Ро­жать и пла­кать

В про­кат вы­шла без­упреч­но эле­гант­ная и прак­ти­че­ски невы­но­си­мая фран­цуз­ская ме­ло­дра­ма «Веч­ность» с Од­ри То­ту, Бе­ре­нис Бе­жо и Ме­ла­ни Ло­ран в глав­ных ро­лях

Vedomosti.Piter - - КУЛЬТУРА - Де­нис Кор­са­ков ДЛЯ ВЕ­ДО­МО­СТЕЙ АВ­ТОР – СПЕ­ЦИ­АЛЬ­НЫЙ КОР­РЕ­СПОН­ДЕНТ «КОМСОМОЛЬСКОЙ ПРАВ­ДЫ»

Вболь­шом до­ме, рас­по­ло­жен­ном где-то в зем­ном раю (пред­по­ло­жим, это юг Фран­ции), жи­вут су­пру­ги Ар­тюр и Жюли Бур­жуа. У них три до­че­ри – Элен, Ан­ри­ет­та и Ва­лен­ти­на. Пре­лест­ная Ва­лен­ти­на вы­хо­дит за­муж за Жю­ля – доб­ро­душ­но­го ти­хо­го че­ло­ве­ка зна­чи­тель­но стар­ше ее. Вско­ре по­яв­ля­ют­ся на свет близ­не­цы Луи и Жан, а за­тем Ад­ри­ан. На­ко­нец, рож­да­ет­ся доч­ка, Мар­го, ко­то­рую Ва­лен­ти­на осо­бен­но лю­бит и шеп­чет ей: «Вско­ре ты по­зна­ешь за­му­же­ство и ро­ды, но ни­что не смо­жет из­ме­нить неж­ность на­шей люб­ви». Еще боль­шим сча­стьем Ва­лен­ти­на на­пол­ня­ет­ся, ко­гда рож­да­ет­ся Эли­за­бет.

Не сда­вай­тесь, чи­тай­те даль­ше, тер­пи­те – тут не пе­ре­ска­за­но и пер­вых 10 ми­нут «Веч­но­сти».

Еще один ре­бе­нок, со­об­ща­ет нам за­кад­ро­вый го­лос, про­жи­ва­ет на све­те все­го день («эти несколь­ко ча­сов он но­сил имя Этьен»). Тут серд­це Ва­лен­ти­ны на­пол­ня­ет­ся тос­кой – ее мыс­ли те­перь «о пу­сто­те в ру­ках, о про­бо­ине, ку­да уте­ка­ло теп­ло». Про­хо­дит год – и вот она сно­ва с мла­ден­цем на ру­ках.

Но ка­кое же имя вы­бра­ли для него ро­ди­те­ли? Ведь это страш­но ин­те­рес­но!.. Пьер; а год спу­стя, для сле­ду­ю­ще­го, – Жюль. Но вско­ре муж Ва­лен­ти­ны уми­ра­ет. Она скор­бит, но уте­ша­ет­ся, по­ни­мая, что муж «рас­тво­рил­ся в де­тях».

К 20-й ми­ну­те филь­ма Луи и Жан – «за­стен­чи­вые, как все юно­ши, еще не по­знав­шие жен­щин» – уже ухо­дят на вой­ну, а че­рез 10 се­кунд ма­те­ри син­хрон­но при­дут две по­вест­ки. На 22-й ми­ну­те Ва­лен­ти­на уте­шит­ся, об­ща­ясь с до­черь­ми, на 24-й од­на из них умрет, по­том дру­гая под­рас­тет и уй­дет в мо­на­стырь, а кто-то из остав­ших­ся сы­но­вей же­нит­ся и нач­нет про­из­во­дить сво­их де­тей (то­же в немыс­ли­мых ко­ли­че­ствах). А го­лос за кад­ром, не ме­няя ин­то­на­ции, бу­дет ре­ги­стри­ро­вать рож­де­ния и смер­ти. И так весь фильм. Весь фильм, дей­ствие ко­то­ро­го охва­ты­ва­ет при­мер­но 80 лет.

При оби­лии вто­ро­пла­но­вых пер­со­на­жей вьет­нам­ский ре­жис­сер Чан Ань Хунг не де­ла­ет ни ма­лей­шей по­пыт­ки про­пи­сать их ха­рак­те­ры. О ге­ро­ях-муж­чи­нах мы не узна­ем да­же, где они ра­бо­та­ют. Де­ти во­об­ще от­ли­ча­ют­ся от ки­па­ри­сов и пальм толь­ко тем, что уме­ют бе­гать и озор­ни­чать (в од­ном эпи­зо­де ми­лые про­каз­ни­ки об­ли­ва­ют ма­му во­дой), а, в прин­ци­пе, на всю ора­ву от­ве­де­но со­всем неболь­шое ко­ли­че­ство слу­жеб­ных ре­плик. За ред­ки­ми ис­клю­че­ни­я­ми это по­чти пред­ме­ты ин­те­рье­ра, и глав­ная ак­тер­ская за­да­ча Од­ри То­ту, Ме­ла­ни Ло­ран и Бе­ре­нис Бе­жо – об­ни­мать

эти объ­ек­ты, дол­го це­ло­вать, а по­том де­лать прон­зи­тель­но скорб­ные ли­ца, ко­гда они уми­ра­ют.

Ко­ли­че­ство тру­пов в «Веч­но­сти» лег­ко со­по­ста­ви­мо с ко­ли­че­ством по­кой­ни­ков в «Мол­ча­нии яг­нят» и «Ган­ни­ба­ле», вме­сте взя­тых. На­при­мер: на бе­ре­гу осле­пи­тель­но кра­си­вой бух­ты от­ды­ха­ет се­мья. Муж вста­ет и идет к во­де – и ты мгно­вен­но по­ни­ма­ешь, что жи­вым ему не вер­нуть­ся, по­то­му что уже че­ты­ре ми­ну­ты ни­кто не уми­рал. Ко­неч­но, он то­нет – а же­на, по­чу­яв­шая нелад­ное поз­же, чем зри­тель, с из­ме­нив­шим­ся ли­цом бе­жит к во­де, что­бы узреть точ­ку, дер­га­ю­щу­ю­ся и на­ко­нец ис­че­за­ю­щую в без­мя­теж­ной да­ли.

Это без­упреч­но эле­гант­ный кадр – как и все осталь­ные кад­ры в «Веч­но­сти», сня­той вы­да­ю­щим­ся тай­вань­ским опе­ра­то­ром Мар­ком Ли Пин­би­нем. Уди­ви­тель­ные ра­кур­сы; лью­щий­ся сра­зу ото­всю­ду зо­ло­той свет; неж­ней­шие от­тен­ки го­лу­бо­го и ро­зо­во­го, ма­ли­но­во­го и зе­ле­но­го. За кад­ром без оста­нов­ки – Де­бюс­си, Лист, Бет­хо­вен, Бах, Ген­дель. По­ло­ви­на сцен сня­та в ра­пи­де: ко­гда пер­со­на­жи бе­га­ют, они бе­га­ют очень мед­лен­но. В од­ной из сцен су­пру­ги це­лу­ют­ся под се­нью струй – бук­валь­но, ря­дом с неболь­шим во­до­па­дом.

Мож­но, как кри­тик Ан­тон До­лин, срав­нить «Веч­ность» с «Дре­вом жиз­ни» Тер­рен­са Ма­ли­ка и смот­реть на нее как на по­пыт­ку Чан Ань Хун­га вы­ска­зать­ся о глав­ном в жиз­ни: о люб­ви и пла­че по умер­ше­му (это объ­яс­ня­ет и на­зва­ние, и стрем­ле­ние из­ба­вить­ся от всех лиш­них по­дроб­но­стей), по­пыт­ку во­об­ще пред­ста­вить жизнь как че­ре­ду рож­де­ний, объ­я­тий, улы­бок и смер­тей, ко­то­рая все-та­ки бес­ко­неч­но кра­си­ва (в «Веч­но­сти» ни ра­зу не идет дождь, лишь в по­след­нем, пре­крас­ном кад­ре на оче­ред­ных це­лу­ю­щих­ся влюб­лен­ных на­дви­га­ет­ся ту­ча, сквозь ко­то­рую про­би­ва­ют­ся лу­чи). Но боль­шин­ство кри­ти­ков и зри­те­лей вос­при­ня­ли «Веч­ность» хо­лод­но – и ци­нич­ный ев­ро­пей­ский под­ход то­же бо­лее чем объ­яс­ним, по­то­му что для боль­шин­ства фильм ока­жет­ся все­го лишь на­бо­ром плот­но упа­ко­ван­ных ба­наль­но­стей.

По­след­няя фра­за филь­ма ча­стич­но по­вто­ря­ет первую: «У Ар­тю­ра и Жюли Бур­жуа бы­ло пять до­че­рей. Две умер­ли в дет­стве, три дру­гие – Элен, Ан­ри­ет­та и Ва­лен­ти­на – бы­ли вы­да­ны за­муж. От них про­изо­шли 18 вну­ков и вну­чек, 43 по­том­ка во вто­ром по­ко­ле­нии, 154 в тре­тьем, 231 в чет­вер­том...» «Веч­ность» длит­ся все­го два ча­са, а не две­сти и не две ты­ся­чи – а ведь ни­что не ме­ша­ло на­чать ее дей­ствие где-то в эпо­хе па­лео­ли­та, а за­кон­чить в бу­ду­щем, где-ни­будь пе­ред кон­цом све­та, ко­то­рый, мож­но не со­мне­вать­ся, на­сту­пит вви­ду ка­та­стро­фи­че­ско­го пе­ре­на­се­ле­ния пла­не­ты.

Под се­нью струй, о Гос­по­ди.-

/ KINOPOISK.RU

Неоспо­ри­мое до­сто­ин­ство филь­ма – без­уко­риз­нен­но кра­си­вые кад­ры

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.