Без ки­ча и без пер­ца

Vedomosti - - КУЛЬТУРА - Алек­сей Мо­к­ро­усов

В бер­лин­ской Deutsche Oper по­ста­ви­ли «Бо­ри­са Го­ду­но­ва» Му­сорг­ско­го. Глав­ным укра­ше­ни­ем спек­так­ля стал эс­тон­ский бас Айн Аг­нер

Зо­ло­той ку­пол и га­ле­рея под ним де­лит сце­ну на две нерав­ные ча­сти. Смерть ца­ре­ви­ча Дмит­рия про­ис­хо­дит на этом мо­сти­ке, от­де­ля­ю­щем вер­хи от ни­зов; немую сце­ну в те­че­ние ве­че­ра по­вто­ря­ют несколь­ко раз. Сце­на убий­ства вы­гля­дит встав­ной пан­то­ми­мой, чуж­дой эс­те­ти­ке спек­так­ля, не все­гда по­нят­на цель, ко­то­рую пре­сле­ду­ют по­вто­ры. Но и да­ле­кий от рус­ской ис­то­рии зри­тель, не чи­тав­ший Пуш­ки­на, к се­ре­дине опе­ры по­ни­ма­ет, что мо­раль у по­ли­ти­ков хро­ма­ла и в на­ча­ле XVII в.

Ан­глий­ский ре­жис­сер Ри­чард Джонс – точ­нее, его ас­си­стен­ты – пе­ре­нес в бер­лин­скую Deutsche Oper про­шло­год­нюю пре­мье­ру «Бо­ри­са Го­ду­но­ва» Му­сорг­ско­го из лон­дон­ско­го Ко­вент Гар­ден, она идет два пят­на­дцать без ан­трак­та, это ком­би­на­ция двух ав­тор­ских ре­дак­ций 1869 и 1872 гг. Ху­дож­ник Ми­ри­ам Бю­тер ис­поль­зу­ет то огром­ную кар­ту Рос­сии, то изоб­ра­же­ния мно­же­ства ко­ло­ко­лов вме­сто обо­ев. Здесь немно­го рус­ско­го ки­ча, не счи­тая пест­рых на­ря­дов бо­яр. Ху­дож­ник по ко­стю­мам Ник­ки Гил­ле­бранд ра­бо­та­ет еще и с мю­зик­ла­ми и, ка­жет­ся, ре­ши­ла ис­поль­зо­вать прин­ци­пы эст­рад­но­го зре­ли­ща в «Го­ду­но­ве». Эф­фект­ность оче­вид­на – жаль, ей не со­от­вет­ству­ет об­щая кон­цеп­ция. Удач­ны лишь от­дель­ные сце­ны, на­при­мер, в корч­ме, где Гриш­ка От­ре­пьев (ин­те­рес­ный Ро­берт Уот­сон) спа­са­ет­ся от ареста.

Вы­ру­ча­ет спек­такль его глав­ное укра­ше­ние – эс­тон­ский бас Айн Аг­нер. Рань­ше он пел в «Го­ду­но­ве» пар­тии Пи­ме­на и Вар­ла­а­ма. Его Бо­рис – вла­сти­тель, те­ря­ю­щий поч­ву под но­га­ми, ли­ша­ю­щий­ся кон­тро­ля над соб­ствен­ной пси­хи­кой, а сле­дом и над стра­ной, – не на­до быть гром­ко­го­ло­сым по­ли­то­ло­гом с цен­траль­но­го те­ле­ка­на­ла, что­бы по­нять связь меж­ду эти­ми по­те­ря­ми.

Пев­цу успеш­но по­мо­га­ет укра­ин­ский ди­ри­жер Ки­рилл Ка­ра­биц (по­ми­мо ор­кест­ра ан­глий­ско­го Бор­н­му­та он воз­гла­вил те­перь и ста­рей­ший в Ев­ро­пе ор­кестр Вей­ма­ра; осе­нью Ка­ра­биц два­жды вы­сту­пит с Рос­сий­ским на­ци­о­наль­ным ор­кест­ром в Москве). И, ко­неч­но, зна­ме­ни­тый хор Deutsche Oper, лю­би­мый еще Ка­ра­я­ном и с тех пор не ли­шив­ший­ся сво­их ка­честв, пусть не все­гда точ­ный в про­из­но­ше­нии, но убе­ди­тель­ный, мощ­ный и этим не сов­па­да­ю­щий с об­ра­зом «без­молв­ству­ю­ще­го на­ро­да».

На то она и сказ­ка в ис­кус­стве, пусть и с хо­ро­шим либ­рет­ти­стом, ве­ли­кой му­зы­кой и на боль­шой сцене.-

/ BERND UHLIG

Ца­ря Бо­ри­са угне­та­ют иг­руш­ки уби­то­го ца­ре­ви­ча Дмит­рия

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.