ОТ РАЗ­НО­ОБ­РА­ЗИЯ К ОД­НО­ОБ­РА­ЗИЮ

Ñи­сте­му øколь­но­го об­раçо­ва­ния пре­вра­ща­ют в «сôе­ру управ­ле­ния ума­ми»

Sovershenno Sekretno - - ЖИЗНЬ - Ан­на АСТА­ХО­ВА

В 1965 го­ду с по­да­чи Ни­ки­ты Хру­ще­ва пер­вое вос­кре­се­нье ок­тяб­ря бы­ло объ­яв­ле­но Днем учи­те­ля. Ка­за­лось бы, этот су­гу­бо про­фес­си­о­наль­ный празд­ник стал вско­ре од­ним из са­мых лю­би­мых и по­чи­та­е­мых в стране – ведь это празд­ник лю­дей, дав­ших всем нам пу­тев­ку в жизнь. Си­сте­ма школь­но­го об­ра­зо­ва­ния – слож­ный, раз­но­сто­рон­ний ме­ха­низм, ко­то­рый стре­ми­тель­но ме­ня­ет­ся вме­сте с об­ще­ством. Неуди­ви­тель­но, что на­сто­я­щее и бу­ду­щее рос­сий­ской шко­лы все­гда бы­ли пред­ме­том ост­рых дис­кус­сий. О наи­бо­лее се­рьез­ных про­бле­мах ре­фор­мы школь­но­го об­ра­зо­ва­ния кор­ре­спон­дент «Со­вер­шен­но сек­рет­но» бе­се­ду­ет с за­слу­жен­ным учи­те­лем РФ, быв­шим ди­рек­то­ром мос­ков­ской шко­лы № 52 (гим­на­зии № 1514) Лю­бо­вью Асмо­ло­вой (Пла­хо­вой).

– Любовь Ми­ро­нов­на, се­го­дня мно­гие го­во­рят о том, что со­вре­мен­ная рос­сий­ская си­сте­ма школь­но­го об­ра­зо­ва­ния зна­чи­тель­но усту­па­ет по сво­е­му ка­че­ству со­вет­ской. Вы ра­бо­та­ли в шко­ле и в те вре­ме­на. Ис­пы­ты­ва­е­те про­фес­си­о­наль­ную но­сталь­гию? – Не­со­мнен­но, лег­че обер­нуть­ся на­зад и уви­деть, что в про­шлом «и тра­ва бы­ла зе­ле­нее, и небо го­лу­бее». Об­ра­зо­ва­ние же пред­став­ля­ет со­бой уни­каль­ное со­ци­аль­ное яв­ле­ние, в ко­то­ром мы свя­зы­ва­ем про­шлое, на­сто­я­щее и бу­ду­щее. Боль­шин­ство из нас по­лу­чи­ли об­ра­зо­ва­ние со­вет­ско­го об­раз­ца – хо­ро­шее, креп­кое, поз­во­лив­шее стать спе­ци­а­ли­ста­ми в вы­бран­ной про­фес­сии. Од­на­ко те, кто ра­бо­тал в шко­ле в те вре­ме­на, на­вер­ня­ка вспом­нят, что учи­ли (и учи­лись) по од­ним и тем же для всей стра­ны пред­ме­там, про­грам­мам и учеб­ни­кам, смот­ре­ли обя­за­тель­ные для всех те­ле­уро­ки и т.д. Мы жи­ли в эпо­ху еди­но­об­раз­но­го об­ра­зо­ва­ния. Но из­ме­ни­лась на­ша жизнь, и из­ме­ни­лась стра­на, и на сме­ну «еди­но­му для всех» в об­ра­зо­ва­ние на­ко­нец при­шло раз­но­об­ра­зие, ко­то­рое мы на­зы­ва­ем ва­ри­а­тив­ным об­ра­зо­ва­ни­ем. И это дру­гой, от­лич­ный от преж­не­го, иной мир об­ра­зо­ва­ния. Мно­гие на­зы­ва­ют по-раз­но­му 1990-е го­ды, ча­ще все­го с очень нега­тив­ным от­тен­ком. При всей слож­но­сти то­го пе­ри­о­да в об­ра­зо­ва­нии то­гда мы по­чув­ство­ва­ли не про­сто «гло­ток сво­бо­ды». Мы, пе­да­го­ги, ощу­ти­ли себя твор­ца­ми но­во­го об­ра­зо­ва­ния. По­это­му при всех огром­ных ма­те­ри­аль­ных, фи­нан­со­вых и кад­ро­вых слож­но­стях то­го вре­ме­ни это был очень зна­чи­мый для всех нас пе­ри­од. Че­го же мы, пе­да­го­ги, де­ти и ро­ди­те­ли, ожи­да­ли от об­ра­зо­ва­ния то­гда? От­ве­чу сло­ва­ми Вик­то­ра Цоя: «Мы ждем пе­ре­мен!». И эти пе­ре­ме­ны при­шли, и про­грам­мы ста­ли раз­ны­ми и раз­но­об­раз­ны­ми, и са­ми об­ра­зо­ва­тель­ные учре­жде­ния вы­би­ра­ли свой путь раз­ви­тия. И по­яви­лись про­грам­мы для де­тей с огра­ни­чен­ны­ми воз­мож­но­стя­ми, и для де­тей ода­рен­ных и про­яв­ля­ю­щих спо­соб­но­сти и ин­те­рес к углуб­лен­но­му изу­че­нию пред­ме­тов. И та­ких школ из пре­жде свер­ху поз­во­лен­ных еди­ниц по­яви­лось мно­же­ство. Пе­ре­ме­ны при­внес­ли в жизнь об­ра­зо­ва­ния «мно­же­ство раз­но­стей».

– Но ведь та­кую точ­ку зре­ния раз­де­ля­ют да­ле­ко не все, в том чис­ле и во власт­ных струк­ту­рах… – Мож­но ска­зать, что се­го­дня на­сту­пи­ла раз­вил­ка в ожи­да­ни­ях. Тем, кто ви­дит в об­ра­зо­ва­нии «тер­ри­то­рию раз­ви­тия», нужны из­ме­не­ния, ко­то­рые поз­во­лят каж­до­му ре­бен­ку выбирать имен­но пер­со­наль­ное об­ра­зо­ва­ние (и это очень важ­ный и от­ли­чи­тель­ный тренд со­вре­мен­но­сти). Я бы ска­за­ла так: от до­стиг­ну­тых из­ме­не­ний в раз­но­об­ра­зии са­мих об­ра­зо­ва­тель­ных учре­жде­ний мы долж­ны про­дви­гать­ся даль­ше – к на­сто­я­ще­му об­ра­зо­ва­нию для каж­до­го в на­ших шко­лах. К об­ра­зо­ва­нию, для ко­то­ро­го раз­ви­ва­ю­ща­я­ся лич­ность каж­до­го ре­бен­ка яв­ля­ет­ся ис­тин­ным при­о­ри­те­том. Ка­за­лось бы, та­кой век­тор дол­жен быть по­нят и при­нят все­ми. Но сей­час крепнет и на­би­ра­ет обо­ро­ты дру­гой взгляд на об­ра­зо­ва­ние – как на «сфе­ру управ­ле­ния ума­ми». А для та­ких по­зи­ций необ­хо­дим по­ря­док и упо­ря­до­чен­ность. Не по­это­му ли сей­час «ма­ят­ник из­ме­не­ний» от раз­но­об­ра­зия вновь кач­нул­ся в сто­ро­ну од­но­об­ра­зия…

– Вы о при­зы­вах к вве­де­нию еди­ных учеб­ни­ков? – Мы не толь­ко слы­шим эти при­зы­вы, но и ви­дим их ре­аль­ное во­пло­ще­ние! Еди­ный учеб­ник по ис­то­рии, ко­то­рый вы­шел сей­час, пер­вый, но, увы, не един­ствен­ный сиг­нал. И Ири­на Яро­вая (де­пу­тат от «Еди­ной России», ко­то­рая пре­тен­ду­ет на пост ми­ни­стра об­ра­зо­ва­ния. – Прим. ред.), и ее со­рат­ни­ки сей­час лоб­би­ру­ют упо­ря­до­че­ние со­дер­жа­ния об­ра­зо­ва­ния. Уже рез­ко со­кра­ти­лось ко­ли­че­ство учеб­ни­ков, раз­ре­шен­ных Ми­но­бра­зо­ва­ни­ем. Очень труд­но управ­лять ва­ри­а­тив­ной си­сте­мой, по­это­му сей­час идет борь­ба с ва­ри­а­тив­но­стью. По­это­му эти лю­ди пре­тен­ду­ют на воз­врат еди­но­об­ра­зия. И я очень на­де­юсь, что от­кат в еди­но­об­ра­зие – это толь­ко от­го­лос­ки про­шло­го, а не го­лос боль­шин­ства, жи­ву­ще­го уже в но­вом ты­ся­че­ле­тии, в се­те­вом, ин­фор­ма­ци­он­ном ве­ке. И мне хо­чет­ся ве­рить, что при­зыв «на­зад в бу­ду­щее» не смо­жет по­вер­нуть вспять ва­ри­а­тив­ные пре­об­ра­зо­ва­ния в об­ра­зо­ва­нии на­шей стра­ны, че­му мы, ра­бо­та­ю­щие в раз­ных, раз­но­ли­ких и раз­но­об­раз­ных шко­лах, дет­ских са­дах, цен­трах твор­че­ства де­тей, по­свя­ти­ли чет­верть ве­ка сво­ей про­фес­си­о­наль­ной жиз­ни.

– Од­ним из ре­зуль­та­тов пре­об­ра­зо­ва­ний по­след­них лет ста­ло со­зда­ние гим­на­зий. Это про­сто но­во­мод­ный бренд или все-та­ки есть су­ще­ствен­ные раз­ли­чия меж­ду гим­на­зи­ей и обыч­ной шко­лой? – Гим­на­зи­че­ское об­ра­зо­ва­ние уни­вер­саль­ное. Мно­гие счи­та­ют, что гим­на­зия толь­ко для элит, для ода­рен­ных, но это не так. Уни­вер­саль­ность об­ра­зо­ва­ния – это глав­ная от­ли­чи­тель­ная чер­та. Мы учим не пред­ме­там, а по­гру­жа­ем в мир де­я­тель­но­сти с его уни­вер­саль­ны­ми спо­со­ба­ми мыш­ле­ния и дей­стви­я­ми. И урок, на­при­мер, ли­те­ра­ту­ры прев­ра- ща­ет­ся не в «пре­па­ри­ро­ва­ние» ху­до­же­ствен­но­го про­из­ве­де­ния, а в по­гру­же­ние в мир лич­но­сти автора, гла­за­ми ко­то­ро­го мы на­чи­на­ем ви­деть и ис­то­ри­че­ские ре­а­лии, в ко­то­рых он жил и тво­рил, и гео­гра­фи­че­ские осо­бен­но­сти ме­ста его жиз­ни, осо­бен­ность эпо­хи, со­ци­аль­ные нра­вы и пра­ви­ла тех лет и пр. И де­ти вме­сте с пе­да­го­га­ми учат­ся срав­ни­вать, вы­де­лять глав­ное, ана­ли­зи­ро­вать, про­ек­ти­ро­вать, мыс­лить мас­штаб­но и, глав­ное, са­мо­сто­я­тель­но. Де­ти ода­рен­ные, про­яв­ля­ю­щие осо­бые та­лан­ты и спо­соб­но­сти, – это де­ти осо­бен­ные, к ним ну­жен от­дель­ный под­ход, точ­но так же, как к лю­бым осо­бен­ным де­тям. Та­ких школ рань­ше бы­ло не так мно­го (на­зо­ву лишь несколь­ко в Москве: зна­ме­ни­тая 2-я шко­ла, 57-я шко­ла, на­ша 52-я, на­ши со­се­ди – 7-я шко­ла и др.). Это бы­ли на­сто­я­щие «шко­лы куль­тур», ко­то­рые не учи­ли пред­ме­там, а, во­вле­кая в де­я­тель­ность, по­рож­да­ли

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.