«Сель­ский Лувр» на Сло­бо­жан­щине

До­сти­же­ние «аб­со­лют­но­го иде­а­ли­ста»

Den (Russian) - - История И «я» - Алек­сандра КЛЕСОВА, Лет­няя шко­ла жур­на­ли­сти­ки «Дня»-2017

Вне боль шом се ле Пар хо мов ка Харь­ков­ской об­ла­сти есть му­зей с кол­лек­ци­ей ми­ро­во­го уров­ня. И это во­все не пре­уве­ли­че­ние, ведь ра­бо­ты Бе­нуа, Ре­ри­ха, Пи­ра­не­зи, Пи­кассо, Ле­ви­та­на, Ай­ва­зов­ско­го, Кан­дин­ско­го, Ма­ле­ви­ча, Шиш­ки­на и мно­гих дру­гих из­вест­ных ху­дож­ни­ков укра­ша­ют сте­ны «сель­ско­го Лув­ра» (!). Этот факт, бес­спор­но, по­ра­жа­ет. Од­на­ко исто­рия му­зея, а глав­ным об­ра­зом че­ло­ве­ка, ко­то­рый его со­здал, где-то да­же бо­лее увле­ка­тель­ная. Про­стой школь­ный учи­тель, пе­ре­жив­ший не­мец­кие ла­ге­ря, бед­ность, борь­бу с си­сте­мой, сде­лал невоз­мож­ное. Он спло­тил во­круг се­бя об­ще­ствен­ность, по­свя­тил свою жизнь по­ис­кам кар­тин, вос­пи­тал не од­но по­ко­ле­ние спе­ци­а­ли­стов и в кон­це кон­цов со­здал чу­до.

...Осень 1945 го­да. Ка­жет­ся, толь­ко вче­ра окон­чи­лась вой­на, а се­го­дня нуж­но ид­ти в шко­лу. Рас­те­рян­ные, оси­ро­тев­шие, из­мож­ден­ные, оде­тые в лох­мо­тья де­ти си­де­ли за пар­та­ми в ожи­да­нии пер­во­го уро­ка ис­то­рии. «Смерть бы­ла для них бо­лее при­выч­ной, чем бук­варь», — так ска­жет о них че­ло­век, ко­то­рый из­ме­нит их жизнь, на­учит ви­деть пре­крас­ное несмот­ря на по­те­ри и го­ре и вылечит от без­раз­ли­чия, — Афа­на­сий Лу­нев.

Судь­ба са­мо­го 25-лет­не­го учи­те­ля бы­ла очень непро­стой. В ок­тяб­ре 1941 го­да он по­пал в Гер­ма­нию и дол­гих че­ты­ре го­да ра­бо­тал на при­ну­ди­тель­ных ра­бо­тах. Ла­гер­ный опыт за­пе­чат­лел­ся в его па­мя­ти, бе­з­услов­но, как тра­ги­че­ская стра­ни­ца био­гра­фии, но он при­го­дит­ся Афа­на­сию Лу­не­ву в бу­ду­щем. На­хо­дясь в пле­ну, учи­тель по­нял, что че­ло­век жи­вет до тех пор, по­ка учит­ся, раз­ви­ва­ет­ся и дей­ству­ет. Этот сек­рет Лу­нев при­вез с со­бой в Пар­хо­мов­ку, где и на­чал но­вую жизнь, вме­сте с тем сде­лав счаст­ли­вы­ми мно­гих сво­их уче­ни­ков.

Афа­на­сий Лу­нев от­ли­чал­ся ис­клю­чи­тель­ным тру­до­лю­би­ем и удач­но сов­ме­щал пре­по­да­ва­тель­скую де­я­тель­ность с уче­бой в Харь­ков­ском уни­вер­си­те­те, ко­то­рый окон­чил в 1949 го­ду. Кро­ме то­го, он ис­сле­до­вал мест­ные па­мят­ни­ки куль­ту­ры и осо­бое вни­ма­ние уде­лял про­бле­мам их со­хра­не­ния. Од­на­ко боль­ше все­го Лу­нев за­бо­тил­ся о сво­их уче­ни­ках, вос­пи­ты­вал их и по­мо­гал раз­ви­вать­ся. Что­бы за­жечь ин­те­рес де­тей к ис­то­рии род­но­го края, Лу­нев со­здал школь­ный кру­жок, ко­то­рый сна­ча­ла на­зы­вал­ся «Юный ис­то­рик», а в 1950-х го­дах пре­вра­тил­ся в ху­до­же­ствен­ный клуб «Ра­ду­га». Здесь сле­ду­ет от­ме­тить, что для Лу­не­ва исто­рия и ис­кус­ство все­гда бы­ли тес­но свя­за­ны. Имен­но во вре­мя вне­класс­ной ра­бо­ты со сво­и­ми под­опеч­ны­ми у учи­те­ля воз­ник­ла идея со­зда­ния му­зея, и в 1955 го­ду ему уда­лось ее во­пло­тить. Прав­да, сна­ча­ла му­зей су­ще­ство­вал как на­род­ный при Пар­хо­мов­ской сред­ней шко­ле. Ос­но­вой экс­по­зи­ции ста­ла соб­ствен­ная кол­лек­ция пе­да­го­га, ведь он мно­го лет со­би­рал пред­ме­ты ста­ри­ны и про­из­ве­де­ния ис­кус­ства. Но на этом оста­нав­ли­вать­ся ни­кто не со­би­рал­ся. Афа­на­сий Фе­до­ро­вич и его уче­ни­ки ор­га­ни­зо­ва­ли мас­со­вые по­ис­ко­вые ра­бо­ты по се­лу и его окрес­но­стям. Те­перь в жиз­ни под­рост­ков по­яви­лось мно­го при­клю­че­ний, а са­мое глав­ное — цель. Они со­би­ра­ли экс­по­на­ты для му­зея: ико­ны, мо­не­ты, пред­ме­ты бы­та, а со вре­ме­нем по­до­бра­лись к кар­ти­нам.

Как ни стран­но, но сло­бод­ская глу­бин­ка бы­ла бо­га­та цен­ны­ми ра­ри­те­та­ми, по­сколь­ку их преж­ние вла­дель­цы — граф и за­жи­точ­ный маг­нат. В 1769 го­ду Ека­те­ри­на ІІ по­да­ри­ла Пар­хо­мов­ку ге­не­раль­ско­му по­ру­чи­ку Ох­тыр­ско­го пол­ка гра­фу Под­го­ри­ча­ни за бо­е­вые за­слу­ги. Он был ро­дом из Дал­ма­ции и, ве­ро­ят­но, чув­ствуя но­сталь­гию, по­стро­ил се­бе пре­крас­ное име­ние в сти­ле ита­льян­ско­го па­лац­цо, ко­то­рое иг­ра­ет да­ле­ко не по­след­нюю роль в ис­то­рии Пар­хо­мов­ско­го му­зея. По­сле от­ме­ны кре­пост­ни­че­ства име­ние гра­фа и сель­ские зем­ли вы­ку­пил, по­жа­луй, са­мый бо­га­тый пред­при­ни­ма­тель в свое вре­мя — Иван Ха­ри­то­нен­ко. Он даст мест­ным жи­те­лям ра­бо­ту, а по­том­кам — по­вод для гор­до­сти, ведь до­ро­га­ми это­го се­ла бу­дет хо­дить Ка­зи­мир Ма­ле­вич.

По­стро­ив здесь один из за­во­дов сво­ей «са­хар­ной им­пе­рии», Ха­ри­то­нен­ко при­гла­сил Се­ве­ри­на Ма­ле­ви­ча для ре­кон­струк­ции про­из­вод­ства. Ма­ле­вич был од­ним из луч­ших ма­сте­ров-са­ха­ро- ва­ров в Рос­сии, а так­же от­цом из­вест­но­го ху­дож­ни­ка-аван­гар­ди­ста — Ка­зи­ми­ра Ма­ле­ви­ча. В 1890 го­ду се­мья Ма­ле­ви­чей пе­ре­еха­ла в Пар­хо­мов­ку и стар ше му сы ну Ка зи ми ру от да ли в сель­ско­хо­зяй­ствен­ное учи­ли­ще. Да, сей­час труд­но по­ве­рить в то, что ху­дож­ник с ми­ро­вым име­нем ко­гда-то учил­ся здесь в сель­хоз­у­чи­ли­ще. Отец хо­тел, что­бы Ка­зи­мир пе­ре­нял его ре­мес­ло, но в на­ро­де го­во­рят: «не так ста­ло­ся, як га­да­ло­ся». Че­рез мно­гие го­ды ав­тор «Чер­но­го квад­ра­та» на­пи­шет в сво­ей ав­то­био­гра­фии, что в Пар­хо­мов­ке впер­вые взял кисть в ру­ки и по­чув­ство­вал тя­гу к ри­со­ва­нию. Ма­ле­ви­чу нра­ви­лось на- блю­дать, как жен­щи­ны рас­пи­сы­ва­ют пе­чи, сте­ны и две­ри до­мов, изоб­ра­жая раз­но­об­раз­ных жи­вот­ных и укра­ин­ские орнаменты. Од­на­ж­ды он по­пы­тал­ся по­вто­рить их дви­же­ния и на­ри­со­вал яр­ко­го пе­ту­ха на толь­ко что по­бе­лен­ной стене. С тех пор па­рень ре­шил пой­ти про­тив во­ли от­ца и свя­зать свою жизнь с ис­кус­ством. Ка­зи­мир Ма­ле­вич про­ве­дет в Пар­хо­мов­ке все­го пять лет, но теп­ло бу­дет вспо­ми­нать ее всю жизнь.

Се­го­дня жи­те­лям Пар­хо­мов­ки не ну­жен Google и он­лайн-экс­кур­сии, что­бы уви­деть ра­бо­ты Ма­ле­ви­ча. Афа­на­сий Лу­нев по­да­рил им воз­мож­ность лю­бо­вать­ся на­сто­я­щей кар­ти­ной ге­ни­аль­но­го ху­дож­ни­ка «Су­пер­ма­тизм 65» хоть каж­дый день, кро­ме по­не­дель­ни­ка и втор­ни­ка. И это оше­лом­ля­ет, ведь все­го две ра­бо­ты Ка­зи­ми­ра Ма­ле­ви­ча на­хо­дят ся в Ук­ра и не (!). Кста ти, са мые круп­ные кол­лек­ции по­ло­тен укра­ин­ско­го ху­дож­ни­ка хра­нят­ся в Рос­сии и Ни­дер­лан­дах.

Ис­то­рии по­ис­ков кар­тин для Пар­хо­мов­ско­го му­зея чрез­вы­чай­но ин­те­рес­ны и дей­стви­тель­но уни­каль­ны. Кто зна­ет, все ли они до кон­ца прав­ди­вы, но ка­жет­ся, это не­важ­но. Клю­че­вым мо­мен­том яв­ля­ет­ся то, что глав­ный ге­рой это­го рас­ска­за — аб­со­лют­ный иде­а­лист. Толь­ко че­ло­век с боль­шой лю­бо­вью к ис­кус­ству и силь­ным же­ла­ни­ем де­лить­ся этим с дру­ги­ми мо­жет тра­тить два, а то и три дня на од­ну лишь до­ро­гу в Харь­ков в на­деж­де най­ти оче­ред­ной ше­девр. Ока­зы­ва­ет­ся, в те вре­ме­на на харь­ков­ской ба­ра­хол­ке мож­но бы­ло най­ти что угод­но, на­чи­ная от гвоз­дей и пред­ме­тов бы­та, за­кан­чи­вая ста­рин­ным фар­фо­ром и цен­ны­ми кар­ти­на­ми. Афа­на­сий Фе­до­ро­вич рас­ска­зы­вал: «Го­лод сто­ял, а я сту­ден­том был. Мог не по­обе­дать, а кни­гу ку­пить дол­жен был. Икон­ку. Ча­шу фар­фо­ро­вую. Ак­ва­рель. На ба­зар пой­дешь ма­хор­ку по­ку­пать, а там в од­ном ря­ду гвоз­ди ржа­вые, а ря­дом — ак­ва­рель Алек­сандра Бе­нуа...»

Как-то Лу­нев по­ехал по­ку­пать се­бе ко­стюм, а вер­нул­ся до­мой с дву­мя кар­ти­на­ми: «Кав­каз­ский пей­заж» Ярошенко и «Сбор во­до­рос­лей в Бри­та­нии» Го­ме­са. Они обо­шлись Афа­на­сию Фе­до­ро­ви­чу в две ме­сяч­ных зар­пла­ты.

ПРО­ДОЛ­ЖЕ­НИЕ

Па­ра­док­саль­но, но кол­лек­ция Пар­хо­мов­ско­го ис­то­ри­ко-ху­до­же­ствен­но­го му­зея в той или иной сте­пе­ни воз­ник­ла бла­го­да­ря Ок­тябрь­ской ре­во- лю­ции. С при­хо­дом боль­ше­ви­ков мир пе­ре­вер­нул­ся, невоз­мож­ное ста­ло воз­мож­ным и на­обо­рот. Имен­но по­ли­ти­ка но­вой вла­сти поз­во­ли­ла жи­те­лям ма­лень­ко­го се­ла об­за­ве­стись по­лот­на­ми ра­ри­те­тов и ста­рин­ны­ми кни­га­ми у се бя до ма. Дво рян ские име ния и хра­мы уни­что­жа­ли и гра­би­ли, нема­ло цен­но­стей про­сто вы­бра­сы­ва­ли на ули­цу. А лю­ди под­би­ра­ли про­из­ве­де­ния ис­кус­ства, тя­ну­ли их в дом, не по­ни­мая на­сто­я­щую цен­ность. По­это­му, оче­вид­но, так про­сто боль­шин­ство из них от­да­ва­ли Афа­на­сию Лу­не­ву цен­но­сти для экс­по­зи­ции му­зея. Из его же вос­по­ми­на­ний: «Зна­ме­ни­тый был книж­ник, и все се­то­вал, что «Леф» у него в непол­ном ком­плек­те. И ко­гда услы­шал, что у ме­ня есть, так об­ра­до­вал­ся, что от­дал Ма­я­ков­ско­го за эти жур­на­лы: «Да за­би­рай — не ну­жен он мне!..». И Пис­са­ро. Он хо­тел у ме­ня еще ред­кие кни­ги вы­ме­нять, дуб­ли­ка­ты. Хол­сты свер­ну­тые про­тя­ги­ва­ет — вот это по­дой­дет? Я раз­вер­нул. Пис­сар­ро!.. И в ду­ше ах­нул: «Вот это пой­дет!».

Впро­чем, бы­ли и те, ко­то­рые дол­гие го­ды дер­жа­ли у се­бя кар­ти­ны, а осо­бен­но ико­ны до луч­ших вре­мен. Бе­рег­ли от «советов». Лу­не­ву уда­ва­лось на­хо­дить та­ких лю­дей и уго­ва­ри­вать по­де­лить­ся ху­до­же­ствен­ны­ми со­кро­ви­ща­ми с дру­ги­ми. Ре­ак­ции бы­ли раз­ны­ми: кто-то до­пы­ты­вал­ся, в при­лич­ном ли до­ме бу­дет ви­сеть кар­ти­на, кто-то с бла­го­дар­но­стью об­ни­мал учи­те­ля. Од­на­ко не все­гда лю­ди лег­ко про­ща­лись с ре­лик­ви­я­ми. Ча­сто, бо­ясь за свое бла­го­по­лу­чие, да­ри­ли по­лот­на толь­ко пе­ред смер­тью. Так сде­лал вла­де­лец ра­бо­ты неиз­вест­но­го ху­дож­ни­ка из кол­лек­ции мест­но­го по­ме­щи­ка Ба­ря­тин­ско­го, на ко­то­рой был изоб­ра­жен Ии­сус Хри­стос. Лу­нев ждал эту кар­ти­ну не од­но де­ся­ти­ле­тие, по­ка она сто­я­ла в уг­лу за­хлам­лен­ной по­вет­ки.

Од­на­ж­ды Афа­на­сий Лу­нев устро­ил в шко­ле вы­став­ку ре­про­дук­ций Тре­тья­ков­ской га­ле­реи, ко­то­рую по­се­ти­ло все се­ло. То­гда, чув­ствуя ин­те­рес лю­дей к ис­кус­ству, учи­тель ре­шил­ся на от­ча­ян­ный шаг. Он на­пи­сал пись­ма зна­ме­ни­тым ху­дож­ни­кам и ру­ко­во­ди­те­лям ве­ду­щих му­зеев стра­ны с прось­бой по­де­лить­ся экс­по­на­та­ми с сель­ским му­зе­ем. Обос­но­вал Лу­нев свою прось­бу тем, что ты­ся­чи про­из­ве­де­ний ис­кус­ства го­да­ми ле­жат в му­зей­ных за­пас­ни­ках и ни­кто их не ви­дит. Неве­ро­ят­но, но Харь­ков­ский ху­до­же­ствен­ный му­зей от­клик­нул­ся и по­да­рил око­ло пя­ти­де­ся­ти жи­во­пис­ных и гра­фи­че­ских про­из­ве­де- ний. Со вре­ме­нем имя Афа­на­сия Лу­не­ва при­об­ре­та­ло из­вест­ность и же­ла­ю­щих по­мочь ста­но­ви­лось все боль­ше.

В 1963 го­ду в Пар­хо­мов­ку при­е­ха­ла Харь­ков­ская те­ле­ви­зи­он­ная сту­дия, что­бы снять сю­жет о сель­ском му­зее. Ре­жис­се­ра удо­вле­тво­рил ма­те­ри­ал, од­на­ко он был шо­ки­ро­ван по­ме­ще­ни­ем, где хра­ни­лись кар­ти­ны. Он пред­ло­жил сек­ре­та­рю рай­ко­ма пе­ре­не­сти экс­по­на­ты в луч­ше­ее зда­ние, от­снять и вер­нуть все на­зад. Сек­ре­тарь рас­те­рял­ся, од­на­ко Лу­нев под­ска­зал ре­ше­ние — быв­шее име­ние гра­фа Под­го­ри­ча­ни. Съем­ки окон­чи­лись, го­сти уеха­ли, и че­рез неде­лю Пар­хо­мов­ку уже по­ка­зы­ва­ли на экра­нах всей стра­ны. Но учи­тель не ду­мал по­ки­дать дво­рец и уже по­ти­хонь­ку обу­стра­и­вал­ся там со сво­и­ми уче­ни­ка­ми и кар­ти­на­ми. То­гда к ним при­е­хал раз­гне­ван­ный ин­спек­тор с ми­ли­ци­о­не­ром и при­ка­зал осво­бо­дить по­ме­ще­ние. Ре­ак­ция Лу­не­ва бы­ла мгно­вен­на — он при­гро­зил до­ло­жить ру­ко­вод­ству, что те­ле­ви­зи­он­щи­ки по­шли на об­ман с раз­ре­ше­ния рай­он­ной вла­сти. К то­му же ми­ли­ци­о­нер был свой, пар­хо­мов­ский, и тай­но пе­ре­жи­вал за учи­те­ля. В кон­це кон­цов при­шлось оста­вить Лу­не­ва в по­кое, а точ­нее бу­дет ска­зать — во двор­це гра­фа Под­го­ри­ча­ни.

На до­лю Пар­хо­мов­ско­го ис­то­ри­ко­ху­до­же­ствен­но­го му­зея вы­па­ло еще нема­ло бед: его гра­би­ли, про­да­ва­ли, хо­те­ли за­крыть. Он про­су­ще­ство­вал бо­лее трид­ца­ти лет на об­ще­ствен­ных на­ча­лах (толь­ко в 1986 го­ду по­лу­чил ста­тус го­су­дар­ствен­но­го), а се­го­дня яв­ля­ет­ся ав­то­ном­ным от­де­лом Харь­ков­ско­го ху­до­же­ствен­но­го му­зея. Афа­на­сий Лу­нев ушел из жиз­ни в 2004 го­ду, но за­ве­щал всю лич­ную кол­лек­цию го­су­дар­ству. Впро­чем, при един­ствен­ном усло­вии: уни­каль­ная кол­лек­ция все­гда долж­на оста­вать­ся в Пар­хо­мов­ке.

ФО­ТО АЛЕК­САН­ДРЫ КЛЕСОВОЙ

Внут­рен­ний ин­те­рьер му­зея в Пар­хо­мов­ке — на­сто­я­щее чу­до, неда­ром его на­зы­ва­ют «Сель­ский Лувр на Сло­бо­жан­щине»

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.