«Ли­ния раз­гра­ни­че­ния» тер­ри­то­рий и су­деб

Спе­ци­аль­ный ре­пор­таж: кор­ре­спон­ден­ты «Дня» вер­ну­лись из при­фрон­то­вой зо­ны

Den (Russian) - - Первая Страница -

Ва­лен­тин ТОРБА, фо­то Ни­к­ло­ая ТИМЧЕНКО, «День»

Сов­мест­ные по­лез­ные уси­лия для необ­хо­ди­мо­го де­ла все­гда да­ют ку­му­ля­тив­ный эф­фект. При­ме­ром та­кой си­нер­гии яв­ля­ет­ся со­труд­ни­че­ство га­зе­ты «День» и во­лон­тер­ки Ан­ны Дом­бров­ской, ко­то­рая по­чти с са­мо­го на­ча­ла вой­ны по­мо­га­ет во­ен­ным и граж­дан­ским в при­фрон­то­вой зоне. Ее зна­ют и ждут мест­ные, она под­вер­га­лась опас­но­сти во вре­мя об­стре­лов и ра­бо­та­ет нон-стоп без­вы­ход­ных, объ­ез­жая «крас­ную зо­ну» с по­мо­щью. В этот раз «День» от­пра­вил­ся вме­сте с ней по при­фрон­то­вым се­лам, ко­то­рые за че­ты­ре го­да вой­ны на­тер­пе­лись все­го — ок­ку­па­ция, об­стре­лы, го­лод.

ТОЧ­КИ КА­СА­НИЯ

Земля га­га­ев — имен­но так на­зы­ва­ли пер­вых жи­те­лей ны­неш­ней Ав­де­ев­ки и при­ле­га­ю­щих тер­ри­то­рий. Со­глас­но ле­ген­де сло­во «га­гай» воз­ник­ло от со­от­вет­ству­ю­ще­го зву­ка. Ко­гда пер­вым по­се­лен­цам да­ва­ли зем­лю, то они долж­ны бы­ли про­бе­жать по ней с непре­рыв­ным кри­ком « га- га! » Сколь­ко сил хва­та­ло про­бе­жать, ров­но столь­ко че­ло­ве­ку да­ва­ли зем­ли. В на­сто­я­щее вре­мя на­ци­о­наль­ный со­став этих тер­ри­то­рий раз­но­об­ра­зен. Кро­ме укра­ин­цев и рос­си­ян, здесь свой ко­рень пу­сти­ли евреи, нем­цы, гре­ки. Ис­то­ри­че­ские кру­тые по­во­ро­ты, к со­жа­ле­нию, бес­по­щад­но уни­что­жа­ли их це­лы­ми по­сел­ка­ми. Их вы­се­ля­ли, рас­стре­ли­ва­ли, ас­си­ми­ли­ро­ва­ли.

Во­сток Укра­и­ны стал бо­лез­нен­ной ра­ной на те­ле на­ше­го го­су­дар­ства. Здесь про­яв­ля­ют­ся на­ши сла­бо­сти и на­ша си­ла. Здесь оче­вид­ны кон­тра­сты и со­че­та­ния вро­де бы несов­ме­сти­мых ве­щей. И имен­но в этом со­че­та­нии рас­кры­ва­ет­ся прав­да, ес­ли бы ее не пы­тал­ся ис­ка­зить агрес­сор. В этой сре­де по­сто­ян­ной опас­но­сти, ко­то­рая ино­гда за­ка­му­фли­ро­ва­на под «ре­жим ти­ши­ны», мож­но услы­шать го­ло­са ис­ти­ны. Для это­го нуж­но вни­ма­тель­но при­слу­ши­вать­ся к рас­ска­зам и ре­ак­ци­ям мест­ных жи­те­лей.

«Это уже не 2014-й год», — го­во­рят сол­да­ты, и по их по­ве­де­нию чув­ству­ет­ся опре­де­лен­ная рас­слаб­лен­ность. Она, без­услов- но, на­иг­ран­на, ведь враг ря­дом, но тем не ме­нее умень­ше­ние ко­ли­че­ства «при­ле­тов» да­ет о се­бе знать. Все лю­бят мир и спо­кой­ствие. Осо­бен­но те, кто за­щи­ща­ют его сво­ей жиз­нью. При­глу­шен­ные взры­вы слы­шать­ся ред­ко, и до­но­сят­ся они из­да­ле­ка. «Тре­с­кот­ни» ав­то­мат­ных и пу­ле­мет­ных оче­ре­дей по­чти нет. Од­на­ко в этой «ти­шине» как раз ост­ро чув­ству­ет­ся осо­бен­ная тре­во­га. Это тре­во­га ту­пи­ка.

Ту­пик — имен­но так мож­но оха­рак­те­ри­зо­вать жизнь при­фрон­то­вых тер­ри­то­рий. Лю­ди, ко­то­рые здесь оста­лись, по боль­шей ча­сти про­сто не име­ют дру­го­го вы­хо­да. У них нет «за­пас­ных аэро­дро­мов». От то­го дра­ма их судь­бы осо­бен­но ощу­ти­ма.

В «крас­ной зоне», где рас­сто­я­ние до рус­ских ок­ку­пан­тов ино­гда из­ме­ря­ет­ся не­сколь­ки­ми сот­ня­ми мет­ров, вре­мя те­чет очень мед­лен­но. От­ли­чить вче­раш­ний день от се­го­дняш­не­го труд­но. Ра­бо­ты нет, а опас­ность — ря­дом. Во мно­гих раз­ру­ше­ны по­ме­ще­ния. При­езд во­лон­тер­ской гу­ма­ни­тар­ки ожив­ля­ет сре­ду мрач­ных сел. Лю­ди вы­стра­и­ва­ют­ся в оче­ре­ди, что­бы по­лу­чить необ­хо­ди­мые про­дук­ты и прес­су. Ко «Дню» здесь при­вык­ли. Ан­на Дом­бров­ская ре­гу­ляр­но до­став­ля­ет сю­да све­жие но­ме­ра на­ше­го из­да­ния. Сре­ди мест­ных да­же воз­ни­ка­ют дис­кус­сии по­сле чте­ния га­зе­ты. Баб­ка в по­сел­ке Ве­се­лое рас­ска­зы­ва­ет нам о том, как ее воз­му­ща­ет по­ве­де­ние Вен­грии и во­дит паль­цем на­тру­жен­ной ру­ки по ко­лон­кам. Она уго­ща­ет нас ви­но­гра­дом и чи­та­ет свои сти­хо­тво­ре­ния. Жа­лу­ет­ся, что пять лет но­сит од­ни и те же ре­зи­но­вые са­по­ги. В ок­ку­пи­ро­ван­ной Яси­но­ва­той у нее есть непо­вре­жден­ная квар­ти­ра. Спра­ши­ва­ем: по­че­му не вер­не­тесь ту­да? Она со сле­за- ми от­ве­ча­ет: «Я хо­чу вер­нуть­ся к се­бе до­мой. Но ко­гда там бу­дет Укра­и­на».

В этом ото­рван­ном ми­ре не хва­та­ет вы­со­ты, ко­то­рую они на­хо­дят на ко­лон­ках «Дня». Так и по­лу­ча­ет­ся, что в од­ной ру­ке они несут по­лу­чен­ный хлеб, а в дру­гой га­зе­ту — точ­ку ка­са­ния с ма­те­ри­ком.

Ко­гда го­во­рим о лю­дях пре­клон­ных лет, то под­со­зна­тель­но за­кра­ды­ва­ет­ся мысль — они уже по­жи­ли, а как быть мо­ло­де­жи и де­тям? «День» объ­ез­дил мно­го школ в этой зоне. Военные пе­ри­о­ди­че­ски про­во­дят сре­ди школь­ни­ков уро­ки по без­опас­но­сти, что крайне ак­ту­аль­но в усло­ви­ях за­ми­ни­ро­ван­ных тер­ри­то­рий. Сто­ит от­ме­тить, что все шко­лы здесь от­ре­мон­ти­ро­ва­ны и ухо­же­ны. И это несмот­ря на то, что неко­то­рые из­них ис­пы­та­ли прямые по­па­да­ния вра­же­ских мин. К со­жа­ле­нию, пер­спек­ти­вы для де­тей в этой зоне при­зрач­ны. Бли­жай­ший город, где мож­но бу­дет най­ти ра­бо­ту — это Ав­де­ев­ка, ко­то­рая, яс­ное де­ло, не смо­жет обес­пе­чить ра­бо­чи­ми ме­ста­ми всех. Та­кая си­ту­а­ция яв­ля­ет­ся крайне опас­ной для бу­ду­ще­го все­го ре­ги­о­на. Война бук­валь­но за­мо­ро­зи­ла его во вре­ме­ни.

БЫТЬ ГРАЖ­ДА­НИ­НОМ — ЭТО СРЕД­СТВО ВЫ­ЖИ­ВА­НИЯ

Око­ло ли­нии раз­гра­ни­че­ния осо­бен­но ощу­ти­ма дра­ма кон­тра­стов и в то же вре­мя их осо­бен­ное со­че­та­ние. Военные и во­лон­те­ры со­су­ще­ству­ют с граж­дан­ски­ми. Баб­ка Еле­на изВо­дя­но­го так и го­во­рит: «В лю­бых за­труд­ни­тель­ных си­ту­а­ци­ях мы бе­жим на блок­пост, ведь зна­ем, что там нам по­мо­гут». Непо­да­ле­ку от нее ма­га­зин, где мож­но ку­пить необ­хо­ди­мые то­ва­ры и бес­плат­но по­лу­чить га­зе­ту «День». На са­мих блок­по­стах да­же со­ба­ки с кош­ка­ми жи­вут вме­сте, как буд­то в осо­бен­ном ми­ре, где бе­да и тре­во­га на­хо-

дит­ся ря­дом, но все же за их ограж­ден­ной кир­пи­ча­ми и шла­ко­бло­ка­ми сре­дой. Са­ми блок­по­сты ино­гда на­по­ми­на­ют неболь­шие го­род­ки, где есть пол­ный цикл жиз­не­обес­пе­че­ния. Здесь каж­дый зна­ет свое ме­сто и роль. Здесь ни­ко­гда не оста­нешь­ся го­лод­ным и ни­ко­гда не за­мерз­нешь. А это сверхваж­ный по­ка­за­тель, ко­то­рый сто­ит срав­нить с упо­мя­ну­тым злым 2014 го­дом, ко­гда, по сло­вам од­но­го из­во­ен­ных, при­хо­ди­лось в по­ле пять дней на­хо­дить­ся под об­стре­ла­ми без­во­ды. Как вы­жи­ли? — спро­сил я его. Де­мон­стри­руя свой бро­не­жи­лет, в ко­то­ром оста­лись две вмя­ти­ны от пуль, го­во­рит «Ан­гел»: «Жда­ли до­ждя, вы­жи­ма­ли вла­гу из­под­сол­ну­хов » . « Ан­гел » во­ю­ет по сей день, несмот­ря на се­рьез­ную кон­ту­зию и тя­же­лое ра­не­ние. Он — укра­ин­ский бол­га­рин. Ве­се­лый, в его гла­зах пуль­си­ру­ет жизнь. На этой войне во­об­ще на­ци­о­наль­ность име­ет вто­ро­сте­пен­ное зна­че­ние. Она не ме­ша­ет быть на­сто­я­щим граж­да­ни­ном с осо­зна­ни­ем сво­их прав и обя­зан­но­стей, а не па­фос­ным пат­ри­о­том. С ав­то­ма­том в ру­ках и пу­ля­ми в бро­не­жи­ле­те за­ка­ля­ет­ся по­ни­ма­ние то­го, что быть граж­да­ни­ном — это не на­ве­ян­ная пропагандистская уста­нов­ка, а сред­ство вы­жи­ва­ния. Укра­и­но­языч­ные и рус­ско­языч­ные военные на волне упо­мя­ну­тых кон­тра­стов ни­ве­ли­ру­ют роб­кое от­но­ше­ние к укра­ин­ско­му сол­да­ту, ко­то­рое бы­ло вжив­ле­но рос­сий­ской про­па­ган­дой. Да и неко­то­рые военные в свое вре­мя да­ли по­вод к нега­тив­но­му от­но­ше­нию к ним. Война рас­кры­ва­ет все гра­ни че­ло­ве­че­ской сущ­но­сти — как нега­тив­ной, так и по­зи­тив­ной. Но в ко­неч­ном ито­ге не мы на­чи­на­ли эту вой­ну.

«ДО» И «ПО­СЛЕ»

Пат­ри­о­ты и про­рос­сий­ски на­стро­ен­ные мест­ные, военные и мир­ные жи­те­ли — в «крас­ной зоне» все они на­хо­дят точ­ки ка­са­ния, ко­то­рые спа­са­ют их. В этой об­щей бе­де лю­ди на­учи­лись опи­рать­ся друг на дру­га, ис­кать по­ни­ма­ние.

Раз­ру­шен­ные особ­ня­ки и изу­ве­чен­ные скром­ные до­ми­ки сто­ят ря­дом. По­се­лок Пе­ски, в ко­то­ром до вой­ны на­счи­ты­ва­лось 3,5 ты­ся­чи жи­те­лей, те­перь пол­но­стью пуст. В нем про­жи­ва­ет 10 че­ло­век. Од­на из­них — ба­ба Со­ня. С ней мы по­зна­ко­ми­лись в пер­вый день при­ез­да. Сле­пая на один глазс сы­ном ин­ва­ли­дом, она да­ет бес­по­щад­ную оцен­ку как на­шим корм­чим, так и ми­ро­вым. Ее мож­но по­нять. Дом ба­бы Со­ни раз­ру­шен. Жи­вет она в до­ме сы­на. За ее спи­ной на зем­ле ре­ше­то во­рот, ко­то­рые бы­ли ис­се­че­ны оскол­ка­ми ми­ны. Ба­буш­ка пе­ре­жи­ла опе­ра­цию на та­зу, но ее един­ствен­ный глаз го­рит же­ла­ни­ем жить. «Ес­ли мы оста­вим эти до­ма, то наш край по­гиб­нет», — го­во­рит она.

Осен­нее солн­це до­бав­ля­ет теп­лых кра­сок к об­щей ат­мо­сфе­ре без­вы­ход­но­сти, но непре­рыв­но чув­ству­ет­ся тос­ка. Ведь все мог­ло быть ина­че. Жи­тель Пе­сок Иван ре­гу­ляр­но ез­дит на ве­ло­си­пе­де в со­сед­нее се­ло об­ра­ба­ты­вать ого­род. На блок­по­стах и ма­га­зи­нах он бе­рет га­зе­ту «День». Иван убеж­ден, что нель­зя бы­ло про­из­во­дить пер­вый вы­стрел. Кто про­из­вел пер­вый вы­стрел? На этот во­прос Иван от­ве­ча­ет аб­стракт­но. Де­ла­ет вы­вод: это был про­фес­си­о­нал, ко­то­ро­му за­пла­ти­ли, ведь нуж­на бы­ла «пер­вая кровь», и вспом­нил Гир­ки­на в Сла­вян­ске. По­ки­нуть Пе­ски он не мо­жет, ведь его мо­гут про­сто не пу­стить в соб­ствен­ный дом. Рас­ска­зы­ва­ет, как ле­том 2014-го лю­ди из Пе­сок мас­со­во от­пра­ви­лись на ку­рор­ты пе­ре­ждать бе­ду. Вер­нуть­ся на­зад они уже не мог­ли — Пе­ски пре­вра­ти­лись в зо­ну ак­тив­ных бо­е­вых дей­ствий. Ес­ли по­смот­реть на ули­цы это­го по­сел­ка, то труд­но най­ти уго­лок, ку­да не за­гля­ну­ла война. Руб­цы от по­па­да­ний мин и сна­ря­дов вид­ны по­всю­ду. Иван утвер­жда­ет, что в Пе­ски мно­гие же­ла­ют вер­нуть­ся да­же на по­жа­ри­ще, но нель­зя. Война еще ды­шит здесь сво­им сви­стом мин, хоть уже и не так ча­сто.

В тот же день мы встре­ти­лись в Ав­де­ев­ке с тре­не­ром по дзю­до Ев­ге­ни­ем По­по­вым. Он еже­днев­но тре­ни­ру­ет де­тей. Один из­них Ва­ня, ко­то­ро­му с рож­де­ния вра­чи по­ста­ви­ли неиз­ле­чи­мый ди­а­гноз. Евгений По­пов за­ве­ря­ет — нель­зя об­ре­кать лю­дей штам­пом «ка­ле­ка». Это не при­го­вор, это вы­зов. Ведь и сам он безобе­их ног и пе­ре­дви­га­ет­ся на ко­ляс­ке. У са­мо­го Евгения Ар­ка­ди­е­ви­ча бы­ло уни­что­же­но пря­мы­ми по­па­да­ни­я­ми ми­ны две квар­ти­ры — в До­нец­ке и Ав­де­ев­ке. Но ока­за­лось, что эти по­те­ри для него ста­ли еще од­ним сти­му­лом для пре­одо­ле­ния пре­пят­ствий. И вот утром Евгений По­пов пе­ред на­ми ста­но­вит­ся на обе но­ги и на­чи­на­ет... тан­це­вать. Да, он тан­цу­ет на про­те­зах, по­ка­зы­ва­ет уче­ни­кам при­е­мы дзю­до и го­во­рит: «Мне кое-кто ска­зал, что мое ме­сто под цер­ко­вью про­сить ми­ло­сты­ню. Они это­го не до­ждут­ся. Стыд­но быть сла­бым».

Для Евгения По­по­ва чу­жие де­ти ста­ли сво­им смыс­лом жиз­ни. Он со­зна­ет­ся, что в пер­вые ме­ся­цы по­сле ужас­ной ава­рии, ко­то­рая рас­пре­де­ли­ла его жизнь на «до и по­сле», не хо­тел жить. От­ча­я­ние окру­жа­ло его, ата­ко­ва­ло с раз­ных сто­рон. Спортс­мен ока­зал­ся при­ко­ван­ным к па­ре ко­лес. Но от­ча­ять­ся он про­сто не су­мел. По-ви­ди­мо­му, есть та­кие лю­ди, ко­то­рые об­ре­че­ны жить, во­пре­ки бо­лее ужас­ным вы­зо­вам. На «до и по­сле» жизнь рас­пре­де­ли­лась на этой зем­ле у всех, как и жизнь всей стра­ны. До вой­ны укра­ин­цы, по-ви­ди­мо­му, недо­ста­точ­но це­ни­ли свой дом, свою го­су­дар­ствен­ность. Они на­ча­ли за­бы­вать о сво­ей си­ле, о сво­ем ис­то­ри­че­ском на­сле­дии, о сво­ей иден­тич­но­сти, тем са­мым от­крыв вра­гу две­ри для ок­ку­па­ции, пре­жде все­го, со­зна­ния. По­сле вой­ны мы во­пре­ки все­му су­ме­ли най­ти в се­бе си­лы, су­ме­ли объ­еди­нить­ся. Но, к со­жа­ле­нию, для это­го нам при­шлось по­пасть в «крас­ную зо­ну» но­вей­шей ис­то­рии.

Га­зе­та «День» и во­лон­тер Ан­на Дом­бров­ская сов­мест­ны­ми уси­ли­я­ми несут во­сто­ку Укра­и­ны го­су­дар­ствен­ни­че­скую по­зи­цию, от­кры­ва­ют на­шу ис­то­рию и осве­ща­ют ак­ту­аль­ные ас­пек­ты жиз­ни стра­ны. Не по­ра ли Ми­ни­стер­ству по ок­ку­пи­ро­ван­ным тер­ри­то­ри­ям под­дер­жать эту ини­ци­а­ти­ву? Од­на из школ в при­фрон­то­вой зоне по­сел­ка Верх­не­то­рец­кий. Учеб­ные за­ве­де­ния от­ре­мон­ти­ро­ва­ны и осна­ще­ны, но война все­гда ря­дом

«Ан­гел» — укра­ин­ский бол­га­рин, у ко­то­ро­го бы­ли тя­же­лые ра­не­ния, но он про­дол­жа­ет во­е­вать за Укра­и­ну. Де­мон­стри­ру­ет свой бро­не­жи­лет, ко­то­рый спас ему жизнь

ФО­ТО АН­НЫ ДОМ­БРОВ­СКОЙ

«Рес­пуб­ліка міст». Блок­пост, от­кры­ва­ю­щий путь к До­не­ць­ко­му аэро­пор­ту

Ма­стер спор­та Евгений По­пов из Ав­де­ев­ки ра­бо­та­ет со сво­им уче­ни­ком Ива­ном. За год маль­чик с на­ру­ше­ни­ем ко­ор­ди­на­ции дви­же­ний де­ла­ет не­ве­ро­ят­ные успе­хи в тре­ни­ров­ках

Ба­ба Со­ня. Од­на из жи­тель­ниц за­бро­шен­но­го по­сел­ка Пе­ски, под­верг­ше­го­ся ак­тив­ным уда­рам со сто­ро­ны бо­е­ви­ков в 2014—2015 го­дах

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.