«Граж­дан­ская» стра­те­гия на вре­мя вой­ны

Пси­хо­лог — о сте­рео­ти­пах в от­но­ше­нии АТОв­цев и за­щи­те от ин­фор­ма­ци­он­ных атак в ин­тер­не­те

Den (Russian) - - FRONT PAGE - АКТУАЛЬНОЕ ИН­ТЕР­ВЬЮ ФО­ТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

Ок­са­на МИКОЛЮК, «День»

За по­след­ние несколь­ко лет под вли­я­ни­ем вой­ны укра­ин­ское об­ще­ство силь­но из­ме­ни­лось, это ка­са­ет­ся и пси­хо­ло­ги­че­ско­го со­сто­я­ния граж­дан, и де­мо­гра­фи­че­ских про­цес­сов. Во вре­мя вой­ны стра­на как ор­га­низм функ­ци­о­ни­ру­ет ина­че, и толь­ко со вре­ме­нем уче­ные смо­гут это оце­нить. Се­год­ня про­во­дит­ся мно­го ис­сле­до­ва­ний опре­де­лен­ных групп граж­дан, ко­то­рые боль­ше все­го по­стра­да­ли от во­ен­ных дей­ствий, в част­но­сти это участ­ни­ки ан­ти­тер­ро­ри­сти­че­ской опе­ра­ции на во­сто­ке — свы­ше 306 ты­сячч ело­век. Пе­ре­жи­ва­ния, с ко­то­ры­ми столк­ну­лись эти лю­ди, вы­хо­дят за пре­де­лы нор­мы. Но в то же вре­мя пси­хо­ло­ги от­ме­ча­ют по­зи­тив­ные мо­мен­ты: что для во­ен­ных жизнь ста­но­вит­ся наи­выс­шей цен­но­стью, пе­ре­осмыс­ли­ва­ет­ся роль се­мьи, друж­бы. Об этом и дру­гих важ­ных во­про­сах бе­се­ду­ем с Ири­ной ГУБЕЛАДЗЕ — кан­ди­да­том пси­хо­ло­ги­че­ских на­ук, стар­шим на­уч­ным со­труд­ни­ком Ин­сти­ту­та со­ци­аль­ной и по­ли­ти­че­ской пси­хо­ло­гии НАПН Укра­и­ны, ви­це-пре­зи­ден­том Ас­со­ци­а­ции по­ли­ти­че­ских пси­хо­ло­гов Укра­и­ны.

О ФАКТОРЕ ТРАВМИРУЮЩИХ СО­БЫ­ТИЙ

— Ири­на Гу­ра­мов­на, ес­ли го­во­рить о ве­те­ра­нах АТО, то с ка­ки­ми пси­хо­ло­ги­че­ски­ми труд­но­стя­ми они стал­ки­ва­ют­ся в ре­аль­ной жиз­ни? Что их под­дер­жи­ва­ет боль­ше все­го? И как вы оце­ни­ва­е­те ви­део­ро­лик о том, что их мож­но по­бла­го­да­рить, при­ло­жив ла­донь к гру­ди?

— Очень ча­сто граж­дане стес­ня­ют­ся, встре­чая ве­те­ра­на или че­ло­ве­ка в фор­ме, не зна­ют, как про­де­мон­стри­ро­вать свое ува­же­ние и бла­го­дар­ность, что­бы это не бы­ло на­вяз­чи­во и не на­ру­ша­ло лич­ные гра­ни­цы дру­го­го че­ло­ве­ка. Жест, про­де­мон­стри­ро­ван­ный в ви­део­ро­ли­ке, мо­жет стать та­ким все­ми при­знан­ным сим­во­ли­че­ским про­яв­ле­ни­ем чув­ства бла­го­дар­но­сти.

В об­ще­стве есть сте­рео­тип, что все участ­ни­ки вой­ны трав­ми­ро­ва­ны и име­ют ПТСР (по­ст­трав­ма­ти­че­ское стрес­со­вое рас­строй­ство. — Ред.), что они мо­гут быть агрес­сив­ны­ми и да­же несколь­ко неадек­ват­ны­ми, что нужно быть к ним осо­бен­но вни­ма­тель­ны­ми. Так ча­сто ду­ма­ет и бли­жай­шее окру­же­ние, и в це­лом так их вос­при­ни­ма­ет об­ще­ство.

Од­на­ко, как по­ка­зы­ва­ют ре­зуль­та­ты ис­сле­до­ва­ний, да­ле­ко не все АТОв­цы бы­ва­ют на пер­вой ли­нии, не все из них при­ни­ма­ют непо­сред­ствен­ное уча­стие в бо­е­вых дей­стви­ях, не все ви­де­ли смерть и не все уби­ва­ли, не у каж­до­го на гла­зах по­ги­бал по­бра­тим. Си­ту­а­ции очень раз­ные, и в дей­стви­тель­но­сти да­ле­ко не все пе­ре­жи­ва­ют силь­ные трав­ми­ру­ю­щие со­бы­тия, да­же ес­ли они прой­шли АТО. По­это­му труд­но го­во­рить од­но­знач­но, ведь есть лю­ди со стой­кой пси­хи­кой, спо­соб­ные са­мо­сто­я­тель­но про­жить стрес­со­вую си­ту­а­цию. При этом, ко­неч­но, есть ве­те­ра­ны, ко­то­рые под­верг­лись пси­хо­трав­ме, ес­ли при­нять во вни­ма­ние, что боль­шин­ство сол­дат — это не про­фес­си­о­наль­ные во­ен­ные и они не бы­ли го­то­вы к войне. Для них это боль­шой стресс и вы­зов. Да­же вра­чи, при­выч­ные к кро­ви и ис­ка­ле­чен­ным те­лам, пе­ре­жи­ва­ют пси­хо­трав­мы.

«КОНФЛИКТЫ ВОЗНИКАЮТ ИЗ-ЗА РАЗНИЦЫ В ЦЕННОСТЯХ»

— Чув­ству­ют ли ве­те­ра­ны АТО­под­держ­ку в се­мье?

— В об­ще­стве ча­сто зву­чит мнение, что се­мья ждет во­ен­но­го, а за­тем на­чи­на­ют­ся про­бле­мы, конфликты, и как ре­зуль­тат воз­мо­жен раз­вод. В дей­стви­тель­но­сти си­ту­а­ция не со­всем та­кая. Мно­гие се­мьи ста­но­вят­ся креп­че, по­то­му что сме­ща­ет­ся ак­цент, рас­тет цен­ность жиз­ни и се­мей­ных от­но­ше­ний, рас­тет же­ла­ние ро­жать и вос­пи­ты­вать де­тей, та­ким об­ра­зом на­хо­дить спо­соб сво­е­го про­дол­же­ния в де­тях. Мно­гие муж­чи­ны, воз­вра­ща­ясь до­мой, ста­но­вят­ся луч­ши­ми се­мья­ни­на­ми — боль­ше вни­ма­ния уде­ля­ют жене, де­тям, род­ным.

Конфликты обыч­но на­чи­на­ют воз­ни­кать из-за мел­ких бы­то­вых ве­щей, на ко­то­рые АТОв­цы уже не об­ра­ща­ют вни­ма­ния — ко­гда что-то для них, по срав­не­нию с тем, что они ви­де­ли, ста­но­вит­ся ме­ло- чью. На­при­мер, муж хо­дит по квар­ти­ре обу­тый — же­на на­чи­на­ет ру­гать­ся. Для него это во­об­ще не во­прос — да­же мысль не воз­ни­ка­ет, что что-то не так, а для нее — прин­ци­пи­аль­но, по­то­му что она уби­ра­ет, а ее труд не це­нит­ся. И за счет этой разницы в вос­при­я­тии си­ту­а­ции ча­сто возникают недо­ра­зу­ме­ния. То же ка­са­ет­ся кон­флик­тов в со­ци­у­ме: кто-то бро­сил оку­рок на тро­туар — боль­шин­ство лю­дей на это осо­бо­го вни­ма­ния не об­ра­ща­ют, а АТОв­цы, как, в прин­ци­пе, и все лю­ди с обострен­ным чув­ством по­ряд­ка и пра­виль­но­сти, мо­гут из-за этого ру­гать­ся, по­то­му что они во­е­ва­ли, от­ста­и­ва­ли цен­но­сти луч­шей стра­ны, а кто-то в та­ких «мел­ких» ве­щах пре­не­бре­га­ет их до­сти­же­ни­ем.

— Мож­но ска­зать, что ве­те­ра­ны боль­ше це­нят жизнь?

— Да, они боль­ше це­нят са­му жизнь, друж­бу, от­но­ше­ния — то, что яв­ля­ет­ся дей­стви­тель­но та­ким зна­чи­тель­ным, эк­зи­стен­ци­о­наль­ным. Опять-та­ки, мы не го­во­рим обо всех без ис­клю­че­ния.

О МО­ТИ­ВА­ЦИИ ПОЙТИ К ПСИХОЛОГУ

— Что АТОв­цы го­во­рят о пси­хо­ло­ги­че­ской под­держ­ке: ка­ко­ва по­треб- ность в ней, поль­зу­ют­ся ли они услу­га­ми спе­ци­а­ли­стов? Как в це­лом справ­ля­ют­ся со сво­им пси­хо­ло­ги­че­ским со­сто­я­ни­ем, ко­гда возникают труд­но­сти?

— Во­ен­ные — это пре­иму­ще­ствен­но муж­чи­ны. А муж­чи­ны ред­ко об­ра­ща­ют­ся за по­мо­щью в прин­ци­пе, муж­чи­ны-во­ен­ные — тем бо­лее. Это уже долж­но силь­но до­печь, что­бы муж­чи­на при­знал, что ему нуж­на пси­хо­ло­ги­че­ская по­мощь, что са­мо­сто­я­тель­но он не спра­вит­ся. И да­же ес­ли он чув­ству­ет, что что-то не так, пред­при­нять шаг и об­ра­тить­ся к спе­ци­а­ли­сту очень слож­но.

Ча­сто бы­ва­ет, что, еще бу­дучи на тер­ри­то­рии про­ве­де­ния АТО или в гос­пи­та­ле, во­ен­ные по­па­да­ют к психологу. И ес­ли им уда­лось на­ла­дить кон­такт, ско­рее все­го, во­ен­ный бу­дет про­дол­жать под­дер­жи­вать связь имен­но с этим пси­хо­ло­гом. По­то­му что по­чув­ство­вал на се­бе важ­ность та­кой по­мо­щи, по­нял, что это не страш­но и не стыд­но, что его ни­кто не счи­та­ет пси­хи­че­ски боль­ным и это не уни­жа­ет его до­сто­ин­ство.

К со­жа­ле­нию, си­сте­ма предо­став­ле­ния пси­хо­ло­ги­че­ской по­мо­щи в Укра­ине пло­хо раз­ви­та, к то­му же до на­ча­ла вой­ны ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных спе­ци­а­ли­стов в об­ла­сти во­ен­ной пси­хо­ло­гии и пси­хо­травм бы­ло очень ма­ло. В боль­ших го­ро­дах се­год­ня есть мно­го та­ких про­ек­тов, дей­ству­ют спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ные ре­а­би­ли­та­ци­он­ные цен­тры имен­но для по­мо­щи во­ен­ным. Но боль­шин­ство ве­те­ра­нов — не из боль­ших го­ро­дов, боль­шая часть — это муж­чи­ны, ко­то­рые жи­вут в ма­лень­ких го­род­ках, се­лах, где про­сто нет воз­мож­но­сти по­лу­чить пси­хо­ло­ги­че­скую по­мощь.

Та­к­же кон­суль­та­ция пси­хо­ло­га — это неде­ше­вое удо­воль­ствие. По­это­му во­ен­но­му про­ще ска­зать, что у него все хо­ро­шо, и он пой­дет от­дох­нуть с по­бра­ти­ма­ми, по­об­ща­ет­ся с ни­ми. В дей­стви­тель­но­сти та­кое об­ще­ние мо­жет да­же ухуд­шать си­ту­а­цию и углуб­лять пси­хо­эмо­ци­о­наль­ное пе­ре­жи­ва­ние. Во­об­ще, это во­прос об об­щей куль­ту­ре на­се­ле­ния, по­то­му что так у нас по­сту­па­ет боль­шин­ство лю­дей. Они не об­ра­ща­ют­ся к психологу, им про­ще об­щать­ся с дру­зья­ми, из­ли­вать им свою ду­шу.

«ЕС­ЛИ ДО АТО В СЕ­МЬЕ ВСЕ БЫ­ЛО ХО­РО­ШО, ТО ВОЙНА ЕЕ ТОЛЬ­КО СПЛОТИТ»

— От­но­си­тель­но ро­ста на­си­лия в се­мье: часть пси­хо­ло­гов го­во­рит, что на­си­лие в се­мьях, где есть участ­ни­ки АТО, рас­тет, дру­гие — что рас­тет имен­но в тех се­мьях, где оно бы­ло до то­го. Что вы ду­ма­е­те по это­му по­во­ду?

— Офи­ци­аль­ной ста­ти­сти­ки по это­му во­про­су нет, и это труд­но от­сле­дить. Ор­га­ни­за­ции, ко­то­рые за­ни­ма­ют­ся про­бле­ма­ти­кой на­си­лия во­об­ще, не мо­гут фик­си­ро­вать все слу­чаи на­си­лия, по­сколь­ку жерт­ва да­ле­ко не все­гда об­ра­ща­ет­ся за по­мо­щью и не за­яв­ля­ет о фак­те со­вер­шен­но­го на­си­лия. К то­му же, эти ор­га­ни­за­ции не фик­си­ру­ют, осу­ще­ствил на­си­лие имен­но участ­ник АТО или нет. На­ши ис­сле­до­ва­ния по­ка­зы­ва­ют, что ес­ли до АТО от­но­ше­ния в се­мье бы­ли про­блем­ны­ми, то по­сле АТО они толь­ко обост­ря­ют­ся. Это ка­са­ет­ся и се­мей пе­ре­се­лен­цев, и всех ка­те­го­рий, ко­то­рые мы ис­сле­до­ва­ли. Война яв­ля­ет­ся лишь по­во­дом для то­го, что­бы эти конфликты обост­ри­лись. Ес­ли все бы­ло плюс-ми­нус хо­ро­шо, то в по­сле­ду­ю­щем от­но­ше­ния ста­но­вят­ся креп­че и теп­лее, по­то­му что война, об­щее го­ре спла­чи­ва- ют лю­дей, каж­дый чув­ству­ет по­треб­ность в дру­гом.

— В Укра­ине прак­ти­че­ски у всех жи­те­лей есть ес­ли не род­ствен­ни­ки в Рос­сии, то род­ствен­ни­ки в дру­гих ре­ги­о­нах. Вы­хо­дит, с про­бле­мой раз­роз­нен­но­сти взгля­дов на вой­ну столк­ну­лись все.

— Ко­гда я на­чи­на­ла свое ис­сле­до­ва­ние, то на прак­ти­ке столк­ну­лась с тем, что эта про­бле­ма кос­ну­лась не толь­ко та­ких ка­те­го­рий, ко­то­рые, на­при­мер, име­ют род­ствен­ни­ков в Рос­сии или на тер­ри­то­рии Дон­бас­са, или пе­ре­се­лен­цев, ко­то­рые пе­ре­еха­ли, а их род­ствен­ни­ки оста­лись на непод­кон­троль­ной тер­ри­то­рии. Нет, да­же се­мьи, ко­то­рые не от­но­сят­ся к этим ка­те­го­ри­ям, но где есть про­ти­во­по­лож­ные взгля­ды на по­ли­ти­че­скую си­ту­а­цию — ко­гда лю­ди за­ни­ма­ют ра­ди­каль­ные по­зи­ции — рас­па­да­ют­ся. Де­ти пе­ре­ста­ют об­щать­ся с ро­ди­те­ля­ми, брат с бра­том. Осо­бен­но ка­те­го­рич­ны­ми яв­ля­ют­ся муж­чи­ны.

Стра­те­гий по­ве­де­ния в та­ких кон­флик­тах до­ста­точ­но мно­го. Ча­сто лю­ди, воз­мож­но да­же бес­со­зна­тель­но, про­сто об­хо­дят сто­ро­ной те­му вой­ны. Пра­виль­но это или нет, но на дан­ный мо­мент, по­ви­ди­мо­му, это са­мый оп­ти­маль­ный ва­ри­ант, что­бы во­об­ще не по­те­рять от­но­ше­ния. По­том на­сту­пит дру­гой этап, ко­гда нужно бу­дет са­дить­ся за стол пе­ре­го­во­ров и при­хо­дить к ка­ко­му-то об­ще­му по­ни­ма­нию. Этот про­цесс не бу­дет лег­ким, но он крайне необ­хо­дим, что­бы со­хра­нить от­но­ше­ния с род­ны­ми людь­ми.

ВЛАСТЬ ИНТЕРНЕТА И СОЦСЕТЕЙ

— Это вли­я­ние ин­фор­ма­ци­он­ной по­ли­ти­ки? По­че­му про­тив нее мы так бес­по­мощ­ны?

— Ес­ли вспом­нить со­бы­тия 2014 го­да, ко­гда был Май­дан и на­чи­на­лась война, то лю­ди то­гда на­хо­ди­лись в без­удерж­ном по­то­ке эмо­ци­о­наль­но за­ря­жен­ной ин­фор­ма­ции. Это на­гне­та­ло пе­ре­жи­ва­ния. И из-за этого эмо­ци­о­наль­но­го пе­ре­жи­ва­ния бы­ло ощу­ще­ние, что ты на­хо­дишь­ся в цен­тре со­бы­тий, бы­ла угро­за, что война бу­дет на­рас­тать, за­хва­чен­ные тер­ри­то­рии бу­дут рас­ши­рять­ся. Это при­во­ди­ло к пе­ре­жи­ва­ни­ям и пси­хо­трав­ми­ро­ва­нию.

По ре­зуль­та­там ис­сле­до­ва­ния, ко­то­рое про­во­ди­ла моя кол­ле­га, по­чти все на­се­ле­ние Укра­и­ны трав­ми­ро­ва­но в той или иной ме­ре имен­но из-за стрес­со­ген­но­го ин­фор­ма­ци­он­но­го по­ля.

— Соб­ствен­но, об этом я хо­те­ла спро­сить. Ка­кие мо­гут быть стра­те­гии ра­бо­ты с на­се­ле­ни­ем, что­бы ока­зать лю­дям под­держ­ку? И как граж­дане мо­гут са­ми се­бе по­мочь?

— Ес­ли че­ло­век име­ет ПТСР, под­твер­жден­ный ди­а­гноз, то ему сле­ду­ет об­ра­щать­ся за про­фес­си­о­наль­ной по­мо­щью к пси­хо­ло­гам, при необ­хо­ди­мо­сти — к пси­хи­ат­рам. Ес­ли го­во­рить о под­держ­ке для на­се­ле­ния, то сна­ча­ла сле­ду­ет от­ме­тить, что в Укра­ине ак­тив­но ве­дет­ся ин­фор­ма­ци­он­ная война. Мно­го фей­ко­вой, «раз­дра­жа­ю­щей» ин­фор­ма­ции за­пус­ка­ет­ся че­рез ин­тер­нет и со­ци­аль­ные се­ти. За­пус­ка­ет­ся ис­кус­ствен­но, что­бы лю­ди эмо­ци­о­наль­но вклю­ча­лись в ка­ки­е­то диа­ло­ги, рас­суж­де­ния и конфликты.

Ес­ли про­мо­ни­то­рить кон­тент соцсетей, все те­мы, ко­то­рые ка­са­ют­ся пат­ри­о­тиз­ма, вой­ны, на­прав­ле­ний раз­ви­тия Укра­и­ны, очень раз­дра­жа­ют. Еще пять лет на­зад мы де­ла­ли срез и ви­де­ли, что уро­вень по­ли­ти­че­ской за­ин­те­ре­со­ван­но­сти на­се­ле­ния был ми­ни­ма­лен: лю­ди эмо­ци­о­наль­но не вклю­ча­лись. Сей­час этот по­ка­за­тель зна­чи­тель­но вы­ше.

По мо­е­му мне­нию, дол­жен быть кон­троль со сто­ро­ны со­от­вет­ству­ю­щих ор­га­нов, ко­то­рые бы в из­вест­ной ме­ре от­сле­жи­ва­ли ин­фор­ма­цию, бло­ки­ро­ва­ли наи­бо­лее раз­дра­жа­ю­щие те­мы. С дру­гой сто­ро­ны, для че­ло­ве­ка пси­хо­ре­а­би­ли­та­ци­он­ным фак­то­ром мо­жет стать про­жи­ва­ние нега­тив­ных эмо­ций, как и лю­бо­го го­ря. Ко­гда про­ис­хо­дит про­жи­ва­ние, эти эмо­ции уга­са­ют и че­ло­ве­ку ста­но­вит­ся лег­че.

Сто­ит пом­нить, что че­рез ин­тер­нет­про­стран­ство мож­но до­ста­точ­но лег­ко вли­ять на со­зна­ние и по­ве­де­ние лю­дей. Тех­но­ло­гии, ко­то­рые ис­поль­зу­ют­ся в соц­се­тях, поз­во­ля­ют лю­бую ин­фор­ма­цию ис­поль­зо­вать на свое усмот­ре­ние, по­буж­дать ауди­то­рию к опре­де­лен­но­му об­суж­де­нию, под­нять ка­кую-то те­му или че­ло­ве­ка в топ или на­обо­рот обес­це­нить.

Дол­жен быть кон­троль со сто­ро­ны со­от­вет­ству­ю­щих ор­га­нов, ко­то­рые бы в из­вест­ной ме­ре от­сле­жи­ва­ли ин­фор­ма­цию, бло­ки­ро­ва­ли наи­бо­лее раз­дра­жа­ю­щие те­мы. С дру­гой сто­ро­ны, для че­ло­ве­ка пси­хо­ре­а­би­ли­та­ци­он­ным фак­то­ром мо­жет стать про­жи­ва­ние нега­тив­ных эмо­ций, как и лю­бо­го го­ря. Ко­гда про­ис­хо­дит про­жи­ва­ние, эти эмо­ции уга­са­ют и че­ло­ве­ку ста­но­вит­ся лег­че. Сто­ит пом­нить, что че­рез ин­тер­нет-про­стран­ство мож­но до­ста­точ­но лег­ко

обес­це­нить. ” вли­ять на со­зна­ние и по­ве­де­ние лю­дей. Тех­но­ло­гии, ко­то­рые ис­поль­зу­ют­ся в соц­се­тях, поз­во­ля­ют лю­бую ин­фор­ма­цию ис­поль­зо­вать на свое усмот­ре­ние, по­буж­дать ауди­то­рию к опре­де­лен­но­му об­суж­де­нию, под­нять ка­кую-то те­му или че­ло­ве­ка в топ или на­обо­рот

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.