Глав­ный ис­пол­ни­тель­ный сви­де­тель

Игорь Се­чин, глав­ный сви­де­тель об­ви­не­ния по де­лу Алек­сея Улю­ка­е­ва, на­ко­нец вы­сту­пил в су­де. При­го­вор остал­ся в си­ле

Vedomosti - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ана­ста­сия Кор­ня Али­на Дид­ков­ская

Глав­ный ис­пол­ни­тель­ный ди­рек­тор «Рос­неф­ти» Игорь Се­чин, ко­то­ро­го в про­шлом го­ду несколь­ко раз вы­зы­ва­ли в За­моск­во­рец­кий суд как глав­но­го сви­де­те­ля по де­лу быв­ше­го ми­ни­стра эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия Алек­сея Улю­ка­е­ва, вне­зап­но дал по­ка­за­ния: в чет­верг он вы­сту­пил в Мосгор­су­де на рас­смот­ре­нии апел­ля­ции на вы­не­сен­ный в де­каб­ре 2017 г. при­го­вор – во­семь лет ли­ше­ния сво­бо­ды в ко­ло­нии стро­го­го ре­жи­ма и штраф в 130 млн руб. Се­чин да­вал по­ка­за­ния бо­лее по­лу­то­ра ча­сов, но в за­кры­том ре­жи­ме: суд со­гла­сил­ся, что часть име­ю­щих от­но­ше­ние к де­лу дан­ных о при­ва­ти­за­ции ак­ций «Баш­неф­ти» со­став­ля­ет ком­мер­че­скую тай­ну.

По­сле до­про­са Се­чин ускольз­нул от ре­пор­те­ров, де­жу­рив­ших в Мосгор­су­де, но по­го­во­рил с агент­ством ТАСС. Уча­стие в су­деб­ном за­се­да­нии и да­ча по­ка­за­ний бы­ли де­лом че­сти, объ­яс­нил сви­де­тель: «Я на­де­ял­ся, что суд пер­вой ин­стан­ции при­мет мои пись­мен­ные по­ка­за­ния, к со­жа­ле­нию, это­го не про­изо­шло. По­это­му, как толь­ко по­яви­лась воз­мож­ность, я при­шел в суд». Се­чин со­об­щил, что под­твер­дил в су­де свою по­зи­цию, что Улю­ка­ев тре­бо­вал от него неза­кон­ное воз­на­граж­де­ние: «Сам обо­зна­чил его сум­му, сам при­е­хал за ним и сам уехал. По су­ти, се­го­дня и за­щи­та, и сам Улю­ка­ев уже не за­да­ва­ли во­про­сов про ви­но и про ка­кие-то от­вле­ка­ю­щие от су­ти де­ла мо­мен­ты». Бла­го­да­ря де­лу Улю­ка­е­ва борь­ба с кор­руп­ци­ей в Рос­сии по­лу­чи­ла до­пол­ни­тель­ное раз­ви­тие, уве­рен он.

Яв­ка в суд Се­чи­на ста­ла пол­ной неожи­дан­но­стью для Улю­ка­е­ва и его за­щи­ты. По­сле до­про­са сви­де­те­ля ад­во­ка­ты быв­ше­го ми­ни­стра по­про­си­ли о пе­ре­ры­ве до пят­ни­цы: их по­зи­ция бы­ла по­стро­е­на в ос­нов­ном на от­сут­ствии в де­ле по­ка­за­ний глав­но­го сви­де­те­ля, ее тре­бо­ва­лось сроч­но пе­ре­смот­реть. Суд дал им пол­то­ра ча­са. Это­го вре­ме­ни ад­во­ка­там хва­ти­ло, что­бы разо­брать по­ка­за­ния Се­чи­на бук­валь­но по ко­сточ­кам. И жур­на­ли­стам ста­ло из­вест­но, о чем глав­ный сви­де­тель рас­ска­зал су­ду, со слов ад­во­ка­тов.

ПЕ­РЕ­МЕ­НА МЕСТ

Глав­ной но­во­стью ока­за­лось из­ме­не­ние по­ка­за­ний Се­чи­на, дан­ных след­ствию, в ча­сти об­сто­я­тельств, при ко­то­рых под­су­ди­мый вы­мо­гал у него $2 млн. За­моск­во­рец­кий суд уста­но­вил, что взят­ку за со­дей­ствие в при­ва­ти­за­ции «Баш­неф­ти» Улю­ка­ев тре­бо­вал у Се­чи­на, ко­гда тот иг­рал на би­льяр­де с пред­прав­ле­ния ВТБ Ан­дре­ем Ко­сти­ным на Гоа (Ин­дия) во вре­мя сам­ми­та БРИКС.

Те­перь Се­чин, по сло­вам ад­во­ка­та Ти­мо­фея Грид­не­ва, со­об­щил, что раз­го­вор про­изо­шел позд­нее, ко­гда участ­ни­ки сам­ми­та под­ни­ма­лись по лест­ни­це в зал по при­гла­ше­нию пре­зи­дент­ской служ­бы про­то­ко­ла. Улю­ка­ев счел необ­хо­ди­мым ска­зать су­ду, что чи­нов­ни­ков и биз­не­сме­нов ор­га­ни­за­то­ры сам­ми­та ве­ли в зал раз­ны­ми пу­тя­ми и пе­ре­сечь­ся с Се­чи­ным на лест­ни­це он мог раз­ве что на ми­ну­ту.

Эти по­ка­за­ния об­ну­ля­ют тща­тель­но вы­стро­ен­ную след­стви­ем и За­моск­во­рец­ким су­дом це­поч­ку до­ка­за­тельств, на­ста­и­вал Грид­нев: «Вы сна­ча­ла до­ка­жи­те, что он тре­бо­вал, а по­том го­во­ри­те, что по­лу­чал взят­ку». До сих пор у су­да бы­ли по­ка­за­ния сви­де­те­лей и да­же ви­део­за­пись иг­ры на би­льяр­де, го­во­рил ад­во­кат, а се­го­дня толь­ко сло­ва двух лю­дей, под­ни­мав­ших­ся по лест­ни­це в тол­пе.

Се­чин так­же при­знал, рас­ска­зал Грид­нев, что у Улю­ка­е­ва не бы­ло пол­но­мо­чий по­вли­ять на сдел­ку с ак­ци­я­ми «Баш­неф­ти»; а еще он под­твер­дил, что был ини­ци­а­то­ром те­ле­фон­но­го раз­го­во­ра, в хо­де ко­то­ро­го Улю­ка­ев дал со­гла­сие при­е­хать в офис «Рос­неф­ти», где и по­лу­чил сум­ку с день­га­ми. Се­чин объ­яс­нил, что в ком­па­нию при­шло пись­мо о не со­всем удоб­ной цене при­ва­ти­за­ции па­ке­та ак­ций «Рос­неф­ти» и это пись­мо он вос­при­нял как знак, что по­ра пла­тить. «Ес­ли у ко­го-то пись­мо от­но­си­тель­но при­ва­ти­за­ции «Рос­неф­ти» вы­зы­ва­ет же­ла­ние дать де­нег, это еще не по­вод осуж­дать ми­ни­стра, ко­то­рый от­ста­и­ва­ет ин­те­ре­сы го­су­дар­ства», – ар­гу­мен­ти­ро­вал Грид­нев. По мне­нию су­да, раз Улю­ка­ев при­е­хал, зна­чит, со­гла­сил­ся взять день­ги; но Се­чин вся­че­ски за­ма­ни­вал Улю­ка­е­ва, это бы­ло при­гла­ше­ние в го­сти, от ко­то­ро­го невеж­ли­во от­ка­зы­вать­ся, про­дол­жил ад­во­кат и на­пом­нил, что в от­вет на во­прос за­щи­ты, про­хо­дил ли Се­чин ин­струк­таж пе­ред след­ствен­ным экс­пе­ри­мен­том, тот по­тре­бо­вал не устра­и­вать про­во­ка­ций. А ин­струк­таж Се­чи­ну не по­ме­шал бы, уве­рен Грид­нев: «Ес­ли бы он ска­зал: «Вот два мил­ли­о­на, бе­ри и пой­дем чай­ку по­пьем» – я бы здесь про­сил толь­ко о снис­хож­де­нии».

Улю­ка­ев под­хва­тил сум­ку и от­нес 20 кг дол­ла­ров в ма­ши­ну, па­ри­ро­вал про­ку­рор Бо­рис Не­по­рож­ний, мог бы уточ­нить, по­че­му та­кая тя­же­лая сум­ка, спа­си­бо ска­зать: «Что в та­ких слу­ча­ях го­во­рят обыч­но? Фран­ция, 2017 г., а не «со­би­ра­ли объ­ем». Го­соб­ви­ни­тель так­же за­ме­тил, что во вре­мя до­про­са Се­чи­на Улю­ка­ев не вы­ка­зы­вал удив­ле­ния и не за­да­вал во­про­сов и толь­ко че­рез два ча­са со­об­щил, что не пе­ре­се­кал­ся с Се­чи­ным на лест­ни­це.

Су­дей Се­чин точ­но убе­дил: при­го­вор Улю­ка­е­ву Мосгор­суд оста­вил в си­ле, от­ме­нил толь­ко за­прет за­ни­мать долж­но­сти, свя­зан­ные с ис­пол­не­ни­ем хо­зяй­ствен­но-рас­по­ря­ди­тель­ных функ­ций в го­сор­га­нах, ор­га­нах мест­но­го са­мо­управ­ле­ния и гос­учре­жде­ни­ях (за­прет на го­свласть остал­ся в си­ле). О судь­бе $2 млн ни­че­го не из­вест­но, хо­тя За­моск­во­рец­кий суд ре­шил, что их судь­бу долж­на опре­де­лить имен­но апел­ля­ци­он­ная ин­стан­ция.

ПЕ­РЕ­МЕ­НА УЧАСТИ

С про­цес­су­аль­ной точ­ки зре­ния си­ту­а­ция с яв­кой сви­де­те­ля в суд вто­рой ин­стан­ции не бы­ла неожи­дан­ной, го­во­рит про­фес­сор МГУ Лео­нид Го­лов­ко, воз­мож­но, си­ту­а­ция за­кла­ды­ва­лась на ста­дии пер­вой ин­стан­ции, Мосгор­суд – бо­лее вы­со­кая по­зи­ция, чем рай­суд. Воз­мож­ность воз­об­нов­ле­ния су­деб­но­го след­ствия на ста­дии апел­ля­ции по­яви­лась несколь­ко лет на­зад, про­дол­жа­ет Го­лов­ко, апел­ля­ция – ин­стан­ция в ста­дии ста­нов­ле­ния, усто­яв­шей­ся прак­ти­ки нет. Но по­нят­но, что при­ход Се­чи­на вы­го­ден преж­де все­го об­ви­не­нию: это сни­ма­ет кри­ти­ку при­го­во­ра, свя­зан­ную с от­сут­стви­ем по­ка­за­ний клю­че­во­го сви­де­те­ля, та­кая кри­ти­ка зву­ча­ла бы на всех ста­ди­ях вплоть до Ев­ро­пей­ско­го су­да по пра­вам че­ло­ве­ка.

Го­лов­ко не го­тов утвер­ждать, что от­сут­ствие по­ка­за­ний Се­чи­на бы­ло бы кри­тич­но для при­го­во­ра – фор­маль­но­го на­ру­ше­ния тут нет. Но без его по­ка­за­ний до­ка­за­тель­ная ба­за вы­гля­де­ла непол­ной. Ощу­ща­ет­ся и же­ла­ние вла­сти по­ка­зать эли­там, что пре­не­бре­гать пра­во­су­ди­ем нель­зя, про­дол­жа­ет он, да­же Вла­ди­ми­ру Пу­ти­ну при­шлось объ­яс­нять, по­че­му Се­чин не явил­ся в суд, и он со­гла­сил­ся, что Се­чин мог бы и прий­ти в суд.

На са­мом де­ле ин­кри­ми­ни­ру­е­мое Улю­ка­е­ву пре­ступ­ле­ние ну ни­как не тя­нет на вы­мо­га­тель­ство взят­ки – мо­шен­ни­че­ство в чи­стом ви­де, очень стран­но, что суд это­го не за­ме­тил, го­во­рит ад­во­кат Вла­ди­мир Же­ре­бен­ков. Ес­ли да­же Се­чин знал, что по­вли­ять на сдел­ку Улю­ка­ев не мог, где здесь ис­поль­зо­ва­ние долж­ност­но­го по­ло­же­ния, недо­уме­ва­ет ад­во­кат. За мо­шен­ни­че­ство на­ка­за­ние ни­же, до 10 лет, но пре­ступ­ле­ние не за­вер­ше­но, на­зна­чить мо­гут не бо­лее двух тре­тей, а с уче­том лич­но­сти под­су­ди­мо­го – не бо­лее пя­ти лет, под­счи­ты­ва­ет Же­ре­бен­ков. Пе­ре­ква­ли­фи­ци­ро­вать де­ло смо­жет и вы­ше­сто­я­щая ин­стан­ция, по­ла­га­ет ад­во­кат, де­ло на­вер­ня­ка дой­дет и до Вер­хов­но­го су­да. А то, что Улю­ка­е­ву раз­ре­ши­ли вы­пол­нять хо­зяй­ствен­но-рас­по­ря­ди­тель­ные функ­ции, сви­де­тель­ству­ет ско­рее все­го, что ему удаст­ся за­нять в ко­ло­нии хо­ро­шее ме­сто – за­ве­ду­ю­ще­го биб­лио­те­кой, спорт­за­лом или клу­бом, за­клю­ча­ет Же­ре­бен­ков.

Ни­че­го прин­ци­пи­аль­но но­во­го не про­изо­шло, по­ла­га­ет по­ли­то­лог Алек­сей Ма­кар­кин: ста­рая исто­рия в раз­ви­тии. Се­чи­ну все еще да­ют по­нять, что он обыч­ный че­ло­век, а не «но­мер два», но это про­ис­хо­дит в бо­лее удоб­ном для него фор­ма­те: ин­три­ги нет, прес­сы мень­ше, в зал прой­ти неза­мет­но про­ще. Все это, оче­вид­но, не пой­дет на поль­зу са­мо­му Улю­ка­е­ву, се­ту­ет Ма­кар­кин, но его при­мер – на­у­ка дру­гим чи­нов­ни­кам, что сей­час не вре­мя про­сить­ся в от­став­ку, а нуж­но мо­би­ли­зо­вать­ся.

/ ЕВ­ГЕ­НИЙ РАЗУМНЫЙ / ВЕДОМОСТИ

Игорь Се­чин да­вал по­ка­за­ния на про­цес­се над Алек­се­ем Улю­ка­е­вым (на фо­то) в за­кры­том ре­жи­ме

/ PHOTOXPRESS

Игорь Се­чин (спра­ва) со­об­щил су­ду, что Ан­дрей Ко­стин (сле­ва) при раз­го­во­ре о взят­ке не при­сут­ство­вал

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.