748,26 млрд руб.

Vedomosti.Piter - - КОММЕНТАРИИ - *Мар­га­ри­та Пап­чен­ко­ва

Объ­яв­ляя на­ча­ло боль­шой при­ва­ти­за­ции 2016 г., Вла­ди­мир Пу­тин при­звал обес­пе­чить про­зрач­ность про­цес­са. К кон­цу го­да со­зда­лось ощу­ще­ние, что участ­ни­кам про­цес­са, на­обо­рот, да­ли за­да­ние за­пу­тать все сле­ды и сде­лать так, что­бы ни на се­кун­ду не про­па­да­ла интрига.

Это ка­са­ет­ся и са­мих ре­ше­ний (од­ну гос­ком­па­нию, «Баш­нефть», про­да­ли дру­гой, «Рос­неф­ти», те­перь воз­мож­но, что «Рос­нефть» ку­пит са­му се­бя), и про­це­дур. В по­не­дель­ник по­яви­лась ди­рек­ти­ва о про­да­же «Рос­неф­ти», в ко­то­рой долж­на бы­ла быть оцен­ка сто­и­мо­сти про­да­ва­е­мо­го па­ке­та. Од­на­ко це­на оказалась «Для слу­жеб­но­го поль­зо­ва­ния» (ДСП). Впро­чем, че­рез па­ру ча­сов ми­нистр эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия Алек­сей Улю­ка­ев на­звал ее, буд­то и не бы­ло ни­ка­ко­го ДСП.

Минимальная це­на сфор­ми­ро­ва­на на ос­но­ве ко­ти­ро­вок за 11 ок­тяб­ря (то­гда по­сле со­об­ще­ния о при­ва­ти­за­ции «Баш­неф­ти» ак­ции «Рос­неф­ти» вы­рос­ли) – 748,26 млрд руб., но с дис­кон­том 5%. Дис­конт, как пра­ви­ло, бы­ва­ет при пуб­лич­ном раз­ме­ще­нии, а при про­да­же стра­те­гу, на­обо­рот, мо­жет быть и пре­мия (и ее обе­ща­ли изна­чаль­но чи­нов­ни­ки). Со­бе­сед­ни­ки «Ве­до­мо­стей» в пра­ви­тель­стве по­яс­ня­ют, что речь идет о по­пра­воч­ном ко­эф­фи­ци­ен­те, а не о дис­кон­те. Стран­но, ведь имен­но о мак­си­ми­за­ции до­хо­дов от при­ва­ти­за­ции го­во­ри­ла «Рос­нефть» в пись­мах, объ­яс­няя, по­че­му «Баш­нефть» на­до от­дать ей. Ку­да де­лась си­нер­гия?

Чи­нов­ни­ки оправ­ды­ва­ют­ся: дис­конт рас­счи­тан оце­ноч­ной ком­па­ни­ей по ито­гам ана­ли­за схо­жих сде­лок. До­пу­стим. Но по­че­му бы не рас­ска­зать, что это за сдел­ки, что за ми­ро­вой опыт? Ведь речь идет о до­хо­дах бюд­же­та. Кон­фи­ден­ци­аль­ность в фи­нан­со­вых сдел­ках – обыч­ное яв­ле­ние, но тут сек­рет­ность уже ра­ди сек­рет­но­сти.

По­че­му есть риск за­ни­же­ния сто­и­мо­сти? «Рос­нефть» мо­жет вы­ку­пить соб­ствен­ные ак­ции и за­тем их пе­ре­про­да­вать. Ей вы­год­но за­ни­же­ние цены – и это толь­ко лиш­ний по­вод обес­пе­чить мак­си­маль­ную про­зрач­ность сдел­ки, а не на­во­дить тень на пле­тень. Но чи­нов­ни­кам как буд­то спе­ци­аль­но да­ли ко­ман­ду: глав­ное – со­хра­няй­те ин­три­гу.

Юри­сты го­во­рят, что в сдел­ках M&A это на­зы­ва­ет­ся шу­мо­вой за­ве­сой, скры­ва­ю­щей насто­я­щие па­ра­мет­ры. Воз­мож­но, в этой при­ва­ти­за­ции есть еще ка­кие-то страш­ные тай­ны. Скрыт­ность чи­нов­ни­ков толь­ко еще боль­ше со­зда­ет ажи­о­таж во­круг при­ва­ти­за­ции. За­чем та­кая так­ти­ка?

От­вет мо­жет быть очень про­стым. По­сле то­го как, несмот­ря на по­пыт­ки по­мощ­ни­ка пре­зи­ден­та Ан­дрея Бе­ло­усо­ва и ви­це-пре­мье­ра Ар­ка­дия Двор­ко­ви­ча не до­пу­стить «Рос­нефть» к «Баш­неф­ти», сдел­ка все же со­сто­я­лась, чи­нов­ни­ки как буд­то окон­ча­тель­но мах­ну­ли ру­кой на то, как это вы­гля­дит со сто­ро­ны. Ша­ги при­ва­ти­за­ции, их смысл те­перь ни­кто не объ­яс­ня­ет. Роль вест­ни­ка при­ва­ти­за­ции да­же взял на се­бя (непо­нят­но, по ка­ким при­чи­нам) фонд Иго­ря Юсуф­о­ва, еще од­на загадка этой при­ва­ти­за­ции. Имен­но фонд со­об­щил о buy-back и объ­яс­нил его суть.

Я знаю, что, об­суж­дая оче­ред­ную ста­тью об аб­сур­де при­ва­ти­за­ции, несколь­ко вы­со­ко­по­став­лен­ных чи­нов­ни­ков го­во­ри­ли, что жур­на­ли­сты «ме­ша­ют ра­бо­тать и пу­та­ют­ся под но­га­ми». Что ж, воз­мож­но, в этом слу­чае боль­ше под­хо­дят зна­то­ки ли­те­ра­ту­ры аб­сур­да, они бы оце­ни­ли наш про­цесс по до­сто­ин­ству.-

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.