Иг­ры с про­ва­ла­ми в па­мя­ти

Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - *Алек­сандр Руб­цов

... Са­мое низ­ко­проб­ное сло­во­из­вер­же­ние фик­си­ру­ет­ся в борь­бе за непри­кос­но­вен­ность ис­то­ри­че­ско­го ми­фа

Исто­ри­че­ская те­ма­ти­ка сей­час вы­хо­дит на пер­вый план в идей­ных дис­кус­си­ях, про­во­ци­ру­е­мых идео­ло­ги­че­ской са­мо­де­я­тель­но­стью при вла­сти. Об­суж­де­ние ве­дет­ся в жан­ре «по­ле­ми­ки на по­ра­же­ние», по дво­ро­во­му прин­ци­пу «убий­ство дра­ке не по­ме­ха». Как ни стран­но, са­мое низ­ко­проб­ное и гряз­ное сло­во­из­вер­же­ние на­блю­да­ет­ся сей­час имен­но в борь­бе за непри­кос­но­вен­ность ис­то­ри­че­ско­го ми­фа (или, на­обо­рот, за «при­кос­но­вен­ность» со­бор­ных со­ору­же­ний, что по су­ти то же). Ре­ак­ция на во­про­сы, в со­об­ще­стве нор­маль­ных лю­дей вполне об­суж­да­е­мые спо­кой­но и ра­ци­о­наль­но, вдруг ока­зы­ва­ет­ся мгно­вен­ной и визг­ли­во-ис­те­ри­че­ской, буд­то че­ло­ве­ку вме­сто ар­гу­мен­та что-то при­ще­ми­ли. «Хо­лод­ная граж­дан­ская вой­на» на этом идей­ном по­ле все ча­ще пе­ре­хо­дит в го­ря­чую фа­зу.

Од­на­ко в дан­ном раз­го­во­ре под ис­то­ри­ей обыч­но по­ни­ма­ет­ся преж­де все­го исто­ри­че­ская фрак­ция идео­ло­гии и про­па­ган­ды. Ис­то­рия как на­у­ка в фор­ма­те ака­де­ми­че­ско­го зна­ния оста­ет­ся на вто­ром плане, ес­ли не во­все ис­че­за­ет в око­ло­и­сто­ри­че­ском ту­мане СМИ, офи­ци­аль­ной ри­то­ри­ки, пуб­ли­ци­сти­ки, книж­но­го со­чи­ни­тель­ства и про­па­ган­ды, па­ра­зи­ти­ру­ю­щей на ис­то­рии. Раз­рыв меж­ду на­у­кой и про­мы­ва­ни­ем моз­гов ока­зы­ва­ет­ся здесь во­пи­ю­щим, но это ма­ло ко­го сму­ща­ет, при­чем по обе сто­ро­ны. Ис­то­рия, ис­то­риосо­фия и ис­то­рио­гра­фия как со­став­ля­ю­щие идео­ло­гии не счи­та­ют нуж­ным хо­тя бы огля­ды­вать­ся на на­у­ку и ин­те­ре­со­вать­ся мне­ни­ем про­фес­си­о­наль­но­го со­об­ще­ства. И на­обо­рот.

Си­ту­а­ция от­ча­сти но­вая. Да­же в со­вет­ской мо­де­ли на­уч­ная идео­ло­гия, де-фа­кто до­ми­ни­ро­вав­шая в ре­жи­ме идео­кра­тии, ста­ра­лась под­дер­жи­вать хоть ка­кое-то со­от­вет­ствие меж­ду ми­фом и соб­ствен­но зна­ни­ем. Это про­яв­ля­лось в дав­ле­нии на на­у­ку (ко­то­ро­го сей­час су­ще­ствен­но мень­ше, ес­ли не счи­тать са­мо­цен­зу­ры и при­выч­ки дер­жать нос по вет­ру). Но это и не­сколь­ко стре­но­жи­ло идео­ло­ги­че­скую фан­та­зию, вы­нуж­ден­ную огля­ды­вать­ся на ав­то­ри­тет ис­то­ри­ков-про­фес­си­о­на­лов. Сей­час эти «бе­ре­га» со­еди­ня­ют раз­ве что скан­да­лы с дис­сер­та­ци­я­ми функ­ци­о­не­ров, со­дер­жа­ние и ме­то­ды за­щи­ты ко­то­рых вы­зы­ва­ют сме­шан­ное чув­ство сты­да и от­вра­ще­ния. Од­на­ко на­сколь­ко про­па­ган­да не ин­те­ре­су­ет­ся по­зи­ци­ей ис­то­ри­ков, на­столь­ко же и са­мо на­уч­ное со­об­ще­ство в це­лом пред­по­чи­та­ет ди­стан­ци­ро­вать­ся от скан­даль­ных кол­ли­зий, хо­тя здесь есть что предъ­явить веж­ли­во, ве­со­мо и зри­мо.

Идео­ло­ги­ей и ака­де­ми­че­ским зна­ни­ем по­зи­ции ис­то­рии в об­ще­стве не ис­чер­пы­ва­ют­ся. Еще од­ну та­кую суб­стан­цию вскры­ло глу­бин­ное ис­сле­до­ва­ние ис­то­ри­че­ско­го со­зна­ния и куль­ту­ры па­мя­ти, про­ве­ден­ное в рам­ках про­ек­та «Ка­кое про­шлое нуж­но бу­ду­ще­му Рос­сии» (Воль­ное исто­ри­че­ское об­ще­ство при под­держ­ке Ко­ми­те­та граж­дан­ских ини­ци­а­тив; со­ав­то­ры со­цио­ло­ги­че­ской ча­сти – Гри­го­рий Юдин и Да­рья Хлев­нюк). Ис­сле­до­ва­ние по­ка­за­ло, что на­ря­ду с ого­су­дар­ствлен­ной и ге­ро­изи­ро­ван­ной ис­то­ри­ей на­би­ра­ет си­лу и иной пласт зна­ния о про­шлом – неофи­ци­аль­ная, ло­каль­ная и во мно­гом при­ват­ная ис­то­рия, ко­то­рой за­ни­ма­ют­ся на ме­стах обыч­ные лю­ди, ис­сле­ду­ю­щие про­шлое се­мьи, ме­ста или со­бы­тий, свя­зан­ных с близ­ки­ми судь­ба­ми. Сей­час эта в са­мом стро­гом смыс­ле сло­ва граж­дан­ская ини­ци­а­ти­ва ста­но­вит­ся мас­со­вой и си­стем­ной. Сре­ди обыч­ных лю­дей ста­но­вит­ся есте­ствен­ным, пра­виль­ным и по-сво­е­му нор­маль­ным ин­те­ре­со­вать­ся этой близ­кой ис­то­ри­ей, ис­сле­до­вать ее и знать, об­ме­ни­вать­ся этим зна­ни­ем «по го­ри­зон­та­ли», меж­ду со­бой.

Ес­ли те­перь пред­ста­вить се­бе в це­лом всю эту кон­струк­цию из трех ис­то­рий – ака­де­ми­че­ской (на­уч­ной), идео­ло­ги­че­ской (про­па­ган­дист­ской) и, на­ко­нец, при­ват­ной (граж­дан­ской), то вы­яв­ля­ет­ся си­сте­ма слож­ных вза­и­мо­от­но­ше­ний меж­ду ни­ми с весь­ма неожи­дан­ны­ми при­тя­же­ни­я­ми и от­тал­ки­ва­ни­я­ми.

Уже от­ме­ча­лось доб­ро­воль­но-при­ну­ди­тель­ное ди­стан­ци­ро­ва­ние друг от дру­га меж­ду ис­то­ри­ей на­уч­ной и «ис­то­ри­ей» офи­ци­аль­но-идео­ло­ги­че­ской. При­мер­но та­кое же ди­стан­ци­ро­ва­ние есть и меж­ду го­су­дар­ствен­ной ми­фо­ло­ги­ей и зна­ни­ем при­ват­ным (в про­ек­те эти две ис­то­рии так и на­зва­ны: «пер­вая» и «вто­рая»; при этом при­ват­ное зна­ние на­зва­но здесь «вто­рой» ис­то­ри­ей толь­ко с уче­том мас­шта­бов пуб­лич­ной пред­став­лен­но­сти, но ни­как не по зна­че­нию, а тем бо­лее не по от­но­ше­нию к пер­вич­но­сти пред­ме­та). Ге­ро­и­че­ский миф от вла­сти

Лю­дям, ис­пор­чен­ным про­па­ган­дой, труд­но по­ве­рить, что пуб­ли­ка­ция спи­соч­но­го со­ста­ва ор­га­нов НКВД мо­жет быть во­все не свя­зан­ной с мо­ти­ва­ми ме­сти

не осо­бен­но ин­те­ре­су­ет­ся этим ни­зо­вым и по­все­днев­ным зна­ни­ем; в свою оче­редь и са­ма эта «ис­то­рия граж­дан» не всту­па­ет в по­ле­ми­че­ские или хо­тя бы кон­ку­рент­ные от­но­ше­ния с «ис­то­ри­ей го­су­дар­ства», за­ни­ма­ясь сво­им част­ным и чест­ным де­лом спо­кой­но и по­ми­мо вла­сти. По­ка яв­но­го кон­флик­та здесь нет, но сто­ит вспом­нить, как и по­че­му Ста­лин в свое вре­мя столь ме­то­дич­но, без­жа­лост­но и имен­но в первую го­ло­ву рас­пра­вил­ся с «ко­ро­еда­ми» – с кра­е­ве­де­ни­ем, и сей­час ка­жу­щим­ся со­вер­шен­но не опас­ным для вла­сти. Те лю­ди на­вер­ху зна­ли, что де­ла­ют (не бо­юсь дать под­сказ­ку, по­сколь­ку сей­час опыт ис­ко­ре­не­ния «вто­рой ис­то­рии» вряд ли по­вто­рим).

Не по­след­нюю роль иг­ра­ет здесь и скры­тая кон­ку­рен­ция «пер­вой» и «вто­рой» ис­то­рии. Пусть они яв­но не спо­рят, но на фоне жи­во­го ин­те­ре­са к под­лин­ной и близ­кой ис­то­рии го­су­дар­ствен­ная ми­фо­ло­гия по­бед, прав­ле­ний, по­дви­гов и при­со­еди­не­ний вы­гля­дит для лю­дей ку­да ме­нее ин­те­рес­ной и зна­чи­мой (что так­же вы­яв­ле­но в ис­сле­до­ва­нии). В этом смыс­ле ны­неш­нее шпри­це­ва­ние моз­гов ис­то­ри­че­ской ми­фо­ло­ги­ей все бо­лее на­по­ми­на­ет со­вет­скую идео­ло­гию, преж­де все­го ори­ен­ти­ро­ван­ную на по­треб­ле­ние са­мой вла­стью в ре­жи­ме ярост­но­го са­мо­удо­вле­тво­ре­ния. В этом «ми­фе для се­бя» все долж­но бы­ло сой­тись и успо­ко­ить, при­ми­рить с Боль­шой Ис­то­ри­ей, а то, что для осталь­ных все это мог­ло быть смеш­но или неин­те­рес­но, уже не име­ло зна­че­ния. Про­дви­же­ние ны­неш­ней ми­фо­ло­гии все так же на­по­ми­на­ет идей­ную ма­стур­ба­цию, пуб­лич­ность ко­то­рой лишь еще бо­лее от­вра­ща­ет пуб­ли­ку вне но­мен­кла­ту­ры. Ре­зуль­та­тив­ность этой бюд­же­то­ем­кой де­я­тель­но­сти не рав­на ну­лю, но ее КПД ни­зок, а от­чет­ность со­став­ля­ет от­дель­ное на­прав­ле­ние кре­а­тив­ной ми­фо­ло­гии.

На фоне ди­стан­ци­ро­ва­ния и от­тал­ки­ва­ния меж­ду ис­то­ри­ей «граж­дан­ской» и «го­су­дар­ствен­ной» тем бо­лее ин­те­рес­но нефор­маль­ное сбли­же­ние «вто­рой ис­то­рии» с ис­то­ри­ей на­уч­ной, ака­де­ми­че­ской. Меж­ду ни­ми по­чти нет или как ми­ни­мум яв­но недо­ста­ет свя­зей ор­га­ни­за­ци­он­ных, но, как ни стран­но, об­на­ру­жи­ва­ет­ся мно­го об­ще­го в эти­ке и ме­то­до­ло­гии под­хо­да, в са­мом ха­рак­те­ре от­но­ше­ния к пред­ме­ту, в са­мом сти­ле ра­бо­ты с ма­те­ри­а­лом. До­ста­точ­но от­ме­тить на­вык кри­ти­ки внут­рен­них и внеш­них ис­точ­ни­ков, свой­ствен­ный как стро­гой на­у­ке, так и «вто­рой» ис­то­рии, но сей­час прак­ти­че­ски утра­чен­ный ны­неш­ним по­до­би­ем жур­на­ли­сти­ки и са­мим обы­ден­ным со­зна­ни­ем, при­вы­ка­ю­щем ве­рить во все под­ряд, вклю­чая то, что лю­ди са­ми же вос­при­ни­ма­ют как «по­лез­ную ложь».

«Вто­рая ис­то­рия» ори­ен­ти­ро­ва­на на вы­яв­ле­ние и вос­ста­нов­ле­ние ис­то­ри­че­ской прав­ды, и де­ла­ет она это, ми­нуя идео­ло­ги­че­ские и по­ли­ти­че­ские дог­мы, по воз­мож­но­сти без­оце­ноч­но, без пря­мо­го рас­че­та на по­ли­ти­че­скую ути­ли­за­цию. В этом она сбли­жа­ет­ся с ба­зо­вы­ми прин­ци­па­ми и фун­да­мен­таль­ным это­сом ака­де­ми­че­ской на­у­ки. Что в це­лом не­уди­ви­тель­но: на­уч­ная чест­ность и по­ря­доч­ность в жизни – свой­ства род­ствен­ные, это ка­че­ства лю­дей од­ной по­ро­ды.

Прав­да, здесь есть своя про­бле­ма. О. Геор­гий Фло­ров­ский пи­сал: «Поз­же все­го про­сы­па­ет­ся в рус­ской ду­ше ин­тел­лек­ту­аль­ная со­весть – стро­гость и от­вет­ствен­ность в по­зна­нии». Тем бо­лее на­до це­нить, ко­гда эти свой­ства в на­ро­де все же про­яв­ля­ют­ся, при­чем без спе­ци­аль­но­го внеш­не­го воз­дей­ствия. Од­на­ко лю­дям, ис­пор­чен­ным про­па­ган­дой, труд­но по­ве­рить, что да­же пуб­ли­ка­ция спи­соч­но­го со­ста­ва ор­га­нов НКВД в сво­ей глав­ной ин­тен­ции мо­жет быть во­все не свя­зан­ной с мо­ти­ва­ми ме­сти и сим­мет­рич­но­го пре­сле­до­ва­ния. В свою оче­редь, и са­ма эта мгно­вен­но-нев­ро­ти­че­ская ре­ак­ция на по­доб­ные пуб­ли­ка­ции свя­за­на да­же не столь­ко с ис­пу­гом от раз­об­ла­че­ний и их воз­мож­ных по­след­ствий, сколь­ко с об­щим ощу­ще­ни­ем, что нечто непред­ска­зу­е­мо силь­ное ти­хо от­би­ва­ет­ся от рук, вы­хо­дит из-под кон­тро­ля, на­пи­ты­ва­ет­ся кра­моль­ной са­мо­де­я­тель­но­стью и са­мо­сто­я­тель­но­стью – граж­дан­ской ини­ци­а­ти­вой. Сам факт, что кто-то поз­во­ля­ет се­бе что-то воз­ра­жать, вы­зы­ва­ет шок, вы­би­ва­ю­щий мозг.

Что, впро­чем, то­же не но­во, по­сколь­ку в пол­ной ме­ре вы­ме­ща­ет­ся в от­но­ше­нии вла­сти к ака­де­ми­че­ской на­у­ке, в рав­ной ме­ре гу­ма­ни­тар­ной, точ­ной и есте­ствен­ной. На­у­ка в соб­ствен­ном смыс­ле сло­ва все­гда бы­ла и бу­дет об­раз­цом чест­но­сти, по­ря­доч­но­сти и до­сто­ин­ства – а по­то­му жи­вым уко­ром для вся­ко­го ро­да от­вя­зан­ной идео­ло­гии и по­ли­ти­ки.-

/ МИ­ХА­ИЛ КЛИМЕНТЬЕВ / ПРЕСС-СЛУЖ­БА ПРЕ­ЗИ­ДЕН­ТА РФ / ТАСС

Борь­ба за непри­кос­но­вен­ность ис­то­ри­че­ско­го ми­фа труд­на, но бла­го­дар­на

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.