Чем­пи­о­ны по ны­тью. Как укра­ин­цы об­ма­ну­ли спе­цов из «Гэл­ла­па»

Меж­ду неуве­рен­но­стью в зав­траш­нем дне и неже­ла­ни­ем па­рить­ся по по­во­ду зав­траш­не­го дня есть все-та­ки неко­то­рая раз­ни­ца, по всей ви­ди­мо­сти, упу­щен­ная мно­го­муд­рым ин­сти­ту­том

Delovaya Stolitsa - - ОБЩЕСТВО -

Нас не ин­те­ре­су­ют неудач­ни­ки — те, ко­го мы та­ко­вы­ми счи­та­ем, а счи­та­ем мы тех, кто име­ет то, что и мы, или да­же мень­ше, чем мы. Мы сто­ро­ним­ся чу­жих про­блем. По­то­му меж­ду­на­род­ные руб­ри­ки на­ших СМИ, как пра­ви­ло, ре­а­ги­ру­ют толь­ко на очень силь­ные раз­дра­жи­те­ли — вой­ны, ре­во­лю­ции, оф­шор­ки, в ко­то­рых «уто­ну­ли» по мень­шей ме­ре мил­ли­ар­ды, и т. п. По­это­му тер­ак­ты в Па­ки­стане, Аф­га­ни­стане, Егип­те и про­чих «тре­тьих стра­нах» по­чти не по­па­да­ют в на­ше по­ле зре­ния — в от­ли­чие от тер­ак­тов в Нью-Йор­ке, Лон­доне или Па­ри­же. Несмот­ря на то что в этих тер­ак­тах, как пра­ви­ло, гиб­нет зна­чи­тель­но мень­ше лю­дей. Нас не ин­те­ре­су­ет Па­ки­стан. Мы хо­тим со­ли­да­ри­зи­ро­вать­ся с успеш­ны­ми и бо­га­ты­ми, а не с ли­шен­ца­ми, у ко­то­рых все, ка­жет­ся, да­же ху­же, чем у нас. Что они мо­гут нам дать?

Один из клю­че­вых во­про­сов на­ше­го с ва­ми об­ще­ствен­но­го со­зна­ния, меж­ду про­чим. Тот са­мый во­прос, ко­то­рый вся­кие «уме­рен­ные» се­па­ры лю­бят за­да­вать Боль­шой Укра­ине: а что вы нам да­ли, что мы долж­ны бы­ли остать­ся ло­яль­ны­ми? Или, ска­жем, аме­ри­кан­цы: по­че­му они не да­ют нам «Джа­ве­ли­ны»? Не­важ­но, кто та­кие «Джа­ве­ли­ны» и для че­го они нуж­ны, — боль­шин­ство тех, кто ждет не до­ждет­ся «Джа­ве­ли­нов», не зна­ют точ­но от­ве­та на этот во­прос, — важ­но, что «не да­ют».

Но есть же и объ­ек­тив­ные по­ка­за­те­ли «сча­стья», и «Гэл­лап» нам их при­во­дит: по­дав­ля­ю­щее боль­шин­ство укра­ин­цев (57%) уве­ре­ны, что их лич­ный уро­вень жиз­ни ухуд­ша­ет­ся. По­чти по­ло­ви­на укра- ин­цев (46%) го­во­рят, что в про­шлом го­ду бы­ли слу­чаи, ко­гда у них не хва­та­ло де­нег на еду для се­бя или сво­их се­мей — са­мая вы­со­кая циф­ра, ко­то­рую «Гэл­лап» ко­гда-ли­бо ре­ги­стри­ро­вал для Укра­и­ны и один из са­мых вы­со­ких по­ка­за­те­лей во всей Ев­ро­пе.

Но ко­гда по­ло­ви­на укра­ин­цев утвер­жда­ет, что им не хва­та­ет на еду, я не мо­гу удер­жать бро­ви — они так и ле­зут вверх. Еда — это важ­ный мар­кер, ко­то­рый «Гэл­лап» со­вер­шен­но спра­вед­ли­во вклю­ча­ет в свои «со­став­ля­ю­щие сча­стья». Го­лод­ный счаст­ли­вым быть не мо­жет. Но неуже­ли по­ло­ви­на укра­ин­цев не мо­жет ку­пить хле­ба или ку­ри­ных око­роч­ков? Или речь все-та­ки об ик­ре?

И за­од­но по­че­му бы не об­ра­тить вни­ма­ния на ста­ти­сти­ку про­даж про­дук­тов не пер­вой необ­хо­ди­мо­сти? По­че­му не по­ин­те­ре­со­вать­ся, как ча­сто укра­ин­цы по­ку­па­ют га­д­же­ты, в част­но­сти, ме­ня­ют вполне ра­бо­чие смарт­фо­ны на но­вые?

Без­ра­бо­ти­ца — еще один мар­кер «Гэл­ла­па». Но учи­ты­ва­ют ли при опро­се тот факт, что мно­гие офи­ци­аль­ные без­ра­бот­ные на са­мом де­ле име­ют ра­бо­ту, про­сто она пол­но­стью в те­ни? Я уже не го­во­рю о той ар­мии «без­ра­бот­ных», ко­то­рые вли­ва­ют в укра­ин­скую эко­но­ми­ку мил­ли­о­ны ев­ро, за­ра­бо­тан­ные за ру­бе­жом.

Не­сча­стье укра­ин­цев не в том, что нече­го есть, а в том, что все­гда най­дет­ся еда, ко­то­рой хо­чет­ся, но на ко­то­рую не хва­та­ет. Это ка­са­ет­ся не толь­ко и не столь­ко еды. Ос­но­ва на­ше­го несча­стья в том, что на­ши при­тя­за­ния все­гда (и силь­но) пре­вы­ша­ют на­ши объ­ек­тив­ные воз­мож­но­сти. Про­ще го­во­ря, мы то ли не уме­ем, то ли про­сто не хо­тим счи­тать.

Из всех яко­бы ра­ци­о­наль­ных ос­но­ва­ний сча­стья, вы­ве­ден­ных «Гэл­ла­пом» в ис­сле­до­ва­нии, в от­но­ше­нии Укра­и­ны толь­ко од­но по­па­да­ет в яб­лоч­ко: от­сут­ствие уве­рен­но­сти в зав­траш­нем дне. Но и тут нуж­но вне­сти яс­ность. Де­ло не столь­ко в от­сут­ствии уве­рен­но­сти, сколь­ко в са­мом об­ра­зе зав­траш­не­го дня. Мы жи­вем в на­сто­я­щем вре­ме­ни, не имея под но­га­ми твер­дых ос­но­ва­ний про­шло­го, а над го­ло­вой — про­зрач­но­го неба бу­ду­ще­го. Мы жи­вем как бы вне вре­ме­ни, вне его про­тя­жен­но­сти, пре­ем­ствен­но­сти дня зав­траш­не­го дню вче­раш­не­му. Спра­ши­вать нас о том, что бу­дет зав­тра, так же бес­смыс­лен­но, как о том, что бы­ло вче­ра. Мы при­вык­ли ду­мать, что в вы­па­де­нии из хо­да вре­ме­ни пре­успе­ла Рос­сия. Но это не со­всем так, Рос­сия кон­стру­и­ру­ет для се­бя ре­аль­ность и про­шло­го, и на­сто­я­ще­го, и бу­ду­ще­го. Ре­аль­ность, ино­гда стран­ную, а ча­ще — страш­ную. Ино­гда про­сто смеш­ную, но хоть ка­кую-то.

Мы же про­сто по­па­ли в раз­рыв вре­мен. Нам бы день про­сто­ять да ночь про­дер­жать­ся. И ес­ли «Гэл­лап» ви­дит в этом про­бле­му и за­пи­сы­ва­ет при­леж­но в блок­нот «неуве­рен­ность в зав­траш­нем дне», то мы, на­про­тив, на­хо­дим в этом кайф. Нам без­раз­лич­но, что бы­ло вче­ра, и так же без­раз­лич­но, что бу­дет зав­тра — ес­ли оно, ко­неч­но, бу­дет. Меж­ду неуве­рен­но­стью в зав­траш­нем дне и неже­ла­ни­ем па­рить­ся по по­во­ду зав­траш­не­го дня есть все-та­ки неко­то­рая раз­ни­ца, по всей ви­ди­мо­сти, упу­щен­ная мно­го­муд­рым «Гэл­ла­пом». Впро­чем, ес­ли бы со­цио­ло­ги учли эту на­ци­о­наль­ную осо­бен­ность, на­ше ме­сто в рей­тин­ге сча­стья ока­за­лось бы ку­да бо­лее за­вид­ным. Ведь толь­ко счаст­ли­вые, как из­вест­но, ча­сов не на­блю­да­ют.

В це­лом, ес­ли бы речь шла не о со­лид­ном «Гэл­ла­пе», мож­но бы­ло бы за­по­до­зрить, что со­цио­ло­гов об­ма­ну­ло на­ше на­ци­о­наль­ное уме­ние ныть. Укра­ин­цы — не са­мая несчаст­ная на­ция. Мы про­сто чем­пи­о­ны по ны­тью. На невин­ный во­прос, как де­ла, ред­кий укра­и­нец от­ве­тит осле­пи­тель­ной улыб­кой и им­порт­ным окей. Го­раз­до ча­ще вы по­лу­чи­те в от­вет тя­же­лый вздох и по­скон­но-сер­мяж­ное «та йой…» Или, в бо­лее поспо­ли­той сре­де, «та ка­пец». Хоть в чем-то мы са­мые на­сто­я­щие ан­ти­по­ды рос­си­ян: те чуть что орут «да здрав­ству­ет» или «Бо­же, ца­ря хра­ни», а мы чуть что — «зра­да» и «гет­ма­на на мы­ло». По­это­му рос­си­яне хоть и вы­гля­дят не ра­зум­нее нас, ока­зы­ва­ют­ся счаст­ли­вее — им есть в ко­го и во что ве­рить, в то вре­мя как нам есть толь­ко ко­го ха­ять. Ко­неч­но, я со­глас­на с «Гэл­ла­пом», ко­то­рый — с се­рьез­но­стью Ка­пи­та­на Оче­вид­ность — пи­шет в ре­зю­ме, что «оцен­ки уров­ня жиз­ни в этих стра­нах бу­дут рас­ти с пре­кра­ще­ни­ем кон­флик­тов, уве­ли­че­ни­ем эко­но­ми­че­ско­го ро­ста и при до­стой­ном прав­ле­нии, ко­то­рое бу­дет со­сре­до­то­че­но на по­вы­ше­нии и обо­га­ще­нии жиз­ни каж­до­го жи­те­ля». Но это тот слу­чай, ко­гда из­ме­не­ния в стране и из­ме­не­ния в се­бе на­столь­ко проч­но свя­за­ны или да­же спа­я­ны, что про­сто невоз­мож­ны од­но без дру­го­го.

Не­сча­стье укра­ин­цев не в том, что нече­го есть, а в том, что все­гда най­дет­ся еда, ко­то­рой хо­чет­ся, но на ко­то­рую не хва­та­ет. Это ка­са­ет­ся не толь­ко и не столь­ко еды. Ос­но­ва на­ше­го несча­стья в том, что на­ши при­тя­за­ния все­гда (и силь­но) пре­вы­ша­ют на­ши объ­ек­тив­ные воз­мож­но­сти

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.