Ре­во­лю­ция, се­мья и вол­ки

В Санкт-Пе­тер­бур­ге за­вер­шил­ся фе­сти­валь ис­кусств «Точ­ка до­сту­па», пред­ло­жив­ший зри­те­лям вме­сто те­ат­раль­ных за­лов от­пра­вить­ся в пар­ки, ан­гар и Дом ком­по­зи­то­ров

Vedomosti.Piter - - КУЛЬТУРА - Еле­на Смо­ро­ди­но­ва ДЛЯ ВЕ­ДО­МО­СТЕЙ САНКТ-ПЕ­ТЕР­БУРГ

Точ­ка до­сту­па» при­ме­ча­тель­на не толь­ко рас­пах­ну­то­стью в го­род, но и со­зда­ни­ем кон­тен­та: фе­сти­валь тре­тий год под­ряд не толь­ко по­ка­зы­ва­ет зри­те­лям те­атр в нете­ат­раль­ных про­стран­ствах, но и про­дю­си­ру­ет та­кие по­ста­нов­ки.

«Столк­но­ве­ние с ба­боч­кой» по ро­ма­ну Юрия Ара­бо­ва мо­ло­дой ре­жис­сер из Но­во­си­бир­ска Сер­гей Че­хов по­ста­вил в До­ме ком­по­зи­то­ров на Боль­шой Мор­ской.

Ис­то­рию пе­ре­во­ро­та – сбыв­ше­го­ся кош­ма­ра Ни­ко­лая II – разыг­ры­ва­ет на бал­коне од­но­го из за­лов особ­ня­ка ак­тер­ский дуэт. Сер­гей Ро­ма­нюк, мол­ние­нос­но пе­ре­ме­ща­ясь с од­ной сто­ро­ны бал­ко­на на дру­гую, пре­вра­ща­ет­ся из Ни­ко­лая II в Ле­ни­на и об­рат­но (в аль­тер­на­тив­ной вер­сии ис­то­рии Ара­бо­ва ан­та­го­ни­сты ока­зы­ва­ют­ся со­юз­ни­ка­ми), а бри­то­го­ло­вый Игорь Мо­сюк в жен­ском кор­се­те – На­деж­да Круп­ская, Алек­сандра Фе­до­ров­на, по­езд...

Ма­ре­во из флеш­б­э­ков и кош­ма­ров, при­по­ми­на­ния и прось­бы по­дать ре­пли­ку – рос­сий­ская ис­то­рия мчит­ся в «Столк­но­ве­нии с ба­боч­кой» пря­ми­ком в сон-кош­мар, в ви­де­ние Ипа­тьев­ско­го до­ма, ко­то­рое ока­жет­ся про­ро­че­ством. Несколь­ко сма­зы­ва­ет впе­чат­ле­ние фи­нал – ви­део, для­ще­е­ся бес­ко­неч­но дол­го (ме­тал­ли­че­ский жен­ский го­лос пре­ду­пре­жда­ет, что спек­такль за­кан­чи­ва­ет­ся, про­дол­жа­ет за­кан­чи­вать­ся и т. д.) и ма­ло что до­бав­ля­ю­щее к самой по­ста­нов­ке – при­ме­ру без­упреч­но­го ак­тер­ско­го ду­э­та в первую оче­редь.

Прин­ци­пи­аль­но иной опыт пред­ла­га­ет зри­те­лям Ра­ди­он Бу­ка­ев в се­мей­ном кве­сте «Ба­буш­ки­ны оч­ки». Спек­такль, ко­то­рый иг­ра­ет­ся в пар­ке, где бы­ла об­на­ру­же­на ва­го­нет­ка из бло­кад­но­го кре­ма­то­рия, ни­как не об­ра­ща­ет­ся к те­ме ис­то­рии и фор­маль­но мо­жет быть сыг­ран в лю­бом пар­ке с ко­ле­сом обо­зре­ния лю­бо­го го­ро­да, но по­че­му-то здесь он зву­чит с осо­бен­ной чи­сто­той и неж­но­стью. Парк на­вод­ня­ют са­мые раз­ные ба­буш­ки и их по­мощ­ни­ки, ко­то­рые пред­ла­га­ют зри­те­лям (луч­ше все­го – се­мье, но в ком­па­нии близ­ких дру­зей или лю­би­мых то­же хо­ро­шо) са­мые раз­ные за­да­ния и счи­тать раз­бро­сан­ные по пар­ку оч­ки. Ко­неч­но, в фи­на­ле вы­яс­ня­ет­ся, что оч­ки здесь бы­ли со­всем ни при чем, а ма­лень­кий по­ход во­круг озе­ра ока­зы­ва­ет­ся боль­шой воз­мож­но­стью ощу­тить на­сто­я­щую бли­зость. В фи­на­ле зри­те­ли ка­та­ют­ся на ко­ле­се обо­зре­ния – это то­же часть кве­ста, прой­ти ко­то­рый в оди­ноч­ку про­сто невоз­мож­но. Од­но из за­да­ний «ба­буш­ки» – разыг­рать для де­тей в улич­ном ку­коль­ном те­ат­ре «Те­ре­мок». Но да­же на па­ру с про­фес­си­о­наль­ной ак­три­сой сде­лать это слож­но­ва­то. Го­во­рят, од­на­жды на спек­такль при­шел «вос­крес­ный па­па». «Сдать де­тей» на ча­сик не по­лу­чи­лось, и в фи­на­ле у па­пы в гла­зах сто­я­ли ис­крен­ние сле­зы.

Со­всем дру­гой опыт го­род­ско­го кве­ста пред­ло­жи­ла арт-груп­па Toisissa tiloissa, в ко­то­рую вхо­дит несколь­ко де­сят­ков ар­ти­стов и ху­дож­ни­ков. Один из со­зда­те­лей «Охо­ты» – из­вест­ный фин­ский те­ат­раль­ный кри­тик Эва Кем­пи. Фор­маль­но «Охота» – воз­мож­ность об­на­ру­жить в се­бе аб­стракт­но­го вол­ка и ис­сле­до­вать соб­ствен­ные ин­стинк­ты. Пер­вая часть спек­так­ля самая за­бав­ная. На тре­нин­ге зри­те­ли учи­лись по-вол­чьи здо­ро­вать­ся, об­ра­щать вни­ма­ние на что-то и пре­ду­пре­ждать о воз­мож­ном сво­ем на­па­де­нии. По­сле участ­ни­ков от­во­зи­ли в рай­он Ма­ло­ох­тин­ско­го пар­ка, где вол­чья стая долж­на бы­ла пой­мать спе­ци­аль­но обу­чен­но­го

ак­те­ра-ло­ся. До то­го как со­брать­ся в стаю, каж­дый участ­ник на сво­ей точ­ке оди­но­ко по-вол­чьи выл. Кто­то рас­ска­зы­вал, что на него смот­ре­ли как на юро­ди­во­го, ко­му-то, как мне, под­вы­ва­ли мест­ные со­ба­ки и де­ти, чем из­ряд­но сби­ва­ли с тол­ку. Об­на­ру­жив по вою та­ко­го же вол­ка, на­до бы­ло объ­еди­нить­ся с ним и со­брать­ся в стаю. Стая долж­на бы­ла пе­ре­ме­щать­ся по ско­ро­сти са­мо­го сла­бо­го участ­ни­ка (весь тре­нинг фин­ны пы­та­лись раз­ру­шить сте­рео­ти­пы в пред­став­ле­нии о вол­ках) и вме­сте за­го­нять ло­ся. Но что-то пошло не так, и на мо­ем по­ка­зе де­ся­ток зри­те­лей, точ­нее зри­тель­ниц, от­би­лись от ос­нов­ной стаи и оста­лись ни с чем. За всем этим по тре­ке­рам, на­ви­га­ции и транс­ля­ции самой фин­ской арт-ко­ман­ды сле­ди­ли зри­те­ли на Но­вой сцене Алек­сандрин­ки, а обсуждение кве­ста – со­ци­аль­но­го экс­пе­ри­мен­та – ока­за­лось чуть ли не бо­лее ин­те­рес­ным, чем сам квест по го­ро­ду.-

/ ПАУЛА ТЕЛЛА

Зри­те­ли учи­лись быть вол­чьей ста­ей, и это да­ва­лось им непро­сто

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.