АЛЕК­СЕЙ СЕМЕНЕНКО: «ЙОЖЕФ САБО ПРОЧИТАЛ НАМ ЦЕЛУЮ ЛЕКЦИЮ: «ВЫ ЧТО, МУЖИКИ! ВЫ ЖЕ ПРОСТАТУ ПРОСТУДИТЕ! И ЖИЗНЬ ВА­ША НА ЭТОМ ЗА­КОН­ЧИТ­СЯ»

Из­вест­ный фут­боль­ный те­ле­ком­мен­та­тор, от­ме­тив­ший 13 ян­ва­ря 60-летний юби­лей, рас­ска­зал «ФАК­ТАМ» о сво­ей ра­бо­те в ки­ев­ском «Ди­на­мо», а так­же о Ло­ба­нов­ском и Бло­хине, Сабо и Бу­ря­ке, Хац­ке­ви­че и Яр­мо­лен­ко

Fakty i kommentarii - - О ВРЕМЕНИ И О СЕБЕ - Юрий САЙ

Го­лос за­слу­жен­но­го жур­на­ли­ста Укра­и­ны Алек­сея Семененко пре­крас­но зна­ком на­шим бо­лель­щи­кам со ста­жем. Он вел те­ле­ре­пор­та­жи о мат­чах род­но­го «Ди­на­мо» из де­сят­ков стран ми­ра.

В на­ча­ле ян­ва­ря по­шел 30-й год его бес­пре­рыв­ной ра­бо­ты в сто­лич­ном фут­боль­ном клу­бе. Алек­сей Ми­хай­ло­вич — жи­вой сви­де­тель 21-й пе­ре­ста­нов­ки на тре­нер­ском мо­сти­ке ко­ман­ды, он бок о бок ра­бо­тал с 15 на­став­ни­ка­ми «Ди­на­мо» — от Ло­ба­нов­ско­го до Хац­ке­ви­ча.

В со­ав­тор­стве с ле­ген­дар­ным ганд­боль­ным тре­не­ром Иго­рем Тур­чи­ным Семененко на­пи­сал кни­гу «Стра­те­гия иг­ры», с Ана­то­ли­ем Де­мья­нен­ко — «Гар­мо­ния иг­ры», а с Лео­ни­дом Бу­ря­ком — «Я жил в счаст­ли­вое фут­боль­ное вре­мя».

13 ян­ва­ря пресс-ат­та­ше и ви­це-пре­зи­ден­ту «Ди­на­мо» Алек­сею Семененко ис­пол­ни­лось 60 лет. В ка­нун юби­лея мы встре­ти­лись в его ра­бо­чем ка­би­не­те и сра­зу до­го­во­ри­лись, что бу­дем бе­се­до­вать не о жиз­нен­ном пути юби­ля­ра, как во­дит­ся, не о кол­ле­гах-жур­на­ли­стах и да­же не о на­чаль­стве и се­мье (кста­ти, его су­пру­га Еле­на и де­ти — дочь Юлия и сын Алек­сандр — то­же ди­пло­ми­ро­ван­ные жур­на­ли­сты). Зна­ме­ни­тые фут­бо­ли­сты и тре­не­ры, с ко­то­ры­ми судь­ба све­ла Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча, — вот что ин­те­ре­со­ва­ло в первую оче­редь.

«Что, Алек­сей, хо­ро­шее по­ле, го­во­ришь, бы­ло?» — спро­сил Ло­ба­нов­ский. Я го­тов был сквозь зем­лю про­ва­лить­ся»

— Алек­сей Ми­хай­ло­вич, ко­гда вас при­гла­шал на ра­бо­ту сам Ва­ле­рий Ло­ба­нов­ский, не ро­вен час, мож­но бы­ло и звезд­ной бо­лез­нью за­бо­леть...

— Ка­кая там звезд­ная бо­лезнь! Да я бе­жал на ста­ди­он «Ди­на­мо» так, что аж искры из-под пя­ток свер­ка­ли. Ис­пол­ни­лась хру­сталь­ная меч­та дет­ства. То­гда, в кон­це 1980-х, я ра­бо­тал в спор­тив­ной ре­дак­ции Го­сте­ле­ра­дио. Как-то ле­ген­да на­ше­го фут­боль­но­го жур­на­лист­ско­го кор­пу­са Ва­ле­рий Мир­ский, дру­жив­ший с Ло­ба­нов­ским, го­во­рит: «Ва­си­льич слу­шал твои ре­пор­та­жи. Что-то ему по­нра­ви­лось, что-то — нет. Ес­ли хо­чешь про­грес­си­ро­вать, он го­тов те­бя про­кон­суль­ти­ро­вать». Я чуть со сту­ла не упал. Ду­мал, разыг­ры­ва­ет ме­ня Мир­ский.

Кста­ти, то­гда встре­ча с Ло­ба­нов­ским так и не со­сто­я­лась, по­то­му что вско­ре, в ян­ва­ре 1989-го, с по­да­чи дру­го­го из­вест­но­го жур­на­ли­ста Алек­сандра Ли­пен­ко я по­лу­чил при­гла­ше­ние ра­бо­тать в ки­ев­ском «Ди­на­мо». Ра­зу­ме­ет­ся, что не ди­ле­тан­ты за­ни­ма­лись под­бо­ром кад­ров для клу­ба, но судь­ба каж­до­го из них за­ви­се­ла ис­клю­чи­тель­но от ре­ше­ния Ло­ба­нов­ско­го.

В том же го­ду я впер­вые вы­ехал с ко­ман­дой за гра­ни­цу. Иг­ра­ли с «Фи­о­рен­ти­ной». Во­круг в са­мо­ле­те — звез­ды укра­ин­ско­го фут­бо­ла, Ло­ба­нов­ский... Не мог по­ве­рить, что это про­ис­хо­дит со мной.

В один из ве­че­ров, а при­ле­те­ли мы за три­че­ты­ре дня до иг­ры, кто-то из ад­ми­ни­стра­то­ров ска­зал, что Ло­ба­нов­ский зо­вет ме­ня к се­бе в но­мер. За­хо­жу. Ва­ле­рий Ва­си­лье­вич, рас­слаб­лен­ный, до­маш­ний, го­во­рит: «При­са­жи­вай­ся, Алек­сей». Он знал, что я бу­ду ком­мен­ти­ро­вать, и ми­нут 30 ар­гу­мен­ти­ро­ван­но на­став­лял, а я слу­шал с от­кры­тым ртом. Ло­ба­нов­ский ни о чем не про­сил, но, вый­дя из его но­ме­ра, я по­нял, ка­ким дол­жен быть ре­пор­таж с точ­ки зре­ния тре­не­ра. Тот матч мы про­иг­ра­ли — 0:1. Как у ме­ня по­лу­чи­лось, не знаю, но пре­тен­зий со сто­ро­ны Ло­ба­нов­ско­го не бы­ло.

— От­вет­ный матч в Ки­е­ве про­хо­дил на по­кры­том ле­дя­ной кор­кой по­ле.

— Иг­ра­ли ше­сто­го де­каб­ря. Мо­роз, ужас­ная по­го­да. Но из ком­мен­та­тор­ской ка­би­ны мне по­ка­за­лось, что по­ле в от­лич­ном со­сто­я­нии. За что и по­хва­лил в ре­пор­та­же ра­бот­ни­ков Рес­пуб­ли­кан­ско­го ста­ди­о­на: де­скать, мо­лод­цы — от­лич­но сра­бо­та­ли. То, что ви­дел с вер­хо­ту­ры, то и ска­зал. Не по­до­шел к по­лю, не по­щу­пал тра­ву... И страш­но ошиб­ся! Сыг­ра­ли — 0:0, вы­ле­те­ли из ев­ро­куб­ков. Хо­ро­шень­ко то­гда Ро­бер­то Ба­д­жо с ком­па­ни­ей на­ших «по­во­зил» на льду!

Ду­ма­е­те, Ло­ба­нов­ский при­гла­сил в ка­би­нет и кри­чал так, что сте­ны хо­ду­ном хо­ди­ли? Нет. Он пой­мал мо­мент, ко­гда я про­хо­дил ми­мо него, и ска­зал: «Что, Алек­сей, хо­ро­шее по­ле, го­во­ришь, бы­ло?..» Я до сих пор ви­жу то его вы­ра­же­ние ли­ца, слы­шу его го­лос. Мне и спу­стя го­ды, вспо­ми­ная тот эпи­зод, хо­чет­ся сквозь зем­лю про­ва­лить­ся.

— Ло­ба­нов­ский при­хо­дил на тре­нер­ский мо­стик «Ди­на­мо» три ра­за, а Йожеф Сабо — це­лых пять.

— Так ты же, Юра, сам один из тех жур­на­ли­стов, ко­го Йожеф Йо­же­фо­вич, бы­ло де­ло, кри­ти­ко­вал, утвер­ждая, что они «ви­де­ли фут­бол из по­ез­да» (улы­ба­ет­ся). Сабо — про­ти­во­ре­чи­вая фи­гу­ра. До сих пор не мо­гу по­нять, его ра­бо­та в «Ди­на­мо» — плюс или ми­нус для клу­ба. Хо­тя мне как пресс-ат­та­ше с Йо­же­фом Сабо бы­ло лег­ко и ком­форт­но ра­бо­тать, да и к СМИ он от­но­сил­ся очень да­же непло­хо. Мо­жет, по­то­му, что у него та­кой же ди­плом, как и у нас с то­бой. Бо­лее то­го, в ком­па­нии он до­маш­ний и про­стой.

Как-то на лет­них сбо­рах в Ав­стрии мас­са­жи­сты, ад­ми­ни­стра­то­ры и я си­де­ли на ка­кой­то ка­мен­ной глы­бе. Сабо как уви­дел: «Бо­же мой!» И прочитал нам целую лекцию: «Вы что, мужики! Вы же простату простудите! И жизнь ва­ша на этом за­кон­чит­ся».

Прав­да, то, как сей­час Йожеф Йо­же­фо­вич по­рой вы­ска­зы­ва­ет­ся о род­ном и для него клу­бе, для ме­ня непо­нят­но и непри­ем­ле­мо.

«Бло­хи­на я од­на­жды да­же от май­да­нов­цев за­щи­тил»

— А Оле­гу Бло­хи­ну дей­стви­тель­но ме­шал его звезд­ный ста­тус?

— Олег Вла­ди­ми­ро­вич был раз­ным. Я знал: ес­ли он мне зво­нит и об­ра­ща­ет­ся не Ле­ша, а… Ле­ня, зна­чит, все в по­ряд­ке, у Бло­хи­на класс­ное на­стро­е­ние. Но хва­та­ло и про­блем. При этом я все­гда по­ни­мал, что есть пресс-ат­та­ше и есть глав­ный тре­нер. Кто глав­нее? Пра­виль­но — тре­нер. И я на него не злил­ся, при­спо­саб­ли­вал­ся — в ин­те­ре­сах об­ще­го де­ла.

Но при всем при этом уве­ряю: про­ти­во­сто­я­ния у нас не бы­ло. Бо­лее то­го, од­на­жды я Бло­хи­на да­же от май­да­нов­цев за­щи­тил. Ви­дишь, вон у ме­ня на шка­фу ис­кус­ствен­ная елоч­ка стоит? Те­перь это ре­лик­вия. Ко­гда Олег Вла­ди­ми­ро­вич имел неосто­рож­ность (на­де­юсь, все же — не убеж­ден­ность) ска­зать, что на­до разо­гнать Майдан, по­то­му что он не мо­жет при­ве­сти сво­их до­чек на ел­ку, это, ко­неч­но, воз­му­ти­ло нор­маль­ных лю­дей во всей Укра­ине.

Ре­бя­та-уль­трас, с ко­то­ры­ми у ме­ня уже мно­го лет хо­ро­шие от­но­ше­ния, ку­пи­ли елоч­ку и при­шли с ви­део­ка­ме­рой в клуб. По­сту­ча­ли ко мне, во­шли. «Мы при­нес­ли ел­ку, — го­во­рят, — что­бы Олег Вла­ди­ми­ро­вич смог со сво­и­ми детьми хо­ро­вод ор­га­ни­зо­вать. Хо­тим вас по­ста­вить в из­вест­ность, что сей­час мы со­бе­рем че­ло­век три­ста, а то и все три ты­ся­чи, по­едем к нему до­мой на Осо­кор­ки». Ска­за­но это бы­ло на пол­ном се­рье­зе, ведь все мы то­гда бы­ли, слов­но ого­лен­ный нерв.

Мне уда­лось как-то с ре­бя­та­ми по­го­во­рить, све­сти все к шут­ке. «Да­вай­те, — го­во­рю, — ел­ку здесь по­ста­вим, я ее Оле­гу Вла­ди­ми­ро­ви­чу пе­ре­дам. Ну ска­зал че­ло­век лиш­нее. Он нор­маль­ный, пат­ри­от Укра­и­ны». Так что, ви­дишь, я к Оле­гу Бло­хи­ну очень хо­ро­шо от­но­шусь.

— Кста­ти, уль­трас — осо­бая ка­ста?

— Мы все бы­ли по­тря­се­ны их пат­ри­о­тич­но­стью и лю­бо­вью к Ро­дине в слож­ный для стра­ны пе­ри­од. Бе­да сбли­зи­ла нас еще боль­ше. Кста­ти, рас­ска­жу еще од­ну ис­то­рию. Зво­нит мне как-то Ан­дрей Яр­мо­лен­ко и го­во­рит: «Хо­чу ку­пить для на­ших бо­лель­щи­ков, во­ю­ю­щих на во­сто­ке, бро­не­жи­ле­ты. Где уль­тра­сов­ский пункт при­е­ма по­мо­щи для АТО?» На­зы­ваю ему ад­рес и го­во­рю: «Да­вай прес­су со­бе­рем, ка­ме­ры». Но Ан­дрей ни в ка­кую: «Не на­до ни­ка­кой прес­сы. Толь­ко ад­рес».

Не хо­тел ка­пи­тан ни­ка­кой оглас­ки и то­гда, ко­гда вме­сте с же­ной при­нял ре­ше­ние вы­де­лить день­ги на бла­го­тво­ри­тель­ность. Ска­жу сра­зу, сум­ма до­ста­точ­но вну­ши­тель­ная. На эти день­ги в од­ном из дет­ских до­мов Ки­ев­ской об­ла­сти за Бор­испо­лем по­стро­и­ли фут­боль­ное по­ле с ис­кус­ствен­ным по­кры­ти­ем. На­до бы­ло ви­деть, с ка­ким вос­тор­гом маль­чиш­ки и дев­чон­ки смот­ре­ли на сво­е­го ку­ми­ра, ко­гда Ан­дрей лич­но при­е­хал на от­кры­тие.

Кста­ти, зна­ешь, как Яр­мо­лен­ко ко мне об­ра­щал­ся? Как толь­ко уви­дит, сра­зу: «О, на­чаль­ство по­жа­ло­ва­ло!» (с улыб­кой).

«Нуж­на бу­дет опе­ра­ция в Гер­ма­нии, я сам все опла­чу», — оша­ра­шил ме­ня Бу­ряк»

— У вас до­ве­ри­тель­ные от­но­ше­ния и с Лео­ни­дом Бу­ря­ком...

— В мо­ем воз­расте дру­зей уже не столько при­об­ре­та­ют, сколь­ко, к со­жа­ле­нию, те­ря­ют. За­ме­чу, что у нас с Лео­ни­дом Ио­си­фо­ви­чем очень по­хо­жие ха­рак­те­ры в од­ном. Мы оба, как мне ка­жет­ся, до­ста­точ­но ком­му­ни­ка­бель­ные лю­ди, но тя­же­ло пус­ка­ем в свою ду­шу по­сто­рон­них. Ко­гда же та­кое про­ис­хо­дит, то этот че­ло­век ста­но­вит­ся, слов­но брат.

Вот и в на­шем слу­чае Лео­нид с по­зи­ции его звезд­но­сти до­ста­точ­но дол­го при­смат­ри­вал­ся ко мне. За­то те­перь нет та­ко­го празд­ни­ка, что­бы мы друг дру­га не по­здра­ви­ли, не рас­спро­си­ли о де­лах, о се­мье. Ду­маю, на­сто­я­ще­го Бу­ря­ка зна­ют еди­ни­цы. Мо­жет, ко­му-то и ка­жет­ся, что он в ка­кой-то ме­ре да­же над­мен­ный. На са­мом же де­ле — это доб­рей­ший че­ло­век с очень ра­ни­мой и тон­кой ду­шой.

Ко­гда год на­зад ме­ня под­сте­рег­ла од­на мерз­кая бо­ляч­ка, Лео­нид Ио­си­фо­вич встре­во­жил­ся, как очень близ­кий че­ло­век. Он бук­валь­но за ру­ку ме­ня схва­тил: «Сей­час ле­тишь в Гер­ма­нию. Я уже обо всем до­го­во­рил­ся». Но я же умею счи­тать — Гер­ма­ния, кли­ни­ка... Он это по­чув­ство­вал: «Ес­ли ты ду­ма­ешь, что это до­ро­го, сра­зу вы­кинь из го­ло­вы. Да­же ес­ли бу­дет нуж­на опе­ра­ция, я лич­но все опла­чу». Стоит ли рас­ска­зы­вать, ка­кие чув­ства я ис­пы­ты­вал в тот мо­мент.

— Ны­неш­ний «ру­ле­вой» «Ди­на­мо» Алек­сандр Хац­ке­вич, как из­вест­но, за сло­вом в кар­ман не ле­зет.

— Ска­жу так. С Хац­ке­ви­чем мы, ко­неч­но же, бы­ли зна­ко­мы дав­но, но близ­ко не об­ща­лись. И вот ко­гда все­го че­рез пол­ча­са по­сле его на­зна­че­ния глав­ным тре­не­ром «Ди­на­мо» Алек­сандр Ни­ко­ла­е­вич по­зво­нил мне и по­про­сил вве­сти его в курс де­ла по ра­бо­те с прес­сой, рас­ска­зать раз­лич­ные ню­ан­сы, я, при­знать­ся, был при­ят­но удив­лен. Так на моей па­мя­ти не по­сту­пал ни один тре­нер! Да, ска­жем, для Ло­ба­нов­ско­го ме­ло­чей в фут­бо­ле не бы­ло, он по­ни­мал и роль СМИ. Но что­бы вот так… Мы с Хац­ке­ви­чем пред­мет­но по­об­ща­лись. Я его за­ува­жал и по­нял, что бу­ду ид­ти это­му от­кры­то­му, а, глав­ное, ин­тел­лек­ту­аль­но­му че­ло­ве­ку на­встре­чу во всем.

— С иг­ро­ка­ми поз­во­ля­ли се­бе дру­же­ские от­но­ше­ния, Алек­сей Ми­хай­ло­вич?

— Без­услов­но. Но в ос­нов­ном это бы­ло то­гда, ко­гда я толь­ко при­шел в клуб и прак­ти­че­ски все фут­бо­ли­сты бы­ли мо­и­ми сверст­ни­ка­ми. К при­ме­ру, с Са­шей За­ва­ро­вым мы оба из Лу­ган­ска, учи­лись в од­ной фут­боль­ной шко­ле. Он стал вы­да­ю­щим­ся фут­бо­ли­стом, я — нет, но лю­бовь к фут­бо­лу со­хра­нил. Ко­гда в 1983 го­ду За­ва­ров при­е­хал в Ки­ев по при­гла­ше­нию Ло­ба­нов­ско­го, я уже ра­бо­тал в спор­тив­ной ре­дак­ции те­ле­ви­де­ния. Мы то­гда с Са­шей сбли­зи­лись, стали ку­мо­вья­ми. Вот уже 35 лет у нас нор­маль­ные от­но­ше­ния, пе­ри­о­ди­че­ски со­зва­ни­ва­ем­ся.

Кста­ти, у ме­ня сло­жи­лись от­лич­ные от­но­ше­ния с хор­ва­том Ог­не­ном Ву­ко­е­ви­чем. Мы ча­сто си­де­ли ря­дом в са­мо­ле­те и, несмот­ря на раз­ни­цу в воз­расте, на­хо­ди­ли об­щие те­мы для раз­го­во­ра. Я ему мно­го рас­ска­зы­вал об Укра­ине, и Ву­ка про­яв­лял непод­дель­ный ин­те­рес. Ог­нен по­да­рил мне, как он сам ска­зал, од­ну из са­мых па­мят­ных фут­бо­лок в сво­ей ка­рье­ре. Ту, в ко­то­рой он в со­ста­ве сбор­ной Хо­рва­тии вы­иг­рал у ту­рок матч за вы­ход на Ев­ро-2012.

— Кто-то, кро­ме Ву­ко­е­ви­ча, еще да­рил вам фут­бол­ки?

— Ни­кто, ни­ко­гда и ни­че­го… Я же не кол­лек­ци­о­ни­рую фут­бол­ки (улы­ба­ет­ся).

— Вы ро­дом из шах­тер­ско­го го­род­ка Зи­мо­го­рье Лу­ган­ской об­ла­сти. Сей­час это ок­ку­пи­ро­ван­ная тер­ри­то­рия.

— Ска­зать, что си­ту­а­ция ужас­ная, — ни­че­го не ска­зать. По­то­му что ре­аль­но лю­ди по­гиб­ли, мои род­ствен­ни­ки в том чис­ле. Ко­гда бом­беж­ки бы­ли, пря­та­лись в под­ва­лах. Неко­то­рые так и не вы­шли от­ту­да. Боль и го­ре... Неко­то­рые мои од­но­класс­ни­ки, ко­то­рые сра­зу уеха­ли из Лу­ган­ска, к ко­му мог­ли об­ра­тить­ся в Ки­е­ве? Во-пер­вых, тра­ди­ци­он­но не так мно­го в сто­ли­це лу­ган­чан, а во-вто­рых, бла­го­да­ря фут­бо­лу ме­ня неслож­но бы­ло най­ти. Вот они и шли ко мне. Ко­му смог — по­мог. Пре­жде все­го — с ра­бо­той. Че­рез дру­зей, зна­ко­мых...

До сих пор пом­ню, как я, ше­сти­лет­ний па­цан, в род­ном Зи­мо­го­рье впер­вые услы­шал, что у нас есть фут­боль­ная ко­ман­да «Шах­тер». Ис­кренне по-дет­ски удив­лял­ся, де­скать, как это гор­ня­ки иг­ра­ют в фут­бол — в кас­ке с ко­но­гон­кой, в кир­зо­вых са­по­гах и в ро­бе?! Это уже по­том, по­сле пе­ре­ез­да в Лу­ганск, «за­бо­лел» «За­рей» и «Ди­на­мо» (за ки­ев­лян то­гда вся Укра­и­на бо­ле­ла). Тет­рад­ки с аккку­рат­но вкле­ен­ны­ми вы­рез­ка­ми из га­зет о лю­би­мых ко­ман­дах, соб­ствен­ные тал­му­ды со ста­ти­сти­кой, на­пи­сан­ные дет­ской ру­кой, и пер­вые за­ня­тия в фут­боль­ной шко­ле под на­ча­лом за­слу­жен­но­го тре­не­ра Укра­и­ны Ва­ди­ма Дмит­ри­е­ви­ча Доби­жи, с ко­то­рым мы по­сто­ян­но со­зва­ни­ем­ся вот уже бо­лее 50 лет (он до сих пор, в свои по­чти 77, ра­бо­та­ет тре­не­ром в шко­ле эс­тон­ско­го «Ка­ле­ва»). Все это слов­но в дру­гой жиз­ни бы­ло…

«В кон­це 1980-х, ра­зу­ме­ет­ся, что не ди­ле­тан­ты за­ни­ма­лись под­бо­ром кад­ров для клу­ба, но судь­ба каж­до­го из них за­ви­се­ла ис­клю­чи­тель­но от ре­ше­ния Ло­ба­нов­ско­го», — го­во­рит Алек­сей Семененко

Юби­ляр по­свя­тил ра­бо­те в род­ном ки­ев­ском «Ди­на­мо» 29 лет — прак­ти­че­ски по­ло­ви­ну сво­ей жиз­ни

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.