Дол­го­сроч­ный эф­фект Кры­ма

Vedomosti - - Первая Страница - *Де­нис Вол­ков

... Для мно­гих рос­си­ян при­со­еди­не­ние по­лу­ост­ро­ва чуть ли не един­ствен­ный по­вод для гор­до­сти

Три го­да на­зад в Крем­ле был под­пи­сан до­го­вор о при­ня­тии Рес­пуб­ли­ки Крым в со­став Рос­сии. Это ре­ше­ние тут же вы­зва­ло все­об­щую эй­фо­рию. В мар­те 2014 г. 88% рос­си­ян под­дер­жа­ли это ре­ше­ние. У тре­ти (34%) оно вы­зва­ло чув­ство «гор­до­сти за стра­ну», еще у 31% – «чув­ство тор­же­ства спра­вед­ли­во­сти», у 19% – ра­дость. О сво­ем воз­му­ще­нии, сты­де, от­ча­я­нии, стра­хе, тре­во­ге го­во­ри­ло не бо­лее 5%. В те­че­ние несколь­ких ме­ся­цев это со­бы­тие на­зы­ва­лось ре­спон­ден­та­ми глав­ным со­бы­ти­ем по­след­не­го вре­ме­ни, а в де­каб­ре 2014-го рос­си­яне на­зва­ли при­со­еди­не­ние Кры­ма глав­ным со­бы­ти­ем го­да на­равне с по­бе­дой на Олим­пиа­де. В груп­по­вых дис­кус­си­ях лю­ди мно­го го­во­ри­ли о Кры­ме как об успе­хе стра­ны, ко­гда же мы про­си­ли ре­спон­ден­тов на­ри­со­вать Рос­сию, лю­ди изоб­ра­жа­ли не при­выч­ные ре­ки, озе­ра и де­ву­шек в ко­кош­ни­ках, но хо­ро­во­ды, мас­со­вые ми­тин­ги, ше­ствия, ли­ку­ю­щие тол­пы взяв­ших­ся за ру­ки лю­дей. Та­ко­го от­чет­ли­во­го и объ­ем­но­го от­ра­же­ния мас­со­вой мо­би­ли­за­ции в ри­сун­ках я не ви­дел ни до, ни по­сле 2014 г.

Сра­зу по­сле при­со­еди­не­ния Кры­ма рей­тин­ги пер­вых лиц го­су­дар­ства рез­ко взмет­ну­лись вверх, вы­рос­ли об­щий оп­ти­мизм, уве­рен­ность в зав­траш­нем дне и в пра­виль­ном на­прав­ле­нии раз­ви­тия со­бы­тий. Впер­вые за дол­гие го­ды воз­ник­ло чув­ство еди­не­ния вла­сти и об­ще­ства. И ес­ли в 2011–2013 гг. по­ли­ти­че­ская си­сте­ма на­хо­ди­лась в за­тяж­ном кри­зи­се (боль­ше тре­ти на­се­ле­ния не одоб­ря­ло дей­ствия вла­стей, и, хо­тя с мас­со­вы­ми про­те­ста­ми уже бы­ло по­кон­че­но, ав­то­ри­тет вла­сти не уда­ва­лось вос­ста­но­вить), то с при­со­еди­не­ни­ем Кры­ма эти про­бле­мы бы­ли ре­ше­ны.

Са­ма эй­фо­рия дли­лась все­го несколь­ко ме­ся­цев, уже осе­нью на пер­вый план на­ча­ли вы­хо­дить при­выч­ные эко­но­ми­че­ские про­бле­мы (осо­бен­но силь­ным был де­кабрь­ский шок от па­де­ния кур­са руб­ля), силь­ное воз­буж­де­ние сме­ни­лось на­рас­та­ю­щей апа­ти­ей и уста­ло­стью. Но эф­фект со­бы­тий трех­лет­ней дав­но­сти чув­ству­ет­ся до сих пор. Фак­ти­че­ски то­гда был за­дан век­тор по­ли­ти­че­ской жиз­ни стра­ны на несколь­ко лет впе­ред. Бла­го­да­ря но­во­об­ре­тен­ной ле­ги­тим­но­сти на вы­бо­рах в Ду­му уве­рен­но по­бе­ди­ла пар­тия вла­сти, на при­бли­жа­ю­щих­ся вы­бо­рах пре­зи­ден­та без­услов­ным фа­во­ри­том яв­ля­ет­ся Вла­ди­мир Пу­тин, укре­пив­ший в 2014 г. свою по­шат­нув­шу­ю­ся бы­ло по­пу­ляр­ность.

По­че­му при­со­еди­не­ние Кры­ма име­ло столь силь­ный эф­фект? От­ча­сти это свя­за­но с тем, что за вре­мя, про­шед­шее с рас­па­да СССР, об­ще­ство так и не сми­ри­лось с по­те­рей по­лу­ост­ро­ва. Опро­сы, ко­то­рые мы за­да­ва­ли, ра­бо­тая во ВЦИОМе, по­ка­зы­ва­ли: в мае 1998 г. 77% рос­си­ян хо­те­ли бы, что­бы Крым был «воз­вра­щен Рос­сии». По­чти по­ло­ви­на из них счи­та­ли, что из­ме­не­ние ста­ту­са по­лу­ост­ро­ва долж­но про­изой­ти по ре­зуль­та­там ре­фе­рен­ду­ма мест­ных жи­те­лей. В мар­те 2002 г. ана­ло­гич­но­го мне­ния при­дер­жи­ва­лось 80%. Еще че­рез шесть лет – в от­ве­тах уже «Ле­ва­да-цен­тру» – циф­ра до­стиг­ла 85%. При этом для воз­вра­ще­ния Кры­ма Рос­сии боль­шин­ство рос­си­ян (76%) до­пус­ка­ли ока­за­ние раз­лич­но­го ро­да дав­ле­ния на Укра­и­ну (в том чис­ле и во­ен­но­го – 9%).

Чем так до­рог Крым для ря­до­во­го рос­сий­ско­го граж­да­ни­на? Опро­сы по­ка­зы­ва­ют, что с по­лу­ост­ро­вом свя­за­ны три ос­нов­ных ти­па ас­со­ци­а­ций: мор­ской ку­рорт, сла­ва со­вет­ско­го ору­жия и ба­за Чер­но­мор­ско­го фло­та. Ко всем трем мож­но по­до­брать устой­чи­вые куль­тур­ные об­ра­зы: это «все­со­юз­ная здрав­ни­ца Крым», эпи­че­ское по­лот­но Алек­сандра Дей­не­ки «Обо­ро­на Се­ва­сто­по­ля» и пес­ня «Се­ва­сто­поль­ский вальс». Сим­во­ли­че­ски Крым был на­мерт­во свя­зан с со­вет­ским про­шлым: будь то от­дых на пре­стиж­ном со­вет­ском ку­рор­те, культ по­бе­ды в Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне или ат­ри­бу­ты во­ен­ной мо­щи стра­ны. Крым ока­зы­ва­ет­ся не столь­ко «рус­ским», сколь­ко «со­вет­ским».

Хо­тя пуб­лич­но те­ма прак­ти­че­ски не об­суж­да­лась, но­сталь­гия по Кры­му пе­ри­о­ди­че­ски про­ры­ва­лась в мас­со­вой куль­ту­ре. На­при­мер, в 2000 г. Алек­сей Ба­ла­ба­нов сни­ма­ет фильм «Брат 2», в ко­то­ром во вре­мя кри­ми­наль­ной раз­бор­ки один из ге­ро­ев раз­ря­жа­ет пи­сто­лет в укра­ин­ско­го ма­фи­о­зи со сло­ва­ми: «Вы мне, га­ды, еще за Се­ва­сто­поль от­ве­ти­те!» В 2007 г. бард Алек­сандр Го­род­ниц­кий пи­шет пес­ню «Се­ва­сто­поль оста­нет­ся рус­ским». Ины­ми сло­ва­ми, по­те­ря Кры­ма до­воль­но ин­тен­сив­но пе­ре­жи­ва­лась рос­сий­ским об­ще­ством. И се­год­ня, ко­гда мы про­сим ре­спон­ден­тов объ­яс­нить, по­че­му они под­дер­жи­ва­ют при­со­еди­не­ние Кры­ма, боль­шин­ство и в опро­сах, и в груп­по­вых дис­кус­си­ях от­ве­ча­ет: «Крым всю жизнь был на­шим».

И все-та­ки па­рал­лель­но шел мед­лен­ный про­цесс при­ня­тия то­го фак­та, что со­сед­няя Укра­и­на яв­ля­ет­ся от­дель­ным го­су­дар­ством, а вме­ши­вать­ся в де­ла со­се­дей не нуж­но. Для то­го что­бы на­ру­шить ста­тус-кво и за­брать Крым се­бе, вла­стям и са­мо­му рос­сий­ско­му об­ще­ству нуж­но бы­ло най­ти вес­кое оправ­да­ние. И оно бы­ло най­де­но до­воль­но лег­ко. Это се­год­ня 64% рос­си­ян обос­но­вы­ва­ют при­со­еди­не­ние тем, что «Крым все­гда был рос­сий­ским», но в мар­те 2014 г. все бы­ло ина­че. То­гда в гла­зах боль­шин­ства (62%) дей­ствия Рос­сии оправ­ды­ва­лись необ­хо­ди­мо­стью «за­щи­тить рус­ско­языч­ное на­се­ле­ние» от укра­ин­ско­го на­ци­о­на­лиз­ма. О стрем­ле­нии «вос­ста­но­вить ис­то­ри­че­скую спра­вед­ли­вость» го­во­ри­ли го­раз­до мень­ше.

По­ни­ма­ние со­бы­тий трех­лет­ней дав­но­сти че­рез приз­му воз­рож­де­ния рос­сий­ско­го ве­ли­чия бло­ки­ру­ет воз­мож­ность лю­бых раз­го­во­ров о воз­вра­ще­нии Кры­ма Укра­ине

Поз­же сю­жет о том, что, при­со­еди­нив Крым, Рос­сия на­ру­ши­ла свои меж­ду­на­род­ные обя­за­тель­ства, и во­все был вы­тес­нен из об­ще­ствен­но­го со­зна­ния: 80% не со­глас­ны, что име­ло ме­сто ка­кое-ли­бо на­ру­ше­ние, на­зы­вать про­ис­шед­шее «ан­нек­си­ей» го­то­во не бо­лее 5% на­се­ле­ния.

ПО­КА­ЗА­ТЕ­ЛИ ПОД­ДЕРЖ­КИ

По­вто­рим, для боль­шин­ства на­се­ле­ния вклю­че­ние Кры­ма в со­став Рос­сии по­те­ря­ло свою ак­ту­аль­ность, об этом ре­же го­во­рят на фо­кус-груп­пах. Бо­лее то­го, с углуб­ле­ни­ем эко­но­ми­че­ско­го кри­зи­са ино­гда раз­да­ют­ся го­ло­са, что и мост в Крым мож­но не стро­ить, так как уже до­ста­точ­но на этот ре­ги­он по­тра­че­но. А жи­вет­ся крым­ча­нам и так луч­ше, чем боль­шин­ству на­се­ле­ния стра­ны: у них там солн­це, мо­ре, фрук­ты. Рос­си­яне в Крым едут, но не слиш­ком охот­но: с 2012 по 2016 г. ко­ли­че­ство со­би­ра­ю­щих­ся от­дох­нуть в Кры­му вы­рос­ло при­мер­но в 2 ра­за с 2 до 4–5%. Ку­рор­ты Тур­ции с раз­ви­той ин­фра­струк­ту­рой от­ды­ха и раз­вле­че­ний вы­гля­дят для ис­ку­шен­но­го рос­сий­ско­го ту­ри­ста пред­по­чти­тель­нее. В груп­по­вых дис­кус­си­ях мно­гие моск­ви­чи жи­во­пи­са­ли пре­ле­сти крым­ской при­ро­ды, но при­зна­ва­лись, что са­ми ту­да ехать не го­то­вы: по­до­ждут, по­ка вы­рас­тет ка­че­ство об­слу­жи­ва­ния. Од­на­ко уже по­се­тив­ших Крым сре­ди участ­ни­ков груп­по­вых дис­кус­сий то­же бы­ло нема­ло.

Ру­ти­ни­за­ция свер­шив­ше­го­ся со­бы­тия не по­вли­я­ла на от­но­ше­ние к нему. Се­год­ня под­дер­жи­ва­ет при­со­еди­не­ние по­лу­ост­ро­ва к Рос­сии от 83 до 89% (в за­ви­си­мо­сти от фор­му­ли­ро­вок во­про­са), вы­сту­па­ет про­тив от 8 до 13%. От­вет на во­прос о том, при­нес­ло ли при­со­еди­не­ние боль­ше поль­зы или вре­да, вы­гля­дит уже не столь од­но­знач­ным: в но­яб­ре 2016 г. 64% рос­си­ян ви­де­ли в этом боль­ше по­зи­ти­ва, 19% – боль­ше нега­ти­ва. Од­на­ко вер­нуть по­лу­ост­ров Укра­ине го­то­во не бо­лее 12%, а 83% вы­сту­па­ют ка­те­го­ри­че­ски про­тив. Про­тив та­ко­го воз­вра­ще­ния се­год­ня вы­сту­па­ет да­же часть тех лю­дей, ко­то­рые счи­та­ют, что ре­ше­ние о вклю­че­нии Кры­ма в со­став Рос­сии бы­ло оши­боч­ным. В груп­по­вых дис­кус­си­ях лишь не­ко­то­рые мо­ти­ви­ру­ют свое мне­ние тем, что это бы­ло бы нечест­но по от­но­ше­нию к крым­ча­нам. Здесь ра­бо­та­ют дру­гие ме­ха­низ­мы. Цен­траль­ную роль иг­ра­ет сме­на смыс­ло­во­го кон­тек­ста, в ко­то­ром об­суж­да­ют­ся и по­ни­ма­ют­ся про­бле­мы, свя­зан­ные с по­лу­ост­ро­вом.

До 2014 г. в об­ще­ствен­ном мне­нии пре­об­ла­да­ли но­сталь­гия, чув­ство неспра­вед­ли­во­сти и ущем­лен­но­сти по по­во­ду то­го, что Крым до­стал­ся Укра­ине. Се­год­ня же по­лу­ост­ров при­об­рел но­вое сим­во­ли­че­ское зна­че­ние. Боль­шин­ством на­се­ле­ния при­со­еди­не­ние Кры­ма бы­ло по­ня­то как под­твер­жде­ние «воз­рож­да­ю­ще­го­ся ве­ли­чия Рос­сии». В этом на се­го­дняш­ний день уве­ре­но око­ло 80% рос­си­ян. Лю­ди на фо­кус-груп­пах го­во­ри­ли: «все­го два дня – и Крым наш», «ес­ли рань­ше Пу­тин толь­ко го­во­рил о ве­ли­чии стра­ны, то сей­час он это до­ка­зал», «мы всем по­ка­за­ли», «по­ка­за­ли свои зу­бы».

По ре­зуль­та­там ян­вар­ско­го опро­са, «воз­вра­ще­ние Кры­ма» по­ни­ма­ет­ся се­год­ня как вто­рой по важ­но­сти по­вод для гор­до­сти рос­си­ян (по­сле по­бе­ды СССР в Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне). Фо­кус-груп­пы ри­су­ют еще бо­лее рез­кую кар­тин­ку: для мно­гих ре­спон­ден­тов Крым – чуть ли не един­ствен­ное из до­сти­же­ний по­след­не­го вре­ме­ни, ко­то­рым мож­но гор­дить­ся. Имен­но в кон­тек­сте «воз­рож­де­ния Рос­сии» и вос­ста­нов­ле­ния ро­ли стра­ны «как ве­ли­кой дер­жа­вы» сле­ду­ет объ­яс­нять тот эф­фект, ко­то­рый име­ло при­со­еди­не­ние по­лу­ост­ро­ва на укреп­ле­ние ле­ги­тим­но­сти по­ли­ти­че­ско­го ре­жи­ма. Кста­ти, на­ру­ше­ние меж­ду­на­род­ных обя­за­тельств в этом кон­тек­сте вы­гля­дит как до­сто­ин­ство: «ве­ли­кая дер­жа­ва», в пред­став­ле­нии наших ре­спон­ден­тов, мо­жет де­лать то, что «дру­гие стра­ны се­бе не мо­гут поз­во­лить».

Бо­лее то­го, по­ни­ма­ние со­бы­тий трех­лет­ней дав­но­сти че­рез приз­му воз­рож­де­ния рос­сий­ско­го ве­ли­чия бло­ки­ру­ет воз­мож­ность лю­бых раз­го­во­ров о воз­вра­ще­нии Кры­ма Укра­ине. Как го­во­рят рос­сий­ские чи­нов­ни­ки, «во­прос за­крыт». Лю­ди на груп­пах вто­рят им: «Крым наш, и мы его не вер­нем». В опи­сан­ном кон­тек­сте воз­вра­ще­ние Кры­ма вы­гля­дит как при­зна­ние сла­бо­сти, по­те­ря ли­ца, уступ­ка не столь­ко Укра­ине, сколь­ко дав­ле­нию США и Ев­ро­пы. А это не­воз­мож­но без по­те­ри но­во­об­ре­тен­но­го чув­ства соб­ствен­ной зна­чи­мо­сти. По­это­му воз­вра­ще­ние Кры­ма – «са­мый пло­хой сце­на­рий», «са­мое по­след­нее де­ло». А те, кто вы­сту­па­ет за та­кое раз­ви­тие со­бы­тий, в гла­зах боль­шин­ства на­хо­дят­ся «на под­корм­ке у За­па­да».

Те лю­ди, для ко­го при­со­еди­не­ние Кры­ма – это «про­бле­ма», «по­зор», «про­вал внеш­ней по­ли­ти­ки», «ошиб­ка», ко­неч­но, оста­лись. Их до­лю в за­ви­си­мо­сти от рез­ко­сти фор­му­ли­ро­вок во­про­сов-филь­тров мож­но оце­нить от 5 до 20% на­се­ле­ния. Воз­раст и об­ра­зо­ва­ние ре­спон­ден­тов прак­ти­че­ски не ока­зы­ва­ют ни­ка­ко­го вли­я­ния на их по­зи­цию. Ско­рее де­ло в идео­ло­ги­че­ских уста­нов­ках. Тех, кто не одоб­ря­ет при­со­еди­не­ние Кры­ма к Рос­сии, боль­ше сре­ди сто­рон­ни­ков оп­по­зи­ци­он­ных пар­тий и по­ли­ти­ков, сре­ди моск­ви­чей, лю­дей, ори­ен­ти­ро­ван­ных на рас­ши­ре­ние кон­так­тов с внеш­ним ми­ром. Но да­же там они со­став­ля­ют мень­шин­ство. Как ска­зал бы наш кол­ле­га Бо­рис Ду­бин, «мень­шин­ство мень­шин­ства». Глав­ные до­во­ды про­тив при­со­еди­не­ния, ко­то­рые зву­чат в груп­по­вых дис­кус­си­ях: уве­ли­че­ние бюд­жет­ных рас­хо­дов и ухуд­ше­ние от­но­ше­ний с раз­ви­ты­ми стра­на­ми, пре­вра­ще­ние Рос­сии в стра­ну-из­гоя.

В по­след­ние три го­да, про­шед­шие с это­го со­бы­тия, опро­сы де­мон­стри­ру­ют, что об­ще­ствен­ное мне­ние по это­му во­про­су сло­жи­лось к весне 2015 г. и с тех пор прак­ти­че­ски не ме­ня­лось. Бо­лее то­го, сей­час от­ве­ты ре­спон­ден­тов да­же бо­лее ка­те­го­рич­ны, чем в са­мом на­ча­ле. Мож­но пред­по­ло­жить, что сбли­же­ние Рос­сии и За­па­да, а так­же сни­же­ние ле­ги­тим­но­сти ны­неш­ней по­ли­ти­че­ской си­сте­мы мо­гут осла­бить идео­ло­ги­че­ский на­кал, окру­жа­ю­щий эту те­му. А зна­чит, мо­жет вы­рас­ти и чис­ло скеп­ти­ков. Но вряд ли их ко­ли­че­ство вы­рас­тет зна­чи­тель­но. И чем доль­ше Крым бу­дет оста­вать­ся в со­ста­ве Рос­сии, тем мень­шее чис­ло лю­дей за­хо­тят ста­вить под со­мне­ние сло­жив­ший­ся ста­тус-кво.-

/ ПА­ВЕЛ ЛИСИЦЫН / РИА НО­ВО­СТИ

Для мно­гих рос­си­ян Крым – чуть ли не един­ствен­ное из до­сти­же­ний по­след­не­го вре­ме­ни, ко­то­рым мож­но гор­дить­ся

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.