PRO ET CONTRA

По­ли­тик дол­жен быть пас­си­о­на­ри­ем, все осталь­ное че­пу­ха. Есть ли у него жи­вот и го­ня­ет ли он в хок­кей — не­важ­но

The Rake  - - Содержание - Текст Алек­сей Беляков

Крем­лев­ская ди­е­та: ЗОЖ или ни­ка­ко­го спор­та?

Ко­неч­но, сэр Уин­стон Чер­чилль, гер­цог Маль­бо­ро — пер­вый, кто при­хо­дит на ум. Одыш­ли­вый тол­стя­чок, ко­то­рый вы­дви­нул свой де­виз — no ­orts. Ост­ро­умец, пи­са­тель и ху­дож­ник-лю­би­тель. Он су­мел под­нять всю стра­ну в 1940 го­ду — стра­ну, где бы­ли очень силь­ны на­стро­е­ния не про­ти­вить­ся Гит­ле­ру. Лон­дон и Ли­вер­пуль во­всю бом­би­ли, но Ан­глия слу­ша­ла сво­е­го пре­мьер-ми­ни­стра. Чер­чилль тре­бо­вал сра­жать­ся, и в небо взмы­ва­ли бри­тан­ские лет­чи­ки. Но сам, за­ме­чу, на ис­тре­би­те­ле не ле­тал. Тол­стя­ка обо­жа­ли про­сто за его кру­тость, муд­рость и точ­ные сло­ва. Возь­мем при­мер к нам по­бли­же, тем бо­лее что «празд­ну­ем» сто­ле­тие ре­во­лю­ции. Лев Троц­кий. Тще­душ­ный и некра­си­вый. И этот че­ло­век со­здал Крас­ную ар­мию — про­сто сво­им на­по­ром и ора­тор­ским ис­кус­ством. Да­вай­те на­чи­сто­ту: ев­рей разъ­ез­жал по фрон­там и под­ни­мал бо­е­вой дух. Ко­го? Вче­раш­них кре­стьян, злых и обо­рван­ных му­жи­ков. Где? В стране, в ко­то­рой за несколь­ко лет до то­го про­шли страш­ные ев­рей­ские по­гро­мы. Ну не чу­до? В ка­ком-то смыс­ле. И это «чу­до» нам немно­го по­мо­га­ет по­нять Кл­эр Ше­ри­дан. Бри­тан­ская ари­сто­крат­ка и скуль­птор, ко­то­рая при­бы­ла в 1920 го­ду в Моск­ву за­пе­чат­леть в гип­се во­ждей ре­во­лю­ции. Кста­ти, дво­ю­род­ная сест­ра то­го са­мо­го Вин­сто­на. По­ка она ле­пи­ла лох­ма­тую го­ло­ву Троц­ко­го, влю­би­лась в него, на­чал­ся быст­рый страст­ный ро­ман. Поз­же в ме­му­а­рах Кл­эр срав­нит его с Ме­фи­сто­фе­лем, бу­дет вос­хи­щать­ся его гла­за­ми, у ко­то­рых бы­ло «уди­ви­тель­ное свой­ство за­жи­гать­ся и свер­кать». «Он об­ла­дал маг­не­тиз­мом», — ре­зю­ми­ру­ет она. Ма­г­не­тизм! — вот оно, глав­ное. А ка­кой у че­ло­ве­ка плечевой по­яс или как он де­рет­ся на та­та­ми — это фиг­ня. Тут все за­кри­чат: ка­кой Чер­чилль, ка­кой Троц­кий? Они жи­ли в неви­зу­аль­ную эпо­ху! Чер­чилль толь­ко по ра­дио ве­щал, а Троц­кий во­об­ще на пло­ща­дях. Те­перь у нас по­ли­ти­ки в 3D, мы ви­дим все их из­ги­бы и тре­щин­ки. Это так. Но за­ко­ны «маг­не­тиз­ма» ни­кто не от­ме­нял. Спор­тив­ная фи­гу­ра мо­жет дать по­ли­ти­ку па­ру лиш­них оч­ков от вос­хи­щен­ных де­ву­шек, и то лишь на стар­те. Вот вам До­нальд, не по­бо­юсь это­го сло­ва, Трамп. Что, страш­но хо­рош со­бой? На­вер­но, лишь для Ме­ла­нии. Но есть, черт возь­ми, ха­риз­ма в этом рас­пут­ном шо­умене, есть. При­рож­ден­ный по­ли­тик, стран­но, что Оли­вер Сто­ун о нем еще ни­че­го не снял. Или — да­вай­те о род­ном — наш Вла­ди­мир Воль­фо­вич. Пу­за­тый, рых­лый, не слиш­ком опрят­ный, и еще очень про­тив­ный го­лос. Но боль­ше чет­вер­ти ве­ка на арене, ни­ко­гда не на­до­ест, из по­ли­ти­ки его вы­не­сут толь­ко но­га­ми впе­ред. На на­дув­ном мат­ра­се. …Лет пят­на­дцать на­зад я немно­го за­ни­мал­ся по­ли­ти­че­ским пи­а­ром, в част­но­сти ра­бо­тал с од­ним мо­ло­дым по­ли­ти­ком, ко­то­ро­му су­ли­ли бле­стя­щее бу­ду­щее в яр­кой де­мо­кра­ти­че­ской пар­тии. Мне нра­ви­лись его взгля­ды, он был и оста­ет­ся чест­ня­гой, его имя до сих пор мель­ка­ет по­рой в хро­ни­ке ли­бе­раль­ных со­бы­тий. У него бы­ла хо­ро­шая био­гра­фия, креп­кая фи­гу­ра, при­ят­ное сла­вян­ское ли­цо. А еще он был очень спор­ти­вен — за­ни­мал­ся бе­гом, при­чем на длин­ные ди­стан­ции. На­сто­я­щий стай­ер. Об этом я узнал в на­шу первую же встре­чу. И то­гда ре­шил «рас­кру­чи­вать» его че­рез этот са­мый бег. Взять его как ме­та­фо­ру. Вот, мол, че­ло­век го­тов бе­жать дол­го, упор­но, не сбив­шись с ды­ха­ния — та­кой сей­час ли­бе­ра­лам и ну­жен. Моя идея по­нра­ви­лась в «глав­ном шта­бе». Но при­мер­но к тре­тьей встре­че со «стай­е­ром» я вдруг по­нял: ни хре­на из него не вый­дет, ни­ка­кой бег его не спа­сет. Он ди­ко ску­чен. Нет маг­не­тиз­ма. И я по­ти­хонь­ку от­ва­лил в сто­ро­ну, чест­но сде­лав свою часть ра­бо­ты. Даль­ше не хо­тел с ним ра­бо­тать, я про­сто не ве­рил в его «бле­стя­щее бу­ду­щее». При всей че­ло­ве­че­ской сим­па­тии. А пар­тия про­дол­жа­ла верить, спу­стя несколь­ко лет его сде­ла­ли офи­ци­аль­ным ли­де­ром. Ка­жет­ся, это сгу­би­ло неко­гда яр­кую пар­тию окон­ча­тель­но. По­том и пар­тия осо­зна­ла ошиб­ку, за­дви­ну­ла лу­зе­рас­тай­е­ра и сде­ла­ла став­ку на дру­гих. Но бы­ло позд­но: это как при­бе­жать по­след­ним и пы-

тать­ся до­гнать по­бе­ди­те­лей уже по­сле фи­ниш­ной чер­ты. Пар­тия сдох­ла.

Все это че­пу­ха и ба­ла­ган — весь ны­неш­ний спор­тив­ный ажи­о­таж. No ‚orts! Хо­ро­шо, ес­ли джентль­мен лов­ко иг­ра­ет в теннис, но к по­ли­ти­ке это не име­ет ни­ка­ко­го от­но­ше­ния (Ель­цин иг­рал, но стра­на вы­бра­ла его не за это). А ес­ли еще со­мне­ва­е­тесь, взгля­ни­те на киевского гра­до­на­чаль­ни­ка, мо­гу­че­го кра­сав­ца Клич­ко. Он был пре­крас­ный бок­сер-тя­же­ло­вес. Им и остал­ся. При чем тут политика?

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.