори­ен­ти­ро­воч­но он на­пи­сал 945 кар­тин. Это очень мно­го – но это же не шесть ты­сяч! Или вот та­кой при­мер. Упо­мя­ну­тый А. А. Ива­нов пи­сал свою зна­ме­ни­тую кар­ти­ну «Яв­ле­ние Хри­ста на­ро­ду» в те­че­ние 20 лет, и толь­ко для нее он вы­пол­нил свы­ше 600 этю­дов с на­ту­ры. Один из био­гра­фов ма­ри­ни­ста утвер­жда­ет: «Осо­бен­но­стью твор­че­ства Ай­ва­зов­ско­го яв­ля­ет­ся и то, что он пи­сал быст­ро, без дли­тель­но­го и из­ну­ри­тель­но­го тру­да». Но не гнал же он их, как го­во­рит­ся, с за­кры­ты­ми гла­за­ми? Или все же пра­вы те, кто го­во­рит, что Ай­ва­зов­ский ак­тив­но ис­поль­зо­вал труд так на­зы­ва­е­мых негров от жи­во­пи­си, со­ста­вив некий про­из­вод­ствен­ный кон­вей­ер, на ко­то­ром он сам лишь ста­вил свои под­пи­си в ниж­нем пра­вом уг­лу? Та­рас Шев­чен­ко весь­ма нелест­но от­зы­вал­ся о де­я­тель­но­сти ху­дож­ни­ка: «Ай­ва­зов­ский, увы, пре­вра­тил искус­ство в сред­ство при­бы­ли. Он из бо­же­ствен­но­го ис­кус­ства со­здал себе зо­ло­то­го ку­ми­ра и мо­лит­ся на него. Пре­ступ­ле­ние так оби­деть чест­ное искус­ство. Пусть Гос­подь бу­дет ему су­дьей».

кар­ти­на за неполных два ча­са

Ско­рость ра­бо­ты Ай­ва­зов­ско­го уди­ви­тель­на. Об этом, кста­ти, есть до­ку­мен­таль­ное сви­де­тель­ство Ар­хи­па Ку­ин­джи. Яко­бы он лич­но ви­дел, как Ай­ва­зов­ский за­кон­чил по­лот­но раз­ме­ром 60х80 см за один час и со­рок ми­нут. И меж­ду про­чим, со­вре­мен­ные спе­ци­а­ли­сты счи­та­ют, что имен­но по при­чине та­кой «ско­ро­спе­ло­сти» его ра­бо­ты по­ка никому не уда­ет­ся иде­аль­но под­де­лать. Де­ло в том, что за та­кое ко­рот­кое вре­мя ни­кто не на­пи­шет ка­че­ствен­ный мор­ской пейзаж. А ес­ли сто­ять за моль­бер­том доль­ше, ин­фра­крас­ный ана­лиз лег­ко по­ка­жет, что крас­ки вы­сы­ха­ли нерав­но­мер­но. И ра­бо­тал Ай­ва­зов­ский «стран­но». Го­во­рят, что боль­шин­ство сво­их ра­бот он со­здал в ком­на­те с тем­но-крас­ны­ми сте­на­ми и ок­на­ми, вы­хо­дя­щи­ми на сто­ро­ну, про­ти­во­по­лож­ную мо­рю. И он ни­ко­гда не пи­сал с на­ту­ры – толь­ко по па­мя­ти.

са­мый вос­тре­бо­ван­ный, са­мый под­де­лы­ва­е­мый...

Итак, кар­тин Ай­ва­зов­ско­го очень мно­го, и они раз­бро­са­ны по все­му ми­ру – как в му­зе­ях, так и в част­ных кол­лек­ци­ях. И ни один зна­ме­ни­тый аук­ци­он, как пра­ви­ло, не об­хо­дит­ся без ра­бот Ай­ва­зов­ско­го. Там они в по­след­нее вре­мя яв­ля­ют­ся са­мы­ми до­ро­ги­ми и вос­тре­бо­ван­ны­ми про­из­ве­де­ни­я­ми рус­ской жи­во­пи­си во­об­ще. Что ха­рак­тер­но, сто­и­мость кар­тин Ай­ва­зов­ско­го пря­мо про­пор­ци­о­наль­на их раз­ме­рам: боль­шие кар­ти­ны сто­ят до­ро­же, а ма­лень­кие де­шев­ле. Со­всем неболь­шая кар­ти­на «Тор­го­вое суд­но в неспо­кой­ном мо­ре» бы­ла про­да­на в Цю­ри­хе все­го за $570, а в 2012 го­ду, как уже го­во­ри­лось, на тор­гах аук­ци­о­на Sotheby’s боль­шая кар­ти­на «Вид Кон­стан­ти­но­по­ля и Бос­фо­ра» ушла за $5,3 млн. На це­ну вли­я­ет так­же пе­ри­од твор­че­ства ху­дож­ни­ка. На­при­мер, кар­ти­на, со­здан­ная в пик его рас­цве­та, до­ро­же, чем на­пи­сан­ная в ран­ний или позд­ний пе­ри­од твор­че­ства. Как го­во­рят спе­ци­а­ли­сты, ран­ние ра­бо­ты де­шев­ле, «так как нет еще долж­но­го ма­стер­ства, ху­дож­ник толь­ко ищет свой стиль». А позд­ние ра­бо­ты ме­нее цен­ны «в тех слу­ча­ях, ко­гда по­тен­ци­ал ху­дож­ни­ка прак­ти­че­ски ис­чер­пан, и на­чи­на­ет­ся са­мо­по­втор». С кар­ти­на­ми Ай­ва­зов­ско­го по­сто­ян­но про­ис­хо­дят ка­кие-то ку­рье­зы. На­при­мер, в июне 2011 го­да, на тор­гах швед­ско­го аук­ци­он­но­го до­ма Uppsala Auktionskammare, бы­ло пред­став­ле­но мас­штаб­ное по­лот­но ху­дож­ни­ка «Битва за Бо­мар­зунд». Кар­ти­на эта бы­ла про­да­на за 7,6 млн швед­ских крон, что со­став­ля­ет при­мер­но $1,2 млн. При этом кар­ти­на дол­гое вре­мя ви­се­ла в го­сти­ной обыч­но­го жи­те­ля Шве­ции, а он по­лу­чил ее в на­след­ство от умер­шей же­ны. Он не знал, что это та­кое, и на­де­ял­ся вы­ру­чить за «без­де­луш­ку» хо­тя бы 10 000 швед­ских крон, что со­став­ля­ет при­мер­но $1500. По­че­му так про­ис­хо­дит? Как счи­та­ют спе­ци­а­ли­сты, кар­ти­ны Ай­ва­зов­ско­го «по­нят­ны и нра­вят­ся очень мно­гим». Но, кста­ти, имен­но по этой при­чине ху­дож­ник по­па­да­ет в ряд ав­то­ров, ко­то­рых под­де­лы­ва­ют ча­ще все­го. Плюс, раз кар­ти­ны по­пу­ляр­ны, зна­чит, и раз­лич­ных кри­ми­наль­ных сю­же­тов во­круг них раз­во­ра­чи­ва­ет­ся нема­ло.

...и са­мый по­хи­ща­е­мый Рус­ский ху­дож­ник

Да, Ай­ва­зов­ский по сей день оста­ет­ся са­мым по­хи­ща­е­мым рус­ским ху­дож­ни­ком. Вот лишь неко­то­рые слу­чаи хи­ще­ния ра­бот Ай­ва­зов­ско­го на тер­ри­то­рии ны­неш­ней России: – 1976 год: из му­зея-за­по­вед­ни­ка «Дмит­ров­ский кремль» в Мос­ков­ской об­ла­сти по­хи­ти­ли кар­ти­ну Ай­ва­зов­ско­го «Мо­ре». В 2005 го­ду она впер­вые бы­ла про­да­на с молотка в Нью-Йор­ке на аук­ци­оне Sotheby’s, но вы­став­ля­лась она под дру­гим на­зва­ни­ем («Вид на Ре­вель. Эсто­ния»), и раз­ме­ры по­лот­на бы­ли из­ме­не­ны. «Мо­ре» то­гда про­да­ли за $552 тыс. Че­рез год работа «всплы­ла» в Цю­ри­хе, там она ушла с молотка уже за $1,26 млн; – 1992 год (май): из экс­по­зи­ции Со­чин­ско­го ху­до­же­ствен­но­го му­зея бы­ли укра­де­ны 14 кар­тин, при­над­ле­жа­щих ки­сти Ай­ва­зов­ско­го, Вас­не­цо­ва, Петрова-Водкина, Ку­сто­ди­е­ва, По­ле­но­ва и дру­гих ху­дож­ни­ков; – 1993 год (сен­тябрь): из мос­ков­ско­го са­на­то­рия «Уз­кое» укра­де­на кар­ти­на Ай­ва­зов­ско­го «Мор­ской вид»; – 1994 год (ле­то): из Рус­ско­го гео­гра­фи­че­ско­го об­ще­ства по­хи­ще­на кар­ти­на Ай­ва­зов­ско­го «Сол­неч­ное за­тме­ние в Фе­одо­сии» сто­и­мо­стью $1,5 млн; – 1995 год: из квар­ти­ры ре­став­ра­то­ра Эр­ми­та­жа укра­де­но 30 по­ло­тен, в том чис­ле кар­ти­ны Ай­ва­зов­ско­го; – 1997 год (март): из Вологодского му­зея-за­по­вед­ни­ка вы­не­се­на кар­ти­на Ай­ва­зов­ско­го «Ниа­гар­ский во­до­пад» сто­и­мо­стью в $200 тыс; – 1998 год (июнь): из До­ма при­е­мов Эко­но­ми­че­ско­го об­ще­ства в Москве по­хи­ще­ны две кар­ти­ны, в том чис­ле работа Ай­ва­зов­ско­го «Па­рус­ник в мо­ре»; – 1999 год (ле­то): из Астра­хан­ской го­су­дар­ствен­ной картинной га­ле­реи укра­ли две кар­ти­ны, в том чис­ле ра­бо­ту Ай­ва­зов­ско­го «Вос­ход»; – 2001 год (вес­на): из квар­ти­ры кол­лек­ци­о­не­ра в Санкт-Пе­тер­бур­ге укра­де­ны кар­ти­ны, в том чис­ле работа Ай­ва­зов­ско­го «Кон­стан­ти­но­поль при лун­ном све­те»; – 2001 год (июнь): из ма­ло­го за­ла зда­ния Рус­ско­го гео­гра­фи­че­ско­го об­ще­ства по­хи­ще­на кар­ти­на Ай­ва­зов­ско­го «Сол­неч­ное за­тме­ние в Фе­одо­сии в 1851 го­ду», пред­по­ло­жи­тель­ная це­на ко­то­рой со­ста­ви­ла $1,5 млн); – 2002 год (сен­тябрь): из Но­во­си­бир­ской картинной га­ле­реи вы­нес­ли по­лот­но ки­сти Ай­ва­зов­ско­го «Ко­рабль на ме­ли». По­лот­но сто­и­мо­стью $120– 150 тыс. «ис­чез­ло» из охра­ня­е­мо­го за­ла за 50 се­кунд; – 2003 год (ав­густ): из за­пас­ни­ков Астра­хан­ской го­су­дар­ствен­ной картинной га­ле­реи по­хи­ще­ны две кар­ти­ны, в том чис­ле работа Ай­ва­зов­ско­го «Вос­ход» сто­и­мо­стью око­ло $2 млн; – 2007 год (июль): из квар­ти­ры 71-лет­не­го моск­ви­ча вы­нес­ли 13 кар­тин Ай­ва­зов­ско­го, Са­рья­на, Бел­ли­ни и дру­гих ху­дож­ни­ков; – 2011 год (ян­варь): бы­ло со­вер­ше­но «пре­ступ­ле­ние ве­ка» – из за­го­род­но­го до­ма пре­зи­ден­та ком­па­нии «Рус­ское зо­ло­то» А. П. Та­ран­це­ва в по­сел­ке Пет­ро­во-Даль­нее укра­де­ны кол­лек­ция кар­тин (Ай­ва­зов­ско­го, Ре­пи­на, Сав­ра­со­ва, Шиш­ки­на), ан­ти­ква­ри­ат и юве­лир­ные из­де­лия на сум­му $50 млн; – 2012 год (сен­тябрь): квар­ти­ру пе­тер­бург­ско­го кол­лек­ци­о­не­ра Вла­ди­ми­ра Му­хи­на, по­ка тот от­ды­хал на да­че, об­чи­сти­ли во­ры. По­хи­ти­ли 10 кар­тин (Ай­ва­зов­ско­го, Шиль­де­ра, Ду­бов­ско­го, Бо­го­лю­бо­ва и дру­гих из­вест­ных ху­дож­ни­ков), 16 икон и 2 пас­халь­ных яй­ца Фа­бер­же. По­стра­дав­ший оце­нил ущерб в 60 млн руб­лей ($2 млн).

Алексей ТирАнов. ПорТ­реТ ивА­нА Ай­вА­зов­ско­го, 1841 год. Тре­Тья­ков­скАя гА­ле­рея (МосквА)

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.