Кар­тель по­чти не ви­ден

ар­те­ли – гло­баль­ное и крайне опас­ное для эко­но­ми­ки яв­ле­ние, не зна­ю­щее гео­гра­фи­че­ских гра­ниц. В от­ли­чие от дру­гих ан­ти­мо­но­поль­ных на­ру­ше­ний они все­гда пря­мо вли­я­ют на кар­ман по­тре­би­те­ля, осо­бен­но в раз­ви­ва­ю­щих­ся эко­но­ми­ках: чем ху­же раз­ви­та кон­ку­рен­ция в

Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - *На­та­лья Мо­су­но­ва

... Ес­ли кон­ку­рен­ты до­го­во­ри­лись о пре­кра­ще­нии кон­ку­рен­ции – а та­кое бывает в России, – рын­ка как та­ко­во­го и нет

КАНТИКАРТЕЛЬНАЯ ПО­ЛИ­ТИ­КА

Ес­ли в осталь­ных сфе­рах, кон­тро­ли­ру­е­мых ан­ти­мо­но­поль­ны­ми вла­стя­ми (доб­ро­со­вест­ность по­ве­де­ния до­ми­ни­ру­ю­щих компаний или кон­троль кон­цен­тра­ции в сдел­ках по сли­я­нию и по­гло­ще­нию), оце­ни­ва­ет­ся ре­зуль­тат та­ких дей­ствий, по­сколь­ку нега­тив­ные по­след­ствия для рын­ка мо­гут и не на­сту­пить, то кар­те­ли вез­де без ис­клю­че­ния за­пре­ще­ны per se (по объ­ек­ту). То есть со­гла­ше­ние кон­ку­рен­тов за­пре­ще­но с мо­мен­та до­сти­же­ния та­ко­го со­гла­ше­ния вне за­ви­си­мо­сти от его эф­фек­та, эко­но­ми­че­ской вы­го­ды кар­те­ля, раз­ме­ров ущер­ба и т. д. Для это­го есть как ми­ни­мум три при­чи­ны. 1. Нет смыс­ла оце­ни­вать ре­зуль­та­ты недоб­ро­со­вест­ной кон­ку­рен­ции, ес­ли кон­ку­рен­ты до­го­во­ри­лись о ее пре­кра­ще­нии по лю­бым ос­но­ва­ни­ям, – кон­ку­рен­ции как ос­но­вы рын­ка уже нет. Си­ту­а­ция ана­ло­гич­на на­ру­ше­нию в спор­тив­ных тур­ни­рах, где за­пре­ще­ны имен­но до­го­во­рен­но­сти меж­ду участ­ни­ка­ми неза­ви­си­мо от ре­зуль­та­та (ни ме­сто, ни ме­даль, ни го­но­рар не име­ют зна­че­ния, что­бы счи­тать сго­вор на­ру­ше­ни­ем). 2. Эм­пи­ри­че­ские дан­ные по­ка­зы­ва­ют, что неиз­беж­но рас­ту­щая це­на до­пол­ни­тель­но вы­ни­ма­ет из кар­ма­на по­тре­би­те­ля в сред­нем око­ло 20%, а ес­ли то­вар про­из­во­дит­ся участ­ни­ка­ми меж­ду­на­род­но­го кар­те­ля, пе­ре­пла­ты мо­гут со­став­лять и 30%. 3. Ми­ни­ми­за­ция из­дер­жек по рас­сле­до­ва­нию и пре­се­че­нию на­ру­ше­ния. Кар­тель­ные рас­сле­до­ва­ния не­ред­ко идут го­ды из-за сек­рет­ной при­ро­ды до­го­во­рен­но­стей. При­ни­мая во вни­ма­ние аб­со­лют­ную вре­до­нос­ность сго­во­ров кон­ку­рен­тов, нет смыс­ла тра­тить крайне огра­ни­чен­ный ре­сурс на ис­сле­до­ва­ние и до­ка­зы­ва­ние еще и их эф­фек­та. До­ста­точ­но до­ка­зать, что кон­ку­рен­ты до­го­во­ри­лись не кон­ку­ри­ро­вать.

Су­ды всех стран и кон­ти­нен­тов уди­ви­тель­но еди­но­душ­ны в ин­тер­пре­та­ции кар­те­лей как на­ру­ше­ний, за­пре­щен­ных имен­но как со­гла­ше­ния. Крайне ред­ко су­ды об­ра­ща­ют­ся к эф­фек­там, про­из­ве­ден­ным кар­те­ля­ми, но да­же в этих слу­ча­ях эф­фект все рав­но не ста­но­вит­ся мо­ти­вом: на­при­мер, в ре­ше­нии юж­но­аф­ри­кан­ско­го три­бу­на­ла по хлеб­но­му кар­те­лю опи­са­ние эф­фек­та кар­те­ля вы­пол­ня­ет ис­клю­чи­тель­но об­ра­зо­ва­тель­ную функ­цию.

Эф­фект мо­жет быть ис­сле­до­ван толь­ко с со­вер­шен­но про­ти­во­по­лож­ной сто­ро­ны в слу­чае при­ме­не­ния ис­клю­че­ний. В ан­ти­мо­но­поль­ной по­ли­ти­ке Ев­ро­со­ю­за ес­ли со­блю­ден ряд тре­бо­ва­ний, то пра­во­на­ру­ши­тель мо­жет по­про­бо­вать до­ка­зать от­сут­ствие воз­дей­ствия кар­те­ля, т. е. бре­мя до­ка­зы­ва­ния эф­фек­та пе­ре­но­сит­ся, по­сколь­ку необ­хо­ди­мые дан­ные на­хо­дят­ся в рас­по­ря­же­нии кар­те­ли­стов. По­ка это ма­ло ко­му уда­ва­лось, но су­ще­ство­ва­ние дан­но­го ис­клю­че­ния из пра­вил сни­ма­ет ряд ча­стых воз­ра­же­ний о воз­мож­ной поль­зе кар­тель­ных сго­во­ров.

ЧТО ПРО­ИС­ХО­ДИТ В РОССИИ

Ан­ти­кар­тель­ный ре­жим в России во мно­гом сле­ду­ет пат­тер­нам ев­ро­пей­ско­го ре­гу­ли­ро­ва­ния. В от­ли­чие от Ка­на­ды и США, где кар­те­ли бы­ли за­пре­ще­ны еще в кон­це XIX в., во мно­гих ев­ро­пей­ских стра­нах вплоть до 60-х гг. ХХ в. со­ю­зы кон­ку­рен­тов для ре­гу­ли­ро­ва­ния от­рас­ли (ана­ло­ги кар­те­лей) бы­ли преду­смот­ре­ны за­ко­ном как ин­сти­ту­ты, упо­ря­до­чи­ва­ю­щие ры­нок. В рос­сий­ском со­зна­нии идея це­но­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния то­же бы­ла един­ствен­но воз­мож­ной на про­тя­же­нии де­ся­ти­ле­тий. С уче­том за­им­ство­ва­ний из пра­ва Ев­ро­со­ю­за в 2000-х, сов­па­де­ния струк­ту­ры и це­лей ан­ти­мо­но­поль­но­го ре­гу­ли­ро­ва­ния в России и ЕС, ка­за­лось бы, и ин­тер­пре­та­ция кар­те­лей долж­на сле­до­вать об­щей ло­ги­ке за­пре­та кар­тель­ных со­гла­ше­ний.

По­на­ча­лу рос­сий­ская су­деб­ная си­сте­ма быст­ро сфор­му­ли­ро­ва­ла кар­тель­ный за­прет имен­но как за­прет per se неза­ви­си­мо от ре­зуль­та­тов. Од­на­ко ре­ше­ния по­след­них двух лет яв­но ста­вят под со­мне­ние за­прет кар­те­лей имен­но как со­гла­ше­ний; су­ды пред­ла­га­ют ис­сле­до­вать из­ме­не­ние рын­ка, ве­ро­ят­ный по­ло­жи­тель­ный эф­фект кар­те­ля, из­ме­не­ния це­ны и про­чие фак­то­ры. В ре­зуль­та­те ан­ти­мо­но­поль­ные ор­га­ны, ру­ко­вод­ству­ясь фор­маль­ным за­пре­том со­гла­ше­ния кон­ку­рен­тов, до­ка­зы­ва­ют это со­гла­ше­ние, но су­дам это­го недо­ста­точ­но, хо­тя ана­лиз су­деб­ной прак­ти­ки не поз­во­ля­ет вы­явить еди­но­об­раз­ные при­зна­ки эф­фек­та кар­те­ля.

Си­ту­а­ция с тре­мя са­мы­ми гром­ки­ми кар­те­ля­ми по­след­них лет ил­лю­стри­ру­ет про­бле­мы неопре­де­лен­но­сти. Речь идет о мин­та­е­вом кар­те­ле, кар­те­ле пан­га­си­уса и кар­те­ле нор­веж­ской рыбы. Функ­ци­о­ни­ро­ва­ли они по схо­жей схе­ме – рос­сий­ские по­став­щи­ки рыбы объ­еди­ня­лись в ас­со­ци­а­ции и

Нет смыс­ла оце­ни­вать ре­зуль­та­ты недоб­ро­со­вест­ной кон­ку­рен­ции, ес­ли кон­ку­рен­ты до­го­во­ри­лись о ее пре­кра­ще­нии по лю­бым ос­но­ва­ни­ям, – кон­ку­рен­ции как ос­но­вы рын­ка уже нет

воз­дей­ство­ва­ли на по­став­щи­ков из дру­гих стран и неко­то­рые го­су­дар­ствен­ные ор­га­ны для огра­ни­че­ния по­ста­вок чле­нам ас­со­ци­а­ции, рас­пре­де­ле­ния кво­ты меж­ду участ­ни­ка­ми и фик­са­ции цен. Од­на­ко судь­ба этих дел раз­лич­на.

В де­ле кар­те­ля мин­тая су­ды ре­ши­ли, что за­клю­чен­ное участ­ни­ка­ми со­гла­ше­ние яв­ля­ет­ся кар­те­лем per se и эф­фект не под­ле­жит до­ка­зы­ва­нию. Ана­ло­гич­ное ре­ше­ние в де­ле о кар­те­ле пан­га­си­уса бы­ло от­ме­не­но, так как су­ды со­чли необ­хо­ди­мым ана­лиз рын­ка и уста­нов­ле­ние раз­де­ла рын­ка, т. е. не толь­ко со­гла­ше­ние, но и фак­ти­че­ское его ис­пол­не­ние долж­но бы­ло быть до­ка­за­но. В этом де­ле су­ды ар­гу­мен­ти­ро­ва­ли свою по­зи­цию так: не бы­ло до­ка­за­но, что кар­тель по­вли­ял на сни­же­ние объ­е­мов им­пор­та, что пре­пят­ствия для вхо­да на ры­нок но­вым ком­па­ни­ям ста­ли ре­аль­ны­ми и что уста­нов­лен­ные участ­ни­ка­ми кар­те­ля це­ны по­вли­я­ли на ры­нок.

В де­ле о кар­те­ле нор­веж­ской рыбы необ­хо­ди­мы­ми эле­мен­та­ми кар­тель­но­го сго­во­ра су­ды по­счи­та­ли его вли­я­ние на эко­но­ми­че­ские про­цес­сы на то­вар­ном рын­ке и со­сто­яв­ший­ся раз­дел тер­ри­то­рии России меж­ду про­дав­ца­ми. Ре­ше­ние по де­лу о нор­веж­ской ры­бе ин­те­рес­но еще и тем, что суд пред­при­ни­ма­ет по­пыт­ку оправ­дать кар­тель­ное со­гла­ше­ние опре­де­лен­ны­ми бла­го­при­ят­ны­ми по­след­стви­я­ми для рын­ка, хо­тя закон не уста­нав­ли­ва­ет усло­вий до­пу­сти­мо­сти для со­гла­ше­ний по­доб­но­го ро­да.

Та­ким об­ра­зом, мож­но го­во­рить о том, что в России сло­жил­ся уни­каль­ный ре­жим, в ко­то­ром од­но­вре­мен­но су­ще­ству­ют и per se за­прет кар­те­лей, и ожи­да­ния неко­то­рых су­дов, что ФАС до­ка­жет нега­тив­ный эф­фект кар­те­ля. Од­на­ко ана­лиз су­деб­ных дел не поз­во­ля­ет вы­де­лить ис­чер­пы­ва­ю­щий пе­ре­чень по­след­ствий, до­ста­точ­ных для до­ка­зы­ва­ния кар­те­ля.

ПО­ЧЕ­МУ ЭТО ОПАС­НО

Та­кая неопре­де­лен­ность в ин­тер­пре­та­ции кар­тель­но­го за­пре­та пред­став­ля­ет се­рьез­ную опас­ность не толь­ко для ан­ти­мо­но­поль­ных ор­га­нов, но и для биз­не­са, и для по­тре­би­те­лей. Са­мая глав­ная про­бле­ма в том, что она за­труд­ня­ет пре­се­че­ние су­ще­ству­ю­щих кар­те­лей, по су­ти до­пус­кая раз­ви­тие и ис­пол­не­ние неза­кон­ных со­гла­ше­ний по край­ней ме­ре до тех пор, по­ка они не про­из­ве­ли опре­де­лен­но­го эф­фек­та. Прак­ти­ка до­ка­зы­ва­ния эф­фек­та в кар­тель­ных спо­рах не сло­жи­лась ни в од­ной юрис­дик­ции, по­сколь­ку это ли­бо невоз­мож­но, ли­бо очень за­трат­но.

Не­до­сти­жи­мым ста­но­вит­ся и так на­зы­ва­е­мое об­щее пре­се­че­ние (от­каз по­тен­ци­аль­ных на­ру­ши­те­лей от со­вер­ше­ния пра­во­на­ру­ше­ния бла­го­да­ря стра­ху пе­ред санк­ци­я­ми), по­сколь­ку нет внят­но­го по­сла­ния биз­не­су, что до­пу­сти­мо, а что нет. От­сут­ствие опре­де­лен­но­сти под­ры­ва­ет ос­но­ва­ния и для уго­лов­ных санк­ций, ко­то­рые яв­ля­ют­ся един­ствен­ным ин­стру­мен­том, га­ран­ти­ру­ю­щим пре­се­че­ние для это­го ви­да на­ру­ше­ний.

Сло­жив­ша­я­ся си­ту­а­ция, ко­гда в рам­ках од­ной юрис­дик­ции од­но и то же пра­во­на­ру­ше­ние мо­жет быть ин­тер­пре­ти­ро­ва­но и как за­прет по объ­ек­ту, и как тре­бу­ю­щее до­ка­зы­ва­ния эф­фек­та, де­ла­ет невоз­мож­ным меж­ду­на­род­ное со­труд­ни­че­ство по во­про­сам про­ти­во­дей­ствия кар­те­лям, так как во­прос «что де­лать, ес­ли в од­ной стране до­ста­точ­но до­ка­зать со­гла­ше­ние, а в дру­гой нуж­но до­ка­зать некий ре­зуль­тат?» оста­нет­ся без от­ве­та.

В ос­но­ве на­шей необыч­ной про­бле­мы по­ми­мо мно­го­лет­ней при­выч­ки к ре­гу­ли­ру­е­мой эко­но­ми­ке де­фи­цит юри­ди­че­ской тех­ни­ки, с од­ной сто­ро­ны, и чрез­мер­ное пра­во­при­ме­не­ние – с дру­гой. Кар­тель­ный за­прет очень уж на­по­ми­на­ет за­прет про­чих со­гла­ше­ний, эф­фект ко­то­рых до­ка­зы­вать мож­но и нуж­но. Услож­ня­ет при­ме­не­ние ан­ти­кар­тель­ных норм и рас­про­стра­не­ние ан­ти­мо­но­поль­но­го пра­ва на со­гла­ше­ния го­су­дар­ствен­ных ор­га­нов с биз­не­сом, что ан­ти­мо­но­поль­но­му ре­гу­ли­ро­ва­нию обыч­но несвой­ствен­но. Для непра­во­мер­но­го по­ве­де­ния чи­нов­ни­ков бо­лее чем до­ста­точ­но и уго­лов­ных, и ад­ми­ни­стра­тив­ных ин­стру­мен­тов, а рас­про­стра­не­ние ан­ти­мо­но­поль­но­го пра­ва на го­су­дар­ствен­ные ор­га­ны за­труд­ня­ет от­де­ле­ние эле­мен­тов, для ко­то­рых необ­хо­ди­мо до­ка­зать эф­фект, от эле­мен­тов, за­пре­щен­ных per se в кон­крет­ном пра­во­на­ру­ше­нии, что так­же да­ет воз­мож­ность кар­те­ли­стам уй­ти от от­вет­ствен­но­сти.

С дру­гой сто­ро­ны, по­пыт­ки при­ме­нить кар­тель­ный за­прет слиш­ком ши­ро­ко то­же опас­ны. В неко­то­рых ре­ше­ни­ях су­дов от­чет­ли­во про­сле­жи­ва­ет­ся по­пыт­ка вос­про­из­ве­сти ис­клю­че­ния для при­ме­не­ния санк­ций за кар­те­ли, ко­то­рые су­ще­ству­ют в ЕС (и су­ще­ство­ва­ли в России до 1995 г.); биз­нес и неко­то­рые экс­пер­ты счи­та­ют, что иг­но­ри­ро­ва­ние ма­ло­зна­чи­тель­но­сти пра­во­на­ру­ше­ния (ана­лог прин­ци­па су­ще­ствен­но­сти воз­дей­ствия в ев­ро­пей­ском за­ко­но­да­тель­стве) де­валь­ви­ру­ет смысл кар­тель­но­го рас­сле­до­ва­ния.

НУЖ­НО ЛИ С ЭТИМ ЧТО-ТО ДЕ­ЛАТЬ

Оче­вид­ные ме­ры, та­кие как кор­рек­ти­ров­ка ан­ти­кар­тель­ной нор­мы, раз­ра­бот­ка ис­клю­че­ний для при­вле­че­ния к от­вет­ствен­но­сти за кар­тель­ный сго­вор или кри­те­ри­ев ма­ло­зна­чи­тель­но­сти (обыч­но это со­во­куп­ность по­ка­за­те­лей обо­ро­та компаний и их до­ли на рын­ке), – про­цес­сы дли­тель­ные и тре­бу­ю­щие се­рьез­ных меж­дис­ци­пли­нар­ных ис­сле­до­ва­ний. Вре­мен­ным ин­стру­мен­том, под­дер­жи­ва­ю­щим ан­ти­кар­тель­ное пра­во­при­ме­не­ние, мо­гут стать разъ­яс­не­ния Вер­хов­но­го су­да о спе­ци­фи­ке до­ка­зы­ва­ния кар­те­лей.

Иг­но­ри­ро­ва­ние про­бле­мы при­ве­дет к пол­но­му обес­це­ни­ва­нию ан­ти­кар­тель­но­го пра­во­при­ме­не­ния. Рос­сий­ские штраф­ные санкции по сво­е­му раз­ме­ру уже боль­ше по­хо­жи на ли­цен­зи­он­ные пла­те­жи, чем на угро­зу, спо­соб­ную оста­но­вить ме­недж­мент от непра­во­мер­но­го ре­ше­ния. Ес­ли до­пу­стить до­ка­зы­ва­ние эф­фек­та кар­тель­ных со­гла­ше­ний как необ­хо­ди­мо­го эле­мен­та пра­во­на­ру­ше­ния, то кар­тель­ные от­де­лы ФАС бу­дут просто ра­бо­тать вхо­ло­стую: кар­те­ли про­дол­жат де­лить ры­нок – и рас­пла­чи­вать­ся за это бу­дут по­тре­би­те­ли.-

/ HOANG DINH NAM / AFP

Кар­тель пан­га­си­уса (ры­ба им­пор­ти­ру­ет­ся из Вьет­на­ма) рос­сий­ские су­ды не при­зна­ли

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.