«МЕ­НЯ ЛИ­БО ЛЮ­БЯТ, ЛИ­БО НЕНАВИДЯТ»

По мне­нию экс­по­лу­за­щит­ни­ка «Ди­на­мо» Ма­тье Валь­бу­эна, жизнь по­ло­са­тая – то чер­ная по­ло­са, то бе­лая. Как при­знал­ся он в ин­тер­вью еже­не­дель­ни­ку France Football, сей­час как раз на­сту­пи­ла чер­ная.

Sovetskiy Sport – Football - - ЗВЕЗДА - ПЕРЕВОД Дмит­рий Ту­ма­нов

«ПО­СЛЕ ТРАВМЫ ОТ­НО­ШЕ­НИЕ КО МНЕ ИЗМЕНИЛОСЬ»

– По­че­му в по­след­нее вре­мя вы не по­па­да­е­те в ос­но­ву «Фе­нер­бах­че»?

– На­ча­ло се­зо­на ока­за­лось очень удач­ным для ме­ня. Но в ян­ва­ре про­изо­шли неболь­шие раз­но­гла­сия с тре­не­ром (Ай­ку­том Коджа­ма­ном. – Прим. ред.). По­это­му ме­ня ста­ли мень­ше вы­пус­кать на по­ле. – Что за раз­но­гла­сия?

– Я иг­рал, за­би­вал, ас­си­сти­ро­вал, в ко­ман­де моя ста­ти­сти­ка бы­ла луч­шей. И вдруг как-то по­те­рял до­ве­рие. В кон­це го­да по­лу­чил трав­му, од­на­ко у «Фе­нер­бах­че» де­ла без ме­ня шли непло­хо. Я вос­ста­но­вил­ся, но стал иг­рать мень­ше. Был бы не в по­ряд­ке – по­нят­но, мож­но и по­си­деть на лав­ке. Но тут про­сто ни­че­го не по­ни­маю – по­че­му? – Вы не узна­ва­ли причины?

– Они всегда най­дут, что ска­зать. Вро­де так би­лись за ме­ня, хо­те­ли, что­бы я пе­ре­шел, а те­перь да­же тол­ком и не по­го­во­ришь с ни­ми. – Да­же так?

– По­сле травмы от­но­ше­ние ко мне изменилось. Хо­тя ка­ких-то пре­тен­зий предъ­явить не мо­гут. Я как был про­фес­си­о­на­лом, так им и оста­юсь. Да, бы­ли раз­го­во­ры с ру­ко­вод­ством но все без тол­ку. В лю­бом слу­чае про­дол­жаю ра­бо­тать. Люб­лю этот клуб, очень хо­чу здесь че­го-то до­бить­ся. По­ка ни­кто не ска­зал, что я не ну­жен. – По слу­хам, зи­мой вы долж­ны бы­ли пе­ре­брать­ся в Ки­тай.

– По­рой слы­шишь столь­ко ерун­ды! С ка­кой ста­ти я дол­жен был ку­да-то уй­ти, да еще в раз­гар се­зо­на! Это не в мо­их пра­ви­лах. По­ка мои пла­ны не из­ме­ни­лись, хо­чу иг­рать в «Фе­нер­бах­че». Но не на­до за­ре­кать­ся, вся­кое мо­жет про­изой­ти.

«КО­ГДА ИГРАЮ, НИ­КТО НЕ ВСПОМИНАЕТ О МОЕМ ВОЗРАСТЕ»

– Все вре­мя у вас ка­кие-то про­бле­мы… – Так уж по­лу­ча­ет­ся по жиз­ни. – Нет ощу­ще­ния, что по­сле ва­ше­го пе­ре­ез­да в Тур­цию бо­лель­щи­ки на­ча­ли вас за­бы­вать?

– Да, да­ле­ко­ва­то за­брал­ся, но есть ведь Ин­тер­нет – бо­лель­щи­ки сле­дят за мной. Вдо­ба­вок те­ле­ка­нал beIN Sports ку­пил пра­ва на транс­ля­ции ту­рец­ко­го чем­пи­о­на­та. Во Фран­ции сей­час обо мне и прав­да мень­ше го­во­рят. Но не при­даю это­му зна­че­ния, не нуж­на мне эта по­пу­ляр­ность. – Зна­чит, пра­виль­но по­сту­пи­ли, уехав по­даль­ше?

– Во вся­ком слу­чае, узнал мно­го но­во­го, по­зна­ко­мил­ся с дру­гой куль­ту­рой, с дру­гим на­ро­дом. «Фе­нер­бах­че» – от­лич­ный ва­ри­ант. – Про­шлым ле­том ка­кое во­об­ще бы­ло на­стро­е­ние?

– Я не хо­тел оста­вать­ся еще на год в «Ли­оне». Рас­ста­лись по вза­им­но­му со­гла­сию. Не все про­сто бы­ло с мо­им пе­ре­хо­дом в «Ли­он», я ока­зал­ся в слож­ной си­ту­а­ции. Мар­сель­ские бо­лель­щи­ки мое ре­ше­ние при­ня­ли в шты­ки, для по­клон­ни­ков «Ли­о­на» я то­же был чу­жой. Но все как-то уста­ка­ни­лось.

Пре­зи­дент клу­ба Жан-Ми­шель Ола всегда ко мне хо­ро­шо от­но­сил­ся. Ко­гда был по­след­ний матч про­тив «Ниц­цы», ме­ня про­во­ди­ли ап­ло­дис­мен­та­ми. Я чув­ство­вал се­бя по­бе­ди­те­лем. Очень важ­но бы­ло уй­ти имен­но так. – Да­же тре­нер «Ли­о­на» Бру­но Же­не­зио не очень хо­тел ва­ше­го по­яв­ле­ния в ко­ман­де.

– Да, по­на­ча­лу от­но­ше­ния не скла­ды­ва­лись. По­рой я на него и оби­жал­ся, но в мо­мент про­ща­ния мы об­ня­лись. Бы­ло при­ят­но. – Ску­ча­е­те по Фран­ции?

– Ко­неч­но. Но по ме­ре воз­мож­но­сти ви­жусь с се­мьей. Есть два пря­мых рей­са в день. Хо­тя в Тур­ции мне вполне ком­форт­но. – А про­дол­жить ка­рье­ру во Фран­цию – воз­мо­жен та­кой ва­ри­ант?

– По­че­му бы и нет. Но толь­ко не сей­час. Я в пол­ном по­ряд­ке, мне трид­цать три, но ко­гда играю, ни­кто не вспоминает о моем возрасте.

«ЧУВ­СТВО­ВАЛ СЕ­БЯ ОДИНОКО, ДА­ЖЕ ПЛА­КАЛ»»

– В сво­их ин­тер­вью вы ча­сто упо­ми­на­е­те «Мар­сель».

– Его невоз­мож­но за­быть. Неко­то­рые иг­ра­ли в этой ко­ман­де лишь один се­зон, но она оста­ет­ся с ни­ми на всю жизнь. Я же про­вел там де­вять лет! Луч­шие го­ды в ка­рье­ре. – Но ко­гда вы при­е­ха­ли в Мар­сель в со­ста­ве «Ли­о­на, бо­лель­щи­ки вы­ве­си­ли ва­ше чу­че­ло.

– Это толь­ко от боль­шой люб­ви. Кто еще из быв­ших иг­ро­ков «Мар­се­ля» удо­сто­ил­ся та­кой встре­чи! По­доб­ное го­во­рит об осо­бом от­но­ше­нии. Имен­но так я все вос­при­нял. – А ка­ков во­об­ще ваш имидж во Фран­ции?

– Не­од­но­знач­ный. Ма­тье Валь­бу­эна – его ли­бо лю­бят, ли­бо ненавидят. Мне всегда бы­ло труд­но, я про­шел че­рез все. В Мар­се­ле вна­ча­ле в ме­ня ни­кто не ве­рил. Уже иг­рал в сбор­ной, но спе­ци­а­ли­сты каж­дую неде­лю вы­сту­па­ли по те­ле­ви­де­нию, по­вто­ряя: не тот уро­вень. Как это не тот уро­вень! 52 мат­ча за сбор­ную, два чем­пи­о­на­та ми­ра, один Ев­ро – очень непло­хой ре­зуль­тат для пар­ниш­ки из вто­рой ли­ги ро­стом метр два­дцать – ча­сто и та­кое пи­са­ли (сме­ет­ся).

Лю­ди го­во­рят толь­ко о нега­ти­ве. Ка­жет­ся, у нас во Фран­ции не лю­бят успеш­ных лю­дей. Да, по­рой я де­лал ка­кие-то глу­по­сти, но где бы ни иг­рал, ни­ко­гда не хал­ту­рил на по­ле. А ме­ня вся­кий раз при­ни­жа­ли, недо­оце­ни­ва­ли.

Все эти труд­но­сти в Мар­се­ле, в Ли­оне, да и здесь ме­ня толь­ко за­ка­ля­ют, де­лаю вы­во­ды. Сей­час как раз неко­то­рый спад, но та­ко­ва жизнь: то бе­лая по­ло­са, то чер­ная. Я оста­юсь оп­ти­ми­стом. – Вы дей­стви­тель­но креп­кий, как кре­мень?

– Од­на­жды в Твит­те­ре на­пи­са­ли, что я умер. Ко­неч­но, это за­де­ва­ет. Но я непро­би­ва­е­мый. Всегда ду­мал так: «Го­во­ри­те, что хо­ти­те, у ме­ня в лю­бом слу­чае все бу­дет от­лич­но». – Но что-то спо­соб­но вас ра­нить? – Бы­ли мо­мен­ты, чув­ство­вал се­бя одиноко, да­же пла­кал. Но ни­ко­гда это не от­ра­жа­лось на моем фут­бо­ле.

«И В СКАНДАЛЕ ПОСТРАДАЛ, И ОТ СБОР­НОЙ ОТЦЕПИЛИ»

– Зна­е­те ко­го-то из фут­бо­ли­стов с по­доб­ны­ми про­бле­ма­ми?

– Оли­вье Жи­ру. Он за­би­вал, за­би­вал, но его все вре­мя ру­га­ли. Уста­ешь жить в та­ком ре­жи­ме. Бы­ло очень боль­но, ко­гда ме­ня ни с то­го ни с се­го убра­ли из сбор­ной. Не ду­мал, что со мной про­стят­ся имен­но так. – При­чи­на – скан­дал с Ка­ри­мом Бен­зе­ма и шан­та­жи­ста­ми?

– Ес­ли бы отцепили, по­то­му что кто-то был луч­ше, – нет про­блем. Но всем по­нят­но, что я не участ­во­вал в Ев­ро толь­ко из-за этой ис­то­рии. И не на­до мне пуд­рить моз­ги про спор­тив­ный прин­цип. В по­след­ний год в «Мар­се­ле» я на­хо­дил­ся не в луч­шей фор­ме, но здо­ро­во про­вел ЧМ-2014. Неко­то­рые иг­ра­ли в клу­бах мень­ше, чем я, но их взя­ли в сбор­ную. Это жизнь, но бы­ло очень обид­но. – С Ди­дье Де­ша­мом на сей счет го­во­ри­ли?

– Встре­чал­ся с ним пе­ред Ев­ро. Он со­об­щил, что я не в спис­ке. Я ска­зал, что не опу­щу ру­ки. Де­шам от­ве­тил: «Ра­бо­тай, не те­ряй на­деж­ды. Ес­ли бу­дешь в по­ряд­ке – вер­нешь­ся». Но все это толь­ко сло­ва. Жал­ко, и в скандале пострадал, и от сбор­ной отцепили. – Как-то вы за­яви­ли, что при встре­че го­то­вы по­жать Бен­зе­ма ру­ку. Он от­ве­тил в Ин­тер­не­те: «Иди ты со сво­ей ру­кой». – (По­сле па­у­зы.) Силь­но ска­за­но… Но не хо­чу боль­ше об этом. – А как от­но­си­тесь к слу­хам о его воз­вра­ще­нии в сбор­ную? – Без ком­мен­та­ри­ев! – Вы счаст­ли­вы? – Очень. У ме­ня же­на и двух­лет­няя доч­ка. Чув­ствую се­бя пре­вос­ход­но и ду­шой, и те­лом.

ФО­ТО RUSSIAN LOOK/ IMAGO

В те­че­ние несколь­ких лет Ма­тье Валь­бу­эна (№8) и Ка­рим Бен­зе­ма (№10) иг­ра­ли бок о бок в сбор­ной Фран­ции.

ФО­ТО RUSSIAN LOOK/IMAGO

Во­лею на­став­ни­ка «Фе­нер­бах­че» Ай­ку­та Коджа­ма­на Валь­бу­эна (вто­рой сле­ва) все ча­ще чис­лит­ся на ска­мей­ке за­пас­ных.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.