Альберт Ши­га­бут­ди­нов «Это впер­вые в ми­ре та­кая тех­но­ло­гия, в та­ких мас­шта­бах»

Альберт Ши­га­бут­ди­нов рас­ска­зал, в ка­кие про­ек­ты ТАИФ вло­жит де­сят­ки мил­ли­ар­дов руб­лей и по­че­му ему нра­вит­ся, как вла­сти Та­тар­ста­на ре­гу­ли­ру­ют эко­но­ми­ку

Vedomosti - - перша сторінка - Алек­сандра Те­рен­тье­ва

Врей­тин­ге Forbes 200 круп­ней­ших непуб­лич­ных ком­па­ний Рос­сии груп­па ТАИФ под­ня­лась с 36-го на 1-е ме­сто за шесть лет с 2005 г. По­след­ние три го­да в рей­тинг вхо­дит не груп­па, а од­на из 54 ее ком­па­ний – неф­те­пе­ре­ра­бот­чик ТАИФ-НК, и она дер­жит­ся в пер­вой по­лу­сотне. Ге­не­раль­ный ди­рек­тор хол­дин­га ТАИФ Альберт Ши­га­бут­ди­нов да­ет не пер­вое ин­тер­вью «Ве­до­мо­стям» и все­гда оп­ти­ми­сти­чен, да­же ес­ли при­хо­дит­ся го­во­рить о про­бле­мах и по­те­рях. В этот раз он рас­ска­зал о про­дол­же­нии про­ек­тов с мил­ли­ард­ны­ми ин­ве­сти­ци­я­ми в труд­ные для от­рас­ли вре­ме­на, об уве­ли­че­нии глу­бо­кой неф­те­пе­ре­ра­бот­ки, по­че­му част­ная ком­па­ния го­то­ва сле­до­вать ре­ко­мен­да­ци­ям ру­ко­вод­ства Та­тар­ста­на и мо­жет ли его сын управ­лять ТАИФом.

– Как ТАИФ за­кон­чил 2015 г.? Год сно­ва стал ре­корд­ным?

– Ни­как мы не мо­жем из­ме­нить­ся (сме­ет­ся). Был очень тя­же­лый год, но са­мый луч­ший год в на­шей ис­то­рии. По груп­пе ком­па­ний ТАИФ саль­ди­ро­ван­ные ре­зуль­та­ты сле­ду­ю­щие: до­хо­ды – 617 млрд руб., вы­руч­ка – 524 млрд руб., EBITDA – 140 млрд руб. При этом сред­не­го­до­вой темп ро­ста за пе­ри­од с 2000 по 2015 г. со­ста­вил 137%.

– А что по­мо­га­ет? То, что вы пра­виль­но по­до­бра­ли ли­ней­ку про­дук­тов и за­ме­ща­е­те им­порт неф­те­хи­мии?

– Со­став­ля­ю­щих мно­го, но глав­ное – чет­кая ра­бо­та по де­таль­но раз­ра­бо­тан­ной про­грам­ме раз­ви­тия груп­пы ком­па­ний ТАИФ. Точ­нее, сна­ча­ла бы­ли ре­а­ли­зо­ва­ны про­грам­мы 1995–2000, 2000–2005, 2005–2015 гг. Сей­час в груп­пе ТАИФ про­грам­ма с 2015 по 2030 г. Она пла­но­мер­но ре­а­ли­зу­ет­ся, и объ­ем ин­ве­сти­ций в мо­дер­ни­за­цию и но­вое стро­и­тель­ство с 2000 г. пре­вы­сил уже 500 млрд руб. Боль­ше все­го вре­ме­ни за­ни­ма­ет раз­ра­бот­ка де­таль­ных пла­нов. Глав­ное, что­бы они бы­ли ре­аль­ны­ми, что­бы те про­из­вод­ства, ко­то­рые мы мо­дер­ни­зи­ру­ем, стро­им, име­ли пер­спек­ти­ву как ми­ни­мум в бли­жай­шие 30 лет, что­бы то­ва­ры, ко­то­рые мы бу­дем вы­пус­кать, бы­ли аб­со­лют­но лик­вид­ны­ми не толь­ко в Рос­сии, а во всем ми­ре. И на­ши ре­зуль­та­ты во мно­гом свя­за­ны с ин­ве­сти­ци­я­ми. Бла­го­да­ря им про­из­во­дят­ся но­вые то­ва­ры, ко­то­рые бу­дут вос­тре­бо­ва­ны рын­ком. При­мер­но по­ло­ви­ну мы про­да­ем в Рос­сии, по­ло­ви­ну – экс­пор­ти­ру­ем. Что­бы ре­а­ли­зо­вать эти ин­вест­про­ек­ты, вклю­чая 2015 г., бы­ло при­вле­че­но бо­лее 1,15 трлн руб. кре­ди­тов, ко­то­рые уже от­ра­бо­та­ны, се­го­дня мы име­ем кре­дит­ную за­дол­жен­ность око­ло 30 млрд руб. Но, ко­неч­но, са­мое глав­ное – это лю­ди, вы­со­ко­про­фес­си­о­наль­ные спе­ци­а­ли­сты.

ПРО­БЛЕМ С ПРО­ДА­ЖЕЙ НЕТ – «Ниж­не­камск­неф­те­хим» и «Ка­за­ньорг­син­тез» де­мон­стри­ру­ют ре­корд­ные ре­зуль­та­ты. Раз­ве из-за кри­зи­са по­треб­ле­ние в Рос­сии не сни­зи­лось? Или уда­ет­ся часть невос­тре­бо­ван­ной здесь про­дук­ции про­дать на экс­порт?

– Есть неболь­шие те­ку­щие про­бле­мы, свя­зан­ные с ло­ги­сти­кой, но про­блем с про­да­жей нет. Нет про­блем и по ка­у­чу­кам, хо­тя ми­ро­вые це­ны на них силь­но ко­леб­лют­ся. Но мы про­да­ем. И про­да­ем по пря­мым кон­трак­там с та­ки­ми фир­ма­ми, как Bridgestone, Continental, Pirelli, Michelin, Goodyear, «Бе­ла­русь­ши­на», а так­же рос­сий­ски­ми ком­па­ни­я­ми. Мы не толь­ко не сни­жа­ем, но и по­сто­ян­но уве­ли­чи­ва­ем про­из­вод­ство. В ре­а­ли­зо­ван­ные про­грам­мы еще при раз­ра­бот­ке за­ло­же­ны тех­но­ло­ги­че­ские воз­мож­но­сти по­вы­ше­ния эф­фек­тив­но­сти про­из­вод­ства, ко­то­рые по­сто­ян­но рас­кры­ва­ют­ся в про­цес­се экс­плу­а­та­ции.

– Тем не ме­нее ТАИФ про­сил вве­сти по­шли­ны на по­ли­эти­лен низ­ко­го дав­ле­ния, на­при­мер...

– Пред­ла­гал.

– Пред­ла­гал. А по­че­му? Та­ким об­ра­зом вы про­си­те за­щи­тить внут­рен­ний ры­нок от им­пор­та? Зна­чит, про­бле­мы все­та­ки есть с про­да­жа­ми?

– Все рын­ки в ми­ре – Аме­ри­ки, Ев­ро­пы, Ближ­не­го Во­сто­ка, где мы ра­бо­та­ем, – име­ют за­гра­ди­тель­ные по­шли­ны от 6,5 до 25%, ко­то­рые да­ют пре­иму­ще­ство мест­ным про­из­во­ди­те­лям и умень­ша­ют на­шу до­ход­ность в поль­зу этих стран. А у нас они про­да­ют свою про­дук­цию без по­шлин. По­это­му мы счи­та­ем пра­виль­ным вы­рав­нять кон­ку­рент­ные воз­мож­но­сти, со­здать рав­ные усло­вия для всех. На­при­мер, в Турции то­же не бы­ло по­шлин, по­том 3% вве­ли, те­перь уже 10%. Мы же од­на из немно­гих рос­сий­ских ком­па­ний в об­ла­сти по­ли­ме­ров, ко­то­рая ра­бо­та­ет в же­сто­чай­ших усло­ви­ях кон­ку­рен­ции на ми­ро­вых рын­ках по­ли­эти­ле­на, по­ли­про­пи­ле­на, по­ли­сти­ро­ла, по­ли­кар­бо­на­та, пла­сти­ков, ка­у­чу­ков и т. д. На­при­мер, в Ин­дии на на­ши ка­у­чу­ки за­гра­ди­тель­ные по­шли­ны до 25%, в Бра­зи­лии до – 26%.

– Но это по­то­му, что счи­та­ет­ся, что в Рос­сии де­ше­вое сы­рье для неф­те­хи­мии, ко­то­рое обес­пе­чи­ва­ет мест­ным про­из­во­ди­те­лям до­пол­ни­тель­ную мар­жу.

– На­обо­рот, мы сы­рье по­ку­па­ем на­мно­го до­ро­же в Рос­сии, чем на­ши глав­ные кон­ку­рен­ты – про­из­во­ди­те­ли стран Пер­сид­ско­го за­ли­ва и юж­ной ча­сти США. При этом этих про­из­во­ди­те­лей еще и за­щи­ща­ют ввоз­ны­ми та­мо­жен­ны­ми по­шли­на­ми на на­шу про­дук­цию. И они сю­да та­щат свою про­дук­цию – к нам, в Рос­сию. По­это­му мы и пред­ло­жи­ли, что усло­вия для всех долж­ны быть рав­ны­ми, ес­ли мы на на­сто­я­щем чест­ном рын­ке ра­бо­та­ем. Это за­щи­та ин­те­ре­сов стра­ны.

– Что от­ве­ти­ли в пра­ви­тель­стве на ва­ше пред­ло­же­ние?

– От­ве­ти­ли, по­ка что ду­ма­ют. Ре­ше­ние не при­ня­то, они изу­ча­ют си­ту­а­цию и мо­жет быть по­ло­жи­тель­ное ре­ше­ние.

НО­ВЫЙ ЭТИЛЕНОВЫЙ КОМ­ПЛЕКС – Вы в этом го­ду со­хра­ня­е­те пла­ны стро­и­тель­ства эти­ле­но­во­го ком­плек­са на «Ниж­не­камск­неф­те­хи­ме»?

– Они уже при­ня­ты. Идет тща­тель­ная пла­но­мер­ная ра­бо­та по вы­бо­ру тех­но­ло­гий, по изу­че­нию рын­ков. Это огром­ный ком­плекс, и от вы­бо­ра пра­виль­но­го под­хо­да за­ви­сит, на­сколь­ко эф­фек­тив­но по­том бу­дет оку­пать­ся и на­сколь­ко дол­го на рын­ке бу­дет эта про­дук­ция. Вот эта ра­бо­та идет по «Ниж­не­камск­неф­те­хи­му» с 2007 г. Уже на­ра­бо­та­но столь­ко ма­те­ри­а­лов, се­го­дня идет тен­дер меж­ду та­ки­ми ком­па­ни­я­ми, как «Toйa ин­жи­ни­ринг» (груп­па Mitsui), CB&D, Lumus, Linde и др.

Со­сто­я­лись мно­го­крат­ные встре­чи с ру­ко­вод­ством этих ком­па­ний, и на­ла­же­на ра­бо­та со все­ми спе­ци­а­ли­ста­ми сред­не­го уров­ня.

– Со­об­ща­лось, что стро­и­тель­ство нач­нет­ся в этом го­ду. Оно нач­нет­ся?

– Оно уже на­ча­то. Под­во­дят­ся ком­му­ни­ка­ции, в том чис­ле по во­де, энер­ге­ти­ке, стро­ят­ся эс­та­ка­ды. Та­кой боль­шой про­ект тре­бу­ет се­рьез­ной под­го­тов­ки. А воз­ве­де­ние фун­да­мен­тов под ос­нов­ной про­ект нач­нет­ся в июне сле­ду­ю­ще­го го­да.

–А с бан­ком, ко­то­рый бу­дет фи­нан­си­ро­вать этот про­ект, вы до­го­во­ри­лись? ВТБ хо­тел...

– Бан­ков мно­го бы­ло, я не скрою, со все­ми пе­ре­го­во­ры про­ве­ли, схе­ма фи­нан­си­ро­ва­ния опре­де­ле­на – 15% соб­ствен­ных ре­сур­сов и 85% при­вле­чен­ных. Бан­ки – один из них вы на­зва­ли – го­то­вы участ­во­вать. Вы­бор окон­ча­тель­ный бу­дет сде­лан, ко­гда бу­дет под­пи­сан кон­тракт на ос­нов­ной объ­ект, по­то­му что од­ним из усло­вий тен­де­ра яв­ля­ет­ся при­вле­че­ние участ­ни­ком на свой объ­ем ра­бот фи­нан­си­ро­ва­ния че­рез экс­перт­но-кре­дит­ные агент­ства стран – участ­ни­ков тен­де­ра. В по­сле­ду­ю­щем бу­дет необ­хо­ди­мо со­сты­ко­вать бан­ки с вы­бран­ны­ми экс­перт­но­кре­дит­ны­ми агент­ства­ми.

– А сум­ма не из­ме­нит­ся? Вы го­во­ри­ли, она мо­жет умень­шить­ся. $9 млрд или бу­дет мень­ше?

– Про­ект раз­де­лен на че­ты­ре ча­сти сей­час.

– Ну, хо­ро­шо, пер­вые две – око­ло $4,5 млрд?

– Сна­ча­ла пред­по­ла­га­лось стро­и­тель­ство про­из­вод­ства на 1 млн т эти­ле­на. Сей­час уже 1,2 млн т. Объ­ем уве­ли­чен, но он раз­де­лен на че­ты­ре эта­па. В пер­вом ва­ри­ан­те бы­ло пред­ло­же­ние на 1 млн т эти­ле­на сто­и­мо­стью $9 млрд, ко­то­рое нас, мяг­ко го­во­ря, ни­как не устро­и­ло, так как ры­ноч­ные це­ны на из­го­тов­ле­ние обо­ру­до­ва­ния и стро­и­тель­ство го­раз­до ни­же.

– Это за счет де­валь­ва­ции?

– Нет. Это за счет тес­ной ра­бо­ты с те­ми ком­па­ни­я­ми, участ­ни­ка­ми тен­де­ра, ко­то­рые на­шли оп­ти­маль­ные це­ны на про­ект­ные ра­бо­ты, оп­ти­маль­ные це­ны на обо­ру­до­ва­ние, дру­гие услу­ги, ко­то­рые бу­дут ока­за­ны под­ряд­чи­ка­ми. Сто­и­мость про­ек­та бу­дет не вы­ше цен, ко­то­рые на рын­ке, с уче­том цен на энер­го­ре­сур­сы, ме­тал­лы, с уче­том то­го, что сей­час неболь­шой спад в стро­и­тель­стве неф­те­хи­ми­че­ских объ­ек­тов в Со­еди­нен­ных Шта­тах, и не толь­ко в США. Спад свя­зан с тем, что все, что им для се­бя на­до, они уже сде­ла­ли и на­хо­дят­ся в ре­жи­ме пус­ко­на­ла­доч­ных ра­бот и мно­гие мощ­но­сти по про­из­вод­ству обо­ру­до­ва­ния, под­ряд­чи­ки осво­бож­да­ют­ся, что се­рьез­но вли­я­ет на це­ну.

– По­че­му вы во­об­ще ре­ши­ли на­чать этот про­ект сей­час? На­ша эко­но­ми­ка стагни­ру­ет, пром­про­из­вод­ство не рас­тет. Со­от­вет­ствен­но, во­прос по­треб­ле­ния очень неод­но­знач­ный. И тем не ме­нее вы за­пус­ка­е­те но­вый боль­шой про­ект, при том что есть но­вые ана­ло­гич­ные про­ек­ты «Си­бу­ра» и мас­штаб­ные пла­ны «Рос­неф­ти», тем не ме­нее вы не от­ка­зы­ва­е­тесь от до­пол­ни­тель­ных огром­ных ин­ве­сти­ций.

– Мы же изу­ча­ем ры­нок, и не толь­ко в Рос­сии, мы изу­ча­ем

«Мы по­ка не мо­жем вы­рав­нять сто­и­мость за­им­ство­ва­ний у рос­сий­ских и за­ру­беж­ных бан­ков. У за­ру­беж­ных, ко­неч­но, де­шев­ле»

ми­ро­вой ры­нок по тем на­прав­ле­ни­ям, где ра­бо­та­ем. И на­ши ис­сле­до­ва­ния не го­во­рят о том, что в той об­ла­сти, где мы ра­бо­та­ем, есть стаг­на­ция. Про­стой при­мер: рань­ше мы вы­пус­ка­ли 400 000 т по­ли­ме­ров. Сей­час мы вы­пус­ка­ем где-то 2,5 млн т по­ли­ме­ров. Ко­гда 400 000–500 000 т по­ли­ме­ров мы вы­пус­ка­ли, у нас 50% про­да­ва­лось внут­ри стра­ны, 50% экс­пор­ти­ро­ва­лось. И се­го­дня та же са­мая си­ту­а­ция. Это го­во­рит о чем? О том, что внут­ри стра­ны идет раз­ви­тие при­ме­не­ния той про­дук­ции, ко­то­рую мы вы­пус­ка­ем.

СКОЛЬ­КО СТО­ЯТ ДЕНЬ­ГИ – На про­ект на «Ниж­не­камск­неф­те­хи­ме» вы пла­ни­ру­е­те 85% за­ем­ных средств, но став­ки уже не те, что бы­ли в 2007 г.

– На­сколь­ко я пом­ню, став­ки за­ем­ных средств для нас ни­ко­гда не пре­вы­ша­ли 8%, за ис­клю­че­ни­ем 2010–2012 гг. А се­рьез­но кре­ди­то­вать­ся мы на­ча­ли с 1996 г. Сред­няя став­ка в руб­лях за все вре­мя за­им­ство­ва­ний не пре­вы­ша­ла 4–5%. Это свя­за­но с про­фес­си­о­наль­ной ра­бо­той на­ших фи­нан­си­стов. Глав­ное – вер­нуть, а не толь­ко взять! Бан­кам вы­год­но с на­ми ра­бо­тать. Они за­клю­чи­ли с на­ми до­го­вор и за­бы­ли. Про­цен­ты по­лу­ча­ют и зна­ют, что вер­нут.

– Ино­гда они в этом не вполне уве­ре­ны. Помни­те ис­то­рию с «Ка­за­ньорг­син­те­зом»? Дол­го­вая на­груз­ка ком­па­нии пре­вы­ша­ла 10 EBITDA. Вам с тру­дом уда­лось ре­фи­нан­си­ро­вать долг в Сбер­бан­ке.

– Во­про­сов по ре­фи­нан­си­ро­ва­нию, тем бо­лее труд­но­стей, свя­зан­ных с этим, не бы­ло. Во­прос сто­ял о сто­и­мо­сти де­нег. То­гда все кре­ди­ты у нас бы­ли под 5–6% го­до­вых. Что­бы со­кра­тить сро­ки стро­и­тель­ства, по­вы­сить эф­фек­тив­ность ин­ве­сти­ций на «Ка­за­ньорг­син­те­зе», мы при­ме­ня­ли схе­му ре­фи­нан­си­ро­ва­ния. Что это зна­чит? Бы­ли от­кры­ты кре­дит­ные ли­нии по крат­ко­сроч­ным кре­ди­там и кре­дит­ные ли­нии по дол­го­сроч­ным кре­ди­там. Бра­ли крат­ко­сроч­ные кре­ди­ты, стро­и­ли, бра­ли дол­го­сроч­ные кре­ди­ты и ре­фи­нан­си­ро­ва­ли. И вдруг в кри­зис бан­ки от­ка­за­лись от до­го­во­ров по дол­го­сроч­ным кре­ди­там, тем са­мым со­здав про­бле­мы на ров­ном ме­сте и для се­бя, и для нас. Поль­зу­ясь та­кой си­ту­а­ци­ей, бан­ки хо­те­ли уве­ли­чить сто­и­мость кре­дит­ных ре­сур­сов. А ак­ци­о­не­ры и на­ши кон­суль­тан­ты, име­ю­щие от­но­ше­ние к бан­кам, пред­ла­га­ли вве­сти кри­зис­ное управ­ле­ние на 2,5 го­да, спи­сать часть кре­ди­тов, а про­цен­ты по ним во­об­ще не платить. С тру­дом уда­лось най­ти ком­про­мисс. Ре­ши­ли по­мочь и под­дер­жать бан­ки. До­ве­ли про­цент­ные став­ки по кре­ди­там до 14,75%. Го­су­дар­ство 50% сто­и­мо­сти кре­ди­та под­кре­пи­ло сво­и­ми га­ран­ти­я­ми. Та­кой ком­про­мисс­ный под­ход, под­дер­жан­ный ру­ко­вод­ством рес­пуб­ли­ки, ви­це­пре­мье­ром Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции Иго­рем Ива­но­ви­чем Шу­ва­ло­вым, поз­во­лил прак­ти­че­ски бук­валь­но в те­че­ние го­да до­ве­сти сто­и­мость кре­ди­тов в руб­лях до 8% и снять гос­га­ран­тии. Хо­тя неко­то­ры­ми сред­ства­ми мас­со­вой ин­фор­ма­ции об­ще­ствен­но­сти пре­под­но­си­лось, что «Ка­за­ньорг­син­тез» чуть ли не банк­рот. Еще в то вре­мя наш пре­зи­дент (то­гда он был пре­мьер-ми­ни­стром) Рустам Мин­ни­ха­нов ска­зал всем, в том чис­ле и бан­ки­рам: «Бук­валь­но прой­дет год или два, все мы бу­дем сме­ять­ся над тем, о чем се­го­дня го­во­ри­ли. И все вы, бан­ки­ры, бу­де­те стре­мить­ся ра­бо­тать с «Ка­за­ньорг­син­те­зом». На са­мом де­ле так и по­лу­чи­лось. Вы же са­ми ска­за­ли, что «Ка­за­ньорг­син­тез» ра­бо­та­ет с ре­корд­ны­ми по­ка­за­те­ля­ми.

– Вы не счи­та­е­те, что день­ги на но­вые про­ек­ты сей­час в Рос­сии до­ро­гие?

– Мы не смот­рим, под ка­кой про­цент бе­рут дру­гие. Наш уро­вень я ска­зал – 4–5%. Мы мо­жем в лю­бое вре­мя об­ра­тить­ся и взять, сколь­ко нам нуж­но. Здесь про­блем нет. У нас EBITDA – 140 млрд руб. по груп­пе ком­па­ний. В фи­нан­со­вой сре­де есть та­кой по­ка­за­тель, по ко­то­ро­му ком­па­ния мо­жет кре­ди­то­вать­ся на сум­му EBITDA, умно­жен­ную на 4. У нас ре­сур­сы поз­во­ля­ют, и бан­ки это зна­ют. Мы удач­но про­ве­ли пе­ре­го­во­ры по «Ниж­не­камск­неф­те­хи­му», там очень хо­ро­шее пред­ло­же­ние и у ВТБ, и у Сбер­бан­ка, и у дру­гих бан­ков.

–А с за­пад­ны­ми бан­ка­ми вы об­ща­лись?

– Да. Мы по­сто­ян­но с ни­ми ра­бо­та­ем.

– Они пред­ла­га­ют бо­лее выгодные усло­вия, чем гос­бан­ки, или де­ла­ют до­пол­ни­тель­ную над­бав­ку за гео­по­ли­ти­че­ские рис­ки?

– Мы по­ка не мо­жем вы­рав­нять сто­и­мость за­им­ство­ва­ний у рос­сий­ских и за­ру­беж­ных бан­ков. У за­ру­беж­ных, ко­неч­но, де­шев­ле. На­при­мер, с Райф­фай­зен­бан­ком мы име­ем 2,6% на 10 лет.

– Скла­ды­ва­ет­ся ощу­ще­ние, что у вас кри­зи­са-то и нет. Дру­гие ком­па­нии эко­но­мят, стра­да­ют, а у вас все хо­ро­шо.

– Мы все­гда ра­бо­та­ем, как буд­то на дво­ре кри­зис. Все лю­ди, все эле­мен­ты управ­ле­ния биз­не­сом на­стро­е­ны так, как буд­то мы ра­бо­та­ем в кри­зис­ной си­ту­а­ции. И так уже 26 лет.

«КА­ЗА­НЬОРГ­СИН­ТЕЗ» И ЭНЕР­ГЕ­ТИ­КА – «Ниж­не­камск­неф­те­хим» сей­час вы­шел на пер­вый план, а есть ли мас­штаб­ные про­ек­ты по «Ка­за­ньорг­син­те­зу»?

– Да, они вклю­че­ны в про­грам­му раз­ви­тия ГК ТАИФ с 2015–2030 гг. сто­и­мо­стью $14 млрд руб. Она то­же со­сто­ит из несколь­ких эта­пов. Пер­вый этап дол­жен быть за­вер­шен к 2020 г. и дол­жен вый­ти на 120 млрд руб. вы­руч­ки. Во­об­ще, по этой про­грам­ме ТАИФ дол­жен к 2025 г вый­ти на 1,2 трлн руб. об­щей вы­руч­ки.

– А что еще, ка­кие про­ек­ты?

– Их мно­го. На­при­мер, ТГК-16 за­вер­ша­ет стро­и­тель­ство ГТУ на 400 МВт на сво­ей Ка­зан­ской ТЭЦ-3. Этот про­ект поз­во­лит уве­ли­чить эф­фек­тив­ность ис­поль­зо­ва­ния мощ­но­сти по вы­ра­бот­ке элек­тро­энер­гии с се­го­дняш­них 220 МВт (при про­ект­ной мощ­но­сти 420 МВт) до 800 МВт. Се­го­дня на­ча­ты ра­бо­ты по ре­а­ли­за­ции про­ек­та стро­и­тель­ства но­вой стан­ции на 500 МВт в Ниж­не­кам­ске, идет тен­дер, от­ра­бо­та­ны все де­та­ли, ка­кая тех­но­ло­гия и оп­ти­маль­ная схе­ма. В тен­де­ре участ­ву­ют ми­ро­вые ком­па­нии-ли­де­ры, та­кие как General Electric, Siemens, Mitsui. Это боль­шие про­ек­ты по энер­ге­ти­ке. У нас и сей­час луч­шие та­ри­фы по теп­ло­вой энер­гии для по­тре­би­те­лей, од­ни из са­мых вы­год­ных по Рос­сии и луч­шие по Та­тар­ста­ну. Это ли­дер­ство на­до укре­пить. К 2020 г. мы долж­ны сде­лать та­кую энер­ге­ти­ку, что­бы в бли­жай­шие 25 лет по­треб­но­сти в уве­ли­че­нии мощ­но­стей в энер­ге­ти­ке, кро­ме по­вы­ше­ния эф­фек­тив­но­сти, у нас не бы­ло.

НА­ЛО­ГО­ВЫЙ МА­НЕВР – На ТАИФ-НК вы за­пу­сти­те в этом го­ду ком­плекс по глу­бо­кой пе­ре­ра­бот­ке тя­же­лых остат­ков?

– Есть уве­рен­ность, что в этом го­ду мы его за­пу­стим. Это впер­вые в ми­ре та­кая тех­но­ло­гия, в та­ких мас­шта­бах. И вы­пуск с 1 т неф­ти дол­жен быть 95% свет­лых неф­те­про­дук­тов.

– Сколь­ко убыт­ков вам при­нес на­ло­го­вый ма­невр по ТАИФ-НК?

– Луч­ше не спра­ши­вай­те.

– Уда­лось сба­лан­си­ро­вать это хо­тя бы в ноль?

– Нет. Сей­час прак­ти­че­ски все неф­те­пе­ре­ра­ба­ты­ва­ю­щие за­во­ды ра­бо­та­ют в убы­ток. При этом не все свя­за­но толь­ко с на­ло­го­вы­ми ма­нев­ра­ми, а боль­ше с рез­ким и глу­бо­ким па­де­ни­ем сто­и­мо­сти энер­го­ре­сур­сов в ми­ре.

– Осталь­ные ком­па­нии ком­пен­си­ру­ют это тем, что они уве­ли­чи­ва­ют экс­порт неф­ти.

– Не со­всем так. Они ра­бо­та­ют по да­валь­че­ской схе­ме. И боль­шие до­хо­ды, ко­то­рый дал боль­шой ма­невр по про­да­же неф­ти, ком­пен­си­ру­ют с лих­вой по­те­ри в неф­те­пе­ре­ра­бот­ке. Хо­тя им се­го­дня вы­год­нее экс­порт неф­ти, чем ее пе­ре­ра­бот­ка в стране. А у нас неф­те­до­бы­чи нет.

«БАШ­НЕФТЬ» – Вы от­прав­ля­ли за­яв­ку на по­куп­ку «Баш­неф­ти»? Как раз бы нефть своя бы­ла. Вы же по­лу­чи­ли пред­ло­же­ние?

– Во-пер­вых, у «Баш­неф­ти» свои за­во­ды. До­бы­ва­ют они ме­нее 20 млн т неф­ти, а пе­ре­ра­ба­ты­ва­ют бо­лее 22– 23 млн т. Во-вто­рых, у них там то­же тя­же­лая осо­босер­ни­стая нефть, боль­но-то не раз­бе­жишь­ся. Но мы зна­ем, что в тен­де­ре участ­ву­ет «Тат­нефть». У нас есть до­го­во­рен­ность, что, ес­ли у «Тат­неф­ти» по­лу­ча­ет­ся, мы бу­дем с ни­ми участ­во­вать на па­ри­тет­ной ос­но­ве. А от­дель­но мы не за­яв­ля­лись.

– На ваш взгляд, ка­кая це­на кон­троль­но­го па­ке­та «Баш­неф­ти» спра­вед­ли­ва? Па­кет оце­ни­ли в 306 млрд руб.

– Мы со спе­ци­а­ли­ста­ми еще не об­суж­да­ли этот во­прос.

– Вы же долж­ны по­ни­мать, сколь­ко вы го­то­вы по­тра­тить? У вас есть ка­кой-то ли­мит, сколь­ко вы го­то­вы по­тра­тить?

– Ли­ми­ты я на­звал уже. 600 млрд руб. мак­си­маль­ных за­им­ство­ва­ний. У нас есть ре­сур­сы, ко­то­рые нам поз­во­ля­ют при­вле­кать день­ги. И сво­бод­ные де­неж­ные ре­сур­сы у нас все­гда вкла­ды­ва­ют­ся в про­из­вод­ство, ко­то­рое нас обес­пе­чи­ва­ет де­неж­ны­ми ре­сур­са­ми или яв­ля­ет­ся га­ран­ти­ей при­вле­че­ния де­нег.

– Это же пер­вый слу­чай, ко­гда вы хоть чем-то за­ин­те­ре­со­ва­лись за пре­де­ла­ми Та­тар­ста­на.

– Да, ко­гда до­ма ра­бо­ты мно­го, к со­се­дям не тя­нет. Но тут осо­бый слу­чай.

– А по­че­му вдруг? Ре­аль­но хо­ро­шая ком­па­ния «Баш­нефть»?

– Нель­зя ска­зать, что это толь­ко ком­мер­че­ские ин­те­ре­сы. Во­про­сы баш­кир­ской неф­те­хи­мии и пе­ре­ра­бот­ки свя­за­ны с на­шей неф­те­хи­ми­ей. При этом у них очень мно­го про­дук­тов, ко­то­рые мы мо­жем ис­поль­зо­вать в на­ших неф­те­хи­ми­че­ских про­цес­сах, и на­обо­рот. У нас еще плюс к это­му по­стро­е­ны про­дук­то­про­во­ды, в том чис­ле и для неф­ти. За­кры­вая вза­им­ные те­ку­щие по­треб­но­сти, уже че­рез год мож­но по­лу­чить боль­шой си­нер­ге­ти­че­ский эф­фект, по­вы­сить и их, и на­шу вы­руч­ку. Вот по­это­му мы и за­ин­те­ре­со­ва­лись, да­ли со­гла­сие, ска­за­ли «Тат­неф­ти»: ес­ли что – мы с ни­ми. А там уж как по­лу­чит­ся. Это один из ис­точ­ни­ков по­лу­чить до­пол­ни­тель­ные до­хо­ды от вза­и­мо­дей­ствия (см. так­же ста­тью на стр. 12).

С РЕСПУБЛИКОЙ ВМЕ­СТЕ – Да­вай­те про рес­пуб­ли­кан­скую при­ва­ти­за­цию по­го­во­рим. По­че­му вы не ста­ли вы­ку­пать го­с­па­кет «Ниж­не­камск­неф­те­хи­ма»?

– Не бы­ло пред­ло­же­ний.

– То есть как? Рес­пуб­ли­ка же про­да­ва­ла 22%.

– Но нам не бы­ло пред­ло­же­ний.

– «Тат­нефть» же ку­пи­ла?

– Зна­чит, ей бы­ло пред­ло­же­ние.

– То есть ес­ли бы вам пред­ло­жи­ли, вы бы ку­пи­ли?

– Ко­неч­но. Это по­мог­ло бы уско­рить ре­а­ли­за­цию но­вых про­ек­тов «Ниж­не­камск­неф­те­хи­ма».

– А ес­ли бу­дет про­да­вать­ся до­пол­ни­тель­ный па­кет «Тат­неф­ти» – там оста­лось 4,3%? Вам это ин­те­рес­но?

– Это на­ши фи­нан­си­сты долж­ны ска­зать. Ес­ли мы на этом мо­жем за­ра­бо­тать, то мы ку­пим.

–А у ТАИФа в «Тат­неф­ти» ка­кой-то па­кет остал­ся?

– Это 2,9–3%, ко­то­рые мы при­об­ре­ли, по-мо­е­му, еще в 1999–2000 гг.

– Ко­гда со­сто­я­лась сдел­ка, Мин­ни­ха­нов го­во­рил, что ак­ции «Ниж­не­камск­неф­те­хи­ма» про­да­ны «Тат­неф­ти», что­бы груп­пы ТАИФ и «Тат­нефть» до­пол­ня­ли друг дру­га. Как это бу­дет ра­бо­тать? Они бу­дут ин­ве­сти­ро­вать вме­сте с ва­ми, на­при­мер, в этиленовый ком­плекс?

– Во-пер­вых, ру­ко­вод­ство рес­пуб­ли­ки все­гда при­ни­ма­ло ре­ше­ния, на­прав­лен­ные на уско­рен­ное раз­ви­тие рес­пуб­ли­ки. И я ду­маю, что ре­ше­ния по «Тат­неф­ти» с этим свя­за­ны. И ко­неч­но, ес­ли ак­ции «Ниж­не­камск­неф­те­хи­ма» бу­дут при­но­сить поль­зу «Тат­неф­ти», нам это то­же вы­год­но, что­бы наш парт­нер был силь­ным, бо­га­тым. Как у нас в на­ро­де го­во­рят: «Ес­ли у те­бя со­сед бо­га­тый, то твоя ку­ри­ца все­гда сы­та». От­то­го, что у них эти ак­ции есть, мы все­гда с ни­ми мо­жем сесть за стол пе­ре­го­во­ров, об­су­дить, как ис­поль­зо­вать эти ак­ции так, что­бы ка­пи­та­ли­за­ция их уве­ли­чи­лась.

– А по­че­му ТАИФ вы­пол­ня­ет ре­ко­мен­да­ции пра­ви­тель­ства? Ведь вы же не гос­ком­па­ния?

– По­то­му что они все­гда на­прав­ле­ны на уско­рен­ное раз­ви­тие рес­пуб­ли­ки,

в том чис­ле и на­шей ком­па­нии.

– За­ви­сит все от то­го, кто при­ни­ма­ет ре­ше­ния.

– По­вез­ло рес­пуб­ли­ке. И с пер­вым пре­зи­ден­том Та­тар­ста­на, и со вто­рым.

– А для вас важ­но, что рес­пуб­ли­ка со­хра­ня­ет ка­кие-то па­ке­ты ва­ших пред­при­я­тий? Что это вам да­ет?

– Важ­но. Это зна­чит, что в сво­ем раз­ви­тии мы еще не до­стиг­ли тех ре­зуль­та­тов, ко­то­рые воз­мож­ны и устра­и­ва­ют рес­пуб­ли­ку.

А нам да­ет как ми­ни­мум эф­фек­тив­но и уско­рен­но ре­а­ли­зо­вать про­ек­ты раз­ви­тия на­ших ком­па­ний.

И ВМЕ­СТЕ С ДЕТЬМИ – В по­след­ние два го­да в рос­сий­ском биз­не­се в ак­тив­ную фа­зу де­я­тель­но­сти вхо­дят де­ти ли­де­ров, тех, кто со­зда­вал биз­нес в на­ча­ле 1990-х. У Алек­пе­ро­ва, Ке­ри­мо­ва, Аб­ра­мо­ви­ча де­ти на­чи­на­ют са­ми управ­лять, са­ми дей­ство­вать. По­лу­ча­ет­ся столк­но­ве­ние лю­дей, за­ка­лен­ных и про­шед­ших 1990е и 2000-е гг., с людь­ми но­во­го скла­да. Взры­во­опас­но по­лу­ча­ет­ся?

– Ну, все мы не веч­ны, хо­тим мы это­го или не хо­тим, это все рав­но про­изой­дет ра­но или позд­но. Глав­ное долж­но опре­де­лять­ся мак­си­маль­ным про­фес­си­о­на­лиз­мом тех лю­дей, ко­то­рые при­дут на сме­ну. Ес­ли де­ти вы­со­ко­про­фес­си­о­наль­ные и смо­гут это де­ло воз­гла­вить, я ду­маю, это непло­хо, по­то­му что те, кто ухо­дит, их уже зна­ют, ро­ди­ли их, вос­пи­та­ли, зна­ют, на что они спо­соб­ны.

– А ваш сын смо­жет управ­лять ТАИФом?

– Я не ду­мал об этом как-то. Ко­гда ме­ня нет – управ­ля­ет же.

– Справ­ля­ет­ся?

– Кро­ме него есть и дру­гие за­мы. Ино­гда Ру­стем Суль­те­ев оста­ет­ся, ко­гда я уез­жаю. Ино­гда мы вме­сте уез­жа­ем, оста­ет­ся Гу­зе­лия Са­фи­на. Ино­гда мы втро­ем уез­жа­ем на неде­лю, две неде­ли в ко­ман­ди­ров­ку, оста­ет­ся [сын] Руслан – справ­ля­ет­ся же. Но дру­го­го при­ме­ра я не мо­гу при­ве­сти, по­то­му что не знаю. Ес­ли так вста­нет во­прос че­рез год или два, я бу­ду по­ла­гать­ся на их ре­ше­ния и на ре­ше­ния ак­ци­о­не­ров. И я бу­ду воз­дер­жи­вать­ся в го­ло­со­ва­нии, ес­ли во­прос бу­дет ка­сать­ся мо­их де­тей и они про­тив пред­ло­же­ния. Вдруг я не все знаю.-

ПРЕСС-ЦЕНТР ОАО «ТАИФ»

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.