Мар­гре­те Ве­с­та­гер, ко­мис­сар ЕС по во­про­сам кон­ку­рен­ции

«Мы не долж­ны ко­пи­ро­вать аме­ри­кан­скую мо­дель»

Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ан­тон Оси­пов

Ев­ро­ко­мис­сар Мар­гре­те Ве­с­та­гер меч­та­ет, что­бы ее счи­та­ли че­ло­ве­ком, а не функ­ци­о­не­ром ан­ти­мо­но­поль­но­го ве­дом­ства Ев­ро­ко­мис­сии. На со­ве­ща­ни­ях она вя­жет сло­ни­ков и да­рит их кол­ле­гам, а на де­ло­вых встре­чах вклю­ча­ет по пол­ной оба­я­ние и эм­па­тию. Но на служ­бе она че­ло­век жест­кий: на про­шлой неде­ле во мно­гом бла­го­да­ря уси­ли­ям Ве­с­та­гер Ев­ро­ко­мис­сия на­ло­жи­ла мак­си­маль­ный для од­ной ком­па­нии штраф по ито­гам ан­ти­мо­но­поль­но­го рас­сле­до­ва­ния – 2,4 млрд ев­ро дол­жен вы­пла­тить Google за зло­упо­треб­ле­ния в по­ис­ко­вой си­сте­ме, по­ка­зы­ва­ю­щей в пер­вых стро­ках сер­ви­сы са­мой ком­па­нии, а не кон­ку­рен­тов.

НЕПРАВИЛЬНОЕ ЖЕЛЕЗО

Ко­гда го­во­рят о Ве­с­та­гер, ча­сто упо­треб­ля­ют про­из­вод­ные от сло­ва «же­лез­ный» – «же­лез­ная ле­ди», «же­лез­ные ру­ка­ви­цы» и да­же «острие ко­пья» (по-фран­цуз­ски до­слов­но – «железо ко­пья») но­вой Ев­ро­пы, пи­шет ин­тер­нет-из­да­ние Slate. При лич­ной встре­че эти сте­рео­ти­пы раз­би­ва­ют­ся вдре­без­ги. Же­лез­ный ев­ро­ко­мис­сар пред­ста­ет мяг­ким че­ло­ве­ком, невы­ра­зи­тель­ный ис­пол­ни­тель яв­ля­ет се­бя жур­на­ли­стам да­мой жи­вой и яр­кой, ка­зав­ша­я­ся от­стра­нен­ной и хо­лод­ной, она де­мон­стри­ру­ет лю­бовь к ис­кус­ству и страсть к вя­за­нию. Ее счи­та­ют до­нель­зя праг­ма­тич­ной, по­ка не вхо­дят в ее ра­бо­чий ка­би­нет.

Он весь­ма необыч­но укра­шен, по­ра­жа­лась га­зе­та Les Echos. Кол­лек­ция по­ло­тен дат­ских ху­дож­ни­ков – хо­ро­шо, это нор­маль­но для офи­са. Пан­но с изоб­ра­же­ни­ем ко­пен­га­ген­ской ули­цы Ве­с­та­гер­вей – по­нят­но: в пе­ре­во­де с дат­ско­го ее на­зва­ние зву­чит как «ули­ца Ве­с­та­гер». То, что по все­му ка­би­не­ту чи­нов­ни­ка рас­став­ле­но око­ло трех де­сят­ков фо­то­гра­фий чле­нов се­мьи и со­ба­ки Кар­ло, несколь­ко удив­ля­ет. Кол­лек­ция ис­кус­ствен­ных раз­но­цвет­ных ба­бо­чек за­став­ля­ет под­нять бро­ви. Вко­нец по­ра­зи­ла жур­на­ли­стов скульп­ту­ра, сто­я­щая на низ­ком сто­ли­ке, – ру­ка, по­ка­зы­ва­ю­щая непри­лич­ный жест сред­ним паль­цем. Это по­да­рок от дат­ских проф­со­юз­ных де­я­те­лей, ко­то­рым не по нра­ву при­шлось уже­сто­че­ние за­ко­на о по­со­бии по без­ра­бо­ти­це, под­дер­жан­ное Ве­с­та­гер, ко­гда она за­се­да­ла в швед­ском пар­ла­мен­те. «Я ее хра­ню, по­то­му что она на­по­ми­на­ет, что есть и все­гда бу­дут лю­ди, не со­глас­ные с мо­им вы­бо­ром. Та­ко­ва суть по­ли­ти­ки», – объ­яс­ня­ет она.

«Ко­гда при­хо­ди­те сю­да, в Ев­ро­ко­мис­сию, очень важ­но, что­бы вы встре­ти­лись с кем-то, – убеж­да­ла она Slate. – Ес­ли при­хо­ди­те ко мне, то у вас встре­ча не с пред­ста­ви­те­лем вла­сти, ра­бо­ты или функ­ций, а с лич­но­стью, че­ло­ве­че­ским су­ще­ством». «Она поль­зу­ет­ся каж­дой воз­мож­но­стью, что­бы под­черк­нуть свою че­ло­веч­ность», – под­твер­жда­ет Fortune ее био­граф Дженс Том­сен.

В раз­го­во­ре она тща­тель­но под­би­ра­ет сло­ва. В го­ло­се не сыс­кать вы­со­ко­ме­рия или угроз, она стре­мит­ся по­чув­ство­вать со­бе­сед­ни­ка, на­стро­ить­ся с ним на од­ну вол­ну. Имен­но эм­па­тия – глав­ное ка­че­ство Ве­с­та­гер, рас­ска­зы­вал Les Echos ру­ко­во­ди­тель кон­ку­рент­но­го ве­дом­ства Фран­цуз­ской Рес­пуб­ли­ки Брю­но Лас­сер: «Ка­ки­ми бы ни бы­ли об­сто­я­тель­ства, она со­здаст у вас чув­ство, буд­то она об­ра­ща­ет­ся к вам с гла­зу на глаз, при этом не поз­во­ляя сво­е­му вни­ма­нию рас­се­и­вать­ся». Со­труд­ни­ки под­твер­жда­ют: «Она объ­еди­ня­ет всех и все­гда, в том чис­ле ря­до­вых под­чи­нен­ных; [ее пред­ше­ствен­ник Хо­акин] Аль­му­ния, в ко­то­ром бы­ло что-то от ис­пан­ско­го гран­да, от­ли­чал­ся очень иерар­хич­ным под­хо­дом».

А в чем за­клю­ча­ет­ся ее под­ход, за­да­ет­ся во­про­сом Les Echos и ци­ти­ру­ет вос­по­ми­на­ния экс­пре­зи­ден­та и быв­ше­го ген­ди­рек­то­ра сер­ви­са срав­не­ния цен Leguide. com и со­ос­но­ва­те­ля дви­же­ния за ней­траль­ность в ин­тер­не­те l’open Internet Project Оли­вье­ра Си­ше­ля о пер­вой встре­че с Ве­с­та­гер: «Это бы­ло на­ка­нуне Рож­де­ства, она ме­ня встре­ча­ла ма­лень­ки­ми пи­рож­ны­ми и шо­ко­ла­дом. Она су­ме­ла со­здать бла­го­при­ят­ную для диа­ло­га об­ста­нов­ку. Но не до­пу­стить по­твор­ства – каж­дый иг­рал свою роль, без сме­ше­ния жан­ров».

ВИКАРИЙ В ОБРАЗЕ ПО­ЛИ­ТИ­КА

Ве­с­та­гер ро­ди­лась 13 ап­ре­ля 1968 г. Вы­рос­ла она в неболь­шом го­ро­де Эль­год на за­па­де Да­нии, пи­шет Fortune. И мать, и отец бы­ли лю­те­ран­ски­ми свя­щен­ни­ка­ми. Рож­де­ния де­тей, сва­дьбы, по­хо­ро­ны – их дом был цен­тром де­ре­вен­ской жиз­ни. «Вся де­рев­ня бы­ва­ла у них, и с дет­ства Ве­с­та­гер бы­ла пуб­лич­ной фи­гу­рой», – объ­яс­ня­ла ин­тер­нет-из­да­нию Wired пуб­ли­цист Эли­за­бет Свейн. В те го­ды Ве­с­та­гер обу­чи­лась ис­кус­ству кон­флик­тов и ком­про­мис­сов – от­ча­сти на при­ме­ре от­ца, ко­то­рый был та­к­же мест­ным по­ли­ти­ком от со­ци­ал-ли­бе­раль­ной пар­тии.

Са­ма Ве­с­та­гер ста­ла про­фес­си­о­наль­ным по­ли­ти­ком в 21 год, сде­лав по­пыт­ку из­брать­ся в пар­ла­мент (уда­лось это толь­ко в 2001 г.). Окон­чив Уни­вер­си­тет Ко­пен­га­ге­на с ди­пло­мом в об­ла­сти эко­но­ми­ки, она по­пут­но с пар­тий­ной ка­рье­рой за­ня­лась ка­рье­рой чи­нов­ни­ка, на­чав с долж­но­сти в ми­ни­стер­стве фи­нан­сов. Ве­с­та­гер – жен­щи­на, вы­да­ю­ща­я­ся не толь­ко ро­стом (185 см), но и спо­соб­но­стя­ми: в мар­те 1998 г. в воз­расте 29 лет ста­ла са­мой мо­ло­дой жен­щи­ной-ми­ни­стром. У нее бы­ло од­но­вре­мен­но два порт­фе­ля – по об­ра­зо­ва­нию и по цер­ков­ным де­лам. Для Да­нии ни­че­го осо­бен­но­го в этом сов­ме­ще­нии нет, но про­фес­сор по­ли­то­ло­гии Уни­вер­си­те­та Ко­пен­га­ге­на Пе­тер Не­дер­га­ард усмат­ри­ва­ет тут нечто сим­во­лич­ное. «От­ку­да взя­лась эта дис­ци­пли­на, ре­ши­мость, спо­соб­ность день за днем гнуть свою ли­нию, да­же ес­ли весь мир про­тив нее? По-мо­е­му, это ре­ли­ги­оз­ная чер­та. Для ме­ня она викарий в образе от­вет­ствен­но­го по­ли­ти­ка», – го­во­рил он Les Echos.

Ко­гда в 2000 г. дат­чане на ре­фе­рен­ду­ме от­ка­за­лись от вве­де­ния ев­ро, Ве­с­та­гер про­дол­жи­ла аги­ти­ро­вать в поль­зу этой ва­лю­ты, то­гда как дру­гие пар­тии, быв­шие ра­нее сто­рон­ни­ка­ми еди­ной ва­лю­ты, на хо­ду пе­ре­обу­лись, вспо­ми­на­ет на стра­ни­цах Les Echos ее друг и од­но­пар­ти­ец Ларс Ниль­сен: «С Мар­гре­те <...> мы ста­ли са­мой про­ев­ро­пей­ской пар­ти­ей из всех».

В 1990-х – на­ча­ле 2000-х гг. со­ци­ал-ли­бе­ра­лы по­лу­ча­ли на вы­бо­рах 7–9 кре­сел в пар­ла­мен­те. В 2005 г. они вы­да­ли луч­ший за по­след­ние 30 с лиш­ним лет ре­зуль­тат – 17 ман­да­тов. Но в 2007 г. сно­ва ска­ти­лись к де­вя­ти крес­лам. То­гда Ве­с­та­гер вы­дви­ну­ли в ли­де­ры пар­тии. Шаг за ша­гом она воз­рож­да­ла по­пу­ляр­ность пар­тии, кон­ста­ти­ру­ет Les Echos. Столк­нув­шись с фи­нан­со­вым кри­зи­сом 2008 г., она ре­ши­ла под­дер­жать пра­ви­тель­ствен­ных кон­сер­ва­то­ров в про­ве­де­нии бо­лез­нен­ных ре­форм. Из­би­ра­те­ли с ней со­гла­си­лись – в 2011 г. пар­тия сно­ва по­лу­чи­ла 17 мест в пар­ла­мен­те. А Ве­с­та­гер до­ста­лось крес­ло ми­ни­стра эко­но­ми­ки и внут­рен­них дел. Сре­ди ее за­слуг – за­пуск ав­то­ма­ти­че­ско­го об­ме­на на­ло­го­вой ин­фор­ма­ци­ей со стра­на­ми ЕС и за­кон о том, что ин­ве­сто­ры и дер­жа­те­ли об­ли­га­ций бан­ков в слу­чае ис­поль­зо­ва­ния ме­ха­низ­ма bail-in то­же несут убыт­ки, от­ме­ча­ет The National Law Review.

ДАТСКИЕ СЛОНЫ

Пе­ред тем как в 2014 г. стать ев­ро­ко­мис­са­ром, Ве­с­та­гер по­со­ве­то­ва­лась с се­мьей, пи­шет Slate. Муж, про­фес­сор ма­те­ма­ти­ки Ко­пен­га­ген­ско­го уни­вер­си­те­та То­мас Йен­сен, вы­дви­нул усло­вие – но­вая ра­бо­та же­ны не долж­на ме­шать ему пи­сать кни­ги для де­тей. Две до­че­ри то­же со­гла­си­лись на пе­ре­езд, а тре­тья, стар­шая, оста­лась в Ко­пен­га­гене учить­ся на ме­ди­ка. Неиз­вест­но, спра­ши­ва­ли ли мне­ние со­ба­ки, но она то­же уеха­ла в Брюс­сель.

На но­вом ме­сте Ве­с­та­гер боль­ше все­го рас­стро­и­ло, что она не мо­жет пре­да­вать­ся лю­би­мо­му ак­тив­но­му от­ды­ху – ка­та­нию на ве­ло­си­пе­де. «Брюс­сель не слиш­ком под­хо­дит ве­ло­си­пе­ди­стам», – ци­ти­ру­ет Les Echos. Нехват­ку фи­зи­че­ской ак­тив­но­сти она ком­пен­си­ру­ет, бе­гая по утрам. Свое сво­бод­ное вре­мя охра­ня­ет как льви­ца: «Ес­ли вы все вре­мя на­пря­жен­но ра­бо­та­е­те, то уве­ли­чи­ва­е­те риск, что ста­не­те при­ни­мать очень пло­хие ре­ше­ния». Дру­гой ее спо­соб рас­сла­бить­ся, кро­ме ве­ло­си­пе­да, – го­тов­ка и вя­за­ние. Осо­бен­но она лю­бит вя­зать сло­ни­ков. От­прав­ля­ясь в Брюс­сель, она оста­ви­ла сво­е­му пре­ем­ни­ку на по­сту ми­ни­стра эко­но­ми­ки та­кую иг­руш­ку и по­сла­ние, пи­шет The New York Times: «Я свя­за­ла те­бе дру­га. Это слон. Слоны – со­ци­аль­ные, про­ни­ца­тель­ные жи­вот­ные. Они жи­вут в со­об­ще­ствах, и – я долж­на это от­ме­тить – они жи­вут в мат­ри­ар­халь­ных со­об­ще­ствах. Они не обид­чи­вы, но у них пре­крас­ная па­мять».

Хо­дят слу­хи, что она вя­жет да­же на ра­бо­те, по­ин­те­ре­со­ва­лась Les Echos. «Да, в ко­ман­ди­ров-

«Мы не долж­ны ко­пи­ро­вать аме­ри­кан­скую мо­дель, ко­то­рая пред­ла­га­ет по­тре­би­те­лям ма­ло вы­бо­ра по за­вы­шен­ным це­нам»

Ве­с­та­гер уве­ко­ве­че­на в те­ле­се­ри­а­ле. «Мы и пред­ста­вить не мог­ли та­кой меж­ду­на­род­ный успех», – рас­ска­зы­ва­ла Les Echos про­дю­сер дат­ско­го се­ри­а­ла Borgen Ка­мил­ла Хам­ме­рих. Се­ри­ал по­ка­зы­ва­ют в 80 стра­нах. Бор­ген, т. е. за­мок, – это неофи­ци­аль­ное на­зва­ние Кри­сти­ан­с­бор­га, где за­се­да­ют дат­ский пар­ла­мент и Вер­хов­ный суд. Здесь же на­хо­дит­ся и тре­тья ветвь вла­сти – офис пре­мьер-ми­ни­стра стра­ны. Пер­со­на­жи не яв­ля­ют­ся каль­кой с ре­аль­ных по­ли­ти­ков, но их лег­ко опо­знать. Так, Бир­гит­те Ню­борг – это, без со­мне­ния, Ве­с­та­гер. В се­ри­а­ле, вы­хо­дя­щем с 2010 г., ее ге­ро­и­ня – цен­трист, став­шая пер­вой жен­щи­ной пре­мьер-ми­ни­стром.

BRITTA PEDERSEN/AP IMAGES

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.