Художник, во­ин, пу­те­ше­ствен­ник

Вы­став­ка Ва­си­лия Ве­ре­ща­ги­на в Рус­ском му­зее пред­став­ля­ет хре­сто­ма­тий­но­го ху­дож­ни­ка не та­ким, как мож­но бы­ло ожи­дать. Он был сме­лым, но про­ти­во­ре­чи­вым че­ло­ве­ком

Vedomosti.Piter - - КУЛЬТУРА - Па­вел Ге­ра­си­мен­ко ДЛЯ ВЕ­ДО­МО­СТЕЙ ДО 24 ИЮЛЯ

Рус­ский му­зей об­ла­да­ет са­мой боль­шой кол­лек­ци­ей ра­бот Ве­ре­ща­ги­на. По­сле ги­бе­ли ху­дож­ни­ка в 1904 г. при взры­ве на бро­не­нос­це «Пет­ро­пав­ловск» про­из­ве­де­ния с по­смерт­ной вы­став­ки бы­ли за­куп­ле­ны пра­ви­тель­ством для му­зея. В за­лах кор­пу­са Бе­нуа он пред­ста­ет не толь­ко ху­дож­ни­ком, но и увле­чен­ным пу­те­ше­ствен­ни­ком, ав­то­ром несколь­ких книг пу­те­вых очер­ков, объ­ез­див­шим пол­све­та и за­пе­чат­лев­шим уви­ден­ное с до­ку­мен­таль­ной точ­но­стью. К по­лу­то­ра сот­ням кар­тин не толь­ко из Рус­ско­го, но и несколь­ких рос­сий­ских му­зеев до­бав­ле­ны до­ку­мен­таль­ные и эт­но­гра­фи­че­ские ма­те­ри­а­лы, го­во­ря­щие о двой­ствен­но­сти его че­ло­ве­че­ской на­ту­ры.

Во­ен­ная служ­ба все­гда бы­ла на­деж­ной ка­рье­рой и од­ним из спо­со­бов по­ви­дать мир: до по­ступ­ле­ния в Ака­де­мию ху­до­жеств Ве­ре­ща­гин окон­чил Мор­ской ка­дет­ский кор­пус. Ре­зуль­тат служ­бы в ка­че­стве ху­дож­ни­ка под на­ча­лом тур­ке­стан­ско­го ге­не­рал-гу­бер­на­то­ра – это не толь­ко цикл кар­тин, при­нес­ший ху­дож­ни­ку все­мир­ную из­вест­ность, но и Геор­ги­ев­ский крест за храб­рость во вре­мя оса­ды Са­мар­кан­да. Ве­ре­ща­гин об­ла­дал гра­ни­ча­щей с аван­тю­риз­мом сме­ло­стью.

В Ака­де­мии ху­до­жеств он по­лу­чил ма­лую се­реб­ря­ную ме­даль за гра­фи­че­ский эскиз «Из­би­е­ние же­ни­хов Пе­не­ло­пы воз­вра­тив­шим­ся Улис­сом» за год до пе­ре­движ­ни­че­ско­го бун­та про­тив тем ака­де­ми­че­ских за­да­ний. Че­рез не­сколь­ко лет он пла­ни­ро­вал кар­ти­ну «Бур­ла­ки», остав­лен­ную на ста­дии этю­дов. Бу­дучи уже из­вест­ным ху­дож­ни­ком, он стре­мил­ся в То­ва­ри­ще­ство пе­ре­движ­ни­ков и од­но­вре­мен­но был удо­сто­ен зва­ния про­фес­со­ра Ака­де­мии ху­до­жеств, ко­то­рое, прав­да, не при­нял.

В 1873-м Ве­ре­ща­гин по­ка­зал кар­ти­ны тур­ке­стан­ско­го цик­ла в лон­дон­ском чу­де све­та – «Хру­сталь­ном двор­це». На сле­ду­ю­щий год в Пе­тер­бур­ге они вы­зва­ли оскор­би­тель­ный от­зыв ве­ли­ко­го кня­зя Александра Алек­сан­дро­ви­ча. Бу­ду­ще­му им­пе­ра­то­ру бы­ло от че­го раз­гне­вать­ся: на­зва­ния двух ра­бот – «По­сле уда­чи» и «По­сле неуда­чи» – опи­сы­ва­ют вой­ну слов­но с точ­ки зре­ния непри­я­те­ля. Ка­би­нет­но­му фор­ма­ту ра­бот про­ти­во­ре­чит на­ту­ра­лизм изоб­ра­же­ния: в цен­тре од­ной – от­ре­зан­ная го­ло­ва рус­ско­го сол­да­та, на дру­гой – тру­пы по­беж­ден­ных ино­род­цев сва­ле­ны у сте­ны.

В по­след­нюю чет­верть XIX в. стра­на рос­ла, раз­ви­ва­лась про­мыш­лен­но и рас­про­стра­ня­лась гео­гра­фи­че­ски. Это недол­гое вре­мя раз­ви­тия рос­сий­ско­го ка­пи­та­лиз­ма про­из­ве­ло но­вый тип твор­че­ско­го че­ло­ве­ка. Ве­ре­ща­гин сво­е­го ро­да ка­пи­та­лист по эко­но­ми­че­ским ре­зуль­та­там ху­дож­ни­че­ской де­я­тель­но­сти. Как и Ай­ва­зов­ский, он один из немно­гих рус­ских ху­дож­ни­ков XIX в., чьи ра­бо­ты есть в му­зе­ях по все­му ми­ру. По то­му, как его ин­те­ре­сы сов­па­да­ли с гео­по­ли­ти­че­ски­ми ин­те­ре­са­ми Рос­сий­ской им­пе­рии, мож­но бы­ло бы счесть его им­пе­ри­а­ли­стом, но, как участ­ник бо­е­вых дей­ствий, он от­но­сил­ся к войне как фа­та­лист.

Ве­ре­ща­гин – последователь не од­но­го са­лон­но­го Жан-Лео­на Же­ро­ма, шко­лу ко­то­ро­го он про­шел в Па­ри­же и чей «Бас­сейн в га­ре­ме» был од­ной из лю­би­мых кар­тин Александра III. Он же со­вре­мен­ник им­прес­си­о­ни­стов: сол­да­ты с ру­жья­ми, сто­я­щие в глу­бине за ал­бан­цем-ба­ши­бузу­ком на кар­тине 1877 г., яв­но при­над­ле­жат к то­му же пол­ку, что Эду­ард Мане изоб­ра­зил в «Рас­стре­ле им­пе­ра­то­ра Мак­си­ми­ли­а­на», а на­пи­сан­ная в Япо­нии в 1903 г. «Про­гул­ка в лод­ке» сде­ла­ет честь Джейм­су Уис­тле­ру. Но художник так и не поз­во­лил жи­во­пис­ной сво­бо­де увлечь се­бя, оста­ва­ясь од­ним из по­след­них ма­сте­ров до­ку­мен­таль­ной жи­во­пи­си. Яр­ко­стью кра­сок и необык­но­вен­но­стью за­пе­чат­лен­ных ти­па­жей и со­бы­тий эти кар­ти­ны свя­за­ны боль­ше с эт­но­гра­фи­че­ским, чем с ба­таль­ным, жан­ром. Вско­ре по­сле то­го, как Ве­ре­ща­гин по­гиб в рас­цве­те сла­вы на рус­ско-япон­ской войне, Сер­гей Про­ку­дин-Гор­ский сде­лал цвет­ные фо­то­гра­фии Тур­ке­ста­на, где те же сю­же­ты, та же чет­кость изоб­ра­же­ния и яр­кость кра­сок.-

ЕВ­ГЕ­НИЙ ЕГО­РОВ / ВЕ­ДО­МО­СТИ

«У две­рей ме­че­ти» – од­на из са­мых из­вест­ных кар­тин Ве­ре­ща­ги­на

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.