Брай­ан Фо­гель, ав­тор филь­ма о до­пин­ге «Икар»

«Гри­го­рий Род­чен­ков был мо­им на­став­ни­ком и дру­гом»

Vedomosti.Piter - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Му­рад Ах­мед FINANCIAL TIMES

Вян­ва­ре 2013 г. Фо­гель уви­дел, как Арм­стронг при­зна­ет­ся в те­ле­шоу Оп­ры Уин­фри, что ис­поль­зо­вал сти­му­ля­то­ры во вре­мя каж­дой из се­ми го­нок Tour de France, в ко­то­рых ста­но­вил­ся по­бе­ди­те­лем.

Фо­гель был по­ра­жен этим от­кро­ве­ни­ем. Но еще боль­ше его уди­ви­ло то, как аме­ри­кан­ским cле­до­ва­те­лям в кон­це кон­цов уда­лось пой­мать Арм­строн­га. «Спортс­мен, находившийся под са­мым тща­тель­ным на­блю­де­ни­ем на пла­не­те Земля, смог об­ма­нуть 500 ан­ти­до­пин­го­вых те­стов. Един­ствен­ное, что по­мог­ло его рас­крыть, – при­зна­ние спортс­ме­нов из его же ко­ман­ды, ко­то­рые за­ни­ма­лись тем же и сда­ли его в об­мен на за­щи­ту от пре­сле­до­ва­ния», – недо­уме­ва­ет Фо­гель.

«Я за­дал­ся не во­про­сом «Что не так с Лэн­сом Арм­строн­гом?» – а во­про­сом: «Что не так с си­сте­мой?» Си­сте­мой, ко­то­рая 15 лет охо­ти­лась за ним и не мог­ла пой­мать. Что это зна­чит для лю­бо­го спортс­ме­на в лю­бом ви­де спор­та, не толь­ко в ве­ло­си­пед­ном <...> Вот по­че­му я ре­шил­ся сам по­про­бо­вать до­пинг».

Кон­чи­лось де­ло со­зда­ни­ем «Ика­ра» (Icarus) – до­ку­мен­таль­но­го филь­ма, съем­ки ко­то­ро­го на­ча­лись в 2014 г. Фо­гель вхо­дит в чис­ло луч­ших ве­ло­гон­щи­ков-лю­би­те­лей ми­ра, это невы­со­кий гиб­кий муж­чи­на с ти­пич­ным для ве­ло­си­пе­ди­ста те­ло­сло­же­ни­ем. Он хо­тел по­нять, смо­гут ли ме­ди­ка­мен­ты улуч­шить его по­ка­за­те­ли, а сам про­цесс ре­шил за­до­ку­мен­ти­ро­вать, сняв на плен­ку. Он и не пред­по­ла­гал, что про­ект втя­нет его в один из са­мых се­рьез­ных спор­тив­ных скан­да­лов.

По­на­ча­лу Фо­гель за­мыс­лил со­здать спор­тив­ную вер­сию Super Size Me (на рус­ском вы­шел под на­зва­ни­ем «Двой­ная пор­ция». – «Ведомости») – до­ку­мен­таль­ной лен­ты 2004 г., в ко­то­рой Мор­ган Спур­лок не ест ни­че­го, кро­ме еды из McDonald’s, что­бы проверить, как фаст­фуд по­вли­я­ет на его са­мо­чув­ствие (экс­пе­ри­мент за­кон­чил­ся прак­ти­че­ски пол­ным фи­зи­че­ским и мо­раль­ным упад­ком).

Фо­гель на­чал го­то­вить­ся к Haute Route – очень тя­же­лой мно­го­днев­ной гон­ке, од­ной из са­мых пре­стиж­ных сре­ди лю­би­те­лей. Без до­пин­га он в 2014 г. фи­ни­ши­ро­вал 14-м из бо­лее чем 400 участ­ни­ков, но был со­вер­шен­но вы­мо­тан: «Ко­гда я в пер­вый раз за­кон­чил гон­ку, у ме­ня бы­ло силь­ное вос­па­ле­ние ахил­ло­вых су­хо­жи­лий и еще на­ча­лось что-то вро­де дис­пла­зии та­зо­бед­рен­но­го су­ста­ва. Я на­до­рвал мыш­цы. Я не мог хо­дить. Мне бы­ли нуж­ны ко­сты­ли. Два дня я не вста­вал с кро­ва­ти».

На сле­ду­ю­щий год он сно­ва участ­во­вал в гон­ке, но на этот раз при­ни­мая до­пинг по сход­ной с Арм­строн­гом си­сте­ме. Из-за по­ло­мок ве­ло­си­пе­да он фи­ни­ши­ро­вал 27-м из бо­лее чем 600 гон­щи­ков, но те­ло ве­ло се­бя ина­че. «Я луч­ше спал, – вспо­ми­на­ет Фо­гель. – Ли­би­до по­вы­си­лось. Мыш­цы все­го лишь уве­ли­чи­лись. Я об­на­ру­жил, что мне лег­че кон­тро­ли­ро­вать вес, а луч­ше все­го ока­за­лось с вос­ста­нов­ле­ни­ем. Стал ли я бо­лее быст­рым ве­ло­гон­щи­ком фи­зи­че­ски? Нет. Но раз­ни­ца в том, что я мог вы­хо­дить [на этап], вы­жи­мать из те­ла все со­ки, а на сле­ду­ю­щий день я вос­ста­нав­ли­вал­ся и был в со­сто­я­нии опять из­де­вать­ся над со­бой. Это не из­ба­ви­ло от му­че­ний, по­ка я ехал на ве­ло­си­пе­де. Но [это при­ба­ви­ло] гор­мо­нов, ко­то­рые поз­во­ля­ли мо­е­му те­лу вос­ста­нав­ли­вать­ся».

Арм­стронг пы­тал­ся до­ка­зать, что во вре­ме­на его уча­стия в Tour de France без хи­мии бы­ло по­про­сту невоз­мож­но вы­иг­рать в этой, на­вер­ное, са­мой из­ну­ри­тель­ной ве­ло­гон­ке ми­ра. Он не со­мне­вал­ся, что по­чти все его со­пер­ни­ки си­де­ли на до­пин­ге. Ли­ния за­щи­ты Арм­строн­га со­сто­я­ла в том, что он был по­роч­ным иг­ро­ком по­роч­ной же си­сте­мы. Ис­пы­ты­вать от­вра­ще­ние на­до не к от­дель­но­му иг­ро­ку, а ко всей иг­ре.

Фо­гель при­шел к та­ко­му же неуте­ши­тель­но­му вы­во­ду: «Это не «за» или «про­тив» Арм­строн­га. Ду­маю, он вы­брал невер­ный путь: в его по­ло­же­нии пы­тать­ся ко­го-то за­су­дить – это нечест­но. (В 2006 г. Арм­стронг вы­иг­рал 300 000 фун­тов у га­зе­ты The Sunday Times, ко­то­рая об­ви­ня­ла его в при­е­ме до­пин­га, а ко­гда в 2012 г. Аме­ри­кан­ское ан­ти­до­пин­го­вое агент­ство об­ви­ни­ло Арм­строн­га в том же, пы­тал­ся че­рез суд до­ка­зать свою неви­нов­ность. – «Ведомости».) По-че­ло­ве­че­ски он не спра­вил­ся и, не­со­мнен­но, при­чи­нил нема­ло вре­да. Но как спортс­мен до­бил­ся по­чти невоз­мож­но­го, семь раз вы­иг­рав Tour de France. И я ве­рю, что он сде­лал это в си­ту­а­ции рав­ных воз­мож­но­стей, чест­но и спра­вед­ли­во. Все в его ко­ман­де за­ни­ма­лись этим, все его кон­ку­рен­ты то­же. Не же­лая усту­пать пер­вен­ство в Tour de France, он це­ле­устрем­лен­но шел к по­бе­де.

Это­го ма­те­ри­а­ла бы­ло бы до­ста­точ­но и да­же бо­лее чем до­ста­точ­но, что­бы фильм стал бом­бой. Но во вре­мя его про­из­вод­ства Фо­гель слу­чай­но на­ткнул­ся на та­кой неожи­дан­ный по­во­рот, что «Икар» стал од­ним из са­мых ожи­да­е­мых филь­мов го­да (ес­ли не хо­ти­те спой­ле­ра, не читайте даль­ше). За право его по­ка­за раз­вер­ну­лась на­сто­я­щая вой­на, в ко­то­рой верх одер­жал Netflix, пред­ло­жив $5 млн, – это од­на из са­мых боль­ших вы­плат за до­ку­мен­таль­ную лен­ту (фильм до­сту­пен на Netflix с 4 августа. – «Ведомости»).

Мы встре­ча­ем­ся с Фо­ге­лем в лон­дон­ском оте­ле теп­лым ве­сен­ним утром. Он вы­гля­дит ско­рее мод­ни­ком, чем спортс­ме­ном, в ши­кар­ном бор­до­вом сви­те­ре и ков­бой­ских са­по­гах ко­рич­не­вой ко­жи. Мы си­дим друг про­тив дру­га по­се­ре­дине боль­шо­го за­ла, в ко­то­ром нет ни­че­го, кро­ме па­ры неболь­ших ко­жа­ных кре­сел. Учи­ты­вая, что нас все­го двое, ощу­ще­ние та­кое, буд­то мы на до­про­се.

Фо­гель хо­тел не про­сто по­про­бо­вать до­пинг. Он хо­тел, как Арм­стронг, проверить, смо­жет ли он прой­ти до­пинг-кон­троль. Для это­го ему ну­жен был на­став­ник, экс­перт, ко­то­рый мог бы со­ста­вить «по­бе­до­нос­ную» фор­му­лу и про­пи­сать схе­му при­е­ма, ко­то­рая об­ма­нет те­сты на до­пинг. По­ис­ки при­ве­ли к Гри­го­рию Род­чен­ко­ву.

Ко­гда они на­ча­ли пе­ре­го­во­ры в ап­ре­ле 2014 г., Род­чен­ков был ди­рек­то­ром го­су­дар­ствен­но­го ан­ти­до­пин­го­во­го цен­тра в Москве (Мос­ков­ской ан­ти­до­пин­го­вой ла­бо­ра­то­рии. – «Ведомости») и счи­тал­ся од­ним из ве­ду­щих спе­ци­а­ли­стов в сво­ей об­ла­сти. Сту­ден­том он был бе­гу­ном на длин­ные ди­стан­ции вы­со­ко­го клас­са, но не на­столь­ко, что­бы про­бить­ся в сбор­ную стра­ны. Он на­чал при­ни­мать за­пре­щен­ные пре­па­ра­ты, ко­то­рые ему ко­ло­ла мать.

Окон­чив вуз, Род­чен­ков сов­ме­стил на­у­ку и лю­бовь к спор­ту в сте­нах ан­ти­до­пин­го­вой ла­бо­ра­то­рии. Род­чен­ков с на­сла­жде­ни­ем при­со­еди­нил­ся к про­ек­ту Фо­ге­ля, го­ря же­ла­ни­ем по­мочь ре­жис­се­ру на­ру­шить все пра­ви­ла, сле­дить за со­блю­де­ни­ем ко­то­рых бы­ло его ра­бо­той.

По­че­му же, удив­ля­юсь я, Род­чен­ков со­гла­сил­ся со­труд­ни­чать с Фо­ге­лем? Да­же ес­ли он про­сто со­ве­то­вал бы, ка­кие пре­па­ра­ты при­ни­мать, это од­но­знач­но на­ру­ша­ло бы пра­ви­ла, уста­нов­лен­ные Все­мир­ным ан­ти­до­пин­го­вым агент­ством (WADA). Са­мое мень­шее – он был бы уво­лен сра­зу по­сле вы­хо­да филь­ма. «Уве­рен, он осо­зна­вал это. Мо­жет быть, он ду­мал: я ста­ну звез­дой это­го филь­ма, кон­суль­тан­том – и ме­ня най­мут дру­гие ко­мис­сии или ор­га­ни­за­ции, – пред­по­ла­га­ет Фо­гель. – Он не лю­бит под­чи­нять­ся и иг­рать по пра­ви­лам. И ему нра­вят­ся вы­зо­вы».

В филь­ме по­ка­за­но, как они об­ща­ют­ся по скай­пу. Во вре­мя од­но­го звон­ка Род­чен­ков об­на­жен по по­яс. Во вре­мя дру­го­го его пре­ры­ва­ет его со­ба­ка, осед­лав­шая его ру­ку. Ко­гда Фо­гель жа­лу­ет­ся, что ре­гу­ляр­ные уко­лы остав­ля­ют силь­ные си­ня­ки, Род­чен­ков го­во­рит с яр­ко вы­ра­жен­ным рус­ским ак­цен­том: «Ты мо­жешь ко­лоть в бед­ро, но луч­ше в зад­ни­цу». Все это немно­го в ду­хе Бо­ра­та.

Но ско­ро ста­но­вит­ся не до сме­ха. Во вре­мя съе­мок «Ика­ра», в но­яб­ре 2015 г., Род­чен­ков был на­зван в до­кла­де WADA клю­че­вой фи­гу­рой боль­шо­го сго­во­ра: со­зда­те­лем санк­ци­о­ни­ро­ван­ной го­су­дар­ством до­пин­го­вой про­грам­мы, це­лью ко­то­рой бы­ло обес­пе­чить пре­вос­ход­ство на зим­них Олим­пий­ских иг­рах – 2014 в Со­чи.

Рос­сий­ский пре­зи­дент Вла­ди­мир Пу­тин хо­тел, что­бы те Иг­ры ста­ли вы­хо­дом в свет для его стра­ны (на тер­ри­то­рии Рос­сии про­хо­ди­ла од­на Олим­пи­а­да – лет­няя 1980 г. – «Ведомости»), по­тра­тив­шей, по оцен­кам, $51 млрд, что­бы пре­вра­тить суб­тро­пи­че­ский курорт на Чер­ном мо­ре в за­сне­жен­ную стра­ну чу­дес для зим­не­го спор­та. По­тра­тив столь­ко «се­реб­ра», Кремль ожи­дал от сво­их спортс­ме­нов «зо­ло­та». Все про­шло по пла­ну, и Рос­сия по­бе­ди­ла в ме­даль­ном за­че­те.

Фо­гель убе­дил Род­чен­ко­ва про­чи­тать от­рыв­ки из кни­ги Джор­джа Ору­эл­ла «1984», что­бы зри­те­ли по­ве­ри­ли: мол, этот рус­ский – со­вре­мен­ный Уин­стон Смит, по­пав­ший в ло­вуш­ку лжи, со­здан­ную то­та­ли­тар­ным го­су­дар­ством. Но Род­чен­ко­ва труд­но на­звать ге­ро­ем этой ис­то­рии. Дру­гие лю­ди, пой­ман­ные на до­пин­ге, му­чат­ся чув­ством ви­ны. Бри­тан­ский про­фес­си­о­наль­ный ве­ло­гон­щик Дэ­вид Мил­лар был ули­чен в ис­поль­зо­ва­нии до­пин­га во вре­мя Tour de France. Он пи­сал, что, ко­гда в 2004 г. его пой­ма­ли фран­цуз­ские по­ли­цей­ские, они на­шли два шпри­ца, ко­то­рые он ис­поль­зо­вал год на­зад. Спортс­мен спря­тал их в книж­ной пол­ке. Та­кая па­то­ло­гия – хра­нить на­по­ми­на­ние о том, что он сде­лал. Ко­гда срок дис­ква­ли­фи­ка­ции окон­чил­ся, Мил­лар пы­тал­ся ис­ку­пить ви­ну, став ярым по­бор­ни­ком «чи­сто­го» спор­та.

Род­чен­ков, на­обо­рот, гор­дит­ся тем, что при­ду­мал си­сте­му, поз­во­лив­шую об­ма­нуть его за­ру­беж­ных кол­лег и при­не­сти со­мни­тель­ную сла­ву рос­сий­ским спортс­ме­нам. «У этих лю­дей, у стра­ны со­всем иной мен­та­ли­тет, – го­во­рит Фо­гель. – Вы долж­ны по­чув­ство­вать се­бя в их шку­ре. Ес­ли вы рос­ли в та­ком ми­ре, как Гри­го­рий, при ком­му­низ­ме, и все [спортс­ме­ны] при­ни­ма­ли до­пинг, и его мать ко­ло­ла ему сте­ро­и­ды – все в нор­ме. Имен­но так нуж­но де­лать, что­бы по­пасть в сбор­ную стра­ны».

В этой ис­ка­жен­ной кар­тине спор­та «все в нор­ме». Вой­на – это мир. Сво­бо­да – это раб­ство. Незна­ние – си­ла. А Лэнс Арм­стронг семь раз вы­иг­рал Tour de France чест­но и спра­вед­ли­во.

Учи­ты­вая се­рьез­ность те­мы, «Икар» срав­ни­ва­ли с Citizenfour (в Рос­сии вы­шел под на­зва­ни­ем «Citizenfour. Прав­да Сно­уде­на», под псев­до­ни­мом Citizenfour Сно­уден свя­зы­вал­ся со СМИ. – «Ведомости») – до­ку­мен­таль­ной лен­той Ло­ры Пой­трас, в ко­то­рой рас­ска­за­на исто­рия Эд­вар­да Сно­уде­на и при­во­дят­ся его от­кро­ве­ния, как сек­рет­ные службы США и Ве­ли­ко­бри­та­нии ис­поль­зо­ва­ли ин­тер­нет, что­бы сле­дить за жиз­нью мил­ли­о­нов лю­дей.

Фо­гель при­зна­ет, что он не журналист-рас­сле­до­ва­тель. До «Ика­ра» он боль­ше все­го про­сла­вил­ся тем, что на­пи­сал и по­ста­вил пье­су Jewtopia (в Рос­сии вы­шла под на­зва­ни­ем «По при­зна­кам сов­ме­сти­мо­сти». – «Ведомости») – ро­ман­ти­че­скую ко­ме­дию о лю­бов­ных от­но­ше­ни­ях в сре­де ев­ре­ев, ко­то­рая дол­го шла в Лос-Ан­дже­ле­се и вне­бро­д­вей­ских те­ат­рах Нью-Йор­ка. Кри­ти­ки в пух и прах раз­нес­ли фильм, сня­тый Фо­ге­лем на ос­но­ве этой пье­сы. Но че­рез че­ты­ре го­да по­сле ярост­но рас­кри­ти­ко­ван­но­го де­бю­та кри­ти­ки по­чти в один го­лос хва­лят «Ика­ра», ко­то­рый по­лу­чил в этом го­ду на американском фе­сти­ва­ле неза­ви­си­мо­го ки­но Sundance приз име­ни Ору эл­ла.Фо­ге ль, по­хо­же, стре­мит­ся со­хра­нить эту с ве­же при­об­ре­тен­ную се­рьез­ность. Он го­во­рит с ле­ни­вой аме­ри­кан­ской про­тяж­но­стью, хо­тя, как и в сво­ем филь­ме, ча­сто сры­ва­ет­ся на бо­лее рез­кий тон по­ле­ми­ста.

В филь­ме объ­яс­ня­ет­ся, что Род­чен­ков го­то­вил­ся стать пе­ре­беж­чи­ком еще в2012г ., по­сле то­го как ввя­зал­ся в спор с вли­я­тель­ным рос­сий­ским тре­не­ром и вско­ре стал фи­гу­ран­том уго­лов­но­го де­ла о про­да­же сте­ро­и­дов. Его ка­рье­ре, ка­за­лось, при­шел ко­нец, и он попытался све­сти сче­ты с жиз­нью, на­не­ся се­бе ко­ло­тые ра­ны. Его по­ме­сти­ли в мос­ков­скую пси­хи­ат­ри­че­скую боль­ни­цу. От­ту­да он вы­шел, ко­гда его при­гла­си­ли по­ехать на Олим­пи­а­ду-2012 в Лон­дон как од­но­го из ве­ду­щих рос­сий­ских ан­ти­до­пин­го­вых чи­нов­ни­ков. Де­ло про­тив Род­чен­ко­ва вол­шеб­ным об­ра­зом ис­па­ри­лось, и он вер­нул­ся в Рос­сию, что­бы го­то­вить­ся к Со­чи. Но пат­ри­о­ти­че­ские шо­ры бы­ли сня­ты. «В тот мо­мент он и на­чал [со­би­рать ули­ки] – ду­маю, на чер­ный день», – го­во­рит Фо­гель.

С то­го вре­ме­ни Род­чен­ков, по­хо­же, по­ни­мал, что его мо­гут раз­об­ла­чить. В на­ча­ле «Ика­ра» он спра­ши­ва­ет: «Вы ви­де­ли фильм со мной? Дру­гой фильм?» В де­каб­ре 2014 г. немец­кая те­ле­ком­па­ния ARD по­ка­за­ла до­ку­мен­таль­ный фильм жур­на­ли­ста-рас­сле­до­ва­те­ля Хайо Зеп­пель­та «Се­кре­ты до­пин­га: как Рос­сия со­зда­ет сво­их по­бе­ди­те­лей». Род­чен­ков по­не­во­ле стал звез­дой этой лен­ты. В ней де­мон­стри­ро­ва­лась скры­тая съем ка, про­ве­ден­ная бе­гу­ньей Юли­ей Сте­па­но­вой (ра­нее пой­ман­ной на до­пин­ге ), ко­то­рая ста­ла раз­об­ла­чи­тель ниц ей до­пин­го­вой про­грам­мы ;99% рос­сий­ских лег­ко­ат­ле­тов-олим­пий­цев об­ви­ни­ли в при­е­ме сти­му­ля­то­ров. Фильм ARD под­толк­нул WADA к со­зда­нию неза­ви­си­мой ко­мис­сии во гла­ве с ка­над­ским про­фес­со­ром юрис­пру­ден­ции Ри­чар­дом Ма­кла­ре­ном, ко­то­рая долж­на бы­ла рас­сле­до­вать об­ви­не­ния. В от­че­те Ма­кла­ре­на, опуб­ли­ко­ван­ном в но­яб­ре 2015 г., Род­чен­ков на­зван ор­га­ни­за­то­ром рос­сий­ской до­пин­го­вой си­сте­мы.

«Я по­встре­чал [Род­чен­ко­ва] <...> че­рез несколь­ко ме­ся­цев по­сле Со­чи, – го­во­рит Фо­гель. – Он знал, что про­изо­шло. Зеп­пельт охо­тил­ся на него в то вре­мя <...> Ду­маю, Гри­го­рий чув­ство­вал, что его вре­мя ис­те­ка­ет. Он знал, что в ко­неч­ном сче­те [у Зеп­пель­та] есть все пре­иму­ще­ства. Он знал все. У него бы­ли до­ка­за­тель­ства. Он как буд­то все это вре­мя го­то­вил­ся».

Вы­нуж­ден­ный по­дать в от­став­ку, в но­яб­ре 2015 г. рус­ский бе­жал в Лос-Ан­дже­лес при по­мо­щи Фо­ге­ля: «В пер­вой по­ло­вине филь­ма он был мо­им на­став­ни­ком. Он был, по су­ще­ству, мо­им за­щит­ни­ком, мо­им со­вет­ни­ком, мо­им дру­гом, и он по­мо­гал мне сни­мать этот фильм. Ни­ко­гда он не де­лал это за день­ги <...> Вне­зап­но он ока­зал­ся в бе­де, и на­ши ро­ли по­ме­ня­лись с точ­но­стью до на­обо­рот. Я неожи­дан­но стал его за­щит­ни­ком, в сущ­но­сти – его ад­во­ка­том, его со­вет­ни­ком, его пред­ста­ви­те­лем, его го­ло­сом и его, в сущ­но­сти... я пы­та­юсь по­до­брать сло­во... его по­сред­ни­ком, что­бы по­ве­дать его ис­то­рию ми­ру. В тот мо­мент я счи­тал это сво­им дол­гом, это сто­и­ло пре­дать оглас­ке. Это бы­ла прав­да. Я знал, что это бы­ла прав­да. Это бы­ло важ­но. Это бы­ла ин­фор­ма­ци­он­ная атом­ная бом­ба. Это из­ме­ни­ло всю ис­то­рию спор­та. Это из­ме­ни­ло всю ис­то­рию Олим­пий­ских игр. Это гран­ди­оз­ный скан­дал – и что мне бы­ло де­лать? Оста­вить его там? Не за­щи­тить его, хо­тя он по­мо­гал мне? Я чув­ство­вал мо­раль­ную от­вет­ствен­ность».

В до­кла­де Ма­кла­ре­на со­дер­жа­лись об­ви­не­ния, в том чис­ле что Род­чен­ков вы­мо­гал день­ги у спортс­ме­нов за со­кры­тие по­ло­жи­тель­ных ре­зуль­та­тов до­пинг-те­стов (это он опро­вер­га­ет), что под­ра­зу­ме­ва­ло, что рос­сий­ские уче­ные бы­ли не про­сто сол­да­та­ми, ис­пол­няв­ши­ми при­ка­зы. Фо­гель за­щи­ща­ет Род­чен­ко­ва в этом во­про­се, го­во­ря, что ве­рит, ко­гда тот от­ри­ца­ет об­ви­не­ния.

В «Ика­ре» пол­но мрач­ных эпи­зо­дов. В фев­ра­ле 2016 г. быв­ший ис­пол­ни­тель­ный ди­рек­тор Рос­сий­ско­го ан­ти­до­пин­го­во­го агент­ства (РУСАДА) Ни­ки­та Ка­ма­ев неожи­дан­но скон­чал­ся в воз­расте 52 лет. Рос­сий­ские вла­сти за­яви­ли, что при­чи­ной стал тя­же­лый сер­деч­ный при­ступ. Род­чен­ков счи­та­ет, что его кол­ле­га и друг Ка­ма­ев пла­ни­ро­вал на­пи­сать кни­гу о сво­ей ра­бо­те.

В филь­ме Фо­гель ре­а­ги­ру­ет на но­вость о смер­ти Ка­ма­е­ва сло­ва­ми «Я не знаю, ты ду­ма­ешь, они мог­ли...» и осе­ка­ет­ся на по­лу­сло­ве. Род­чен­ков за­пол­ня­ет па­у­зу: «Брай­ан, мы иг­ра­ем в са­мую опас­ную иг­ру в ис­то­рии спор­та».

Поз­же на Род­чен­ко­ва вышли агенты ФБР и до­би­лись от него сви­де­тель­ских по­ка­за­ний пе­ред боль­шим жю­ри Фе­де­раль­но­го су­да США. Он ре­шил сыг­рать роль раз­об­ла­чи­те­ля, и вме­сте с Фо­ге­лем они пе­ре­да­ли все име­ю­щи­е­ся у них до­ка­за­тель­ства га­зе­те The New York Times. Вы­шед­шая в мае 2016 г. ста­тья про­из­ве­ла эф­фект разо­рвав­шей­ся бом­бы. В ней рас­ска­зы­ва­лось, как Род­чен­ков со­здал трех­ком­по­нент­ный кок­тейль ана­бо­ли­че­ских сте­ро­и­дов, ко­то­рые рос­сий­ские спортс­ме­ны при­ни­ма­ли го­да­ми. Пре­па­ра­ты раз­бав­ля­ли ал­ко­го­лем, что­бы смесь луч­ше усва­и­ва­лась: для муж­чин – вис­ки Chivas, для жен­щин – вер­мут Martini.

Обыч­но спортс­ме­ны пре­кра­ща­ют при­ни­мать до­пинг пе­ред со­рев­но­ва­ни­я­ми, что­бы ор­га­низм успел вы­ве­сти за­пре­щен­ные пре­па­ра­ты, и та­ким об­ра­зом про­хо­дят до­пинг­кон­троль. Но, учи­ты­вая на­деж­ды, ко­то­рые Рос­сия воз­ла­га­ла на Олим­пи­а­ду, был раз­ра­бо­тан бо­лее ам­би­ци­оз­ный план. Ми­ни­стер­ство спор­та Рос­сии по­тре­бо­ва­ло от спортс­ме­нов про­дол­жать при­ем до­пин­га во вре­мя Игр, что­бы обес­пе­чить успех. Род­чен­ков утвер­ждал, что агенты ФСБ, рос­сий­ской сек­рет­ной службы, пре­ем­ни­цы со­вет­ско­го КГБ, на­шли спо­соб сни­мать кол­пач­ки с бу­ты­ло­чек с про­ба­ми мо­чи, ко­то­рые рань­ше счи­та­лись за­щи­щен­ны­ми от вскры­тия, что­бы под­ме­нять гряз­ные об­раз­цы на чи­стые.

В рам­ках тща­тель­но раз­ра­бо­тан­ной сек­рет­ной опе­ра­ции, спла­ни­ро­ван­ной так, что­бы не по­пасть на ка­ме­ру на­блю­де­ния или на гла­за неза­ви­си­мым на­блю­да­те­лям в ла­бо­ра­то­рии Со­чи, сек­рет­ные агенты и рос­сий­ские ан­ти­до­пин­го­вые чи­нов­ни­ки пе­ре­да­ва­ли друг дру­гу об­раз­цы мо­чи че­рез ды­ру в стене. Род­чен­ков сде­лал ее фо­то­гра­фию – она бы­ла невы­со­ко от по­ла, спря­тан­ная за шка­фом. Поз­же пресс­сек­ре­тарь Пу­ти­на на­звал все это «кле­ве­той пе­ре­беж­чи­ка».

Как журналист я пы­та­юсь по­нять, по­че­му Фо­гель не спе­шил с вы­пус­ком сво­е­го филь­ма. За­чем пе­ре­да­вать ко­му-то са­мый сен­са­ци­он­ный ма­те­ри­ал в жиз­ни? «Мы по­ня­ли, что, ес­ли бы вы­пу­сти­ли это <...> сбро­си­ли на мир бом­бу и ска­за­ли: «Вот, что про­изо­шло», нас бы рас­пя­ли, по­то­му что мы не мог­ли до­ка­зать это, – объ­яс­ня­ет Фо­гель. – По­пав к The New York Times, исто­рия бы­ла под­твер­жде­на дру­ги­ми ис­точ­ни­ка­ми. Это бы­ло ре­аль­но. Это дей­стви­тель­но про­ис­хо­ди­ло. Те­перь WADA при­шлось ид­ти и рас­сле­до­вать, де­лать свою ра­бо­ту».

План сра­бо­тал. Опи­ра­ясь на по­ка­за­ния Род­чен­ко­ва, Ма­кла­рен вы­пу­стил еще один до­клад, ко­то­рый под­твер­дил об­ви­не­ния и за­ста­вил WADA вы­дви­нуть бес­пре­це­дент­ное тре­бо­ва­ние ли­шить всех рос­сий­ских спортс­ме­нов пра­ва участ­во­вать в Олим­пиа­де-2016 в Рио-де-Жа­ней­ро. Меж­ду­на­род­ная ас­со­ци­а­ция лег­ко­ат­ле­ти­че­ских фе­де­ра­ций (IAAF) за­пре­ти­ла рос­сий­ским лег­ко­ат­ле­там вы­сту­пать на Иг­рах. Кремль от­ре­а­ги­ро­вал раз­дра­жен­но, утвер­ждая, что эти ме­ры бы­ли ча­стью за­пад­но­го за­го­во­ра с це­лью по­до­рвать ми­ро­вой пре­стиж Рос­сии.

Род­чен­ко­ву при­шлось до­ро­го за­пла­тить за свои раз­об­ла­че­ния. Он не смог убе­дить же­ну и дво­их де­тей пе­ре­ехать в США до то­го, как вскры­лась вся исто­рия, так что се­мья ока­за­лась раз­лу­чен­ной. Рос­си­я­нин по­пал в аме­ри­кан­скую про­грам­му по за­щи­те сви­де­те­лей, его ме­сто­на­хож­де­ние не рас­кры­ва­ет­ся. Фо­гель не смог от­ве­тить на во­прос, об­ща­ют­ся ли они с Род­чен­ко­вым до сих пор.

Рос­сия по­нес­ла ча­стич­ное на­ка­за­ние. Меж­ду­на­род­ный олим­пий­ский ко­ми­тет (МОК) от­ка­зал­ся от все­объ­ем­лю­щей дис­ква­ли­фи­ка­ции, предо­ста­вив спор­тив­ным фе­де­ра­ци­ям право са­мим ре­шать, счи­тать ли участ­ни­ков со­стя­за­ний чи­сты­ми от до­пин­га и дать ли им право вы­сту­пить в Рио. К лет­ним Иг­рам 2016 г. из пер­во­на­чаль­но за­яв­лен­ных 386 чле­нов сбор­ной Рос­сии до­пу­сти­ли 271.

Фо­гель до сих пор воз­му­щен МОКом: «Они со­вер­ши­ли нево­об­ра­зи­мое мо­шен­ни­че­ство в от­но­ше­нии каж­до­го этич­но­го спортс­ме­на в ми­ре, ко­то­рые по­еха­ли со­стя­зать­ся на ту Олим­пи­а­ду, ко­то­рые вло­жи­ли в те Иг­ры всю ду­шу и серд­це, ве­ря в олим­пий­ские иде­а­лы. Ес­ли ор­га­ни­за­ция не при­дер­жи­ва­ет­ся их, она не долж­на су­ще­ство­вать». Но здесь по­зи­ция Фо­ге­ля пол­на про­ти­во­ре­чий. Он за­щи­ща­ет Род­чен­ко­ва, но кри­ти­ку­ет МОК за то, что тот не на­ка­зал рос­сий­ское жуль­ни­че­ство. И он от­нюдь не иде­а­лист в во­про­се, есть ли до­пинг в спор­те.

«Ду­маю, сей­час очень-очень труд­но ве­рить в идею чи­сто­го спор­та, по­сколь­ку это по­сто­ян­ная иг­ра в кош­ки-мыш­ки, – го­во­рит он. – На­у­ка, ме­ди­цин­ские тех­но­ло­гии, раз­ви­тие че­ло­ве­че­ства все­гда бу­дут на­прав­ле­ны на то, что­бы пе­ре­хит­рить си­сте­му, ко­то­рая пы­та­ет­ся их пой­мать. До­ста­точ­но взять лю­бой на­уч­ный жур­нал в лю­бой день, и ста­но­вит­ся яс­но, черт по­бе­ри, что спортс­ме­ны бу­ду­ще­го ста­нут пло­да­ми ген­ной ин­же­не­рии, по­то­му что на­у­ка в со­сто­я­нии это сде­лать».

Фильм Фо­ге­ля рас­кры­ва­ет су­ро­вые ре­а­лии со­вре­мен­но­го спор­та. Ан­ти­до­пин­го­вая си­сте­ма не ра­бо­та­ет, она не в со­сто­я­нии пой­мать це­ле­устрем­лен­ных мо­шен­ни­ков. Зри­те­ли мо­гут по-преж­не­му на­сла­ждать­ся уди­ви­тель­ны­ми по­дви­га­ми спортс­ме­нов, но по­бе­ди­те­лей не сле­ду­ет при­рав­ни­вать к ге­ро­ям.

«Я понятия не имею, кто при­ни­ма­ет до­пинг, а кто нет, – го­во­рит Фо­гель. – Но каж­дый спортс­мен пы­та­ет­ся по­лу­чить кон­ку­рент­ное пре­иму­ще­ство, будь то но­вая ди­е­та, но­вое питание, по­ка еще не за­пре­щен­ные но­вые до­бав­ки. Каж­дый год спортс­ме­ны при­ни­ма­ют сот­ни пре­па­ра­тов, ко­то­рые не в спис­ке WADA, но в сле­ду­ю­щем го­ду мо­гут там по­явить­ся. В слу­чае со спор­том мы долж­ны си­деть и по­лу­чать удо­воль­ствие. На это здо­ро­во смот­реть. Там бли­ста­тель­ные спортс­ме­ны, а при­ни­ма­ет кто-то из них до­пинг или нет – не долж­но сво­дить на нет зре­лищ­ность [sic] их борь­бы. Но я ду­маю, ве­рить, что то, что мы смот­рим, чи­сто... да что та­кое во­об­ще «чи­сто»? Как мы во­об­ще мо­жем дать это­му опре­де­ле­ние?»

«Я понятия не имею, кто при­ни­ма­ет до­пинг, а кто нет. Но каж­дый спортс­мен пы­та­ет­ся по­лу­чить кон­ку­рент­ное пре­иму­ще­ство, будь то но­вая ди­е­та, но­вое питание, по­ка еще не за­пре­щен­ные но­вые до­бав­ки»

ALBERTO E. RODRIGUEZ / AFP

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.