Рай­мон ко­па: «Я не жа­лею ни о чём!»

Football Euro - - Франция - ев­ге­ний пан­кра­тов при уча­стии ар­те­ма Фран­ко­ва

Non, je ne regrette rien…

3 мар­та 2017 в воз­расте 85 лет в Ан­же­ре по­сле про­дол­жи­тель­ной бо­лез­ни ушёл из жиз­ни один из ве­ли­чай­ших фут­бо­ли­стов Фран­ции и все­го ми­ра Рай­мон Ко­па. Неза­дол­го до смер­ти в бе­се­де с од­ним из жур­на­ли­стов ве­те­ран за­явил: «Я не жа­лею ни о чём! Фут­бол из­ме­нил всю мою жизнь, он поз­во­лил мне сме­нить грязь и мрак шах­ты на осле­пи­тель­ный свет сце­ны. Фут­бол пре­вра­тил ме­ня в че­ло­ве­ка…»

По­это­му да­вай­те и мы жа­леть не бу­дем. Со­бо­лез­но­вать, скло­нять го­ло­вы в па­мять – да. Но не жа­леть. Он слав­но по­иг­рал, он очень мно­го­го до­стиг, он про­жил слав­ную и чест­ную жизнь, за ко­то­рую не стыд­но. Non! Rien de rien … Non! Je ne regrette rien… Ni le bien, qu’on m’a fait Ni le mal, tout сa m’est bien еgal! Нет, ни о чем, Нет, я не жа­лею ни о чем Ни о доб­ре, ко­то­рое мне сде­ла­ли, Ни о зле, мне всё рав­но!

Ма­лень­кий Рай­мон идет в Сопротивление

Рай­мон Ко­па­шев­ски по­явил­ся на свет в се­мье потом­ствен­ных поль­ских шах­тё­ров. Его дед при­е­хал из Поль­ши во Фран­цию еще в 1919 го­ду, при­ве­зя с со­бой не толь­ко же­ну, но и чет­ве­рых де­тей, од­ним из ко­то­рых был 13-лет­ний Франц, он же Фран­с­уа, впо­след­ствии – отец Рай­мо­на.

По­се­ли­лась се­мья Ко­па­шев­ски в скром­ном го­ро­диш­ке Нёлё-мин, что в де­пар­та­мен­те Па­де-ка­ле, непо­да­лё­ку от го­ро­да Бе­тюн (Бе­тюн­ско­го па­ла­ча пом­ни­те – это тот, что с ми­ле­ди нехо­ро­шо обо­шел­ся), а му­жи­ки в этой се­мье все как один под­ви­за­лись на поч­ве гор­но­до­бы­ва­ю­щей про­мыш­лен­но­сти ре­ги­о­на. Про­ще го­во­ря – ру­би­ли уго­лёк во бла­го но­вой от­чизне.

По­дав­ля­ю­щее боль­шин­ство жи­те­лей Нё-лё-мин (все­го их там бы­ло при­мер­но 6000) со­став­ля­ли поль­ские им­ми­гран­ты – по­это­му Ко­па­шев­ски-стар­ше­му не труд­но бы­ло со­хра­нить в се­мье род­ной поль­ский язык и при­вер­жен­ность де­тей к ка­то­ли­че­ской ве­ре. Пи­шут лю­бо­пыт­ное: мол, сре­ди чет­ве­рых Ко­па­шев­ских толь­ко Франц по-на­сто­я­ще­му чтил Ро­ди­ну и до­ма у него го­во­ри­ли ис­клю­чи­тель­но по-поль­ски; осталь­ные же вос­пи­ты­ва­ли де­тей да­же не фран­цу­за­ми, а ско­рее, ан­гли­ча­на­ми… Воз­мож­но, это свя­за­но с «эт­ни­че­ским един­ством» се­мьи: мать Рай­мо­на, Еле­на, то­же бы­ла поль­ско­го про­ис­хож­де­ния, так­же из се­мьи шах­тё­ров, да еще и в тре­тьем по­ко­ле­нии. Так что не сле­ду­ет удив­лять­ся то­му, что ма­лень­кий Ро­ман в шко­ле пло­хо го­во­рил по-фран­цуз­ски, а так­же сла­бо со­об­ра­жал в ма­те­ма­ти­ке и дру­гих точ­ных на­у­ках, ис­то­рию же и во­все вос­при­ни­мал как «пред­мет для от­ды­ха».

Лет с пя­ти Ро­ман/рай­мон всё свое сво­бод­ное вре­мя по­свя­щал бу­ца­нию мя­ча ку­да ему хо­те­лось. Утром па­цан го­нял круг­ло­го в шко­ле – на уро­ках (не уди­ви­тель­но, что не был от­лич­ни­ком) и по­сле них, а в по­сле­обе­ден­ное вре­мя за­ни­мал­ся тем же са­мым в са­ду у сво­их ро­ди­те­лей*.

Вско­ре он да­же со­брал соб­ствен­ную ко­ман­ду, на­брав в нее па­ца­нов со сво­ей ули­цы – ра­зу­ме­ет­ся, в ос­нов­ном по­ля­ков, хо­тя до­ступ в нее был от­крыт так­же фран­цу­зам и да­же ита­льян­цам. Его стар­ший брат Ген­рих/ан­ри сто­ял на во­ро­тах, но вни­ма­ние ред­ких бо­лель­щи­ков, преж­де все­го род­ствен­ни­ков, бы­ло ку­да боль­ше при­ко­ва­но к Рай­мо­ну, ко­то­рый уже то­гда вы­де­лял­ся ред­кост­ной для сво­е­го воз­рас­та тех­ни­кой и на­ме­рен­но иг­рал со стар­ши­ми – по­то­му что со сверст­ни­ка­ми ему бы­ло скуч­но. Рай­мо­ну еще и *– как ви­ди­те, юный Рай­мон во­все да­же не бед­ство­вал, раз уж у его ро­ди­те­лей по­ми­мо до­ма был еще и свой сад, до­ста­точ­но про­стор­ный для иг­ры в фут­бол. С дру­гой сто­ро­ны, отец Рай­мо­на ушел из жиз­ни в 56 лет, стар­ший брат – в 64 – си­ли­коз, про­фес­си­о­наль­ная бо­лезнь шах­те­ров. Пла­тят непло­хо, но за это при­хо­дит­ся рас­пла­чи­вать­ся.

11-ти не ис­пол­ни­лось, ко­гда его за­при­ме­ти­ли в мест­ном фут­боль­ном клу­бе US «Лё-мин» и при­гла­си­ли к се­бе.

Се­вер Фран­ции, как из­вест­но, был ок­ку­пи­ро­ван Гер­ма­ни­ей. Немец­кие сол­да­ты, ко­то­рые там чув­ство­ва­ли се­бя по­чти как на ку­рор­те, ча­стень­ко го­ня­ли мяч на непри­тя­за­тель­ном мест­ном ста­ди­он­чи­ке. Ма­лень­кий Рай­мон в ком­па­нии дру­зей вся­кий раз при­хо­дил по­на­блю­дать за про­цес­сом, а од­на­жды, улу­чив мо­мент, спёр у во­як на­сто­я­щий ко­жа­ный мяч. Мно­го позд­нее, вспоминая эту ис­то­рию, он с усмеш­кой го­во­рил: «Мож­но счи­тать, что тем са­мым мы внес­ли по­силь­ный вклад в сопротивление за­хват­чи­кам». Лё Ре­зи­станс, по­ни­ма­ешь!

неуда­ча, обер­нув­ша­я­ся Сча­стьем

Несмот­ря на оче­вид­ный фут­боль­ный та­лант, Рай­мо­ну нуж­но бы­ло как-то при­спо­саб­ли­вать­ся к мест­ным усло­ви­ям жиз­ни. Раз уж все в се­мье – шах­тё­ры, и во­круг то­же од­ни шах­тё­ры, то и те­бе быть шах­тё­ром, а не, ска­жем, бух­гал­те­ром. В 1945-м, в воз­расте 14 лет, он по­пы­тал­ся бы­ло устро­ить­ся элек­три­ком, что­бы из­бе­жать тя­жё­лой ра­бо­ты в шах­те, но посколь­ку, как уже бы­ло ска­за­но, с точ­ны­ми на­у­ка­ми со­вер­шен­но не дру­жил, то успе­ха не до­бил­ся. При­шлось спус­кать­ся под зем­лю и тол­кать ва­го­нет­ки с уг­лем. Так про­дол­жа­лось два го­да, по­ка од­на­жды в шах­те не слу­чил­ся об­вал. В ре­зуль­та­те Рай­мо­ну силь­но при­да­ви­ло ле­вую ру­ку, на­столь­ко силь­но, что боль­шой и ука­за­тель­ный паль­цы при­шлось ча­стич­но ам­пу­ти­ро­вать. Как по­стра­дав­ше­му на ра­бо­те, ему на­зна­чи­ли пен­сию в раз­ме­ре 200 франков и по­сле из­ле­че­ния на­пра­ви­ли на бо­лее лег­кую ра­бо­ту в ко­тель­ную. К это­му вре­ме­ни Рай­мон уже был твёр­дым иг­ро­ком ос­но­вы юни­о­ров US «Лё-мин».

Тре­ни­ро­вал их Жан Бат­маль. Ви­ди­мо, непло­хой был на­став­ник, посколь­ку его ко­ман­да до­ми­ни­ро­ва­ла и в чем­пи­о­на­те, и в Куб­ке Се­ве­ра Фран­ции. В фи­на­ле чем­пи­о­на­та, прав­да, она усту­пи­ла ко­ман­де Ло­та­рин­гии 3:6 по сум­ме двух мат­чей, несмот­ря на то, что Ко­па­шев­ски от­ли­чил­ся в обе­их иг­рах. Бат­ма­ля сме­нил Кон­стан Ти­сон, ко­то­рый вы­вел ре­бят в фи­нал Куб­ка Се­ве­ра. В дра­ма­тич­ном по­един­ке US «Лё-мин» усту­па­ли к пе­ре­ры­ву 0:3, но бла­го­да­ря хет­три­ку юно­го Рай­мо­на све­ли матч вни­чью, а в се­рии по­сле­мат­че­вых 11-мет­ро­вых до­бы­ли по­бе­ду. Пе­ред ге­ро­ем мат­ча рас­пах­ну­лась дверь во взрос­лую ко­ман­ду го­ро­да, и в пер­вой же сво­ей иг­ре (про­тив сбор­ной Тур­ку­эна) он за­бил по­бед­ный гол.

В 1949-м Ко­па­шев­ски при­нял уча­стие во все­фран­цуз­ском тур­ни­ре юни­о­ров, про­хо­див­шем в Па­ри­же, и пе­ре­жил глу­бо­кое разо­ча­ро­ва­ние – ему, ма­лень­ко­му и во­об­ще до­воль­но чах­ло­му, блес­нуть не уда­лось. Там нуж­но бы­ло об­во­дить стой­ки, ис­пол­нять уг­ло­вые и штраф­ные и… боль­ше ни­че­го, а по­то­му. «Я так рас­счи­ты­вал, что на ме­ня об­ра­тят вни­ма­ние гран­ды Се­ве­ра – «Лилль», «Ва­лан­сьен»…» Два клу­ба, «Ан­жер» и «Реймс», всё же об­ра­ти­лись к юно­ше с кон­крет­ны­ми пред­ло­же­ни­я­ми. Ко­па­шев­ски боль­ше по­гля­ды­вал в сто­ро­ну «Рейм­са», толь­ко что став­ше­го чем­пи­о­ном стра­ны (а кто б на его ме­сте не ме­тил в На­по­лео­ны!), но тот вел се­бя че­рес­чур ле­ни­во, а вот «Ан­жер» был на­стой­чив и его по­су­лы – щед­рее. В ито­ге за сум­му в 100 ты­сяч франков и обе­ща­ние непре­мен­но най­ти ему ра­бо­ту элек­три­ком отец Рай­мо­на со­гла­сил­ся на то, что­бы его сын под­пи­сал сво­ей пер­вый по­лу­про­фес­си­о­наль­ный кон­тракт.

При­ме­рить столь по­лю­бив­шу­ю­ся ему спе­цов­ку элек­три­ка Рай­мо­ну так и не до­ве­лось. Клуб не смог най­ти для него ва­кант­ное ме­сто, по­это­му вско­ре по­лу­про­фес­си­о­наль­ный кон­тракт был сме­нён про­фес­си­о­наль­ным, а Рай­мон стал по­лу­чать зар­пла­ту в 21 ты­ся­чу франков в ме­сяц. Не мо­жем ска­зать, мно­го это бы­ло по тем вре­ме­нам или ма­ло, к то­му же это «ста­ры­ми» фран­ка­ми. Ко­па не скры­вал свое разо­ча­ро­ва­ние – он мечтал о «Рейм­се», а при­шлось под­ни­мать со дна бо­лее чем скром­ный клуб, но в ито­ге о ре­ше­нии со­вер­шен­но не по­жа­лел – бла­го и «Реймс» ни­ку­да не дел­ся…

По­че­му все-та­ки шам­па­нь­цы не слиш­ком за­ин­те­ре­со­ва­лись Ко­па по­на­ча­лу? Это во­про­сы к то­гдаш­не­му тре­не­ру Ан­ри Рёс­сле­ру – не ис­клю­че­но, что он по­про­сту был убеж­ден, что трио фор­вар­дов Фла­мьон – Си­ни­баль­ди – Би­ни, под­дер­жан­ное та­ки­ми ре­бя­та­ми, как Жон­ке, Пен­верн и Мар­ше, вполне са­мо­до­ста­точ­но и ни­ка­кие со­мни­тель­ные уси­ле­ния ему не тре­бу­ют­ся. Здесь Ко­па пер­вый и по­след­ний раз же­нил­ся – на сест­ре то­ва­ри­ща по ко­ман­де, сю­да он воз­вра­щал­ся, как толь­ко под­во­ра­чи­ва­лось сво­бод­ное вре­мя. Ти­хий Ан­жер стал его до­мом, и имен­но здесь Ко­па ис­пу­стил по­след­ний вздох…

…Ед­ва Рай­мон пе­ре­сту­пил по­рог раз­де­вал­ки ан­жуй­ско­го клу­ба и пред­ста­вил­ся, как тре­нер Ка­миль Кот­тен за­явил: «Ни­ка­кой ты боль­ше не Ро­ман Ко­па­шев­ски, а Рай­мон Ко­па! Это ко­ро­че, яр­че и звуч­нее!»

Хо­тя по дру­гой вер­сии Рай­мо­на пе­ре­де­ла­ли в Ко­па еще в шко­ле, нам боль­ше нра­вит­ся этот ва­ри­ант раз­ви­тия со­бы­тий.

Свою це­ну он пред­став­лял весь­ма непло­хо

«Ан­жер» иг­рал во вто­ром ди­ви­зи­оне, и, несмот­ря на всю ста­ра­тель­ность мо­ло­до­го фор­вар­да, иг­рал не очень успеш­но. В пер­вом се­зоне при Ко­па ко­ман­да за­ня­ла 15-е ме­сто сре­ди 18-ти клу­бов, а из Куб­ка бы­ла вы­би­та в чет­вёр­том ра­ун­де (1/8). Рай­мон вы­дал несколь­ко яр­ких соль­ных спек­так­лей (два мя­ча про­тив «Мар­се­ля» – окон­ча­тель­ный счёт 4:0, един­ствен­ный и по­бед­ный гол в иг­ре с «Мо­на­ко»), но в

оди­ноч­ку вы­та­щить весь­ма по­сред­ствен­ную ко­ман­ду на­верх он не мог.

Се­зон-1950/51 ан­жуй­ская ко­ман­да про­ве­ла не луч­ше (14-е ме­сто), но Ко­па стал луч­шим ее бом­бар­ди­ром и ре­шил, что при­шла по­ра подыс­кать се­бе бо­лее вы­год­ное и ин­те­рес­ное ме­сто. А тут как раз по­до­спел то­ва­ри­ще­ский матч меж­ду «Ан­же­ром» и вы­сту­пав­шим в «выш­ке» «Рейм­сом», за ко­то­рый Ко­па хо­тел вы­сту­пать с юных лет. По­еди­нок за­кон­чил­ся со счё­том 4:4, и Аль­бер Бат­тё, на­став­ник го­стей, чёт­ко для се­бя ура­зу­мел – это­го пар­ня нуж­но брать.

Пе­ре­го­во­ры тя­ну­лись дол­го. По­ка они шли, Ко­па от­пра­вил­ся в со­ста­ве «Рейм­са» в турне по Ал­жи­ру и отыг­рал там на­столь­ко здо­ро­во, что ру­ко­вод­ство ко­ман­ды со­гла­си­лось на вы­став­лен­ную «Ан­же­ром» транс­фер­ную сум­му в 1 800 000 франков. А сам Ко­па, по­чу­яв за­пах хо­ро­ших де­нег, по­тре­бо­вал под­нять пред­ла­га­е­мый ему лич­но бо­нус с трёх­сот ты­сяч франков до по­лу­мил­ли­о­на. Ди­рек­то­рат «Рейм­са» воз­му­тил­ся бы­ло и хо­тел да­же рас­торг­нуть сдел­ку, но Бат­тё уда­лось уго­во­рить бос­сов и убе­дить их, что они не про­га­да­ют, вы­ло­жив эти деньги.

Так Рай­мон Ко­па стал иг­ро­ком «Рейм­са» и по­ра­зи­тель­но быст­ро под­твер­дил право­ту Бат­тё. В че­ты­рёх то­ва­ри­ще­ских мат­чах на­ка­нуне стар­та в чем­пи­о­на­те ко­ман­да одер­жа­ла че­ты­ре по­бе­ды, за­бив при этом – не по­ве­ри­те! – 32 мя­ча, а Ко­па стал ав­то­ром де­вя­ти из них. Мест­ная пуб­ли­ка сра­зу по­лю­би­ла неза­у­ряд­но­го фор­вар­да, и сам он пре­бы­вал в пол­ной эй­фо­рии, но офи­ци­аль­ные мат­чи стар­то­вав­ше­го се­зо­на ока­за­лись ку­да су­ро­вее и слож­нее, чем меж­се­зон­ные по­ка­туш­ки.

Пер­вый офи­ци­аль­ный матч за «Реймс» он про­вёл 2 сен­тяб­ря 1951 го­да – 0:0 со «Страс­бур­гом», ко­то­рый в ито­ге за­нял в пер­вен­стве по­след­нее ме­сто, но пер­вый гол за­бил лишь 11 но­яб­ря в Па­ри­же, вы­сту­пая на «Парк де Пренс» про­тив мест­но­го «Ра­син­га». И хо­тя па­ри­жане бы­ли за­мет­но силь­нее, вы­не­ся при­ез­жих со сче­том 5:2, толь­ко по­сле этой иг­ры Ко­па окон­ча­тель­но за­кре­пил­ся в ос­но­ве ко­ман­ды. Луч­шим же его мат­чем стал до­маш­ний по­еди­нок с «Мар­се­лем», в ко­то­ром он сде­лал сра­зу два хет­три­ка – го­ле­вой и ас­си­стент­ский, обес­пе­чив пол­ный и без­ого­во­роч­ный раз­гром го­стей 8:1.

«Реймс» вы­сту­пил от­но­си­тель­но непло­хо – за­нял чет­вёр­тое ме­сто с 8 оч­ка­ми от­ста­ва­ния от чем­пи­о­на, «Ниц­цы». Бы­ли у ко­ман­ды и яр­кие мат­чи (на­при­мер, 6:1 с за­няв­шим вто­рую стро­ку «Бор­до»), но име­лись и от­кро­вен­ные про­ва­лы – от се­ред­няч­ка «Со­шо» «Реймс» по­лу­чил два­жды – 1:4 в го­стях и 1:5 до­ма. В це­лом вы­ступ­ле­ние ко­ман­ды бы­ло при­зна­но удо­вле­тво­ри­тель­ным, с учё­том то­го, что ее ли­ния ата­ки бы­ла со­став­ле­на по­чти сплошь из неопе­рив­ших­ся юн­цов – ря­дом с 20-лет­ним Ко­па дей­ство­ва­ли его ро­вес­ник, ред­кий по тем вре­ме­нам уни­вер­сал Ми­шель Леб­лон, 21-лет­ний Фран­сис Ме­а­но, 19-лет­ний бом­бар­дир Рене Бли­ар, не на­мно­го стар­ший их всех Жан Темплен. Ря­дом с ни­ми ве­ду­щий игрок ко­ман­ды, це­мен­ти­ро­вав­ший всю иг­ру в се­ре­дине по­ля 27-лет­ний вос­пи­тан­ник «Рейм­са» Ро­бер Жон­ке ка­зал­ся ста­ри­ком. На сче­ту Ко­па ока­за­лось все­го 8 го­лов, не так уж мно­го по срав­не­нию с тем, че­го от него ожи­да­ли и че­го ожи­дал он сам.

Си­ту­а­ция к луч­ше­му из­ме­ни­лась по­сле то­го, как Бат­тё вы­смот­рел во вто­ро­ди­ви­зи­он­ном «Труа» еще од­но­го по­ля­ка, Лео­на Гло­вац­ки. Рай­мо­ну по ре­ше­нию тре­не­ра при­шлось сдви­нуть­ся чуть на­зад, осво­бо­див ме­сто центр­фор­вар­да для но­вич­ка. Он про­де­лал это без осо­бой охо­ты, так как при­вык со­ли­ро­вать, быть на ви­ду и впе­ре­ди всех, но ока­за­лось, что Бат­тё ви­дел даль­ше и по­ни­мал иг­ру луч­ше. Связ­ка Ап­пель – Ко­па – Гло­вац­ки (Ко­па рас­по­ла­гал­ся фак­ти­че­ски «под» па­рой бом­бар­ди­ров, в сти­ле сбор­ной Вен­грии, где ана­ло­гич­но дей­ство­вал Хи­дег­ку­ти по­за­ди Пуш­ка­ша и Ко­чи­ша) ста­ла гроз­ным ору­жи­ем «Рейм­са», ко­то­рый вы­иг­рал чем­пи­о­нат стра­ны в яр­ко­вы­ра­жен­ном ата­ку­ю­щем сти­ле. Се­ве­ряне от­пра­ви­ли в во­ро­та со­пер­ни­ков 86 го­лов, а Ко­па до­бил­ся од­но­го из луч­ших по­ка­за­те­лей в сво­ей ка­рье­ре, на­не­ся 13 точ­ных уда­ров.

За­од­но «Реймс» «за­це­пил» весь­ма по­пу­ляр­ный в те го­ды Ла­тин­ский ку­бок. В по­лу­фи­на­ле па­ла «Ва­лен­сия» (2:1, го­лы за­би­ли Ко­па и Ме­а­но, ко­то­рый бук­валь­но че­рез несколь­ко ме­ся­цев по­сле это­го на­смерть разо­бьёт­ся в сво­ей ма­шине), в фи­на­ле – «Милан» (3:0, на сче­ту Рай­мо­на дубль). Ве­ли­ко­леп­ная иг­ра фран­цуз­ской ко­ман­ды по­лу­чит на­зва­ние «шам­пан­ский фут­бол», и от­ныне сей тер­мин бу­дет нераз­рыв­но свя­зан ис­клю­чи­тель­но с «Рейм­сом».

в ша­ге от вер­ши­ны Ми­ра

В се­зоне-1953/54 «Реймс» вто­рой, все­го в од­ном ша­ге по­за­ди «Лил­ля», в сле­ду­ю­щем опять бе­рёт ти­тул за яв­ным пре­иму­ще­ством. Пя­тёр­ка на­па­де­ния Леб­лон – Ко­па – Гло­вац­ки – Бли­ар – Темплен без­услов­но луч­шая в ли­ге, трое из них за­дей­ство­ва­ны и в сбор­ной стра­ны вку­пе с «раз­ру­ши­те­ля­ми» Жон­ке и Пен­вер­ном. (Лю­бо­пыт­но, что в по­лу­за­щи­те в те го­ды по­яви­лась еще од­на весь­ма при­ме­ча­тель­ная лич­ность – бу­ду­щий тре­нер сбор­ной Фран­ции Ми­шель Идаль­го.) Од­ним сло­вом, «Реймс» се­ре­ди­ны 50-х это дей­стви­тель­но силь­ней­шая ко­ман­да во Фран­ции и од­на из силь­ней­ших ко­манд во всей Ев­ро­пе. Раз­ве что внут­рен­нем куб­ке ей ка­та­стро­фи­че­ски не вез­ло – вы­ле­та­ла на даль­них под­сту­пах к фи­на­лу, при этом пал­ку в ко­ле­со обыч­но встав­лял раз за ра­зом по­па­дав­ший­ся ей в розыг­ры­ше «Лилль».

За­то по­вез­ло в де­бю­ти­ро­вав­шем со­рев­но­ва­нии, ко­то­рое очень быст­ро ста­нет са­мым кру­тым ев­ро­пей­ским клуб­ным тур­ни­ром – Ку­бок ев­ро­пей­ских чем­пи­о­нов. По­вез­ло в том смыс­ле, что вплоть до фи­на­ла фран­цу­зам в каж­дом ра­ун­де до­ста­ва­лись вполне «съе­доб­ные» со­пер­ни­ки. Ведь во внут­рен­нем пер­вен­стве «Реймс» по непо­нят­ным при­чи­нам «по­сы­пал­ся». Ни о ка­кой борь­бе за ти­тул или хо­тя бы при­зо­вые ме­ста речь не шла, ко­ман­да весь се­зон бол­та­лась в се­ре­дине таб­ли­цы, да там и фи­ни­ши­ро­ва­ла с бо­лее чем скром­ным 50-про­цент­ным оч­ко­вым по­ка­за­те­лем. За­то очень при­лич­но отыг­ра­ла в КЕЧ.

В пер­вом ра­ун­де гал­лы лег­ко про­шли дат­ский «Ор­хус» (2:0 в го­стях и 2:2 до­ма, три мя­ча на сче­ту Гло­вац­ки), в чет­верть­фи­на­ле одо­ле­ли вен­гер­ский МТК (4:2 и 4:4, на сей раз фе­сти­ва­лил Бли­ар, за­бив­ший три­жды, по па­ре мя­чей до­ба­ви­ли Гло­вац­ки и Леб­лон; на не слиш­ком убе­ди­тель­ные сче­та осо­бо­го вни­ма­ния не об­ра­щай­те – к при­ме­ру, в го­стях фран­цу­зы уже к 52-й ми­ну­те ве­ли 4:1). По­лу­фи­нал – на за­висть мно­гим. Шот­ланд­цы. Но не «Селтик» и не «Рейн­джерс» и да­же не чем­пи­он Шот­лан­дии-1955 «Абер­дин», а все­го лишь «Хи­бер­ни­ан», ко­то­рый во­об­ще непо­нят­но за ка­кие за­слу­ги объ­явил­ся в этом со­рев­но­ва­нии*. * – «Хи­бер­ни­ан» в на­ча­ле 50-х го­дов про­шло­го ве­ка дей­стви­тель­но пред­став­лял со­бой до­ста­точ­но гроз­ную си­лу, в 48-м, 51-м и 52-м да­же ста­но­вил­ся чем­пи­о­ном стра­ны, но в 55-м пер­вен­ство Шот­лан­дии вы­иг­рал «Абер­дин». По­че­му скот­тов в де­бют­ном Куб­ке чем­пи­о­нов пред­став­ля­ли «Хи­бз»? Тут сто­ит за­ме­тить, что «Хи­бз» бы­ли да­ле­ко не един­ствен­ной ко­ман­дой-нечем­пи­о­ном в этом тур­ни­ре. К при­ме­ру, от­ка­за­лись иг­рать в пер­вом КЕЧ «Хол­ланд спорт», «Гон­вед» и БК «Ко­пен­га­ген» – чем­пи­о­ны, со­от­вет­ствен­но, Ни­дер­лан­дов, Вен­грии и Да­нии. Ан­глий­ско­му «Чел­си» во­об­ще за­пре­ти­ла (по дру­гой вер­сии – уго­во­ри­ла) иг­рать мест­ная Ас­со­ци­а­ции – ти­па не по­зорь­те наш фут­бол уча­сти­ем в ка­ких-то ле­вых тур­ни­рах! Вме­сто чел­сю­ков иг­ра­ла поль­ская «Гвар­дия», Ну а спро­си­те се­бя, что та­кое «Са­ар­брюк­кен» и ко­го он пред­став­лял… Вот и «Хи­бер­ни­ан» за­нял в чем­пи­о­на­те пя­тое ме­сто, но дру­гих же­ла­ю­щих, кро­ме то­го, име­ю­щих ста­ди­он с ис­кус­ствен­ным осве­ще­ни­ем – непре­мен­ное усло­вие! – в Шот­лан­дии не на­шлось. Это по­том без­услов­ный успех пер­во­го розыг­ры­ша за­ста­вит клу­бы не кру­тить но­сом, а ло­мить­ся в КЕЧ!

Скот­ты да­же до во­рот Ре­не­жа­на Жа­ке тол­ком до­брать­ся не мог­ли. «Реймс» был силь­нее в обо­их мат­чах – 2:0 до­ма (Бли­ар и Леб­лон), 1:0 в го­стях (Гло­вац­ки). Вы, ко­неч­но же, об­ра­ти­ли вни­ма­ние, что сре­ди ав­то­ров го­лов ни ра­зу не упо­ми­на­ет­ся фа­ми­лия Ко­па. Не най­дё­те вы ее и в про­то­ко­ле фи­наль­но­го по­един­ка КЕЧ «Реал» – «Реймс».

К со­жа­ле­нию, сей­час невоз­мож­но най­ти по­дроб­ную ста­ти­сти­ку­мат­чей­тех­лет–кто­сколь­ко вла­дел мя­чом, кто от­да­вал го­ле­вые.при­же­ла­нии­вы­мо­же­тео­тыс­кать ро­лик с клю­че­вы­ми мо­мен­та­ми то­го по­един­ка, при боль­шом же­ла­нии – ви­део­за­пись все­го мат­ча, рас­смот­реть по ме­ре воз­мож­но­сти всё в де­та­лях и со­ста­вить соб­ствен­ное мне­ние о том, кто вер­хо­во­дил­на­по­ле­во­бе­их­ко­ман­дах, по­че­му фран­цу­зы, ве­дя уже по­сле10ми­ну­ти­г­ры2:0,упу­сти­ли стольв­ну­ши­тель­но­е­пре­иму­ще­ство, по­че­му опять без го­ла ушёл с по­ля Ко­па, хо­тя имен­но это­го и имен­но от него на «Парк де Прен­се» жда­ли в первую оче­редь.

Как бы там ни бы­ло, три­ум­фа­тор то­го мат­ча под но­ме­ром 1 и по име­ни Сантья­го Бер­на­беу по­сле его окон­ча­ния устре­мил свой без­от­каз­но дей­ству­ю­щий «де­неж­ный взгляд» не на Леб­ло­на, не на Идаль­го и да­же не на Гло­вац­ки. На Рай­мо­на Ко­па.

Как вам уже мно­го­крат­но со­об­ща­лось, в том чис­ле и со стра­ниц на­ше­го жур­на­ла, ес­ли Бер­на­беу че­го-то очень силь­но хо­тел, то все­гда это­го до­би­вал­ся. А са­мым се­рьез­ным ар­гу­мен­том в его диа­ло­ге с ру­ко­вод­ством «Рейм­са» ста­ли 52 мил­ли­о­на франков (ста­ры­ми, по­сле де­но­ми­на­ции – 520 ты­сяч, но по тем вре­ме­нам сум­ма огром­ная), ко­то­рые он вы­ва­лил на стол, да­же не тор­гу­ясь. Ко­па умчал в Ма­д­рид сра­зу же по­сле за­вер­ше­ния фи­наль­но­го по­един­ка.

– До­во­ди­лось слы­шать упре­ки – де­с­кать, я пре­дал «Реймс», раз­ме­нял его на деньги. Так посмот­ри­те, ка­кую сум­му вы­ру­чил за ме­ня клуб! Не мо­гу точ­но ска­зать, сколь­ко это сей­час, но за нее то­гда мож­но бы­ло по­стро­ить три непло­хих до­ма. «Реймс» же ку­пил трех от­лич­ных фут­бо­ли­стов –и в чем же тут пре­да­тель­ство?!

Ни в чем, ко­неч­но. Тем бо­лее, не трех, а чет­ве­рых – име­на Жю­ста Фонт­эна, Ро­же Пьян­то­ни, Жа­на Вен­са­на и До­ми­ни­ка Ко­лон­на, мяг­ко го­во­ря, не за­те­ря­лись в ис­то­рии фран­цуз­ско­го фут­бо­ла.

– Ме­ня до­мо­гал­ся еще и «Милан», но я се­бя ви­дел ис­клю­чи­тель­но в «Ре­а­ле», силь­ней­шей ко­ман­де ми­ра…

Лю­бо­пыт­но, что эти сло­ва Ко­па про­из­нес со­всем не­дав­но. Вро­де бы их сле­до­ва­ло ав­то­ма­ти­че­ски от­не­сти к 56 го­ду, тем бо­лее «Милан» дей­стви­тель­но ин­те­ре­со­вал­ся им, но не по­тя­нул фи­нан­со­во… Так нет же, се­ньор Рай­мон на пол­ном се­рье­зе про­из­нес это в при­вяз­ке к го­ду 1953-му! Ин­те­рес­но, а как он мог ре­шить то­гда, что «Реал» луч­ший из луч­ших?! Тем бо­лее, Ко­па ни­ко­гда не скры­вал сво­е­го пре­кло­не­ния пе­ред фи­гу­рой Пуш­ка­ша, но ни­как не Ди Сте­фа­но, то­же ед­ва обо­зна­чив­ше­го свое при­сут­ствие в Ис­па­нии.

вто­рая вер­сия при­хо­да ко­па в «Реал»

В ав­гу­сте 1956 го­да Рай­мон Ко­па с же­ной и ма­лень­кой доч­кой пе­ре­ехал в Ма­д­рид, где дол­жен был по­пол­нить ря­ды «Ре­а­ла», об­ла­да­те­ля но­во­ис­пе­чён­но­го Куб­ка ев­ро­пей­ских чем­пи­о­нов. Од­на­ко сра­зу же за­иг­рать за пер­вый со­став «блан­кос» не уда­лось – он вы­нуж­ден был ждать за­вер­ше­ния про­цес­са на­ту­ра­ли­за­ции Ди Сте­фа­но, что­бы не счи­тать­ся «лиш­ним» ле­ги­о­не­ром. То­гда в Ис­па­нии со­глас­но рас­по­ря­же­нию ку­ри­ро­вав­ше­го фут­бол ге­не­ра­ла Мос­кар­до ко­ман­де раз­ре­ша­лось иметь та­ко­вых не бо­лее двух, а в «Ре­а­ле» их на тот мо­мент ока­за­лось трое – кро­ме Ко­па еще бы­ли ар­ген­тин­цы Ди Сте­фа­но и Оль­сен. С Ди Сте­фа­но, хо­тя он вы­сту­пал в Ма­д­ри­де уже тре­тий се­зон, во­прос ре­шал­ся дол­го и труд­но из-за то­го, что Аль­фре­до успел по­иг­рать за сбор­ную Ар­ген­ти­ны, да еще и Ко­лум­бии. Толь­ко в на­ча­ле ок­тяб­ря 1956-го пе­ред Ко­па за­жгли зе­лё­ный свет. Тем вре­ме­нем он под­дер­жи­вал фор­му в со­ста­ве мад­рид­ско­го дуб­ля.

Ко­гда ста­ло яс­но, что де­бют фран­цу­за не за го­ра­ми, мад­рид­цы 4 ок­тяб­ря на ра­до­стях устро­и­ли пре­зен­та­цию но­вич­ка, при­гла­си­ли под это де­ло фран­цуз­ский «Со­шо» и разо­бра­ли его на зап­ча­сти 14:1. Мел­кие по­дроб­но­сти то­го мат­ча утра­че­ны, из­вест­но лишь, что 5 го­лов за­бил Ма­теос, по 3 – Ди Сте­фа­но и Ко­па, 2 – Ка­са­до и еще гол до­ба­вил Ан­то­нио Ру­ис. Рай­мон от­крыл счёт на 3-й ми­ну­те и за­крыл его на по­след­ней.

Лю­бо­пы­тен, но ма­ло из­ве­стен тот факт, что это бы­ло не пер­вое по­яв­ле­ние Ко­па в «сли­воч­ной» фут­бол­ке на «Сантья­го Бер­на­беу». 31 мая, ров­но за две неде­ли до фи­на­ла КЕЧ «Реал» – «Реймс» (то есть еще до то­го, как дон Сантья­го сде­лал «Рейм­су» и фран­цуз­ско­му фор­вар­ду пред­ло­же­ние, от ко­то­ро­го те не смог­ли от­ка­зать­ся), в Ма­д­ри­де со­сто­ял­ся матч-че­ство­ва­ние Лу­и­са Мо­лов­ни, со­би­рав­ше­го­ся ве­шать бут­сы на гвоздь. Бер­на­беу рас­ста­рал­ся – в со­пер­ни­ки был вы­бран бра­зиль­ский «Вас­ку да Га­ма», а «Реал» по­пол­нил­ся несколь­ки­ми спе­ци­аль­но при­гла­шён­ны­ми со сто­ро­ны… Соб­ствен­но, вот со­став «хо­зя­ев» в том по­един­ке:

Ху­а­ни­то Гон­са­лес (Бе­ра­са­лу­се, 46) – Ан­хель Атьен­са, Мар­ки­тос, Ле­смес – Му­ньос, Сар­ра­га – Мо­лов­ни, Ко­па («Реймс») (Вил­кес, «Ва­лен­сия», 46), Ди Сте­фа­но, Ку­ба­ла («Бар­се­ло­на»), Ко­льяр («Ат­ле­ти­ко») (Ми­гел, «Ат­ле­ти­ко», 46)

Ко­па, не бу­дучи то­гда еще под дав­ле­ни­ем Ди Сте­фа­но, сво­бод­ный от вся­ких так­ти­че­ских схем и усло­вий, про­явил се­бя во всей кра­се, за­бив на 12-й и 22-й ми­ну­тах. Неза­дол­го до пе­ре­ры­ва Ко­льяр по­ло­жил тре­тий, Ди Сте­фа­но в се­ре­дине вто­ро­го тай­ма – чет­вёр­тый, и толь­ко по­сле это­го мад­рид­цы сжа­ли­лись над бра­зиль­ца­ми и поз­во­ли­ли их на­па­да­ю­ще­му Ли­ви­ньо офор­мить дубль – 4:2. Рай­мон про­вёл на по­ле все­го тайм, но успел по­ста­вить ста­ди­он на уши и спра­вед­ли­во был при­знан луч­шим иг­ро­ком мат­ча. Не ис­клю­че­но, что имен­но то­гда, а во­все не по­сле фи­на­ла КЕЧ до­ну Сантья­го и при­шла в го­ло­ву мысль до­ба­вить это­го са­мо­быт­но­го яр­ко­го фор­вар­да в свою «сли­воч­ную» кол­лек­цию. Но ско­рее все­го, с этой иде­ей он но­сил­ся го­раз­до доль­ше – ведь Бер­на­беу ни­че­го не де­лал «про­сто так» и вряд ли стал бы при­гла­шать фран­цу­за чи­сто из ува­же­ния к нему.

Име­ет­ся вер­сия, что вни­ма­ние дона Сантья­го Ко­па при­влёк во вре­мя мад­рид­ско­го мат­ча сбор­ных Ис­па­нии и Фран­ции 17 мар­та 1955 го­да, ко­гда го­сти рас­ка­та­ли «се­лексьон» 2:1, а Рай­мон, за­бив­ший в той иг­ре пер­вый мяч, был про­сто непод­ра­жа­ем.

Ко­па (в од­ном из ин­тер­вью сно­ва на те­му ухо­да): «Я был пер­вым фран­цуз­ским фут­бо­ли­стом, по­ки­нув­шим стра­ну. В то вре­мя я от мно­гих, в том чис­ле и весь­ма близ­ких лю­дей, услы­шал сло­во «пре­да­тель». Но ведь ко­гда-ни­будь, ра­но или позд­но, это долж­но бы­ло про­изой­ти – то, что сей­час яв­ля­ет­ся со­вер­шен­но обы­ден­ным де­лом».

Несколь­ко стран­ное умо­за­клю­че­ние. А кто та­кой то­гда Лар­би Бен Ба­рек, став­ший в 1950-м и 1951 гг. чем­пи­о­ном Ис­па­нии в со­ста­ве «Ат­ле­ти­ко» и во­об­ще вы­сту­пав­ший за

«коль­чо­не­рос» в 1948–53 гг.? Или Ко­па не счи­та­ет тем­но­ко­же­го ма­рок­кан­ца, вы­сту­пав­ше­го за сбор­ную Фран­ции, та­ким же фран­цу­зом, как и се­бя? Нет, ско­рее все­го, он про­сто за­па­мя­то­вал – в дру­гом ме­сте дон Рай­мон при­чис­ля­ет Бен Ба­ре­ка к сон­му ве­ли­чай­ших фут­бо­ли­стов и при­зна­ет­ся, что для него, юно­го Ко­па, бы­ло ве­ли­чай­шей че­стью од­на­жды сыг­рать за сбор­ную Фран­ции вме­сте со столь ле­ген­дар­ным ма­сте­ром…

К сло­ву, Бен Ба­ре­ка в свое вре­мя со­вер­шен­но за­бы­ли, в 1992 го­ду он умер в род­ной Ка­са­блан­ке в пол­ней­шем оди­но­че­стве и его те­ло бы­ло об­на­ру­же­но лишь три дня спу­стя. Судь­ба Ко­па ока­за­лась ку­да бо­лее счаст­ли­вой и из­вест­ной.

на вер­шине Ми­ра С кре­ном впра­во и во­про­са­ми

Де­бют Ко­па в При­ме­ре со­сто­ял­ся 21 ок­тяб­ря (7-й тур) про­тив ред­ко­го го­стя «выш­ки», ма­ло­из­вест­но­го то­гда да и те­перь то­же «Ха­е­на», и вы­шел Рай­мон на пра­вом флан­ге ата­ки. Кста­ти, в Ис­па­нии его имя ча­ще про­из­но­си­ли на мест­ный ма­нер – Ра­мон. А еще его снаб­ди­ли не слиш­ком бла­го­звуч­ным для сла­вян­ско­го уха по­го­ня­лом «Ко­пи­та» – что в пе­ре­во­де с ис­пан­ско­го озна­ча­ет все­го лишь «ма­лень­кий Ко­па».

По­зи­ция бы­ла не со­всем для него при­выч­ная, воз­мож­но по­это­му он боль­шую часть мат­ча на­хо­дил­ся в те­ни парт­нё­ров, огра­ни­чи­ва­ясь подыг­ры­шем, и рас­кре­по­стил­ся толь­ко в по­след­ней чет­вер­ти по­един­ка. Но на­ча­ло все­ми бы­ло при­зна­но весь­ма удач­ным – сра­зу дубль, че­го еще нуж­но? Еще один гол Ко­па до­ба­вил в 9-м ту­ре, про­тив «Ат­ле­ти­ка» (3:0). И… на­дол­го за­молк.

Здесь для чёт­ко­го по­ни­ма­ния си­ту­а­ции тре­бу­ет­ся по­яс­не­ние. Ви­ди­мо, мно­гие зна­ют, что в «сли­воч­ной» пя­тёр­ке на­па­де­ния об­раз­ца 1956 го­да две по­зи­ции бы­ли за­столб­ле­ны же­лез­но и бес­по­во­рот­но: Ди Сте­фа­но – в цен­тре, Хен­то – на ле­вом краю. Здесь о ка­ких-то из­ме­не­ни­ях ни то­гда, ни поз­же не за­ду­мы­вал­ся да­же Сантья­го Бер­на­беу. По осталь­ным бы­ли кое-ка­кие ва­ри­ан­ты: Хо­се­и­то, Каста­ньо и в ка­кой-то сте­пе­ни Мо­лов­ни, ко­то­рый был боль­ше ха­вом, чем ата­кё­ром, кон­ку­ри­ро­ва­ли на пра­вой бров­ке. Мар­саль, Оль­сен и слег­ка Пе­рес-пайя – на по­зи­ции пра­во­го по­лу­сред­не­го. Ма­теос ли­бо Ри­ал – ле­во­го. Но Мо­лов­ни, как мы уже отметили, был хо­ро­шо в воз­расте и ка­рье­ру прак­ти­че­ски за­вер­шил, Оль­сен то­же тя­нул сла­бо и в се­зоне-1956/57 сыг­рал все­го 3 мат­ча. Каста­ньо и Пе­рес-пайя с при­хо­дом Ко­па пе­ре­бра­лись на ска­мей­ку за­пас­ных, с ко­то­рой це­лый се­зон не сле­за­ли, а по­том во­об­ще по­ки­ну­ли ко­ман­ду. Так что ка­ких-то осо­бых ва­ри­ан­тов при­ме­не­ния фран­цу­за не на­блю­да­лось – спра­ва, ли­бо край­ним, ли­бо по­лу­сред­ним. За­чем и ко­му он ну­жен был на ле­вой бров­ке? А в уго­ду Ко­па сдви­гать на ка­кую-то иную по­зи­цию Ди Сте­фа­но не ре­шил­ся бы ни один здра­во­мыс­ля­щий тре­нер, уж тем бо­лее Хо­се Ви­лья­лон­га.

– По­на­ча­лу мне и вправ­ду при­шлось нелег­ко. Де­ло да­же не в том, что я иг­рал на до­воль­но непри­выч­ной для ме­ня по­зи­ции спра­ва – про­сто мои парт­не­ры по «Ре­а­лу» при­выч­но иг­ра­ли че­рез левый фланг и Хен­то, вви­ду че­го поль­зы от ме­ня, ко­неч­но, бы­ло не слиш­ком мно­го, а я чув­ство­вал се­бя до­воль­но оди­но­ко. Ни­че­го, спра­вил­ся.

По­сле неудач­но­го для «Ре­а­ла» мат­ча с «Бар­сой» (0:1) Хо­се Ви­лья­лон­га ре­шил пе­ре­ве­сти фран­цу­за на бо­лее ком­форт­ное для него ме­сто пра­во­го по­лу­сред­не­го, вер­нув на пра­вый край Хо­се­и­то, но и там у Ко­па ма­ло что по­лу­ча­лось. Первую скрип­ку уве­рен­но ис­пол­нял Ди Сте­фа­но, в том се­зоне ко­ло­тив­ший го­лы пач­ка­ми, а Рай­мон слов­но во­ды в рот на­брал, и хо­тя пе­ри­о­ди­че­ски вы­да­вал эф­фект­ные соль­ные но­ме­ра с мя­чом, но де­лал это ско­рее на по­те­ху пуб­ли­ке, а не для поль­зы ко­ман­ды. Да, слу­ча­лись у него пре­крас­ные ас­си­сты, но не так мно­го, как хо­те­лось бы, и к то­му же бра­ли Ко­па в «Реал» немно­го с дру­гой це­лью.

До­шло до то­го, что по­сле невы­ра­зи­тель­но­го мат­ча 16-го ту­ра с бар­се­лон­ским «Кон­да­лем» (1:0; мы ко­гда-то рас­ска­зы­ва­ли об этом неве­ро­ят­ном участ­ни­ке При­ме­ры, дуб­ле «Бар­се­ло­ны», ко­то­рый сроч­но за­по­лу­чил дру­гое имя и юри­ди­че­ские ос­но­ва­ния) Ви­лья­лон­га не вы­дер­жал и уса­дил Ко­па в за­пас, по­ста­вив на его по­зи­цию про­ве­рен­но­го Ма­тео­са. И на­до же та­ко­му слу­чить­ся – без Рай­мо­на «блан­кос» вы­нес­ли на ло­па­те «Эс­па­ньол» 7:2, хет-три­ком раз­ра­зил­ся пра­во­флан­го­вый Хо­се­и­то, го­лом отметился Ма­теос (то есть фак­ти­че­ски его кон­ку­рен­ты на пред­ла­га­е­мых фран­цу­зу по­зи­ци­ях), ну и без дуб­ля Ди Сте­фа­но, ко­неч­но же, не обо­ш­лось.

Впро­чем, «от­став­ка» дли­лась недол­го. Дер­жать на ска­мье столь до­ро­гое при­об­ре­те­ние не ре­шил­ся под стро­гим взгля­дом Бер­на­беу да­же гор­дый и свое­нрав­ный Ви­лья­лон­га. Ко­па иг­рал по­чти по­сто­ян­но, но го­ла­ми отметился лишь в трёх мат­чах. Фран­цуз­ская Wiki, очень по­дроб­но и до­тош­но рас­пи­сав­шая био­гра­фию со­оте­че­ствен­ни­ка, от­ме­ча­ет, что «…по­сле это­го Ко­па по прось­бе Ди Сте­фа­но вновь был пе­ре­ве­ден на пра­вый фланг ата­ки». Яв­ный на­мёк на про­ис­ки злоб­но­го Аль­фре­до, не тер­пев­ше­го кон­ку­рен­ции.

Ни­че­го по­доб­но­го. По­чти весь вто­рой круг на пра­вой бров­ке от­па­хал Хо­се­и­то, вы­гля­дев­ший там зна­чи­тель­но яр­че фран­цу­за и быв­ший ре­зуль­та­тив­нее него, он же в клю­че­вом по­един­ке пер­вен­ства с «Бар­се­ло­ной» за­бил един­ствен­ный гол, фак­ти­че­ски ре­шив­ший судь­бу ти­ту­ла в поль­зу «Ре­а­ла». И толь­ко в по­след­них че­ты­рёх ту­рах, по­сле трав­мы Хо­се­и­то, Ви­лья­лон­га дей­стви­тель­но сдви­нул Ко­па на его по­зи­цию флан­го­во­го ата­кё­ра, но не по чье­му-то на­у­ще­нию, а по необ­хо­ди­мо­сти, посколь­ку Мар­саль не об­ла­дал для это­го до­ста­точ­ной ско­ро­стью и тех­ни­кой.

В Куб­ке Ис­па­нии, стар­то­вав­шем сра­зу по окон­ча­нии При­ме­ры, Ко­па не иг­рал. Он во­об­ще не сыг­рал ни в од­ном внут­ри­куб­ко­вом мат­че за всё вре­мя пре­бы­ва­ния в Ис­па­нии, посколь­ку то­гда в этом со­рев­но­ва­нии ле­ги­о­не­рам вы­сту­пать не раз­ре­ша­лось. (Хо­тя не со­всем по­нят­но, по­че­му в Куб­ке был за­дей­ство­ван Оль­сен, со­хра­нив­ший ар­ген­тин­ское граж­дан­ство.)

От­нюдь не бли­ста­тель­ным по­лу­чи­лось вы­ступ­ле­ние Рай­мо­на в Куб­ке чем­пи­о­нов. Он, прав­да, по­мог «блан­кос» спра­вить­ся в 1/8-й с неуступ­чи­вым вен­ским «Ра­пи­дом»: по­сле 4:2 и 1:3 в до­пол­ни­тель­ном по­един­ке, про­хо­див­шем, меж­ду про­чим, в Ма­д­ри­де (Сантья­го Бер­на­беу под­су­е­тил­ся, вы­ло­жив ав­стри­я­кам круг­лую сум­му за то, что­бы те со­гла­си­лись про­ве­сти этот матч на ста­ди­оне его име­ни), Ко­па до­вёл счёт до ком­форт­ных 2:0 (а от­крыл его Хо­се­и­то). Он за­бил очень важ­ный пер­вый гол на «Олд Траф­форд» в от­вет­ном по­лу­фи­на­ле – по­сле то­го как «ма­лы­ши Ба­с­би» по­обе­ща­ли, что до­ма с лих­вой ком­пен­си­ру­ют го­сте­вые 1:3. Не вы­шло у «Ман­че­стер Юнай­тед» – уда­ры Ко­па на 25-й и Ри­а­ла на 32-й сде­ла­ли за­да­чу ан­гли­чан невы­пол­ни­мой (2:2).

Од­на­ко в боль­шин­стве мат­чей Ко­па те­рял­ся на фоне пре-

жде все­го со­кру­ши­тель­ной иг­ры Ди Сте­фа­но. Вполне воз­мож­но, что из-за неудоб­ной по­зи­ции. Хо­тя его ста­ви­ли и на пра­вый фланг ата­ки, и на ме­сто пра­во­го по­лу­сред­не­го, а в от­вет­ке с упо­мя­ну­тым «Ра­пи­дом» – да­же ле­вым по­лу­сред­ним, а Ко­па, со­гла­ша­ясь на пе­ре­ход в «Реал», обязан был чёт­ко се­бе пред­став­лять, что по­дви­нуть ве­ли­ко­го ар­ген­тин­ца с его из­люб­лен­ной по­зи­ции не удаст­ся ни­ко­му.

Пер­вый се­зон Ко­па в Ма­д­ри­де ни­как нель­зя на­звать со­всем уж неудач­ным. Он стал чем­пи­о­ном Ис­па­нии, вы­иг­рал Ку­бок чем­пи­о­нов, по­лу­чил от «Франс Фут­бо­ла» уже вто­рую «Брон­зо­вую бут­су», усту­пив лишь Ди Сте­фа­но и Бил­ли Рай­ту. Во вто­рой раз стал по­бе­ди­те­лем Ко­па Ла­ти­на (Ла­тин­ско­го куб­ка; «Реал» обыг­рал 5:1 «Милан» и 1:0 «Бен­фи­ку», Рай­мон по­участ­во­вал в обо­их мат­чах, но и там обо­шёл­ся без го­лов). Од­на­ко бы­ло и от че­го огор­чать­ся и над чем при­за­ду­мать­ся. Су­ди­те са­ми: в том се­зоне Ди Сте­фа­но за­бил во всех со­рев­но­ва­ни­ях 43 мя­ча (в чем­пи­о­на­те 31), Ма­теос – 17 (14), Хо­се­и­то – 17 (11), и да­же Хен­то, ко­то­рый от­ли­чал­ся все­го дву­мя до­сто­ин­ства­ми – ско­ро­стью и ра­бо­то­спо­соб­но­стью (про­мчал­ся – на­ве­сил – про­мчал­ся – на­ве­сил) и ко­то­рый в под­мёт­ки не го­дил­ся Рай­мо­ну по ча­сти тех­ни­ки и ви­де­ния по­ля, за­пи­сал в свой ак­тив 11 го­лов (7). На сче­ту же Ко­па их ока­за­лось все­го 8 (6). Нуж­но ли го­во­рить, что разо­ча­ро­ва­ны бы­ли и сам игрок, и его ра­бо­то­да­те­ли, сам Рай­мон – в го­раз­до боль­шей сте­пе­ни.

вер­ши­на вер­шин, или ко­па и Сбор­ная

Вто­рой се­зон ока­зал­ся чу­точ­ку по­луч­ше во всех смыс­лах, хо­тя сме­нив­ший Ви­лья­лон­гу ар­ген­ти­нец Кар­ни­лья окон­ча­тель­но за­гнал Ко­па на пра­вый фланг, по­жерт­во­вав для это­го Хо­се­и­то. Рай­мон немно­го успо­ко­ил­ся – по край­ней ме­ре, ар­ген­ти­нец не дви­гал его ту­да-сю­да и не под­вер­гал со­мне­нию его ме­сто в ос­но­ве. В пер­вых ше­сти ту­рах Ко­па от­ли­чил­ся че­ты­ре­жды и да­же на па­ру с Ри­а­лом на ка­кое­то вре­мя за­тмил Ди Сте­фа­но, у ко­то­ро­го по­на­ча­лу иг­ра не шла. А по­том на­ча­лось де­жа-вю – фран­цуз опять «за­мол­чал» и по­сле про­валь­но­го вы­ез­да в Са­ра­го­су (1:3) от­пра­вил­ся на бан­ку, где про­вёл па­ру игр. (А Кар­ни­лья от­пра­вил­ся на по­клон к ра­нее раз­жа­ло­ван­но­му им Хо­се­и­то…) Но и «от­дох­нув», Рай­мон ре­зуль­та­тив­нее не стал, его без­го­ле­вая се­рия до­стиг­ла 13-ти (!) мат­чей. Толь­ко в 23-м ту­ре Ко­па на­пом­нил о сво­их та­лан­тах – по­мог мад­рид­цам спа­сти ни­чью с «Со­сье­да­дом». За­тем за­бил еще несколь­ко го­лов, до­ве­дя в ито­ге их об­щее чис­ло в чем­пи­о­на­те до восьми. Пря­мо ска­жем, не гу­сто (Ди Сте­фа­но – 19, Ри­ал – 17, Мар­сал – 12…).

В оче­ред­ном КЕЧ Рай­мон огра­ни­чил­ся ма­ло к че­му обя­зы­ва­ю­щей «трёш­кой», по­участ­во­вав од­ним го­лом в раз­гро­ме «Ант­вер­пе­на» (6:0) и дву­мя – в вы­но­се «Се­ви­льи» (8:0). Ос­нов­ную ра­бо­ту в том розыг­ры­ше про­де­лал Ди Сте­фа­но, за­бив в се­ми мат­чах 10 раз. По­чти один в один по­вто­ри­лась исто­рия преды­ду­ще­го се­зо­на, как в анек­до­те о фаль­ши­вых ёлоч­ных иг­руш­ках – вновь чем­пи­он­ский ти­тул, еще один КЕЧ, но ра­до­сти от то­го ни­ка­кой.

И толь­ко в сбор­ной Ко­па вы­дал, что на­зы­ва­ет­ся, на пол­ную ка­туш­ку. На швед­ском чем­пи­о­на­те ми­ра фран­цу­зы пре­под­нес­ли гран­ди­оз­ный сюр­приз, осо­бен­но в срав­не­нии с преды­ду­щим мун­ди­а­лем. Об этом от­дель­ный рас­сказ.

По­на­ча­лу Ко­па, то­гда еще Ко­па­шев­ски, иг­рал за юни­о­ров. Ру­ко­вод­ство на­ци­о­наль­ной сбор­ной, за­при­ме­тив его та­лант, страст­но же­ла­ло за­по­лу­чить его к се­бе, но по­ни­ма­ло, что сын по­ля­ка по­ка еще не яв­ля­ет­ся фран­цу­зом и сле­ду­ет по­до­ждать до его со­вер­шен­но­ле­тия, то есть до 21 го­да, по­ка он не опре­де­лит­ся с граж­дан­ством. Ко­па вы­брал сбор­ную Фран­ции, а что­бы ни у ко­го не оста­ва­лось со­мне­ний, что он ее до­сто­ин, вы­дал несколь­ко эф­фект­ных мат­чей – в част­но­сти, по­участ­во­вал в раз­гро­ме юни­о­ров Ан­глии (7:1), за­бив им пер­вый и по­след­ний мя­чи. Ин­те­рес­но, что в те мо­ло­дые го­ды он дей­ство­вал имен­но на пра­вом краю ата­ки, а не в цен­тре!

Ко­па по пра­ву за­слу­жил ме­сто в пер­вой сбор­ной и де­бю­ти­ро­вал в ней 5 ок­тяб­ря 1952 го­да про­тив ФРГ (3:1). 11 но­яб­ря, в сво­ем тре­тьем по­един­ке за «Ле Блё» (3:1 с С. Ир­лан­ди­ей), он отметился сра­зу дуб­лем, еще два го­ла до­ба­вил в мае 1953-го в во­ро­та Уэль­са (6:1).

Ква­ли­фи­ка­цию к мун­ди­а­лю-54 фран­цу­зы про­шли иг­ра­ю­чи. Люк­сем­бург был ни­ка­ким не со­пер­ни­ком (6:1), а ко­гда за­тем в Дуб­лине бы­ла обыг­ра­на и Ир­лан­дия (5:3), ста­ло яс­но, что Фран­ция уже мо­жет го­то­вить­ся к фи­наль­но­му тур­ни­ру. Ко­па при­нял уча­стие толь­ко в этих двух мат­чах (в до­маш­них тре­не­ры сбор­ной про­ве­ря­ли дру­гих кан­ди­да­тов), за­бил вто­рой гол люк­сем­бурж­цам и был вклю­чён в за­яв­ку гал­лов вме­сте с еще пя­тью иг­ро­ка­ми «Рейм­са» (за­щит­ни­ки Мар­ше и Пен­верн, хав­бек/ за­щит­ник Жон­ке, на­па­да­ю­щие Леб­лон и Гло­вац­ки).

3 июня сбор­ная, рас­по­ло­жив­шись в зам­ке Дюл­ли, на­ча­ла под­го­тов­ку, ко­то­рая про­шла, мяг­ко го­во­ря, не луч­шим об­ра­зом. Дис­ци­пли­на в ко­ман­де яв­ствен­но хро­ма­ла, иг­ро­ки зна­чи­тель­ную часть вре­ме­ни по­свя­ща­ли не ра­бо­те над тех­ни­кой, так­ти­кой и вы­нос­ли­во­стью, а, на­про­тив, ве­че­рин­кам, на ко­то­рых от­ме­ча­ли вы­ход в фи­наль­ную часть чем­пи­о­на­та ми­ра и пред­сто­я­щий в Швей­ца­рии успех. До­хо­ди­ло до то­го, что в тре­ни­ро­воч­ных за­бе­гах мас­са­жист сбор­ной Луи Оно при­хо­дил к фи­ни­шу быст­рее, чем боль­шин­ство фут­бо­ли­стов.

Ра­зу­ме­ет­ся, та­кой под­ход к де­лу на­ло­жил на вы­ступ­ле­ние фран­цу­зов неиз­гла­ди­мый от­пе­ча­ток. В со­пер­ни­ки по груп­пе гал­лам до­ста­лись Мек­си­ка, Юго­сла­вия и Бра­зи­лия (хо­тя с по­след­ни­ми сыг­рать не по­лу­ча­лось из-за стран­ной и ни­ко­гда бо­лее не при­ме­няв­шей­ся фор­му­лы тур­ни­ра). 16 июня в Ло­занне Фран­ция усту­пи­ла юго­сла­вам, про­пу­стив един­ствен­ный гол от Ми­ло­ша Ми­лу­ти­но­ви­ча. Жёст­кой кри­ти­ке на гра­ни оскорб­ле­ний бы­ли под­верг­ну­ты все, на­хо­див­ши­е­ся на по­ле. Ко­па, к при­ме­ру, в ви­ну вме­ня­лось, что он на по­ле не ви­дел ни­ко­го, «… кро­ме сво­е­го друж­ба­на Лео­на Гло­вац­ки, ко­то­рый при этом те­рял аб­со­лют­но все при­хо­див­шие к нему мя­чи…» «Ко­па! Воз­вра­щай­ся в свою шах­ту – там

те­бе са­мое ме­сто!» – услы­шал оша­ра­шен­ный Рай­мон.

Тем не ме­нее на вто­рой матч с Мек­си­кой он вы­шел (в от­ли­чие от Гло­вац­ки, «друж­ба­на» и, кста­ти, то­же по­том­ка поль­ских им­ми­гран­тов), очень ста­рал­ся, на 88-й ми­ну­те за­бил по­бед­ный мяч с 11-мет­ро­во­го (3:2). Фран­цу­зы на­де­я­лись, что в па­рал­лель­ном мат­че вы­иг­ра­ют ли­бо бра­зиль­цы, ли­бо юго­сла­вы, то­гда им пред­сто­я­ло сра­зить­ся с про­иг­рав­ши­ми за ме­сто в 1/4-й. Но те рис­ко­вать не ста­ли и рас­пи­са­ли вполне устро­ив­шую их ни­чей­ку.

Так что Фран­ция вер­ну­лась до­мой не со­ло­но хле­бав­ши уже по­сле двух мат­чей. Впро­чем, на ро­дине сбор­ную не осо­бо ру­га­ли – все-та­ки ге­ро­я­ми то­го мун­ди­а­ля бы­ли дру­гие: ве­ли­ко­леп­ные вен­гры, сен­са­ци­он­ные за­пад­ные нем­цы.

Вот как раз с ФРГ «Ле блё» и за­ру­би­лись в пер­вом же то­вар­ня­ке по­сле чем­пи­о­на­та ми­ра. Вы­иг­ра­ли, да еще как! Жак Фуа, сме­нив­ший трав­ми­ро­ван­но­го Бен Ба­ре­ка, от­крыл счёт, Жан Вен­сан до­ба­вил. По­сле пе­ре­ры­ва Фуа офор­мил дубль, и хо­тя нем­цы один мяч отыг­ра­ли, три­бу­ны встре­ти­ли по­бе­ду «си­них» сто­я­чей ова­ци­ей. Ко­па, от­дав­ший го­ле­вую и про­де­лав­ший огром­ный объ­ем ра­бо­ты, удо­сто­ил­ся от ди­рек­то­ра сбор­ной (имен­но ди­рек­то­ра, а не тре­не­ра – бы­ла то­гда та­кая долж­ность) По­ля Ни­ко­ля са­мых лест­ных слов.

В но­яб­ре 1954-го фран­цу­зы при­ни­ма­ли бель­гий­цев, усту­па­ли 0:2, но Ко­па вы­ру­чил, вы­стре­лив дуп­ле­том в кон­цов­ке встре­чи. Эта ни­чья ста­ла судь­бо­нос­ной, посколь­ку по ее ито­гам на­ко­нец-то был уво­лен тот са­мый «ру­га­тель» Жюль Би­го, вме­сто ко­то­ро­го у штур­ва­ла сбор­ной встал доб­рый ста­рый зна­ко­мец Рай­мо­на и всех рейм­сов­цев Аль­бер Бат­тё.

Ко­ман­да по­шла в го­ру. В пер­вых мат­чах при Бат­тё сбор­ная одо­ле­ла ис­пан­цев в Ма­д­ри­де 2:1 (Ко­па за­бил и от­дал пас Вен­са­ну, по­сле че­го при­сут­ство­вав­ший на мат­че жур­на­лист ан­глий­ской «Дэй­ли Экс­пресс» Де­смонд Хэ­кетт окре­стил его «На­по­лео­ном фут­бо­ла» – как за мо­ло­дец­кую удаль в иг­ре и за неуём­ную жаж­ду по­бе­ды, так и за невы­со­кий рост, ну и нац­при­над­леж­ность, есте­ствен­но, свою роль сыг­ра­ла). Из-за трав­мы го­ле­но­сто­па Рай­мон про­пу­стил по­бед­ный матч со шве­да­ми, за­то сыг­рал с ан­гли­ча­на­ми и стал ав­то­ром един­ствен­но­го го­ла (с пе­наль­ти).

В сле­ду­ю­щем се­зоне (1955/56) уве­рен­ная по­ступь сбор­ной бы­ла про­дол­же­на. Сна­ча­ла па­ла Швей­ца­рия (2:1), за­тем «Ле блё» вы­сто­я­ли в тя­же­лей­шем по­един­ке на мос­ков­ском ста­ди­оне «Ди­на­мо». (Матч был при­уро­чен к неде­ле фран­цуз­ско­го ки­но, и на­чал его уда­ром с цен­тра по­ля несрав­нен­ный «Фан­фан» Же­рар Фи­лип.) Хо­тя Ко­па от­крыл счёт на 29-й ми­ну­те уда­ром с 15-ти мет­ров по­сле то­го, как об­вёл тро­их, сбор­ная СССР уси­ли­я­ми Стрель­цо­ва и Си­мо­ня­на в на­ча­ле вто­ро­го тай­ма отыг­ра­лась и вы­шла впе­рёд. Рай­мон не успо­ко­ил­ся и вско­ре пе­ре­да­чей на Гло­вац­ки на­чал ата­ку, ко­то­рую спу­стя несколь­ко се­кунд за­вер­шил Пьян­то­ни. 2:2 за­кон­чи­ли.

Но к кон­цу 55-го иг­ро­ки сбор­ной «на­елись» фут­бо­лом по са­мое не мо­гу. Ведь Аль­бер Бат­тё был­при­вер­жен­цем­тео­рии,буд­то успех до­сти­жим преж­де все­го че­рез сыг­ран­ность, а для это­го нуж­но про­во­дить как мож­но боль­ше мат­чей. Сбор­ная по­лу­чи­ла две гром­кие по­ще­чи­ны от бель­гий­цев и ита­льян­цев, по­сле че­го раз­да­лось несколь­ко недо­воль­ных го­ло­сов – де­с­кать, сколь­ко мож­но па­хать? По­хо­же, что один из го­ло­сов при­над­ле­жал Ко­па, по­то­му как он про­пал из ко­ман­ды на два с по­ло­ви­ной го­да.

Впро­чем, в ква­ли­фи­ка­ции к ЧМ-58 он всё рав­но вы­сту­пать не мог: Фран­цуз­ская фе­де­ра­ция вы­нес­ла по­ста­нов­ле­ние, что в сбор­ную мо­гут быть вклю­че­ны толь­ко те фут­бо­ли­сты, ко­то­рые иг­ра­ют в чем­пи­о­на­те Фран­ции, а Ко­па к то­му вре­ме­ни уже за­щи­щал цве­та Ма­д­ри­да. Лишь на­ка­нуне мун­ди­а­ля чи­нов­ни­ки да­ли зад­ний ход, не усто­яв пе­ред вес­ки­ми ар­гу­мен­та­ми Бат­тё.

На фи­наль­ном эта­пе «Ле блё» с бли­ста­тель­ным, но слу­чай­но по­пав­шим в за­яв­ку вме­сто трав­ми­ро­ван­но­го Бли­а­ра Жю­стом Фонт­эном на острие, с Ко­па и Пьян­то­ни в подыг­ры­ше, с ре­ак­тив­ны­ми Вис­не­ски (еще один по­ляк!) и Вен­са­ном на флан­гах по­да­ри­ли ми­ру неви­дан­ный ра­нее фей­ер­верк эмо­ций и стра­стей. Ес­ли бы не еще бо­лее эф­фек­тив­ная и эф­фект­ная сбор­ная Бра­зи­лии с фе­но­ме­наль­ным Пе­ле, то вполне мог­ли бы пре­тен­до­вать на боль­шее, чем тре­тье ме­сто. По до­ро­ге к по­един­ку за «брон­зу» фран­цу­зы раз­нес­ли в пух и прах Па­раг­вай (7:3), усту­пи­ли од­но­му из са­мых неудоб­ных сво­их со­пер­ни­ков юго­сла­вам 2:3, одо­ле­ли шот­ланд­цев 2:1. В чет­верть­фи­на­ле бы­ла но­ка­у­ти­ро­ва­на Се­вер­ная Ир­лан­дия (4:0), но вот в сле­ду­ю­щем ра­ун­де пу­ти Фран­ции и Бра­зи­лии, увы, пе­ре­сек­лись. Юж­но­аме­ри­кан­цы бы­ли за­мет­но луч­ше и за­ко­но­мер­но вы­иг­ра­ли – 5:2. За­то в мат­че за 3-е ме­сто гал­лы спол­на отыг­ра­лись на экс-чем­пи­о­нах ми­ра за­пад­ных нем­цах – 6:3.

Ко­па (в од­ном из ин­тер­вью): «В 1958-м бы­ли толь­ко две по­на­сто­я­ще­му силь­ные и до­стой­ные чем­пи­он­ско­го зва­ния сбор­ные – мы и бра­зиль­цы. Очень обид­но, что сет­ка розыг­ры­ша све­ла нас в по­лу­фи­на­ле, а не в ре­ша­ю­щем мат­че. Непри­ят­ный же для нас счёт объ­яс­ня­ет­ся очень про­сто – трав­мой на­ше­го капитана и ли­де­ра Жон­ке еще при счё­те 1:1 (двой­ной пе­ре­лом но­ги в столк­но­ве­нии с Ва­ва. – Авт.), по­сле че­го мы вы­нуж­де­ны бы­ли боль­ше ча­са иг­рать вде­ся­те­ром, да к то­му же еще и с вы­нуж­ден­ны­ми пе­ре­ме­на­ми на неко­то­рых по­зи­ци­ях. Ведь за­ме­ны то­гда еще не раз­ре­ша­лись».

Скеп­ти­ки бур­ча­ли, что 12 про­пу­щен­ных – это слиш­ком, это не уро­вень пре­тен­ден­та на вы­со­кие ме­ста, но в се­ре­дине про­шло­го ве­ка ку­да боль­ше по­чи­та­ли и ува­жа­ли ли­хие ка­ва­ле­рий­ские ата­ки, чем уны­лую тряс­ку на «ав­то­бу­сах».

Фонт­эн стал луч­шим бом­бар­ди­ром тур­ни­ра, по­ка­зав ре­корд­ную по сию по­ру ре­зуль­та­тив­ность – 13 го­лов в ше­сти мат­чах (он за­би­вал в каж­дом, нем­цам – 4, па­раг­вай­цам – 3, нор­тай­ри­шам – 2, всем про­чим – по ра­зу)! Но луч­шим иг­ро­ком тур­ни­ра спра­вед­ли­во был на­зван Рай­мон Ко­па. Он хоть и не де­мон­стри­ро­вал снай­пер­ских по­дви­гов, по­ло­жив все­го три го­ла, за­то в ка­че­стве ди­ри­жё­ра и ас­си­стен­та про­явил се­бя не ме­нее яр­ко, чем Фонт­эн в за­вер­ше­нии атак. На сче­ту Ко­па, труд­но по­ве­рить в это, 10 го­ле­вых пе­ре­дач – по три с Па­раг­ва­ем и С. Ир­лан­ди­ей и по две в ре­ша­ю­щих по­един­ках, с Бра­зи­ли­ей и ФРГ.

В об­щем, вряд ли ко­го уди­ви­ло, что по ито­гам 1958 го­да Ко­па вслед за дву­мя «Брон­зо­вы­ми мя­ча­ми» был удо­сто­ен «Зо­ло­то­го». При этом все пре­крас­но по­ни­ма­ли, что луч­шим иг­ро­ком Ев­ро­пы он при­знан во­все не за гром­ко брен­ча­щее мо­ни­сто мад­рид­ских ти­ту­лов, а все­го за шесть мат­чей, фан­та­сти­че­ски отыг­ран­ных им на швед­ском мун­ди­а­ле.

Се­зон тре­тий и неожи­дан­но по­след­ний

Но вер­нём­ся в «Реал». Там ле­том 1958-го си­ту­а­ция для Ко­па ни­как не улуч­ши­лась. Ско­рее, на­обо­рот. Бер­на­беу, ни­кем не за­та­рив­ший­ся в про­шлое меж­се­зо­нье, те­перь гро­мых­нул оче­ред­ным звёзд­ным транс­фе­ром – Фе­ренц Пуш­каш, ко­то­ро­го Рай­мон счи­тал сво­им идо­лом! Вдо­ба­вок в «Овье­до» был прио-

бре­тён со­всем юный (ед­ва ис­пол­ни­лось 18) пра­вый край­ний/ по­лу­сред­ний Хе­сус Эр­ре­ра, как ду­ма­лось – на вы­рост, для об­ре­те­ния опы­та, как вско­ре вы­яс­ни­лось – чер­тов­ски та­лант­ли­вый па­рень, спо­соб­ный вы­тес­нить из ос­но­вы ку­чу ти­ту­ло­ван­ных ве­те­ра­нов (жаль, что отыг­рал все­го-то па­ру се­зо­нов от­нюдь не ос­нов­ным, так тол­ком и не рас­крыв­шись в пол­ную си­лу, хо­тя успел за­бить 25 го­лов). Идол идо­лом, но это зна­чи­ло, что сво­бод­ное про­стран­ство для Ко­па сузи­лось еще боль­ше.

В Ма­д­ри­де, од­на­ко, впе­чат­лён­ные иг­рой Рай­мо­на в Шве­ции, про­дол­жа­ли на него рас­счи­ты­вать и да­же пред­ло­жи­ли по воз­вра­ще­нии под­пи­сать вы­год­ный мно­го­лет­ний кон­тракт. Пер­спек­тив­ная ли­ния ата­ки Ко­па – кто-ни­будь (Ри­ал или Эр­ре­ра) – Ди Сте­фа­но – Пуш­каш – Хен­то впе­чат­ля­ла. Фран­цуз, по­бла­го­да­рив че­рез прес­су, вы­про­сил се­бе от­пуск сна­ча­ла в Ан­жер, за­тем на Кор­си­ку – от­дох­нуть, раз­ве­ять­ся, по­ду­мать. А по­ду­мав, со­об­щил, что кон­тракт на один се­зон его вполне устра­и­ва­ет. «Че­го?! – ото­ро­пе­ли ис­пан­цы. – Один се­зон???!!! Рай­мон, да­вай­те так: пять лет – и 20 мил­ли­о­нов франков ва­ши!» Но Ко­па, нут­ром чуя недоб­рое раз­ви­тие со­бы­тий, ка­те­го­ри­че­ски от­верг весь­ма за­ман­чи­вое пред­ло­же­ние. Он не хо­тел оста­вать­ся в чу­жой стране на це­лых пять лет.

И по­след­ний свой се­зон в «сли­воч­ной» фут­бол­ке про­вёл при­мер­но так же, как и оба преды­ду­щих. Иг­рал пра­во­го край­не­го, ино­гда по­лу­сред­не­го, фин­тов и пе­ре­дач не жа­лел, за­би­вал ма­ло, впер­вые от­ли­чив­шись лишь в 8-м ту­ре. Де­сят­ка на­ка­па­ла в ито­ге, по­ла­га­ем, преж­де все­го по­то­му, что в том се­зоне оба фа­во­ри­та, «Бар­са» и «Реал», по­ли­ва­ли чу­жие во­ро­та, как из шлан­га – пер­вые за­би­ли 92 го­ла, вто­рые 89. По­это­му всем хва­ти­ло. По су­ти, толь­ко в од­ной иг­ре, с «Овье­до» в го­стях (2:0), Ко­па в пол­ной ме­ре про­явил ли­дер­ские ка­че­ства, за­бив оба го­ла. Всё осталь­ное – до­би­ва­ние рас­тер­зан­ных партнёрами со­пер­ни­ков. С 23-ю го­ла­ми Ди Сте­фа­но и 21-м Пуш­ка­ша несрав­ни­мо. Да­же Ри­ал, Хен­то и Эр­ре­ра, сыг­рав ку­да мень­ше мат­чей, от­ли­чи­лись со­от­вет­ствен­но 9, 7 и 7 раз.

В КЕЧ, пусть он и был за­во­ё­ван «Ре­а­лом» в чет­вёр­тый раз, а Рай­мо­ном – в тре­тий, Ко­па отметился во­об­ще лишь од­на­жды, в са­мой пер­вой иг­ре 1/8-й с «Бе­шик­та­шем». Хо­тя и очень ста­рал­ся, осо­бен­но в сво­ем по­след­нем мат­че за Ма­д­рид – в фи­на­ле про­тив сво­ей быв­шей и бу­ду­щей ко­ман­ды «Реймс».

Ко всем огор­че­ни­ям до­ба­ви­лась по­те­ря чем­пи­он­ско­го ти­ту­ла в Ис­па­нии, ото­шед­ше­го к «Бар­се­лоне», и да­же «Се­реб­ря­ный мяч», вру­чён­ный Ко­па не со­всем по­нят­но с ка­кой ра­до­сти, ви­ди­мо, про­сто для пол­ной кол­лек­ции («Зо­ло­той» и два «Брон­зо­вых» у него уже бы­ли), вряд ли его силь­но по­ра­до­вал.

по­ме­шал. на­ме­рен­но. и кто те­бе док­тор?!

О Ко­па ча­сто пи­са­ли и, ве­ро­ят­но, еще не раз на­пи­шут, что в Ма­д­ри­де он так и не смог про­явить все свои таланты, рас­крыл­ся в луч­шем слу­чае ед­ва ли на­по­ло­ви­ну. С непре­мен­ной до­бав­кой – это Ди Сте­фа­но во всем ви­но­ват! Де­с­кать, вот та­кой он гад пол­зу­чий, эго­ист и нетер­пи­мец, сгно­бил ку­чу до­стой­ней­ших иг­ро­ков, в том чис­ле и Ко­па, а чем­пи­о­на ми­ра-58 Ди­ди го­дом поз­же во­об­ще чуть не до ши­зо­фре­нии до­вёл.

В этом есть опре­де­лён­ный ре­зон. Ар­ген­ти­нец и в са­мом де­ле не вы­но­сил на дух ма­лей­ших при­зна­ков кон­ку­рен­ции, по­ся­га­тель­ства на его ис­клю­чи­тель­ную роль в ко­ман­де. Хо­тя та­кие неза­у­ряд­ные ис­пол­ни­те­ли, как Хен­то, Ри­ал и тем па­че Пуш­каш при нем го­ря не зна­ли и иг­ра­ли мно­го и в свое удоволь­ствие. По­нят­ное де­ло: двое пер­вых – ста­ра­тель­ные под­нос­чи­ки сна­ря­дов, венгр – без­от­каз­ная и убой­ная пуш­ка, в ка­че­стве смаз­ки пред­по­чи­та­ю­щая ал­ко­голь, а вот вто­рой ге­не­раль­ный сек­ре­тарь, ру­ко­во­ди­тель и рас­по­ря­ди­тель в ко­ман­де Ди Сте­фа­но не был ну­жен аб­со­лют­но. (По­то­му Аль­фре­до и пе­ре­ду­мал в свое вре­мя бро­сить якорь в «Бар­се­лоне» – ведь там уже имел­ся та­кой же, как и он сам, дес­пот Ку­ба­ла.) Лю­бое по­полз­но­ве­ние пре­се­ка­лось им быст­ро и жёст­ко.

Од­на­ко ведь, по­вто­рим в ко­то­рый раз, Ко­па пре­крас­но знал, ку­да и за­чем он идёт. И ес­ли рас­счи­ты­вал, что Ди Сте­фа­но при его по­яв­ле­нии про­сто низ­ко рас­кла­ня­ет­ся и скром­но отой­дёт в сто­ро­ну, то он был слиш­ком наи­вен. Вдо­ба­вок по­зи­ция «от­тя­ну­то­го фор­вар­да», по­лу­сред­не­го, как вы мог­ли убе­дить­ся, для него бы­ла во­все не но­ва. А в тех ред­ких слу­ча­ях, ко­гда ему до­во­ди­лось вы­сту­пать в ро­ли центр­фор­вар­да (та­кое бы­ло, к при­ме­ру, в 1958-м, в от­вет­ке 1/8-й КЕЧ с «Бе­шик­та­шем» – Ди Сте­фа­но при­хвор­нул), он вы­гля­дел неубе­ди­тель­но.

Ну и, на­ко­нец, та­кой еще мо­мент – за три мад­рид­ских го­да Рай­мон так и не до­бил­ся при­зна­ния от мест­ной ин­ча­ды. Три­бу­ны «Бер­на­беу» лю­би­ли слег­ка без­ба­шен­ных Хо­се­и­то и Ма­тео­са, обо­жа­ли тру­дя­гу Хен­то, бо­го­тво­ри­ли все­силь­но­го и все­мо­гу­ще­го Ди Сте­фа­но, а в 1958-м по­лу­чи­ли еще од­но­го ку­ми­ра – веч­но пья­но­го, но по­ра­зи­тель­но мет­ко­го Пуш­ка­ша, а вот к «На­по­лео­ну» они все­гда от­но­си­лись весь­ма сдер­жан­но. Они це­ни­ли его изыс­кан­ный дри­блинг и вы­ве­рен­ные до сан­ти­мет­ров пе­ре­да­чи, од­на­ко во­ло­сы на го­ло­ве от вос­тор­га не рва­ли. А ведь лю­бой игрок очень хо­ро­шо чув­ству­ет от­но­ше­ние пуб­ли­ки к его пер­соне.

Весь­ма сим­во­лич­но по­лу­чи­лось: по­след­ний свой матч в первую «рейм­сов­скую» эпо­ху Ко­па про­вёл в фи­на­ле Куб­ка чем­пи­о­нов про­тив «Ре­а­ла», по­след­ний «ре­а­лов­ский» матч – в фи­на­ле Куб­ка чем­пи­о­нов про­тив «Рейм­са».

Реал – Реймс – 2:0 03.06.59. штут­гарт. «некар­шта­ди­он». 80 000

Су­дья: Душ (ФРГ) Реал (Кар­ни­лья): До­мин­гес – Мар­ки­тос, Сан­та­ма­рия, Сар­ра­га – Сан­ти­сте­бан, Ру­ис – Ко­па, Ма­теос, Ди Сте­фа­но, Ри­ал, Хен­то

Реймс (Бат­тё): Ко­лон­на – Род­зик, Жон­ке, Жи­ро­до – Пен­верн, Леб­лон – Ля­мар­тин, Бли­ар, Фонт­эн, Пьян­то­ни, Вен­сан Го­лы: Ма­теос (2), Ди Сте­фа­но (47)

Стиль его иг­ры

Рай­мон Ко­па, что от­ме­ча­ют все без ис­клю­че­ния го­во­рив­шие о нём, был преж­де все­го дри­блё­ром. Мяч (хо­тя в се­ре­дине про­шло­го ве­ка мя­чи бы­ли не в при­мер ны­неш­ним тя­жё­лы­ми, то­пор­но сде­лан­ны­ми, с на­ру­шен­ной цен­тров­кой) он дер­жал и об­ра­ба­ты­вал так, буд­то тот был не по­сто­рон­ним пред­ме­том, а ча­стью его те­ла. Об­ве­сти двух-трёх со­пер­ни­ков под­ряд для него не со­став­ля­ло осо­бо­го тру­да, а в ду­э­лях один на один он вы­хо­дил по­бе­ди­те­лем в де­вя­ти слу­ча­ях из де­ся­ти.

Но ес­ли для мно­гих тех­на­рей ис­кус­ная об­вод­ка яв­ля­ет­ся со­став­ной, но не ос­нов­ной ча­стью глав­ной за­да­чи – про­дви­же­ния к во­ро­там со­пер­ни­ка с це­лью их взя­тия или хо­тя бы по­лу­че­ния удоб­ной и вы­год­ной по­зи­ции для па­са парт­нё­ру, то для Ко­па дри­блинг был пре­вы­ше все­го. Он мо­тал оп­по­нен­та до са­мо­заб­ве­ния, вплоть до то­го, что мог спе­ци­аль­но вер­нуть­ся на­зад, что­бы обыг­рать его еще раз.

В на­ше вре­мя, ко­гда от иг­ра­ю­ще­го на острие фор­вар­да тре­бу­ет­ся, по боль­шо­му счё­ту, толь­ко од­но – во­вре­мя осво­бо­дить­ся от опе­ки и под­ста­вить но­гу или го­ло­ву (вс­пом­ни­те хо­тя бы Уго Сан­че­са, ко­то­рый в се­зоне-1989/90 за­бил в При­ме­ре 38 го­лов, и все 38 – в од­но ка­са­ние! Ес­ли Уго Сан­чес ни­как не вспо­ми­на­ет­ся, при­пом­ни­те Ра­у­ля…), Рай­мо­ну при­шлось бы ту­го­ва­то. В са­мом де­ле, ко­му нуж­ны чу­де­са ак­ро­ба­ти­ки и жон­гли­ро­ва­ния, ес­ли ты центр­фор­вард? От­крыл­ся, уда­рил, по­бе­жал празд­но­вать… Герд Мюл­лер его бы точ­но не по­нял и не вос­при­нял.

Не вос­при­нял его и Ди Сте­фа­но, ко­то­рый то­же иг­рал в цен­тре на­па­де­ния, лю­бил по­фин­тить и по­кра­со­вать­ся пе­ред пуб­ли­кой. Но ар­ген­ти­нец при­ду­мал сам се­бе осо­бый ме­ха­низм иг­ры, дей-

ствуя по вер­ти­каль­ной ли­нии от чу­жих во­рот аж до цен­траль­ной ли­нии. Неред­ко бы­ва­ло, что он за­вер­шал мно­го­хо­до­вую ата­ку, ко­то­рую сам же и на­чи­нал па­сом от цен­траль­но­го кру­га. Про­ще го­во­ря, Ди Сте­фа­но пре­крас­но ви­дел парт­нё­ров и ни­ко­гда не жад­ни­чал с пе­ре­да­ча­ми, ес­ли про­счи­ты­вал, что в ито­ге это пой­дёт во бла­го ему са­мо­му.

Ко­па же, по мно­го­чис­лен­ным сви­де­тель­ствам, ви­дел по­ле и парт­нё­ров ни­чуть не ху­же, но за­ме­чал их ред­ко. Как на­пи­са­ла о нем од­на из га­зет по­сле мат­ча про­тив Юго­сла­вии на ЧМ-1954: «Эго­и­стич­ный ко­ро­тыш­ка, не за­ме­ча­ю­щий во­круг се­бя ни­ко­го».

Его лю­би­мый тре­нер Аль­бер Бат­тё, на лю­дях не раз кри­ти­ко­вав­ший его за ин­ди­ви­ду­а­лизм, в от­кро­вен­ном раз­го­во­ре, с гла­зу на глаз, да­же по­ощ­рял в Рай­моне это ка­че­ство. В чем ни­же – в по­ме­щён­ном здесь же ин­тер­вью – при­зна­ет­ся сам Ко­па. В рас­ска­зе о нем по ито­гам пер­во­го се­зо­на в «Рейм­се» Бат­тё со­об­щил: «Игрок необы­чай­но ум­ный, очень тех­нич­ный, об­ла­да­ю­щий от­лич­ным уда­ром с обе­их ног, пре­крас­но ви­дит по­ле и быст­ро со­об­ра­жа­ет, пе­ре­да­чи от­да­ет та­кие, что об­ли­жешь­ся, но страш­но не лю­бит рас­ста­вать­ся с мя­чом». Ис­чер­пы­ва­ю­щая ха­рак­те­ри­сти­ка.

Ко­гда в «Реймс» при­шёл Гло­вац­ки, и Ко­па по ука­за­нию Бат­тё ото­дви­нул­ся чуть вглубь, ему по­не­во­ле при­шлось немно­го из­ме­нить ма­не­ру иг­ры. Ведь он ни­ко­гда не был су­пер­бом­бар­ди­ром на­по­до­бие тех же Уго Сан­че­са или Мюл­ле­ра. Глянь­те в до­сье: луч­ший его ре­зуль­тат в чем­пи­о­на­те – все­го 14 го­лов за се­зон. Ни то­гда, ни те­перь это во­об­ще не ре­зуль­тат для центр­фор­вар­да (ес­ли он, ко­неч­но, не пред­став­ля­ет чем­пи­о­нат, ска­жем, Укра­и­ны или Бе­ло­рус­сии). Сколь­ко там у него го­лов за сбор­ную? Лишь 18, из них ров­но треть – с пе­наль­ти. И по­сте­пен­но к Рай­мо­ну пришло по­ни­ма­ние то­го, что глав­ное его пред­на­зна­че­ние на по­ле – во­все не за­вер­ше­ние атак, а плей­мей­кер­ство. И мак­си­му­ма это по­ни­ма­ние до­стиг­ло на ЧМ-1958, ко­гда с его пе­ре­дач парт­нё­ры де­сять раз по­ра­жа­ли чу­жие во­ро­та.

Но то бы­ла сбор­ная. А в клу­бе, в част­но­сти в «Ре­а­ле», Ко­па так и не смог окон­ча­тель­но из­ба­вить­ся от вред­ной при­выч­ки «финт ра­ди фин­та». Ко­неч­но, да­же за­гнан­ный «ста­ра­ни­я­ми» Ди Сте­фа­но и мад­рид­ских тре­не­ров на пра­вый фланг, где от иг­ро­ка тре­бо­ва­лось не так уж мно­го – прой­ти, обыг­рать и от­дать – он не утра­тил ви­де­ния по­ля и уме­ния от­дать ис­кус­ную пе­ре­да­чу, но страсть к об­вод­ке ра­ди бо­лель­щиц­ко­го вос­тор­га всё же неред­ко бра­ла верх. Что и со­слу­жи­ло для него недоб­рую служ­бу – сво­им эф­фект­ным без­удерж­ным дри­блин­гом он по­рой по­про­сту тор­мо­зил иг­ру всей ко­ман­ды, ко­то­рая в эти се­кун­ды вы­нуж­де­на бы­ла ждать, ко­гда же «На­по­ле­он» на­ко­нец­то вер­нёт­ся к дей­стви­тель­но­сти и вспом­нит о счё­те на таб­ло. Стать вто­рым Хен­то Рай­мон не мог из-за го­раз­до бо­лее высокого фут­боль­но­го ин­тел­лек­та, стать вто­рым Ди Сте­фа­но он не мог фи­зи­че­ски и по­зи­ци­он­но.

В «Рейм­се» Ко­па был глав­ным и вер­хо­во­дил на по­ле, он вы­стра­и­вал всю иг­ру ко­ман­ды и ру­ко­во­дил ею. В «Ре­а­ле» он ока­зал­ся од­ним из ве­ду­щих ак­тё­ров, но от­нюдь не при­мой это­го те­ат­ра. Слов в его ро­лях ста­ло мень­ше, и за­ни­мал он ме­сто не в цен­тре сце­ны, а боль­ше на краю, где ар­ти­ста вид­но и слыш­но по­ху­же, где он не при­вле­ка­ет все­об­щее вни­ма­ние.

Мы не слу­чай­но уде­ли­ли так мно­го ме­ста «ре­а­лов­ско­му» пе­ри­о­ду ка­рье­ры Ко­па, хо­тя в Ма­д­ри­де он про­вёл все­го три го­да. Да, «Реал» несо­мнен­но обязан фран­цу­зу, но он обязан «Ре­а­лу» ку­да боль­ше. Ведь за эти три се­зо­на Рай­мон об­за­вёл­ся та­кой впе­чат­ля­ю­щей кол­лек­ци­ей раз­ных ти­ту­лов, что и сей­час мно­гие об­за­ви­ду­ют­ся. Да и он сам, несмот­ря на все­воз­мож­ные пробле­мы, вспо­ми­нал о тех вре­ме­нах не с оби­дой, а с ду­шев­ной теп­ло­той:

– Эти три го­да бы­ли по­ис­ти­не фан­та­сти­че­ски­ми. В те­че­ние трех се­зо­нов мы вы­иг­ра­ли прак­ти­че­ски всё – два чем­пи­о­на­та стра­ны, три под­ряд Куб­ка чем­пи­о­нов. За эти три го­да мы на «Сантья­го Бер­на­беу» про­иг­ра­ли все­го один матч – прав­да, из чис­ла тех, что нель­зя бы­ло про­иг­ры­вать ка­те­го­ри­че­ски, 0:1 мад­рид­ско­му «Ат­ле­ти­ко»… Я пом­ню ту уди­ви­тель­ную ат­мо­сфе­ру на на­шем ста­ди­оне, ко­гда на три­бу­нах со­би­ра­лось по 125 000 бо­лель­щи­ков, ко­то­рые ма­ха­ли нам бе­лы­ми плат­ка­ми. Ведь то­гда у нас не бы­ло спон­со­ров, нор­маль­ных транс­ля­ций по те­ле­ви­де­нию, и мы долж­ны бы­ли иг­рать мас­су то­ва­ри­ще­ских мат­чей по все­му ми­ру для фи­нан­со­вой под­держ­ки клу­ба. Это бы­ло дей­стви­тель­но дру­гое вре­мя…

Всё вер­но, да­же циф­ра в 125 ты­сяч бо­лель­щи­ков – «СБ» до пе­ре­строй­ки его на­ка­нуне ис­пан­ско­го ЧМ-1982 вме­щал имен­но столь­ко на­ро­ду. Толь­ко вот упо­ми­на­ние о бе­лых плат­ках вы­зы­ва­ет неко­то­рое недо­уме­ние – ведь та­ким об­ра­зом, на­сколь­ко нам из­вест­но, в Ис­па­нии бо­лель­щи­ки вы­ра­жа­ют край­нее неудо­воль­ствие сво­ей ко­ман­де. Впро­чем, мо­жет быть, то­гда дей­стви­тель­но бы­ли со­всем дру­гие вре­ме­на и бе­лые плат­ки бы­ли при­зна­ком вос­тор­га и при­зна­тель­но­сти за кра­си­вую иг­ру.

пред­ска­зу­е­мый и неиз­беж­ный за­кат. а Мо­жет, про­сто Сме­на при­о­ри­те­тов?!

По­сле «Ре­а­ла» ка­рье­ра Ко­па по­шла на спад. Хо­тя и не сра­зу. Пер­вый его се­зон по воз­вра­ще­нии в «Реймс» (1959/60) при­нёс ему и ко­ман­де еще один чем­пи­он­ский ти­тул, а сам Рай­мон вы­дал лич­ный ре­корд ре­зуль­та­тив­но­сти – 14 го­лов. В 1962-м «Реймс» под ру­ко­вод­ством всё то­го же Бат­тё еще раз фи­ни­ши­ро­вал на са­мой вер­хуш­ке таб­ли­цы фран­цуз­ско­го пер­вен­ства.

Од­на­ко ко­ман­да ста­ре­ла (Ко­па и Пьян­то­ни ис­пол­ни­лось по 30, Вен­са­ну – 31, Гло­вац­ки – 34, и толь­ко Фонт­эн был чу­точ­ку млад­ше парт­нё­ров, но он в кон­це 1962-го во­об­ще вы­нуж­ден был за­вер­шить ка­рье­ру из-за тя­же­лей­ше­го пе­ре­ло­ма но­ги), а при­то­ка све­жей кро­ви не бы­ло по вполне фи­нан­со­вым при­чи­нам – эту гон­ку скром­ный «Реймс» с гре­хом по­по­лам вы­дер­жи­вал в нетре­бо­ва­тель­ных 50-х, но в 60-х на­ста­ли иные фут­боль­ные вре­ме­на. Осо­бен­но стра­да­ли от это­го за­щит­ные ли­нии, ведь при непло­хой ре­зуль­та­тив­но­сти «Реймс» и про­пус­кал неве­ро­ят­но мно­го. Ска­жем, в чем­пи­он­ском се­зоне-1961/62 раз­ность го­лов у него со­ста­ви­ла 86–60 – и это при 11-ти по­ра­же­ни­ях, сре­ди ко­то­рых бы­ли и круп­ные, по 0:4, на сво­ей по­ляне. И во­об­ще то­гда их с па­риж­ским «Ра­син­гом» раз­де­лил толь­ко «фо­то­фи­ниш»: у обе­их ко­манд ока­за­лось по 48 оч­ков (у «Ни­ма» 47), оди­на­ко­вая раз­ность го­лов, со­от­вет­ствен­но 83–60 и 86–63, и победитель был опре­де­лен по лич­ным встре­чам – «Реймс», усту­пив до­ма 1:4, в го­стях одо­лел кон­ку­рен­та 6:2!!!

Еще го­дом поз­же бы­ло вто­рое ме­сто вслед за «Мо­на­ко», по­сле че­го ко­ман­ду по­сле 13-ти лет ра­бо­ты по­ки­нул Аль­бер Бат­тё, пе­ре­брав­ший­ся в «Гре­нобль», и это ста­ло для «Рейм­са» на­ча­лом кон­ца. У Ко­па с воз­рас­том ис­пор­тил­ся ха­рак­тер, он стал яз­ви­тель­ным и при­дир­чи­вым, по­сто­ян­но ссо­рил­ся то с партнёрами, то с тре­не­ра­ми, то с фут­боль­ны­ми чи­нов­ни­ка­ми. Раз­го­вор на по­вы­шен­ных то­нах с но­вым тре­не­ром сбор­ной Жор­жем Ве­рье при­вёл Рай­мо­на к двух­ме­сяч­но­му от­лу­че­нию от пер­вой ко­ман­ды Фран­ции, вы­ска­зы­ва­ние в прес­се на те­му «фут­бо­ли­сты яв­ля­ют­ся рабами клуб­ных бос­сов» – к дли­тель­ной дис­ква­ли­фи­ка­ции во внут­рен­нем пер­вен­стве. Не­узна­ва-

емо из­ме­нив­ший­ся за по­след­ние па­ру-трой­ку лет «Реймс» за­ва­лил­ся со страш­ным гро­хо­том – недав­ний участ­ник Куб­ка чем­пи­о­нов (не очень удач­ный, кста­ти, по­сле фи­на­ла-1959 ко­ман­да боль­ше двух ра­ун­дов в этом тур­ни­ре не про­хо­ди­ла) в 1964-м вы­нуж­ден был по­про­щать­ся с выс­шей ли­гой.

По­след­ним по­дви­гом Ко­па ста­ло то, что он от­ка­зал­ся от вы­год­но­го пред­ло­же­ния «Ра­син­га» и остал­ся в род­ной ко­ман­де, что­бы по­мочь ей вер­нуть уте­рян­ный ста­тус. Это бы­ло неве­ро­ят­но труд­но – ведь и зри­те­лей на ста­ди­оне за­мет­но по­уба­ви­лось, и за­ра­бот­ки ста­ли го­раз­до ни­же – но по­сле двух лет му­че­ний «Реймс» всё же вер­нул­ся. Впро­чем, все­го лишь на год, ко­то­рый за­од­но стал и по­след­ним го­дом Рай­мо­на Ко­па в фут­бо­ле.

Впро­чем, он еще раз объ­явит­ся в за­явоч­ном спис­ке ко­ман­ды в се­зоне-1970/71, но толь­ко для то­го, что­бы за­пол­нить обя­за­тель­ную кво­ту в 11 про­фес­си­о­наль­ных иг­ро­ков для «Рейм­са». В офи­ци­аль­ных мат­чах на по­ле он уже не вы­хо­дил, хо­тя в то­вар­ня­ках про­дол­жал участ­во­вать еще до­воль­но дол­го.

Лю­бо­пыт­ный факт. Ко­па ис­пол­ни­лось уже 42, ко­гда к нему об­ра­тил­ся его мно­го­лет­ний друг Жюст Фонт­эн, на тот мо­мент спорт­дир «Па­ри Сен-жер­мен», с прось­бой «трях­нуть ста­ри­ной и по­мочь мо­ло­дой ко­ман­де». Рай­мон вы­шел в со­ста­ве па­ри­жан на то­ва­ри­ще­скую иг­ру с «Со­мю­ром» 29 ав­гу­ста 1973 го­да, вва­лил три го­леш­ни­ка, но от пред­ло­же­ния все-та­ки от­ка­зал­ся.

Не луч­ше об­сто­я­ли у Ко­па де­ла и в сбор­ной. В пер­вом Куб­ке Ев­ро­пы, фи­наль­ная ста­дия ко­то­ро­го про­хо­ди­ла на фран­цуз­ских по­лях, он не смог сыг­рать из-за трав­мы, а по­том на ме­сто Бат­тё при­шёл Жорж Ве­рье, с ко­то­рым у Ко­па по­че­му-то сра­зу не сло­жи­лись от­но­ше­ния. Фран­цуз­ский фут­бол всту­пал в пе­ри­од, ко­то­рый вполне мож­но име­но­вать «мрач­ным сред­не­ве­ко­вьем» – вплоть дот по­яв­ле­ния и рас­цве­та Пла­ти­ни со то­ва­ри­щи сбор­ная стра­ны не сде­ла­ет и не уви­дит ни­че­го хо­ро­ше­го, кро­ме про­валь­но­го уча­стия в ЧМ-66. Нерв­ни­ча­ли все, в первую оче­редь Ко­па, и де­ло тут, ви­ди­мо, да­ле­ко не толь­ко в том, что его раз­дра­жал уро­вень парт­не­ров и на­став­ни­ка. Рай­мон пе­ре­жи­вал лич­ную тра­ге­дию – тяж­ко и без­на­деж­но бо­лел его сын, а в та­ком со­сто­я­нии и на бли­жай­ше­го дру­га вы­з­ве­ришь­ся, не толь­ко на возо­мнив­ше­го о се­бе Ве­рье… Тре­нер кри­ти­ко­вал иг­ро­ка за ка­приз­ность и низ­кую про­из­во­ди­тель­ность на по­ле, игрок кри­ти­ко­вал тре­не­ра за непра­виль­ные кад­ро­вые ре­ше­ния и невы­со­кий про­фес­си­о­на­лизм и хо­тя пе­ри­о­ди­че­ски в со­ста­ве глав­ной ко­ман­ды стра­ны по­яв­лял­ся, иг­рал там крайне ма­ло и по­го­ды в сбор­ной дей­стви­тель­но не де­лал, во вся­ком слу­чае об­хо­дил­ся без го­лов и да­же без го­ле­вых пе­ре­дач. По­след­ний матч за нее Ко­па про­вёл 11 но­яб­ря 1962 го­да, ко­гда фран­цу­зы на сво­ем по­ле усту­пи­ли вен­грам 2:3.

ко­па вне фут­бо­ла. успех ум­но­го че­ло­ве­ка

Вкла­ды­вать деньги в биз­нес Ко­па на­чал еще в да­лё­ком 1954-м, за­клю­чив сдел­ку с фир­мой, про­из­во­дя­щей спор­тив­ную обувь на пред­мет при­сво­е­ния этой про­дук­ции его име­ни. В 1958-м бы­ла за­пу­ще­на ли­ния по про­из­вод­ству без­ал­ко­голь­ных на­пит­ков, опять же под мар­кой «Ко­па». В на­ча­ле 60-х, по воз­вра­ще­нии из Ис­па­нии, он успел под­за­ра­бо­тать еще немно­го в раз­ных сфе­рах – в та­бач­ной про­мыш­лен­но­сти, в про­из­вод­стве спор­тив­ной одеж­ды, вёл ко­лон­ку в га­зе­те, стал со­вла­дель­цем оте­ля в Рейм­се. Позд­нее Ко­па со­здал соб­ствен­ный бренд, ор­га­ни­зо­вав про­из­вод­ство спор­тив­но­го обо­ру­до­ва­ния, в его соб­ствен­но­сти бы­ли фаб­ри­ки и ма­га­зи­ны, а сам он ра­бо­тал в управ­ле­нии ком­па­нии, но­сив­шей его имя. Про­ра­бо­тал до­воль­но дол­го, до от­став­ки в воз­расте 60-ти лет. По­сле это­го он обос­но­вал­ся на Кор­си­ке и пол­но­стью по­свя­тил се­бя уха­жи­ва­нию за сво­им «Сре­ди­зем­но­мор­ским са­дом».

Ко­па нема­ло сде­лал не толь­ко для се­бя и сво­ей се­мьи, но и для все­го фран­цуз­ско­го фут­бо­ла. С на­ча­ла 60-х он по­вёл весь­ма ак­тив­ную борь­бу с бес­пра­ви­ем фут­бо­ли­стов, ча­сто и рез­ко вы­ска­зы­вал­ся в прес­се, за что (мы об этом уже упо­ми­на­ли) бы­вал боль­но на­ка­зан. Но не успо­ко­ил­ся и в ком­па­нии с несколь­ки­ми дру­ги­ми вли­я­тель­ны­ми иг­ро­ка­ми в кон­це кон­цов со­здал так на­зы­ва­е­мый UNFP, то есть со­юз про­фес­си­о­наль­ных фут­бо­ли­стов, ко­то­рый при­зван был за­щи­щать их пра­ва. Ка­кое-то вре­мя вхо­дил в вер­хуш­ку управ­ле­ния все­го фут­бо­ла стра­ны в ка­че­стве чле­на Фе­де­раль­но­го Со­ве­та Фран­цуз­ской фе­де­ра­ции фут­бо­ла, но дол­го там не за­си­дел­ся.

Ин­те­рес­но, что ни­ко­гда ни­ко­го не тре­ни­ро­вал и да­же не вы­ска­зы­вал на­ме­ре­ние этим за­ни­мать­ся.

Из про­че­го от­ме­тим ком­мен­ти­ро­ва­ние им мат­чей чем­пи­о­на­тов ми­ра 1978, 1982 и 1986 го­дов, а так­же столь необыч­ный факт, как уча­стие в рал­ли Па­риж – Да­кар 1985 го­да в ка­че­стве не ка­ко­го-то там по­чёт­но­го го­стя или что-то еще в том же ду­хе, а са­мо­го настоящего пи­ло­та – вёл Mitsubishi Pajero в ко­ман­де «Этьен Сму­ле­ви­чи». За­нял 65-е ме­сто.

и жи­ли они Счаст­ли­во, и…

Еще бу­дучи иг­ро­ком «Ан­же­ра», Рай­мон Ко­па по­зна­ко­мил­ся с Кри­сти­ан Бур­ри­го (Клод Бур­ри­го, брат неве­сты, так­же вы­сту­пал за «Ан­жер»), на ко­то­рой же­нил­ся 28 июля 1953 го­да – уже из «Рейм­са», по­то­му-то и мяч над го­ло­ва­ми мо­ло­до­же­нов на вы­хо­де из церк­ви сим­во­ли­че­ски дер­жа­ли сра­зу два тре­не­ра, Бат­тё и Кот­тен. В се­мье ро­ди­лось трое де­тей. Сы­на Де­ни­са Рай­мон с же­ной по­те­ря­ли очень ра­но, в 1963-м. Ди­а­гноз страш­ный – лим­фос­ар­ко­ма, зло­ка­че­ствен­ная опу­холь, ко­то­рая по­на­ча­лу пло­хо рас­по­зна­ёт­ся, а по­том, увы, пло­хо из­ле­чи­ва­ет­ся. Ну а в то вре­мя и ди­а­гно­сти­ка остав­ля­ла же­лать луч­ше­го, и ле­кар­ства бы­ли са­ми до­га­ды­ва­е­тесь ка­кие… По­стра­да­ла от ра­ка и од­на из до­че­рей Ко­па, На­дин (вто­рая – Со­фи), но ей уда­лось спра­вить­ся с этой мерз­кой бо­ляч­кой по­сле дол­го­го ле­че­ния у очень ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных вра­чей в Ин­сти­ту­те Гю­ста­ва Рус­си. Во мно­гом по­то­му, что Ко­па по­сле смер­ти сы­на стал вкла­ды­вать нема­лые деньги в борь­бу про­тив ра­ка. И про­дол­жал де­лать это на про­тя­же­нии всей жиз­ни. В част­но­сти, в 2008-м он пе­ре­чис­лил весь свой го­но­рар за пе­ре­из­да­ние его био­гра­фии – бо­лее 10 000 ев­ро – вы­ше­упо­мя­ну­то­му ин­сти­ту­ту.

По окон­ча­нии фут­боль­ной ка­рье­ры по­се­лил­ся с се­мьёй в Ан­же­ре. Вско­ре при­об­рёл еще один дом, на кор­си­кан­ском по­лу­ост­ро­ве Изо­лел­ла, и с тех пор по­чти вся его жизнь про­те­ка­ла в по­сто­ян­ных пе­ре­лё­тах из Ан­же­ра на Кор­си­ку и об­рат­но. Вот ин­те­рес­но: лю­бовь «На­по­лео­на фран­цуз­ско­го фут­бо­ла» к Кор­си­ке свя­за­на ка­ким-то об­ра­зом с тем, что там ро­дил­ся На­по­ле­он Бо­на­парт? Или толь­ко в са­де де­ло?!

Глав­ные тре­не­ры «Рейм­са» и «ан­же­ра» аль­бер Бат­тё и Ка­миль Клот­тен дер­жат весь мир над го­ло­ва­ми но­во­брач­ных

Ко­па и его жен­щи­ны

пенсионер. Кни­ги, со­ба­ки...

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.