Бра­туш­ки или бра­то­убий­цы

Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Кон­стан­тин Гай­во­рон­ский

... «Мы их осво­бо­ди­ли, а они ока­за­лись небла­го­дар­ны­ми» – все, что зна­ет боль­шин­ство рос­си­ян о стра­нах Во­сточ­ной Ев­ро­пы

Ес­ли бы кто-ни­будь ска­зал мне, что при­дет день, ко­гда по­тре­бу­ет­ся под­пи­сать объ­яв­ле­ние вой­ны Бол­га­рии, я бы его при­нял за безум­ца, а вот тем не ме­нее этот день на­сту­пил», – про­из­нес Ни­ко­лай II 18 ок­тяб­ря 1915 г. Рус­ское об­ще­ство бы­ло по­ра­же­но не мень­ше го­су­да­ря: мы же их осво­бо­ди­ли от ту­рок, а они...

Это «мы их в ка­ком-то го­ду осво­бо­ди­ли, а они ока­за­лись небла­го­дар­ны­ми» – всё, что и по­ныне зна­ет боль­шин­ство рос­си­ян об ис­то­рии стран Во­сточ­ной Ев­ро­пы. При­чи­на­ми «небла­го­дар­но­сти» обыч­но ни­кто не ин­те­ре­су­ет­ся, по­ла­гая, что речь тут о некой ру­со­фо­бии, ви­та­ю­щей над зем­ля­ми к во­сто­ку от Бре­ста и ра­ци­о­наль­но необъ­яс­ни­мой. Хо­тя при бли­жай­шем рас­смот­ре­нии все ста­но­вит­ся оче­вид­ным.

Возь­мем Бол­га­рию, про ко­то­рую Маркс еще в 1853 г. пи­сал, что ее по­треб­но­сти по­сле осво­бож­де­ния «вы­зо­вут ан­ти­рус­скую про­грес­сив­ную пар­тию, ко­то­рая неиз­беж­но за­рож­да­лась каж­дый раз, как толь­ко ка­кая-ни­будь часть Тур­ции ста­но­ви­лась по­лу­не­за­ви­си­мой». Что же это за по­треб­но­сти? Про­стые: жить сво­им умом. Меж­ду тем ин­струк­ция рос­сий­ско­го МИДА от 1878 г. гла­си­ла: в Бол­гар­ском кня­же­стве, ко­то­рое «вы­зва­но к жиз­ни толь­ко при на­шем со­дей­ствии, по всем пра­вам, гос­под­ству­ю­щим вли­я­ни­ем долж­но быть на­ше».

По­на­ча­лу так и бы­ло, ве­ду­щие по­зи­ции в управ­ле­нии Бол­га­ри­ей за­ни­ма­ли русские ге­не­ра­лы, а кня­зем был из­бран Алек­сандр Бат­тен­берг, пле­мян­ник им­пе­ра­три­цы Ма­рии Алек­сан­дров­ны. Пе­тер­бург да­же немно­го от­пу­стил вож­жи, стер­пев неожи­дан­но де­мо­кра­тич­ную кон­сти­ту­цию, при­ня­тую бол­га­ра­ми сра­зу по­сле осво­бож­де­ния от ту­рец­ко­го ига. Но вот на пре­стол взо­шел Алек­сандр III, в Рос­сии по­ду­ли «охра­ни­тель­ные вет­ры», и Бат­тен­берг этим тут же вос­поль­зо­вал­ся. В мае 1881 г. он при со­дей­ствии во­ен­но­го ми­ни­стра, рус­ско­го ге­не­ра­ла Ка­зи­ми­ра Эр­н­ро­та, со­вер­шил гос­пе­ре­во­рот. Кон­сти­ту­ция бы­ла от­ме­не­на, князь на­де­лен чрез­вы­чай­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми, ми­тин­ги про­те­ста бы­ли разо­гна­ны с при­ме­не­ни­ем во­ин­ских ча­стей. По­сколь­ку офи­цер­ский со­став ар­мии бо­лее чем на­по­ло­ви­ну со­сто­ял из рус­ских, а правительство воз­гла­ви­ли русские же ге­не­ра­лы, то ре­пу­та­ция Рос­сии в гла­зах бол­гар­ских ли­бе­ра­лов ока­за­лась силь­но под­мо­че­на.

Вско­ре у рус­ских по­лу­чи­лось вдрызг раз­ру­гать­ся и с бол­гар­ски­ми кон­сер­ва­то­ра­ми, ко­то­рые ока­за­лись не на­столь­ко кон­сер­ва­тив­ны, что­бы мол­ча со­гла­сить­ся на роль За­ду­най­ской гу­бер­нии Рос­сии. Яр­че все­го кон­фликт про­явил­ся в во­про­се же­лез­но­до­рож­но­го стро­и­тель­ства: бол­га­ры хо­те­ли стро­ить вет­ку к гра­ни­це с Сер­би­ей, а че­рез нее – с Ав­ст­ро-вен­гри­ей. Это да­ва­ло бол­гар­ским сель­хоз­про­из­во­ди­те­лям вы­ход на ев­ро­пей­ский ры­нок сбы­та. Русские, ко­то­рым лиш­ний кон­ку­рент на рын­ке Ев­ро­пы был со­всем ни к че­му, на­ста­и­ва­ли на ли­нии Со­фия – Ру­се, пе­ре­се­кав­шей стра­ну с се­ве­ра на юг и имев­шей су­гу­бо во­ен­ное зна­че­ние. Наш про­ект сто­ил при этом в 2,5 ра­за до­ро­же (а пла­тить пред­сто­я­ло бол­га­рам) и до­ста­вал­ся не бол­гар­ским, а рус­ским под­ряд­чи­кам.

Ес­ли бы Бат­тен­берг со­гла­сил­ся на рус­ский про­ект, он ли­шил­ся бы ува­же­ния в стране, – по­нят­но, что он лоб­би­ро­вал за­пад­ную вет­ку. Русские же ди­пло­ма­ты по тра­ди­ции усмат­ри­ва­ли в лю­бом «неже­ла­тель­ном от­кло­не­нии» ав­стрий­скую ин­три­гу, и в Пе­тер­бург по­ле­те­ли до­не­се­ния о том, что «князь пе­ре­мет­нул­ся».

Стре­мясь вы­рвать­ся из ежо­вых ру­ка­виц рус­ских ге­не­ра­лов, Бат­тен­берг в сен­тяб­ре 1883 г. вос­ста­но­вил кон­сти­ту­цию... и окон­ча­тель­но за­гу­бил свою ре­пу­та­цию в Пе­тер­бур­ге. Его ре­ше­но бы­ло ме­нять на бо­лее по­кла­ди­сто­го пар­ня – сде­ла­ли став­ку на ли­бе­ра­лов. Их ли­де­рам вы­де­ля­лось по 40 000 руб. в год из сек­рет­но­го фон­да МИДА. Прав­да, гла­ва ли­бе­раль­ной партии Дра­ган Цан­ков день­ги брал, но сво­им по­вто­рял: «Мы пре­кло­ня­ем­ся пе­ред Рос­си­ей, но Бол­га­рия долж­на быть для бол­гар».

Про­ек­ты с рус­ски­ми ма­ри­о­нет­ка­ми так­же не про­хо­ди­ли, так что дет­ро­ни­за­ция Бат­тен­бер­га за­тя­ги­ва­лась. На этом фоне в сен­тяб­ре 1885 г. князь объ­явил об объ­еди­не­нии Бол­га­рии и Во­сточ­ной Ру­ме­лии.

Тут на­до на­пом­нить, что Сан-сте­фан­ский до­го­вор 1878 г. объ­еди­нил все на­се­лен­ные бол­га­ра­ми зем­ли в од­ном кня­же­стве. Од­на­ко Бер­лин­ский кон­гресс уре­зал его тер­ри­то­рию втрое: пол­ную ав­то­но­мию по­лу­чи­ла лишь Се­вер­ная Бол­га­рия. От нее от­де­ле­на бы­ла Юж­ная (Во­сточ­ная Ру­ме­лия), а Ма­ке­до­ния вер­ну­лась под пол­ный кон­троль Стам­бу­ла. Бер­лин­ский раз­дел стал страш­ным уда­ром для бол­гар­ско­го на­ци­о­наль­но­го са­мо­со­зна­ния.

С тех пор вос­ста­нов­ле­ние сан­сте­фан­ских гра­ниц ста­ло иде­фикс бол­гар­ской по­ли­ти­ки. Во­сточ­ная Ру­ме­лия бы­ла пер­вым ша­гом на этом пу­ти: в один пре­крас­ный день пат­ри­о­ты окру­жи­ли дво­рец ге­не­рал-гу­бер­на­то­ра, то­же бол­га­ри­на, и тот с удо­воль­стви­ем объ­явил о пе­ре­да­че вла­сти Бат­тен­бер­гу. День объ­еди­не­ния до сих пор от­ме­ча­ет­ся в Бол­га­рии как го­су­дар­ствен­ный празд­ник. И, ра­зу­ме­ет­ся, в от­ли­чие от рус­ских каж­дый бол­га­рин в кур­се, что из всех стран толь­ко Рос­сия в 1885 г. пы­та­лась это­му объ­еди­не­нию по­ме­шать.

Да­же сул­тан, счи­тая Ру­ме­лию от­ре­зан­ным лом­тем, мах­нул на нее ру­кой. Рос­сия же, в 1878 г. го­то­вая во­е­вать чуть ли не с по­ло­ви­ной Ев­ро­пы за сан-сте­фан­ские гра­ни­цы, сей­час из ко­жи вон лез­ла, что­бы за­ста­вить Бат­тен­бер­га сдать на­зад. До­шло до то­го, что рос­сий­ский по­сол уго­ва­ри­вал ту­рок вве­сти вой­ска в мя­теж­ную про­вин­цию, обе­щая вся­че­скую под­держ­ку. Ло­ги­ка Пе­тер­бур­га бы­ла про­ста: объ­еди­не­ние стра­ны укреп­ля­ло ав­то­ри­тет Бат­тен­бер­га, а это бы­ло со­всем некста­ти.

С ту­рец­кой ин­тер­вен­ци­ей де­ло не вы­го­ре­ло, за­то вой­ну бол­га­рам объ­яви­ла Сер­бия. На­ка­нуне Алек­сандр III ото­звал всех рус­ских офи­це­ров из бол­гар­ской ар­мии, что, по идее, долж­но бы­ло све­сти ее бое­спо­соб­ность к ну­лю. И все же сер­бы бы­ли раз­би­ты на­го­ло­ву, и в за­па­се у Рос­сии оста­вал­ся толь­ко один ва­ри­ант.

Во­ен­ный агент (ат­та­ше) в Бол­га­рии пол­ков­ник Са­ха­ров с по­мо­щью груп­пы про­рус­ски на­стро­ен­ных бол­гар­ских офи­це­ров устро­ил за­го­вор. В ночь на 21 ав­гу­ста 1886 г. они во­рва­лись во дво­рец и за­ста­ви­ли Бат­тен­бер­га под­пи­сать от­ре­че­ние от пре­сто­ла: «Немец­кий принц не за­хо­тел слу­жить ве­ли­кой идее, свя­зу­ю­щей нас с Рос­си­ей». Быст­ро

«Мы их в ка­ком-то го­ду осво­бо­ди­ли, а они ока­за­лись небла­го­дар­ны­ми» – всё, что и по­ныне зна­ет боль­шин­ство рос­си­ян об ис­то­рии стран Во­сточ­ной Ев­ро­пы

вы­яс­ни­лось, что мне­ние прин­ца раз­де­ля­ет вся стра­на: но­вое правительство про­дер­жа­лось все­го три дня. А по­том Сте­фан Стам­бо­лов, вос­хо­дя­щая звез­да бол­гар­ской по­ли­ти­ки, во­шел в Со­фию во гла­ве ру­ме­лий­ской ар­мии и аре­сто­вал за­го­вор­щи­ков.

Счи­та­ет­ся, что имен­но Стам­бо­лов до­бил остат­ки «ру­со­филь­ской партии» в Бол­га­рии, но к то­му вре­ме­ни от нее и так ма­ло что оста­ва­лось. Как до­но­сил в МИД рос­сий­ский кон­сул Алек­сандр Ко­ян­дер, «стра­на по­па­ла в ру­ки школь­ных учи­те­лей из недо­учив­ших­ся рус­ских се­ми­на­ри­стов, про­пи­тан­ных нена­ви­стью ко все­му рус­ско­му, но, как близ­ко сто­яв­ших к на­ро­ду, име­ю­щих на него огром­ное раз­вра­ща­ю­щее вли­я­ние».

На но­вых вы­бо­рах кня­зя кан­ди­дат от Рос­сии про­ва­лил­ся, трон до­стал­ся Фер­ди­нан­ду Ко­бург­ско­му, офи­це­ру ав­стрий­ской ар­мии. Алек­сандр III, вос­при­няв­ший это как лич­ное оскорб­ле­ние, разо­рвал с Бол­га­ри­ей от­но­ше­ния и все­рьез по­ду­мы­вал о ее ок­ку­па­ции, но ре­ши­ли дей­ство­вать по ста­рин­ке, благо бол­гар­ские эми­гран­ты уве­ря­ли, что сто­ит им бро­сить клич, как под ру­со­филь­ские зна­ме­на со­бе­рет­ся весь «про­стой на­род». Не со­брал­ся: в мар­те 1887 г. бы­ли по­дав­ле­ны вос­ста­ния гар­ни­зо­нов в Си­ли­стрии и Ру­се, в де­каб­ре про­ва­лил­ся за­го­вор май­о­ра Па­ни­цы, несколь­ко во­ору­жен­ных от­ря­дов, ку­ри­ру­е­мых со­труд­ни­ком МИДА Ни­ко­ла­ем Гарт­ви­гом (бу­ду­щим по­слом в Сер­бии), бы­ли раз­гром­ле­ны, ед­ва ус­пев пе­рей­ти гра­ни­цу. Ни ма­лей­ших при­зна­ков «Дон­бас­са-1887» не на­блю­да­лось. В 1891-м был убит ми­нистр фи­нан­сов Бель­чев (при­чем пу­ли пред­на­зна­ча­лись Стам­бо­ло­ву), в сле­ду­ю­щем го­ду – бол­гар­ский по­слан­ник в Кон­стан­ти­но­по­ле Вол­ко­вич. Убий­цы в обо­их слу­ча­ях скры­лись в Одес­се.

Смерть са­мо­го Алек­сандра III по­ло­жи­ла ко­нец этой хо­лод­ной войне, но к 1900-м от­но­ше­ния по­теп­ле­ли. А в 1912-м под эги­дой Рос­сии был со­здан во­ен­ный со­юз непри­ми­ри­мых Бол­га­рии и Сер­бии. Им уда­лось до­го­во­рить­ся на поч­ве бу­ду­ще­го раз­де­ла ту­рец­ких тер­ри­то­рий: бол­га­ры по­лу­ча­ли боль­шую часть Ма­ке­до­нии, а сер­бы – вы­ход к мо­рю за счет ал­бан­ских зе­мель. В по­сле­до­вав­шей войне с Осман­ской им­пе­ри­ей со­юз­ни­ки быст­ро раз­гро­ми­ли ту­рец­кую ар­мию. Но во­жде­лен­но­го мо­ря Бел­град не по­лу­чил: Ав­ст­ро­вен­грия и Ита­лия, опа­са­ясь по­яв­ле­ния на Ад­ри­а­ти­ке ба­зы рус­ско­го фло­та, про­лоб­би­ро­ва­ли со­зда­ние Ал­ба­нии. Сер­бия ре­ши­ла ком­пен­си­ро­вать свои по­те­ри за счет Ма­ке­до­нии.

В этот мо­мент в Пе­тер­бург, ули­цы ко­то­ро­го бы­ли за­пру­же­ны «сла­вян­ски­ми ма­ни­фе­ста­ци­я­ми», при­бы­ла бол­гар­ская де­ле­га­ция. Бол­га­ры, ко­то­рых от Стам­бу­ла от­де­ля­ла лишь нит­ка фор­тов Ча­тал­джин­ской по­зи­ции, про­си­ли по­мо­щи де­мон­стра­ци­ей рус­ско­го Чер­но­мор­ско­го фло­та, что за­ста­ви­ло бы ту­рок раз­ма­зать свои ре­зер­вы по все­му по­бе­ре­жью.

Но по­ка тол­пы на ули­цах ра­до­ва­лись победам бра­ту­шек, в пра­ви­тель­ствен­ных ка­би­не­тах де­ле­га­цию ока­ти­ли хо­лод­ным ду­шем: Рос­сия са­ма пре­тен­до­ва­ла на Стам­бул/кон­стан­ти­но­поль, а тут ка­кие то бол­га­ры... Им по­со­ве­то­ва­ли от­ка­зать­ся от штур­ма, обе­щая вза­мен точ­но со­блю­сти раз­гра­ни­че­ния в Ма­ке­до­нии – по до­го­во­ру 1912 г. Рос­сия вы­сту­па­ла ар­бит­ром в этом во­про­се. Как вы уже, на­вер­ное, до­га­да­лись, в ито­ге бол­га­ры не по­лу­чи­ли и Ма­ке­до­нии: в Пе­тер­бур­ге ре­ши­ли де­лать став­ку имен­но на Сер­бию. В 1913 г. из-за ма­ке­дон­ских зе­мель раз­ра­зи­лась но­вая вой­на – Бол­га­рия про­тив Сер­бии и Гре­ции.

Еще в 1902 г. Рос­сия за­клю­чи­ла с Бол­га­ри­ей до­го­вор, 3-й пункт ко­то­ро­го га­ран­ти­ро­вал Со­фии по­мощь рус­ской ар­мии в слу­чае на­па­де­ния на нее ру­мын. Од­на­ко в 1913-м «прось­ба о по­мо­щи, с ко­то­рой Бол­га­рия об­ра­ти­лась к Рос­сии, не бы­ла вы­слу­ша­на, и вме­сто то­го, что­бы ока­зать сдер­жи­ва­ю­щее вли­я­ние на Ру­мы­нию, Рос­сия кос­вен­ным об­ра­зом тол­ка­ла ее к войне», пи­шет ан­глий­ский по­сол в Пе­тер­бур­ге Дж. Бью­ке­нен.

Удар Ру­мы­нии в спи­ну раз­вер­ну­той на ма­ке­дон­ском фрон­те бол­гар­ской ар­мии от­ра­жать бы­ло нечем. В ре­зуль­та­те этой ка­та­стро­фы Бол­га­рия ли­ши­лась не толь­ко Ма­ке­до­нии – тре­ти свой эт­ни­че­ской тер­ри­то­рии, но и ча­сти Доб­руд­жи, за­хва­чен­ной ру­мы­на­ми. Имен­но то­гда в Со­фии впер­вые про­зву­ча­ли фра­зы о том, что луч­ше бы в 1878 г. бол­гар не осво­бож­да­ли, а да­ли огра­ни­чен­ную ав­то­но­мию в пре­де­лах сан-сте­фан­ских гра­ниц. Есте­ствен­ный ход ве­щей ра­но или позд­но при­вел бы к раз­ва­лу Осман­ской им­пе­рии, и бол­гар­ский на­род по­лу­чил бы сво­бо­ду чуть поз­же – за­то нераз­де­лен­ным.

По­сле все­го это­го удив­ле­ние Ни­ко­лая II в 1915 г. пред­став­ля­ет­ся несколь­ко на­иг­ран­ным. А во­оду­шев­ле­ние бол­гар, ко­то­рых ма­ни­фест ца­ря Фер­ди­нан­да 14 ок­тяб­ря 1915 г. при­звал осво­бо­дить бра­тьев в Ма­ке­до­нии из-под серб­ско­го ига, – как раз по­нят­ным. Тем бо­лее что то­гда о войне непо­сред­ствен­но с рус­ски­ми не бы­ло ре­чи: Рос­сия бы­ла от­де­ле­на от бол­гар ней­траль­ной Ру­мы­ни­ей.

Но в 1916-м и та всту­пи­ла в вой­ну. И в сен­тяб­ре 1916 г. в той са­мой Доб­руд­же бол­гар­ская ар­мия-осво­бо­ди­тель­ни­ца скре­сти­ла шты­ки и с рус­ски­ми ча­стя­ми, по­слан­ны­ми на по­мощь ру­мы­нам. «В этот день раз и на­все­гда по­гре­бе­на ле­ген­да о том, что бол­гар­ские вой­ска не бу­дут бить­ся про­тив сво­их рус­ских осво­бо­ди­те­лей», – пи­сал бол­гар­ский ге­не­рал То­шев.

Седь­мо­го сен­тяб­ря бол­гар­ский по­эт Иван Ва­зов на­пи­сал по­сла­ние «К рус­ским во­и­нам», в ко­то­ром бы­ли та­кие стро­ки: ...Не нена­ви­дим вас, Но лю­бим и свою сво­бо­ду, Ее мы лю­бим боль­ше в сот­ню раз.

Вот вам и ответ на во­прос, по­че­му бол­га­ры ока­за­лись столь «небла­го­дар­ны». Или как это сфор­му­ли­ро­вал еще в 1879 г. бу­ду­щий пре­мьер Бол­га­рии Кон­стан­тин Кон­стан­ти­нов: «Ес­ли нас по­сто­ян­но по­пре­ка­ют за­тра­та­ми на Осво­бож­де­ние, тре­буя вза­мен веч­ной по­кор­но­сти, это не брат­ство. Пусть под­счи­та­ют и вы­ста­вят счет. Мож­но с про­цен­та­ми. Мы рас­пла­тим­ся и за­кро­ем во­прос».

Все про­сто, прав­да? Но ведь Рос­сия ни­ко­гда не бы­ла стра­ной про­стых ре­ше­ний.-

/ WIKIPEDIA.ORG

Ле­ген­да о невоз­мож­но­сти вой­ны бол­гар с рус­ски­ми бы­ла опро­верг­ну­та бо­я­ми сен­тяб­ря 1916 г.

Comments

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.