О тра­ди­ци­ях и ри­ту­а­лах

Terskie Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Сер­гей Цх­ур­ба­ев

Лю­бое че­ло­ве­че­ское об­ще­ство со­сто­ит из лю­дей, а лю­ди под­чи­ня­ют­ся за­ко­нам го­су­дар­ства, граж­да­на­ми ко­то­ро­го они яв­ля­ют­ся. Ни­кто с этим не спо­рит. Но на­ря­ду с офи­ци­аль­ны­ми нор­ма­ми че­ло­ве­че­ско­го об­ще­жи­тия, су­ще­ству­ют пра­ви­ла, пе­ре­да­ю­щи­е­ся из по­ко­ле­ния в по­ко­ле­ние, ко­то­рые яв­ля­ют­ся не ме­нее, а за­ча­стую бо­лее важ­ны­ми в жиз­ни. Свое­об­раз­ным ко­дек­сом че­сти яв­ля­ет­ся и горский этикет.

Во­об­ще, ес­ли про­сле­дить жизнь гор­цев раз­ных стран, то есть у них од­на об­щая за­ко­но­мер­ность – это мол­ча­ли­вая по­мощь и уча­стие в судь­бе со­се­да, зна­ко­мо­го и незна­ко­мо­го. В Ка­лаб­рий­ских го­рах (Юж­ная Ита­лия) вновь по­се­лив­ше­му­ся в се­ле че­ло­ве­ку незна­ко­мые в сущ­но­сти со­се­ди, да и все сель­чане, каж­дое утро по­оче­рёд­но кла­дут у две­рей во­ло­вий сыр, по­ка но­вый жи­тель не обу­стро­ит­ся.

Та­кое вни­ма­ние до­ро­го­го сто­ит. Это ни что иное, как про­яв­ле­ние эти­ки. Что дви­жет та­ки­ми людь­ми? Яс­но од­но: не па­фос, не стрем­ле­ние про­явить се­бя, а про­стое че­ло­ве­че­ское вни­ма­ние. У нас на Кав­ка­зе с дав­них вре­мён этикет, то есть нор­мы по­ве­де­ния, при­ви­ва­лись с ма­лых лет.

Нель­зя вы­де­лить од­ну из них и ска­зать, вот эта ос­нов­ная. Все они, без ис­клю­че­ния, со­став­ля­ют со­кро­вищ­ни­цу на­ци­о­наль­но­го вос­пи­та­ния. По­про­бу­ем де­та­ли­зи­ро­вать неко­то­рые из них.

Ува­же­ние к стар­шим. Это незыб­ле­мое пра­ви­ло, ко­гда стар­ший в до­ме, в фа­ми­лии дол­жен быть ав­то­ри­тет­ным и ува­жа­е­мым, а млад­шие долж­ны счи­тать­ся с ним. Не нуж­но пре­ры­вать стар­ше­го во вре­мя раз­го­во­ра, по мень­шей ме­ре это невос­пи­тан­ность. Пе­ре­чить и, бо­лее то­го, по­вы­шать го­лос на че­ло­ве­ка в го­дах со сто­ро­ны млад­ше­го долж­но вос­при­ни­мать­ся, как ко­щун­ство.

Да­же ес­ли стар­ший не прав, это ни­ко­им об­ра­зом не оправ­ды­ва­ет мо­ло­до­го оп­по­нен­та в его по­ту­гах осуж­да­е­мо­го.

Скром­ность. Все­гда на­до смот­реть на се­бя со сто­ро­ны: а как я вы­гля­жу, как го­во­рю и т.д. Че­ло­век для са­мо­го се­бя дол­жен быть зер­ка­лом. Нем­но­го­слов­ность – ве­ли­кое до­сто­ин­ство гор­ца. В го­стях ве­сти се­бя на­до так, что­бы хо­зя­ин не ра­до­вал­ся ухо­ду го­стя.

Ува­же­ние к жен­щине. Вот с этой нор­мы идёт са­мо­ува­же­ние, ибо ува­же­ние к жен­щине не под­ле­жит об­суж­де­нию. Оно долж­но про­яв­лять­ся и в ме­ло­чи: усту­пил ме­сто в транс­пор­те, в до­ро­ге и т.д. В осе­тин­ских сё­лах, ду­маю, и се­го­дня жи­ва тра­ди­ция, ко­гда незна­ко­мый че­ло­век, про­хо­дя по лю­бой из улиц, скром­ным кив­ком го­ло­вы при­вет­ству­ет си­дя­щих на ла­воч­ке по­жи­лых лю­дей, муж­чин и жен­щин.

И тут во­об­ще неуме­стен во­прос, а зна­ет ли он их? Это есть вос­пи­та­ние в на­ци­о­наль­ном ду­хе. Ни­ко­гда не на­до спра­ши­вать (это моё мне­ние) нуж­да­ю­ще­го­ся че­ло­ве­ка, чем ему по­мочь. Он, ес­ли при­дер­жи­ва­ет­ся эти­че­ских пра­вил, не ска­жет об этом. Сам узна­ет, что да как, и по­мо­жет.

Как иной раз обид­но бы­ва­ет за на­ши ри­ту­аль­ные де­ла. К со­жа­ле­нию, жизнь ко­неч­на. Тут ни­че­го не по­де­ла­ешь, но воз­му­ща­ет дру­гое. Неко­то­рые за­бы­ва­ют, для че­го при­шли, хоть их ни­чтож­ный про­цент, но всё-та­ки ото­ропь бе­рёт, ко­гда они не об усоп­шем го­во­рят, а о по­ми­наль­ных яст­вах.

В этой свя­зи вс­по­ми­на­ет­ся ста­рый анек­дот, ко­то­рый, ско­рее все­го, был в ре­аль­но­сти. Где-то по­сле по­хо­рон один из при­сут­ству­ю­щих ска­зал: «Что за по­мин­ки, ни вы­пив­ки нор­маль­ной не бы­ло, ни еды?!». – «Как мог, так и сде­лал, на­де­юсь, что ты луч­ше сде­ла­ешь!», – не в бровь, а в глаз про­зву­чал от­вет пе­ре­жив­ше­го го­ре.

Со­всем нев­мо­го­ту бы­ва­ет слу­шать рас­суж­де­ния о том, что, де­скать, сей­час не те вре­ме­на. По­го­ди­те, о ка­ких вре­ме­нах вы го­во­ри­те? Что, солнце и лу­на дру­ги­ми ста­ли? Или вре­ме­на го­да ис­чез­ли? Лю­ди все­гда долж­ны оста­вать­ся людь­ми, в этом их при­зва­ние. На­ши пред­ки ака­де­мии не кон­ча­ли, но они бы­ли ни че­та кое-ка­ким об­ра­зо­ван­ным ду­ра­кам, ко­то­рые ду­ма­ют, что по­ро­ся­та на де­ре­вьях рас­тут.

Умуд­рён­ные го­да­ми ста­ри­ки на­хо­ди­ли та­кие сло­ва, ко­то­рые ту­ши­ли огонь враж­ды, ми­ри­ли кров­ни­ков, со­ве­сти­ли осту­пив­ших­ся. И всё это без уни­зи­тель­ной сло­вес­ной ми­шу­ры.

В се­ре­дине 80-х го­дов про­шло­го ве­ка я встре­тил­ся с од­ним да­ге­стан­цем. Речь за­шла о том о сём, по­том я кос­нул­ся во­про­сов го­сте­при­им­ства в Да­ге­стане. Вот его от­вет: «Ко­гда в дом при­хо­дит гость, его встре­ча­ют как близ­ко­го че­ло­ве­ка, ни ми­ну­ты не на­по­ми­ная ему о том, что он гость. Все три дня ему ока­зы­ва­ют по­чёт, тут и ба­ра­шек, и луч­шее ви­но, всё вни­ма­ние. И толь­ко в кон­це тре­тье­го дня хо­зя­ин спра­ши­ва­ет его, чем ему по­мочь. И гость из­ла­га­ет свою про­бле­му, и ча­сто она ре­ша­ет­ся».

Во­прос не в том, мож­но ли по­мочь че­ло­ве­ку или нет, а в ува­жи­тель­ном во­про­се спу­стя три дня. К со­жа­ле­нию, ав­то­ру этих строк при­шлось на сво­ём опы­те убе­дить­ся в об­рат­ном. При­мер­но лет 16 на­зад мне бы­ло по­ру­че­но пе­ре­дать су­деб­ную по­вест­ку по опре­де­лён­но­му ад­ре­су. Я с во­ди­те­лем подъ­е­хал к част­но­му до­му, на­жал на зво­нок. Вы­шел здо­ро­вен­ный му­жик. «Че­го те­бе на­до?», – пря­мо с по­ро­га спро­сил ме­ня. – «Уже ни­че­го!», – на­шёл­ся я, быст­ро су­нул по­вест­ку в на­груд­ный карман его ру­баш­ки и уехал.

Ведь это бы­ла не квар­ти­ра, а част­ный дом с нор­маль­ным дво­ром. Я да­же во внутрь не за­шёл. Ведь мог же он ска­зать: «Доб­рый день! За­хо­ди­те во двор». Хо­тя бы ра­ди при­ли­чия. И это бы­ло в Осе­тии. Вот так. Тут уж ни­ка­кие тра­ди­ции не по­мо­гут, та­кое не ле­чит­ся.

Сле­дуя гор­ско­му эти­ке­ту, непри­лич­но гром­ко раз­го­ва­ри­вать, при­вле­кая вни­ма­ние окру­жа­ю­щих, хо­хо­тать, рас­ска­зы­вать о сво­их бо­ляч­ках и т.д. и т.п.

При­ве­ду один ис­то­ри­че­ский факт. За точ­ность из­ло­же­ния не ру­ча­юсь, так как про­чи­тал об этом, бу­дучи школь­ни­ком, но суть за­пом­нил на всю жизнь.

Фе­ликс Дзер­жин­ский со сво­и­ми людь­ми как-то оста­но­вил­ся на по­стой в од­ном се­ле. Вре­мя бы­ло тя­жё­лое, граж­дан­ская вой­на, раз­ру­ха, го­лод. Бой­цы без ве­до­ма Дзер­жин­ско­го вы­про­си­ли или ку­пи­ли в се­ле ку­сок са­ла и ки­ло­грамм кар­тош­ки. За­жа­рив их, они в ско­во­род­ке при­нес­ли блю­до Дзер­жин­ско­му.

Он их спра­ши­ва­ет: «А что вы ели на обед?». – «Кар­тош­ку с са­лом», – от­ве­ти­ли ре­бя­та. За­тем он вы­шел во двор, спро­сил внеш­них ча­со­вых: «Что вы ели на обед?». – «Кар­тош­ку с са­лом», – был от­вет. Он спро­сил всех, и все от­ве­ча­ли ему оди­на­ко­во. И толь­ко то­гда он про­шёл в свой ка­би­нет и на­чал есть.

А де­ло бы­ло так. Зная о том, что Фе­ликс Эд­мун­до­вич че­ло­век наи­скром­ней­ший, и к то­му же бо­ле­ет, всё окру­же­ние сго­во­ри­лось от­ве­чать ему оди­на­ко­во: «У нас на обед бы­ла кар­тош­ка с са­лом», – а са­ми ре­ши­ли ему при­го­то­вить еду. Но Дзер­жин­ский не мог по­обе­дать, не рас­спро­сив их. Они ему ска­за­ли свя­тую ложь, а са­ми ни­че­го не ели двое су­ток…

Ес­ли бы не ска­за­ли так, Дзер­жин­ский бы ни за что не при­тро­нул­ся к кар­тош­ке с са­лом.

Вот ска­жи­те, се­го­дня та­кое мо­жет быть? Мне смеш­но, а вам? Да, ве­ли­кие бы­ли лю­ди, с чи­стой ду­шой. Как жаль, что та­ких боль­ше нет в на­шей жиз­ни. К со­жа­ле­нию, мы ви­дим со­вер­шен­но дру­гое. Что­бы не бы­ло в на­шей жиз­ни вся­ких урод­ли­вых яв­ле­ний, на­до всем ми­ром при­ви­вать эти­ку по­ве­де­ния, нор­мы мо­ра­ли.

Как мож­но, ска­жем, вста­вать из-за сто­ла, всем сво­им ви­дом по­ка­зы­вая, что ты уже сыт и со­бе­сед­ни­ки те­бе неин­те­рес­ны? Это очень дур­ной тон!

Се­мья, шко­ла, об­ще­ство, фа­миль­ные со­ве­ты долж­ны ра­бо­тать в вос­пи­та­нии мо­ло­до­го по­ко­ле­ния, ибо ци­ви­ли­за­ция при всех по­ло­жи­тель­ных мо­мен­тах гу­бит на кор­ню тра­ди­ци­он­ные цен­но­сти, осо­бен­но у мо­ло­дё­жи. Все те бес­цен­ные кру­пи­цы на­род­ной муд­ро­сти долж­ны быть пе­ред взо­ром об­ще­ства, а но­си­те­ли их долж­ны от­ве­чать всем ка­но­нам гор­ской эти­ки.

Освя­ще­ние ри­ту­аль­ных пи­ро­гов – часть гор­ско­го эти­ке­та

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.