Олег Фи­ли­мо­нов: «На рос­сий­ском те­ле­ви­де­нии нас не лю­би­ли. Но ру­ко­во­ди­тель мо­ло­деж­ной про­грам­мы все­гда го­во­рил: «Что де­лать с «Джентль­мен-шоу»? Они да­ют по трид­цать ты­сяч дол­ла­ров за ми­ну­ту ре­кла­мы!»

Из­вест­ный ак­тер, шо­умен со­би­ра­ет­ся от­крыть ре­сто­ран, в ко­то­ром сам бу­дет ино­гда го­то­вить

Fakty i kommentarii - - ГОЛОВНА СТОРІНКА - Та­и­сия БАХАРЕВА

«Я ни­ку­да не хо­тел ехать из Одес­сы. То, что я пат­ри­от это­го ме­ста, по­нял, толь­ко ко­гда на­ча­лись со­бы­тия на во­сто­ке стра­ны. Я все­гда был со­вер­шен­но не по­ли­ти­зи­ро­ван­ный че­ло­век. Но ко­гда на­чал вы­сту­пать в гос­пи­та­лях и при­гла­шать мо­ло­дых ра­не­ных, кон­ту­же­ных ре­бят на свои спек­так­ли, об­щать­ся с ни­ми, осо­знал, что не смо­гу по­ки­нуть стра­ну». Из­вест­ный ак­тер, шо­умен со­би­ра­ет­ся от­крыть ре­сто­ран, в ко­то­ром сам бу­дет ино­гда го­то­вить.

Олег Фи­ли­мо­нов при­зна­ет­ся, что се­го­дня самое боль­шое удо­воль­ствие по­лу­ча­ет от те­ат­раль­ной сце­ны. Несколь­ко лет на­зад он стал иг­рать ан­тре­при­зы в театре, с ко­то­рым га­стро­ли­ру­ет по Укра­ине и да­ет в Одес­се бла­го­тво­ри­тель­ные кон­цер­ты для участ­ни­ков бо­е­вых дей­ствий. Олег Ни­ко­ла­е­вич на­зы­ва­ет се­бя пат­ри­о­том, при­зна­ва­ясь, что по­чув­ство­вал это лишь с на­ча­лом вой­ны.

Зри­те­ли впер­вые узна­ли Фи­ли­мо­но­ва бо­лее трид­ца­ти лет на­зад. То­гда ко­ман­да КВН «Одес­ские джентль­ме­ны» по­ка­за­ла па­ро­дию на фильм «Ме­сто встре­чи из­ме­нить нель­зя», где Олег Ни­ко­ла­е­вич сыг­рал Гор­ба­то­го, гла­ву ре­монт­ной бри­га­ды те­ле­ате­лье «Чер­но-бе­лая кош­ка». К то­му вре­ме­ни Фи­ли­мо­нов уже пре­по­да­вал в Одес­ском го­су­дар­ствен­ном уни­вер­си­те­те и го­то­вил­ся к за­щи­те док­тор­ской дис­сер­та­ции по фи­ло­ло­гии. Но на­у­ка так и не ста­ла его по­сто­ян­ным за­ня­ти­ем. Сна­ча­ла уча­стие в КВН, по­том «Джентль­мен-шоу», «Ка­ме­ра сме­ха» и те­перь — те­атр. Есть у Оле­га Фи­ли­мо­но­ва еще од­на страсть — ку­ли­на­рия. Дру­зья на­зы­ва­ют его «ка­шпи­ров­ским по мя­су».

«Ко­гда ба­буш­ка го­то­ви­ла, то все­гда ме­ня зва­ла: «Смот­ри, Оле­жек, те­бе это мо­жет при­го­дить­ся»

— Прав­да, что со­би­ра­е­тесь от­кры­вать ре­сто­ран?

— Это меч­та, ко­то­рую пол­но­стью ре­а­ли­зую то­гда, ко­гда за­кон­чу все ви­ды де­я­тель­но­сти. Я ре­аль­но очень вкус­но го­тов­лю. У ме­ня есть то­ва­рищ с се­рьез­ны­ми фи­нан­со­вы­ми воз­мож­но­стя­ми, то­же хо­ро­ший ку­ли­нар. Од­на­жды мы с ним хо­ро­шо вы­пи­ли и ре­ши­ли, что от­кро­ем ма­лень­кий ре­сто­ран­чик, где бу­дем са­ми пе­ри­о­ди­че­ски го­то­вить. Это про­сто для кай­фа — блю­да от Фи­ли­мо­но­ва и Чи­стя­ко­ва. К то­му же я еще бу­ду петь, иг­рать на ги­та­ре. Та­кой ре­сто­ран на несколь­ко сто­ли­ков, для сво­их.

— Ва­ше фир­мен­ное блю­до?

— Ме­ня на­зы­ва­ют «ка­шпи­ров­ским по мя­су». Я очень люб­лю су­пы. Пре­крас­но ва­рю хар­чо, со­лян­ку, все­воз­мож­ные крем-су­пы, го­тов­лю цып­лят.

— От ко­го у вас ку­ли­нар­ные спо­соб­но­сти? — От ба­буш­ки. Ро­ди­те­ли ра­бо­та­ли, и я ча­сто оста­вал­ся с ба­буш­кой. Она го­то­ви­ла по­тря­са­ю­ще! И ко­гда что-то де­ла­ла, то все­гда ме­ня зва­ла и го­во­ри­ла: «Смот­ри, Оле­жек, те­бе это мо­жет при­го­дить­ся». И раз­ре­ша­ла ме­сить те­сто, де­лать ик­ру из си­нень­ких. Кста­ти, я да­же умею го­то­вить фар­ши­ро­ван­ную ры­бу.

— Знаю, что вы пря­мо с от­ды­ха от­пра­ви­лись на га­стро­ли. Где на­би­ра­лись сил?

— В Ита­лии, в Тос­кане. Это мое лю­би­мое ме­сто уже на про­тя­же­нии ше­сти лет. Мы еха­ли боль­шой ком­па­ни­ей — три па­ры. Сни­ма­ли апар­та­мен­ты в са­мом цен­тре го­ро­да. Вы­хо­дишь и пря­мо, из­ви­ни­те, упи­ра­ешь­ся в зад «Да­ви­ду» Ми­ке­лан­дже­ло. Со­про­вож­дал нас в по­езд­ке мой боль­шой друг Юрий

Бу­жор — из­вест­ный гид, вы­пу­стив­ший кни­гу «Моя Ита­лия». И мы с ним объ­ез­ди­ли всю Тос­ка­ну, по­смот­ре­ли ее, что на­зы­ва­ет­ся, из­нут­ри. Это бы­ло по­тря­са­ю­ще! Ко­неч­но, не от­ка­зы­ва­ли се­бе в тра­ди­ци­он­ной ита­льян­ской еде.

Сей­час, кста­ти, там вре­мя трю­фе­лей. — По-бо­га­то­му. — Ну, мы же не бра­ли трю­фе­ли це­лы­ми кус­ка­ми. За­ка­зы­ва­ли пас­ту или мо­ца­рел­лу буф­фа­ло с «ле­пест­ка­ми» трю­фе­лей. Это бы­ла не столь­ко еда, сколь­ко уди­ви­тель­ный аро­мат гри­бов. Во Фло­рен­ции есть на­хо­дя­щий­ся на­про­тив те­ат­ра Вер­ди ре­сто­ран, с хо­зяй­кой ко­то­ро­го мы зна­ко­мы уже шесть лет. При­ез­жая, все­гда обе­да­ем у нее. Бе­рем зна­ме­ни­тый фло­рен­тий­ский стейк и за­пи­ва­ем его кьян­ти.

— Сколь­ко лиш­них ки­ло­грам­мов при­вез­ли?

— Три. Утром по­сле при­ез­да стал на ве­сы — и, о ужас! Но ни­че­го. На­чи­на­ют­ся ре­пе­ти­ции но­во­го спек­так­ля, там я с лег­ко­стью вес и по­те­ряю. Мы бы­ли в Ита­лии де­сять дней, и, чест­но го­во­ря, под ко­нец уже хо­те­лось до­мой. Слиш­ком мно­гое уви­де­ли и нема­ло съе­ли.

«Сей­час у ме­ня главное — те­атр»

— Что ку­пи­ли для се­бя?

— Ку­пил смо­кинг. В Ита­лии это зна­чи­тель­но де­шев­ле, чем у нас. Осо­бен­но ес­ли речь идет о фир­мен­ной ве­щи. Смо­кинг — моя ра­бо­чая одеж­да, по­это­му я на этом не эко­ном­лю. Сей­час у ме­ня че­ты­ре смо­кин­га: Зин­те­ли, Ар­ма­ни, Ка­на­ли и те­перь Хью­го Босс. Мо­дель не при­та­лен­ная, мое пу­зо как раз по­ме­сти­лось.

— Пом­ни­те свой пер­вый смо­кинг?

— Я на­дел его на первую це­ре­мо­нию «Тэф­фи» в 1996 го­ду — нас на­граж­да­ли за «Джентль­мен-шоу». По дресс-ко­ду по­ла­га­лось быть в смо­кин­ге. Я ку­пил его в Одес­се. Ита­льян­ской фир­мы Рой Роб­сон, а к нему еще и туфли ла­ки­ро­ван­ные. И по­ехал в Моск­ву.

— Ску­ча­е­те по то­му вре­ме­ни?

— Ско­рее по мо­ло­до­сти, по ощу­ще­ни­ям, ко­гда ни­че­го не бо­ле­ло. Зна­е­те, как у нас в но­вом спек­так­ле на­пи­са­но: «Ко­гда те­бе два­дцать, всю ночь пьешь, гу­ля­ешь, а утром вста­ешь, как ни в чем не бы­ва­ло. В трид­цать — пьешь, гу­ля­ешь, черт те чем за­ни­ма­ешь­ся, прав­да, утром так и вы­гля­дишь. А в пять­де­сят — спишь, не ешь, ни­чем не за­ни­ма­ешь­ся, а вста­ешь, буд­то пил, ел, черт те чем за­ни­мал­ся».

Это очень по­хо­же на мою ис­то­рию. Ко­неч­но, ино­гда тос­кую по тем вре­ме­нам. Сей­час у ме­ня главное — те­атр. Мы иг­ра­ем три за­ме­ча­тель­ные пье­сы, ко­то­рые идут на пол­ную ка­туш­ку. Кста­ти, со спек­так­лем «По­езд «Одес­са-ма­ма» бу­дем у вас, в Ки­е­ве, 31 ок­тяб­ря на сцене Те­ат­ра опе­рет­ты. В на­шем ре­пер­ту­а­ре еще «Ура­ган по име­ни «Одес­са» и «По­хож­де­ния бра­во­го сол­да­та Швейц­ма­на».

— Говорят, «По­хож­де­ния» — до­ста­точ­но ост­рая пье­са.

— Она зло­бо­днев­ная. О со­бы­ти­ях на во­сто­ке Укра­и­ны. О ста­ром ма­раз­ма­ти­ке, ко­то­рый де­ла­ет все, что­бы по­пасть на вой­ну вме­сто сво­е­го сы­на. Ме­ста­ми это вы­зы­ва­ет ди­кий смех, ме­ста­ми сле­зы. В кон­це кон­цов ока­зы­ва­ет­ся, что вой­ны из­бе­жать нель­зя — она до­го­ня­ет каж­до­го. Мо­е­го ге­роя бе­рут, а сын при­зы­ва­ет­ся в Из­ра­и­ле. Про­сто во­е­вать нель­зя, это глу­по, смеш­но и страш­но. Та­кая об­ще­че­ло­ве­че­ская тра­ге­дия.

Мою же­ну в спек­так­ле иг­ра­ет Русла­на Пи­сан­ка, ко­то­рая сей­час на­хо­дит­ся в про­ек­те «Зва­жені та щас­ливі». По­это­му по­ста­нов­ку мы по­ка пре­кра­ти­ли, Ру­сю за­ме­нить невоз­мож­но. Ждем ее по­ху­дев­шую, строй­ня­гу. Хо­тя фи­гу­ру, как и бюст седь­мо­го раз­ме­ра, слож­но спря­тать.

— Уже тре­тий се­зон в Укра­ине идет «Ли­га сме­ха» — нечто по­хо­жее на из­вест­ный всем КВН. Од­ним из участ­ни­ков яв­ля­ет­ся ко­ман­да «Одес­ские ман­цы».

— Хо­ро­шие ре­бя­та. Я сле­жу за про­ек­том и за ни­ми. В лю­бом слу­чае, юмо­ром на­до за­ни­мать­ся и на­прав­лять его в ка­кое-то рус­ло. Ко­гда бы­ли «Одес­ские джентль­ме­ны», мы де­ла­ли это со­вер­шен­но по-ино­му. Сна­ча­ла ко­ман­да су­ще­ство­ва­ла ис­клю­чи­тель­но на го­лом эн­ту­зи­аз­ме. По­том Ва­ле­рий Ха­ит — ле­ген­дар­ный ка­пи­тан КВН — объ­еди­нил нас в твор­че­скую груп­пу «Клуб «Одес­ских джентль­ме­нов». Мы с ним объ­ез­ди­ли весь Со­вет­ский Со­юз. По­том Алик Та­ра­суль при­ду­мал про­грам­му «Джентль­мен­шоу».

— Она бы­ла од­ним из те­ле­ви­зи­он­ных дол­го­жи­те­лей.

— Мы про­дер­жа­лись 16 лет. Про­грам­ма вы­хо­ди­ла еже­не­дель­но — это очень слож­но. Мы на­чи­на­ли на ка­на­ле ОРТ, по­том пе­ре­шли на «Ин­тер». Исто­рия на­ше­го шоу до­ста­точ­но успеш­на. Мы бы­ли од­ним из са­мых рей­тин­го­вых про­ек­тов. Да­же ко­гда про­изо­шел раз­вал Со­вет­ско­го Со­ю­за, мы все еще про­дол­жа­ли вы­хо­дить. На рос­сий­ском те­ле­ви­де­нии нас не очень лю­би­ли. Но ру­ко­во­ди­тель мо­ло­деж­ной про­грам­мы все­гда го­во­рил: «Что де­лать с «Джентль­мен-шоу»? Они да­ют по трид­цать ты­сяч дол­ла­ров за ми­ну­ту ре­кла­мы!» Это был 1992 год. То­гда это бы­ли ко­лос­саль­ные день­ги. — За что же вас не лю­би­ли?

— Мы бы­ли слиш­ком неза­ви­си­мы­ми. Са­ми сни­ма­ли, пи­са­ли и при­во­зи­ли в Моск­ву уже го­то­вый про­дукт. До­го­во­ри­лись с ру­ко­вод­ством ка­на­ла, что­бы нас «не ре­за­ли». И по­ка был Ана­то­лий Лы­сен­ко (ре­жис­сер, про­дю­сер, уро­же­нец Вин­ни­цы. — Ред.), нас ни­кто не тро­гал. Но неза­ви­си­мость, свой взгляд на ве­щи в Москве раз­дра­жа­ли. Нас хо­те­ли ре­дак­ти­ро­вать, а мы от­ча­ян­но со­про­тив­ля­лись. Ко­гда в Укра­ине от­крыл­ся ка­нал «Ин­тер», бук­валь­но в пер­вые дни нас вы­звал его ге­не­раль­ный ди­рек­тор Алек­сандр Зин­чен­ко и ска­зал, что бе­рет шоу. В те­че­ние де­ся­ти лет мы еже­не­дель­но вы­хо­ди­ли на ка­на­ле, и нас то­же не тро­га­ли с точ­ки зре­ния цен­зу­ры. Да и кон­ку­рен­тов то­гда у нас не бы­ло.

«На­чав вы­сту­пать в гос­пи­та­лях и при­гла­шать ра­не­ных ре­бят на свои спек­так­ли, осо­знал, что не смо­гу по­ки­нуть стра­ну»

— А се­го­дня?

— По прав­де, при ны­неш­ней об­ста­нов­ке, мне ка­жет­ся, та­кой про­грам­мы очень не хва­та­ет на те­ле­ви­де­нии. И не по­то­му, что это де­ла­ли мы. Пусть кто-то дру­гой. Но она не бы­ла «за­то­че­на» на по­ли­ти­ку, се­го­дняш­ний день, кон­крет­ные ре­а­лии. Это про­сто юмо­ри­сти­че­ское шоу для всей се­мьи — от ба­бу­шек до уче­ни­ков шко­лы. Та­кое доб­рое и смеш­ное, где мож­но вы­пу­стить пар, нуж­но при лю­бой вла­сти.

Се­го­дня это­го на те­ле­ви­де­нии, к со­жа­ле­нию, нет. Хо­тя я не раз пред­ла­гал мно­же­ство про­ек­тов, но есть вол­шеб­ное сло­во «не фор­мат», при по­мо­щи ко­то­ро­го те­ле­ви­зи­он­ное ру­ко­вод­ство те­бе от­ка­зы­ва­ет. Что это та­кое?! Объ­яс­нить ни­кто не мо­жет. Но я не се­тую, по­то­му что се­го­дня в театре мы де­ла­ем то, что хо­тим.

— То­гда, во вре­мя бе­ше­ной по­пу­ляр­но­сти «Джентль­мен-шоу», бы­ли пред­ло­же­ния пе­ре­ехать в Моск­ву?

— Ко­неч­но. При­чем огром­ное ко­ли­че­ство. Но… я люб­лю здесь. Я ни­ку­да не хо­тел ехать из Одес­сы. То, что я пат­ри­от это­го ме­ста, по­нял толь­ко, ко­гда на­ча­лись со­бы­тия на во­сто­ке стра­ны. Я все­гда был со­вер­шен­но не по­ли­ти­зи­ро­ван­ный че­ло­век. Но ко­гда на­чал вы­сту­пать в гос­пи­та­лях и при­гла­шать мо­ло­дых ра­не­ных, кон­ту­же­ных ре­бят на свои спек­так­ли, об­щать­ся с ни­ми, осо­знал, что не смо­гу по­ки­нуть стра­ну. Смот­рел на этих юно­шей, и у ме­ня бук­валь­но ко­мок под­ка­ты­вал к гор­лу. Я по­ни­мал, что бла­го­да­ря им спо­кой­но се­го­дня жи­ву, мо­гу ра­бо­тать.

До это­го мне про­сто нра­ви­лось, что жи­ву в Одес­се, на мо­ре, что здесь мои лю­ди, ме­ня ува­жа­ют и здо­ро­ва­ют­ся на ули­цах. Я тут некий на­род­ный ге­рой. По­это­му ме­ня ни­ко­гда не ма­ни­ли ни Москва, ни за­гра­ни­ца. Хо­тя по­зи­ции пред­ла­га­ли до­воль­но де­неж­ные.

— Шоу-биз­нес сде­лал вас со­сто­я­тель­ным че­ло­ве­ком?

— Да, хо­тя свои пер­вые се­рьез­ные день­ги я за­ра­бо­тал в биз­не­се. В на­ча­ле де­вя­но­стых тор­го­вал чер­ным ме­тал­лом. У ме­ня бы­ла ком­па­ния, и я за­ра­бо­тал де­нег, на ко­то­рые, соб­ствен­но го­во­ря, до сих пор по­ти­хонь­ку жи­ву. Они да­ли мне воз­мож­ность ку­пить ма­ши­ну, по­стро­ить дом.

А ко­гда был га­строль­ный пе­ри­од, без­услов­но, за­ра­бот­ки бы­ли су­ще­ствен­ные. По­том пе­ре­клю­чил­ся на роль ве­ду­ще­го ме­ро­при­я­тий. В этом плане я уни­каль­ный спе­ци­а­лист. Это не хва­стов­ство. Я ча­сто ра­бо­таю за гра­ни­цей, ве­ду на двух язы­ках. Шу­чу оди­на­ко­во на рус­ском и ан­глий­ском. Так что за­ра­бо­ток у ме­ня был ста­биль­ный. Сей­час, ко­неч­но, все по-дру­го­му. Те­ат­раль­ная де­я­тель­ность, по боль­шо­му сче­ту, де­нег боль­ших не при­но­сит. Про­сто по­мо­га­ет «под­дер­жи­вать» шта­ны. За­то эмо­ци­о­наль­но это очень здо­ро­во! Ни­ка­кое те­ле­ви­де­ние и ки­но не срав­нит­ся со сце­ной.

От­ды­хая в Тос­кане, Олег Фи­ли­мо­нов не от­ка­зы­вал се­бе в тра­ди­ци­он­ной ита­льян­ской еде

«По­хож­де­ния» иг­ра­ет Русла­на Пи­сан­ка в спек­так­ле

Оле­га Фи­ли­мо­но­ва же­ну

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.