ГЕРОИ-АЛЬПИНИСТЫ

Terskie Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - По­ко­ре­ние Тыр­ны­а­у­за

Недав­но на­ша стра­на от­ме­ча­ла Меж­ду­на­род­ный день аль­пи­низ­ма. Но ещё 14 де­каб­ря 1934 г. ВЦИК СССР учре­дил на­груд­ный зна­чок «Аль­пи­нист СССР», пер­вой и вто­рой сте­пе­ни. 12 ав­гу­ста 2017 г. со­сто­ял­ся дис­кус­си­он­но-по­зна­ва­тель­ный «Рус­ский клуб»: встре­ча с ка­ва­ле­ра­ми ор­де­на аль­пи­ни­стов «Эдель­вейс», по­свя­щён­ный Меж­ду­на­род­но­му дню аль­пи­низ­ма «Луч­ше гор, мо­гут быть толь­ко го­ры».

Саль­пи­низ­мом у ме­ня бы­ло не со­всем всё глад­ко! И в ин­сти­ту­те, и по­том, ко­гда я уже ра­бо­тал на за­во­де и был в ко­ман­ди­ров­ках на по­ли­гоне, все­гда ста­рал­ся ру­ко­вод­ство­вать­ся прин­ци­пом: «Ум­ный в го­ру не пой­дёт, ум­ный го­ру обой­дёт!». Но кое-кто из на­шей се­мьи всё же был при­ча­стен, хоть с краю гор, но око­ло аль­пи­низ­ма! Во-пер­вых, я сам был оча­ро­ван го­ра­ми ещё в дет­ском воз­расте, ко­гда па­па по­лу­чил пер­вый свой от­пуск осе­нью 1940 го­да, и то­гда ма­ма уго­во­ри­ла его по­ехать в го­сти к сво­им сёст­рам на Кав­каз. Что вы хо­ти­те, мне бы­ло уже де­вять лет, а ма­ми­на род­ня не ви­де­ла ни ме­ня, ни па­пы (а он в это вре­мя был уже крас­ный ко­ман­дир в зва­нии май­о­ра). Да и род­ни в то вре­мя бы­ло, на­вер­ное, не ме­нее два­дца­ти че­ло­век! Нуж­но бы­ло всем по­ка­зать па­пу – сво­е­го му­жа! Так что вы­бор был сде­лан пра­виль­но. Это же Кав­каз!

Са­мые яр­кие вос­по­ми­на­ния у ме­ня оста­лись от вок­за­ла в го­ро­де Ор­джо­ни­кид­зе, ку­да мы при­е­ха­ли сра­зу же мос­ков­ским по­ез­дом. Вок­зал был по­хож на ка­кой-то ска­зоч­ный за­мок, весь окра­шен­ный бе­лой крас­кой, с ба­шен­ка­ми, боль­ши­ми ок­на­ми, он воз­вы­шал­ся над ши­ро­кой плат­фор­мой на фоне гор Кав­каз­ско­го хреб­та. Во­круг де­ре­вья в зе­ле­ни и клум­бы, на ко­то­рых цве­ли ка­кие-то необык­но­вен­ные цве­ты. Мы при­е­ха­ли утром и го­ры бы­ли осве­ще­ны яр­ким утрен­ним солн­цем – и это ещё боль­ше со­зда­ва­ло эф­фект те­ат­раль­ной об­ста­нов­ки. Как буд­то бы всё это про­ис­хо­ди­ло на огром­ной сцене, а го­ры яв­ля­лись её фо­ном! Сто­я­ла ран­няя осень, и пас­са­жи­ров-от­ды­ха­ю­щих бы­ло ма­ло. Зато на­ше се­мей­ство рез­ко вы­де­ля­лось. Сре­ди встре­ча­ю­щих мне в гла­за сра­зу же бро­си­лись два по­жи­лых кав­каз­ца в одеж­де, мне незна­ко­мой. Чёр­ные чер­кес­ки, под­по­я­сан­ные ка­ки­ми-то необык­но­вен­ны­ми по­я­са­ми, укра­шен­ны­ми бле­стя­щи­ми на­сеч­ка­ми, в кра­си­вых, об­тя­ги­ва­ю­щих но­ги са­пож­ках, а са­мое глав­ное – в шап­ках.

Все встре­ча­ю­щие от­но­си­лись к ним с осо­бым по­чте­ни­ем и сра­зу же про­пу­сти­ли их впе­рёд. Они по­до­шли к па­пе, очень це­ре­мон­но с ним по­здо­ро­ва­лись, рас­це­ло­ва­лись, и толь­ко по­сле это­го осталь­ные жен­щи­ны и де­ти гурь­бой бро­си­лись ко мне и ма­ме. Муж­чи­ны снис­хо­ди­тель­но ото­шли в сто­ро­ну и на­ча­ли нето­роп­ли­во рас­спра­ши­вать о чём-то па­пу. Я сра­зу же по­пал в ру­ки груп­пы маль­чи­шек, ко­то­рую воз­глав­ля­ла невы­со­кая дев­чон­ка, по-ви­ди­мо­му, она вер­хо­во­ди­ла все­ми эти­ми ре­бя­та­ми. Все они бы­ли стар­ше ме­ня и тут же с кри­ком «Ма­ма, мы по­шли пить га­зи­ров­ку», по­тя­ну­ли ме­ня к те­леж­ке, ко­то­рая сто­я­ла под на­сто­я­щей паль­мой (до это­го я ви­дел паль­мы толь­ко на ри­сун­ках!) на пер­роне. Мы всей тол­пой по­бе­жа­ли пить во­ду, а во­да (нар­зан) дей­стви­тель­но бы­ла очень вкус­ная! Вот так я впер­вые по­зна­ко­мил­ся со сво­и­ми дво­ю­род­ны­ми бра­тья­ми и сест­рой!

Это сей­час я их на­зы­ваю маль­чиш­ка­ми! А это бы­ли мои взрос­лые дво­ю­род­ные бра­тья Каз­бек и Ве­ра, де­ти тё­ти Ка­ти (стар­шей сест­ры мо­ей ма­мы), и Олег

с Иго­рем, сы­но­вья сред­ней сест­ры, тё­ти Оли. При­чём, Каз­бек и Олег окан­чи­ва­ли тех­ни­кум и долж­ны бы­ли уже по­сту­пать ра­бо­тать. Се­ст­ра Ве­ра то­же долж­на бы­ла на сле­ду­ю­щий год по­сту­пать в мед­ин­сти­тут, так что «маль­чиш­ки» – это по­ня­тие от­но­си­тель­ное, раз­ни­цу в воз­расте в де­ся­ток лет не бу­дем счи­тать! А де­ло в том, что они ме­ня сра­зу втя­ну­ли в свою ком­па­нию, не об­ра­тив вни­ма­ние на эту раз­ни­цу. Они при­ня­ли ме­ня, как рав­но­го!

Ко­гда мы все вы­шли из зда­ния вок­за­ла, на пло­ща­ди сто­я­ли две или три про­лёт­ки, в ко­то­рые нас раз­ме­сти­ли не без хло­пот, и мы по­еха­ли по про­спек­ту это­го уди­ви­тель­но­го, кра­соч­но­го го­ро­да. На тро­туа­рах хо­ди­ли лю­ди, оде­тые в кра­си­вые бе­лые одеж­ды. Две­ри ма­га­зи­нов бы­ли от­кры­ты, вез­де что-то бы­ло вы­став­ле­но на про­да­жу, в неко­то­рых иг­ра­ла му­зы­ка. Весь про­спект был за­са­жен боль­ши­ми де­ре­вья­ми, и мы еха­ли, как буд­то по ал­лее в ле­су. В кон­це про­спек­та по­вер­ну­ли на­ле­во, в неболь­шую улоч­ку, мне то­гда по­ка­за­лось, что она сво­им кон­цом упи­ра­ет­ся пря­мо в го­ру (это по­том я узнал, что это Сто­ло­вая го­ра, и что­бы дой­ти до неё, нуж­но прой­ти па­ру де­сят­ков ки­ло­мет­ров). Оста­но­ви­лись у боль­шо­го кир­пич­но­го од­но­этаж­но­го до­ма; во­ро­та во двор бы­ли от­кры­ты и нас уже встре­ча­ли. Па­пе сра­зу же под­нес­ли рог с ви­ном, но он то­гда со­вер­шен­но не брал в рот ни вод­ки, ни ви­на, и стал от­ка­зы- вать­ся. Тут тё­тя Ка­тя, как са­мая стар­шая, по­до­шла к нему и ста­ла что-то го­во­рить, что в та­ких слу­ча­ях по обы­чаю гор­цев нель­зя от­ка­зы­вать­ся. Па­па взял рог и при­гу­бил, но, ви­ди­мо, он не знал, как на­до пить из ро­га, ви­но вы­ли­лось ему на грудь гим­на­стёр­ки, что вы­зва­ло вос­торг у окру­жа­ю­щих. Его сра­зу же по­ве­ли в дом, пе­ре­оде­ли в та­кую же, как у всех муж­чин, чёр­ную ру­баш­ку и под­по­я­сан­ную та­ким же кра­си­вым ре­меш­ком, ко­то­рый я сра­зу же на­чал рас­смат­ри­вать. Ко­неч­но, за стол нас, мо­ло­дёжь, не по­са­ди­ли, да и жен­щи­ны при­са­жи­ва­лись за стол, толь­ко ко­гда их кто-ли­бо из муж­чин звал. Это ме­ня и уди­ви­ло, у нас та­ко­го не бы­ло. Ста­ли при­хо­дить со­се­ди, за сто­лом уже не бы­ло сво­бод­но­го ме­ста, и каж­дый при­хо­дя­щий под­хо­дил к па­пе, про­из­но­сил тост и обя­за­тель­но вы­пи­вал с ним бо­кал ви­на. Я те­перь ду­маю, что тё­тя Ка­тя под­ли­ва­ла па­пе в бо­кал ка­кой-ни­будь сок, ина­че он бы не вы­дер­жал. Ко­неч­но, он, как крас­ный ко­ман­дир, был в цен­тре вни­ма­ния. И я ви­дел, что Каз­бек очень хо­чет с ним по­го­во­рить.

На­ко­нец, мы всей гурь­бой как-то неза­мет­но ис­чез­ли из дво­ра. Ре­бя­там нетер­пе­лось по­ка­зать мне го­род, по­хва­стать­ся сво­и­ми де­ла­ми. А по­хва­лить­ся бы­ло чем. Ко­неч­но, го­род был, как сказ­ка! На­ша ули­ца вы­хо­ди­ла на Чу­гун­ный мост над ре­кой. Гор­ная ре­ка шу­ме­ла под ним. Ре­ка, до­ли­на, ули­цы – и опять кру­гом зе­лень и цве­ты. Те­перь я по­нял, по­че­му ма­ма в Му­ро­ме вез­де, где толь­ко бы­ло мож­но, рас­са­жи­ва­ла цве­ты! С мо­ста до­ли­на ре­ки бы­ла хо­ро­шо вид­на и вверх, и вниз по те­че­нию. А над го­ро­дом сто­я­ли го­ры, те­перь днём в без­об­лач­ном небе их бы­ло вид­но очень хо­ро­шо: Каз­бек, Эль­брус. Я как за­ча­ро­ван­ный всё вре­мя ста­рал­ся смот­реть в сто­ро­ну гор. Да и мои бра­тья, за­ме­тив это, ста­ли раз­го­вор ве­сти о го­рах: как на­зы­ва­ют­ся вер­ши­ны, до­ли­ны. Как в то вре­мя мне бы­ло всё это за­пом­нить!

Ко­неч­но, луч­ше всех о го­рах рас­ска­зы­вал Каз­бек. Это он впер­вые для ме­ня на­звал фа­ми­лию аль­пи­ни­ста Аба­ла­ко­ва. Он го­во­рил о нём с та­ким вос­хи­ще­ни­ем, что, мо­жет быть, по­это­му я до сих пор знаю этих бра­тьев! Ока­за­лось, что в го­ро­де су­ще­ству­ет юно­ше­ское объ­еди­не­ние, где учат ре­бят хо­дить в го­ры, и пре­по­да­ёт там кто-то из уче­ни­ков са­мо­го Аба­ла­ко­ва. Каз­бек учил­ся в этой груп­пе и уже сам во­дил экс­кур­сан­тов в го­ры. Он да­же по­ка­зал мне рюк­зак Аба­ла­ко­ва, ко­то­рый он об­ме­нял у ка­ко­го-то ино­стран­но­го ту­ри­ста, и зна­чок «Аль­пи­нист СССР». На­до ска­зать, что ес­ли в дру­гих го­ро­дах Со­вет­ско­го Со­ю­за на каж­дом уг­лу ви­се­ли пла­ка­ты, при­зы­ва­ю­щие мо­ло­дёжь в авиа­цию, то здесь по­всю­ду ви­се­ли пла­ка­ты, на ко­то­рых бы­ли изоб­ра­же­ны альпинисты в кра­си­вой фор­ме, с раз­ны­ми аль­пи­нист­ски­ми при­над­леж­но­стя­ми на фоне гор. В го­ро­де бы­ло очень мно­го при­ез­жих аль­пи­ни­стов и про­сто ту­ри­стов, осо­бен­но ино­стран­цев. По­это­му боль­шин­ство мо­ло­дё­жи стре­ми­лось по­пасть в эти аль­пи­нист­ские шко­лы, а осо­бен­но сла­ви­лась аль­пи­нист­ская шко­ла РККА. Ре­бя­та по­стар­ше ещё с вес­ны до­го­ва­ри­ва­лись с груп­па­ми ту­ри­стов и со­про­вож­да­ли их, при­ез­жав­ших с раз­ных сто­рон СССР и дру­гих стран (осо­бен­но немец­кие груп­пы – пред­ставь­те, что за се­зон на Эль­брус под­ни­ма­лось до двух ты­сяч аль­пи­ни­стов). По­это­му у ре­бят по­стар­ше бы­ла воз­мож­ность за­ра­бо­тать, что осо­бен­но бы­ло важ­но для тех, кто не имел ка­кой-ни­будь спе­ци­аль­но­сти.

Ока­зы­ва­ет­ся, Каз­бек уже хо­дил с груп­па­ми ту­ри­стов, но с аль­пи­ни­ста­ми его ещё не пус­ка­ли. И я ду­маю, что он хо­тел по­го­во­рить с па­пой, что­бы он по­мог ему по­сту­пить в аль­пи­нист­скую шко­лу. Во вре­мя пре­бы­ва­ния в Ор­джо­ни­кид­зе на­ша се­мья поль­зо­ва­лась огром­ным успе­хом. Па­па все­гда был в цен­тре вни­ма­ния не толь­ко у нас в дво­ре, но и у со­се­дей. По­это­му нам при­хо­ди­лось ез­дить по го­стям. Ку­да ме­ня взя­ли толь­ко один раз, так это в Ми­не­раль­ные Во­ды, к тё­те Оле. В дру­гие ме­ста ме­ня не бра­ли, ещё ма­лень­кий. Пом­ню, взрос­лые ез­ди­ли в Геор­ги­евск, в Наль­чик и да­же в ка­кой-то аул в Бак­сан­ском уще­лье. Чи­та­тель, на­вер­ное, удив­лён тем, что я так по­дроб­но опи­сы­ваю эти на­ци­о­наль­ные обы­чаи. Де­ло в том, что мои тё­туш­ки бы­ли за­му­жем за осе­ти­на­ми, при­чём муж тё­ти Ка­ти был ро­дом из из­вест­но­го в ста­рой Осе­тии ро­да Ко­че­но­вых, муж­чи­ны ко­то­ро­го обя­за­тель­но слу­жи­ли в пол­ку, ко­то­рый охра­нял цар­скую се­мью. Каз­бек как-то, ко­гда в до­ме ни­ко­го не бы­ло, по­ка­зал мне ста­рин­ную саб­лю, ко­то­рая ви­се­ла на стене в ком­на­те тё­ти Ка­ти. Пом­ню, что она бы­ла очень тя­жё­лой и я не смог её вы­нуть из но­жен. То­гда Каз­бек вы­нул её, и я уви­дел ка­кую-то над­пись. Эта бы­ла дар­ствен­ная над­пись, но от ко­го – не пом­ню, а сей­час уста­но­вить невоз­мож­но. Уже в пер­вые дни Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны она бы­ла рек­ви­зи­ро­ва­на как хо­лод­ное ору­жие!

Про­во­жа­ли нас с ещё боль­шим по­чё­том. На вок­зал при­е­ха­ли не толь­ко род­ствен­ни­ки, но и со­се­ди. Пом­ню, они хо­те­ли при­не­сти ви­но, что­бы про­во­дить нас, но тут па­па ка­те­го­ри­че­ски от­ка­зал­ся. Крас­но­го ко­ман­ди­ра про­во­жа­ют с ви­ном! Где это ви­да­но! Мог­ли быть се­рьёз­ные непри­ят­но­сти.

Сте­ла ге­ро­ям При­эль­бру­сья с фа­ми­ли­я­ми по­гиб­ших при осво­бож­де­нии

Сте­ла на пе­ре­ва­ле До­нуз-Орун, где про­хо­ди­ла тро­па, по ко­то­рой пе­ре­во­ди­ли жи­те­лей го­ро­да

Па­мят­ная дос­ка на вхо­де на пе­ре­вал Бе­чо, где бы­ли пе­ре­не­се­ны де­ти из са­на­то­рия в Бак­сан­ском уще­лье

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.