Сли­я­ние по-рус­ски

Как рос­сий­ские юр­фир­мы вос­поль­зо­ва­лись за­ко­но­да­тель­ной фо­рой – по­прав­ка­ми в Граж­дан­ский ко­декс

Vedomosti.Piter - - ЮРИДИЧЕСКИЙ БИЗНЕС - Ели­за­ве­та Ба­за­но­ва Фи­липп Стер­кин ВЕДОМОСТИ

Рос­сий­ские юр­фир­мы вос­при­ня­ли им­порт в Граж­дан­ский ко­декс ин­стру­мен­тов из бри­тан­ско­го пра­ва как по­да­рок от за­ко­но­да­те­лей. До вступ­ле­ния в си­лу этих по­пра­вок в июне 2015 г. прак­ти­че­ски все круп­ные сли­я­ния и по­гло­ще­ния (M&A) струк­ту­ри­ро­ва­лись по бри­тан­ско­му пра­ву, что де­ла­ло меж­ду­на­род­ные юр­фир­мы (ILF) мо­но­по­ли­ста­ми в этом сег­мен­те. Те­перь ин­те­ре­сы про­дав­ца и по­ку­па­те­ля мож­но за­щи­тить и по рос­сий­ско­му пра­ву.

По­яв­ле­ния за­ко­на еще недо­ста­точ­но, что­бы его при­ме­ня­ли. Но на этот раз ко­зы­ри, ка­за­лось, лег­ли на од­ной ру­ке: кри­зис в эко­но­ми­ке и кон­фликт с За­па­дом со­кра­ти­ли чис­ло до­ро­гих, слож­ных и транс­на­ци­о­наль­ных сде­лок, санк­ции от­ре­за­ли Рос­сию от ино­стран­но­го ка­пи­та­ла, а борь­ба с оф­шо­ра­ми при­ве­ла к то­му, что мно­гие меж­ду­на­род­ные по фор­ме, но рос­сий­ские по со­дер­жа­нию сдел­ки «пе­ре­еха­ли» в Рос­сию. К то­му же де­валь­ва­ция и кри­зис сни­зи­ли кон­ку­рен­то­спо­соб­ность до­ро­гих ILF, и из них по­тя­ну­лись юри­сты, рас­хо­дясь по ком­па­ни­ям кли­ен­тов, круп­ным рос­сий­ским юр­фир­мам или со­зда­вая соб­ствен­ные бу­ти­ки.

Ожи­да­ния оправ­да­лись, но лишь ча­стич­но: сде­лок по рос­сий­ско­му пра­ву все боль­ше, че­го нель­зя ска­зать о до­хо­дах рос­сий­ских юр­фирм в этом сег­мен­те, по­ка­зал опрос «Ве­до­мо­стей», про­ве­ден­ный сре­ди рос­сий­ских и меж­ду­на­род­ных юр­фирм, а так­же кор­по­ра­тив­ных юри­стов.

МОДА НА РОССИЙСКОЕ

Кон­тракт по ан­глий­ско­му пра­ву от­нюдь не озна­чал, что од­на из сто­рон – ино­стра­нец или про­да­ет­ся что-то ино­стран­ное. Бри­тан­ские ме­ха­низ­мы ис­поль­зо­ва­лись и в ис­клю­чи­тель­но ло­каль­ных сдел­ках: до­ста­точ­но вклю­чить в них про­ме­жу­точ­ное ино­стран­ное зве­но. По рос­сий­ско­му пра­ву за­клю­ча­лось не бо­лее 10% сде­лок, вспо­ми­на­ет парт­нер White & Case Ан­дрей Дон­цов. В круп­ных сдел­ках оно ис­поль­зо­ва­лось, толь­ко ес­ли не бы­ло вы­бо­ра, от­ме­ча­ет управ­ля­ю­щий парт­нер Herbert Smith Freehills Алек­сей Ру­дяк. Ко­гда на рос­сий­ском пра­ве на­ста­и­ва­ла гос­ком­па­ния, при­во­дит при­мер управ­ля­ю­щий парт­нер Hogan Lovells Ок­са­на Ба­ла­ян, те­перь же это со­зна­тель­ный вы­бор.

Мно­гие рос­сий­ские сдел­ки и по кон­трак­ту ста­ли рос­сий­ски­ми. Их до­ля в порт­фе­лях юр­фирм силь­но раз­нит­ся (см. врез), но в од­ном юри­сты еди­но­душ­ны – та­ких сде­лок все боль­ше. Ми­ни­мум в 2 ра­за по срав­не­нию с 2012 г., рас­ска­зы­ва­ет пред­се­да­тель ко­ми­те­та парт­не­ров «Его­ров, Пу­гин­ский, Афа­на­сьев и парт­не­ры» Дмит­рий Афа­на­сьев. По рос­сий­ско­му пра­ву струк­ту­ри­ру­ют­ся да­же круп­ные сдел­ки от $100 млн, го­во­рит парт­нер этой же фир­мы Дмит­рий Сте­па­нов.

Российское пра­во бы­ло эк­зо­ти­кой, те­перь оно ис­поль­зу­ет­ся в по­ло­вине, а то и боль­ше сде­лок, рас­ска­зы­ва­ет о сво­ей прак­ти­ке Дон­цов. По мне­нию юри­стов «Его­ров, Пу­гин­ский, Афа­на­сьев и парт­не­ры», по­сле ре­фор­мы по рос­сий­ско­му пра­ву мож­но про­во­дить до 90% сде­лок, ко­то­рые со­вер­ша­ют­ся по ан­глий­ско­му пра­ву.

Кор­по­ра­ции де­ла­ют раз­ный вы­бор. По рос­сий­ско­му пра­ву струк­ту­ри­ру­ет­ся око­ло 70% сде­лок меж­ду рос­сий­ски­ми ком­па­ни­я­ми, де­лит­ся опы­том топ-ме­не­джер круп­но­го ин­вест­бан­ка. Боль­шую часть сде­лок меж­ду рос­сий­ски­ми ком­па­ни­я­ми за­клю­ча­ем по рос­сий­ско­му пра­ву неза­ви­си­мо от их сум­мы, под­твер­жда­ет ди­рек­тор юри­ди­че­ско­го де­пар­та­мен­та «Си­бу­ра» Алек­сей Ни­ки­фо­ров. Для дру­гих ком­па­ний сум­ма име­ет зна­че­ние. Российское пра­во ис­поль­зу­ет­ся в ос­нов­ном в сдел­ках до 300 млн руб., рас­ска­зы­ва­ет со­труд­ник оте­че­ствен­но­го ри­тей­ле­ра, в се­рьез­ных сдел­ках, осо­бен­но при по­куп­ке це­ло­го биз­не­са, – ан­глий­ское. Глав­ное не сум­ма, а по­ку­па­е­мый ак­тив, при­во­дит еще од­но мне­ние со­труд­ник круп­ной ин­фра­струк­тур­ной ком­па­нии. И по­ку­па­тель, за­ме­ча­ет Ба­ла­ян: гос­ком­па­нии на сво­ей тер­ри­то­рии лю­бят иг­рать по рос­сий­ско­му пра­ву, а у круп­ных иг­ро­ков, как пра­ви­ло, и сдел­ки круп­ные. Усло­вие гос­ком­па­ний – российское пра­во, со­гла­сен парт­нер Squire Patton Boggs Ан­тон Ро­го­за.

Вы­бор пра­ва за­ви­сит от ха­рак­те­ра и струк­ту­ры сдел­ки, рас­суж­да­ет управ­ля­ю­щий парт­нер рос­сий­ско­го офи­са Linklaters Дмит­рий До­бат­кин, это же ка­са­ет­ся и раз­ных эле­мен­тов од­ной сдел­ки. На­при­мер, для оп­ци­он­ных со­гла­ше­ний луч­ше под­хо­дит российское пра­во, по­сколь­ку бу­дет про­ще при­ну­ди­тель­но их ис­пол­нить в на­ту­ре, про­дол­жа­ет он. По рос­сий­ско­му пра­ву де­ла­ют­ся по­чти все оп­ци­он­ные до­го­во­ры, оп­ци­о­ны на их за­клю­че­ние, все ча­ще – кор­по­ра­тив­ные до­го­во­ры, пе­ре­чис­ля­ет парт­нер Debevoise & Plimpton LLP На­та­лья Дре­без­ги­на.

ДЕОФ­ШО­РИ­ЗА­ЦИЯ В ПО­МОЩЬ

По­лез­ный ин­стру­мент, ко­то­рый по­явил­ся в нуж­ное вре­мя: во мно­гих сдел­ках в ино­стран­ном пра­ве нет необ­хо­ди­мо­сти и по­яви­лась воз­мож­ность ис­поль­зо­вать российское с клас­си­че­ски­ми ин­стру­мен­та­ми, за­ме­ча­ет Дон­цов. Круп­ных, транс­на­ци­о­наль­ных и слож­ных сде­лок ста­ло ра­ди­каль­но мень­ше из-за кри­зи­са, про­дол­жа­ет он, ино­стран­ных де­нег в сдел­ках M&A по­чти нет. Об ино­стран­ных ин­ве­сто­рах уже за­бы­ли, под­твер­жда­ют со­труд­ни­ки двух рос­сий­ских ком­па­ний.

Ры­нок M&A про­сел и по чис­лу, и по сум­ме сде­лок (см. гра­фик на стр. В7). Но на фоне об­ще­го па­де­ния рост по­ка­за­ли ло­каль­ные сдел­ки – по­чти в 7 раз по срав­не­нию с 2015 г., ука­зы­ва­ет Thomson Reuters. Ры­нок до­ста­точ­но ак­ти­вен в сред­нем ло­каль­ном сег­мен­те, под­твер­жда­ет ин­вест­бан­кир. Толь­ко треть ком­па­ний пла­ни­ру­ют в бли­жай­шие три го­да сдел­ки, ве­ду­щие к ро­сту со­во­куп­ной вы­руч­ки ком­па­нии бо­лее чем на 5%, по­ка­зал опрос Herbert Smith Freehills и Mergermarket.

Па­ру лет на­зад все ду­ма­ли, что кри­зис за­кон­чит­ся и мож­но бу­дет про­дать­ся по­до­ро­же, объ­яс­ня­ет со­труд­ник ин­фра­струк­тур­ной ком­па­нии: сей­час все по­ня­ли, что труд­ные вре­ме­на – это на­дол­го, и на ло­каль­ном рын­ке на­ча­лось ожив­ле­ние. Де­нег ста­ло мень­ше и тра­тить их на со­дер­жа­ние ненуж­ной ком­па­нии, до­жи­да­ясь банк­рот­ства, не хо­чет­ся, про­дол­жа­ет он. Бан­ки сфор­ми­ро­ва­ли боль­шие ре­зер­вы по дол­гам низ­ко­го ка­че­ства, рас­ска­зы­ва­ет ви­це-пре­зи­дент ин­ве­сти­ци­он­ной ком­па­нии «Сов­линк» Иван Пеш­ков, им ча­сто при­хо­дит­ся са­мим ис­кать по­тен­ци­аль­ных по­ку­па­те­лей на биз­нес про­блем­ных за­ем­щи­ков, пред­ла­гая да­же дис­конт к ры­ноч­ной цене ак­ти­ва. Банк мо­жет да­же ча­стич­но или пол­но­стью про­фи­нан­си­ро­вать по­куп­ку, го­во­рит он. Мож­но очень де­ше­во ку­пить хо­ро­шие ак­ти­вы, со­гла­сен Дон­цов: си­ту­а­ция схо­жа с рын­ком об­ли­га­ций – до­ход­но­сти вы­со­ки на фоне от­ри­ца­тель­ных – в раз­ви­тых стра­нах. На­ле­тай – по­де­ше­ве­ло, пе­ре­да­ет об­щий настрой со­труд­ник круп­ной меж­ду­на­род­ной юр­фир­мы.

Еще один ар­гу­мент в поль­зу ло­ка­ли­за­ции сде­лок – деоф­шо­ри­за­ция, го­во­рит управ­ля­ю­щий парт­нер NSP Алек­сандр Нек­то­ров. Рань­ше M&A про­во­ди­лись в оф­шо­рах, что­бы в том чис­ле скрыть истин­ных вла­дель­цев биз­не­са, рас­ска­зы­ва­ет парт­нер «Ин­фра­лек­са» Ар­тем Ку­кин, те­перь в этом нет смыс­ла. Ло­каль­ные сдел­ки, ко­то­рые рань­ше струк­ту­ри­ро­ва­ли че­рез офшоры, пе­ре­ез­жа­ют в Рос­сию, со­гла­сен Дон­цов: ис­поль­зо­вать офшоры небез­опас­но, ме­нее вы­год­но, сек­рет­но­сти они не га­ран­ти­ру­ют: «Преж­де меж­ду­на­род­ные сдел­ки ста­но­вят­ся те­перь мест­ны­ми». По дан­ным СПАРК, про­ана­ли­зи­ро­ван­ным «Экс­пер­том», ком­па­ний, име­ю­щих в пер­вом звене соб­ствен­ни­ков кипр­ские ком­па­нии, по­уба­ви­лось: с 2013 г. – на 20%, на BVI – на 30%. Об­щее чис­ло ком­па­ний с со­вла­дель­ца­ми из этих стран за два го­да сни­зи­лось на 5,3%. Об этом сви­де­тель­ству­ет и ста­ти­сти­ка ЦБ: в 2015 г. с Ба­гам­ских и Бер­муд­ских ост­ро­вов по­ток средств в Рос­сию вы­рос на 43 и 9% до $5,2 млрд и $1,9 млрд со­от­вет­ствен­но. «Соз­да­вать за­ру­беж­ную струк­ту­ру вла­де­ния рос­сий­ским ак­ти­вом толь­ко для упро­ще­ния его про­да­жи? Это уже и слиш­ком до­ро­го, и не на­столь­ко эф­фек­тив­но», – го­во­рит парт­нер KPMG Оль­га Ясь­ко.

БОРЬ­БА ЗА КЛИ­ЕН­ТА

Рас­тут и спрос на име­ю­щих опыт со­про­вож­де­ния сде­лок по рос­сий­ско­му пра­ву спе­ци­а­ли­стов, и кон­ку­рен­ция меж­ду ни­ми, го­во­рит ру­ко­во­ди­тель прак­ти­ки кор­по­ра­тив­но­го пра­ва и M&A PwC Legal Ар­тем Мой­се­ен­ко.

Ста­ли боль­ше за­клю­чать сде­лок M&A и имен­но бла­го­да­ря рос­сий­ско­му пра­ву, от­ме­ча­ет управ­ля­ю­щий парт­нер «Ко­рель­ский, Ищук, Аста­фьев и парт­не­ры» Ан­дрей Ко­рель­ский, в ос­нов­ном это мел­кие и сред­ние сдел­ки. За­гру­жен­ность по ним вы­рос­ла, под­твер­жда­ет управ­ля­ю­щий парт­нер «Юс ауре­ум» Алек­сандр Коб­зев.

Но разыг­рать ко­зы­ри рос­сий­ским юр­фир­мам непро­сто. Фик­си­руя рост чис­ла сде­лок по рос­сий­ско­му пра­ву в сво­их порт­фе­лях, они не фик­си­ру­ют се­рьез­но­го ро­ста до­хо­да от них. Труд­но од­но­знач­но ска­зать, что рост ра­бо­ты в сег­мен­те сде­лок, под­чи­нен­ных рос­сий­ско­му пра­ву, пе­ре­крыл эф­фект от об­ще­го сни­же­ния де­ло­вой ак­тив­но­сти, от­ме­ча­ет Афа­на­сьев. Боль­шо­го ро­ста за­гру­жен­но­сти в дан­ной об­ла­сти нет, го­во­рит парт­нер Vegas Lex Мак­сим Гри­го­рьев, у нас та­кой рост со­ста­вил при­мер­но 20–30%.

Ме­ша­ет ро­сту ра­бо­ты в «руль­фах» не толь­ко па­де­ние рын­ка M&A. Круп­ные и слож­ные про­ек­ты, осо­бен­но с ино­стран­ны­ми участ­ни­ка­ми, по-преж­не­му оста­ют­ся вот­чи­ной ILF. Рос­сий­ские кон­ку­рен­ты до­воль­ству­ют­ся сред­ним сег­мен­том, ко­то­рый и преж­де был их вот­чи­ной (это по­ка­зы­вал, на­при­мер, рей­тинг Chambers).

Од­ним из глав­ных пре­иму­ществ рос­сий­ских кон­суль­тан­тов Нек­то­ров счи­та­ет гиб­кость – ино­гда бо­лее низ­кие це­ны, чем у ILF, ино­гда – боль­ший объ­ем услуг. Услу­ги ILF обой­дут­ся ми­ни­мум в $100 000 при сум­ме сдел­ки от $10–15 млн, а сред­них рос­сий­ских – от $30 000, го­во­рят несколь­ко юри­стов рос­сий­ских и меж­ду­на­род­ных фирм. Российское пра­во поз­во­ля­ет биз­не­су со­кра­тить рас­хо­ды, со­гла­сен парт­нер «Ли­нии пра­ва» Олег Быч­ков, су­дить­ся в Рос­сии зна­чи­тель­но де­шев­ле. Рос­сий­ские юр­фир­мы ра­бо­та­ют на сдел­ках M&A имен­но из-за вы­со­ко­го це­но­во­го дав­ле­ния со сто­ро­ны кли­ен­тов, при­зна­ет парт­нер CMS Вла­ди­мир Зе­нин. Они ста­ли ча­ще по­лу­чать ра­бо­ты по due diligence, го­во­рит юрист круп­ной ком­па­нии. У рос­сий­ских юр­фирм цен­ник ни­же, чем у ILF, от­ме­ча­ет со­труд­ник ри­тей­ле­ра, по этой же при­чине его ком­па­ния ча­сто при­вле­ка­ет их для фи­нан­со­во­го и на­ло­го­во­го ком­пла­ен­са.

С точ­ки зре­ния воз­на­граж­де­ния меж­ду­на­род­ные юр­фир­мы дей­стви­тель­но тра­ди­ци­он­но смот­рят­ся ме­нее вы­иг­рыш­но, чем рос­сий­ские, но «у кли­ен­тов в те­ку­щей непро­стой эко­но­ми­че­ской си­ту­а­ции по­явил­ся це­лый ряд до­пол­ни­тель­ных ар­гу­мен­тов при об­суж­де­нии это­го мо­мен­та», от­ме­ча­ет Ру­дяк. То, что до­ку­мен­ти­ро­ва­ние сдел­ки по рос­сий­ско­му пра­ву все­гда про­ще и де­шев­ле – это во мно­гом миф, утвер­жда­ет До­бат­кин: ес­ли сдел­ка слож­ная и сто­ро­ны хо­тят пол­но­цен­но за­щи­тить свои ин­те­ре­сы, то из-за но­виз­ны мно­гих ин­стру­мен­тов тре­бу­ет­ся боль­ше уси­лий и опы­та. ILF все эти ин­стру­мен­ты хо­ро­шо зна­ко­мы, у них боль­ше ко­ман­да, они мо­гут при­влечь спе­ци­а­ли­стов по все­му ми­ру, луч­ше сер­вис и бо­лее гиб­кое це­но­об­ра­зо­ва­ние, со­гла­сен Дон­цов. Ча­ще об­ра­ща­ем­ся в меж­ду­на­род­ные юр­фир­мы из-за недо­стат­ка опы­та у рос­сий­ских по слож­ным сдел­кам, под­твер­жда­ет Ни­ки­фо­ров. Нет фун­да­мен­таль­ных при­чин, по­че­му ры­нок дол­жен сме­стить­ся в сто­ро­ну рос­сий­ских юр­фирм, уве­рен парт­нер круп­ной меж­ду­на­род­ной юр­фир­мы.

Прин­цип «российское – рос­сий­ско­му» не все­гда сра­ба­ты­ва­ет. Про­стые и стан­дарт­ные сдел­ки, ко­то­рых сей­час мно­го на рын­ке, и во­все не до­ста­ют­ся кон­суль­тан­там – ни меж­ду­на­род­ным, ни оте­че­ствен­ным. В по­след­ние го­ды все боль­ше ра­бо­ты де­ла­ют са­ми кли­ен­ты, ес­ли у них есть спе­ци­а­ли­сты по M&A, го­во­рит Дон­цов. Со­глас­но опро­су PwC, кли­ен­ты от­да­ют око­ло 40% ра­бо­ты по под­го­тов­ке сде­лок M&A кон­суль­тан­там, 25% ре­спон­ден­тов часть ра­бо­ты де­ла­ют са­ми, а еще 20% вы­би­ра­ют юри­ди­че­ские бу­ти­ки для со­кра­ще­ния из­дер­жек. Пе­ре­ход мно­гих стан­дар­ти­зи­ро­ван­ных сде­лок к внут­рен­ним юри­стам – это об­ще­ми­ро­вой тренд, го­во­рит Сте­па­нов, а си­ту­а­ция в эко­но­ми­ке толь­ко уси­ли­ла его, внеш­ним юри­стам оста­ют­ся слож­ные про­дук­ты под за­прос кон­крет­но­го кли­ен­та. Неболь­шие и стан­дарт­ные сдел­ки де­ла­ем са­ми, под­твер­жда­ет юрист ри­тей­ле­ра, а свы­ше $1 млн – от­да­ем меж­ду­на­род­ным, их цен­ник вы­ше, но и ка­че­ство услуг луч­ше.

КАК ЭТО РА­БО­ТА­ЕТ

Сдел­ка по рос­сий­ско­му пра­ву те­перь вы­гля­дит как при­выч­ный до­го­вор по ан­глий­ским стан­дар­там, но толь­ко на рус­ском, го­во­рит парт­нер круп­ной меж­ду­на­род­ной юр­фир­мы. Ос­нов­ная цель этих ин­стру­мен­тов – мак­си­маль­но обез­опа­сить сто­ро­ны сдел­ки от воз­мож­ных рис­ков. Но­вые ме­ха­низ­мы – это мень­ше фор­маль­ных огра­ни­че­ний, боль­ше сво­бо­ды дей­ствий и за­щи­ты от зло­упо­треб­ле­ний, го­во­рит пре­зи­дент Объ­еди­не­ния кор­по­ра­тив­ных юри­стов Алек­сандра Не­сте­рен­ко.

В са­мом на­ча­ле пе­ре­го­во­ров сто­ро­ны под­пи­сы­ва­ют со­гла­ше­ние о по­ряд­ке пе­ре­го­во­ров, опре­де­ля­ют усло­вия за­кры­тия сдел­ки, га­ран­тии и за­ве­ре­ния. На­при­мер, что у по­ку­па­е­мо­го ак­ти­ва нет на­ло­го­вых дол­гов и ему не гро­зит от­зыв ли­цен­зии. Од­но­вре­мен­но с до­го­во­ром о по­куп­ке или про­да­же ак­ций про­да­вец вру­ча­ет по­ку­па­те­лю пись­мо о рас­кры­тии ин­фор­ма­ции со все­ми ис­клю­че­ни­я­ми из га­ран­тий. Это сво­е­го ро­да стра­хов­ка от воз­мож­ных пре­тен­зий – их нель­зя предъ­явить по об­сто­я­тель­ствам, рас­кры­тым в пись­ме, по­это­му про­да­вец за­ин­те­ре­со­ван в том, что­бы пись­мо бы­ло как мож­но ши­ре и по­дроб­нее.

Сто­ро­ны мо­гут так­же до­го­во­рить­ся опла­тить часть сдел­ки при опре­де­лен­ных усло­ви­ях, на­при­мер толь­ко по­сле то­го, как ком­па­ния по­лу­чит раз­ре­ше­ние на стро­и­тель­ство.

За­клю­чив сдел­ку, сто­ро­ны долж­ны под­твер­дить свои за­ве­ре­ния и га­ран­тии. Все про­ве­рить невоз­мож­но, из бу­маг не все­гда яс­но, бы­ли ли де­фол­ты, про­сроч­ки по кре­ди­там, те­перь по­стра­дав­шая сто­ро­на смо­жет взыс­кать убыт­ки или во­об­ще от­ка­зать­ся от за­клю­чен­но­го до­го­во­ра. Мож­но так­же скор­рек­ти­ро­вать це­ну ак­ти­ва уже по­сле за­клю­че­ния сдел­ки, ес­ли из­ме­нят­ся усло­вия ве­де­ния биз­не­са.

Еще один спо­соб за­стра­хо­вать­ся – оп­ци­он. Те­перь и по рос­сий­ско­му пра­ву мож­но за­клю­чить до­го­вор на по­куп­ку или про­да­жу ак­ций в бу­ду­щем, что­бы обез­опа­сить инвестиции. На­при­мер, по­ку­па­тель не до кон­ца уве­рен, го­тов ли при­об­ре­сти ком­па­нию: сна­ча­ла он по­ку­па­ет ма­лень­кий па­кет и вме­сте с ним оп­ци­он, а по­том уже ре­ша­ет, до­ку­пать ак­ции по нему или нет.

НА СВОЙ СУД И РИСК

Сдер­жи­ва­ет бо­лее ак­тив­ное ис­поль­зо­ва­ние но­вых ме­ха­низ­мов от­сут­ствие прак­ти­ки, го­во­рят юри­сты: все в за­коне не опи­шешь, мно­гие де­та­ли долж­ны разъ­яс­нить су­ды. А во­про­сов у юри­стов до­ста­точ­но. Долж­на ли сум­ма воз­ме­ще­ний по­кры­вать ре­аль­ные по­те­ри, мож­но ли преду­смот­реть воз­ме­ще­ние по­терь при на­ру­ше­нии за­ве­ре­ний, пе­ре­чис­ля­ет управ­ля­ю­щий парт­нер «Пе­пе­ля­ев групп» Сер­гей Пе­пе­ля­ев.

С оп­ци­о­на­ми то­же есть про­бле­мы. При тре­бо­ва­нии о вы­ку­пе до­ли не яс­но, как но­та­ри­усу про­ве­рять усло­вия оп­ци­о­на и что де­лать, ес­ли сто­ро­ны не мо­гут вы­пол­нить их по не за­ви­ся­щим от них при­чи­нам, на­при­мер из­за несо­гла­со­ва­ния сдел­ки с ФАС, го­во­рит ас­со­ци­и­ро­ван­ный парт­нер «Юста» Ро­ман Чер­ле­няк. Но­та­ри­ус мо­жет не при­знать об­сто­я­тель­ства, ко­то­рые при­ве­ли к ре­а­ли­за­ции оп­ци­о­нов, от­ме­ча­ет Сте­па­нов. А ес­ли меж­ду про­дав­цом и по­ку­па­те­лем воз­ник­нет кон­фликт, ис­пол­нить оп­ци­он бу­дет весь­ма слож­но, пре­ду­пре­жда­ет Ясь­ко: для пе­ре­хо­да прав на до­лю нуж­но но­та­ри­аль­но за­ве­рить ак­цепт, для че­го но­та­ри­ус дол­жен за­про­сить пол­ный па­кет до­ку­мен­тов, а со­брать его без вто­рой сто­ро­ны фи­зи­че­ски невоз­мож­но. Мож­но до­бить­ся ис­пол­не­ния оп­ци­о­на че­рез суд, про­дол­жа­ет она, но это про­ти­во­ре­чит са­мой су­ти оп­ци­о­на – он ну­жен, что­бы упро­стить и уско­рить про­це­ду­ру.

Не до кон­ца про­ра­бо­та­ны и глав­ные со­став­ля­ю­щие сде­лок M&A – га­ран­тии воз­ме­ще­ния по­терь и за­ве­ре­ния. Слож­но при­ну­ди­тель­но их ис­пол­нить, от­ме­ча­ет парт­нер Baker & McKenzie Сер­гей Кро­ха­лев. По-преж­не­му нечет­ко уре­гу­ли­ро­ва­ны обя­за­тель­ства не со­вер­шать опре­де­лен­ные дей­ствия, рас­суж­да­ет Гри­го­рьев, на­при­мер, не кон­ку­ри­ро­вать с по­ку­па­те­лем ак­ти­ва, не пе­ре­ма­ни­вать со­труд­ни­ков.

МЕ­РЫ БЕЗ­ОПАС­НО­СТИ

Сдел­ки долж­ны прой­ти про­вер­ку пра­во­су­ди­ем, до­ве­рие к ко­то­ро­му неве­ли­ко, при­зна­ют юри­сты. Мно­гих кли­ен­тов очень бес­по­ко­ит, что ос­нов­ные пол­но­мо­чия по спо­рам по­лу­чат рос­сий­ские су­ды, го­во­рит Ру­дяк. А неко­то­рые ино­стран­ные парт­не­ры да­же на­ста­и­ва­ют на со­зда­нии сов­мест­но­го пред­при­я­тия за ру­бе­жом из-за рис­ка ока­зать­ся в рос­сий­ском су­де, рас­ска­зы­ва­ет Кро­ха­лев.

Что­бы кли­ен­ты мог­ли из­бе­жать рис­ков рос­сий­ско­го пра­во­су­дия, кон­суль­тан­ты пред­ла­га­ют необыч­ные ком­би­ни­ро­ван­ные кон­струк­ции. На­при­мер, за­клю­чить до­пол­ни­тель­ный кон­тракт, спо­ры по ко­то­ро­му рас­смат­ри­ва­ют­ся в меж­ду­на­род­ном ар­бит­ра­же, го­во­рит со­труд­ник круп­ной рос­сий­ской ком­па­нии.

Еще один ре­цепт – двой­ные со­гла­ше­ния: сам до­го­вор M&A – по рос­сий­ско­му пра­ву, а га­ран­тий­ное обя­за­тель­ство – по ан­глий­ско­му, рас­ска­зы­ва­ет Нек­то­ров. Роль пер­вой скрип­ки в ор­кест­ре ча­ще все­го от­да­на до­ку­мен­та­ции, ко­то­рая под­чи­не­на ан­глий­ско­му пра­ву и спо­ры по ко­то­рой бу­дут раз­ре­шать­ся в меж­ду­на­род­ном ар­бит­ра­же, от­ме­ча­ет Зе­нин. Прав­да, есть риск, что ис­пол­нить ре­ше­ние в Рос­сии не удаст­ся, по­сколь­ку ино­стран­но­го эле­мен­та в сдел­ке нет, пре­ду­пре­жда­ет со­труд­ник круп­ной рос­сий­ской ком­па­нии: та­кая кон­струк­ция име­ет смысл, толь­ко ес­ли у контр­аген­та есть ак­ти­вы за ру­бе­жом, за счет ко­то­рых мож­но взыс­кать убыт­ки.

Участ­ни­ки круп­ных сде­лок M&A по­ка бо­ят­ся рис­ко­вать, при­зна­ет Ку­кин. «Ни­кто не хо­чет на­би­вать шиш­ки и экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать на сво­их сдел­ках», – за­ме­ча­ет юрист ри­тей­ле­ра: ес­ли не по­лу­ча­ет­ся ис­поль­зо­вать ан­глий­ское пра­во, при­хо­дит­ся по­ку­пать не ком­па­нию, а ее иму­ще­ство.

Что­бы круп­ные сдел­ки ста­ли за­клю­чать по Граж­дан­ско­му ко­дек­су, нуж­на или по­ли­ти­че­ская во­ля (что крайне неже­ла­тель­но), или ры­нок при­дет к это­му по­сте­пен­но, по­сле на­ра­бот­ки зна­чи­тель­ной прак­ти­ки, в том чис­ле су­деб­ной, по сред­ним сдел­кам, ре­зю­ми­ру­ет парт­нер Debevoise & Plimpton LLP Але­на Ку­чер. Но со вре­ме­нем это про­изой­дет, уве­рен Ро­го­за: су­деб­ная практика фор­ми­ру­ет­ся, ино­стран­ных ин­ве­сто­ров все мень­ше, на рын­ке M&A ак­тив­ны гос­ком­па­нии и нет ни­ка­ких со­мне­ний, что в ско­ром вре­ме­ни ко­ли­че­ство круп­ных сде­лок, под­чи­нен­ных рос­сий­ско­му пра­ву, уве­ли­чит­ся.-

/ TORU HANAI / REUTERS

Биз­нес при­смат­ри­ва­ет­ся к рос­сий­ско­му пра­ву, но все еще пред­по­чи­та­ет ино­стран­ное

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.