Воз­мож­ность до­го­во­ра

Vedomosti.Piter - - КОММЕНТАРИИ - *Иван Ми­кир­ту­мов

Пуб­ли­ка­ция в «Но­вой га­зе­те» ста­тьи Еле­ны Ми­ла­ши­ной «Убий­ство че­сти» ста­ла со­бы­ти­ем, име­ю­щим нема­лые по­след­ствия. Из ста­тьи сле­до­ва­ло, что в Чечне под­вер­га­ют­ся же­сто­ким пре­сле­до­ва­ни­ям го­мо­сек­су­а­ли­сты, при этом ин­фор­ма­ция ис­хо­ди­ла от скры­тых ис­точ­ни­ков, а ее неза­ви­си­мая про­вер­ка невоз­мож­на в си­лу спе­ци­фи­ки тер­ри­то­рии. Ре­ак­ция со сто­ро­ны офи­ци­аль­ных лиц и об­ще­ствен­ных де­я­те­лей Чеч­ни ка­са­лась двух во­про­сов. Во-пер­вых, от­вер­га­лось са­мо на­ли­чие лиц «нетра­ди­ци­он­ной ори­ен­та­ции» в че­чен­ском об­ще­стве, утвер­жде­ния об­рат­но­го рас­смат­ри­ва­лись как оскорб­ле­ния «че­сти на­ро­да», а ав­то­рам и рас­про­стра­ни­те­лям кле­ве­ты обе­ща­лось воз­мез­дие. Обе­ща­ния но­си­ли весь­ма опре­де­лен­ный ха­рак­тер, ско­ро пе­ре­ста­ли быть ло­каль­ной но­во­стью, а по­сле со­сто­яв­шей­ся 19 ап­ре­ля встре­чи Вла­ди­ми­ра Пу­ти­на с Рам­за­ном Ка­ды­ро­вым сю­жет при­об­рел ак­ту­аль­ность в об­ще­рос­сий­ском мас­шта­бе.

В са­мом на­ча­ле скан­да­ла пресс-сек­ре­тарь гла­вы рес­пуб­ли­ки Аль­ви Ка­ри­мов за­явил: «Ес­ли бы в Чечне бы­ли та­кие лю­ди <...> са­ми бы род­ствен­ни­ки от­пра­ви­ли бы их по ад­ре­су, от­ку­да не воз­вра­ща­ют­ся». Член Со­ве­та по раз­ви­тию граж­дан­ско­го об­ще­ства и пра­вам че­ло­ве­ка при гла­ве Че­чен­ской Рес­пуб­ли­ки Хе­да Са­ра­то­ва про­ком­мен­ти­ро­ва­ла си­ту­а­цию так: «Я ду­маю, что да­же ес­ли та­ко­го че­ло­ве­ка убьют его же род­ствен­ни­ки, то они бу­дут де­лать все, что угод­но, что­бы это не раз­гла­шать. И вся су­деб­ная си­сте­ма, и те же ор­га­ны то­же с по­ни­ма­ни­ем от­не­сут­ся к то­му, что слу­чи­лось в этой се­мье».

По­ли­ти­ко-пра­во­вое со­дер­жа­ние этих за­яв­ле­ний, на мой взгляд, оче­вид­но: убий­ства го­мо­сек­су­а­ли­стов при­зна­ют­ся доз­во­лен­ны­ми и тем са­мым пра­во на жизнь це­лой груп­пы лю­дей – мень­шин­ства – от­вер­га­ет­ся. Так на­зы­ва­е­мые пра­во­охра­ни­тель­ные ор­га­ны ин­те­ре­са к ним не про­яви­ли и ско­рее все­го не про­явят. Воз­мож­ность при­тес­не­ния тех или иных мень­шинств, рав­но как и пуб­лич­ное предъ­яв­ле­ние ре­зо­нов для это­го, со­став­ля­ют часть той уза­ко­нен­ной ано­мии, ко­то­рая поз­во­ля­ет рос­сий­ской вла­сти обес­пе­чи­вать се­бе мак­си­маль­но до­сти­жи­мый в ны­неш­них об­сто­я­тель­ствах кон­троль над об­ще­ством. По­ли­ти­че­ские уста­нов­ки не вы­ска­зы­ва­ют­ся вслух и не за­но­сят­ся на бу­ма­гу, ко­то­рой оста­ет­ся «тер­петь» кон­сти­ту­ци­он­ные де­кла­ра­ции о пра­вах че­ло­ве­ка и граж­да­ни­на, но со­став­ля­ют ре­аль­ность от­но­ше­ний го­су­дар­ства и об­ще­ства. Сло­во «го­су­дар­ство» тут, од­на­ко, из­лишне, по­сколь­ку ни­ка­ко­го пуб­лич­но­го бла­га в та­ко­го

Па­ра­док­саль­ным об­ра­зом идео­ло­ги и во­пло­ти­те­ли дис­кри­ми­на­ций и че­ло­ве­ко­не­на­вист­ни­че­ства не бы­ва­ют счаст­ли­вы­ми

ро­да уста­нов­ках и дей­стви­ях не до­сти­га­ет­ся и да­же, на­обо­рот, соз­да­ет­ся пуб­лич­ный вред. Чер­ты скла­ды­ва­ю­ще­го­ся в Рос­сии по­ли­ти­че­ско­го ре­жи­ма вы­зы­ва­ют ин­те­рес­ные ака­де­ми­че­ские спо­ры, но вполне яс­но, что для него вы­год­но под­дер­жи­вать дез­ин­те­гра­цию об­ще­ства, т. е. со­сто­я­ние, при ко­то­ром, в част­но­сти, од­ни мень­шин­ства го­то­вы при­тес­нять дру­гие в на­деж­де по­лу­чить за их счет ка­кие-то бла­га. Тор­гуя не толь­ко угро­за­ми, но и ли­цен­зи­я­ми на дис­кри­ми­на­ции, т. е. вы­сту­пая в ро­ли ор­га­ни­за­то­ра этой управ­ля­е­мой хо­лод­ной граж­дан­ской вой­ны, эли­тар­ное мень­шин­ство мо­жет пы­тать­ся обес­пе­чить се­бе ста­биль­ное гос­под­ство.

При­ве­ден­ные вы­ше за­яв­ле­ния сде­ла­ли лю­ди, при­над­ле­жа­щие к на­ро­ду, в недав­нем про­шлом про­шед­ше­му че­рез две ка­ра­тель­ные вой­ны, ко­то­рые я счи­таю круп­ней­ши­ми со вре­мен ста­ли­низ­ма пре­ступ­ле­ни­я­ми го­су­дар­ства про­тив сво­их граж­дан. Мо­раль­но-по­ли­ти­че­ское ос­но­ва­ние че­чен­ских войн со­сто­я­ло как раз в от­ка­зе в при­зна­нии прав мень­шин­ства, в том чис­ле и на жизнь, и мень­шин­ством этим бы­ли че­чен­цы. Из­вест­но, что опыт бес­пра­вия и про­из­во­ла, ис­пы­тан­ный в по­ло­же­нии жерт­вы, мо­жет стать ис­точ­ни­ком двух раз­лич­ных стра­те­гий даль­ней­шей жиз­ни. Од­ни лю­ди при­хо­дят к по­ни­ма­нию прав как аб­со­лют­ной цен­но­сти, дру­гие, на­про­тив, об­на­ру­жи­ва­ют, что бес­пра­вие и про­из­вол, ес­ли ока­зать­ся не в ро­ли жерт­вы, а в ро­ли го­ни­те­ля, мож­но с вы­го­дой ис­поль­зо­вать. Пер­вые стре­мят­ся со­здать и удер­жать по­ря­док жиз­ни, ре­а­ли­зу­ю­щий пра­ва для всех лю­дей, в то вре­мя как вто­рые го­то­вы при­зна­вать эти пра­ва толь­ко для се­бя, но не для дру­гих.

Вы­бор той или иной стра­те­гии обу­слов­ли­ва­ет­ся во­все не доб­рой во­лей и вы­со­ки­ми чув­ства­ми, а здра­вым смыс­лом. В ми­ре, в ко­то­ром ин­тен­сив­ность вза­и­мо­свя­зей и вза­и­мо­за­ви­си­мо­стей воз­рас­та­ет, все мень­ше шан­сов для ре­а­ли­за­ции сво­их прав за счет по­дав­ле­ния и дис­кри­ми­на­ции дру­гих. На­про­тив, опи­сан­ный То­ма­сом Гобб­сом путь яв­но­го или под­ра­зу­ме­ва­е­мо­го до­го­во­ра меж­ду за­ин­те­ре­со­ван­ны­ми субъ­ек­та­ми раз­но­об­раз­ных от­но­ше­ний успел до­ка­зать свою эф­фек­тив­ность на дли­тель­ном от­рез­ке вре­ме­ни и в раз­но­об­раз­ных об­сто­я­тель­ствах. В его ос­но­ва­нии ле­жит по­ня­тие об об­ще­че­ло­ве­че­ских цен­но­стях. Об­ще­че­ло­ве­че­ской цен­но­стью яв­ля­ет­ся то, что все лю­ди счи­та­ют же­ла­тель­ным, есте­ствен­ным, нор­маль­ным, спра­вед­ли­вым для се­бя. Ес­ли хо­ро­шо по­ду­мать о том, ка­кие ве­щи удо­вле­тво­ря­ют это­му кри­те­рию, то мы об­на­ру­жим здесь ос­но­во­по­ла­га­ю­щие пра­ва и сво­бо­ды че­ло­ве­ка.

Вне кон­тек­ста об­ще­че­ло­ве­че­ских цен­но­стей нель­зя объ­яс­нить, по­че­му при про­чих рав­ных усло­ви­ях мы долж­ны стре­мить­ся хо­ро­шо или хо­тя бы тер­пи­мо от­но­сить­ся к лю­бо­му че­ло­ве­ку, и имен­но в сфе­ре ос­но­во­по­ла­га­ю­щих прав, ка­ко­вы пра­ва на жизнь, лич­ную непри­кос­но­вен­ность, до­сто­ин­ство, сво­бо­ду со­ве­сти, мыс­ли, суж­де­ния и дей­ствия, на­ко­нец, в от­но­ше­нии пра­ва на сча­стье до­сти­га­ет­ся наи­боль­шее сход­ство лю­дей – ни­кто не счи­та­ет се­бя этих прав недо­стой­ным. Яв­ное или под­ра­зу­ме­ва­е­мое при­зна­ние ос­но­во­по­ла­га­ю­щих прав друг дру­га со­став­ля­ет усло­вие лю­бо­го кон­струк­тив­но­го вза­и­мо­дей­ствия лю­дей, а та­к­же су­ще­ство­ва­ния об­ще­ства как та­ко­во­го.

Аль­тер­на­тив­ный по­ря­док от­но­ше­ний озна­ча­ет, что ре­а­ли­за­ция пра­ва на сча­стье од­но­го озна­ча­ет недо­пу­ще­ние сча­стья для дру­гих и что твои жизнь, сво­бо­да, честь, до­сто­ин­ство, соб­ствен­ность, суж­де­ние ре­а­ли­зу­ют­ся тем пол­нее, чем в боль­шей сте­пе­ни они ока­зы­ва­ют­ся угро­зой су­ще­ство­ва­нию, несво­бо­дой, бес­че­сти­ем, ни­что­же­ством, ни­ще­той, без­гла­си­ем дру­гих. Та­кой по­ря­док от­но­ше­ний мно­го­крат­но вос­про­из­во­дил­ся в ис­то­рии в ви­де тех или иных дис­кри­ми­на­ций, а его пре­дель­ный слу­чай опре­де­ля­ет­ся как че­ло­ве­ко­не­на­вист­ни­че­ство. Со­ци­аль­ная иерар­хия утра­чи­ва­ет при этом функ­цию ор­га­ни­за­ции ко­опе­ра­ции и пре­вра­ща­ет­ся в пи­ра­ми­ду па­ра­зи­ти­че­ских корм­ле­ний. Про­дви­га­ясь по ней вниз, мы бу­дем на­блю­дать умень­ше­ние сте­пе­ни воз­мож­но­сти до­сти­же­ния сча­стья,

но это не зна­чит, что, про­дви­га­ясь вверх, мы при­дем к счаст­ли­во­му мень­шин­ству. Па­ра­док­саль­ным об­ра­зом идео­ло­ги и во­пло­ти­те­ли дис­кри­ми­на­ций и че­ло­ве­ко­не­на­вист­ни­че­ства не бы­ва­ют счаст­ли­вы­ми. При­чи­на то­му – их ина­ко­вость, ко­гни­тив­ная и эмо­ци­о­наль­ная чуж­дость нор­маль­ным пред­став­ле­ни­ям о сча­стье. Са­мым бо­лез­нен­ным во­про­сом со­ци­аль­ных на­ук оста­ет­ся во­прос о том, ка­ким об­ра­зом ина­ко­вость ма­нья­ков, фа­на­ти­ков или пре­ступ­ни­ков в неко­то­рые мо­мен­ты ис­то­рии ста­но­вит­ся до­ми­нан­той жиз­ни, во­пло­ща­ясь в то­та­ли­тар­ных и кри­ми­на­ли­зи­ро­ван­ных ре­жи­мах.

Для вос­пре­пят­ство­ва­ния есте­ствен­но­му в со­вре­мен­ных усло­ви­ях стрем­ле­нию об­ще­ствен­ных групп к про­дук­тив­ным вза­и­мо­дей­стви­ям и для под­дер­жа­ния в об­ще­стве ат­мо­сфе­ры раз­об­щен­но­сти и недо­ве­рия до­ста­точ­но и сла­бых средств, а имен­но про­па­ган­дист­ских кам­па­ний, на­прав­ля­ю­щих, на­при­мер, об­ще­ствен­ное мне­ние про­тив то­го или ино­го мень­шин­ства как внут­рен­не­го вра­га, страв­ли­вая мень­шин­ства меж­ду со­бой или ор­га­ни­зуя ис­те­рию по по­во­ду про­ис­ков вра­гов внеш­них. Лю­ди, зна­ко­мые с та­ко­го ро­да ак­ци­я­ми с со­вет­ских вре­мен, пом­нят, что пра­виль­ная ре­ак­ция – это по­мал­ки­вать и не усерд­ство­вать. Мо­ло­дежь успе­ла узнать, как это бы­ва­ет, в хо­де за­бы­той се­го­дня кам­па­нии 2011– 2013 гг. по борь­бе с тру­до­вы­ми ми­гран­та­ми. С на­ча­лом укра­ин­ской вой­ны про­бле­ма эта как-то са­ма со­бой ис­па­ри­лась, буд­то ее и не бы­ло. А ее, ко­неч­но, и не бы­ло. Се­го­дня мо­би­ли­за­ци­он­ный по­тен­ци­ал укра­ин­ских со­бы­тий и меж­ду­на­род­ных труд­но­стей ис­чер­пан как в свя­зи с оче­вид­ным ту­пи­ком этих сю­же­тов, так и в свя­зи с эко­но­ми­че­ским спа­дом и уже­сто­че­ни­ем по­ли­ти­че­ско­го ре­жи­ма. В этих усло­ви­ях кон­фликт во­круг пуб­ли­ка­ций «Но­вой га­зе­ты» на­прав­ля­ет вни­ма­ние к бо­ле­вой точ­ке рос­сий­ско­го об­ще­ства, к «че­чен­ско­му во­про­су», что мо­жет по­ка­зать­ся ко­му-то удач­ным ма­нев­ром. Но ма­невр этот пред­став­ля­ет со­бой вред­ную про­во­ка­цию. Риск­ну пред­по­ло­жить (за от­сут­стви­ем за­слу­жи­ва­ю­щих до­ве­рия со­цио­ло­ги­че­ских дан­ных), что из­вест­ная часть на­ших со­граж­дан по-преж­не­му не при­зна­ет за че­чен­ца­ми всей пол­но­ты прав и счи­та­ет, что «при опре­де­лен­ных об­сто­я­тель­ствах» че­чен­цев мож­но уби­вать уже за то, что они че­чен­цы, как это в рос­сий­ской ис­то­рии не раз про­ис­хо­ди­ло. Есть, ко­неч­но, и дру­гая груп­па, ко­то­рая со­глас­на с тем, что «при опре­де­лен­ных об­сто­я­тель­ствах» так сле­ду­ет по­сту­пать с ли­бе­ра­ла­ми – по­сколь­ку они ли­бе­ра­лы, и с го­мо­сек­су­а­ли­ста­ми, по­сколь­ку они та­ко­вы, а еще кто-то по­ла­гал ра­нее или по­ла­га­ет те­перь же­ла­тель­ным «окон­ча­тель­ное ре­ше­ние во­про­са» в от­но­ше­нии свя­щен­ни­ков, ком­му­ни­стов, дво­рян, цы­ган, ев­ре­ев, ар­мян, ду­шев­но­боль­ных, кал­мы­ков, чер­но­ко­жих, об­ра­зо­ван­ных, ста­ри­ков, ате­и­стов, про­те­стан­тов и т. п. Ка­жет­ся, что раз­де­ля­ю­щих та­кие взгля­ды не мо­жет быть мно­го и что еще мень­ше тех, кто го­тов во­пло­щать их в жизнь, но по­лез­но вспом­нить со­всем недав­нюю ис­то­рию ХХ в., изобиль­ную при­ме­ра­ми че­ло­ве­ко­не­на­вист­ни­че­ских ре­жи­мов, в вос­про­из­вод­стве ко­то­рых в той или иной сте­пе­ни участ­во­ва­ло все об­ще­ство.

Рас­цве­ту де­струк­тив­ных внут­рен­них кон­флик­тов се­го­дня пре­пят­ству­ет са­мо рос­сий­ское об­ще­ство. В от­вет на ини­ци­а­ти­вы свер­ху оно «не усерд­ству­ет», будь то го­не­ния на тру­до­вых ми­гран­тов, оп­по­зи­ци­о­не­ров, пре­по­да­ва­те­лей йо­ги, «Сви­де­те­лей Ие­го­вы» или же про­кля­тия, по­сы­ла­е­мые внеш­ним вра­гам. Че­рез пи­ра­ми­ду корм­ле­ний и ма­ши­ну про­па­ган­ды го­су­дар­ство под­дер­жи­ва­ет по­ря­док от­но­ше­ний, ко­то­рый ста­но­вит­ся все бо­лее зна­чи­мым, но ко­то­рый по­ка не при­об­рел до­ми­ни­ру­ю­ще­го ха­рак­те­ра, так что в боль­шей ча­сти на­ших со­ци­аль­ных свя­зей мы ста­ра­ем­ся вза­и­мо­дей­ство­вать на ос­но­ве при­зна­ния об­ще­че­ло­ве­че­ских цен­но­стей и прав, – про­сто по­то­му, что это эф­фек­тив­но. И с этим по­ло­же­ни­ем дел здесь, «на го­ри­зон­та­ли», дис­со­ни­ру­ют как зву­чав­шие ра­нее, так и ны­неш­ние за­яв­ле­ния че­чен­ских офи­ци­аль­ных и неофи­ци­аль­ных лиц в свя­зи с де­я­тель­но­стью оп­по­зи­ци­он­ных по­ли­ти­ков и неза­ви­си­мых СМИ. Ко­гда по­доб­ные ве­щи ис­хо­дят от «вер­ти­ка­ли» го­су­дар­ства, они вос­при­ни­ма­ют­ся в кон­тек­сте став­ше­го уже при­выч­ным об­ще­го дав­ле­ния вла­сти на об­ще­ство, а по­то­му не вы­зы­ва­ют но­вой тре­во­ги, ко­гда же ри­то­ри­ка граж­дан­ской вой­ны ис­поль­зу­ет­ся ли­де­ра­ми эт­ни­че­ско­го мень­шин­ства с осо­бой и тра­ги­че­ской ис­то­ри­ей, вос­при­я­тие ска­зан­но­го су­ще­ствен­но ме­ня­ет­ся. Не ду­маю, что кто-то в Рос­сии го­тов при­знать за че­чен­ски­ми де­я­те­ля­ми пра­во опре­де­лять ос­но­во­по­ла­га­ю­щие для об­ще­ства цен­но­сти где-ли­бо по­ми­мо Чеч­ни. Мы не мо­жем ска­зать, от­ра­жа­ют ли при­ве­ден­ные в на­ча­ле ста­тьи и иные по­доб­ные вы­ска­зы­ва­ния уста­нов­ки все­го че­чен­ско­го об­ще­ства, но да­же ес­ли это не так, то глу­бо­кое рас­хож­де­ние в во­про­се об об­ще­че­ло­ве­че­ских цен­но­стях и пра­вах меж­ду ос­нов­ной ча­стью об­ще­ства рос­сий­ско­го и об­ще­ством че­чен­ским за­яв­ле­но со всей опре­де­лен­но­стью как по­ли­ти­че­ская про­грам­ма. Ка­ко­ва ее цель, за­чем все эти за­яв­ле­ния во­об­ще бы­ли сде­ла­ны и за­чем их по­сле­до­ва­тель­но до­во­дят до ши­ро­кой ауди­то­рии, по­нять нелег­ко. Де­ла­ют ли «че­чен­ский во­прос» ак­ту­аль­ным в пред­вы­бор­ных це­лях, что­бы про­дать оче­ред­ную угро­зу, или же обо­зна­чен­ные цен­ност­ные раз­ли­чия при­зва­ны от­те­нить близ­кие транс­фор­ма­ции рос­сий­ско­го по­ли­ти­че­ско­го ре­жи­ма? Хо­ро­шо, ес­ли де­ло толь­ко в этом.-

/ АЛЕК­СЕЙ ДРУЖИНИН / РИА НОВОСТИ

Да­же на встре­че с Вла­ди­ми­ром Пу­ти­ным Рам­за­ну Ка­ды­ро­ву при­шлось жа­ло­вать­ся на «про­во­ка­ци­он­ные ста­тьи»

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.