«Петр Гри­го­рен­ко очень бли­зок к на­ше­му вре­ме­ни»

Ев­ге­ний ЗАХАРОВ — о ме­ро­при­я­ти­ях по че­ство­ва­нию 110-ле­тия со Дня рож­де­ния вы­да­ю­ще­го­ся укра­ин­ца

Den (Russian) - - Личность - Оль­га ХАРЧЕНКО, «День»

По слу­чаю 110-ле­тия со Дня рож­де­ния вы­да­ю­ще­го­ся укра­ин­ца Пет­ра Гри­го­рен­ко, ро­див­ше­го­ся 16 ок­тяб­ря, в Укра­и­ну по­жа­лу­ет его сын Ан­дрей, та­к­же из­вест­ный пра­во­за­щит­ник, про­жи­ва­ю­щий в США, ав­тор «Дня». Ко­неч­но, од­ной из пер­вых со­сто­ит­ся встре­ча в ре­дак­ции на­шей га­зе­ты. Мы по­об­ща­лись с од­ним из ор­га­ни­за­то­ров ви­зи­та Ан­дрея Гри­го­рен­ко в Укра­и­ну, ди­рек­то­ром Харь­ков­ской пра­во­за­щит­ной груп­пы Ев­ге­ни­ем За­ха­ро­вым, о за­пла­ни­ро­ван­ных ме­ро­при­я­ти­ях и о ро­ле Пет­ра Гри­го­рен­ко в его жиз­ни.

— Кем яв­ля­ет­ся Петр Гри­го­рен­ко лич­но для вас как для че­ло­ве­ка, ко­то­рый име­ет тес­ные свя­зи с дис­си­дент­ским дви­же­ни­ем, и как для пра­во­за­щит­ни­ка? И что, с ва­шей точ­ки зре­ния, се­го­дня дол­жен знать о нем каж­дый укра­и­нец?

— Петр Гри­го­рье­вич от­но­сит­ся к тем пра­во­за­щит­ни­кам, ко­то­рые, по мо­е­му мне­нию, бы­ли боль­ше все­го близ­ки к на­ше­му вре­ме­ни. И его ме­то­ды, его сред­ства, его «не мо­гу мол­чать», его прин­ци­пи­аль­ность — это в дей­стви­тель­но­сти очень ак­ту­аль­но се­го­дня. Осо­бен­но в на­ши слож­ные вре­ме­на. Он неда­ром на­звал свои вос­по­ми­на­ния «В под­по­лье мож­но встре­тить толь­ко крыс». По­то­му что прин­ци­пи­аль­но вы­сту­пал за от­кры­тую фор­му про­ти­во­сто­я­ния со­вет­ской вла­сти. Он, что очень важ­но для на­ше­го вре­ме­ни, и это очень со­вре­мен­ная вещь, та­к­же счи­тал, что нель­зя ра­ди хо­ро­ших идей ис­поль­зо­вать пло­хие сред­ства. По­то­му что ес­ли бу­дешь ис­поль­зо­вать пло­хие сред­ства, сам бу­дешь ста­но­вить­ся пло­хим, и ни­че­го хорошего из это­го не вый­дет ни­ко­гда. Он был ка­те­го­ри­че­ски про­тив на­силь­ствен­ных средств до­бы­ва­ния в борь­бе прав­ды. Про­тив за­кры­тых, под­поль­ных, тер­ро­ри­сти­че­ских средств. Все это от­бра­сы­вал аб­со­лют­но.

Был очень ак­тив­ный, пре­крас­ный ор­га­ни­за­тор, на­сто­я­щий ли­дер, ко­то­ро­му лю­ди ве­ри­ли. Был че­ло­век очень ак­тив­ный, уве­рен­ный в се­бе, ха­рак­тер имел очень креп­кий, за­ме­ча­тель­ный. И в то же вре­мя очень со­вест­ли­вый. По­то­му что Петр Гри­го­рье­вич на­пи­сал «Ис­по­ведь быв­ше­го ком­му­ни­ста», где ка­ет­ся в том, что во все это ве­рил. Яс­но, что че­ло­век 1907 го­да рож­де­ния дру­гим на са­мом де­ле быть не мог. В те вре­ме­на все увлек­лись иде­я­ми со­ци­а­ли­сти­че­ски­ми, ком­му­ни­сти­че­ски­ми, и по­нят­но, что он не был ис­клю­че­ни­ем в этом смыс­ле. Он был обыч­ный сель­ский па­рень. Но ин­тел­лект имел очень силь­ный. Петр Гри­го­рен­ко же был од­ним из пер­вых ки­бер­не­ти­ков в Со­вет­ском Со­ю­зе — со­здал ка­фед­ру ки­бер­не­ти­ки в во­ен­ной ака­де­мии име­ни Фрун­зе, ее воз­гла­вил еще в кон­це 1970-х го­дов. Успел док­тор­скую на­пи­сать, но по­сле то­го как он вы­сту­пил про­тив кур­са КПСС, его сна­ча­ла пе­ре­ве­ли на Даль­ний Во­сток, а за­тем во­об­ще раз­жа­ло­ва­ли в ря­до­вые, вы­гна­ли ото­всю­ду, груз­чи­ком ра­бо­тал в ма­га­зине. А ему бы­ло уже то­гда, ко­гда его вы­гна­ли, 56 лет.

Кто для ме­ня Гри­го­рен­ко? Он же был очень бли­зок к мо­им харь­ков­ским дру­зьям. При­ез­жал па­ру раз в Харь­ков, но как раз я то­гда не был в го­ро­де и так с ним и не по­зна­ко­мил­ся, к со­жа­ле­нию. Но я знаю, бы­ло та­кое пись­мо в его за­щи­ту, ко­гда Гри­го­рен­ко по­пал в Таш­кен­те в пси­хуш­ку в 1969 го­ду, ко­то­рое под­пи­са­ло де­сять харь­ков­чан, в це­лом бы­ла 61 под­пись. Чет­ве­ро из тех харь­ков­чан то­гда по- лу­чи­ли три го­да ли­ше­ния сво­бо­ды за это. А боль­ше ни­ко­го за это не по­са­ди­ли из под­пи­сан­тов. И вот Гри­го­рен­ко при­ез­жал в Харь­ков, ко­гда они уже осво­бо­ди­лись, они встре­ча­лись, и моя мать та­к­же бы­ла на тех встре­чах. Знаю, что Гри­го­рен­ко очень це­нил по­э­зию мо­ей ма­те­ри, Мар­ле­ны Рах­ли­ной. В его кру­гу был друг, бард Петр Стар­чик, ко­то­рый пе­ре­ла­гал сти­хи на му­зы­ку. Он на неко­то­рые по­э­зии ма­те­ри та­к­же со­здал пес­ни, пел их там.

Петр Гри­го­рье­вич был очень бод­рым, оп­ти­ми­стич­ным и щед­рым муж­чи­ной. Очень силь­ным, му­же­ствен­ным. Я о нем хо­ро­шо знал, еще ко­гда учил­ся в шко­ле, и от­но­сил­ся к нему с ко­лос­саль­ным ува­же­ни­ем. Мож­но да­же ска­зать, что это очень близ­кий мне че­ло­век. Аб­со­лют­но бес­страш­ный.

— К со­жа­ле­нию, ес­ли го­во­рить об укра­ин­ском об­ще­стве в це­лом, то мы, ка­жет­ся, про­ско­чи­ли тот этап, ко­гда нуж­но бы­ло опе­реть­ся на дис­си­дент­ское «кры­ло». У на­ше­го глав­но­го ре­дак­то­ра да­же есть та­кой во­прос-тест для участ­ни­ков Лет­ней шко­лы жур­на­ли­сти­ки: «Кто та­кой Петр Гри­го­рен­ко?» К со­жа­ле­нию, мно­го лет да­же луч­шие из них не мог­ли дать от­вет. В биб­лио­те­ке «Дня» вы­шли пуб­ли­ци­сти­че­ские тру­ды это­го пра­во­за­щит­ни­ка, о ко­то­ром мы не за­бы­ва­ем и на стра­ни­цах на­ше­го из­да­ния, по­это­му в на­сто­я­щий мо­мент ситуация с на­ши­ми сту­ден­та­ми из­ме­ни­лась к луч­ше­му, но не яв­ля­ет­ся иде­аль­ной. С ва­шей точ­ки зре­ния, по­че­му так про­изо­шло в на­шем об­ще­стве, что этот пласт не усво­ен?

— Здесь мно­го при­чин. Слу­чи­лось так, что по­сле кол­лап­са Со­вет­ско­го Со­ю­за вся исто­рия пра­во­за­щит­но­го дви­же­ния, дис­си­дент­ская, — ста­ла дей­стви­тель­но ис­то­ри­ей. Это уже о про­шлом. При­чем, бо­лее то­го, со­вет­ские вре­ме­на, хру­щев­ская от­те­пель, по­том 60—70—80-е го­ды до пе­ре­строй­ки — это все уже да­ле­кое про­шлое, и да­же пе­ре­строй­ка — это уже про­шлое для очень боль­шо­го ко­ли­че­ства лю­дей — тех, ко­му в на­сто­я­щий мо­мент мень­ше, чем 40 или да­же 35 лет. По­то­му что шко­лу за­кан­чи­ва­ли в 1991-м те, кто ро­дил­ся 1974-м, то есть те, ко­му в на­сто­я­щий мо­мент 43. И ес­ли их се­мьи не бы­ли свя­за­ны с этим, то они ни­че­го об этом и не зна­ют.

Бо­лее то­го, бы­ла ситуация, ко­гда ока­за­лось, что один мой кол­ле­га, очень ум­ный пра­во­за­щит­ник и хо­ро­ший пра­во­вед, то есть очень хо­ро­ший спе­ци­а­лист, не зна­ет во­об­ще ни сло­ва о де­ле Да­ни­е­ля и Си­няв­ско­го. Я его спро­сил: «Как же так? По­че­му вы ни­че­го об этом не зна­е­те?» Он го­во­рит: «А за­чем это мне? Это уже да­ле­кая исто­рия. Это ни­как не вли­я­ет на на­ше вре­мя». Он аб­со­лют­но ис­кренне так счи­тал. Я ему на­чал объ­яс­нять, что он неправ, он при­слу­ши­вал­ся, стал боль­ше чи­тать и так да­лее. Но это во­об­ще ре­ак­ция ти­пич­ная. В дей­стви­тель­но­сти у нас да­же не осо­зна­ют, что во вре­ме­на так на­зы­ва­е­мой пе­ре­строй­ки об­ще­ство пол­но­стью опи­ра­лось на идей­ное на­сле­дие имен­но дис­си­ден­тов и так да­лее. И во­об­ще осо­зна­ние этой свя­зи укра­ин­ских дис­си­ден­тов с укра­ин­ским осво­бо­ди­тель­ным дви­же­ни­ем (ко­то­рым ин­те­ре­су­ют­ся, кста­ти, боль­ше, чем дис­си­ден­та­ми, но то та­к­же «очень дав­няя» уже исто­рия) на са­мом де­ле по­мо­га­ет по­нять, что про­ис­хо­дит в Укра­ине и по­че­му слу­чи­лось так, а не ина­че. К со­жа­ле­нию, очень немно­гие это по­ни­ма­ют. А об этом нуж­но го­во­рить.

— Не мог­ли бы вы рас­ска­зать по­дроб­нее о за­пла­ни­ро­ван­ных ме­ро­при­я­ти­ях по че­ство­ва­нию па­мя­ти Пет­ра Гри­го­рен­ко при уча­стии его сы­на?

— Ме­ро­при­я­тия при уча­стии Ан­дрея Гри­го­рен­ко со­сто­ят­ся в Ки­е­ве, Харь­ко­ве и Ль­во­ве.

15 ок­тяб­ря в Ки­е­ве в 14.00 от­кро­ет­ся вы­став­ка, по­свя­щен­ная Пет­ру Гри­го­рен­ко, и со­сто­ит­ся встре­ча с Ан­дре­ем Гри­го­рен­ко в Му­зее ше­сти­де­сят­ни­ков (ул. Оле­ся Гон­ча­ра, 33).

16 ок­тяб­ря в 17.00 со­сто­ит­ся встре­ча в На­ци­о­наль­ном му­зее ли­те­ра­ту­ры Укра­и­ны (ул. Бо­г­да­на Хмель­ниц­ко­го, 11). Там мы по­ка­жем двух­том­ник вос­по­ми­на­ний о Пет­ре Гри­го­рье­ви­че, ко­то­рый вы­пу­сти­ли на рус­ском язы­ке в Харь­ко­ве два го­да то­му на­зад при уча­стии Ан­дрея Гри­го­рен­ко.

17 ок­тяб­ря со­сто­ит­ся пресс-кон­фе­рен­ция уже в Харь­ко­ве, 18-го — от­кры­тие ме­мо­ри­аль­ной дос­ки на зда­нии об­ще­жи­тия Харь­ков­ско­го по­ли­тех­ни­че­ско­го уни­вер­си­те­та. Там Петр Гри­го­рье­вич про­жи­вал с 1929 по 1931 год, учась в то­гдаш­нем тех­но­ло­ги­че­ском ин­сти­ту­те. Он там не до­учил­ся и по­шел слу­жить в ар­мию. Имен­но то­гда Петр Гри­го­рен­ко стал про­фес­си­о­наль­ным во­ен­ным. Но про­жи­вал там, и там у него ро­дил­ся стар­ший сын. Та­к­же со­сто­ит­ся встре­ча со сту­ден­та­ми в этом уни­вер­си­те­те.

По­том Ан­дрей Гри­го­рен­ко по­се­тит ро­ди­ну от­ца — се­ло Бо­ри­сов­ка За­по­рож­ской об­ла­сти, в При­мор­ском рай­оне.

Во Ль­во­ве в 20-х чис­лах со­сто­ит­ся в Укра­ин­ском ка­то­ли­че­ском уни­вер­си­те­те ве­чер па­мя­ти Гри­го­рен­ко, ко­то­рый ор­га­ни­зу­ет Ми­ро­слав Ма­ри­но­вич.

ФОТО ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА АН­ДРЕЯ ГРИ­ГО­РЕН­КО

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.