Пер­во­про­хо­дец в ис­кус­стве и жиз­ни

В се­ле Вя­зо­вом от­кры­ли со­вре­мен­ный му­зей вы­да­ю­ще­го­ся ху­дож­ни­ка Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко. Чем эта ис­то­рия цен­на для всех нас?

Den (Russian) - - Первая Страница - Ма­рия СЕМЕНЧЕНКО, фо­то ав­то­ра

Ху­дож­ни­ку- мо­ну­мен­та­ли­сту, гра­фи­ку Ни­ко­лаю Сто­ро­жен­ко 24 сен­тяб­ря ис­пол­ни­лось бы 90 лет. Это бы­ло бы мас­штаб­ное со­бы­тие — по­здра­вить ху­дож­ни­ка со­бра­лись бы уче­ни­ки со все­го ми­ра, дру­зья, кол­ле­ги, це­ни­те­ли его твор­че­ства. Хо­тя вряд ли это бы­ло бы вы­со­ко­пар­ное празд­но­ва­ние — дру­зья вспо­ми­на­ют, что Ни­ко­лай Ан­дре­евич был чрез­вы­чай­но скром- ным че­ло­ве­ком, лю­бил ти­ши­ну и про­сто­ту, це­нил ис­крен­ность и красоту, а боль­ше все­го — ис­кус­ство.

К со­жа­ле­нию, Ни­ко­лай Ан­дре­евич не до­жил до юби­лея три го­да, уй­дя из жиз­ни в 2015-ом. Впро­чем, его уче­ни­ки сде­ла­ли бес­цен­ный подарок Учи­те­лю — со­вре­мен­ный куль­тур­ный центр Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко в его род­ном се­ле Вя­зо­вое, что в Сум­ской об­ла­сти. И как кто-то мет­ко за­ме­тил на от­кры­тии, уче­ни­ки Ни­ко­лая Ан­дре­еви­ча — это не толь­ко лю­ди, ко­то­рых он учил в Ака­де­мии, это — все те, кто раз­де­лял и раз­де­ля­ет его взгля­ды на ис­кус­ство и жизнь, его фи­ло­со­фию, его прин­ци­пы слу­же­ния ис­кус­ству и лю­дям.

Ин­те­рес­но, что ини­ци­и­ро­ва­ла со­зда­ние му­зея мест­ная власть. Здесь сра­зу вспо­ми­на­ют­ся ви­ден­ные в раз­ных се­лах и го­род­ках стен­ды в кра­е­вед­че­ских му­зе­ях или шко­лах, по­свя­щен­ные вы­да­ю­щим­ся зем­ля­кам, лю­би­тель­ские экс­по­зи­ции, ко­то­рые не рас­кры­ва­ют че­ло­ве­ка, о ко­то­ром рас­ска­зы­ва­ют, экс­по­зи­ции, сде­лан­ные для га­лоч­ки, для то­го, что­бы от­чи­тать­ся. Му­зей в Вя­зо­вом — это аб­со­лют­но дру­гая ис­то­рия.

Ре­шив со­здать му­зей Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко, гла­ва рай­го­с­ад­ми­ни­стра­ции Ко­но­то­па Ни­ко­лай Гор­бен­ко, пред­се­да­тель рай­он­но­го со­ве­та Ко­но­то­па Ана­то­лий Бо­яр­чук и за­ме­сти­тель гла­вы рай­го­с­ад­ми­ни­стра­ции Та­тья­на Ше­ру­ди­ло на­ча­ли ис­кать тех, кто по­мог бы во­пло­тить идею в жизнь. Сна­ча­ла они об­ра­ти­лись в Ми­ни­стер­ство куль­ту­ры, где их на­пра­ви­ли в На­ци­о­наль­ную ака­де­мию изоб­ра­зи­тель­но­го ис­кус­ства и ар­хи­тек­ту­ры. А уже там уче­ни­ки Ни­ко­лая Ан­дре­еви­ча под­хва­ти­ли эту идею.

ОТ­КРЫ­ТИЕ МУ­ЗЕЯ И... НО­ВЫХ СМЫС­ЛОВ

ВВ язо­вое мы при­ез­жа­ем в пол­день 21 сен­тяб­ря. Это про­стор­ное село рас­ки­ну­лось на ле­вом бе­ре­гу ре­ки Езуч. Ав­то­бус оста­нав­ли­ва­ет­ся око­ло ста­рин­но­го хра­ма По­кро­вы Бо­жьей Ма­те­ри, по­стро­ен­ном в 1878 го­ду на ме­сте де­ре­вян­ной церк­ви. Здесь уже сто­ят школь­ные ав­то­бу­сы, ав­то­мо­би­ли и ве­ло­си­пе­ды. Вте­ни ста­ро­го ду­ба си­дят на­ряд­но оде­тые жен­щи­ны. Все­ле празд­ник. Невзи­рая на жа­ру, здесь бур­лит жизнь. Немно­го даль­ше сто­ит огром­ный на­дув­ной ба­тут, па­лат­ки со сла­до­стя­ми и ква­сом, су­ве­нир­ные па­лат­ки, па­лат­ки с едой и ко­фе. За ни­ми — неболь­шая сце­на, в те­ни ко­то­рой си­дят девушки в на­ци­о­наль­ных ко­стю­мах, с лен­та­ми. Здесь же сто­ят ка­ра­ваи для го­стей из Ки­е­ва. Пе­ред сце­ной — ря­ды сту­льев, сво­бод­ных мест нет.

Все­ле про­жи­ва­ет чуть мень­ше ты­ся­чи лю­дей, и, по­хо­же, боль­шин­ство из них се­го­дня здесь. Ху­дож­ни­ки, дру­зья и уче­ни­ки Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко, ко­то­рые при­е­ха­ли на от­кры­тие му­зея, говорят, что он бы уди­вил­ся, что вся эта празд­нич­ная су­ма­то­ха — из-за него. Он был со­всем дру­гим.

Сна­ча­ла слож­но оце­нить мас­шта­бы со­бы­тия — имен­но из-за этих тор­жеств, де­ву­шек в на­ци­о­наль­ном убран­стве, ко­то­рые тан­цу­ют на сцене, а за­тем за­ми­ра­ют, дер­жа в ру­ках над­пись «Ко­но­топ­щи­на», из-за офи­ци­аль­ных ре­чей, гра­мот, жа­ры, ба­ту­тов, му­зы­ки, шу­ма, за­па­хов еды. Но по­том смот­ришь на лю­дей, ко­то­рые со­бра­лись, и по­ни­ма­ешь — для них это на­сто­я­щий празд­ник. Не каж­до­му се­лу слу­ча­ет­ся пе­ре­жить со­бы­тие та­ко­го мас­шта­ба — от­кры­тие со­вре­мен­но­го му­зея, по­свя­щен­но­го зем­ля­ку. Сю­да при­шли и ста­рые лю­ди, и де­ти. Прак­ти­че­ски все — на­ряд­ные.

На­ко­нец от­прав­ля­ем­ся в на­прав­ле­нии но­во­го зда­ния, на вто­ром эта­же ко­то­ро­го и рас­по­ло­жил­ся му­зей Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко. Же­на ху­дож­ни­ка Ра­и­са Алек­сан­дров­на пе­ре­ре­за­ет лен­ту — и пер­вые по­се­ти­те­ли за­хо­дят в зда­ние. Этот мо­мент — когда лю­ди идут от сце­ны и ба­ту­тов к но­во­му му­зею — яв­ля­ет­ся до­ста­точ­но сим­во­ли­че­ским. Это свое­об­раз­ный путь от уста­рев­шей трак­тов­ки куль­ту­ры и куль­тур­ных со­бы­тий к рож­де­нию но­вых смыс­лов. И зай­дя вовнутрь му­зея, ты убеж­да­ешь­ся, что для жиз­ни се­ла это но­вая точ­ка от­сче­та, но­вый по­во­рот­ный мо­мент.

«НИ­КО­ЛАЙ ВЫ­ШЕЛ В БОЛЬ­ШОЙ МИР...»

Что­бы по­пасть в му­зей, сна­ча­ла нуж­но под­нять­ся по узень­кой лест­ни­це на вто­рой этаж. Уже здесь по­се­ти­те­ли ви­дят, что их ожи­да­ет что-то осо­бен­ное — над лест­ни­цей сту­ден­ты НАОМА сде­ла­ли вит­раж, а на по­тол­ке — ком­по­зи­цию с под­свет­кой.

Сам му­зей не очень боль­шой по пло­ща­ди, но про­ду­ман так, что со­зда­ет ощу­ще­ние про­стран­ства и све­та. Ты как буд­то по­па­да­ешь в ду­шу Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко, как ска­зал один из его уче­ни­ков. Це­лост­ный, эс­те­тич­ный и хо­ро­шо про­ду­ман­ный му­зей. Со­вре­мен­ный. Пол­но­стью под­хо­дил бы Ки­е­ву, но еще боль­ше под­хо­дит Вя­зо­во­му, ме­сту, где ро­дил­ся и рос ху­дож­ник, где фор­ми­ро­ва­лось его ми­ро­по­ни­ма­ние.

Как рас­ска­зы­ва­ет брат ху­дож­ни­ка Ва­си­лий Сто­ро­жен­ко, Ни­ко­лай лю­бил это село. Да­же рас­ска­зы­вал, что хо­тел ку­пить в Вя­зо­вом дом и по­се­лить­ся здесь, но не су­ди­лось. «Ну, вот Ни­ко­лай Ан­дре­евич и вер­нул­ся до­мой», — го­во­рит на от­кры­тии му­зея Ва­си­лий Сто­ро­жен­ко. А по­том вспо­ми­на­ет, ка­ким был его брат, как он схва­ты­вал все на ле­ту, как лю­бил ри­со­вать и петь и как когда-то спас Ва­си­лию жизнь, вы­та­щив его из пру­да. «Ни­ко­лай был чрез­вы­чай­ным че­ло­ве­ком, и он до сих пор с на­ми, здесь, рядом», — го­во­рит Ва­си­лий Ан­дре­евич.

Ин­те­рес­но на­блю­дать, как жи­те­ли се­ла, рас­смат­ри­вая экс­по­зи­цию, пе­ре­шеп­ты­ва­ют­ся: «Но это же порт­рет его ма­те­ри», «Гля­ди, а вот он ри­со­вал вя­зов­чан», «А пом­нишь, нам рас­ска­зы­ва­ли...». Он здесь аб­со­лют­но свой, он здесь — до­ма.

«Ни­ко­лай вы­шел в боль­шой мир, при­вет­ство­вал всех сво­им твор­че­ством, сво­ей энер­ге­ти­кой и лю­бо­вью. Здесь есть дух вдох­но­ве­ния жить и тво­рить на бла­го ми­ра. Когда я сту­пи­ла на тер­ри­то­рию во­круг му­зея, когда я за­шла в му­зей, я по­чув­ство­ва­ла энер­гию боль­шой че­ло­ве­че­ской люб­ви. Ме­ня сра­зу про­би­ло на сле­зы, — рас­ска­зы­ва­ет « Дню » же­на Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко Ра­и­са Алек­сан­дров­на. — Все то, что есть в му­зее, я знаю с на­ча­ла и до за­вер­ше­ния. Но здесь все за­зву­ча­ло со­всем по-дру­го­му — ве­ли­ча­во, до­стой­но. Мне бы­ло на­столь­ко при­ят­но это ви­деть, что я по­ду­ма­ла: «Бо­же, Бо­же, при жиз­ни, Ко­ля, мы ни­ко­гда не думали, что бу­дет та­кой му­зей, что ты бу­дешь в сла­ве сво­е­го соб­ствен­но­го се­ла, бу­дешь в сла­ве Укра­и­ны, те­бя бу­дут лю­бить, те­бя бу­дут ува­жать».

Вму­зее мож­но уви­деть очень раз­ные ра­бо­ты Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко: его книж­ную гра­фи­ку, фраг­мен­ты мо­ну­мен­таль­ных ра­бот, мно­го фо­то­гра­фий, эс­ки­зы, чер­но­ви­ки, его ин­стру­мен­ты. А еще — ра­бо­ты его уче­ни­ков. Со­вре­мен­ный и про­ду­ман­ный му­зей — это, соб­ствен­но, ре­зуль­тат ра­бо­ты уче­ни­ка Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко, ху­дож­ни­ка, за­слу­жен­но­го де­я­те­ля ис­кусств Укра­и­ны, до­цен­та ка­фед­ры жи­во­пи­си и ком­по­зи­ции НАОМА Алек­сандра Цу­гор­ки. Имен­но он раз­ра­бо­тал про­ект и пре­тво­рил его в жизнь.

«Я со­зда­вал сам про­ект от за­дум­ки и на­чаль­ных эс­ки­зов и до ко­неч­ной ре­а­ли­за­ции, под­бо­ра и рас­ста­нов­ки экс­по­на­тов в экс­по­зи­ции. Ров­но год мы со сту­ден­та­ми ра­бо­та­ли над му­зе­ем, — делится Алек­сандр Цу­гор­ка. — Бы­ло же­ла­ние пред­ста­вить твор­че­ство Ни­ко­лая Ан­дре­еви­ча Сто­ро­жен­ко мак­си­маль­но ши­ро­ко. Но это невоз­мож­но сде­лать в од­ном ме­сте, по­то­му что Ни­ко­лай Ан­дре­евич очень мно­го­гран­ный и гло­баль­ный ху­дож­ник, у него есть раз­ные пе­ри­о­ды в твор­че­стве, раз­ные про­из­ве­де­ния — гра­фи­че­ские, жи­во­пис­ные, мо­ну­мен­таль­ные и да­же скульп­ту­ра. И они по­ли­стиль­ные. Мне не уда­ва­лось пред­ста­вить все его твор­че­ство, по­то­му при­шлось де­лать ко­лос­саль­ный от­бор, от мно­го­го от­ка­зы­вать­ся, а брать толь­ко клю­че­вые, са­мые яр­кие уз­лы твор­че­ства, наи­бо­лее ха­рак­тер­ные. И уже из фраг­мен­тар­ных ве­щей со­здать об­раз твор­че­ства в це­лом. А цель бы­ла, что­бы че­ло­век, один раз по­пав в этот му­зей, за­пом­нил не столь­ко са­ми про­из­ве­де­ния, сколь­ко эту энер­ге­ти­ку и ат­мо­сфе­ру твор­че­ства».

УЧИ­ТЕЛЬ

«Ни­ко­лай Сто­ро­жен­ко — по­ра­зи­тель­но це­лост­ная лич­ность. За что бы он ни при­ни­мал­ся — мо­ну­мен­таль­ные объ­ек­ты или со­зда­ние об­ра­за кни­ги, — он каж­дый раз ис­кал но­вый стиль, вы­ра­зи­тель­ные и тех­но­ло­ги­че­ские сред­ства. Каж­дый раз вы­сту­пал для себя первооткрывателем. По­сто­ян­но от­кры­вал для себя ка­кую-то технику, ко­то­рую он рань­ше не знал. Это все­гда риск: ес­ли те­бе непод­вла­стен этот ма­те­ри­ал, зна­чит, ты не за­стра­хо­ван от то­го, что на опре­де­лен­ном эта­пе твое про­из­ве­де­ние может по­гиб­нуть — от тем­пе­ра­тур­но­го ре­жи­ма, рас­тво­ри­те­ля и то­му по­доб­ное. И каж­дый раз это бы­ла иг­ра: как во вре­ме­на Ре­нес­сан­са ал­хи­ми­ки ис- ка­ли фор­му­лу зо­ло­та, так Ни­ко­лай Ан­дре­евич ис­кал фор­му­лы твор­че­ства. От­кро­ве­ние», — рас­ска­зы­ва­ет Олесь Со­ло­вей, и. о. за­ве­ду­ю­ще­го ка­фед­рой жи­во­пи­си и ком­по­зи­ции НАОМА, до­цент, за­слу­жен­ный де­я­тель ис­кусств Укра­и­ны, ас­си­стент Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко с 1994-го по 2015-й год.

«Он на­столь­ко был про­стым, ка­за­лось бы, да­же обыч­ным, но в то же вре­мя на­столь­ко был на­пол­нен доб­ром и лю­бо­вью. С чрез­вы­чай­но силь­ной энер­ге­ти­кой. Очень мно­гие лю­ди его лю­би­ли и ува­жа­ли, по­то­му что чув­ство­ва­ли бла­го­род­ство его ду­ши. Каж­дый может ска­зать о нем что-то свое — и это бу­дет его Сто­ро­жен­ко. Он был уни­каль­ным учи­те­лем. Он вла­дел сло­вом, он был фи­ло­со­фом. Он ге­не­ри­ро­вал идеи. Имел необыч­ный взгляд на ис­кус­ство и на жизнь», — про­дол­жа­ет Олесь Ва­си­лье­вич. И до­бав­ля­ет, что му­зей за­ме­ча­тель­но пе­ре­да­ет это настроение, эту ат­мо­сфе­ру.

Олесь Со­ло­вей вспо­ми­на­ет, как в свои 70 лет Ни­ко­лай Сто­ро­жен­ко рас­пи­сы­вал ку­поль­ное про­стран­ство хра­ма Ни­ко­лая При­тис­ка на По­до­ле. А это — свы­ше 200 квад­рат­ных мет­ров. «Это бы­ло чрез­вы­чай­но слож­но. Ле­са ка­ча­лись, пи­сать при­хо­ди­лось не на ров­ной вер­ти­каль­ной по­верх­но­сти, в жа­ру там про­сто не бы­ло воз­ду­ха», — вспо­ми­на­ет Олесь Со­ло­вей. Го­во­рит, что Ни­ко­лай Сто­ро­жен­ко все­гда вдох­нов­лял его и был при­ме­ром сто­и­циз­ма во всем.

«Ка­ким он был учи­те­лем? Здесь мож­но очень дол­го рас­ска­зы­вать. Впервую оче­редь, он был очень по­сле­до­ва­тель­ным, — рас­ска­зы­ва­ет Алек­сандр Цу­гор­ка. — Это был свет­лый че­ло­век, чут­кий и чрез­вы­чай­но чув­стви­тель­ный к по­треб­но­стям сво­их уче­ни­ков и лю­дей, с ко­то­ры­ми об­ща­лась. Он пы­тал­ся с каж­дым уста­но­вить лич­ный кон­такт, что­бы по­нять, что че­ло­ве­ку нуж­но, но в то же вре­мя пы­тал­ся на­пра­вить в русло вы­со­ко­го ис­кус­ства каж­до­го сво­е­го уче­ни­ка. Что­бы ху­дож­ник не опус­кал­ся к че­му- то бы­то­во­му, а, что­бы ду­мал о вы­со­ком ис­кус­стве. Ду­маю, что ему это уда­ва­лось».

А ху­дож­ник Ан­дрей Че­бы­кин, рек­тор НАОМА, пре­зи­дент На­ци­о­наль­ной ака­де­мии ис­кусств Укра­и­ны, под­чер­ки­ва­ет, что уже с уве­рен­но­стью мож­но го­во­рить о са­мо­быт­ной шко­ле Сто­ро­жен­ко — та­кой же, как шко­ла Ми­ха­и­ла Бой­чу­ка или Да­ни­ла Ли­де­ра.

«Есть по­сло­ви­ца, что «ге­нии рож­да­ют­ся в се­ле, а уми­ра­ют в сто­ли­це». Вдан­ном слу­чае он не умер и ни­ко­гда не умрет, по­то­му что то, что он сде­лал, — это ис­кус­ство ми­ро­во­го уров­ня, — убеж­ден Ан­дрей Че­бы­кин. — У него учи­лись лю­ди из дру­гих стран. Вэти два де­ся­ти­ле­тия, на про­тя­же­нии ко­то­рых он воз­глав­лял ма­стер­скую мо­ну­мен­таль­ной жи­во­пи­си, он, по су­ти, со­здал непо­вто­ри­мую шко­лу».

А ЧТО ДАЛЬ­ШЕ?

Му­зей в Вя­зо­вом от­кры­ли. Он бу­дет ра­бо­тать еже­днев­но, кро­ме понедельника. Экс­кур­со­во­ды — хо­ро­шо под­го­тов­ле­ны, в этом мог­ли убе­дить­ся пер­вые по­се­ти­те­ли му­зея, в част­но­сти дру­зья и близкие Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко. В пла­нах рай­он­ной ад­ми­ни­стра­ции — при­во­зить в му­зей школь­ни­ков со все­го Ко­но­топ­ско­го рай­о­на, а еще луч­ше — из всей Сум­ской об­ла­сти. Впла­нах мест­ной гро­ма­ды — сде­лать все, что­бы этот му­зей стал куль­тур­ным цен­тром, который бы при­вле­кал к се­лу ин­те­рес­ные ини­ци­а­ти­вы и в це­лом ожи­вил куль­тур­ную сре­ду.

«От­кры­вать но­вые му­зеи в се­лах нуж­но, по­то­му что это ге­не­ри­ру­ет новое по­ко­ле­ние, — поды­то­жи­ва­ет Алек­сандр Цу­гор­ка. — Ес­ли новое по­ко­ле­ние бу­дет рас­ти, вдох­нов­ля­ясь таким вы­со­ким ис­кус­ством, таким вы­со­ким ху­до­же­ствен­ным уров­нем, то, я ду­маю, что когда это по­ко­ле­ние под­рас­тет, у него уже бу­дет аб­со­лют­но дру­гой уро­вень куль­ту­ры и вос­при­я­тия ис­кус­ства».

Когда-то в ин­тер­вью га­зе­те «День» со­ци­аль­ный ин­но­ва­тор, спе­ци­а­лист по раз­ви­тию со­об­ществ Ири­на Со­ло­вей ска­за­ла: «Куль­тур­но-ху­до­же­ствен­ный центр, который спо­соб­ству­ет рож­де­нию но­вых смыс­лов и форм по­зна­ния, может воз­ник­нуть где угод­но. Для это­го нуж­ны же­ла­ния и ре­ши­тель­ность. А, что­бы та­кой центр имел вли­я­ние на со­об­ще­ство, его нуж­но со­зда­вать про­фес­си­о­наль­но и по­сле­до­ва­тель­но. Что­бы он еже­днев­но на­ла­жи­вал жи­вую ком­му­ни­ка­цию меж­ду людь­ми, а не был зда­ни­ем с пред­ме­та­ми ис­кус­ства внут­ри». Соб­ствен­но, это опи­са­ние иде­аль­но под­хо­дит к но­во­со­здан­но­му му­зею Ни­ко­лая Сто­ро­жен­ко в Вя­зо­вом. Это при­мер то­го, как может быть.

ФО­ТО МА­РИИ СЕМЕНЧЕНКО

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.