На­след­ни­ки Кри­сте­ра

Как жи­те­ли исто­ри­че­ской мест­но­сти на окра­ине Ки­е­ва бо­рют­ся за парк с ве­ко­вы­ми ду­ба­ми

Den (Russian) - - Первая Страница - ФО­ТО НИ­КО­ЛАЯ ТИМ­ЧЕН­КО / «День»

Кмест­но­сти При­ор­ка мы дол­го едем марш­рут­кой, до мет­ро здесь да­ле­ко. С до­сто­при­ме­ча­тель­но­стя­ми и древ­ней­и­сто­ри­ей­о­быч­но ас­со­ци­и­ру­ет­ся центр сто­ли­цы, од­на­ко это ме­сто то­же име­ет бо­га­тое про­шлое. В се­ре­дине ХІХ ве­ка здесь по­се­лил­ся Виль­гельм Кри­стер, че­ло­век, бла­го­да­ря ко­то­ро­му Ки­ев об­рел сла­ву го­ро­да-са­да.

Быв­шее ме­сто от­ды­ха бо­ге­мы, по­кры­тое ле­са­ми, с ве­ко­вы­ми ду­ба­ми и бу­ка­ми, сей­час хо­тят «за­са­дить» мно­го­этаж­ка­ми. Мест­ные жи­те­ли изу­ча­ют ис­то­рию уро­чи­ща Кри­сте­ра и за­щи­ща­ют его от за­строй­щи­ков. Сре­ди та­ких ак­ти­ви­стов — Та­тья­на Ра­туш­няк и Яро­слав Ши­ман­ский. Вме­сте с ни­ми мы от­пра­ви­лись на про­гул­ку по мест­но­сти и по­го­во­ри­ли о ее про­шлом и на­сто­я­щем.

ЗДЕСЬ ЖИ­ЛИ МО­НА­ХИ И ХУ­ДОЖ­НИ­КИ

С Та­тья­нойи Яро­сла­вом мы встре­ча­ем­ся на ули­це Вы­ш­го­род­ской. «Эта ули­ца бы­ла здесь из­дав­на, еще при Ки­ев­ской­Ру­си. Этой­до­ро­гой­ки­ев­ские кня­зья ез­ди­ли к сво­ей­ре­зи­ден­ции в Вы­ш­го­ро­де, — на­чи­на­ет раз­го­вор Та­тья­на. — Ули­ца тя­нет­ся до са­мо­го же­лез­но­до­рож­но­го мо­ста, это мик­ро­рай­он Ку­ре­нев­ка. А то, что по на­шу сто­ро­ну же­лез­но­до­рож­но­го мо­ста, на­зы­ва­ет­ся При­ор­кой».

Есть несколь­ко вер­сий, от­ку­да При­ор­ка по­лу­чи­ла на­зва­ние. Еще в XVII ве­ке здесь жи­ли ка­то­ли­че­ские мо­на­хи до­ми­ни­кан­ско­го ор­де­на, при­ор — это ти­тул на­сто­я­те­ля мо­на­сты­ря. Так­же су­ще­ству­ет вер­сия, по ко­то­ройв ис­то­ри­че­ских до­ку­мен­тах При­ор­ка на­зы­ва­лась «Пре­вар­кой». А это сло­во, объ­яс­ня­ет Та­тья­на, зна­чит «пред­ме­стье».

«При­ор­ка ин­те­рес­на тем, что при­бли­зи­тель­но 200 лет на­зад из обыч­но­го пред­ме­стья на­ча­ла пре­вра­щать­ся в дач­ные име­ния из­вест­ных лю­дей, — рас­ска­зы­ва­ет ак­ти­вист­ка. — По­ми­мо то­го, что эти лю­ди бы­ли бо­га­ты­ми, они так­же бы­ли бо­ге­мой. Ря­дом жил ху­дож­ник Со­шен­ко, здесь у него бы­ли ма­стер­ские, уче­ни­ки. По­это­му неда­ром Кри­стер вы­брал имен­но это ме­сто».

РА­БО­ТАЛ НА ТКАЦКОЙФАБРИКЕ И МЕЧ­ТАЛ О САДАХ

Виль­гельм Кри­стер про­ис­хо­дил из Юж­ной­Сак­со­нии. В Гер­ма­нии он на­учил­ся ткац­ко­му де­лу и впо­след­ствии по при­гла­ше­нию кня­зя Рад­зи­вил­ла при­е­хал в Ки­ев­скую гу­бер­нию Рос­сий­ской им­пе­рии. Кри­стер ра­бо-

тал на фаб­ри­ке кня­зя в ме­стеч­ке Хаб­ное — сей­час это по­се­лок По­лес­ский, он на­хо­дит­ся в Зоне от­чуж­де­ния, там жи­вут толь­ко оди­ноч­ные са­мо­се­лы.

«На то вре­мя ткац­кое де­ло при­но­си­ло огром­ные при­бы­ли. В Хаб­ном де­ла­ли сук­но и ши­ли одеж­ду, — го­во­рит Та­тья­на. — На фаб­ри­ке Кри­стер за­ра­бо­тал боль­шие день­ги и на­ко­нец смог осу­ще­ствить свою меч­ту. Он не хо­тел ра­бо­тать всю жизнь на ма­ну­фак­ту­ре, ему бы­ли нуж­ны день­ги, что­бы осу­ще­ствить свою меч­ту. А увле­ка­ло его са­до­вод­ство».

Кри­стер ез­дил в Хаб­ное из Ки­е­ва как раз по вы­ш­го­род­ской­до­ро­ге, про­ез­жал че­рез При­ор­ку и по­лю­бил эту мест­ность. В кон­це кон­цов в 1850 го­ду он ку­пил здесь боль­шой­у­ча­сток зем­ли, 38 де­ся­тин — в со­вре­мен­ных еди­ни­цах пло­ща­ди это 54 гек­та­ра. «Вла­де­ния Кри­сте­ра на­чи­на­лись воз­ле со­вре­мен­ной­у­ли­цы Кра­сиц­ко­го. Тя­ну­лись они до ули­цы За­па­дин­ской. И в дру­гую сто­ро­ну — до мас­си­ва Ви­но­гра­дарь», — по­ка­зы­ва­ет Та­тья­на.

СА­ЖЕН­ЦЫ КРИ­СТЕ­РА ЗНА­ЛИ ДА­ЖЕ В ЕВ­РО­ПЕ

Не­мец­кий­пред­при­ни­ма­тель от­нес­ся к но­вым вла­де­ни­ям бе­реж­но. «Преж­де все­го Кри­стер на­чал стро­ить дом, а во­круг него раз­бил ши­кар­ный­парк. За пар­ком бы­ли са­ды. Са­ды бы­ли нуж­ны не столь­ко для уро­жа­ев, сколь­ко для то­го, что­бы вы­во­дить но­вые сор­та рас­те­ний, се­мян и про­да­вать это, — объ­яс­ня­ет Та­тья­на. — Фак­ти­че­ски мы име­ем ку­со­чек сво­ей­Гол­лан­дии, чья ви­зит­ка — се­ме­на».

Мест­ные жи­те­ли об­ра­ща­лись к Кри­сте­ру за са­жен­ца­ми и се­ме­на­ми, ино­гда при­но­си­ли что-то свое. В ко­неч­ном ито­ге са­жен­цы из это­го име­ния ста­ли по­став­лять не толь­ко ки­ев­ля­нам, но и в Ев­ро­пу. Та­тья­на ак­цен­ти­ру­ет, что Кри­стер фак­ти­че­ски по­ло­жил на­ча­ло озе­ле­не­нию Ки­е­ва. У него бы­ли хо­ро­шие са­жен­цы, он раз­во­дил де­ре­вья-эк­зо­ты, и все это на­ча­ло мас­шта­би­ро­вать­ся. По­ми­мо это­го Кри­стер со­здал во­до­е­мы, где раз­во­дил ры­бу, имел са­мую боль­шую в Ки­е­ве па­се­ку. Мест­ные на­столь­ко ува­жа­ли пред­при­ни­ма­те­ля, что ста­ли на­зы­вать уча­сток, где он жил и ра­бо­тал, уро­чи­щем Кри­сте­ра.

ТРУ­ДО­ВАЯ КОЛОНИЯ И СЕК­РЕТ­НЫЙ ОБЪ­ЕКТ

«Все бы­ло кра­си­во и хо­ро­шо, по­ка не при­шли «крас­ные», — про­дол­жа­ет Та­тья­на, ко­гда про­дви­га­ем­ся вглубь быв­шей­усадь­бы. — Сам Кри­стер умер в 1890 го­ду, его сын Юли­ус при­нял име­ние в на­след­ство и то­же за­нял­ся са­до­вод­ством. Он да­же до­ку­пил зем­ли, раз­ви­вал де­ло. С при­хо­дом со­вет­ской­вла­сти у Кри­сте­ров за­бра­ли име­ние и зем­лю и на­ча­ли хо­зяй­ни­чать, как это по­ни­ма­ют. Сна­ча­ла сде­ла­ли тру­до­вую ко­ло­нию для несо­вер­шен­но­лет­них. По­том здесь бы­ли ла­бо­ра­то­рии во­ен­но-про­мыш­лен­но­го ком­плек­са. До сих пор не из­вест­но, чем имен­но там за­ни­ма­лись, но все зна­ли, что здесь опас­но. Тер­ри­то­рию охра­ня­ли во­ен­ные с ав­то­ма­та­ми, ту­да нель­зя бы­ло по­дой­ти бли­же чем на 30 мет­ров».

По­том на тер­ри­то­рии усадь­бы по­явил­ся Ин­сти­тут хло­ра. «Ис­сле­до­ва­ния с хло­ром все­гда несут опре­де­лен­ную опас­ность, по­это­му ве­ро­ят­но, это то­же бы­ло свя­за­но из ВПК», — рас­суж­да­ет Та­тья­на. Но бли­же к 1960м и эту струк­ту­ру свер­ну­ли и сде­ла­ли здесь Ин­сти­тут пи­ще­вой­хи­мии и тех­но­ло­гии, сей­час — Ин­сти­тут пи­ще­вой­био­тех­но­ло­гии и ге­но­ми­ки НАН Укра­и­ны.

«При­бли­зи­тель­но в 1980 го­ду в Ин­сти­тут пи­ще­вой хи­мии при­шел ра­бо­тать мой­о­тец. Он де­лал здесь со­е­вую пасту, цу­ка­ты и т.п., — де­лит­ся Та­тья­на. — Еще отец об­щал­ся с людь­ми, ко­то­рые ра­бо­та­ли в Ин­сти­ту­те хло­ра. Они от­кро­вен­но го­во­ри­ли, что ко­гда Ин­сти­тут хло­ра от­сю­да ушел, его со­труд­ни­ки за­ко­па­ли что-то вдоль за­бо­ра. Ни­кто не зна­ет, что имен­но, по­то­му что до­ку­мен­ты по его ра­бо­те на­хо­дят­ся в Москве. Мест­ные жи­те­ли зна­ют, что здесь что-то есть. Они не мо­гут под­твер­дить свои сло­ва до­ку­мен­та­ми, но и власть не мо­жет га­ран­ти­ро­вать, что здесь ни­че­го нет».

Ак­ти­ви­сты да­же на­пи­са­ли пись­мо в СБУ о «на­сле­дии» Ин­сти­ту­та хло­ра. Но в Служ­бе без­опас­но­сти от­ве­ти­ли, что не име­ют до­ку­мен­тов, что­бы ком­мен­ти­ро­вать си­ту­а­цию.

Что ка­са­ет­ся по­том­ков Кри­сте­ра — а у него бы­ло ше­сте­ро де­тей— то мно­гие из них вы­еха­ли за гра­ни­цу. Не­ко­то­рые оста­лись, но ра­ди без­опас­но­сти сме­ни­ли фа­ми­лии. Жи­те­ли уро­чи­ща Кри­сте­ра на­шли их и под­дер­жи­ва­ют об­ще­ние. «По­том­ки Кри­сте­ра очень та­лант­ли­вы. Так, один из них пи­шет ико­ны в Ки­е­во-Пе­чер­ской­лав­ре, дру­гой— ди­ри­жер и пе­вец», — го­во­рит Та­тья­на Ра­туш­няк.

СОКРУШИТЕЛЬНАЯ РЕ­КОН­СТРУК­ЦИЯ

Мы под­хо­дим к ру­и­нам до­ма Кри­сте­ров. Рез­ные укра­ше­ния кра­си­вы до сих пор, хо­тя те­перь не укра­ша­ют фа­сад, а тор­чат из ку­чи сгнив­ших до­сок — то­го, что ко­гда-то бы­ло двух­этаж­ным зе­ле­ным до­ми­ком. Са­мое пе­чаль­ное, что та­кое со­сто­я­ние до­ма яв­ля­ет­ся ре­зуль­та­том «опе­ки» сто­лич­ной­вла­сти.

«До 2011 го­да дом сто­ял в бо­лее-ме­нее нор­маль­ном со­сто­я­нии, — вспо­ми­на­ет Та­тья­на. — Име­ние внес­ли в пе­ре­чень недав­но об­на­ру­жен­ных па­мят­ни­ков и ре­ши­ли ре­кон­стру­и­ро­вать. По рас­по­ря­же­нию вла­сти кры­шу разо­бра­ли, что­бы пе­ре­снять об­раз­цы всех эле­мен­тов и вос­ста­но­вить дом. Кры­шу сня­ли, во­да ли­лась, и

за семь лет дом раз­ру­шил­ся пол­но­стью, остал­ся толь­ко фли­гель из кир­пи­ча. А день­ги на ре­став­ра­цию ку­да-то де­лись».

Тер­ри­то­ри­ей, где сто­ит ру­и­на до­ма, вла­де­ет Ин­сти­тут пи­ще­вой­био­тех­но­ло­гии и ге­но­ми­ки. При­смат­ри­ва­ют за ней­сла­бо. «Воз­мож­но, не по­то­му, что не хо­тят, а по­то­му, что не име­ют на это де­нег», — от­ме­ча­ет Та­тья­на. Ак­ти­вист­ка хо­чет по­ка­зать 150-лет­ний­бук воз­ле раз­ва­лив­ше­го­ся до­ма, но охран­ник ин­сти­ту­та за­ме­ча­ет нас и хо­чет вы­гнать. Го­во­рим, что идем в ве­те­ри­нар­ную кли­ни­ку на тер­ри­то­рии, немно­го сто­им в ее ко­ри­до­ре и про­дол­жа­ем пу­те­ше­ствие.

ПОД ЛЕ­ГЕН­ДАР­НЫМ ДУ­БОМ

До бу­ка мы не до­шли, но ле­ген­дар­ный­дуб Кри­сте­ра уви­де­ли. Это де­ре­во счи­та­ет­ся вто­рым по воз­рас­ту ду­бом Ки­е­ва, ему око­ло 500 лет. Об­хват ство­ла — 6,2 мет­ра, то есть об­хва­тить его смо­гут шесть-семь взрос­лых. Дуб яв­ля­ет­ся па­мят­ни­ком при­ро­ды мест­но­го зна­че­ния.

«Го­во­рят, под этим ду­бом от­ды­хал и Кри­стер, и Та­рас Шев­чен­ко, ко­то­рый­при­хо­дил к нему в го­сти, — рас­ска­зы­ва­ет Та­тья­на. — Эти ме­ста так­же счи­та­ют­ся шев­чен­ков­ски­ми. Обра­ти­те вни­ма­ние: здесь есть ки­но­те­атр, пло­щадь име­ни по­эта, по­се­лок Шев­чен­ко, дом­му­зей­на При­ор­ке, пе­ре­улок Коб­зар­ский. Де­ло в том, что ко­гда Шев­чен­ко вер­нул­ся из ссыл­ки, то ез­дил по Укра­ине, при­смат­ри­вал­ся, где ку­пить дом. По­след­ний его ви­зит сю­да был в 1859 го­ду, он по­се­лил­ся на При­ор­ке. Вы­брал это ме­сто, по­то­му что хо­дил к сво­им дру­зьям-ху­дож­ни­кам, в част­но­сти к Со­шен­ко. По до­ро­ге про­хо­дил че­рез име­ние Кри­сте­ра. Так они и по­зна­ко­ми­лись».

Мы идем даль­ше и за­ме­ча­ем еще один дуб — без таб­лич­ки, но то­же очень креп­кий. По об­хва­ту по­нят­но, что ему несколь­ко со­тен лет. Во­об­ще ве­ко­вых ду­бов здесь не один де­ся­ток. Но, как ока­за­лось поз­же, не все от­но­сят­ся к этим де­ре­вьям с ува­же­ни­ем.

ФЕЙС-КОН­ТРОЛЬ В ЖИЛОМ КОМ­ПЛЕК­СЕ

На тер­ри­то­рии уро­чи­ща Кри­сте­ра в 2000-х го­дах по­явил­ся жи­лой­ком­плекс «Пар­ко­вый­го­род». Его вла­дель­цы пы­та­ют­ся убе­дить мест­ных, что имен­но их ЖК сто­ит на Кри­сте­ро­вой­го­ре — ведь это хо­ро­шая при­ман­ка для по­ку­па­те­лей­к­вар­тир. «Ес­ли бы тер­ри­то­рия «Пар­ко­во­го го­ро­да» бы­ла го­рой, там не бы­ло бы во­до­е­мов», — апел­ли­ру­ет Та­тья­на.

Часть быв­ше­го име­ния Кри­сте­ра ста­ла, в сущ­но­сти, при­до­мо­вой­тер­ри­то­ри­ей­жи­ло­го ком­плек­са. Лю­ди, ко­то­рые не жи­вут в нем, мо­гут зай­ти ту­да толь­ко по про­пус­ку, ко­то­рый­вы­да­ет охран­ник. Для это­го нуж­но по­ка­зать пас­порт. Про­пуск мы по­лу­чи­ли и за­шли по­смот­реть, как здесь все обла­го­ро­же­но.

«Тер­ри­то­рия кра­си­во обу­стро­е­на — пре­тен­зий нет. Дру­гое де­ло — этот ре­жим про­пус­ка, — про­дол­жа­ет Та­тья­на. — Ар­гу­мен­ти­ру­ют это тем, что по­сто­рон­ние пьют, гу­ля­ют. Был до­сад­ный­слу­чай : кто-то отра­вил ле­бе­дей, ко­то­рые здесь жи­лы. Кто это сде­лал — неиз­вест­но. Од­на­ко ска­за­ли, что за­кро­ют тер­ри­то­рию, по­то­му что при­хо­дят чу­жие и вре­дят. Но все рав­но это аб­сурд­но».

Мест­ные бо­ят­ся, что ес­ли на тер­ри­то­рии уро­чи­ща по­стро­ят но­вые вы­сот­ки, про­тив ко­то­рых они сей­час бо­рют­ся, дру­гую часть пар­ка то­же за­кро­ют.

ЧЕ­ТЫ­РЕ РА­ЗА ВА­ЛИ­ЛИ ЗА­БОР

И тут мы под­хо­дим к са­мо­му «го­ря­че­му» участ­ку в уро­чи­ще. «Здесь бы­ло 300 де­ре­вьев», — чи­та­ем над­пись крас­ны­ми бук­ва­ми на бе­тон­ном за­бо­ре. «Утром 29 де­каб­ря 2017 го­да, ко­гда мир­ные жи­те­ли го­то­ви­лись к празд­ни­кам, при­е­ха­ли 100 ти­ту­шек, ста­ли це­пью, за­пу­сти­ли лю­дейс бен­зо­пи­ла­ми, и те, как ни кри­ча­ли мест­ные баб­ки, вы­ре­за­ли де­ре­вья и уеха­ли», — вспо­ми­на­ет Та­тья­на. Сре­за­ли несколь­ко со­тен де­ре­вьев, в част­но­сти де­вять ду­бов.

Что­бы по­ста­вить за­бор и сре­зать де­ре­вья, за­строй­щи­ку, ком­па­нии «Бу­дин­вест КМ», бы­ла нуж­на кар­точ­ка на на­ру­ше­ние бла­го­устрой­ства. «Этот до­ку­мент они за­про­си­ли 28 де­каб­ря и в тот же день его по­лу­чи­ли, — от­ме­ча­ет Та­тья­на. — Ком­па­ния долж­на бы­ла предо­ста­вить для это­го пять до­ку­мен­тов, но под­го­то­ви­ла все­го два: вы­держ­ка из Го­су­дар­ствен­но­го ре­ест­ра ве­ще­ствен­ных прав на недви­жи­мое иму­ще­ство и раз­ре­ше­ние Го­су­дар­ствен­ной­ар­хи­тек­тур­но-стро­и­тель­ной­ин­спек­ции».

Под угро­зойи до сот­ни де­ре­вьев ря­дом. На их ство­лах на­ри­со­ва­ны но­ме­ра. По сло­вам ак­ти­ви­стов, так по­ме­ча­ют де­ре­вья, ко­то­рые хо­тят спи­лить. «Вот дуб, ко­то­ро­му бо­лее 100 лет, и его то­же пла­ни­ру­ют сре­зать», — по­ка­зы­ва­ет Яро­слав Ши­ман­ский.

В ян­ва­ре мест­ные ва­ли­ли за­бор во­круг со­мни­тель­ной­за­строй ки че­ты­ре ра­за. «Сна­ча­ла за­бор был ме­тал­ли­че­ским, зе­ле­но­го цве­та — мы шутили, что так на­ша власть озе­ле­ня­ет Ки­ев. Этот за­бор снес­ли 6 ян­ва­ря. По­том сто­ял бе­тон­ный, и его то­же снес­ли. В по­след­ний раз за­бор ста­ви­ли не про­сто на тум­бы — за­строй­щик про­ко­пал ров, за­лил его бе­то­ном, по­ста­вил доб­рот­ные рас­пор­ки и успо­ко­ил­ся. Но на­род умен. У каж­до­й­бе­тон­ной­пли­ты есть ме­тал­ли­че­ское «уш­ко», что­бы ее мог пе­ре­но­сить кран. К этим «уш­кам» лю­ди при­вя­за­ли тро­сы, их — к ав­то­мо­би­лю, ма­ши­на тя­ну­ла, лю­ди тол­ка­ли с дру­гой­сто­ро­ны и за­бор упал. По­сле это­го за­строй­щик уже не знал, как еще укре­пить­ся, и по­ка все так и ле­жит», — го­во­рит Та­тья­на.

НА­ЧА­ЛО ДИА­ЛО­ГА С МЭ­РИ­ЕЙ

В ян­ва­ре мест­ные ак­ти­ви­сты за­ре­ги­стри­ро­ва­ли пе­ти­цию на сай­те Ки­евра­ды, что­бы за­щи­тить го­ру от «ком- па­нии с укра­ин­ским на­зва­ни­ем, но с рос­сий­ским вла­дель­цем», ко­то­рый­хо­чет стро­ить ЖК, ра­ди ко­то­ро­го вы­ру­ба­ли де­ре­вья. Что ка­са­ет­ся рос­сий­ско­го вла­дель­ца — ин­те­рес­ный­фо­кус. До 10 ян­ва­ря в Еди­ном го­сре­ест­ре ко­неч­ным бе­не­фи­ци­а­ром «Бу­дин­вест КМ» зна­чил­ся Ни­ко­лай­За­вья­лов, граж­да­нин Рос­сии с мос­ков­ской про­пис­кой. Сей­час это граж­да­нин Лих­тен­штей­на Силь­вио Фогт.

1 ап­ре­ля пе­ти­ция со­бра­ла необ­хо­ди­мые 10 ты­сяч го­ло­сов. И уже 3 ап­ре­ля со­сто­я­лась встре­ча гро­ма­ды с пред­ста­ви­те­ля­ми сто­лич­ной­вла­сти, в част­но­сти с за­ме­сти­те­лем гла­вы Ки­ев­ской­го­род­ской­го­с­ад­ми­ни­стра­ции Алек­сан­дром Спа­сиб­ко.

В «Фейс­бу­ке» ак­ти­ви­сты по­де­ли­лись ре­зуль­та­та­ми встре­чи. Так, Алек­сандр Спа­сиб­ко по­ру­чил под­го­то­вить об­ра­ще­ние в Го­су­дар­ствен­ную ар­хи­тек­тур­но­стро­и­тель­ную ин­спек­цию о за­кон­но­сти вы­да­чи гра­до­стро­и­тель­ных усло­вийи огра­ни­че­ний­на уже скан­даль­ный­ком­плекс жи­лой­за­строй ки по ад­ре­су Вы­ш­го­род­ская, 47-Ж. Так­же нуж­на пе­ре­про­вер­ка это­го объ­ек­та го­род­ским де­пар­та­мен­том по во­про­сам го­су­дар­ствен­но­го ар­хи­тек­тур­но-стро­и­тель­но­го кон­тро­ля при уча­стии об­ще­ствен­но­сти. А де­пар­та­мент го­род­ско­го бла­го­устрой­ства дол­жен предо­ста­вить до­клад­ную за­пис­ку об ос­но­ва­ни­ях оформ­ле­ния кон­троль­ной­кар­точ­ки на на­ру­ше­ние бла­го­устрой­ства за­строй­щи­ком с чет­ки­ми ссыл­ка­ми на нор­мы за­ко­но­да­тель­ства.

Оп­ти­ми­стич­ное на­ча­ло, но важ­но, что­бы эти за­яв­ле­ния пре­вра­ти­лись в прак­ти­че­ские ша­ги.

«Мы ви­де­ли про­ект это­го жи­ло­го ком­плек­са. Там че­ты­ре 25-этаж­ки, и все подъ­ез­ды вы­хо­дят в парк. По­это­му парк фак­ти­че­ски ста­но­вит­ся при­до­мо­вой­тер­ри­то­ри­ей, — до­бав­ля­ет Та­тья­на. — К то­му же у за­строй­щи­ка до сих пор нет стро­и­тель­но­го ге­не­раль­но­го пла­на на этот объ­ект. По­это­му не факт, что де­ре­вья нуж­но бы­ло ре­зать — воз­мож­но, до­ма пой­дут как-то ина­че».

Яро­слав до­бав­ля­ет, что в про­ек­те Ге­не­раль­но­го пла­на Ки­е­ва до 2025 го­да, ко­то­рыйм­эр сто­ли­цы обе­щал утвер­дить в этом го­ду, все спи­лен­ные де­ре­вья яв­ля­ют­ся тер­ри­то­ри­ей­пар­ка Кри­сте­ро­ва го­ра.

«МЫ И СВОЙДУБОК ЗДЕСЬ ПО­СА­ДИ­ЛИ!»

Про­гул­ку за­вер­ша­ем по подъ­ему на Кри­сте­ро­ву го­ру. Она дей­стви­тель­но до­воль­но кру­тая, мы да­же за­пы­ха­лись. Это, ко­неч­но, не юри­ди­че­ская ар­гу­мен­та­ция, но пре­крас­но до­ка­зы­ва­ет, где соб­ствен­но го­ра.

Есть вер­сии, что на го­ре на­хо­дил­ся се­мей­ный склеп Кри­сте­ров. Так­же здесь мог­ла быть па­се­ка. Сей­час мест­ные уста­но­ви­ли там за свои сред­ства таб­лич­ку в па­мять о са­дов­ни­ке. На вер­хуш­ке го­ры Яро­слав Ши­ман­ский­по­ка­зы­ва­ет «два влюб­лен­ных дуба», как на­зы­ва­ют два де­ре­ва, ко­то­рые как буд­то тя­нут­ся друг к дру­гу вет­вя­ми.

«Мы и свойдубок здесь по­са­ди­ли! У ме­ня слу­чай­но про­рос же­лудь, а здесь есть пу­стой­у­ча­сток. Вот мы и вы­са­ди­ли дуб, ему еще нет и го­да», — Та­тья­на по­ка­зы­ва­ет тон­кую ве­точ­ку, ограж­ден­ную кус­ка­ми кир­пи­ча. Ак­ти­ви­сты хо­тят за­са­дить тер­ри­то­рию уро­чи­ща де­ре­вья­ми, что­бы для за­стро­ек не оста­лось ме­ста.

«За пар­ком фак­ти­че­ски не уха­жи­ва­ют, на де­ре­вьях мно­го оме­лы. Счи­та­ем, что это де­ла­ет­ся спе­ци­аль­но: сна­ча­ла за­пу­стить, а по­том за­стра­и­вать», — ак­цен­ти­ру­ет Та­тья­на. Ак­ти­вист­ка по­ка­зы­ва­ет упав­шее де­ре­во, обиль­но уве­шен­ное оме­лой.

В уро­чи­ще про­ис­хо­дит нема­ло чу­дес. Идя по го­ре, за­ме­ча­ем несколь­ко част­ных до­мов сре­ди де­ре­вьев — за­кон­ность их по­яв­ле­ния на тер­ри­то­рии па­мят­ни­ка при­ро­ды со­мни­тель­на. Есть храм УПЦ, ко­то­рый, по сло­вам Та­тья­ны, стро­и­ли под ло­зун­гом «здесь все­гда бы­ла цер­ковь», хо­тя в ис­то­ри­че­ских пла­нах ак­ти­ви­сты ее не ви­де­ли. Есть ка­фе с тер­ра­сой, ко­то­рое по до­ку­мен­там идет как об­ще­ствен­ный­туа­лет. Впро­чем, Та­тья­на убеж­да­ет: «Сей­час кар­тин­ка здесь пе­чаль­ная, но бу­дем все обу­стра­и­вать».

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.