ЛЕО­НИД КРАВЧУК: «НИ­КО­ГДА, НИ ПРИ КАКИХ УСЛО­ВИ­ЯХ ДА­ЖЕ КЛОЧКОМ СВО­ЕЙ ТЕР­РИ­ТО­РИИ ПОСТУПАТЬСЯ НЕЛЬ­ЗЯ, И ЕС­ЛИ МЕ­НЯ СПРОСЯТ: «ЗЕМ­ЛЮ ОТ­ДАТЬ ИЛИ УМЕ­РЕТЬ?» — Я ВЫБИРАЮ ПО­СЛЕД­НЕЕ»

По­сле раз­ва­ла СССР ров­но 25 лет на­зад пре­зи­ден­том неза­ви­си­мой Укра­и­ны стал Лео­нид Кравчук. На днях по­ли­тик от­ме­тил 83-й день рож­де­ния

Fakty i kommentarii - - ПЕРЕПОСТ -

«ФАК­ТЫ» опуб­ли­ко­ва­ли 11 ян­ва­ря экс­клю­зив­ное ин­тер­вью с пер­вым пре­зи­ден­том неза­ви­си­мой Укра­и­ны Лео­ни­дом Крав­чу­ком, в ко­то­ром он рас­ска­зал, по­че­му невоз­мож­но вос­кре­сить СССР и на­сколь­ко да­ле­ко мо­жет зай­ти Пу­тин в на­ме­ре­нии вос­ста­но­вить со­вет­скую им­пе­рию. Пред­ла­га­ем чи­та­те­лям так­же фраг­мент ин­те­рес­ной бе­се­ды Лео­ни­да Ма­ка­ро­ви­ча с из­вест­ным пи­са­те­лем и жур­на­ли­стом Дмит­ри­ем Гор­до­ном, опуб­ли­ко­ван­ной ин­тер­нет-из­да­ни­ем «ГОРДОН».

«Кравчук зна­ет: неза­ви­си­мость — цен­ность непре­хо­дя­щая»

«Я не удив­люсь, ес­ли че­рез де­ся­ток-дру­гой лет где-ни­будь на аук­ци­оне Sotheby’s бу­дут вы­став­ле­ны квар­це­вые ча­сы мар­ки «Луч», по­хи­щен­ные из экс­по­зи­ции На­ци­о­наль­но­го му­зея исто­рии в де­каб­ре 1993-го, — те са­мые, в ко­то­рых по­сле сво­е­го из­бра­ния при­ни­мал при­ся­гу пер­вый пре­зи­дент неза­ви­си­мой Укра­и­ны Лео­нид Кравчук, — пи­шет в пре­ди­сло­вии к бе­се­де Дмит­рий Гордон. — Ча­сы эти — вме­сте с оч­ка­ми и на­де­тым в тот судь­бо­нос­ный день пи­джа­ком — вы­про­си­ли у него му­зей­щи­ки, да вот не убе­рег­ли (увы!), а еще до­сад­нее то, что сам Лео­нид Ма­ка­ро­вич то­же ро­ман­ти­че­скую бес­печ­ность про­явил и свою бу­ла­ву по­те­рял. Спу­стя все­го пол­го­да по­сле ис­чез­но­ве­ния это­го цен­но­го экс­по­на­та он ра­ди ми­ра и со­гла­сия в стране на до­сроч­ные, не преду­смот­рен­ные Кон­сти­ту­ци­ей, пре­зи­дент­ские вы­бо­ры по­шел и про­иг­рал их...

Как из­вест­но, Кравчук встал у ру­ля на­шей стра­ны в мо­мент тек­то­ни­че­ских пла­не­тар­ных сдви­гов, ко­гда огром­ная им­пе­рия ру­ши­лась на гла­зах и при­выч­ный дву­по­ляр­ный мир ме­нял­ся. За него, быв­ше­го вто­ро­го сек­ре­та­ря ЦК Ком­пар­тии Укра­и­ны, про­го­ло­со­ва­ли то­гда — се­го­дня это фан­та­сти­кой ка­жет­ся! — 61,6 про­цен­та из­би­ра­те­лей: ря­до­вые укра­ин­цы ( не ду­маю, что лишь по инер­ции, — ско­рее, по вы­ра­бо­тав­шей­ся за 70 лет при­выч­ке) од­но­знач­но пред­по­чли пар­тий­но­го функ­ци­о­не­ра его со­пер­ни­ку — дис­си­ден­ту Вя­че­сла­ву Чор­но­во­лу.

Кста­ти, по­кой­ный по­мощ­ник пер­во­го сек­ре­та­ря ЦК КПУ Вла­ди­ми­ра Щер­биц­ко­го Ви­та­лий Вруб­лев­ский неод­но­крат­но мне го­во­рил, что, хоть и воз­да­вал его па­трон бле­стя­щим спо­соб­но­стям Лео­ни­да Ма­ка­ро­ви­ча долж­ное, ни­ко­гда бы не вы­дви­нул то­го на вы­со­кую долж­ность — мно­го­опыт­ный ру­ко­во­ди­тель из­на­чаль­но чув­ство­вал в под­чи­нен­ном ка­кую-то нело­яль­ность по от­но­ше­нию к со­вет­ской вла­сти, под­спуд­ную небла­го­на­деж­ность, и де­ло да­же не в том, что Кравчук — «за­па­де­нец», ро­див­ший­ся в Поль­ше.

Ну не мог, по мне­нию пер­во­го сек­ре­та­ря, убеж­ден­ный, стой­кий ком­му­нист оза­да­чить ру­ко­вод­ство ка­верз­ным во­про­сом: «По­че­му нель­зя пи­сать про­сто «укра­ин­ский на­ци­о­на­лизм», а на­до обя­за­тель­но — «укра­ин­ский бур­жу­аз­ный на­ци­о­на­лизм»?» — как это од­на­жды сде­лал Кравчук. От­ве­та Щер­биц­кий не знал, по­это­му стре­ми­тель­ный ка­рьер­ный взлет Лео­ни­да Ма­ка­ро­ви­ча на­чал­ся уже по­сле его от­став­ки: сек­ре­тарь по идео­ло­гии, вто­рой сек­ре­тарь ЦК КПУ, пред­се­да­тель Вер­хов­но­го Со­ве­та Укра­и­ны и, на­ко­нец, пре­зи­дент...

На­вер­ное, Кравчук мог бы и по сей день пра­вить — как ли­де­ры неко­то­рых пост­со­вет­ских рес­пуб­лик, к при­ме­ру. Из квар­ти­ры пло­ща­дью 54 квад­рат­ных мет­ра, в ко­то­рой он жил, бу­дучи сек­ре­та­рем ЦК, в пре­зи­дент­ский дво­рец пе­ре­ехал бы, го­су­дар­ствен­ную каз­ну в лич­ную тум­боч­ку, где день­ги ле­жат, пре­вра­тил бы, под­дан­ные в рот ему бы за­гля­ды­ва­ли и пе­ли осан­ну — чем пло­хо? Но, вме­сто то­го что­бы (хо­тя бы из чув­ства са­мо­со­хра­не­ния) ко­рабль под на­зва­ни­ем «Укра­и­на» в тихую га­вань со сто­я­чей во­дой, за­па­хом ти­ны и пле­се­ни на­пра­вить, он взял курс в бу­шу­ю­щее мо­ре сво­бо­ды и ры­ноч­ных ре­а­лий — ра­зу­ме­ет­ся, рас­кол ко­ман­ды и бунт на бор­ту бы­ли пред­ска­зу­е­мы.

Его и се­го­дня хва­лят и кри­ти­ку­ют с оди­на­ко­вым рве­ни­ем. Ста­вят в упрек ка­та­стро­фи­че­ское об­ни­ща­ние на­се­ле­ния, ги­пе­рин­фля­цию, на­чав­шую рас­ти при нем про­пасть меж­ду бед­ны­ми и бо­га­ты­ми... Пом­ни­те на­род­ное: «Два ко­ле­си­ка и руч­ка — на­зы­ва­ет­ся «крав­чуч­ка»? Впро­чем, Лео­нид Ма­ка­ро­вич и сам позд­нее при­зна­вал­ся: ес­ли бы пе­ред под­пи­са­ни­ем Бе­ло­веж­ско­го со­гла­ше­ния ему ана­ли­ти­че­ский ма­те­ри­ал о том, что бу­дет с эко­но­ми­кой Укра­и­ны по­сле рас­па­да СССР, по­да­ли, он ис­пу­гал­ся бы, и кто зна­ет, бы­ла ли бы се­го­дня Укра­и­на неза­ви­си­мой.

Тем не ме­нее стра­на при нем все­та­ки вы­жи­ла и вы­сто­я­ла, на­род на­чал по­сте­пен­но са­мо­сто­я­тель­но­сти учить­ся, а эли­та — эф­фек­тив­но­му управ­ле­нию. Лео­нид Кравчук су­мел про­ве­сти Украину че­рез опас­ные ри­фы эпо­хи пе­ре­мен без кро­ви и тер­ри­то­ри­аль­ных по­терь, при­дне­про­ви­за­ции не до­пу­стил. В на­ча­ле 90-х укра­ин­ское об­ще­ство, уве­ро­вав­шее, что оно са­мое ми­ро­лю­би­вое и то­ле­рант­ное, вос­при­ни­ма­ло это как нечто са­мо со­бой ра­зу­ме­ю­ще­е­ся. И лишь в по­след­ние го­ды мы на горь­ком опы­те убе­ди­лись, на­сколь­ко важ­ны в до­ме мир и спо­кой­ствие. Не по­то­му ли от­но­ше­ние ря­до­вых укра­ин­цев к пер­во­му пре­зи­ден­ту за­мет­но по­теп­ле­ло, а ува­же­ние мно­го­крат­но вы­рос­ло?

Ко­гда его «бать­ком на­цiї» на­зы­ва­ют, Лео­нид Ма­ка­ро­вич сме­ет­ся, но это же не по­лит­тех­но­ло­ги с про­па­ган­ди­ста­ми при­ду­ма­ли — «по­чет­ное зва­ние» в мас­сах ро­ди­лось, ко­то­рые име­ли воз­мож­ность раз­ных пре­зи­ден­тов срав­нить. За­ме­чу, что, пе­ре­дав пре­зи­дент­скую власть пре­ем­ни­ку, Кравчук не раз­оби­дел­ся на всех, в тень или в оп­по­зи­цию не ушел. На­род­ным де­пу- та­том трех со­зы­вов был, и се­го­дня, в 83 го­да, про­дол­жа­ет на бу­ду­щее Укра­и­ны ра­бо­тать, про­яв­ляя при­су­щие ему муд­рость и тер­пе­ние.

Со­жа­ле­ет Лео­нид Ма­ка­ро­вич не о вы­хва­чен­ной неко­гда из его рук бу­ла­ве, а о том, что за го­ды неза­ви­си­мо­сти не уда­лось спло­тить укра­ин­цев и уро­вень их жиз­ни под­нять. Тем не ме­нее, ес­ли бы Кравчук сно­ва пе­ред вы­бо­ром ока­зал­ся: до последнего за про­шлое цеп­лять­ся или на всех па­рах в бу­ду­щее ид­ти, — он бы не ко­ле­бал­ся, по­то­му что зна­ет: неза­ви­си­мость — цен­ность непре­хо­дя­щая. Прав­да, как счи­тал во­див­ший иуде­ев 40 лет по пу­стыне про­рок Мо­и­сей, для окон­ча­тель­но­го осо­зна­ния этой бес­спор­ной ис­ти­ны на­ро­дом нуж­но, что­бы не оста­лось ни­ко­го, рож­ден­но­го в раб­стве».

«Лео­нид Ма­ка­ро­вич, — спро­сил ме­ня Ельцин, — вы дей­стви­тель­но ве­ри­те, что Укра­и­на в Ев­ро­пу пой­дет?» — «Ну как мне не ве­рить? — ска­зал я. — Ду­маю, что и вы в это ве­ри­те»

— Вас, Лео­нид Ма­ка­ро­вич, в ду­хе про­ле­тар­ско­го ин­тер­на­ци­о­на­лиз­ма вос­пи­ты­ва­ли, вы глав­ным идео­ло­гом Ком­пар­тии Укра­и­ны бы­ли — как мне од­на­жды при­зна­лись, тща­тель­но, с ка­ран­да­шом в ру­ках, все­го Ле­ни­на чи­та­ли, при­чем два­жды... — Да, это так.

— Ду­маю, что ни­кто в Укра­ине тру­ды ос­но­во­по­лож­ни­ка так, как вы, не изу­чал...

— Не мо­гу ру­чать­ся, но по­гру­жен я в них был хо­ро­шо...

— Вы в се­бя идею друж­бы на­ро­дов, в част­но­сти, рос­сий­ско­го и укра­ин­ско­го, впи­та­ли, и это, я не со­мне­ва­юсь, аб­со­лют­но ис­кренне бы­ло. Мог­ли ли вы в страш­ном сне пред­ста­вить, что меж­ду Рос­си­ей и Укра­и­ной вой­на нач­нет­ся?

— Не мог ни­ко­гда — ни в юно­сти, ни ко­гда уже в си­сте­ме пар­тий­ных ор­га­нов ра­бо­тал. Я же с Бреж­не­вым, Ан­дро­по­вым, Чер­нен­ко, Гор­ба­че­вым встре­чал­ся, со мно­ги­ми дру­ги­ми ли­де­ра­ми Со­вет­ско­го Со­ю­за об­щал­ся — по­том объ­яс­ню, по­че­му эти фа­ми­лии на­зы­ваю. При всех слож­но­стях, ко­то­рые бы­ли, при не все­гда ува­жи­тель­ном от­но­ше­нии к Укра­ине и ко мне лич­но... — ...зверх­ньо­му?..

— Ну да, пат­ри­ция и пле­бея — где­то так, я ни­ко­гда не пред­по­ла­гал, что Рос­сия, ее на­род и ин­тел­ли­ген­ция мо­гут та­кую фи­ло­со­фию на во­ору­же­ние взять: млад­ших бра­тьев сво­их уби­вать (они же счи­та­ют, что мы их млад­шие бра­тья). Да­же мыс­ли та­кой до­пу­стить не мог!

Уже ко­гда пре­зи­ден­том я стал, ко­гда Бе­ло­веж­ское со­гла­ше­ние под­пи­сал, у ме­ня ин­те­рес­ная бе­се­да с Ель­ци­ным со­сто­я­лась. Мы в Москве вдво­ем ужи­на­ли, ну, по рюм­ке, как все­гда, вы­пи­ли...

— ...а где по рюм­ке, там и по вто­рой...

— Ну, как бы­ло и сколь­ко, уже не пом­ню, но вы­пи­ли и о раз­ных ве­щах го­во­ри­ли — об от­но­ше­ни­ях на­ших стран, о бу­ду­щем СНГ... И вот я до­мой за­со­би­рал­ся: «Спа­си­бо, Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич, мне уже ле­теть на­до». Он: «Да я знаю, что пора, но еще один во­прос да­вай­те об­су­дим» — и так при­сталь­но, ис­пы­ту­ю­ще, про­ни­ца­тель­но на ме­ня по­смот­рел.

— Вы не на ты бы­ли?

— Нет, на вы, и во­об­ще, на ты Ельцин ни к ко­му не об­ра­щал­ся и ни­ко­гда не ма­те­рил­ся. Не знаю, как до­ма, но пуб­лич­но — ни­ко­гда: ма­тер­ный язык в его лек­си­коне на­прочь от­сут­ство­вал. — По­ра­зи­тель­но!

— Все же ду­ма­ли, что он та­кой бру­таль­ный... Нет, к со­бе­сед­ни­ку Ельцин очень ува­жи­тель­но от­но­сил­ся и этой «изящ­ной» рус­ской сло­вес­но­сти не при­ме­нял.

«Лео­нид Ма­ка­ро­вич, — спро­сил он и вновь на ме­ня по­смот­рел, — вы дей­стви­тель­но ве­ри­те, что Укра­и­на в Ев­ро­пу пой­дет?» — «Во­прос для ме­ня очень слож­ный, — от­ве­тил я. — Ну как мне не ве­рить? Ду­маю, и вы, Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич, ве­ри­те, по­то­му что в Бе­ло­веж­ских со­гла­ше­ни­ях на­пи­са­но, что каж­дый на­род свою по­ли­ти­ку, свой курс сам опре­де­ля­ет». — «Ма­ло ли что там на­пи­са­но, — он го­ло­вой по­ка­чал. — Жизнь свои усло­вия дик­ту­ет... Сколь­ко лет, по­ни­ма­ешь, мы вме­сте. (К то­му вре­ме­ни уже 337 лет по­сле Пе­ре­я­с­лав­ской ра­ды про­шло. — «ГОРДОН» ). Бы­ли хо­ро­шие вре­ме­на и пло­хие, но вме­сте же — вот как это все разо­рвать, по жи­во­му раз­ре­зать?» — «Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич! — я воз­ра­зил. — В со­гла­ше­ни­ях на­ших ни сло­ва нет о том, что­бы ре­зать, речь о том, что мы — Укра­и­на как го­су­дар­ство и Рос­сия как го­су­дар­ство — доб­рые от­но­ше­ния уста­нав­ли­ва­ем, та­кие, на­при­мер, как меж­ду Ка­на­дой и США.

«Лео­нид Ма­ка­ро­вич, — про­дол­жил Ельцин, — вы, на­вер­ное, ду­ма­е­те, что толь­ко я так счи­таю?» — «Нет, не ду­маю, но в дан­ном слу­чае во­прос от вас ис­хо­дит, по­это­му...» — «Пой­дем­те в та­ком слу­чае на Крас­ную пло­щадь, и сто че­ло­век, на ко­то­рых вы ука­же­те, спро­сим (толь­ко что­бы это не ино­стран­цы бы­ли: рус­ские, укра­ин­цы — граж­дане быв­ше­го Со­вет­ско­го Со­ю­за): хо­тят ли они, что­бы Укра­и­на в Ев­ро­пу ушла? Уве­ряю вас: 95 из 100 от­ве­тят, что не хо­тят».

Я то­гда со­мне­вал­ся, но сей­час, ви­дя по­ли­ти­ку Путина в дей­ствии, по­нял, на­сколь­ко Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич прав был: Рос­сия, ее ин­тел­ли­ген­ция им­пер­ским ви­ру­сом за­ра­же­ны. Из по­след­них 200 лет 150 Рос­сия во­ю­ет: возь­ми се­го­дня раз­ные го­ря­чие точ­ки, ко­то­рые мы зна­ем: Ка­ра­бах, Прид­нест- ро­вье, Аб­ха­зия, Юж­ная Осе­тия, Укра­и­на и Си­рия...

— Все с Рос­си­ей свя­за­но...

— Она там при­сут­ству­ет, и за это вре­мя ин­тел­ли­ген­ция вой­ны сло­жи­лась, го­то­вая лю­бую агрес­сию оправ­дать, и на­род, ко­то­рый все без­гра­нич­но тер­петь мо­жет. Еще От­то фон Бисмарк, пер­вый канц­лер Гер­ма­нии, го­во­рил, что «са­мым боль­шим ре­сур­сом Рос­сии яв­ля­ет­ся тер­пе­ние ее на­ро­да».

— Пусть в гря­зи и без жрат­вы, но им­пе­рия...

— Да­же вот рус­ские пес­ни взять: Бро­дя­га к Бай­ка­лу под­хо­дит, Ры­бац­кую лод­ку бе­рет, Уны­лую пес­ню за­во­дит,

Про ро­ди­ну что-то по­ет.

То есть ро­ди­на для них — это все: неваж­но, бро­дя­га в аре­стант­ской ру­баш­ке или лю­бой дру­гой че­ло­век — «бы­ла бы стра­на род­ная...

— ...и нету дру­гих за­бот»...

— Ни­че­го нет: «ес­ли смер­ти, то мгно­вен­ной, ес­ли ра­ны — неболь­шой»! Все для ро­ди­ны, для стра­ны...

В Рос­сии вос­пи­та­ли на­род, го­то­вый тер­петь и по­кло­нять­ся, ведь, как из­вест­ная муд­рость гла­сит, пра­ви­тель мо­жет быст­ро дик­та­то­ром стать, ко­гда есть на­род, к это­му го­то­вый... В Рос­сии на­род го­тов по­сто­ян­но, и я ос­нов­ные при­чи­ны, с тво­е­го поз­во­ле­ния, пе­ре­чис­лю. Тер­пе­ние уже на­звал, вто­рое — цер­ковь рус­ская пра­во­слав­ная (как, кста­ти, и укра­ин­ская пра­во­слав­ная), не на пер­вом ме­сте в си­сте­ме го­су­дар­ствен­ной вла­сти, а на вто­ром. Это исто­ри­че­ски сло­жи­лось: царь на­мест­ни­ком Бо­га был, то есть под­дан­ные, ве­ру­ю­щие лю­ди, обя­за­ны бы­ли ему по­ви­но­вать­ся.

— Ины­ми сло­ва­ми, пра­во­сла­вие об­слу­жи­ва­ло са­мо­дер­жа­вие...

— Аб­со­лют­но, и тре­тье — то, что Ком­му­ни­сти­че­ская пар­тия сде­ла­ла, вбив в го­ло­вы идею пат­ри­о­тиз­ма. Под­чер­ки­ваю: не ин­тер­на­ци­о­на­лиз­ма на пер­вом ме­сте, а пат­ри­о­тиз­ма, хо­тя на сло­вах утвер­жда­ли об­рат­ное. Вла­сти Рос­сии граж­дан сво­их убе­ди­ли, что толь­ко они правильно жи­вут: все осталь­ные — непра­виль­но. Что се­го­дня рос­сий­ские СМИ рас­ска­зы­ва­ют? Ев­ро­па уже раз­ло­жи­лась, там бра­ки у них од­но­по­лые...

— Гей­ро­па...

— Да, а мы, Рос­сия, на стра­же мо­ра­ли сто­им, вы­со­кие цен­но­сти за­щи­ща­ем, по­это­му нас все бьют, а мы за­щи­ща­ем­ся. Обра­ти вни­ма­ние: российская ин­тел­ли­ген­ция власть без­ого­во­роч­но под­дер­жи­ва­ет: за ис­клю­че­ни­ем несколь­ких ост­ров­ков сме­ло­сти, сре­ди ко­то­рых и Нем­цов был, все осталь­ные — за, во вся­ком слу­чае, пуб­лич­но, пись­мен­но. Что ж, имея та­кую ин­тел­ли­ген­цию, та­кой тер­пе­ли­вый на­род, та­кую ис­то­рию и та­ких во­ждей...

— ...да еще и кры­ла­тые ра­ке­ты...

— ...тем бо­лее лю­бой пра­ви­тель мо­жет ис­ку­ше­нию под­дать­ся и дик­та­то­ром стать, а ес­ли у него за­дат­ки Вла­ди­ми­ра Вла­ди­ми­ро­ви­ча Путина... — ...и шко­ла...

— ...КГБ, это очень быст­ро про­ис­хо­дит, что мы се­го­дня и на­блю­да­ем.

«От­дай­те, — Ельцин не тре­бо­вал, но на­ста­и­вал: Крым — это Рос­сия», и Гор­ба­чев в та­ком же ду­хе вы­ска­зы­вал­ся»

— Хо­тел бы те­перь о Кры­ме немнож­ко по­го­во­рить... В США в

неболь­шом го­род­ке Про­ви­денс сын быв­ше­го пер­во­го сек­ре­та­ря ЦК КПСС Ни­ки­ты Сер­ге­е­ви­ча Хру­ще­ва Сер­гей Ни­ки­тич жи­вет, у ко­то­ро­го я в го­стях был (спу­стя несколь­ко лет и он в Ки­ев при­е­хал). Он, я за­ме­чу, не про­сто сын. Это че­ло­век, ко­то­рый мно­го лет ря­дом с Хру­ще­вым на­хо­дил­ся, ко­то­ро­му опаль­ный со­вет­ский ли­дер свои вос­по­ми­на­ния дик­то­вал и с ко­то­рым со­кро­вен­ным де­лил­ся.

Сер­гей Ни­ки­тич ска­зал мне, что отец не про­сто так Крым Укра­ине от­дал, это с его сто­ро­ны не ка­кой­то ши­ро­кий жест в сто­ро­ну на­шей рес­пуб­ли­ки был, нет — он сде­лал это по­то­му, что Рос­сия с Кры­мом ни энер­ге­ти­че­ски, ни фи­нан­со­во не справ­ля­лась — ни­как. Прав­да ли, что Хру­щев бук­валь­но по­тре­бо­вал от Ки­ри­чен­ко, на тот мо­мент пер­во­го сек­ре­та­ря ЦК Ком­пар­тии Укра­и­ны, за­брать Крым, а Ки­ри­чен­ко со­про­тив­лял­ся?

— Прав­да, и сно­ва я к сво­им сту­ден­че­ским го­дам воз­вра­ща­юсь. Я же до по­ступ­ле­ния в уни­вер­си­тет не толь­ко Ки­е­ва, но и мо­ря ни­ко­гда в жиз­ни не ви­дел, и зна­ко­мые ре­бя­та пред­ло­жи­ли: да­вай на по­ез­де в Одес­су мах­нем, мо­ре посмот­рим. При­е­ха­ли ту­да, на бе­рег по­шли, а ку­пать­ся нель­зя — од­ни ме­ду­зы. Та­кое, как по­том я узнал, бы­ва­ет, ко­гда во­да, как ки­сель. При­я­те­ли го­во­рят: «Тут Крым неда­ле­ко» — это, за­ме­чу, 53-й год был, а Крым Укра­ине в 54-м пе­ре­да­ли.

— То есть Ста­лин недав­но со­всем умер, а вы, как я по­ни­маю, не гру­сти­ли, на мо­ре ез­ди­ли... — Ну, это ле­то бы­ло...

— Ага, уже, зна­чит, от­гру­сти­ли...

— (Сме­ет­ся.) Мы уже не на по­езд, а на по­пут­ную ма­ши­ну се­ли и в Крым, в рай­он не Ял­ты, а Се­ва­сто­по­ля от­пра­ви­лись. В до­ро­ге про­го­ло­да­лись, на­до бы че­го-то по­есть, смот­рим — до­миш­ко ка­кой-то. Зашли ту­да, пред­ста­ви­лись, что сту­ден­ты. Дмит­рий Ильич, та­кой бед­но­ты я еще не ви­дел, и по­ка мы там с хо­зя­е­ва­ми об­ща­лись, на­ча­ли дру­гие лю­ди схо­дить­ся, опух­шие. « Что та­кое? » — спра­ши­ва­ем. Ока­зы­ва­ет­ся, мос­ки­ты их за­еда­ли, а они все из Ор­лов­ской, Брян­ской, дру­гих об­ла­стей Цен­траль­ной Рос­сии и не зна­ли, что это за на­пасть та­кая. В го­лос пла­ка­ли: «Мы тут жить не уме­ем», по­то­му что кре­стьяне из Не­чер­но­зе­мья не в кур­се, как ту сель­хоз­про­дук­цию, ко­то­рая в Кры­му рас­тет, вы­ра­щи­вать, к то­му же во­ды нет, в ма­га­зи­нах пол­ки пу­стые.

Это то, что я в 53-м го­ду ви­дел, а по­том, ко­гда в ЦК КПУ уже ре­ше­ние о воз­вра­ще­нии де­пор­ти­ро­ван­ных крым­ских та­тар на ро­ди­ну при­ни­ма­ли, за­пис­ки Ад­жу­бея (со­вет­ский жур­на­лист, пуб­ли­цист, глав­ный ре­дак­тор га­зет « Ком­со­моль­ская прав­да » и « Из­ве­стия», зять Ни­ки­ты Сер­ге­е­ви­ча Хру­ще­ва. — «ГОРДОН» ) на­шел, где он опи­сы­ва­ет, что в мае 54-го про­ис­хо­ди­ло. Хру­щев в Крым при­е­хал, по­то­му что, как я по­нял, пе­ре­се­лен­цы по­сто­ян­но ему пи­са­ли: за­бе­ри нас от­сю­да, жить тут не мо­жем. Они, сви­де­тель­ству­ет Ад­жу­бей, на­встре­чу ему вы­сы­па­ли и по­тре­бо­ва­ли их в Ор­лов­скую об­ласть вер­нуть — ту­да, где рань­ше жи­ли... — ...и где мос­ки­тов нет...

— Где буль­ба хо­тя бы рас­тет. Хру­щев, не оста­нав­ли­ва­ясь в Кры­му, по­ез­дом (у него спе­ци­аль­ный ва­гон был) в Ки­ев по­ехал, а там к Ки­ри­чен­ко за­шел и ска­зал: вот та­кая, де­скать, си­ту­а­ция сло­жи­лась, и я счи­таю, что­бы спа­сти Крым, Укра­и­на долж­на се­бе его взять. У вас ведь Хер­сон­ская, дру­гие юж­ные об­ла­сти есть, там на­се­ле­ние зна­ет, как хо­зяй­ство ве­сти. Ки­ри­чен­ко от­ка­зы­вать­ся стал, это же не шут­ка: це­лую об­ласть взять, под нее здо­ро­вен­ный бюд­жет вы­де­лить — ты ж по­ни­ма­ешь... — Са­ми еле кон­цы с кон­ца­ми сво­ди­ли...

— Да, он со­про­тив­лять­ся на­чал, и то­гда Хру­щев его в Моск­ву на за­се­да­ние По­лит­бю­ро ЦК КПСС взял, ко­то­рое ре­ше­ние о судь­бе Кры­ма при­ня­ло, — до то­го, как это Вер­хов­ный Со­вет РСФСР сде­лал. То­гда же все сна­ча­ла в По­лит­бю­ро ре­ша­ли...

— ...а по­том выс­ший ор­ган го­су­дар­ствен­ной вла­сти эти ре­ше­ния штам­по­вал...

— Ну и укра­ин­ско­му По­лит­бю­ро ни­че­го не оста­ва­лось, как Крым в со­став Укра­и­ны при­нять, — вот от­вет тем, кто кри­чит: «По­да­ри­ли!» Мы за это вре­мя, как под­сче­ты по­ка­зы­ва­ют, в энер­ге­ти­ку, оро­ше­ние, до­ро­ги, ка­на­лы...

— ...са­на­то­рии...

— ...боль­ше 100 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров вло­жи­ли — это то, что из­вест­но, а сколь­ко тру­да, а сколь­ко все­го то­го, что не под­счи­ты­ва­лось, не под­счи­ты­ва­ет­ся и не бу­дет под­счи­та­но ни­ко­гда!

— Ельцин в раз­го­во­рах с ва­ми о Кры­ме упо­ми­нал, го­во­рил пря­мо: «Крым все-та­ки наш, от­дай­те!»?

— «От­дай­те» — не тре­бо­вал, но на­ста­и­вал: «Крым — это Рос­сия», и Гор­ба­чев в та­ком же ду­хе вы­ска­зы­вал­ся — я эту те­му со мно­ги­ми под­ни­мал. Ельцин, Гор­ба­чев, Чер­нен­ко, Ан­дро­пов — со­вер­шен­но раз­ные лю­ди, но в од­ном оди­на­ко­вы — им­пе­ри­а­ли­сты, то есть не от­да­вать тер­ри­то­рии долж­ны, а за­би­рать, при­чем не че­рез дис­кус­сию и убеж­де­ние, а си­лой, и при­мер с Кры­мом — то­му под­твер­жде­ние. Они все и се­го­дня счи­та­ют... Ну как счи­та­ют? Пу­тин офи­ци­аль­но за­яв­ля­ет, что Укра­и­на — неесте­ствен­ное го­су­дар­ство (это его сло­ва), и как та­ко­вое пер­спек­ти­вы оно не име­ет. Он и Ев­ро­пе го­во­рит: «За­чем вы с ни­ми свя­зы­ва­е­тесь? Это же непер­спек­тив­ное го­су­дар­ство. С на­ми ра­бо­тать на­до, а не с Укра­и­ной».

— То есть Ельцин то­же им­пер­ским, ве­ли­ко­дер­жав­ным рос­сий­ским шо­ви­ни­стом был? — Аб­со­лют­но! Все до еди­но­го! По­вто­ряю: там дру­гих нет. «В Рос­сии под­ход один — по­ко­ре­ние: Си­би­ри, Арк­ти­ки... Да­же со­дей­ствие в уста­нов­ле­нии ми­ра у них при­нуж­де­ни­ем на­зы­ва­ет­ся»

— То­гда та­кой во­прос: при Ель­цине в от­но­ше­ни­ях Рос­сии и Укра­и­ны мог­ло слу­чить­ся то, что мы пе­ре­жи­ва­ем сей­час?

— Нет. Ельцин им­пе­ри­а­ли­стом был, но от­чет­ли­во по­ни­мал, что мож­но, а что — ни в ко­ем слу­чае, где гра­ни­ца, где та чер­та, ко­то­рую пе­ре­хо­дить нель­зя. С Ель­ци­ным мож­но бы­ло до­го­во­рить­ся, и я об од­ном сво­ем те­ле­фон­ном раз­го­во­ре с ним о Чер­но­мор­ском фло­те рас­ска­жу. Те­ма очень слож­ная бы­ла — в Се­ва­сто­по­ле и при­ле­га­ю­щих ме­стах... — ...в Ба­ла­кла­ве, До­нуз­ла­ве и так да­лее...

— ...где флот со­сре­до­то­чен, очень опас­ное дви­же­ние на­ча­лось, непо­нят­но бы­ло, ко­му флот слу­жит. Мои кол­ле­ги и Вер­хов­ная Ра­да в том чис­ле го­во­ри­ли: «Лео­нид Ма­ка­ро­вич, флот на на­шей тер­ри­то­рии на­хо­дит­ся. При­чем ни­ка­ко­го до­ку­мен­та, до­го­во­ра, как это в меж­ду­на­род­ной прак­ти­ке при­ня­то, о том, что рос­сий­ский Чер­но­мор­ский флот в Укра­ине ба­зи­ру­ет­ся, нет. На­ша зем­ля — зна­чит и флот наш». Про­ве­дя кон­суль­та­ции, я при­нял ре­ше­ние и указ о под­чи­не­нии все­го Чер­но­мор­ско­го фло­та укра­ин­ско­му го­су­дар­ству из­дал. — Пред­ва­ри­тель­но это с Ель­ци­ным не об­су­див?

— Нет, и он, узнав об этом, свой указ под­пи­сал — о под­чи­не­нии все­го фло­та Рос­сии.

— По­ни­ма­ешь!..

— Да, и на фло­те чуть ли не бунт под­нял­ся. Од­ни ко­раб­ли Ан­дре­ев­ские фла­ги под­ня­ли, дру­гие — укра­ин­ские. Бо­лее то­го, один сто­ро­же­вик укра­ин­ский флаг под­нял и из Се­ва­сто­по­ля на Одес­су дви­нул­ся — его во­семь ча­сов пре­сле­до­ва­ли, по нему огонь ре­аль­ны­ми сна­ря­да­ми, а не про­сто бол­ван­ка­ми, от­кры­ли. — Ужас!

— То есть об­ста­нов­ка бы­ла близ­ка к от­кры­то­му кон­флик­ту — очень близ­ка. По­лу­чив ин­фор­ма­цию, Ель­ци­ну зво­ню: «Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич, та­кая вот си­ту­а­ция». Он недо­воль­но: «А вы что ду­ма­ли?» — «Ду­мал, что все хо­ро­шо бу­дет, по­сколь­ку мы с ва­ми до­ку­мент — До­го­вор о друж­бе и вза­и­мо­по­мо­щи — под­пи­са­ли, но речь сей­час не об этом, что-то же де­лать на­до». — «А вы что пред­ла­га­е­те?» — «На мой взгляд, — от­ве­чаю, — вы­ход та­кой: в один день мы с ва­ми ука­зы од­но­вре­мен­но от­ме­ня­ем: я — свой, вы — свой».

Ес­ли бы пре­зи­ден­том Пу­тин был и ему в та­кой си­ту­а­ции По­ро­шен­ко по­зво­нил бы, во-пер­вых, тот ни­че­го слу­шать не стал бы, аб­со­лют­но! — сра­зу огонь бы от­крыл. — Ну, все-та­ки вре­мя дру­гое бы­ло...

— Че­рез 10 ми­нут Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич мне зво­нит: «Я со­гла­сен: ука­зы мы от­ме­ня­ем и об­щее ре­ше­ние о на­зна­че­нии ко­ман­до­ва­ния Чер­но­мор­ским фло­том за под­пи­ся­ми двух пре­зи­ден­тов при­ни­ма­ем». Уни­каль­ный слу­чай!

Я, соб­ствен­но, к че­му ве­ду. С Ель­ци­ным, во-пер­вых, мож­но бы­ло го­во­рить, ему мож­но бы­ло до­ка­зы­вать. Он по­ни­мал, что кон­фликт в то вре­мя очень тя­же­лые по­след­ствия мог иметь, по­сколь­ку на тер­ри­то­рии Укра­и­ны ядер­ное ору­жие раз­ме­ща­лось: 176 меж­кон­ти­нен­таль­ных ра­кет, 1800 бо­е­го­ло­вок... Слу­шай, это же толь­ко в Укра­ине, по­это­му на ком­про­мисс он по­шел, а с Путиным раз­го­ва­ри­вать нель­зя — он дик­ту­ет, а не го­во­рит, де­кре­ти­ру­ет, а не со­ве­ту­ет­ся, у него все под ло­зун­гом: «Рос­сия тре­бу­ет, и это на­до де­лать!» Там же под­ход один — по­ко­ре­ние: Си­би­ри, Арк­ти­ки... Да­же со­дей­ствие в уста­нов­ле­нии ми­ра у них... — ...при­нуж­де­ни­ем на­зы­ва­ет­ся...

— Да, и тер­ми­но­ло­гия их с го­ло­вой вы­да­ет, ведь еще Ге­гель пи­сал, что тер­ми­но­ло­гия — суть фи­ло­со­фии и мыш­ле­ния, так вот, это мыш­ле­ние им­пер­ское... — ...и суть та же...

— Со­вер­шен­но вер­но. «То есть к те­бе до­мой при­шли, тво­их жен­щин на­си­лу­ют, а ты в от­вет дви­нуть как сле­ду­ет им не мо­жешь, а то про­во­ка­ция бу­дет!»

— Хо­чу вас те­перь как пер­во­го укра­ин­ско­го пре­зи­ден­та спро­сить, как че­ло­ве­ка, ко­то­рый на се­бя от­вет­ствен­ность за судь­бу всей стра- ны — на­ро­да и го­су­дар­ства — еди­но­лич­но брал. Мы хо­ро­шо пом­ним, как недав­ние со­бы­тия в Кры­му раз­ви­ва­лись: ми­тин­ги под сте­на­ми Вер­хов­но­го Со­ве­та ав­то­но­мии, «зе­ле­ные че­ло­веч­ки», ре­фе­рен­дум... Укра­ин­ские во­ен­ные, ко­то­рых очень мно­го на по­лу­ост­ро­ве бы­ло, в ка­зар­мах си­де­ли и ни­че­го ров­ным сче­том не пред­при­ни­ма­ли: «А где же при­каз?» — спра­ши­ва­ли. Им от­ве­ча­ли: «Жди­те, не вол­нуй­тесь, ско­ро бу­дет». Жди­те, жди­те, жди­те... — так Крым и сда­ли...

Се­го­дня уже ра­нее за­кры­тые до­ку­мен­ты за­се­да­ния СНБО об­на­ро­до­ва­ны, из ко­то­рых по­нят­но, что выс­шие укра­ин­ские долж­ност­ные ли­ца от­ста­и­вать Крым не хо­те­ли. Мне и до это­го рас­ска­зы­ва­ли, что пря­мо во вре­мя это­го за­се­да­ния спи­кер Го­с­ду­мы На­рыш­кин Тур­чи­но­ву по­зво­нил и пре­ду­пре­дил: ес­ли вы бу­де­те обо­ро­нять Крым и хо­тя бы один рос­си­я­нин по­гиб­нет, два па­ра­шют­но-де­сант­ных ба­та­льо­на ВДВ на Кре­ща­тик спу­стят­ся, всю ва­шу власть к чер­то­вой ма­те­ри пе­ре­бьют, и мы в Ки­е­ве бу­дем. На­сколь­ко это ре­аль­но и что как пре­зи­дент в та­кой си­ту­а­ции де­ла­ли бы вы: ста­ли бы обо­ро­нять Крым или точ­но так же, как ны­неш­ние вла­сти, от­да­ли бы?

— Ты зна­ешь, тут на­до немнож­ко, чуть-чуть в ис­то­рию вла­сти углу­бить­ся. Обыч­но к вла­сти лю­ди по­сте­пен­но идут, кадры вос­пи­ты­вая, пар­тию вы­стра­и­вая, си­стем­ный от­бор про­во­дя... — ...се­лек­цию...

— Да, то есть шаг за ша­гом го­то­вят­ся, и хо­тя ино­гда это мно­го вре­ме­ни за­ни­ма­ет, ре­зуль­тат оправ­ды­ва­ет за­тра­чен­ные уси­лия. Они опыт на­кап­ли­ва­ют, спе­ци­а­ли­стов всех ка­те­го­рий при­вле­ка­ют: и граж­дан­ских, и во­ен­ных — по­это­му, взяв власть, тут же ко­ман­ду со­здать мо­гут.

Что же про­изо­шло у нас? Власть на этих лю­дей как с неба упа­ла, а точ­нее, на них Май­дан ее бро­сил, по­то­му что они ту­да вы­шли и, на­до долж­ное крас­но­ре­чию их от­дать... — ...да, го­во­ри­ли кра­си­во...

— ...на се­бе мно­го ру­ба­шек по­рва­ли — кус­ки их, тряп­ки, на­вер­ное, где­то еще ва­ля­ют­ся. Ну а те, кто мас­со­вые про­те­сты на­чи­нал, в сто­ро­ну ото­шли и власть не взя­ли: опы­та управ­ле­ния стра­ной, мол, у нас нет, а у этих, у мик­ро­фо­на сто­я­щих, есть, и это же прав­да. По­ро­шен­ко ми­ни­стром ино­стран­ных дел, ми­ни­стром эко­но­ми­ки, сек­ре­та­рем Со­ве­та на­ци­о­наль­ной без­опас­но­сти и обо­ро­ны был, со все­ми пре­зи­ден­та­ми ра­бо­тал, кро­ме ме­ня, — со мною не до­ве­лось. Яце­нюк — пред­се­да­те­лем Вер­хов­ной Ра­ды яв­лял­ся, до это­го — ми­ни­стром эко­но­ми­ки и ми­ни­стром ино­стран­ных дел... — Ка­кие по­сты, в об­щем, толь­ко не за­ни­мал...

— Вот имен­но, то есть вкус вла­сти, как Хру­щев го­во­рил, они по­ни­ма­ли, и тер­ми­но­ло­гия у них очень пат­ри­о­тич­но-глу­бо­кая бы­ла, а ко­гда власть взя­ли и всю от­вет­ствен­ность по­лу­чи­ли,

вы­яс­ни­лось,ных си­стем­но, что от лю­дей,А до Я, под­го­тов­лен-сре­ди них не бы­ло при­ни­ма­тьи сей­час неко­му,нет. По­это­муведь это ре­ше­ния очень слож­но­под си­лу и — вряд осо­бен­но­ли од­но­му ес­ли че­ло­ве­ку­со­от­вет­ству­ю­щу­ю­про­гно­зы и ин­фор­ма­цию по­след­ствия емуне об­ри­со­ва-не да­ли, ли. нил... Ну, Он до­пу­стим,на эмо­ци­ях На­рыш­кин­мог ска­зать: поз­во- ес­ли это — сде­ла­ешь,Нет, он от я Пу­ти­на­те­бя... «при­вет» пе­ре­дал...— От Путина — это еще луч­ше, зна­чит, рен­но­сти та­ким рас­пи­сал­ся...об­ра­зом тот в сво­ей неуве

вам — предъ­явил,Ес­ли бы эту ко­лен­ки­угро­зу На­рыш­ки­ну вас за­тряс­лись— Нет, бы?у ме­ня на это один от­вет был бы: «Зна­е­те, на сво­ей зем­ле, в сво­ей стране я при­му то ре­ше­ние, ко­то­рое счи­таю нуж­ным». — И ка­кое при­ня­ли бы?

— Я бы при­ка­зал за­щи­щать Крым, во вся­ком слу­чае, из него не уходить, ни­ко­гда не дал бы на­шим ча­стям на по­лу­ост­ро­ве ко­ман­ды не обо­ро­нять­ся, не стре­лять... Как это: кто-то при­хо­дит и на­шим во­ен­ным в ли­цо плю­ет, а им го­во­рят: «Не стре­лять!» И ру­ко­вод­ство еще то, что от­по­ра они не да­ли, ге­ро­из­мом на­зва­ло... — Де­скать, на про­во­ка­цию не под­да­ва­лись...

— Ну то есть к те­бе до­мой при­шли, тво­их жен­щин на­си­лу­ют, а ты в от­вет дви­нуть как сле­ду­ет им не мо­жешь, а то про­во­ка­ция бу­дет! Слу­шай, тут уже во­прос, быть или не быть ре­ша­ет­ся, и ма­ло­душ­ни­чать нель­зя, ты дол­жен чет­ко по­след­ствия пред­став­лять: ес­ли то-то и то-то сде­ла­ешь, даль­ше как снежный ком все по­ка­тит­ся. Что по­сле Кры­ма про­изо­шло? Дон­басс по­лых­нул. По­вто­ряю: слож­ность это­го ре­ше­ния я по­ни­маю, но ино­го, на мой взгляд, не бы­ло и быть не мог­ло...

— С дру­гой сто­ро­ны, на по­лу­ост­ро­ве в со­ста­ве ар­мии, СБУ и ми­ли­ции мно­го кон­тракт­ни­ков­к­рым­чан слу­жи­ло. Они Украину мас­со­во пре­да­ва­ли, пе­ре­хо­ди­ли на сто­ро­ну ок­ку­пан­тов...

— Я се­бе от­чет от­даю, что там рос­сий­ские спец­служ­би­сты дей­ство­ва­ли, что Чер­но­мор­ский флот, ко­то­рый там ба­зи­ру­ет­ся, то­же свои во­ин­ские ча­сти имел, по­это­му ду­маю, что Крым сдать нам при­шлось бы — мы бы не усто­я­ли... — Все-та­ки...

— Да, но сда­ли бы его с бо­ем, а те­перь мир недо­уме­ва­ет: по­че­му вы его не за­щи­ща­ли? Все ведь уви­де­ли, что ни­ка­ко­го со­про­тив­ле­ния, ни­ка­ких по­пы­ток по­лу­ост­ров удер­жать не бы­ло — про­сто ушли, и все. Те­перь воз­вра­тить хо­ти­те? А че­го же ушли? То есть сам факт сда­чи в та­ком ва­ри­ан­те... — ...по­зор­ном...

— ...это нехо­ро­шо, и так же сквер­но се­го­дня на­ши во­ен­ные на Дон­бас­се вос­при­ни­ма­ют, ко­гда по ним стре­ля­ют, а Ки­ев им го­во­рит: «Не от­ве­чай­те!»

— На­сколь­ко, на ваш взгляд, вер­ны слу­хи о том, что за сда­чу Кры­ма без еди­но­го вы­стре­ла выс­шие долж­ност­ные ли­ца Укра­и­ны око­ло 15 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров яко­бы по­лу­чи­ли? — От ко­го? От Рос­сии?

— Ну да...

— Ду­маю, это фан­та­зия. Ес­ли бы что-то по­доб­ное бы­ло, Рос­сия уже на вто­рой день ска­за­ла бы: вот они (и фа­ми­лии пе­ре­чис­ли­ла бы) Крым про­да­ли. Кремль эту тай­ну не хра­нил бы, тем бо­лее что с Укра­и­ной как с го­су­дар­ством он не счи­та­ет­ся, пра­вя­щие кру­ги на­шей стра­ны фа­шист­ской... — ...хун­той на­зы­ва­ет...

— Да, хун­той, к вла­сти при­шед­шей чи­сто слу­чай­но. Ес­ли бы кто-то Крым за 15 мил­ли­ар­дов про­дал и ми­ру в этом не при­знал­ся: про­да­ли, мол, и все! — Укра­и­на как го­су­дар­ство су­ще­ство­вать пе­ре­ста­ла бы, для участ­ни­ков та­кой сдел­ки это по­след­ний день Пом­пеи был бы. — Без Укра­и­ны Крым, на ваш взгляд, вы­жи­вет?

ском— Ду­маю, ас­пек­те, нет при— в та­ком та­ком по­ли­ти­че- по­ли­ти­че­ском смо­жет. кур­сеВы же без ви­ди­те: Укра­и­ны Рос­си­яон жить сей­часне то ту­ри­сти­че­скимв во­ен­ную ба­зу цен­тро­ме­го пре­вра­тить,сде­лать хо­чет,то то по­лу­ост­ро­ва,есть в Крем­ле свя­зан­но­го стра­те­ги­ис Укра­и­ной раз­ви­тия пу­по­ви­ной,— там все за­вя­за­но:не име­ют. я Во­да,же не элек­три­ка слу­чай­но при­мер 53-го го­да при­вел.

— Су­дя по все­му, то же са­мое бу­дет...

— Ис­то­рия по­вто­рит­ся, — про­дол­жа­ет Лео­нид Кравчук, — или на­до та­кой бо­га­той стра­ной быть, как Со­еди­нен­ные Шта­ты, к при­ме­ру, и Крым Лас-Ве­га­сом сде­лать.

— И вбра­сы­вать, вбра­сы­вать, вбра­сы­вать...

— От­да­чи не бу­дет, ту­да толь­ко, как ты правильно ска­зал, вбра­сы­вать на­до, при­чем день­ги огром­ней­шие, но ка­кую-то тер­ри­то­рию в ЛасВе­гас пре­вра­тить ма­ло, к это­му еще и лю­ди лас-ве­гас­ские нуж­ны.

— А где же их взять?

— Вот! Столь­ко бо­га­тых! Да, без­услов­но, ми­ру две­ри от­крыть мож­но — ме­сто хо­ро­шее, лю­ди ту­да приезжать бу­дут, но то­гда это уже не во­е­ни­зи­ро­ван­ный Крым.

Име­на го­су­дар­ствен­ных де­я­те­лей, ко­то­рые свои зем­ли от за­хват­чи­ков не убе­рег­ли, ис­то­рия не со­хра­ни­ла — они в Ле­ту ка­ну­ли, из па­мя­ти по­том­ков стер­ты.

— Еще один важ­ный во­прос... Как мы зна­ем, жи­те­ли Дон­бас­са очень ан­ти­укра­ин­ски на­стро­е­ны, Украину, ее язык и то, что с ней свя­за­но, они нена­ви­дят...

— Не все, но боль­шин­ство...

— При­чем по­дав­ля­ю­щее, по­то­му что те, кто Украину лю­бит, кто вы­ехать мог, это уже сде­ла­ли... — Со­гла­сен.

— Не про­ще ли се­го­дня Укра­ине, ко­то­рая в Ев­ро­пу стре­мит­ся, ска­зать: «Хо­ро­шо, вре­мен­но мы от Дон­бас­са и Кры­ма от­ка­зы­ва­ем­ся». При этом всех, кто хо­чет от­ту­да уехать, за­би­ра­ем: жи­льем обес­пе­чи­ва­ем, ра­бо­ту да­ем и вме­сте с ни­ми кра­си­вую ев­ро­пей­скую стра­ну стро­им, и ес­ли вы, ре­бя­та с Дон­бас­са и из Кры­ма, на­шу жизнь со сво­ей срав­нив, на­зад по­том за­хо­ти­те, мы еще по­ду­ма­ем, сто­ит ли вас брать. Кста­ти, вы же Оле­ся Гон­ча­ра хо­ро­шо зна­ли?

— Ну, ко­неч­но.

— Ко­гда-то в од­ном из днев­ни­ков он на­пи­сал: «Дон­бас — це ра­ко­ва пух­ли­на, то вiдрi­ж­те йо­го, кинь­те в пель­ку iм­пе­рiї, хай по­да­вить­ся, бо ме­та­ста­зи за­ду­шать всю Украї­ну!»... Во­прос к вам как к пер­во­му пре­зи­ден­ту Укра­и­ны, от­цу укра­ин­ской неза­ви­си­мо­сти, для ко­то­ро­го сда­ча да­же од­но­го се­ла, я уве­рен, немыс­ли­ма, ис­клю­че­на: мо­жет, Укра­ине се­го­дня, что­бы со­хра­нить­ся, от Кры­ма и Дон­бас­са вре­мен­но от­ка­зать­ся?

— Это один из са­мых слож­ных во­про­сов сре­ди всех, за­дан­ных мне жур­на­ли­ста­ми и по­ли­ти­ка­ми за вре­мя пре­зи­дент­ства с бу­ла­вой и уже без бу­ла­вы. Зна­ешь, я над от­ве­том не ду­мал... Экс­промт здесь мо­жет быть очень нето­чен, но я не мо­гу сей­час по­про­сить: дай мне кни­ги, эн­цик­ло­пе­дии — на­до ис­то­рию по­изу­чать... Это мно­го вре­ме­ни зай­мет, а у нас ин­тер­вью пол­ным хо­дом идет — правильно? — по­это­му го­во­рить бу­ду экс­пром­том.

Ду­маю, эти сло­ва Оле­сем Те­рен­тье­ви­чем под дав­ле­ни­ем или под вли­я­ни­ем эмо­ций на­пи­са­ны.

— Про­сти­те, но Иван Драч мне их под­твер­дил, и ко­гда я эту идею нас­чет Кры­ма и Дон­бас­са озву­чил, ска­зал: «И я так счи­таю»...

— Ну, писатели ого­лен­ную нерв­ную си­сте­му име­ют, дей­стви­тель­ность сна­ча­ла эмо­ци­я­ми вос­при­ни­ма­ют, за­тем эмо­ции в сло­во пе­ре­ра­ба­ты­ва­ют, а по­том это сло­во бьет. Ло­ги­ка тут по­нят­на, но я же не пи­са­тель, а по­ли­тик, и вот что ска­жу. Ис­ти­на, Ди­ма, все­гда кон­крет­на. Вот мы Рос­сию име­ем, ко­то­рая офи­ци­аль­но, уста­ми Путина, за­яв­ля­ет, что глав­ная ее за­да­ча — им­пе­рию в рам­ках да­же не Со­вет­ско­го Со­ю­за, а цар­ской Рос­сии вос­ста­но­вить. Зна­чит, я так счи­таю: се­го­дня мы Крым и Дон­басс от­дать со­гла­ша­ем­ся, а че­рез ка­кое-то вре­мя...

—...за Одес­сой при­дут... —...Рос­сия даль­ше пой­дет. Мы к За­па­ду об­ра­ща­ем­ся: «Слу­шай­те, по­мо­гай­те, нас уже про­гло­тить хо­тят», а нам от­ве­ча­ют: «Ну, вы же от Кры­ма уже от­ка­за­лись — и от все­го осталь­но­го от­сту­пи­тесь». То есть за Дон­бас­сом Харь­ков по­сле­ду­ет... —...Одес­са, Хер­сон... —...Ни­ко­ла­ев, За­по­ро­жье, а по­че­му нет? Это же не Ма­ло­рос­сия, так от­дай­те и их.

Я к че­му ве­ду? Ни­ко­гда, ни при каких усло­ви­ях да­же клочком сво­ей тер­ри­то­рии поступаться нель­зя, и ес­ли ме­ня спросят: «Зем­лю от­дать или уме­реть?» — я выбираю по­след­нее. Да, смерть, по­то­му что ина­че ни­че­го не бу­дет: ни на­ро­да, ни на­ции, ни исто­рии — вы­жжен­ное по­ле оста­нет­ся. На­род как субъ­ект исто­рии су­ще­ство­вать пе­ре­ста­ет — вот что опас­но: не слу­чай­но же име­на ца­рей, го­су­дар­ствен­ных де­я­те­лей, ко­то­рые, я не знаю сколь­ко, но мно­же­ство ве­ков на­зад свои зем­ли от за­хват­чи­ков не убе­рег­ли, ис­то­рия не со­хра­ни­ла — они в Ле­ту ка­ну­ли, из па­мя­ти по­том­ков стер­ты.

Зем­ли, по­вто­ряю, от­да­вать нель­зя, пра­ва на это ни пре­зи­дент, ни Вер­хов­ная Ра­да не име­ют. Вы­не­си се­го­дня на укра­ин­ский ре­фе­рен­дум этот во­прос, и я убеж­ден: 85, а то и 90 про­цен­тов участ­ни­ков ска­жут: ни пя­ди зем­ли не от­да­вать! Нам тя­же­ло, но мы долж­ны дер­жать­ся!

— А ес­ли лю­дей на ре­фе­рен­ду­ме спро­сить: го­то­вы ли вы, что­бы ва­ши де­ти, му­жья и от­цы уми­ра­ли, по­ги­ба­ли за Дон­басс или нет? — что они, по-ва­ше­му, от­ве­тят?

— Ду­маю, боль­шин­ство ска­жут: го­то­вы! На­при­мер, вся моя се­мья бу­дет еди­но­душ­на: го­то­вы!

По сло­вам Лео­ни­да Крав­чу­ка, лю­бой пра­ви­тель мо­жет под­дать­ся ис­ку­ше­нию и стать дик­та­то­ром

3 ав­гу­ста 1992 го­да Бо­рис Ельцин и Лео­нид Кравчук во вре­мя под­пи­са­ния со­гла­ше­ния о том, что во­прос раз­де­ла Чер­но­мор­ско­го фло­та СССР бу­дет ре­шен в те­че­ние трех лет

НАЕДИНЕ СО ВСЕ­МИ Пре­зи­ден­ты Укра­и­ны (сле­ва на­пра­во) Вик­тор Ющен­ко, Лео­нид Куч­ма, Лео­нид Кравчук во вре­мя ина­у­гу­ра­ции пре­зи­ден­та Пет­ра По­ро­шен­ко. 7 июня 2014 го­да

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.