Тан­цы с бам­бу­ком

На экра­ны вы­шла «Тан­цов­щи­ца» – био­гра­фия ле­ген­дар­ной Лои Фул­лер, в ко­то­рой по­чти нет прав­ды

Vedomosti.Piter - - КУЛЬТУРА - Де­нис Кор­са­ков ДЛЯ ВЕ­ДО­МО­СТЕЙ АВ­ТОР – СПЕ­ЦИ­АЛЬ­НЫЙ КОР­РЕ­СПОН­ДЕНТ «КОМ­СО­МОЛЬ­СКОЙ ПРАВ­ДЫ»

Лои Фул­лер (1862–1928) – американка, став­шая од­ной из са­мых зна­ме­ни­тых тан­цов­щиц Фран­ции и на­все­гда по­ме­няв­шая пред­став­ле­ния о со­вре­мен­ном тан­це. Ле­ген­да «Фо­ли-Бер­жер», ге­ро­и­ня зна­ме­ни­тых афиш Belle Еpoque. Но­ва­тор, сме­ло экс­пе­ри­мен­ти­ро­вав­шая с костюмами, осве­ще­ни­ем, де­ко­ра­ци­я­ми, лю­ми­нес­цент­ны­ми кра­си­те­ля­ми и раз­ны­ми спе­ц­эф­фек­та­ми, де­лав­ши­ми ее номера неза­бы­ва­е­мы­ми. При­я­тель­ни­ца Ро­де­на, Мал­лар­ме и Ту­луз-Ло­т­ре­ка. Член фран­цуз­ско­го аст­ро­но­ми­че­ско­го об­ще­ства.

«Тан­цов­щи­ца», пол­но­мет­раж­ный де­бют ди­зай­не­ра и ре­жис­се­ра ви­део­кли­пов Сте­фа­ни Ди Джу­сто, в этом го­ду по­па­ла в канн­скую про­грам­му «Осо­бый взгляд»; лю­ди осве­дом­лен­ные ви­дят в этом ма­хи­на­ции про­дю­се­ров из ком­па­нии Wild Bunch, без уси­лий ко­то­рых «Тан­цов­щи­цу» и близ­ко не под­пу­сти­ли бы ни к ка­ким канн­ским кон­кур­сам. Хо­тя взгляд на жизнь Фул­лер у Сте­фа­ни Ди Джу­сто дей­стви­тель­но осо­бый. Био­гра­фи­че­ские филь­мы не обя­за­ны быть столь же точ­ны­ми, как био­гра­фи­че­ские кни­ги, и все же «Тан­цов­щи­ца» ста­вит ка­кой-то ре­корд по без­удерж­но­му вра­нью: это имен­но тот слу­чай, ко­гда лю­бые сов­па­де­ния ге­ро­и­ни с ре­аль­ной Фул­лер вы­гля­дят слу­чай­ны­ми. Са­мое же уди­ви­тель­ное, что из­ме­не­ния не мо­ти­ви­ро­ва­ны прак­ти­че­ски ни­чем: ис­то­рия Фул­лер от них ста­но­вит­ся толь­ко скуч­нее.

По­че­му экран­ная ге­ро­и­ня всту­па­ет в вол­шеб­ный мир те­ат­ра в НьюЙор­ке в 25 лет, в то вре­мя как на­сто­я­щая Фул­лер ак­тив­но вы­сту­па­ла в Чи­ка­го еще под­рост­ком? По­че­му эти 25 лет она про­во­дит где-то в го­рах (да и вы­гля­дит как ди­тя этих са­мых гор) с до­воль­но ди­ким па­па­шей и ка­ки­ми-то ко­ро­ва­ми, но при этом чи­та­ет «Са­ло­мею» Оска­ра Уайль­да? От­ку­да у этой де­ре­вен­щи­ны во­об­ще «Са­ло­мея», еще не опуб­ли­ко­ван­ная на ан­глий­ском в тот мо­мент, ко­гда раз­во­ра­чи­ва­ет­ся дей­ствие? По­че­му в филь­ме Фул­лер ста­но­вит­ся звез­дой толь­ко в Ев­ро­пе, то­гда как на­сто­я­щая тан­цов­щи­ца при­е­ха­ла ту­да на га­стро­ли уже в ка­че­стве про­слав­лен­ной аме­ри­кан­ской ар­тист­ки? По­че­му ее успе­хи свя­зы­ва­ют­ся с со­сто­я­тель­ным па­тро­ном, им­по­тен­том и нар­ко­ма­ном (Гас­пар Ульель), ко­то­ро­го в ре­аль­но­сти про­сто не бы­ло – это со­би­ра­тель­ный об­раз, при­чем со­бран он ско­рее из штам­пов о вя­лых ари­сто­кра­тах fin de siеcle? Ес­ли за­дать эти во­про­сы Сте­фа­ни Ди Джу­сто, она на­вер­ня­ка смо­жет вы­да­вить толь­ко пош­лей­шее: «Я так ви­жу». Од­на­жды она об­мол­ви­лась, что «о на­сто­я­щей Фул­лер ни­кто по­чти ни­че­го не пом­нит». Ред­ко встре­тишь ав­то­ра, ко­то­рый рас­пи­сы­вал­ся бы в сво­ей неадек­ват­но­сти с та­ким на­жи­мом: для лю­бо­го че­ло­ве­ка, ко­то­рый все­рьез ин­те­ре­су­ет­ся ис­то­ри­ей тан­ца, Фул­лер – фи­гу­ра при­мер­но столь же зна­ко­вая, как Ай­се­до­ра Дун­кан.

Ай­се­до­ра, кста­ти, по­яв­ля­ет­ся в филь­ме, ее иг­ра­ет 16-лет­няя Ли­лиРо­уз Ме­ло­ди Депп, и ее по­яв­ле­ние на­по­ми­на­ет по­рыв све­же­го вет­ра. По­ка слож­но ска­зать, ка­кая из нее ак­три­са, Ди Джу­сто яв­но не тот ре­жис­сер, у ко­то­ро­го мож­но се­бя про­явить, – но оба­я­ние от ро­ди­те­лей, Джон­ни Деп­па и Ва­нес­сы Па­ра­ди, она уна­сле­до­ва­ла в пол­ном объ­е­ме (кста­ти, она и чи­сто внешне уди­ви­тель­но по­хо­жа од­но­вре­мен­но на па­пу и на ма­му). В лю­бом слу­чае Ли­ли-Роуз боль­ше по­хо­жа на тан­цов­щи­цу, спо­соб­ную за­ча­ро­вать пуб­ли­ку сво­и­ми дви­же­ни­я­ми, чем угрю­мая, уг­ло­ва­тая Сте­фа­ни Со­ко­лин­ски, иг­ра­ю­щая Фул­лер. (В жиз­ни Фул­лер и Дун­кан не осо­бо лю­би­ли друг дру­га, в филь­ме же Фул­лер ис­пы­ты­ва­ет к Дун­кан бо­лее чем от­чет­ли­вое лес­бий­ское вле­че­ние – что мо­ло­день­кая, но весь­ма ко­вар­ная Ай­се­до­ра ис­поль­зу­ет в сво­их це­лях.) У Со­ко­лин­ски об­щее с Фул­лер толь­ко при­мер­ное внеш­нее сход­ство; эф­фект же от соб­ствен­но тан­цев дер­жит­ся на раз­ве­ва­ю­щей­ся тка­ни и бам­бу­ко­вых па­лоч­ках, ко­то­рые вы­сту­па­ют как бы про­дол­же­ни­ем рук и в со­че­та­нии с огром­ны­ми ру­ка­ва­ми де­ла­ют их по­хо­жи­ми на кры­лья (это клю­че­вая ме­та­фо­ра филь­ма: ду­ша ге­ро­и­ни по­хо­жа на пти­цу, ле­бедь бе­лую, по­ня­ли?). Фул­лер дей­стви­тель­но тща­тель­но про­ду­мы­ва­ла ко­стю­мы, и ее ле­ген­дар­ный по­чти цир­ко­вой но­мер «Сер­пан­тин» вос­про­из­ве­ден бо­лее или ме­нее точ­но. Но толь­ко ко­стюм в кад­ре и тан­цу­ет. А так-то из пер­фор­ман­са Со­ко сле­ду­ет, что пля­сать на сцене мо­жет лю­бой, глав­ное – дать ему в ру­ки пра­виль­ные па­лоч­ки.-

/ KINOPOISK.RU

Ис­кус­ству зна­ме­ни­той ар­тист­ки по­мо­га­ли раз­ве­ва­ю­щи­е­ся тка­ни и бам­бу­ко­вые па­лоч­ки

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.