О Ман­дель­шта­ме по-юби­лей­но­му

Важ­ным со­бы­ти­ем в празд­но­ва­нии 125-ле­тия Оси­па Ман­дель­шта­ма ста­ла вы­став­ка в Ли­те­ра­тур­ном му­зее, она сде­ла­на доб­ро­со­вест­но, но удру­ча­ю­ще скуч­но

Vedomosti - - Культура - Оль­га Ка­ба­но­ва

Вы­став­ка «Я ска­жу те­бе с по­след­ней пря­мо­той...», от­кры­тая в Ли­те­ра­тур­ном му­зее к 125-ле­тию Оси­па Ман­дель­шта­ма, пре­дель­но по­дроб­на. Пре­дел ей ста­вит вы­де­лен­ная жил­пло­щадь – три за­ла, где до­ку­мен­ты тес­нят­ся в вит­ри­нах, как жиль­цы ком­му­наль­ной квар­ти­ры – вы­нуж­ден­но. Над вит­ри­на­ми ви­сят кар­ти­ны и ри­сун­ки, име­ю­щие к глав­но­му ге­рою, как пра­ви­ло, пря­мое от­но­ше­ние. Что­бы по­ка­зать боль­ше, на­при­мер, кок­те­бель­ских пей­за­жей или фо­то­гра­фий по­э­ти­че­ской жиз­ни 20-х го­дов, ме­ста не хва­та­ет. Так что толь­ко текст, ми­ни­мум кон­тек­ста.

Текст, ко­неч­но, очень на­сы­щен­ный, со­бран­ный из мно­гих му­зеев, ар­хи­вов и част­ных со­бра­ний – до­ку­мен­ты (ори­ги­на­лы, но боль­ше, к со­жа­ле­нию, ко­пии) ком­мен­ти­ру­ют всю жизнь по­эта Оси­па Ман­дель­шта­ма. На­чи­на­ет­ся рас­сказ от ма­ши­но­пис­но­го раз­ре­ше­ния его от­цу, « Хац­ке­лю Бе­ни­я­ми­но­ви­чу Ман­дель­шта­му», на год по­ки­нуть чер­ту осед­ло­сти, порт­ре­та ма­те­ри и ма­лень­ко­го ге­ния, за­тем от­ра­же­ны го­ды уче­бы в университете.

По­том до­воль­но быст­ро в вит­рине по­яв­ля­ет­ся жан­дарм­ское до­не­се­ние по по­во­ду «неко­го ев­рея Ман­дель­шта­ма», ко­то­рый буд­то бы ве­дет «про­ти­во­пра­ви­тель­ствен­ную аги­та­цию», в по­след­нем за­ле вы­став­ки с ним пе­ре­кли­ка­ют­ся до­ку­мен­ты ку­да бо­лее су­ро­вые: ко­пии про­то­ко­лов до­про­сов, хре­сто­ма­тий­ные «аре­стант­ские сним­ки» – с фо­то­гра­фий из тю­рем­но-ла­гер­но­го де­ла 1934 го­да аре­стант еще смо- трит вы­зы­ва­ю­ще дерз­ко, а в 38-м уже не дер­жит ли­ца пе­ред ка­зен­ным фо­то­гра­фом. За­нос­чи­вый вид, под­ня­тый вверх под­бо­ро­док опи­са­ны в вос­по­ми­на­ни­ях и вид­ны на фо­то­гра­фи­ях и ри­сун­ках, пред­став­ля­ю­щих по­э­ти­че­скую жизнь двух пер­вых де­ся­ти­ле­тий рус­ско­го ХХ ве­ка.

Здесь са­мое за­ме­ча­тель­ное, ко­неч­но, ав­то­гра­фы вол­шеб­ных ман­дель­шта­мов­ских сти­хов – уг­ло­ва- тый по­черк как буд­то дик­ту­ет их ритм. Ка­жет­ся да­же, точ­нее, чем зву­ча­щий на вы­став­ке го­лос по­эта. Его ха­рак­тер, че­ло­ве­че­ские ка­че­ства ав­то­ры вы­став­ки не по­счи­та­ли нуж­ным иде­а­ли­зи­ро­вать. По­ка­за­ли и пись­мо, где Ман­дель­штам дер­зит Мак­си­ми­ли­а­ну Во­ло­ши­ну, вы­де­ли­ли и стро­ки из пись­ма Хо­да­се­ви­ча: «Ман­дель­штам. Осто­чер­тел. Пы­жит­ся. Вы­ку­рил все мои па­пи­ро­сы. Ущем­лен и уни­жен. По­сме­ши­ще все­кок­те­бель­ское». Но ко­гда ря­дом ле­жат цве­та­ев­ские «Вер­сты» с ав­тор­ской под­пи­сью «О. Ман­дель­шта­му» над сло­ва­ми: «Ты за­про­ки­ды­ва­ешь го­ло­ву за­тем, что ты гор­дец и враль», по­э­зия ука­зы­ва­ет про­зе жиз­ни ее не са­мое важ­ное ме­сто.

Слож­ный пе­ри­од со­вет­ской жиз­ни и тра­ги­че­ски пу­та­ные от­но­ше­ния Ман­дель­шта­ма с вла­стью так­же от­ра­же­ны по воз­мож­но­сти не тен­ден­ци­оз­но. Из­вест­ное пись­мо Бу­ха­ри­на Ста­ли­ну с об­ра­ще­ни­ем «До­ро­гой Ко­ба», где пунк­том 3 идет ку­сок «О по­эте Ман­дель­шта­ме», ко­то­рый «по­драл­ся (!) с А. Тол­стым» и, «без­услов­но, не со­всем нор­ма­лен», но не по­нят­но, в чем «на­блу­дил», пред­став­ле­но в ори­ги­на­ле. Чем впо­след­ствии обер­ну­лось для Ман­дель­шта­ма та­кое за­ступ­ни­че­ство – из­вест­но. Есте­ствен­но, тем, кто хо­ро­шо зна­ет био­гра­фию юби­ля­ра и ис­то­рию род­ной стра­ны. Ко­неч­но, невеж­де нече­го де­лать в Ли­те­ра­тур­ном му­зее, к нему здесь от­не­сут­ся без снис­хож­де­ния, но хоть ка­кие-то со­про­во­ди­тель­ные тек­сты вы­став­ке не­об­хо­ди­мы. Про­сто по-

то­му, что да­же за­ин­те­ре­со­ван­но­му и осве­дом­лен­но­му зри­те­лю чи­тать и рас­смат­ри­вать экс­по­на­ты фи­зи­че­ски уто­ми­тель­но – вит­ри­ны тем­ные, ру­ко­пи­си блед­ные.

Во­об­ще же здесь ка­кая-то уны­лая ат­мо­сфе­ра. Воз­мож­но, от окру­жа­ю­щей вы­став­ку об­ста­нов­ки му­зея – неопрят­ная раз­де­вал­ка, осо­бо бдительные смот­ри­тель­ни­цы, на­хо­дя­щи­е­ся в де­мон­стра­тив­но слож­ных от­но­ше­ни­ях друг с дру­гом и ред­ки­ми по­се­ти­те­ля­ми. Воз­мож­но, от пло­хой ор­га­ни­за­ции са­мой экс­по­зи­ции – сла­бо зву­ча­щий из ди­на­ми­ка го­лос Ман­дель­шта­ма, чи­та­ю­ще­го свои сти­хи (од­на из цен­ней­ших ча­стей), пло­хо от­ла­жен­ное ви­део на по­тол­ке, за­пря­тан­ный ку­да-то в угол и вре­мя от вре­ме­ни всту­па­ю­щий по­ми­наль­ным на­ба­том крест из двух ме­тал­ли­че­ских труб (зву­ко­вая ин­стал­ля­ция Н. Хру­ста и А. Ко­лей­чук мог­ла бы стать иде­аль­ным сим­во­ли­че­ским фи­на­лом), тес­ное соседство ко­пий и ори­ги­на­лов. Но от юби­лей­ной вы­став­ки по­эта, по­да­рив­ше­го ми­ру столь­ко вол­шеб­ных слов и строф, ве­ет ка­кой-то за­пре­дель­ной бо­гом за­быт остью.ДО 27 МАР­ТА

/ ГЛМ

До­ку­мен­ты и фо­то­гра­фии на­до рас­смат­ри­вать не спе­ша

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.