Ка­мил­ло Пане, гло­баль­ный ди­рек­тор Coty

«Во­круг на­ших брен­дов су­ще­ству­ет опре­де­лен­ный флер»

Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Али­на Дид­ков­ская

Пар­фю­мер­но-кос­ме­ти­че­ский ги­гант Coty на­чи­нал­ся с ду­хов, сде­лан­ных ос­но­ва­те­лем ком­па­нии Фран­с­уа Ко­ти. Пер­вый аро­мат он со­здал в 1904 г. в Па­ри­же, в сво­ем до­ме, ко­то­рый позд­нее пре­вра­тил­ся в пар­фю­мер­ную фаб­ри­ку. Стра­те­гия Ко­ти бы­ла про­стой – сде­лать до­ступ­ные ду­хи в кра­си­вой упа­ков­ке. Для это­го он стал со­труд­ни­чать с фран­цуз­ским юве­ли­ром Рене Ла­ли­ком и про­из­во­ди­те­лем хру­ста­ля Baccarat. Огром­ное рас­про­стра­не­ние про­дук­ция Coty по­лу­чи­ла по­сле Пер­вой ми­ро­вой вой­ны, ко­гда сол­да­ты вер­ну­лись до­мой с по­дар­ка­ми для невест, жен, се­стер и ма­те­рей – фран­цуз­ски­ми ду­ха­ми. Сей­час у ком­па­нии 77 брен­дов, ко­то­рые про­да­ют­ся в 130 странах: пар­фю­ме­рия, де­ко­ра­тив­ная кос­ме­ти­ка, сред­ства для ухо­да за во­ло­са­ми. Та­кие брен­ды, как ду­хи Calvin Klein, Gucci и Hugo Boss, кос­ме­ти­ка Max Factor и Bourjois, сред­ства для во­лос Londa, Wella, зна­ме­ни­ты во всем ми­ре.

Бо­лее по­ло­ви­ны впе­чат­ля­ю­ще­го порт­фе­ля по­яви­лось у Coty в по­след­ние два го­да. Она ку­пи­ла весь кос­ме­ти­че­ский и пар­фю­мер­ный биз­нес ком­па­нии P&G – 41 бренд, ли­цен­зию на бренд Burberry Beauty и кон­троль­ный па­кет ком­па­нии пря­мых про­даж Younique. Пред­по­ла­га­ет­ся, что по­куп­ка брен­дов P&G вдвое уве­ли­чит вы­руч­ку от про­даж.

Сей­час Coty воз­глав­ля­ет ита­лья­нец Ка­мил­ло Пане. Он жил и ра­бо­тал в США, Бра­зи­лии, Ве­ли­ко­бри­та­нии, Фран­ции и дру­гих странах. Пане счи­та­ет, что этот ми­ро­вой опыт по­мо­га­ет ему в управ­ле­нии гло­баль­ной ком­па­ни­ей. Боль­шую часть сво­е­го вре­ме­ни он про­во­дит в ко­ман­ди­ров­ках по все­му ми­ру. Од­на из по­ез­док при­шлась на Моск­ву, где он и дал ин­тер­вью «Ве­до­мо­стям».

В раз­го­во­ре так­же участ­во­ва­ли пре­зи­дент в ка­те­го­рии кос­ме­ти­ки мас­со­во­го сег­мен­та Coty Ло­ран Клейт­ман и ген­ди­рек­тор Coty в ка­те­го­рии кос­ме­ти­ки мас­со­во­го сег­мен­та по Рос­сии и СНГ Ио­ан­нис Ка­ло­ги­ру.

– По­сле сдел­ки с P&G ин­те­гра­ция, как я по­ни­маю, еще идет. Как она дви­жет­ся, что сей­час про­ис­хо­дит? – Ин­те­гра­ция идет хо­ро­шо, но это очень слож­ный про­цесс. Объ­еди­не­ние двух ком­па­ний та­ко­го мас­шта­ба за­тра­ги­ва­ет сот­ни стран, по­это­му про­цесс зай­мет опре­де­лен­ное вре­мя. Ин­те­гра­ция не про­ис­хо­дит за три ме­ся­ца или пол­го­да, для это­го тре­бу­ет­ся несколь­ко боль­ше вре­ме­ни. По­ка все идет по пла­ну. Мы объ­еди­ни­ли со­труд­ни­ков с 1 ок­тяб­ря 2016 г. Про­це­ду­ра за­ня­ла несколь­ко ме­ся­цев, но те­перь она пол­но­стью за­вер­ше­на. Это озна­ча­ет, что со­труд­ни­ки уже ра­бо­та­ют вме­сте, все про­цес­сы на­ла­же­ны, все на сво­ем ме­сте. Мы сде­ла­ли все это в пе­ри­од с ок­тяб­ря по де­кабрь и те­перь со­сре­до­то­чи­лись на ин­те­гра­ции си­стем. Мы долж­ны га­ран­ти­ро­вать, что ком­па­ния управ­ля­ет­ся с точ­ки зре­ния си­стем как еди­ное це­лое. В на­ча­ле мая мы успеш­но за­вер­ши­ли ин­те­гра­цию си­стем в США, в на­ча­ле июля на­сту­пи­ла оче­редь Ев­ро­пы, в том чис­ле и Рос­сии. – Кто был ини­ци­а­то­ром сдел­ки и по­че­му вы ре­ши­ли, что она вам нуж­на? – Эти брен­ды – боль­шая часть для нас и ма­лень­кая часть гло­баль­но­го биз­не­са P&G. Глав­ная при­чи­на по­куп­ки – это брен­ды. Мне ка­жет­ся, что они по­тря­са­ю­щие – они куль­то­вые, и их лю­бят во всем ми­ре. Max Factor по­пу­ля­рен в Во­сточ­ной Ев­ро­пе и Ки­тае, Covergirl – в США, Wella, Wellaton и Londa – это ве­ли­кие, всем из­вест­ные брен­ды. Мне ка­жет­ся, в на­ших ру­ках эти брен­ды по­ка­жут се­бя луч­ше, мы сфо­ку­си­ру­ем­ся на них, ин­ве­сти­ру­ем в них, бу­дем раз­ви­вать но­вые про­дук­ты, ко­то­рые бу­дут луч­ше, силь­нее, и мы бу­дем боль­ше кон­так­ти­ро­вать с за­каз­чи­ка­ми по этим брен­дам. Мы со­сре­до­то­чим­ся на том, что­бы при­ве­сти эти брен­ды к успе­ху, ко­то­ро­го они за­слу­жи­ва­ют. Что ка­са­ет­ся ак­ци­о­не­ров P&G, то не бы­ло необ­хо­ди­мым что-то де­лать [убеж­дать]. В лю­бом про­цес­се есть две сто­ро­ны. Од­на сто­ро­на – это P&G, они ре­ши­ли про­дать биз­нес, с дру­гой сто­ро­ны бы­ло несколь­ко за­ин­те­ре­со­ван­ных ком­па­ний, но в ито­ге пред­по­чте­ние от­да­ли нам. P&G ре­ши­ла про­дать, мы ре­ши­ли ку­пить. Это обыч­ное со­гла­ше­ние. В бра­ке долж­ны быть со­глас­ны оба (улы­ба­ет­ся). – Нет пла­нов те­перь от­ка­зать­ся от ка­ких-ли­бо брен­дов P&G? – Мы ку­пи­ли эти брен­ды, по­то­му что они нам нра­вят­ся, и мы бы хо­те­ли сфо­ку­си­ро­вать­ся на них боль­ше, чем это де­ла­ла P&G рань­ше. Мне ка­жет­ся, од­на из при­чин, по­че­му они их про­да­ли, – они ре­ши­ли, что не бу­дут боль­ше над ни­ми ра­бо­тать [раз­ви­вать их]. Для нас же это ос­нов­ное на­прав­ле­ние, мы ра­бо­та­ем в ка­те­го­рии кра­со­ты, мы пол­но­стью со­сре­до­то­че­ны на сред­ствах по ухо­ду за кра­со­той и не за­ни­ма­ем­ся чем­то дру­гим. Те­перь мы пред­став­ля­ем но­вый порт­фель брен­дов. Рас­смат­ри­ва­ем воз­мож­ность от­ка­зать­ся от неболь­шой ча­сти порт­фе­ля, о чем мы уже за­яви­ли пуб­лич­но на рын­ке. Од­на­ко ка­ко­го-ли­бо окон­ча­тель­но­го ре­ше­ния нет. – Как вы уго­во­ри­ли сво­их ак­ци­о­не­ров, что вам ну­жен кос­ме­ти­че­ский биз­нес P&G? – Coty с брен­да­ми P&G бо­лее силь­ная ком­па­ния бла­го­да­ря порт­фе­лю брен­дов, мас­шта­бу, воз­мож­но­сти раз­ви­вать луч­шие про­дук­ты. Так­же я твер­до ве­рю, что об­нов­лен­ная Coty смо­жет при­влечь на рын­ке го­раз­до бо­лее силь­ные кад­ры, чем рань­ше. При­гла­ше­ние пер­во­класс­ных спе­ци­а­ли­стов обу­слов­ле­но на­ши­ми ам­би­ци­я­ми: мы хо­тим бро­сить вы­зов рын­ку, хо­тим быть ли­де­ра­ми в дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­ве. У нас есть и по­тря­са­ю­щие со­труд­ни­ки, и от­лич­ные кан­ди­да­ты. Они лю­бят свою ра­бо­ту в ин­ду­стрии кра­со­ты, и им важ­но, что мы пла­ни­ру­ем ак­тив­но ин­ве­сти­ро­вать в брен­ды и раз­ви­вать их, [эф­фек­тив­нее] ра­бо­тать с за­каз­чи­ка­ми. – Вы го­во­ри­те о при­вле­че­нии но­вых та­лан­тов в ком­па­нию, но в это же вре­мя Coty объ­яви­ла о со­кра­ще­нии пер­со­на­ла в Швей­ца­рии... – Ре­ше­ние об оп­ти­ми­за­ции ор­га­ни­за­ци­он­ной струк­ту­ры бы­ло при­ня­то, что­бы успеш­но ра­бо­тать в рам­ках объ­еди­не­ния ком­па­ний, ко­то­рые бы­ли кон­ку­рен­та­ми. В Рос­сии по­сле сли­я­ния ко­ли­че­ство со­труд­ни­ков, на­обо­рот, уве­ли­чи­лось и в неко­то­рых дру­гих странах то­же – в част­но­сти, в Ан­глии, в США. – Вы ста­ли CEO не так дав­но. Что вы со­би­ра­е­тесь по­ме­нять и что вы уже по­ме­ня­ли в ком­па­нии? – В первую оче­редь мы из­ме­ни­ли струк­ту­ру ком­па­нии, сфор­ми­ро­вав три ди­ви­зи­о­на.

Во-пер­вых, на­прав­ле­ние Coty Luxury: пре­стиж­ная пар­фю­ме­рия и сред­ства для ухо­да за ко­жей. Эта про­дук­ция до­ро­же мас­со­во­го сег­мен­та и пред­став­ле­на в пар­фю­мер­ных ма­га­зи­нах, уни­вер­ма­гах, ма­га­зи­нах бес­по­шлин­ной тор-

«Мы ра­бо­та­ем над пе­ре­за­пус­ком клю­че­вых брен­дов, та­ких как Max Factor, Bourjois и Rimmel, ко­то­рые по­пу­ляр­ны и в Рос­сии»

гов­ли в аэро­пор­тах. В Рос­сии вы мо­же­те зай­ти в «Л’эту­аль» и «Рив гош», в ма­га­зи­ны дру­гих круп­ных ри­тей­ле­ров и уви­деть, что и це­ны, и за­про­сы по­тре­би­те­лей в этой ка­те­го­рии го­раз­до вы­ше.

Вто­рое, очень боль­шое под­раз­де­ле­ние – Coty Consumer Beauty, ко­то­рое за­ни­ма­ет­ся де­ко­ра­тив­ной кос­ме­ти­кой, сред­ства­ми для ухо­да за во­ло­са­ми (окра­ши­ва­ния, уклад­ки) и для ухо­да за те­лом, а так­же пар­фю­ме­ри­ей мас­со­во­го сег­мен­та. Це­ны здесь в бо­лее до­ступ­ном для сред­не­ста­ти­сти­че­ско­го по­тре­би­те­ля диа­па­зоне.

Тре­тье под­раз­де­ле­ние – Coty Professional Beauty спе­ци­а­ли­зи­ру­ет­ся на об­слу­жи­ва­нии са­ло­нов кра­со­ты в сфе­ре па­рик­ма­хер­ско­го и ма­ни­кюр­но­го де­ла. Это со­вер­шен­но дру­гая ли­ней­ка про­дук­тов – про­фес­си­о­наль­ная.

Ком­па­ния опре­де­ли­лась с но­вой струк­ту­рой, ко­гда я толь­ко со­би­рал­ся всту­пить в долж­ность CEO, но я был во­вле­чен в про­цесс как член ис­пол­ни­тель­но­го ко­ми­те­та. Итак, это бы­ло од­но из клю­че­вых из­ме­не­ний, ко­то­рые мы ре­а­ли­зо­ва­ли в но­вой Coty, это бы­ло в ок­тяб­ре 2016 г. Та­кая струк­ту­ра поз­во­ля­ет нам луч­ше сфо­ку­си­ро­вать­ся на про­дук­тах и сег­мен­тах – ведь раз­ви­тие про­дук­тов в ка­те­го­рии «пар­фю­ме­рия» и в ка­те­го­рии «кос­ме­ти­ка» тре­бу­ет раз­ных зна­ний. Ра­бо­та тре­мя ди­ви­зи­о­на­ми поз­во­лит нам при­об­ре­сти глу­бо­кие экс­перт­ные зна­ния по каж­дой груп­пе про­дук­тов и луч­ше ра­бо­тать с за­каз­чи­ка­ми и по­тре­би­те­ля­ми: по каж­до­му на­прав­ле­нию мень­ше лю­дей с боль­шей спе­ци­а­ли­за­ци­ей бу­дут при­ни­мать ре­ше­ния и дей­ство­вать быст­рее.

Дру­гие 2–3 се­рьез­ных ре­ше­ния, над ко­то­ры­ми мы ра­бо­та­ем и ко­то­рые ста­нут бо­лее ак­ту­аль­ны­ми в бли­жай­шие несколь­ко ме­ся­цев, – это, без­услов­но, пе­ре­за­пуск неко­то­рых брен­дов (речь идет о круп­ных брен­дах) с точ­ки зре­ния по­зи­ци­о­ни­ро­ва­ния, упа­ков­ки и пред­став­лен­но­сти в точ­ках про­даж. Мы ра­бо­та­ем над пе­ре­за­пус­ком клю­че­вых брен­дов, та­ких как Max Factor, Bourjois и Rimmel, ко­то­рые по­пу­ляр­ны и в Рос­сии. В то же вре­мя мы ста­ра­ем­ся уско­рить вы­ход про­дук­тов на ры­нок.

И на­ко­нец, тре­тья боль­шая об­ласть из­ме­не­ний – уси­ле­ние ак­цен­та на циф­ро­вой ком­му­ни­ка­ции и элек­трон­ной ком­мер­ции. Для ме­ня эта сфе­ра од­на из важ­ней­ших.

– Что вы не бу­де­те ме­нять в ком­па­нии?

– Кре­а­тив­ность. Я счи­таю, что со­труд­ни­ки Coty об­ла­да­ют вы­со­ким твор­че­ским по­тен­ци­а­лом и лю­бо­вью к на­шим брен­дам. Во­круг на­ших брен­дов су­ще­ству­ет опре­де­лен­ный флер, и это очень важ­но для ин­ду­стрии кра­со­ты. Мы долж­ны вдох­нов­лять по­ку­па­те­лей на­ши­ми про­дук­та­ми, де­лать их бо­лее уве­рен­ны­ми в се­бе. Все это я обя­за­тель­но хо­чу со­хра­нить.

– По­че­му штаб-квар­ти­ра Coty пе­ре­но­сит­ся из Нью-йор­ка в Лон­дон и ко­гда это про­изой­дет? Пе­ре­едут ли ту­да ка­ки­е­то со­труд­ни­ки го­лов­но­го офи­са?

– Лон­дон­ский офис уже ра­бо­та­ет. В Нью-йор­ке, на бир­же ко­то­ро­го мы тор­гу­ем­ся, у нас рас­по­ло­жен го­лов­ной офис ди­ви­зи­о­на Consumer Beauty, го­лов­ной офис Professional Beauty – в Же­не­ве, Luxury – в Па­ри­же, а глав­ный управ­ля­ю­щий ком­па­нии с ча­стью ис­пол­ни­тель­но­го ко­ми­те­та ра­бо­та­ет в Пад­динг­тоне, в Лон­доне. Это по­ка­зы­ва­ет, что мы дей­стви­тель­но гло­баль­ный биз­нес.

– По­ми­мо кос­ме­ти­че­ско­го биз­не­са P&G Coty ку­пи­ла ли­цен­зию на бренд Burberry Beauty и кон­троль­ный па­кет ак­ций Younique. Для че­го?

– Burberry – очень пре­стиж­ный и зна­ко­вый бри­тан­ский бренд. Он при­ба­вит ве­са и пре­ми­аль­но­сти на­ше­му порт­фе­лю брен­дов. До сих пор у нас не бы­ло силь­но­го ми­ро­во­го бри­тан­ско­го брен­да, по­это­му мы очень счаст­ли­вы, что в ок­тяб­ре 2017 г. он ста­нет на­шим. Ес­ли го­во­рить про Younique, то это быст­ро рас­ту­щая ком­па­ния в сфе­ре элек­трон­ной ком­мер­ции и со­ци­аль­ных про­даж, с на­ми ра­бо­та­ет 250 000 пред­ста­ви­те­лей. Жен­щи­ны во всем ми­ре – в ос­нов­ном в США, но не толь­ко – фак­ти­че­ски про­да­ют Younique в со­ци­аль­ных се­тях. Это очень ин­те­рес­ная биз­нес-мо­дель с вы­со­ким уров­нем ро­ста и рен­та­бель­но­сти. На мой взгляд, она ра­бо­та­ет, по­то­му что поз­во­ля­ет уста­но­вить эмо­ци­о­наль­ную связь меж­ду про­дав­цом и по­тре­би­те­лем, при­чем с вы­со­ким уров­нем пер­со­ни­фи­ка­ции. Это прин­ци­пи­аль­но от­ли­ча­ет­ся от под­хо­да, ко­гда вы об­ща­е­тесь со все­ми по­тре­би­те­ля­ми оди­на­ко­во.

Эти при­об­ре­те­ния лиш­ний раз сви­де­тель­ству­ют о на­ших на­ме­ре­ни­ях ин­ве­сти­ро­вать и в кос­ме­ти­ку, и в пар­фю­ме­рию и укре­пить по­зи­ции на рын­ке. Мы уже яв­ля­ем­ся ми­ро­вым ли­де­ром в пар­фю­ме­рии, в ка­те­го­рии кос­ме­ти­ки мас­со­во­го сег­мен­та за­ни­ма­ем вто­рое ме­сто, в кос­ме­ти­ке в це­лом – тре­тье ме­сто в ми­ре.

– Пла­ни­ру­е­те еще по­ку­пать или про­да­вать ка­кие-ни­будь брен­ды?

– Обыч­но мы не ком­мен­ти­ру­ем свои пла­ны. Мы объ­яви­ли рын­ку, что рас­смат­ри­ва­ем воз­мож­ность про­да­жи неко­то­рых брен­дов, при­но­ся­щих от 6 до 8% до­хо­дов. Мы не при­ня­ли ни­ка­ко­го кон­крет­но­го ре­ше­ния и вер­нем­ся к это­му на бо­лее позд­нем эта­пе.

– Сколь­ко у вас брен­дов сей­час и ка­кие са­мые силь­ные?

– У нас бо­лее 70 брен­дов, мы про­да­ем про­дук­цию бо­лее чем в 130 странах, офи­сы рас­по­ло­же­ны бо­лее чем в 70 странах. Са­мые силь­ные брен­ды? Gucci, Hugo Boss, Calvin Klein – ве­ли­кие зна­ко­вые брен­ды в ка­те­го­рии Luxury; Max Factor, Rimmel, Bourjois, Wella – все­ми лю­би­мые брен­ды в ка­те­го­рии Consumer Beauty; Wella Professional, Londa Professionals, System Professional как про­фес­си­о­наль­ные про­дук­ты, и это толь­ко часть из то­го, что я мо­гу на­звать.

– Ес­ли го­во­рить о ду­хах, у вас есть раз­ные, от масс-мар­ке­та до очень до­ро­гих. Масс-мар­кет силь­но от­ли­ча­ет­ся по ка­че­ству от люк­со­вых? Мо­жет, они от­ли­ча­ют­ся стой­ко­стью?

– Мы раз­ра­ба­ты­ва­ем аро­ма­ты как для раз­ных ка­те­го­рий по­тре­би­те­лей, так и для раз­ных си­ту­а­ций, в ко­то­рых они ис­поль­зу­ют на­ши про­дук­ты. Вы мо­же­те но­сить бо­лее стой­кий, на­сы­щен­ный аро­мат, ко­гда вы­хо­ди­те в свет в вы­ход­ные с дру­зья­ми или с су­пру­гом ли­бо су­пру­гой. А в по­все­днев­ной жиз­ни, ко­гда вы иде­те в офис или иг­ра­е­те с детьми, вы мо­же­те но­сить бо­лее лег­кий аро­мат.

И да, аро­ма­ты дей­стви­тель­но от­ли­ча­ют­ся по стой­ко­сти, но не из­за раз­ни­цы в ка­че­стве. Стой­кость за­ви­сит от брен­да, на­зна­че­ния про­дук­та и его фор­му­лы. Каж­дая фор­му­ла спе­ци­аль­но раз­ра­бо­та­на и адап­ти­ро­ва­на для кон­крет­но­го брен­да. Есть фор­му­лы бо­лее стой­кие, есть бо­лее ле­ту­чие. Но я не ду­маю, что стой­кость аро­ма­та ле­жит в ос­но­ве раз­ви­тия брен­дов.

Ес­ли ана­ло­гич­но го­во­рить о кос­ме­ти­ке, то лю­ди, ко­то­рые поль­зу­ют­ся Bourjois, Rimmel, Max Factor, ни­ко­гда не ска­жут вам, что это ме­нее ка­че­ствен­но, чем сег­мент люкс. У каж­до­го свои по­треб­но­сти, вку­сы и же­ла­ния – и важ­но, что­бы наш порт­фель их удо­вле­тво­рял. И я дей­стви­тель­но люб­лю Rimmel, Bourjois и Max Factor боль­ше, чем дру­гие пре­стиж­ные брен­ды.

– В 2014 г. Coty по­ка­за­ла убы­ток, в 2015 г. – при­быль, в 2016 г. при­быль упа­ла на 31%. С чем свя­за­ны та­кие скач­ки и как ком­па­ния пла­ни­ру­ет за­кон­чить год – с убыт­ком или при­бы­лью?

– Я не мо­гу ком­мен­ти­ро­вать бу­ду­щие ре­зуль­та­ты, по­сколь­ку мы пуб­лич­ная ком­па­ния. И не мо­гу ком­мен­ти­ро­вать вре­мя, ко­гда я не был СЕО. Мо­гу ска­зать, что 2017 год – пе­ре­ход­ный год для нас в свя­зи с объ­еди­не­ни­ем биз­не­са двух недав­но пол­но­стью от­дель­ных ком­па­ний, из-за это­го про­изо­шло неболь­шое па­де­ние ро­ста в по­след­нем квар­та­ле (в III квар­та­ле 2017 фи­нан­со­во­го го­да, ко­то­рый за­кан­чи­ва­ет­ся в июле 2017 г., – т. е. есть в ян­ва­ре – мар­те 2017 г. – «Ведомости»). Мы пе­ре­жи­ва­ем вре­мя ин­те­гра­ции, име­ло ме­сто мно­го от­вле­ка­ю­щих фак­то­ров, при­шлось столк­нуть­ся с опре­де­лен­ны­ми труд­но­стя­ми, од­на­ко мы уве­ре­ны, что с те­че­ни­ем вре­ме­ни три под­раз­де­ле­ния вер­нут­ся к ро­сту и по­ка­жут по­ло­жи­тель­ную ди­на­ми­ку. Это на­сту­пит в раз­ное вре­мя, по­то­му что у каж­до­го под­раз­де­ле­ния свои за­да­чи.

С уче­том сли­я­ния биз­нес, без­услов­но, рас­тет.

– Пла­ни­ру­е­те вы­хо­дить на но­вые рын­ки в но­вые стра­ны? Есть ли пла­ны по рас­ши­ре­нию про­из­вод­ства?

– На­ша зо­на охва­та до­ста­точ­но ве­ли­ка, мы по­кры­ва­ем боль­шую часть рын­ков, ра­бо­тая как транс­на­ци­о­наль­ная ком­па­ния.

У нас есть 16 за­во­дов и мно­го дис­три­бу­тор­ских цен­тров в раз­ных странах: в Ве­ли­ко­бри­та­нии, Ис­па­нии, Рос­сии, Поль­ше, США, Бра­зи­лии, Та­и­лан­де, Ки­тае. Неко­то­рые из на­ших про­дук­тов для ухо­да за во­ло­са­ми про­из­во­дят­ся в Рос­сии, в г. Дзер­жин­ске Ни­же­го­род­ской об­ла­сти. По­ка что мы до­воль­ны гео­гра­фи­ей охва­та. Мы но­вая ком­па­ния и по­ка на­ла­жи­ва­ем то, что есть. Посмот­рим, как пой­дет рас­ши­ре­ние в бу­ду­щем, а по­ка мы до­воль­ны тем, что име­ем.

– Неко­то­рые го­во­рят, что кос­ме­ти­ка од­но­го и то­го же брен­да в Рос­сии ху­же, чем в Ев­ро­пе или в Аме­ри­ке. Это дей­стви­тель­но так или до­мыс­лы?

– Я ни­ко­гда не слы­шал об этом и мо­гу ска­зать, что на­ши про­дук­ты аб­со­лют­но оди­на­ко­вы для всех стран, где мы их про­из­во­дим. Мы да­ем га­ран­тию ка­че­ства в рав­ной сте­пе­ни для всех рын­ков и не вно­сим ни­ка­ких из­ме­не­ний по тер­ри­то­ри­аль­но­му прин­ци­пу.

– Пла­ни­ру­е­те ли вы за­пус­кать ка­кие-то но­вые брен­ды в Рос­сии?

– Я ду­маю, это мож­но бу­дет осу­ще­ствить поз­же, на дру­гом эта­пе. Се­год­ня важ­но, что­бы мы со­сре­до­то­чи­лись на Bourjois, Max Factor, Rimmel, Londa, Sally Hansen, Wella, Wellaton. Это по­тря­са­ю­щие брен­ды. В то же вре­мя у нас очень силь­ные брен­ды, та­кие как Hugo Boss, Bottega Veneta, Gucci, Lacoste, Chloe, Marc Jacobs. И, как вы, на­вер­ное, зна­е­те, мы объ­яви­ли о за­пус­ке пар­фю­мер­ной се­рии Tiffany в бли­жай­шие 6–9 ме­ся­цев. За­пуск в Рос­сии прой­дет па­рал­лель­но с дру­ги­ми круп­ны­ми рын­ка­ми.

– А как с те­че­ни­ем вре­ме­ни ме­ня­ет­ся по­ве­де­ние по­тре­би­те­лей в раз­ных странах?

– Во всем ми­ре кос­ме­ти­ка – это рас­ту­щая ка­те­го­рия, и она ста­но­вит­ся мо­ло­же: лю­ди, осо­бен­но жен­щи­ны, на­чи­на­ют вза­и­мо­дей­ство­вать с ней с бо­лее ран­не­го воз­рас­та. Но де­ло тут не толь­ко в воз­расте. Де­ло в сте­пе­ни во­вле­чен­но­сти. Она рас­тет бла­го­да­ря со­ци­аль­ным се­тям.

Ко­гда вы смот­ри­те на раз­ли­чия меж­ду по­тре­би­те­ля­ми, вы за­ме­ча­е­те, что в неко­то­рых странах опре­де­лен­ные трен­ды по­яв­ля­ют­ся немно­го рань­ше, чем в осталь­ных. Я за­ме­тил, что этот раз­рыв, на­при­мер меж­ду США и Ве­ли­ко­бри­та­ни­ей и осталь­ны­ми стра­на­ми [с дру­гой сто­ро­ны], со­кра­ща­ет­ся до несколь­ких ме­ся­цев. 10 лет на­зад мы мог­ли бы ска­зать, что неко­то­рые тен­ден­ции по­яв­ля­ют­ся здесь [в Рос­сии] или в дру­гих странах спу­стя год по­сле США и Ве­ли­ко­бри­та­нии. Сей­час, мне ка­жет­ся, трен­ды, ко­то­рые по­яв­ля­ют­ся в США, при­хо­дят сю­да [в Рос­сию] че­рез 10–15 дней бла­го­да­ря со­ци­аль­ным се­тям. Та­ким об­ра­зом, боль­ше нет та­ко­го, что стра­на

Х на­чи­на­ет, стра­на Y про­дол­жа­ет. Я ду­маю, что мы, как гло­баль­ная ком­па­ния, долж­ны в рав­ной сте­пе­ни уде­лять вни­ма­ние по­тре­би­те­лям во всем ми­ре.

Ло­ран Клейт­ман: Эво­лю­ция со­сто­ит в том, что в про­шлом жен­щи­ны по­ку­па­ли од­ну по­ма­ду, од­ну ос­но­ву и од­ну тушь. Сей­час жен­щи­ны по­ку­па­ют боль­ше кос­ме­ти­ки. На­при­мер, еще од­ну под­вод­ку для глаз, пуд­ру или оче­ред­ной прай­мер.

В на­ше вре­мя осо­бое зна­че­ние име­ет внеш­ний вид че­ло­ве­ка – он го­во­рит о том, как вы се­бя по­зи­ци­о­ни­ру­е­те. Это важ­ная тен­ден­ция, ко­то­рая за­мет­на и в Рос­сии.

К. П.: Эти из­ме­не­ния про­изо­шли за по­след­ние 2–3 го­да. По­тре­би­те­ли ста­ли бо­лее гра­мот­но под­хо­дить к вы­бо­ру кос­ме­ти­ки. В це­лом, как мы зна­ем, по­тре­би­те­ли, осо­бен­но мо­ло­дежь, ис­поль­зу­ют до 10–12 кос­ме­ти­че­ских про­дук­тов, преж­де чем вый­ти из до­ма.

Ио­ан­нис Ка­ло­ги­ру: Это свя­за­но с воз­рос­шим вли­я­ни­ем ин­тер­нет­бло­ге­ров. Они рас­ска­зы­ва­ют по­тре­би­те­лям о тех ве­щах, ко­то­рые рань­ше бы­ли под си­лу толь­ко про­фес­си­о­наль­ным ви­за­жи­стам. Та­ким об­ра­зом жен­щи­ны ста­но­вят­ся на­сто­я­щи­ми ма­сте­ра­ми мей­ка­па.

– С дру­гой сто­ро­ны, мно­гие де­вуш­ки со­всем от­ка­зы­ва­ют­ся от кос­ме­ти­ки. Вы ощу­ща­е­те эту тен­ден­цию или она несиль­но вли­я­ет на ры­нок?

К. П.: Мы счи­та­ем, что жен­щи­ны мо­гут вы­би­рать лю­бой спо­соб са­мо­вы­ра­же­ния. Для ме­ня кра­со­та – в первую оче­редь то, что ис­хо­дит из­нут­ри и толь­ко по­том про­яв­ля­ет­ся внешне. Не поль­зо­вать­ся кос­ме­ти­кой – лич­ный вы­бор по­тре­би­те­ля, но я бы не стал го­во­рить, что этот тренд ока­зы­ва­ет на нас вли­я­ние.

– Есть ли ка­кие-то гло­баль­ные трен­ды в сег­мен­те пар­фю­ме­рии?

К. П.: Ес­ли го­во­рить об этом, то есть но­вый спо­соб ис­поль­зо­ва­ния аро­ма­та. Неко­то­рые про­дук­ты для ухо­да за те­лом име­ют очень стой­кий аро­мат. Воз­мож­но, иной раз вам за­хо­чет­ся ис­поль­зо­вать пар­фю­ми­ро­ван­ный лосьон для те­ла вме­сто ду­хов.

– Это силь­но вли­я­ет на ваш биз­нес?

К. П.: Я бы не ска­зал, но по­на­сто­я­ще­му силь­ный бренд дол­жен ис­поль­зо­вать раз­ные фор­ма­ты. У нас есть та­кие силь­ные брен­ды, как Adidas, Playboy, Bruno Banani и Mexx, ко­то­рые так­же пред­ла­га­ют про­дук­ты по ухо­ду за те­лом. Аро­мат мо­жет быть и у ду­хов, и у лосьо­нов для те­ла, и у дез­одо­ран­тов – твер­дых, ша­ри­ко­вых или спре­ев.

– Вы са­ми ис­поль­зу­е­те пар­фюм Coty? Ка­кой?

К. П.: Ко­неч­но. Мне нель­зя им не поль­зо­вать­ся (улы­ба­ет­ся). Я че­ре­дую фан­та­сти­че­ский Gucci Absolute и Bottega Veneta pour Homme. И с ок­тяб­ря, ко­гда ли­цен­зия Burberry ста­нет на­шей, я со­би­ра­юсь на­чать поль­зо­вать­ся Mr. Burberry от Burberry.-

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.