МИ­ХА­ИЛ ИЛЬЕНКО: «ИС­ТО­РИЮ ГЕ­РОЯ КАР­ТИ­НЫ «ТОЙХТОПРОЙШОВКРІЗЬВОГОНЬ» Я УЗНАЛ ЕЩЕ В 1967 ГО­ДУ, БУ­ДУЧИ СТУДЕНТОМ ВГИКа»

Вче­ра из­вест­ный укра­ин­ский ре­жис­сер от­ме­тил 70 лет

Fakty i kommentarii - - О ВРЕМЕНИ И О СЕБЕ - Та­и­сия БАХАРЕВА

Ми­ха­ил Ильенко с дет­ства знал, что ста­нет ре­жис­се­ром. Вслед за стар­ши­ми бра­тья­ми Ва­ди­мом и Юри­ем он по­сту­пил во ВГИК, а за­тем пе­ре­брал­ся из Моск­вы в Ки­ев. Ми­ха­ил Геор­ги­е­вич го­во­рит, что ни­ко­гда не по­ки­нул бы Укра­и­ну, по­то­му что имен­но здесь на­хо­дит ис­точ­ни­ки для вдох­но­ве­ния. Ильенко снял бо­лее де­ся­ти кар­тин. «Ожи­дая груз на рей­де Фучжоу воз­ле па­го­ды» и «Седь­мой марш­рут» уже ста­ли клас­си­кой укра­ин­ско­го ки­но. Его ра­бо­та «ТойХтоПройшовКрізьВогонь» по­лу­чи­ла глав­ный приз тре­тье­го Меж­ду­на­род­но­го ки­но­фе­сти­ва­ля в Ки­е­ве и бы­ла вы­дви­ну­та от Укра­и­ны на пре­мию «Оскар». Прав­да, ра­бо­та всей жиз­ни ре­жис­се­ра — кар­ти­на «То­ло­ка» по сти­хо­тво­ре­нию Та­ра­са Шев­чен­ко «У тiєї Ка­те­ри­ни ха­та на по­мо­стi» — до сих пор так и не сня­та. Фильм при­оста­нов­лен че­ты­ре го­да на­зад, и Ми­ха­ил Ильенко го­во­рит, что до сих пор меч­та­ет до­ве­сти съем­ки до кон­ца.

«В то вре­мя нель­зя бы­ло про­сто снять ки­но, при­хо­ди­лось про­хо­дить все кру­ги ада»

— При­зна­юсь, на­ка­нуне сво­е­го юби­лея я со­вер­ше­но о нем не ду­мал, — го­во­рит Ми­ха­ил Ге­ра­си­мо­вич. — А ко­гда вспом­нил, бы­ло уже позд­но устра­и­вать ка­кие-то бан­ке­ты. По­это­му вме­сте с дру­зья­ми и близ­ки­ми со­бра­лись у ме­ня на да­че. Кста­ти, свой ма­лень­кий до­мик я по­стро­ил сам. А на­ка­нуне тра­ди­ци­он­но про­шел ки­но­фе­сти­валь «Від­кри­та ніч», ко­то­рый я устра­и­ваю уже два­дца­тый раз. Что­бы его про­ве­сти, при­шлось ре­шать слиш­ком мно­го во­про­сов. К то­му же это бы­ло вре­мя на­ча­ла всту­пи­тель­ной кам­па­нии в те­ат­раль­ном уни­вер­си­те­те, в ко­то­ром я пре­по­даю. Зна­е­те, мне ка­жет­ся, что по­след­ние 25 лет я, не оста­нав­ли­ва­ясь, ку­да-то бе­гу. Но это­му есть объ­яс­не­ние: все филь­мы, ко­то­рые я снял по­сле 1991 го­да, жда­ли сво­ей оче­ре­ди очень дав­но. Неко­то­рые чуть ли не пол­ве­ка.

— По­че­му вам не да­ва­ли снимать?

— Мы ведь жи­ли в стране с осо­бен­ным ре­жи­мом. Я пом­ню, как об­хо­дил ка­би­нет за ка­би­не­том со сце­на­ри­ем сво­е­го фильма «Фучжоу». В то вре­мя нель­зя бы­ло про­сто снять ки­но, надо бы­ло прой­ти все кру­ги ада. Сна­ча­ла я утвер­дил сце­на­рий «Фучжоу» на Ки­но­сту­дии име­ни До­в­жен­ко, по­том об­ра­тил­ся в Го­с­ки­но Укра­и­ны, где кар­ти­ну при­ня­ли до­воль­но сдер­жан­но. Фильм был со­вер­шен­но не в клю­че идео­ло­гии Ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии. К то­му же ге­рой был укра­ин­цем, а глав­ны­ми по­ло­жи­тель­ны­ми пер­со­на­жа­ми в то вре­мя мог­ли быть толь­ко рус­ские. У ме­ня до сих пор со­хра­ни­лось пись­мо из Го­с­ки­но СССР, в ко­то­ром все­го не­сколь­ко слов: «Спа­си­бо, но ваш фильм не впи­сы­ва­ет­ся в наш те­ма­ти­че­ский план». Так мне пи­са­ли и по по­во­ду «Седь­мо­го марш­ру­та».

Кста­ти, история кар­ти­ны «ТойХтоПройшовКрізьВогонь» на­ча­лась еще в 1967 го­ду. Имен­но то­гда рас­ска­за­ли мне ее пред­ста­ви­те­ли де­ле­га­ции, вер­нув­ши­е­ся с вы­став­ки «Мон­ре­аль-67». Я был еще студентом и пом­ню, как на Ки­но­сту­дии име­ни До­в­жен­ко мно­гие ре­жис­се­ры хо­те­ли экра­ни­зи­ро­вать эту ис­то­рию. Но при этом все по­ни­ма­ли, что снимать фильм о Ге­рое Со­вет­ско­го Со­ю­за, укра­ин­це, ко­то­рый про­шел путь от бо­е­во­го лет­чи­ка до во­ждя ин­дей­ско­го пле­ме­ни, ни­кто не даст.

— Вы так и не ста­ли чле­ном ком­пар­тии, хо­тя это на­вер­ня­ка об­лег­чи­ло бы ва­шу судь­бу в ки­но.

— В ка­ком-то смыс­ле, без­услов­но, это бы мне по­мог­ло. Мой брат Юрий Ильенко был чле­ном пар­тии, но я не могу ска­зать, что это от­кры­ва­ло пе­ред ним все две­ри. Мне не­сколь­ко раз пред­ла­га­ли всту­пить в пар­тию, но я каж­дый раз от­ка­зы­вал­ся. Ни­ко­гда не рас­смат­ри­вал для се­бя та­кую воз­мож­ность. Это не в мо­ем ха­рак­те­ре, хо­тя я по­ни­маю, что в неко­то­рых во­про­сах пар­тий­ный би­лет, ко­неч­но, мне бы не по­ме­шал. Ко­гда бы­ло со­всем тя­же­ло, я по­нял, что близ­кие лю­ди и же­на на­мно­го на­деж­нее, чем ка­кая-то пар­тия. У ме­ня бы­ли дол­гие го­ды про­стоя, ко­гда не да­ва­ли снимать ки­но. А вы­жи­вать се­мье надо, у нас уже бы­ла дочь. Это труд­ное ис­пы­та­ние, ко­то­рое нам при­шлось прой­ти. Деньги за преды­ду­щий фильм бы­ли по­тра­че­ны, при­хо­ди­лось вле­зать в дол­ги, по­том ждать за­пус­ка сле­ду­ю­ще­го про­ек­та, и так вновь по кру­гу.

— Вас три бра­та. По­мо­га­ли друг дру­гу?

— Ко­неч­но. У нас бы­ли осо­бые от­но­ше­ние. И это ка­са­лось не толь­ко фи­нан­со­вой под­держ­ки, но и ду­хов­но­го род­ства. По боль­шо­му сче­ту, они ста­ли мо­и­ми пер­вы­ми учи­те­ля­ми в про­фес­сии. По су­ти, я вы­рос в окру­же­нии ки­но. В на­шем до­ме ча­сто про­хо­ди­ли бур­ные об­суж­де­ния, про­смот­ры филь­мов. Я был са­мым млад­шим из де­тей. С Ва­ди­мом у ме­ня до­ста­точ­но боль­шая раз­ни­ца в воз­расте — 16 лет. А вот с Юри­ем мы бы­ли бо­лее близ­ки.

«Да­же ес­ли не бы­ло по­во­да, Юра непре­мен­но ис­кал, с кем бы ему по­со­рев­но­вать­ся»

— Как по­лу­чи­лось, что в се­мье ин­же­не­ра вы­рос­ли три за­ме­ча­тель­ных ки­не­ма­то­гра­фи­ста?

— Наш отец был очень твор­че­ским че­ло­ве­ком. Его под­ход к ин­же­нер­но­му де­лу ча­сто был па­ра­док­саль­ным. Ко­гда он стро­ил да­чу под Моск­вой, то со­се­ди при­хо­ди­ли смот­реть на нов­ше­ства и ма­те­ри­а­лы, ко­то­рые он ис­поль­зо­вал. В ход шло все, вплоть до ста­рых та­бу­ре­ток, ко­то­рые ис­поль­зо­ва­лись в ка­че­стве стро­и­тель­но­го ма­те­ри­а­ла. К ре­ше­нию лю­бо­го во­про­са он не мог под­хо­дить тра­ди­ци­он­ным ме­то­дом. Каж­дый раз изоб­ре­тал свой ве­ло­си­пед.

У па­пы на да­че бы­ло че­ты­ре улья. По­сле дол­го­го изу­че­ния их стро­е­ния он изоб­рел свой ме­тод по­строй­ки ульев. И да­же пы­тал­ся его за­па­тен­то­вать. К со­жа­ле­нию, сде­лать это ему так и не уда­лось, но сам он с удо­воль­стви­ем поль­зо­вал­ся сво­им изоб­ре­те­ни­ем. На­ша ма­ма пре­крас­но ри­со­ва­ла, при­чем та­лант у нее был от Бо­га, она ни­ко­гда не учи­лась ху­до­же­ствен­но­му ре­ме­с­лу. Так же кра­си­во она вы­ши­ва­ла. Ее любовь к жи­во­пи­си пе­ре­да­лась и нам, тро­им сы­но­вьям. Я се­рьез­но за­ни­мал­ся гра­фи­кой, но по­том вы­брал ки­но.

— Пер­вым в эту про­фес­сию при­шел стар­ший из бра­тьев Ильенко Ва­дим.

— Он се­рьез­но ин­те­ре­со­вал­ся фо­то­гра­фи­ей. Отец ку­пил Ва­ди­му фо­то­ап­па­рат, с ко­то­рым тот не рас­ста­вал­ся. По­сле шко­лы брат за­про­сто по­сту­пил во ВГИК, по­ло­жив на­ча­ло на­шей ди­на­стии. Юра не хо­тел от­ста­вать от бра­та. В его ха­рак­те­ре все­гда был дух со­пер­ни­че­ства. Да­же ес­ли не бы­ло по­во­да, Юра непре­мен­но ис­кал, с кем бы ему по­со­рев­но­вать­ся.

Чест­но го­во­ря, ко­гда Юра за­кон­чил шко­лу, он чет­ко не пред­став­лял, кем ему хо­чет­ся стать. Ро­ди­те­ли да­же по­пре­ка­ли его этим. В кон­це кон­цов ре­шил по­сту­пать в ар­хи­тек­тур­ный ин­сти­тут, но про­ва­лил­ся. Гля­дя на бра­та, на­чал фо­то­гра­фи­ро­вать, се­рьез­но за­нял­ся жи­во­пи­сью и успеш­но по­сту­пил во ВГИК на опе­ра­тор­ский фа­куль­тет. Мне бы­ло, на­вер­ное, лет 12, ко­гда я ре­шил, что по­ни­маю в ки­но на­мно­го боль­ше, чем мои бра­тья вме­сте взя­тые. Я за­хо­тел стать ре­жис­се­ром, ме­ня это на­столь­ко увлек­ло, что ди­лем­мы, кем быть, пе­ре­до мной ни­ко­гда не сто­я­ло.

— К то­му вре­ме­ни, ко­гда вы по­сту­пи­ли во ВГИК, ва­ша се­мья уже жи­ла в Москве. Как уда­лось пе­ре­брать­ся в сто­ли­цу Укра­и­ны?

— Это был до­ста­точ­но слож­ный вы­бор. Но ро­ди­те­ли по­ни­ма­ли, что де­тям надо дать хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние, а вре­мя по­сле вой­ны бы­ло до­ста­точ­но слож­ным. Па­па устро­ил­ся ин­же­не­ром на за­вод шла­ко­ва­ты — до­ста­точ­но вред­ную для здо­ро­вья ра­бо­ту. Квар­ти­ру ро­ди­те­лям не дали, они жи­ли в од­ном из мно­го­чис­лен­ных ба­ра­ков для ра­бот­ни­ков. Это был тя­же­лый для нас пе­ри­од. Но я пом­ню Моск­ву толь­ко с пер­во­го клас­са шко­лы. Я был до­ста­точ­но сла­бым ре­бен­ком, жизнь в ба­ра­ке вре­ди­ла мо­е­му здо­ро­вью, и ме­ня от­пра­ви­ли к де­душ­ке с ба­буш­кой в се­ло, на­хо­дя­ще­е­ся в Чер­кас­ской об­ла­сти. У них был ого­род, сад и неболь­шая па­се­ка. По су­ти, ро­дил­ся я в Москве, но все дет­ство про­вел в Укра­ине. Ко­гда по­шел в пер­вый класс, отец на­шел но­вую ра­бо­ту, нам дали неболь­шую ком­нат­ку в ком­му­наль­ной квар­ти­ре. В это вре­мя Ва­дим уже на­чал ра­бо­тать, а Юра стал учить­ся во ВГИКе.

— Вы за­кон­чи­ли ма­стер­скую из­вест­но­го ре­жис­се­ра Ми­ха­и­ла Ром­ма. Ка­ким вы его за­пом­ни­ли?

— Ромм был уже в со­лид­ном воз­расте и пло­хо се­бя чув­ство­вал. К то­му вре­ме­ни он пе­ре­нес не­сколь­ко ин­фарк­тов. Ко­неч­но, для нас, сту­ден­тов, он был ле­ген­дой. Пом­ню, как за­хо­дил в ауди­то­рию, са­дил­ся на стул, до­ста­вал из кар­ма­на си­га­ре­ту и за­тя­ги­вал­ся. Эту «рос­кошь» поз­во­ля­ли толь­ко Ми­ха­и­лу Ром­му. На нас, сту­ден­тов, он смот­рел немно­го лу­ка­во, усме­ха­ясь, буд­то мы ве­се­ли­ли его сво­ей неком­пе­тент­но­стью. Ромм да­же не пре­по­да­вал нам, он по­гру­жал в свой, со­вер­шен­но фан­та­сти­че­ский, мир. Это бы­ли не лек­ции, а ско­рее, за­хва­ты­ва­ю­щие ис­то­рии о его жиз­ни.

Пом­ню, он рас­ска­зы­вал о том, как вы­учил фран­цуз­ский язык. Го­во­рил, что взял­ся за него, что­бы чи­тать в под­лин­ни­ке фран­цуз­ских клас­си­ков, ку­пил се­бе учеб­ник и сло­варь — все, на что у него хва­ти­ло де­нег. В ка­кой-то мо­мент, рас­ска­зы­вал Ромм, он ощу­тил, что мо­жет чи­тать да­же слож­ные тек­сты на фран­цуз­ском язы­ке. И за­по­ем про­чи­тал все, что бы­ло до­ступ­но то­гда на фран­цуз­ском.

Од­на­ж­ды он встре­тил оча­ро­ва­тель­ную фран­цуз­скую де­вуш­ку, ко­то­рая про­из­ве­ла на него боль­шое впе­чат­ле­ние. Он за­хо­тел по­зна­ко­мить­ся, по­нра­вить­ся ей. При пер­вом удоб­ном слу­чае об­ра­тил­ся к де­вуш­ке на фран­цуз­ском язы­ке и уви­дел, что она шо­ки­ро­ва­на его ре­чью. Вс­по­ми­нал, как его на­ча­ло бро­сать то в жар, то в хо­лод. В кон­це кон­цов по­сле дол­го­го раз­би­ра­тель­ства он по­нял, по­че­му кра­сот­ка бы­ла так удив­ле­на. Ока­за­лось, Ромм про­из­но­сит все бук­вы, из ко­то­рых со­сто­ит сло­во, а во фран­цуз­ском язы­ке две тре­ти букв во­об­ще не вы­го­ва­ри­ва­ют­ся. По­это­му, ко­гда де­вуш­ка слу­ша­ла Ром­ма, это бы­ла сплош­ная аб­ра­ка­даб­ра, хо­тя и зна­ко­мая ей. К со­жа­ле­ние, с этой фран­цу­жен­кой у Ром­ма ни­че­го не сло­жи­лось. Толь­ко со вре­ме­нем я по­нял, за­чем ре­жис­сер рас­ска­зы­вал нам эту ис­то­рию. Ки­но — это та же фран­цу­жен­ка, овла­деть ко­то­рой нель­зя лишь с по­мо­щью зна­ния азов.

«Хо­чу на­чать снимать «То­ло­ку» с ну­ля»

— Из­вест­но, что вы сыг­ра­ли од­ну из ро­лей в кар­тине Юрия Ильенко «Бе­лая пти­ца с чер­ной от­ме­ти­ной».

— Это про­изо­шло со­вер­шен­но слу­чай­но. Я при­е­хал на съем­ки «Бе­лой пти­цы» на прак­ти­ку. Ра­бо­та над кар­ти­ной шла очень тя­же­ло, фильм не­сколь­ко раз оста­нав­ли­ва­ли, Юрий нерв­ни­чал. Я по­явил­ся, ко­гда вновь ста­ли снимать, но актера, ко­то­рый дол­жен был иг­рать роль Геор­гия Зво­на­ря, в это вре­мя на пло­щад­ке не бы­ло. Пом­ню, ко мне по­до­шел Юра и про­сто ска­зал: «Пе­ре­оде­вай­ся, сей­час ты бу­дешь в кад­ре». Так все и про­изо­шло. Сла­ва Бо­гу, во ВГИКе ре­жис­се­рам до­ста­точ­но се­рьез­но пре­по­да­ва­ли ак­тер­ское ма­стер­ство. Это был един­ствен­ный раз, ко­гда я сни­мал­ся у бра­та. Ко­гда Юра ра­бо­тал над кар­ти­ной «Те­ни за­бы­тых пред­ков», я еще учил­ся в шко­ле.

В на­шей се­мье ак­тив­но об­суж­да­лись все твор­че­ские успе­хи бра­тьев. Осо­бен­но пе­ре­жи­вал па­па. Я лишь пом­ню, как все го­во­ри­ли, что Юра сни­ма­ет ка­кой-то ми­сти­че­ский фильм, ре­жис­сер ко­то­ро­го еще ма­ло ко­му из­ве­стен. К то­му вре­ме­ни Сер­гей Па­ра­джа­нов уже снял не­сколь­ко филь­мов, но в них ему яв­но бы­ло «тес­но». Юра же был явным бун­та­рем — ему не хо­те­лось по­пасть в со­вет­скую твор­че­скую мя­со­руб­ку. Соб­ствен­но, на этом он и со­шел­ся с Па­ра­джа­но­вым. Сер­гей хо­тел вы­рвать­ся из «мя­со­руб­ки», а Юра ни за что не же­лал ту­да по­пасть.

— Ки­но сде­ла­ло вас бо­га­тым че­ло­ве­ком?

— Что вы! Я все про­дол­жаю на­де­ять­ся, что это ко­г­да­ни­будь про­изой­дет. Но сей­час фи­нан­со­вые во­про­сы хо­ро­шо ре­ша­ют­ся толь­ко, по­жа­луй, у со­зда­те­лей се­ри­а­лов. С боль­шим ки­но го­раз­до слож­нее. Уже че­ты­ре го­да как за­мо­ро­же­ны съем­ки мо­ей кар­ти­ны «То­ло­ка». Я че­ло­век, трез­во смот­ря­щий на жизнь, по­это­му по­ни­маю, что та­кой срок несов­ме­стим с жиз­нью кар­ти­ны. К то­му же ушел из жиз­ни один из глав­ных ге­ро­ев фильма, ак­тер Ви­та­лий Ли­нец­кий. Ес­ли вы ме­ня спро­си­те, о чем сей­час меч­таю, от­ве­чу, что хо­чу на­чать снимать «То­ло­ку» с ну­ля. Не могу оста­вить эту идею, по­то­му что ду­маю о ней, на­чи­ная с 1967 го­да. Лишь в 2004 го­ду мне уда­лось за­пу­стить­ся с этой кар­ти­ной. По­том ее оста­но­ви­ли и за­пу­сти­ли вновь в 2013-м. Мне ка­за­лось, что все по­лу­чит­ся, но жизнь рас­по­ря­жа­ет­ся ина­че.

— По­лу­ча­ет­ся, вы сей­час вновь в твор­че­ском про­стое?

— За­ни­ма­юсь дву­мя до­ку­мен­таль­ны­ми про­ек­та­ми. При­чем без фи­нан­си­ро­ва­ния извне. Пер­вый рас­ска­зы­ва­ет о съем­ках кар­ти­ны «ТойХтоПройшовКрізьВогонь» и о по­езд­ках к на­шим бой­цам на во­сток Укра­и­ны. Вто­рая история о мо­их бра­тьях. Мне есть о чем вспом­нить, рас­ска­зать, что­бы это оста­лось для по­том­ков.

Ми­ха­ил Ильенко го­во­рит, что быть ре­жис­се­ром меч­тал еще с дет­ства

ге­роя Ива­на До­до­ку в филь­ме Глав­но­го сыг­рал Дмит­рий Ли­нар­то­вич «ТойХтоПройшовКрізьВогонь»

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.