Космо­зоо за­жи­га­ет ог­ни

В про­кат вы­хо­дит «Ва­ле­ри­ан и го­род ты­ся­чи пла­нет» – кос­ми­че­ская фан­та­зия от впав­ше­го в дет­ство ре­жис­се­ра Лю­ка Бес­со­на

Vedomosti - - КУЛЬТУРА - Де­нис Кор­са­ков

На да­ле­кой-да­ле­кой пла­не­те Мюль при­пе­ва­ю­чи жи­ли то­щие, боль­шегла­зые, ан­дро­гин­ные гу­ма­но­и­ды. Ис­ка­ли в оке­ане круп­ные жем­чу­жи­ны, та­ив­шие в се­бе огром­ную энер­гию, по­том скарм­ли­ва­ли их спе­ци­аль­ным зверь­кам – ра­дуж­ным тол­стым кро­ко­диль­чи­кам с кры­си­ны­ми мор­доч­ка­ми. Зверь­ки, съев жем­чу­жи­ну, на­чи­на­ли ее раз­мно­жать – т. е. бук­валь­но ка­кать сотнями та­ких же. Вот та­кая ца­ри­ла идил­лия, по­ка не слу­чил­ся биг ба­да бум: с неба на­ча­ли па­дать обломки кос­ми­че­ских ко­раб­лей, а по­том гран­ди­оз­но рух­нул ги­гант­ский крей­сер, пре­вра­тив рай­скую пла­не­ту в пу­сты­ню. Мно­го де­ся­ти­ле­тий спу­стя спе­ца­ген­ты Ва­ле­ри­ан (юно­ша; уда­ре­ние в име­ни на вто­ром сло­ге) и Ло­ре­лин (де­вуш­ка) ввя­зы­ва­ют­ся в слож­ную опе­ра­цию, в цен­тре ко­то­рой – един­ствен­ная уце­лев­шая жем­чу­жи­на и един­ствен­ный уце­лев­ший зве­рек. Боль­шая часть при­клю­че­ний про­ис­хо­дит в Аль­фе – «го­ро­де ты­ся­чи пла­нет», немыс­ли­мо раз­рос­шей­ся к XXVIII ве­ку МКС, где оби­та­ет 30 мил­ли­о­нов жи­вых су­ществ из раз­ных угол­ков Все­лен­ной.

В 1997 г. «Пя­тый эле­мент» Лю­ка Бес­со­на от­кры­вал Канн­ский ки­но­фе­сти­валь. Шум сто­ял неве­ро­ят­ный: са­мый до­ро­гой ев­ро­пей­ский фильм в ис­то­рии, неслы­хан­ные ком­пью­тер­ные спе­ц­эф­фек­ты (к ним то­гда еще не при­вык­ли), го­род бу­ду­ще­го с ле­та­ю­щи­ми ав­то­мо­би­ля­ми, ви­зи­о­нер­ство, все де­ла. Кри­ти­ки жда­ли от ав­то­ра «Под­зем­ки», «Лео­на» и «Ни­ки­ты» но­во­го «Мет­ро­по­ли­са» или на ху­дой ко­нец «Бе­гу­ще­го по лез­вию», но ока­за­лось, что Бес­сон спу­стил $90 млн на дет­скую фан­та­зию с ду­рац­ки­ми шут­ка­ми и сен­ти­мен­таль­ной мо­ра­лью. Без этих шу­ток, ко­неч­но, сей­час труд­но пред­ста­вить ев­ро­пей­ский ки­не­ма­то­граф 90-х («Муль­ти­пасс!»), но к Бес­со­ну ста­ли от­но­сить­ся несколь­ко ме­нее се­рьез­но. И он это от­но­ше­ние пол­но­стью оправ­дал, 20 лет стру­гая один пу­стяк за дру­гим: меж­ду «Лео­ном» и «Ар­ту­ром и ми­ни­пу­та­ми», меж­ду «Ни­ки­той» и «Не­обы­чай­ны­ми при­клю­че­ни­я­ми Адель» ле­жат про­па­сти.

Дой­дя до си­я­ю­щей, ра­дост­ной, аб­со­лют­ной ду­ро­сти в филь­ме «Лю­си», Бес­сон по­чув­ство­вал, что на­ко­нец со­зрел для экра­ни­за­ции лю­би­мо­го ко­мик­са сво­е­го дет­ства – «Ва­ле­ри­а­на и Ло­ре­лин» (ему бы­ло 10 лет, ко­гда он ку­пил све­жий вы­пуск в га­зет­ном ки­ос­ке – и под­сел на всю жизнь). Он был не един­ствен­ным, ко­го вдох­но­вил «Ва­ле­ри­ан», вы­хо­див­ший с 1967-го по 2010-й: об­ще­из­вест­но, что и Джордж Лу­кас мно­го че­го по­за­им­ство­вал из фран­цуз­ско­го ко­мик­са для «Звезд­ных войн», от ди­зай­на «Со­ко­ла ты­ся­че­ле­тия» до би­ки­ни прин­цес­сы Леи, в ко­то­рое ее пе­ре­оде­ва­ют слу­ги Джа­бы Хат­та. Те­перь уже Бес­сон, в свою оче­редь, под­пи­ты­ва­ет­ся «Звезд­ны­ми вой­на­ми». Чест­но го­во­ря, он по­хож на то­го са­мо­го зверь­ка: по­смот­рел «Эпи­зод IV», съел зна­ме­ни­тую сце­ну в та­верне, где со­би­ра­ют­ся са­мые ко­ло­рит­ные ино­пла­не­тяне, – и раз­мно­жил ее, на­се­лив мир сво­е­го «Ва­ле­ри­а­на» сотнями мак­си­маль­но стран­ных су­ществ, от по­ху­дев­ше­го Джа­бы до ино­пла­нет­ной ак­три­сы, пред­став­ля­ю­щей со­бой си­ний пу­зырь, но спо­соб­ной при­ни­мать лю­бые дру­гие фор­мы (она вы­нуж­де­на как про­кля­тая кру­тить­ся в стри­п­ба­ре в об­ли­чье пе­ви­цы Ри­ан­ны, хо­тя меч­та­ет иг­рать в «Ан­то­нии и Клео­пат­ре»). Ко­ли­че­ство мон­стров, боль­ших и ма­лень­ких, в этом филь­ме за­шка­ли­ва­ет: мож­но по­нять Бес­со­на, с гор­до­стью го­во­ря­ще­го, что «Пя­тый эле­мент» был для него толь­ко ре­пе­ти­ци­ей «Ва­ле­ри­а­на».

Соб­ствен­но, Ва­ле­ри­ан в ко­мик­сах был му­ску­ли­стым ге­ро­ем с квад­рат­ной че­лю­стью: ни чрез­мер­ных ре­флек­сий, ни особенного ин­тел­лек­та. Бес­сон взял на эту роль суб­тиль­но­го Дэй­на Де­ха­а­на, ко­то­рый в 30 лет по­хож на стра­да­ю­ще­го и силь­но пью­ще­го с го­ря школь­ни­ка (его осо­бая при­ме­та – огром­ные тем­ные кру­ги под гла­за­ми, ко­то­рые не за­ма­жешь ни­ка­ким гри­мом). Ко­гда в на­ча­ле филь­ма Ло­ре­лин пе­ня­ет Ва­ле­ри­а­ну на то, что его дон­жу­ан­ский спи­сок раз­рос­ся до непри­лич­ных раз­ме­ров, вдруг ду­ма­ешь, что весь этот спи­сок, от на­ча­ла до кон­ца, юный ге­рой вы­ду­мал в ча­сы роб­ких эро­ти­че­ских меч­та­ний. В ли­це мо­де­ли Ка­ры Де­ле­винь то­же есть что-то дет­ское – ее ге­ро­и­ня взрос­лее, ум­нее и от­вет­ствен­нее Ва­ле­ри­а­на, но это ум и от­вет­ствен­ность де­воч­ки-ко­то­ра­я­в­се-де­ла­ет-пра­виль­но, Гер­ми­о­ны Грейн­джер, толь­ко с бла­сте­ром и из XXVIII ве­ка. Ва­ле­ри­ан все вре­мя до­би­ва­ет­ся Ло­ре­лин – но хо­чет за­та­щить ее не в по­стель, а под ве­нец (по­хо­же, это ло­ги­ка де­ся­ти­лет­не­го ре­бен­ка, счи­та­ю­ще­го, что, ес­ли дя­дя и те­тя нра­вят­ся друг дру­гу, они идут в загс, а как же еще).

Мо­жет, эта ин­фан­тиль­ность по­яви­лась в филь­ме бес­со­зна­тель­но, но точ­но не слу­чай­но. Бес­сон не экра­ни­зи­ру­ет «Ва­ле­ри­а­на и Ло­ре­лин», он вос­кре­ша­ет се­бя ма­лень­ко­го, за­по­ем чи­та­ю­ще­го ко­микс, убе­га­ю­ще­го ту­да от невзгод (влюб­лен­ность в «Ва­ле­ри­а­на» сов­па­ла с очень бо­лез­нен­ным для Бес­со­на раз­во­дом ро­ди­те­лей – пря­мо тя­нет на­пи­сать, что от­сю­да и кру­ги под гла­за­ми у су­пер­ге­роя, и упор­ное стрем­ле­ние по­же­нить пер­со­на­жей). В этом вос­кре­ше­нии – весь смысл 200-мил­ли­он­но­го про­ек­та. Ах! – по­бе­жа­ли го­во­ря­щие ут­ко­но­сы, ах! – ге­рой но­сит­ся по пу­стыне, од­но­вре­мен­но про­во­дя спе­цо­пе­ра­цию в па­рал­лель­ном из­ме­ре­нии, ах! – в этом из­ме­ре­нии есть ко­лос­саль­ный ба­зар с мил­ли­о­ном ма­га­зи­нов, ах! – чу­до­ви­ще хо­чет съесть мозг Ло­ре­лин с ли­мон­ным со­ком (луч­шая в кар­тине ма­каб­ри­че­ская шут­ка). Гла­за раз­бе­га­ют­ся, фан­та­зия ки­пит, Ри­ан­на кру­тит­ся у ше­ста, ис­кренне со­чув­ству­ю­щий Ва­ле­ри­ан обе­ща­ет сде­лать ей муль­ти­пасс...

Но на этот раз муль­ти­пасс не по­дей­ству­ет. В меж­дуп­ла­нет­ном ша­пи­то боль­ше оба­я­тель­ных но­ме­ров, чем мож­но бы­ло ожи­дать, но они не вре­за­ют­ся в память так, как на­де­ял­ся Бес­сон. Со­став с ог­ня­ми, цир­ка­ча­ми и дрес­си­ро­ван­ны­ми жи­вот­ны­ми про­но­сит­ся ми­мо те­бя на бе­ше­ной ско­ро­сти (визг, хо­хот, хло­пуш­ки) и ис­че­за­ет где­то во тьме, а те­бе оста­ет­ся по­жать пле­ча­ми и ид­ти даль­ше. Мо­жет, это зре­ли­ще и раз­бу­дит во­об­ра­же­ние ка­ко­го-ни­будь ре­бен­ка, оча­ру­ет ка­ко­го-ни­будь взрос­ло­го – но им бу­дешь уже не ты.-

/ PATHЕ` FILMS

Ди­ко­вин­ных су­ществ в филь­ме Лю­ка Бес­со­на не со­счи­тать

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.