Дмит­рий Тра­вин

«Сла­бый обы­ва­тель тя­нул­ся к сказ­ке, да­вав­шей его жиз­ни смысл»

Vedomosti.Piter - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - *Дмит­рий Тра­вин АВ­ТОР – ПРО­ФЕС­СОР ЕВ­РО­ПЕЙ­СКО­ГО УНИ­ВЕР­СИ­ТЕ­ТА В САНКТ-ПЕ­ТЕР­БУР­ГЕ Пол­ная вер­сия ста­тьи: www.vedomosti.ru

Вгод, ко­гда в Рос­сии вновь обост­ри­лась про­тест­ная ак­тив­ность, грех не вспом­нить о том, что это еще и год 500-ле­тия про­те­стан­тиз­ма. Не­смот­ря на вре­мя, от­де­ля­ю­щее день ны­неш­ний от то­го мо­мен­та, ко­гда Мар­тин Лю­тер вы­сту­пил про­тив пап­ских ин­дуль­ген­ций, мно­гое нас сбли­жа­ет с про­те­стан­та­ми да­ле­ко­го про­шло­го.

Во-пер­вых, об­щий ан­ти­кор­руп­ци­он­ный на­строй. Ере­ти­ков в церкви все­гда бы­ло много, но, как пра­ви­ло, они про­иг­ры­ва­ли свой спор Ри­му, по­сколь­ку бы­ли раз­об­ще­ны и за­ум­ны. Ча­сто они пред­став­ля­ли со­бой лишь ин­тел­лек­ту­аль­ную оп­по­зи­цию, укры­вав­шу­ю­ся за сте­на­ми от­дель­ных мо­на­сты­рей и не спо­соб­ную об­ра­тить­ся к на­ро­ду на сво­ей книж­ной ла­ты­ни. Лю­тер же объ­еди­нил мас­сы, воз­му­щен­ные не тео­ло­ги­че­ски­ми тон­ко­стя­ми, а без­об­раз­ным по­ве­де­ни­ем цер­ков­ных иерар­хов, со­би­ра­ю­щих с на­ро­да день­ги и тра­тя­щих их на рос­кош­ную недви­жи­мость, тос­кан­ские ви­на и шу­бо­хра­ни­ли­ща. Ста­рый «пар­тий­ный про­тест» в от­но­ше­нии ре­жи­ма по­тер­пел крах, но мас­со­вый вне­пар­тий­ный при­влек огром­ное чис­ло ев­ро­пей­цев.

Во-вто­рых, лю­те­ран­ство бы­ло ра­ци­о­наль­ной идео­ло­ги­ей. Лю­тер перевел Би­б­лию на немец­кий язык, пред­ло­жив каж­до­му гра­мот­но­му че­ло­ве­ку зна­ко­мить­ся с тек­стом, не при­бе­гая к по­мо­щи «зомбо­я­щи­ка» (т. е. шта­та свя­щен­ни­ков, трак­то­вав­ших ве­ру так, как ве­ле­ли в ад­ми­ни­стра­ции Ва­ти­ка­на). Би­б­лия, опуб­ли­ко­ван­ная боль­шим ти­ра­жом бла­го­да­ря пе­ре­во­ду Лю­те­ра и пе­чат­но­му стан­ку Гут­тен­бер­га, ста­ла для той эпо­хи чем-то вро­де ин­тер­не­та, ра­бо­та­ю­ще­го в об­ход «зомбо­я­щи­ка». Че­ло­ве­ку го­во­ри­ли: чи­тай и ра­бо­тай моз­га­ми. Про­те­стан­тизм, ко­неч­но, пред­по­ла­гал про­по­ведь, но это уже бы­ло что-то вро­де ана­ли­ти­че­ско­го ком­мен­та­рия, а не ди­рек­ти­вы, рас­про­стра­ня­е­мой про­па­ган­ди­ста­ми в ря­сах.

В-тре­тьих, Лю­тер был, на­вер­ное, пер­вым немец­ким на­ци­о­на­ли­стом, го­во­рив­шим: «Хва­тит кор­мить Рим». Не слу­чай­но его под­дер­жа­ли неко­то­рые свет­ские кня­зья, силь­но нуж­дав­ши­е­ся в тех день­гах, ко­то­рые ухо­ди­ли на юг за Аль­пы. Общество спла­чи­ва­лось по на­ци­о­наль­но­му при­зна­ку. Не­мец­кие кня­зья стро­и­ли свои го­су­дар­ства вме­сто аморф­ной им­пе­рии. Не­мец­кое дво­рян­ство шло на служ­бу в ар­мию этих кня­зей, ес­ли те име­ли день­ги, что­бы со­дер­жать сол­дат. Не­мец­кие бюр­ге­ры энер­гич­но «осва­и­ва­ли фи­нан­си­ро­ва­ние», по­сколь­ку за то­ва­ра­ми дво­ряне при­хо­ди­ли к ним в Нюрн­берг, Аугс­бург и Зуль, а не в Милан, Фло­рен­цию и Бре­шию. Общ­ность де­ло­вых ин­те­ре­сов спла­чи­ва­ла нем­цев на­ря­ду с об­щим язы­ком, в изу­че­нии которого на­род про­дви­нул­ся бла­го­да­ря чте­нию Би­б­лии. Хо­тя до на­сто­я­ще­го фор­ми­ро­ва­ния на­ции еще на­до бы­ло прой­ти дол­гий путь.

Вы­иг­ра­ло ли свою бит­ву с Ри­мом про­тестное дви­же­ние на­ча­ла Но­во­го вре­ме­ни? Од­но­знач­но не ска­жешь. Как известно, Европа по­де­ли­лась на ка­то­ли­че­скую и про­те­стант­скую по прин­ци­пу «чья власть – то­го и ве­ра». Им­пе­рия фак­ти­че­ски рас­па­лась и после Вест­фаль­ско­го мира 1648 г. су­ще­ство­ва­ла еще пол­то­ра сто­ле­тия лишь но­ми­наль­но. В тех ре­ги­о­нах, где эли­ты бы­ли ло­яль­нее Ри­му, где «зомбо­я­щик» ра­бо­тал эф­фек­тив­нее и где про­па­ган­да луч­ше под­креп­ля­лась дей­стви­я­ми си­ло­ви­ков, ка­то­ли­че­ство со­хра­ни­лось. В тех ре­ги­о­нах, где эли­ты бы­ли ам­би­ци­оз­нее, си­ло­ви­ки сла­бее, а го­ро­жане об­ра­зо­ван­нее, ста­рая ве­ра транс­фор­ми­ро­ва­лась в но­вую. При­чем всю­ду с мест­ной спе­ци­фи­кой. Но есть од­но прин­ци­пи­аль­но важ­ное для всей Ев­ро­пы об­сто­я­тель­ство.

В ка­кой-то мо­мент лю­дям на­ча­ло ка­зать­ся, буд­то ка­то­ли­че­ство об­ре­че­но чуть ли не по­всю­ду к се­ве­ру от Альп. Что, соб­ствен­но го­во­ря, мог­ло кор­рум­пи­ро­ван­ное чи­нов­ни­че­ство (свя­щен­ство) про­ти­во­по­ста­вить стрем­ле­нию гра­мот­ных го­род­ских ин­тел­лек­ту­а­лов вый­ти на пря­мой кон­такт с Гос­по­дом? Че­рез Би­б­лию. Без по­сред­ни­ка. От­лу­чать ере­ти­ков мож­но бы­ло це­лы­ми го­ро­да­ми и стра­на­ми, но, ко­гда на­род пе­ре­ста­вал ве­рить в пра­во­моч­ность по­доб­ных ду­хов­ных ре­прес­сий, ис­че­за­ла власть, ве­ка­ми утвер­ждав­ша­я­ся на ав­то­ри­те­те свя­щен­ни­ка.

В свое вре­мя ав­то­ри­тет этот ока­зал­ся за­во­е­ван тем, в част­но­сти, что слу­жи­те­ли Гос­по­да бы­ли са­мы­ми об­ра­зо­ван­ны­ми и спо­соб­ны­ми к ру­ко­вод­ству ши­ро­ки­ми мас­са­ми людь­ми хри­сти­ан­ско­го мира. Но после ре­нес­санс­но­го рас­цве­та го­род­ской куль­ту­ры об­ра­зо­ван­ность бюр­ге­ров быст­ро ста­ла пре­вос­хо­дить об­ра­зо­ван­ность цер­ков­ных иерар­хов. И чем же бы­лой ав­то­ри­тет мог от­ве­тить ин­тел­лек­ту?

Ответ при­шел с неожи­дан­ной сто­ро­ны. Про­те­стант­ско­му «Сло­ву» ка­то­ли­че­ская контр­ре­фор­ма­ция про­ти­во­по­ста­ви­ла «Образ». Стро­гие ре­нес­санс­ные хра­мы усту­пи­ли ме­сто пыш­ным ба­роч­ным. Но­вые со­бо­ры под­чер­ки­ва­ли то ве­ли­чие Еди­ной и Не­де­ли­мой Церкви, ко­то­рым ни­ко­гда не смо­гут об­ла­дать ас­ке­тич­ные про­те­стант­ские кон­фес­сии, эко­но­мя­щие день­ги. И на­пол­не­ны хра­мы те­перь бы­ли об­ра­за­ми пре­бы­ва­ю­щих в ре­ли­ги­оз­ном экс­та­зе свя­тых с го­ря­щи­ми гла­за­ми, с про­стер­ты­ми к небу ру­ка­ми и с бес­ко­рыст­но ве­ря­щи­ми серд­ца­ми. Эти свя­тые не пе­ре­про­ве­ря­ли свои чув­ства по тек­сту Би­б­лии, как «ме­лоч­ные» про­те­стан­ты. «Зомбо­я­щик» стал цвет­ным и ши­ро­ко­фор­мат­ным. Нуд­ный дик­тор сме­нил­ся яр­ким ар­ти­стом. И тол­па по­тя­ну­лась к зре­ли­щу.

Про­те­стант­ский ра­ци­о­на­лизм по­мо­гал обу­стро­ить жизнь ве­ру­ю­ще­го в этом ми­ре, ес­ли че­ло­век был силь­ным и са­мо­сто­я­тель­ным. Но сла­бый обы­ва­тель тя­нул­ся к сказ­ке, на­де­ля­ю­щей его су­ще­ство­ва­ние смыс­лом без вся­ких ин­тел­лек­ту­аль­ных уси­лий. И контр­ре­фор­ма­ция смог­ла ему эту сказ­ку дать.

Та­ко­ва судь­ба вся­ко­го ра­ци­о­наль­но ор­га­ни­зо­ван­но­го про­те­ста. Он по­беж­да­ет, ес­ли да­ет тол­пе не толь­ко ра­ци­о­наль­ную кри­ти­ку пра­вя­ще­го ре­жи­ма, но и ве­ру в бу­ду­щее. Ес­ли же бу­ду­щее пред­став­ля­ет­ся мрач­ным, а ве­ра тре­бу­ет уси­лий, вы­хо­дя­щих за рам­ки воз­мож­но­стей обы­ва­те­ля, ре­жим вос­со­зда­ет­ся как Фе­никс.-

Би­б­лия, опуб­ли­ко­ван­ная боль­шим ти­ра­жом бла­го­да­ря пе­ре­во­ду Лю­те­ра и пе­чат­но­му стан­ку Гут­тен­бер­га, ста­ла для той эпо­хи чем-то вро­де ин­тер­не­та, ра­бо­та­ю­ще­го в об­ход «зомбо­я­щи­ка»

/ JAN WOITAS / AP IMAGES

Лю­тер перевел Би­б­лию на немец­кий язык, пред­ло­жив каж­до­му гра­мот­но­му че­ло­ве­ку зна­ко­мить­ся с тек­стом

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.